Империя Бермудской земли. Смена власти

Глава 8: Власть Императора

Сегодня меня подняли слуги, которые уведомили о получении ответов на мой призыв из ряда городов. Прошло два дня с тех пор, как мы с Темосом разослали гонцов: кое-кто прибыл сразу на следующий день, а кто-то только сегодня. Первыми мне ответили верховные ярлы с севера, которые любезно доложили то, что готовы выслать своих лучших солдат в Мармашу сразу же, как я об этом попрошу. Царь Иреней из Рахиса тоже ответил в этот же день, что и север, но послал мне голубя: в своем письме он сказал, что его войска и его жизнь всецело принадлежат моему Высочеству.

Несколько иначе обстояли дела с Коринфом и самоуверенным Авксением. Видимо, он не стал уведомлять своих полководцев, а оставил право распоряжаться городом и его войсками себе и своему узкому кругу советчиков, поскольку такого бы точно не допустили Бронт, Агапий, Никанор или Торос (последний хоть и не жалует меня, но Империи верен). Авксений после долгой и утомительной лести отметил, что «Императрица совершенно позабыла про заслуги Ее верного и покорного слуги, а также про клятву, которую давала при восхождении на престол (эта часть ввела меня в состояние бешенства: этот книжный червь будет еще указывать мне, как выполнять свой долг!) и не желает поддерживать благосостояние нуждающихся в ней городов, отдавая предпочтение более богатым и обеспеченным правителям, с которыми в дальнейшем хочет скрепиться брачными узами (для меня было загадкой, откуда он об этом узнал). По этой причине Коринф вынужден самостоятельно поднимать свое благосостояние, и его правители надеются на понимание великой Императрицы, если они будут не в состоянии в полной мере выполнить ее приказ».

Это послание тоже было принесено голубем, что в какой-то мере спасло чью-то жизнь: я, наверное, сожгла бы на месте гонца, осмелившегося мне сказать такое. Благо, мы читали это послание в тронном зале в очень узком кругу, состоявшем из меня и генералов.

– Следует послать ему ответ с указанием наказания за измену, – проговорил Найт, когда закончил читать письмо вслух.

Я сидела на троне, облокотившись на одну руку и постукивая пальцами по подлокотнику трона другой, пытаясь обуздать свой гнев. Темос и Найт стояли передо мной.

– Его давно пора убрать с этого места, – сказала я после непродолжительной паузы, – Он слишком многое себе позволяет.

– Позвольте мне лично отправиться в Коринф, – вызвался Темос, выходя вперед, – Я или добьюсь безоговорочного подчинения, или привезу его на суд Вашего Величества.

– Возможно, так мы и поступим, – проговорила я, – Но сначала дождемся ответа от Ахома и Садики.

– Тогда я позволю себе рассказать о том, что мне стало известно о нашем враге, – начал рассказывать Найт, – Как я уже говорил, ими управляет очень могущественное существо – титан. Все их территории разделены на несколько относительно самостоятельных единиц, которыми управляют потомки этого титана. Также в их мире есть упоминание о людях, на основании чего можно судить, что таковые также сосуществуют с ними.

– Это мало говорит о том, к чему нам следует готовиться, – сказал Темос.

– Однако указывает, что нападения не прекратятся, пока не будет повержен их вождь: тот, кто и направляет своих сыновей, – ответил ему Найт.

– Значит, нападение неизбежно, – задумчиво отметила я.

– Макарий также указал, что они постоянно развиваются, совершенствуясь с помощью путешествий по другим мирам, – продолжил Найт, – Все указывает на то, что, похоже, что их вождь способен открывать порталы.

– Такого быть не может, – я не верила своим ушам, – Яр всегда говорил, что открывать и закрывать порталы могу только я.

– А еще он указывал на то, что хранитель может создавать энергетический колодец, тем самым распространяя свою силу, – заметил Темос.

– А это лишний раз подтверждает то, что у их вождя были связи с представителем хранителей миров, – проговорил Найт.

Внезапно двери отворились и в зал вошли два гонца, облаченные в плотные леопардовые шкуры и украшенные бусинами, – посланники Египта. Выйдя на середину и немного не дойдя до генералов, оба упали на колени и склонили готовы.

– Великая царица, – начал один из них, – У нас для Вас послание от вашего слуги, царя Ахома.

Второй достал свиток, перевязанный изящной золотой лентой, и протянул вперед. Темос подошел и забрал послание.

