Империя Бермудской земли. Смена власти

Глава 5: Вести с горизонта

За нами стоял седой длиннобородый старик в рваной кремовой тоге. Он стоял очень неуверенно и трясся всем телом, но не из-за страха или злости, а из-за старческой немощи. Его лицо, не срытое за густой растительностью, было все покрыто глубокими морщинами, отображающими целое множество пережитых лет со всеми сопровождающими их радостями и горестями.

Он несколько секунд посмотрел на нас, а потом тяжело выдохнул и пошел своей слабой ковыляющей и трясущейся походкой к своему столу.

– Что же привело юную хранительницу миров в мою скромную обитель? – старец облокотился о стол и медленно направился к табуретке, которая стояла у другой его стороны. Добравшись до нее, он с усердием пристроился и тяжело сел, выпустив выдох облегчения. И только тогда его дрожь пропала. Казалось, что он только что проделал непосильную работу. Хотя, учитывая его вид и прикидывая его возраст, можно утверждать, что проделанный им путь (и только что, и по жизни) воистину был очень тяжел.

Мы с Катастросом внимательно следили за ним и оглядывались попутно по сторонам, ожидая появления воинов. Мы не торопились отвечать, боясь быть обнаруженными раньше времени и ожидая, что будет дальше.

Старик снова посмотрел на нас карими глазами, не понимая происходящего, а потом, наконец, прозрев, сразу изменился в лице и сказал:

– Ах, не волнуйтесь. Здесь никого, кроме меня в это время нет. Ко мне редко заходят. Только внук является вечерами, но сейчас он не придет. Ныне жители Ризас больше ценят пищу, которую надо выращивать на земле и ловить в море, а не знания, которыми не накормишь голодных людей. Да и нашим немногочисленным воинам до меня дела нет: их и так не много, а охранять стены куда важнее, чем дряблых стариков. Тем более, когда они уже не способны работать, а могут только потреблять столь ценные и немногочисленные ресурсы, да отнимать время у молодых и сильных.

«Клеон, – проговорил Хитч, – Мой учитель. Как я не любил его слушать в юности, но, повзрослев, стал ходить к нему за советами все чаще. Раньше он выглядел намного лучше»

– Ты же Клеон, верно? – спросила я.

Катастрос выразил немой вопрос на своем лице, видимо, интересуясь, откуда я его знаю. Но потом он, казалось, догадался. Старец тоже был поражен, что отразилось в изменении формы его многочисленных морщин.

– Неужели я имел честь познакомиться с Императрицей? – в его голосе звучало разочарование, – Ах вот и то, чего я больше всего опасался: я начинаю терять самое дорогое, что мне было даровано, – разум и память.

– Нет, мне про тебя рассказал твой ученик – сын Императора Долороса.

– Ах, принц Хитч, – на его лице отобразилось видимое облегчение, – Приятно знать, что он не забывал меня. Как жаль, что он погиб. Я питал к нему теплые чувства, и его смерть состарила меня еще на несколько лет, поскольку оказалась очень большим ударом для меня.

– Однако он этого заслужил, – серьезно сказала я.

– Я не хотел бы обсуждать политику правления Ее Величества, ведь всем, в том числе и Вам, хорошо известно, кто и почему живет здесь, в разрушенной столице, а не в Мармашу или любом другом городе Вашего королевства, – он облокотился о стол и внимательно посмотрел на меня, – Я все же повторю вопрос, который задал Вам: что привело Императрицу в Ризас и тем более в мою библиотеку?

Я переглянулась с Катастросом, а потом посмотрела на него.

– У меня есть опасения, что циклопы в скором времени могут вернуться. Я хочу быть готова к тому, чтобы их встретить. Мне также стало известно о том, что очень давно сюда приходил сбежавший от захватчиков пленник и вел какие-то записи до того момента, когда его поймали и казнили. Я пришла сюда найти эти записи, если они сохранились.

Клеон нахмурился и еще внимательнее посмотрел на меня.

– Откуда ты знаешь, что бедный и нездоровый умом Макарий сбежал и пришел сюда?

– От того же известного нам обоим человека, – без тени сомнения ответила я.

Старик нахмурился еще сильнее и перевел взгляд на стены библиотеки. Казалось, он задумался над чем-то.

– Все те, кто находятся здесь, не жалуют тебя, в том числе и я, – начал говорить он медленно, – Все мы однажды были только за то, чтобы возвести на престол человека, как мы считаем, достойного. Его гибель стала тяжелым испытанием для нас и еще сильнее укрепила неприязнь к настоящей династии. Но больше у нас не осталось того, кто мог бы защитить Империю и всех остальных ее жителей, поэтому я вынужден рассказать тебе то, что знаю.

