Подкованные

Подойдя к длинной стойке у стены, Аманда взяла бокал с шампанским и сделала внушительный глоток.

— Все в порядке? — шепотом спросила я.

— А? Да, все супер.

Подруга посмотрела на меня, а потом обреченно вздохнула. С ней что-то происходило, и я не хотела оставлять ее одну с трудностями. Но и тянуть клещами каждое слово не имело смысла. Поэтому я просто ждала.

— Мне кажется, что со мной что-то не так, — все-таки сказала она, опустив глаза в пол.

Ее палец потер ленту на запястье.

— Ты можешь ее поменять, если хочешь.

— Нет, не хочу. Мне хочется испытать что-то такое, чего я никогда не пробовала.

— Тогда что не так? Все дело в Эсте… — Я осеклась, имен здесь не называли. По крайней мере, настоящих. — В нашем кучере?

— Нет! — Слишком резкий ответ. Аманда и сама это поняла, она уставилась на меня, как олень в свете фар. — Это настолько очевидно?

— Есть такое дело. Что между вами произошло?

— Ну, он… лишил меня девственности.

У меня аж глаза на лоб полезли. Уже во второй раз за короткое время. Если так пойдет и дальше, превращусь в пучеглазую жабу.

Мое удивление не осталось незамеченным.

— Нет, ты не подумай. Мы раньше дружили. Все мои одноклассницы уже были… А я…

Мне захотелось утешить подругу, поэтому я положила руку на ее предплечье и ободряюще сжала. Аманда накрыла ее своей ладонь.

По крайней мере, теперь я понимала, почему она так на него реагировала. Эстебан стал ее первым и впечатался в подсознание, как клещ. При других она вела себя расслабленно и непринужденно, а передо мной и им притворяться не хотела или не могла. Правда, меня смущало, что и Эстебан странно вел себя рядом с ней.

— Это я его попросила. Думала, что для него это что-то значит, — продолжала Аманда. — Но ему все равно. Для него ничего особенного не произошло.

— Значит, он придурок, который упустил такое сокровище, как ты.

Подруга подняла на меня слегка увлажненные глаза и тепло улыбнулась. Клянусь, если Эстебан сделает ей больно, я затопчу его копытами Буревестника так, что сотру кости в порошок.

— Так дело не пойдет, — Аманда моментально собралась, выпрямилась, как по щелчку. — Наш спор вступает в силу.

А я так надеялась, что она забыла об этом идиотском пари.

— Ты серьезно?

— Определенно. Но на тебя точно никто не клюнет, если мы будем ходить вместе, как близняшки. Так что счастливо оставаться.

Она развернулась вокруг своей оси и походкой модели направилась вдоль диванов.

Как раз в этот момент в гостиную вошел мужчина в светло-сером костюме от Brioni и маске лиса. Что самое интересное, он, будто примагниченный проследил за Амандой, когда она его даже не заметила.

Вздохнув, я отвернулась от Эстебана. Что-то мне подсказывало, что он присмотрит за моей подругой, чтобы та точно не попала в неприятности.

Если судить по обстановке в гостиной, я даже не догадалась бы, куда пришла. Здесь не трахались на каждой поверхности, даже умудрялись тихонько беседовать о чем-то за бокалом шампанского. Взглянув на столик с алкоголем, я поморщилась. Аманда уверяла, что тут ничего не отравлено каким-нибудь наркотиком, но лучше воздержусь.

Некоторые парочки, уже определившись, уходили по лестнице на второй этаж.

Если я решусь, то меня тоже ждали эти ступеньки, покрытые темно-изумрудным ковролином…

Пока же я просто стояла в сторонке и смотрела по сторонам.

На подоконниках стояли многочисленные горшки с фикусами, а в углу красовалась шикарная пальма. На диванах лежали вязаные пледы. У стены расположился белоснежный рояль. Мой взгляд задержался на массивной люстре с круглыми плафонами и коваными элементами.

На стенах висели картины в резных рамах, одна из которых изображала лошадей, пасущихся на поле.

Ведомая своей любовью к этим животным, я подошла ближе. Мазки были такими идеальными, отчего вороная кобылка казалась живой, будто вот-вот шагнет копытом по свежей весенней травке. Клянусь, я будто почувствовала завораживающий и манящий запах луговых трав и кожи.

Такой знакомый, когда изо дня в день выводишь лошадей на выгул.

Внезапно я поняла, что действительно чувствую этот запах. Он мне не мерещился.

Нутром почувствовала, что за мной кто-то стоял…

А потом чья-то ладонь деликатно дотронулась до моего локтя, проскользила до запястья и приподняла его. На руке мужчины горела желтая лента. Но, как говорила Аманда, в смешанных парах в приоритете шел более слабый цвет, то есть в данном случае мой.