– Спасибо, оставьте нас, – сказала я, спускаясь со своего места. Учитывая неожиданно смелые слова Авксения, я ожидала всевозможных сюрпризов от Ахома. Меня также насторожила то, что от Садики письма не было. Стало быть, Ахом взял на себя смелость говорить от лица обоих.

Те беспрекословно повиновались, встали и вышли. Я подошла к генералам, а Темос, дождавшись, когда захлопнутся двери, снял ленту и развернул письмо. Он бегло пробежался глазами по стокам, а потом с мрачным видом отдал его мне. Я догадывалась, что там написано.

– Найт, зачитай, – я отдала письмо генералу.

«Пусть благословляет Ра правление Великой царицы! Да будет легок ее путь, мудры ее решения, долговечна несравнимая красота!

Новость о грозящем несчастье прискорбна. Но я не располагаю достоверными сведениями о том, что корабли, которые заметили Ваши слуги, действительно, были у берегов Империи. Я даже не думаю подвергать сомнению слова Ваших приближенных, но люди и солдаты, которые находятся в моем подчинении, могут поднять необоснованные волнения. А это волнение понесет за собой неизмеримо большие траты. Однако народ поверит своему правителю.

Я слишком стар. Я чувствую, как ум мой ослабевает, а разум растлевается. И мои люди это видят. Однако на смену мне воспитан воистину достойный царь – мой старший сын Хэйт. Но он не может править таким богатым городом без поддержки брачных уз. Мы с Вами говорили об этом тогда. И, если беда на самом деле близка, то необходимо как можно скорее принять решение и укрепить наши силы внутри государства.

Мы с Садики обсуждали этот вопрос. Он согласен подчиниться Сохагу и моему сыну Хэйту. А если с нами будет еще и Мармашу, то вместе мы сможем создать непоколебимую основу Империи.

Как я уже Вам говорил, Ваш отказ ничего не изменит в наших с Вами отношениях, но может повлечь за собой некоторые изменения внутри Сохага и Абнуба, в связи с чем мы будем вынуждены несколько ограничить помощь Мармашу по причине решения наших внутренних вопросов. Я надеюсь, что этого не последует и гонцы передадут мне ответ, который избавит меня от дополнительных хлопов внутри Сохага.

Великий царь, посланник бога Ра Ахом.»

Я шумно выдохнула, пытаясь вернуть себе самообладание. Это заметили Найт и Темос. Теперь я увидела в полной мере, насколько высокого о себе мнения Ахом и Авксений, и как много я им обоим позволяла. Я даже не удивлюсь, что они в какой-то мере сотрудничаю друг с другом.

Я поднялась и села на трон. Меня переполняли ярость, гнев, а также сожаление и огорчение. Как я так ошиблась в тех, кого посадила у подножия своего трона? Однако лицо мое не было обременено складками, которые обозначали бы всю бурю эмоций, захлестнувших меня сейчас. Я достаточно познала самообладание, чтобы вести себя беспристрастно.

– Темос, – наконец я обратилась в анубиту, – Бери, кого посчитаешь нужным, и отправляйся в Коринф. Я приказываю Авксению снять с себя все полномочия и уступить место царя города Никанору до моего особого распоряжения. Всех членов его совета также отстранить от управления городом. В случае сопротивления всех вышеупомянутых казнить.

Темос хотел уже что-то возразить, но не стал, а повиновался, что показал поклоном.

– Найт, – обратилась я к дракониду, – Ты остаешься в Мармашу, а мне предоставишь в распоряжение Угля, четырех драконов с драконидами и столько же грифонов с людьми. Я отправлюсь в Сохаг сегодня вечером.

Найт тоже предпочел не спорить и подчинился, также показывая свое повиновение поклоном.

– Позовите гонцов, – спокойно велела я.

Оба вошли в тронный зал, снова вышли на середину и поклонились.

– Передайте Ахому, что я лично прибуду к нему сегодня вечером и удостою ответом, – любезно и с улыбкой на лице сказала я.

– Хорошо, Великая царица! – оба встали и быстрым шагом вышли.

Любезное выражение лица, которое было у меня при их появлении, моментально сошло с меня.

– Ваше Величество, – отважился спросить Найт, – Могу я узнать Ваши намерения относительно вопроса Ахома?

– Я не планирую связывать себя браком с его сыном, – резко ответила я, – Я просто напомню ему его место.

– Я только порошу Вас, госпожа, не делать глупостей, – попросил Найт.

– Просто выполняйте приказ, генерал, – и я встала и вышла из тронного зала.