Он сделал паузу, а потом посмотрел на меня внимательнее.

– Мой внук говорил, что пять дней назад на горизонте видел небольшое судно с красным трезубцем на парусах. Империя еще долго не забудет этот герб. Он плавал вдоль линии берега, а потом скрылся. Никто не успел проследить за ним. Все мы тогда задумались над тем, что это, вероятно, ошибка, обман зрения или мираж, но насторожились. Теперь ко мне приходит Ее Величество и просит сведения о мире нашего врага. У меня больше нет сомнений: все мы находимся в большой опасности.

Он снова встал и быстро, хоть и слабо, пошел к одному из столов. Он начал перебивать какую-то стопку, пока не нашел какую-то скопу бумаг, обтянутую кожей и перевязанную веревкой. Потом так же неуверенно, но быстро вернулся на свое место и сел, протянув свою находку мне. Я взяла этот неприметный и неопрятный сверток.

– Макарий был там, – полушепотом сказал он, наклонившись к нам вперед, – Он все видел и многое узнал. Он понимал, что не спасется, но надеялся спасти других, – потом он вытянул руку и указал пальцем на бумаги, – Там написана чистейшая правда. Я надеюсь, что это тебе поможет.

Потом он вернулся на свое место, и на его лице отразилось некоторое облегчение. Казалось, что он излил и облегчил передо мной душу.

– Я не жалую тебя, Императрица, как уже говорил раньше, – его речь была спокойной, – И никогда не прощу убийства моего любимого ученика, который стал для меня сыном. Но мне не у кого просить помощи. Поэтому заклинаю тебя: защити эти земли, спаси то, что осталось от нашего дома. Выполни долг, который был возложен на тебя древними.

– Спасибо, – ответила я, прижимая к себе столь ценные бумаги, – Я сделаю все, что смогу. Даже ценой своей жизни.

Старик удовлетворенно кивнул и снова облокотился на стол.

– Ты знаешь, как отсюда уйти? – спросил он, когда мы уже собирались уходить.

– Полагаю, тем же путем, которым и пришли, – ответила я ему.

Старик улыбнулся и покивал головой.

– Даже я слышал тот шум, который вызвала твоя статуя, – говорил он, – Думаешь, они до сих пор не догадались? Тебя уже ищут здесь и, найдя, без промедления убьют. Тебе нужен другой путь.

– Однако другой дороги я не знаю, – сказала я.

– Тогда беги к морю, – просто сказал он, – Катапульты, баллисты и сети с той стороны перенаправили к воротам и в центр города, чтобы было удобнее сбивать твоих драконов. С пристани вы сможете улететь, не угодив в западню. Только остерегайтесь стрел на пути туда.

– Спасибо тебе за помощь.

– Я тебе помогаю только в обмен на твое обещание защитить Империю, – сказал Клеон, поднимая указательный палец.

– Я выполню его, – ответила я, и мы с Катастросом побежали вниз по лестнице.

Когда мы снова оказались в темном зале, то сразу же услышали резкие голоса снаружи. Теперь сомнений не было: нас рассекретили и нашли. Даже в темноте я видела, как Катастрос лихорадочно осматривается по сторонам, выискивая выход, а потом, увидев еще один проход, хватает меня за руку и ведет туда.

Как оказалось, эта лестница тоже ведет наверх, что мы определили по лучам яркого солнца, виднеющимся сверху. Это была узкая извитая лестница с довольно высокими ступенями, каждый подъем на которую отнимает значительный кусок сил. Но перспектива вступить в стычку не прельщала нам и гнала все быстрее вперед. Наверху мы оказались в разрушенной башне. Видимо, сюда прилетел камень, посланный катапультой, поскольку крыши здесь не было, да и часть стены была разрушена. Среди руин также лежали обломки мебели и разбросанные и запыленные бумаги.

Катастрос начал ходить вокруг, осторожно всматриваясь вниз. Мы еще не до конца выдали себя, поэтому наше точное месторасположение пока не установили.

– Они везде, – говорил он, не прекращая ходить из стороны в сторону, – Окружили здание. Придется взлетать.

– Нельзя, – я поймала его за руку, когда он проходил мимо меня, остановила и повернула к себе, – Тебя подстрелят раньше, чем ты минуешь ворота. Нам надо к пристани: оттуда мы сможет улететь.