И при любом намеке на насилие участник нещадно изгонялся вне зависимости от количества денег и статуса. Владелец всего этого мероприятия, кажется, был очень крупной шишкой, что мог себе позволить быть диктатором по отношению к богатеям. Он маниакально держал марку «самых безопасных вечеринок». Любой намек на риск для репутации жестоко пресекался.

Подушечка пальца незнакомца потерла мою руку прямо под лентой в районе пульса, отчего сердце забилось быстрее. Почему-то мне захотелось, чтобы это прикосновение было к коже, а не через ткань длинных, пусть и тонких, перчаток.

Уж не знаю, почему я так моментально поплыла. Может, мне понравилось, что прикосновения были осторожными, ненавязчивыми.

Он даже встал так, что между нашими телами оставалось пространство.

Повернув голову вбок, я встретилась с глазами цвета воды где-нибудь на райских островах. Такие завораживающие…

Маска с фактурой под змеиную чешую закрывала верхнюю половину лица. Сверху к ней крепилась ткань, закрывающая волосы, так что нельзя было сказать блондин он или брюнет. Довольно широкий в плечах и выше меня больше, чем на голову. Черная рубашка и брюки не могли сказать ни о его сфере деятельности, ни дать намека на личность под маской.

Я сглотнула, будто загипнотизированная.

Его теплая ладонь легла на границу корсета и юбки. Я же не двигалась, а, почувствовав сухость во рту, облизнула губы. Глаза незнакомца проследили за этим движением.

В конце концов, какая разница, кого выбрать, тут все равно все в масках. Соблазн поддаться искушению стал так велик, что ноги чувствовались ватными.

Явно не заинтересованный в разговорах, он медленно потянул меня в сторону лестницы, проверяя уровень согласия. Мысль просидеть весь вечер в кресле и думать на философские темы моментально улетучилась. Я сделала шаг за ним. Только после этого мужчина развернулся, все еще держа меня за ладонь, и повел наверх.

Сердце в моей груди билось все сильнее, грозя тахикардией.

С другого конца комнаты на меня вытаращилась Аманда, будто сама не верила в то, что победила в споре, а потом показала мне «класс» большим пальцем. Может, она права, и с нами действительно что-то не так, раз я просто так шла за первым встречным. Вдруг он окажется убийцей, преступником, насильником? Какие гарантии, что слова про «безопасность» в этих стенах не пустой звук?

А еще меня не отпускало ощущение, что мы знакомы. Этот запах был слишком привычным, успокаивающим. Этот парень пах домом… Незнакомец вполне мог оказаться Томом… Эта мысль меня уже не так возбуждала, чем представить перед собой какого-нибудь принца. Хотя…

Под туфлями скрипели половицы, а я все шла наверх. На втором этаже тянулся коридор со скошенным потолком. Незнакомец открыл одну из белых дверей и вошел первым, все еще не перекрывая мне путь к отступлению.

Еще немного, и мое сердце грозило вырваться из груди.

Я сделала шаг в спальню, прикрыла дверь и привалилась спиной к ней. Дышалось с трудом, а внизу живота уже начало тянуть от навязчивых и очень пикантных фантазий. Все казалось каким-то нереалистичным. Мы же даже не пообщались. А с другой стороны, я сюда не за беседами пришла. Мы получим свое и разбежимся, даже не узнав лиц друг друга. Оно и к лучшему.

В комнате тускло горел свет от настольной лампы, который выделял рослый силуэт ореолом.

Сбоку от двери красным горела тревожная кнопка, такая же находилась на прикроватной тумбочке, третья — у окна. Это было сделано для вызова охраны, если что-то пойдет не так. Возможно, подобное предусматривалось на тот случай, если попробуют изнасиловать какую-нибудь аристократку. Но защищало любую женщину, ведь каждая здесь носила маску и скрывала свою личность.

Это расслабило мои нервы окончательно. Да и будущий любовник вел себя сдержанно.

Он сделал шаг вперед и положил ладонь рядом с моей головой, отчего я вдохнула большой глоток воздуха и снова почувствовала привычные запахи. По моему телу сама собой прошла дрожь.

Вторая его рука легла сначала на талию, а потом медленно начала путь вниз, к разрезу на юбке. Все происходило так лениво, неспешно. Даже слишком. Почти уверена, что если бы я сказала «стоп», то он бы отступил. Но эта медлительность начинала порядком бесить, стало жаль, что я выбрала именно зеленую ленту.

Мужские пальцы проскользнули к бедру, отчего моя кожа покрылась мурашками, и добрались до кромки нижнего белья, лениво погладили по краю.