Моя рана начала уже затягиваться. Я чувствовал, как с каждым днем силы возвращаются ко мне. Сумеречница, когда пришла на престол, принесла с собой очень много из своего мира. В том числе и костыли. Здесь были такие прежде, но более грубые и неудобные. А она их усовершенствовала. Именно на этих костылях я и начал уже передвигаться по комнате со вчерашнего дня.

Все это время она приходила ко мне. Мы подолгу разговаривали: ни о чем конкретном, но в то же время обо всем вокруг. Зимнее солнце в это время просачивалось сквозь окна и наполняло комнату особой атмосферой. Его лучи отражались от ее не менее яркого лица, которое в это время украшали улыбка и смех. Я смотрел на нее как завороженный. Давно ее такой не видел и, казалось, я снова в нее влюбился как мальчишка. Она не говорила со мной о делах Империи, об опасениях вторжения, о наших пленниках и гостях. Она тоже чувствовала эту царящую вокруг невесомую атмосферу и не хотела ее нарушать. Однако все новости я знал.

Ко мне также приходили Найт и Темос. Они-то и делились всем, что произошло. Приходил еще и Кален. Как я и думал, он принес с собой очередную «оживляющую жидкость», но я воздерживался. Он рассказал, как опасался за мою жизнь, чем и растрогал меня. Однако потом снова вернулся на свой легкий и непринужденный лад.

Однако сегодня гостей весь день не было. Я предполагал, что могли возникнуть определенные дела, поскольку были посланы гонцы для сбора армии в Империи. У всех в скором времени забот будет достаточно.

Я хотел присоединиться к ним, а мое беспомощное положение еще угнетало меня. Я мог бы быть полезен, а вместо этого сижу здесь. В таких раздумьях я и скоротал свое время до вечера, любуясь приветливым зимним пейзажем столицы.

После полудня на площади стало появляться особое оживление: собирались анубиты и еще некоторые из мифических существ пустыни, а также всадники и несколько стрелковых колесниц. Я не понимал, для кого готовиться такой эскорт. Императрица, обычно, позволяет сопровождать себя только драконам или вообще летает одна. Многое стало ясно, когда вывели Филиппа, богато, но при этом довольно умеренно, украшенного. Вскоре появился и Темос. Запрыгнув на коня, он вывел процессию из Мармашу и пошел по Королевскому пути. Надо будет потом спросить у Найта или Калена, для чего генералу потребовалось покинуть город с таким количеством войск.

Ближе к закату на площади стали собираться драконы и грифоны. Четыре истинных дракона и столько же полульвов-полуорлов. Первых седлали дракониды, на вторых расположились лучники. Это было уже похоже на процессию Найта. Мои сомнения опять окончательно развеялись, когда на площадь приземлился могучий красный Уголь. В это время меня волновал только один вопрос: почему Императрица отсылает своих генералов из столицы и куда? На нее это было очень не похоже.

Теперь на площади появилась Императрица. Она была одета в свой черный кожаный доспех. На голове был шлем, а за спиной не было плаща. Она прямолинейно уверенным твердым шагом подошла к Углю. Тот с почтение поклонился, позволив ей забраться в седло, после чего весь отряд взмыл в небо и полетел к пустынному краю.

С этого момента меня охватило сильное волнение. Что происходит? Я сразу же понял, что Найт, вероятно, остался во дворце. Надо немедленно его найти и все узнать.

Я встал с подоконника, на котором сидел и наблюдал за всей картиной, взял свои костыли и направился к выходу из комнаты. Пока я шел по коридорам, меня поприветствовали несколько стражников и даже некоторые поинтересовались, куда я иду и не нужна ли мне их помощь.

– Где сейчас находится генерал Найт? – спросил я у очередного поста.

– В последний раз его видели в направлении тронного зала. Вероятно, он до сих пор его не покидал.

Вот туда я и направился. Самым тяжелым испытанием для меня оказалась для меня лестница, но я довольно быстро приноровился. У тронного зала передо мной распахнули двери, и я вошел внутрь. Здесь был только Найт, который разбирал какие-то бумаги у стола. Он обернулся на шум и увидел приближающегося меня.

– Здравствуй, – он снова опустился в чтение, – Как твое здоровье?

– Как видишь, очень хорошо, – начал я, и продолжил, когда двери за мной закрылись, – Что происходит? Что все это значит? Куда отправляются Темос и госпожа и, тем более, в таком составе?

Найт вздохнул и продолжил, как ни в чем не бывало, даже не отрываясь от своего занятия.