– Ладно, – ответил он, оборачиваясь в лошадь.

Я запрыгнула на него и начала оглядываться в поисках моря. Вскоре я нашла ее: белоснежные и полуразрушенные верфи, покалеченные корабли с порванными парусами и гнилыми мачтами. Гавань выглядела так же, как и город, но впереди виднелась тихая небесно-голубая водная гладь: наш путь спасения.

Я развернула коня и коснулась боков, призывая идти вперед. Катастрос сразу же взял разгон галопом, сделав несколько прыжков, и спрыгнул с башни. Оказавшись в воздухе, он принял драконий облик и расправил крылья, чем и привлек всеобщее внимание. Люди сразу же оживились, стали указывать на нас. В нашу сторону почти сразу же посыпался дождь из стрел. Пока Катастрос планировал, над ним пролетели два гарпуна и сеть: они не задели его, так как он был слишком низко и дальше спускался к улицам, но я сразу же осознала, насколько существенной была угроза Клеона.

Приближаясь к улице между домов и достаточно замедлив свое падение, Катастрос снова обратился в коня и приземлился на передние конечности, как после прыжка. Оказавшись на земле, он сразу же пустился галопом по каменной дорожке. Видимо, никто не ожидал такого развития событий, поэтому стражники какое-то время были в замешательстве.

Пока бежали, мы несколько раз останавливались и резко сворачивали с улицы, на которой появлялись вооруженные отряды. Те, завидев нас, сразу же пускались в погоню. В одной из улиц мы нашли трех конных людей, которые потом не отставали на нас ни на шаг. Мы бежали мимо дворцов, садов, храмов. Оббегали даже те места, которые были преобразованы местными жителями под огороды и скотные дворы. Если бы мы не спасались, а прогуливались, то могли бы увидеть быт тех, кто ныне живет в Ризас.

В один момент мне казалось, что мы с Катастросом даже потерялись. Но он быстро вернулся на дорогу, почувствовав соленый запах моря. Вскоре свежесть ощутила и я. За следующим поворотом мы, наконец, увидели береговую линию. Катастрос скакал, не останавливаясь и прямолинейно двигаясь к водному простору, что и стало его роковой ошибкой. В какой-то момент он дико заржал, его ноги подкосились, и он повалился прямо на деревянную поверхность деревянного плаца порта, сменившего каменный дороги городских улиц. Я повалилась вместе с ним, перевернувшись несколько раз при падении.

Какое-то время я лежала неподвижно: падение было очень жестким. Вероятно, я даже потеряла сознание, потому, что помню туман перед глазами, головную боль и шум в ушах. Потом это начало проходить, и я подняла голову.

Катастрос лежал чуть поодаль в лошадином обличии со стелой в бедре. Вокруг него также сыпались единичные стрелы. Меня при виде этой картины охватил ужас, и я, забыв про свою недавнюю травму, стремглав подскочила к нему, борясь со звоном в ушах и головной болью. Я попутно призвала из гранитных камней, лежавших неподалеку, двух крылаты каменных кондов, приказав им ловить стрелы, летящие в нас, а сама склонилась около коня. Вскоре, Катастрос тоже пришел в себя и начал тяжело дышать.

– Потерпи немного, – сказала я и хотела уже вытащить стрелу.

– Не надо, – только и сказал он сквозь сильную боль, чем остановил мою руку, заносившуюся над стрелой, – Откроется кровотечение.

Я подняла глаза и увидела, что к нам уже спешат вооруженные мечами и луками люди. Мои кондры стояли чуть впереди и скалились, поскольку поток стрел, направленный на нас, прекратился. Они бежали прямо на нас, казалась, не замечая каменную угрозу, но потом внезапно остановились и опустили оружие. Они стали переговариваться, указывая на горизонт. Я внимательно наблюдала за ними, не отрывая глаз, пока Катастрос, так же лежа на боку со стрелой в бедре, не сказал мне:

– Смотри!

Я последовала всеобщему примеру и неохотно повернулась к морю. Там по воде скользил небольшой величины корабль с одним треугольным парусом. А на белой парусине виднелся красный трезубец.

Я поддалась всеобщему шоку. Икар оказался прав. И Клеон тоже.

– Так, ладно, – сказала я, вставая и оборачиваясь назад. Но напрасны были мои опасения со стороны берега: наш недавний враг был тоже напуган, – Надо немедленно возвращаться в Мармашу. Ты лететь можешь?

Катастрос принял облик человека и, облокотившись на меня, поднялся. Его лицо очень точно отображало всю физическую боль, которую он испытывал.