– Все мы выполняем приказ Императрицы, только и всего.

– Найт, – я остановился около него и впился полными надеждой на внятное объяснение глазами, – Расскажи мне, что происходит.

Генерал положил бумаги и повернул свою морду, на которой я заметил следы печали, ко мне.

– Мы получили ответы от правителей на наш призыв. Ее Величество приказала собирать войска и быть готовыми к дальнейшим указаниям. Ульв и Агвид сразу же подчинились ее воле. Иреней тоже, – том он взял письмо со стола и протянул мне, – А вот Авксений оказался большего самомнения и решил добиваться своих целей крайне неприятным путем.

Я выхватил письмо и начал читать. В нем, действительно, было написано много лишнего, как я посчитал. Когда я закончил его читать, то был просто вне себя от такой дерзости греческого царя.

– К нему направился Темос, – сказал Найт, убирая письмо, – По приказу Императрицы Авксений и вся его свита лишаются права управления городом. На место царя города велено поставить Никанора.

– Ясно, – с каким бы удовольствием я вцепился зубами в этого самоуверенного червя Авксения! – Что же ответили Сохаг и Абнуб?

Вместо ответа Найт дал мне свиток.

– Это принесли два гонца сегодня.

Я прочитал то, что там было написано. Вот теперь-то я был взбешен. Они решили шантажировать Императрицу. Лишить ее поддержки, если она откажется от брака с принцем Сохага!

– Подлецы! – прорычал я, отбрасывая на стол чертов свиток.

– Ее Высочество захотела сама лично известить Ахома о своем решении, – проговорил Найт, – Разумеется, ни о каком браке речи идти не может.

Эти слова, смысл которых я уже успел осознать, даровали мне освобождение, воодушевление. Теперь я с еще большим удовольствием сжег бы Ахома и всех его потомков. Если бы… не ранение… Вот теперь меня охватила волна отчаяния: она взяла Угля только потому, что я был не в состоянии выполнять свой долг. Еще более никчемным и бесполезным я себя прежде не ощущал. Как какой-то котенок.

– Ты должен быть рад, друг мой, – я посмотрел на него непонимающим и встревоженным взглядом, – Ты думаешь, я настолько слеп? Я способен различить оттенки лицемерия и обмана в глазах верного солдата и уж точно способен видеть то, что вы оба так стремитесь скрыть.

Такого сокрушительного разоблачения я не ожидал. Найт, очевидно, заметил и это. Я не увидел в нем ни единого жеста сочувствия или милосердия. Лишь твердая непреклонность.

– Что она собирается с ним сделать? – спросил, наконец, я. Мой голос теперь звучал более спокойно и смерено, но по прежнему твердо. Он не уничтожил меня, не расстроил, не зацепил мою честь или гордость. Просто указал на очевидную вещь, которую я временами не хотел замечать.

– Она не сказала, – ответил Найт, – Я хотел поднять с ней этот вопрос, но она была настолько разгневана, что предпочла не слушать. Мне остается только надеяться на то, что она не наделает глупостей.

– Как бы я не желал отмщения за нанесенную мне ранее Ахомом обиду, но ее безопасность для меня важнее. Необдуманным и горячим поступком она рискует очень сильно подорвать свое положение в Империи, что приведет ее к неминуемой гибели, – я говорил спокойно и рассудительно. Слова Найта остудили мой пыл. Я примирился со своими чувствами, и теперь способен мыслить здраво, – Ты сможешь ее переубедить или остановить, если я отвезу тебя в Сохаг?

Найт зашагал по залу, обдумывая мои слова. Он прошел до середины, а потом остановился.

– Не думаю, что это хорошая идея, – спокойно сказал Найт, – Более того, сейчас мы можем навлечь беду еще и на себя. Лишенные всех благ и привилегий, мы не сможем ей помочь в дальнейшем. Сейчас нам остается только ждать и надеяться на то, что ее здравый ум возымеет верх над эмоциями.

Я тяжело вздохнул, всей силой ощутив свою беспомощность. Я уже хотел было идти, когда Найт окликнул меня вслед. Я остановился и обернулся.

– Почему бы тебе не ускорить свое выздоровление, чтобы ты смог скорее вернуться в наши ряды? Насколько я знаю, у тебя же есть друзья?

– Да, есть, – мне не надо было объяснять дважды значение слов Найта. Хоть и завуалировано, но он дал прямое разрешение послать Калена за водами из Источника Жизни.