– Могу, – сказал он, выпрямившись.

– Немедленно лети морем в столицу, а я тебя догоню, – я повернулась к судну, – Но сначала посмотрю, что там.

– Я без тебя не улечу, – твердо сказал он, – Пусть лучше умру, чем побегу как раненный трус.

Не дав мне ответить, он принял облик дракона и, оттолкнувшись от земли одной лапой и хвостом и расправив крылья, взмыл в небо. Я повернулась к жителям Ризас: никто даже не подумал выпустить стрелу в дракона. Я отозвала свои камни, разрушив их и, приняв облик крылатого кондра, взмыла в небо за Катастросом. Набирая высоту, я обернулась и увидела, что некоторые из них сразу же кинулись к лодкам. Они не думали в меня стрелять – они хотели помочь нам в море.

В какой-то момент я обогнала Катастроса и прямолинейно летела к лодке. Поскольку я предполагала самый худший вариант, то сразу же стала набирать скорость и накалять на языке энергетический шар. Я выпустила заряд в воду, недалеко от этого судна, окатив его водой и доставив значительный дискомфорт экипажу от образовавшихся волн. Сама же я резко взлетела ввысь, а потом, сделав петлю и прижав крылья, снарядом полетела вниз и приземлилась на носу корабля, слегка его накренив во время посадки.

Поскольку экипаж был очень занят натягиванием снастей, я смогла какое-то время посмотреть на тех, с кем имею дело. Передо мной всплыли все те воспоминания давно минувших дней и кошмаров начала моего царствования. По палубе ходили циклопы. Они были крупнее тех, кто жил на землях Империи, цвет их кожи тоже был немного темнее. И доспех у них был стальной с кожаными вкладками, в то время, как мои предпочитали сражаться с оголенным торсом, как анубиты.

В какой-то момент мы встретились глазами с одним из них. Его одежды были богаче, сам он во время бедствия ходил и отдавал приказы. По всей видимости, то был капитан. Я же стояла прямо перед ним и пристально смотрела немигающим взглядом, как хищник смотри на свою жертву. Он, по всей видимости, испугался, поскольку состояние ступора не отпускало его несколько секунд. Пока в небе не пронесся громогласный рев Катастроса, а с берега не показались судна воинов Ризаса. Тогда капитан снова начал отдавать приказы, призывая всех быть готовыми к битве. У меня же промелькнула мысль взять его в плен, чтобы допросить, а судно сиюминутно сжечь, чтобы оно не смогло донести сведения, которое успело собрать.

Я зарычала в его сторону, чем вызвала повторную волну всеобщего остолбенения, а потом, накалив на языке энергетический заряд, выстрелила. Капитала откинуло в воду. Я же следом зажгла всю себя и снова взмыла в небо, выпустив язык пламени в сторону парусов.

Катастрос понял мои намерения и без лишних слов принялся безжалостно жечь несчастное судно. Сперва звучали команды, а потом страшные крики горящих циклопов доносились с него, но я не оборачивалась и полетела туда, куда пропал капитан. Я, подобно водным птицам, сложила крылья и нырнула в воду. Там я сразу же изменила облик. Точнее даже не совсем изменила: отрастила жабры, перепонки между пальцами лап и плавники – один на спине, по два на локтях и скакательных суставах и один длинный по всей длине хвоста. В таком обличии я чем-то напоминала саламандру или аксолотля, только несколько приятнее по внешности.

Несмотря на то, что этот облик позволял мне довольно долго проводить время под водой, плавать я не очень любила, если только в верхних слоях воду: я очень боюсь тьмы глубин, а точнее того, что может в ней скрываться. Вероятнее всего, это всего лишь мое воображение, но полеты для меня все равно остаются приятнее.

Я быстро увидела этого циклопа. В тихой видной массе, сквозь которую виднеются полосчатые солнечные лучи, окруженный пузырями воздуха, он медленно шел вниз. Извиваясь всем телом, я быстро подобралась к нему, оказавшись за спиной, и, взяв под руки, быстро начала поднимать его вверх. Под водой его вес был практически ничтожным и состоял только из тонущих частей тела, да доспеха.

Мы вынырнули из воды. Здесь я закрыла жабры, чтобы смогла дышать атмосферным воздухом. Я повернулась к Катастросу и увидела, что он уже закончил свою работу и пускал языки пламени только для того, чтобы огонь, поглощающий судно, не погас. Я позвала его прерывистым свистом. Дракон сразу же повернулся и направился ко мне. Я протянула чуть вперед внезапно отяжелевшего циклопа, а Катастрос схватил его из воды передними лапами и снова поднялся ввысь. Я, сбросив свою ношу, посмотрела на воинов Ризас, которые уже почти приблизились к горящему судну, но остановились. Они молча наблюдали за происходящим.

Я решила больше не испытывать судьбу и, сделав нырок, выпрыгнула из воды и расправила крылья, улетая вслед за драконом в Мармашу.

Глава 6: Нежданная помощь

Наш прилет был встречен очень бурно. Я даже представляю, как, сначала ничего не подозревающая стража уведомила Найта и Темоса о том, что приближается Катастрос, следом о том, что госпожа летит не на драконе, а возле него, а последний несет в лапах какое-то грузное тело, которое оказывается циклопом. Когда Катастрос начал заходить на круг, чтобы приземлиться, на площади уже стояли генералы в сопровождении солдат. Чуть поодаль уже сбежались зеваки, чтобы удовлетворить свое безмерное любопытство.

Катастрос сбросил все еще бесчувственного циклопа, а потом, сразу приняв облик человека, без сил повалился сам: в полете он потерял достаточно много крови. Я приземлилась почти сразу же, приняв облик прямоходящего кондра, и сразу же начала отдавать распоряжения, попутно приближаясь к раненному и обессилившему другу.

– Немедленно отвести его к лекарям, – я склонилась над Катастросом, а затем указала на пленника, – Этого накрепко сковать и посадить в темницу подальше от остальных. Немедленно сообщить мне, когда он придет в себя.

Если за Катастроса принялись сразу же: подняли и унесли в крепость – то вокруг циклопа продолжали стоять ошеломленные солдаты. То были люди, сатиры и два великана, ледяной и горный.

– Немедленно выполнять! – яростно прокричала я, выводя их из ступора. Я сама была взволнована и хотела поскорее запрятать его в надежное место, поэтому это сопорозное состояние моих подчиненных вывело сразу меня из себя. Мой голос и мои слова оказали свое действие, и воины немедленно поспешили выполнять приказ.

Потом я повернулась к генералам. Найт был ошарашен, а шакалья морда Темоса выражала нечто неописуемое. Если бы сквозь черный гладкий волос была бы видна кожа, то она точно была бы цвета окружающего нас снега. Глаза анубита были расширенные и прозрачные. Но я его прекрасно понимала: подтвердились наши худшие опасения.

– Что это такое? – наконец, проговорил Найт, – Что произошло?

– А то, что, судя по всему, они уже не первый день разведывают берег Империи, ища место для высадки, – злобно говорила я ему. Теперь весь мой гнев был направлен на Найта, – А узнаю я об этом не от своих же разведчиков, а от дряхлого и едва живого старика из Ризаса, который до сих пор остается верен Хитчу.

«Теперь и ты достойно оценила способности своих верных слуг» – ехидно подметил Хитч.

«Заткнись ты уже!» – прорычала на него я, после чего он не издал ни звука.

– Я немедленно это исправлю, Ваше Величество, – проговорил нерешительно Найт, – Сейчас же организую более тщательное патрулирование всей береговой линии.

– Постарайся, – ответила сквозь зубы я.

– Что произошло? – спросил Темос.

Я вовремя поняла, что вокруг нас достаточно много ненужных ушей, поэтому удержалась от того, чтобы начать свой рассказ и выплеснуть все свои опасения и страхи, скрытые под маской безудержного гнева.

– В тронный зал, – коротко сказала я и быстрым шагом пошла к крепости.

Генералы коротко отдали указания и немедленно последовали за мной.

Мы втроем вошли в тронный зал, перед нами распахнули двери стражники-дракониды с щитами и копьями.

– Оставьте нас, – велела я им, после чего они вышли, плотно прикрыв массивные двери.

Я шла к середине зала, чтобы со стороны ворот было сложнее подслушать, даже если такие будут, и, как только услышала звук закрывшихся дверей, повернулась к генералам.

– По наводке Хитча мы добрались до нужного места и нашли там одного из старых смотрителей библиотеки, – я достала из складок кожаной куртки обтянутые кожей бумаги и протянула их. Надо отдать должное искусству книжных мастеров того времени: кожа снаружи оттолкнула воду, которая могла оказаться на бумаге из-за моего вынужденного купания, что и сохранило ценную информацию, – Он дал мне это. Здесь написана история некого Макария: того, кто был в землях циклопов и кое-что видел. Вскоре после возвращения сюда он погиб, но смог оставить это.