Глава 9: Пламя и вода

Кален не заставил себя долго ждать. Сначала я хотел послать его за водами из Источника Жизни одного, а потом передумал. Вместо этого я попросил его помощь мне взлететь и сопроводить до определенного места. Он безоговорочно согласился помочь, даже не представляя, что ему предстоит увидеть.

– Что это за место такое? – все спрашивал он, пока мы шли по коридорам крепости в сторону выхода, – И как оно тебе поможет встать на ноги?

– Источник Жизни, – тихо говорил я, быстро продвигаясь на костылях, гонимым своим волнением, – Вода из него заживляет любые раны, спасает от смерти. По приказу Императрицы о нем известно очень узкому кругу лиц. Я нарушаю приказ, показывая его тебе, но без твоей помощи мне не долететь. Поэтому я прошу: никто не должен знать о нем и тем более пользоваться его силами.

– А почему тебе дозволено пользоваться им? – продолжал расспрашивать Кален, не отставая от меня.

– Сегодня она получила ответ от своих доверенных в городах Империи. Кое-кто из них отказался подчиняться и вздумал ее шантажировать, – я резко остановился, развернулся и посмотрел на него, – Как ты думаешь, как она отреагирует на неподчинение и тем более выдвигаемые ей со стороны слуг условия?

– Полагаю, именно этим и объясняются все недавние явления на площади, – заметил Кален. Он был далеко не глуп, когда трезв.

– Она отправила Темоса к Авксению, а сама на Угле полетела в Сохаг, – мы возобновили путь, – Я видел оба этих послания и вполне понимаю и разделяю ее чувства. Но в порыве гнева она может сотворить страшные и непоправимые вещи. Уголь – могучий и отважный дракон, но даже он не осмелится противиться ее воле. Она рискует не только троном, но и жизнью.

– Я начинаю понимать.

– Сейчас, когда Империи особенно нужен сильный и уверенный повелитель, я прикован к этим палкам, а она подвергает себя смертельной опасности. Я должен быть рядом: пусть я не изменю ее решения сейчас, но смогу уберечь ее в дальнейшем. Я поступаю так не только из личных побуждений, обоснованных влечением к ней, но еще и в интересах Империи: сейчас самое неподходящее время для смены правителя.

Мы вышли на площадь. Солнце уже клонилось к закату. Небо было безоблачным, отчего на нем отражалось золото дневного светила.

– А она разрешает пользоваться этим Источником тем, кто о нем знает, без своего ведома?

– Нет, – я положил костыли на землю и начал держать равновесие на здоровой ноге, – И нарушение этого приказа приравнивается к смерти.

– Ты, мой друг, по острию меча ходишь, – заметил Кален, обращаясь в дракона.

– Уж лучше так, чем сидеть и наблюдать, как гибнет все, что тебе дорого, – я тоже обратился и попробовал взлететь.

Я чувствовал, как все взгляды были обращены на меня. Я взлетал, отталкиваясь всеми силами с помощью одной лапы и хвоста, одновременно делая взмах крыльями. Я не привык взлетать таким образом, поэтому это выглядело очень неуклюже. Кален, дождавшись, пока я окажусь в небе, взмыл в воздух и передними лапами подтянул меня ввысь, помогая набрать высоту. Совместными усилиями мы оказались в небе и направились к Источнику Жизни.

Мы летели над краем, до которого не дотянулась зима. Деревья под нами постепенно стали зеленеть, пока полностью не оказались лишенными даже малейших намеков на зиму или осень. Нет, деревья здесь тоже меняли листву, но происходило это постепенно, так, что зеленый покров никогда полностью не покидал ветвей.

В какой-то момент лес стал преимущественно сосновый. Деревья здесь плотным игольчатым массивом стали закрывать поверхность земли так, что ничего невозможно было рассмотреть. Иногда сквозь этот массив просматривались лиственные деревья, которые ревниво пытались всеми силами достать до солнечных лучей. Их ветви тянулись также высоко вверх, а ветки были густо заполнены растительностью.

Здесь нам и надо было сеть, чтобы в дальнейшем идти пешком. Я привлек внимание Калена. Бронзовы дракон обернулся на меня, а я жестом головы показал ему вниз, указывая на то, что сейчас надо снижаться. Он послушно оказался надо мной, и мы начали спуск. Он помог мне сесть, придерживая пеня лапами, помогая замедлиться. Однако даже так я все же ступил на больную ногу и повалился, обратившись в человека. Кален тоже вмиг сменил облик и оказался около меня.

– Что с тобой? – он помог мне подняться.