Хоть я и хотела, чтобы все происходило быстрее, но терпела.

В этой игре было что-то особенное, вызывающее жгучее желание, которое увеличивалось с каждой секундой. Оно захватывало тело и заставляло выделяться влаге.

Я находилась будто не в этой реальности, мысли ворочались с трудом. Хотелось получить разрядку как можно скорее, но приходилось, стискивая зубы, быть терпеливой. Тем более, я уже понимала, что это окупится. А спешить нам некуда, вся ночь впереди.

В тот момент, пока его пальцы лениво гладили, я понимала, насколько мне не доставало обычного человеческого тепла. Я заперлась в эмоциональной скорлупе, постоянно занятая работой и учебой, каждую минуту борясь за свое место под солнцем. Мне требовалась передышка, требовалась эта неспешность и наслаждение моментом. Я должна была не упускать жизнь в социуме только из-за страха быть использованной.

Сейчас я чувствовала себя как та, которой поклоняются. Чьи желания ставят выше.

Наконец-то кончики пальцев дотронулись до клитора, пусть через ткань, но в этот момент из меня словно искру вышибло. Я глубоко вздохнула и откинула голову так, что ударилась затылком. По одобрительному хмыканью поняла, что любовник доволен эффектом, который производил. Он провел пальцами еще раз, все так же невесомо. Раз, еще раз.

Медленно отодвинулась ткань, и теперь уже между рукой и вожделенным местом не было преграды.

Массажные размеренные движения вызвали стон. Бедра сами подались вперед, усиливая трение.

Какая же эта была мука. Невыносимая. Движения оставались ритмичными, но не сильными, словно растягивая удовольствие, издеваясь.

Жар проносился по телу все более горячими волнами, но оргазм был не близко. Его пальцы, все еще лежащие рядом с моей головой, согнулись так, будто в попытке удержаться и не вцепиться в меня.

Неспешные движения сводили с ума. Клитор набух, внизу стало совсем влажно. Когда палец добрался до входа и обвел его, снова дразня, жар усилился. В голове помутнело.

Еще немного, и я сама его трахну. Мне потребовалась вся выдержка, чтобы не наброситься на молодого мужчину. Единственное, что я себе позволила — это так же невесомо провести ладонью по рубашке, представляя какое тело скрыто под тканью. На ощупь, крепкое. Ногти поскребли в районе пресса.

Это, видимо, стало каким-то знаком для него, и одна фаланга вошла внутрь меня, потом мучительно медленно вторая. Пальцы вышли и размазали влагу по клитору, отчего дыхание сбилось, тело прострелило мучительным желанием.

Может, мне не стоило прекращать свои прошлые отношения. Могла же хотя бы попробовать найти компромисс. Тогда я не чувствовала бы себя такой одинокой, не попала бы сюда, не молила бы мысленно о том, чтобы меня подвели к краю и сбросили в пропасть.

Внезапно прикосновения исчезли, а я чуть не застонала от разочарования. Но очень довольный собой, судя по улыбке, незнакомец потянул меня к высокой кровати, застеленной белоснежным одеялом.

С трудом дыша и на трясущихся ногах, я последовала за ним.

Он лег спиной на мягкую постель, но когда я начала забираться, подтянул наверх так, чтобы его голова оказалась прямо между моих ног. Этот вид завораживал, волновал. Мужская грудь поднималась и опадала.

С такого ракурса и из-за того, что ткань юбки задралась, обнажилась татуировка в виде подковы на бедре. Краска тут же прилила к щекам и ушам. Пусть света в комнате было не так много, но черный след все же выделялся на коже.

Вот сейчас он увидит татуировку, поймет, что перед ним совсем не аристократка и с позором скинет с кровати. Мышцы напряглись, а сердце замерло.

На мое удивление, мужчина ласково провел по татуировке пальцем. Я аж вздрогнула от неожиданности. Потом приподнявшись на локтях, он и вовсе поцеловал изображение.

Мой мир окончательно рухнул.

А когда язык коснулся места между ног, я громко простонала. Тело прошибло таким разрядом, что я чуть не рухнула. Пришлось ухватиться за кованые прутья в изголовье кровати, чтобы не упасть.

Этот звук спровоцировал то, что мужские пальцы впились мне в бедра, а язык начал настойчивее выписывать круги по клитору. Он будто упивался происходящим.

Сама не замечая, я начала двигаться прямо на его лице. Все агрессивнее, а тот и был рад, усиливая напор языка. К этому добавились и пальцы, которые вошли внутрь и стали растягивать стенки влагалища.

Еще чуть-чуть, и у меня будет перегруз ощущениями. Пальцы до боли вцепились в прутья, бедра двигались в унисон с его языком.

Резкий и обжигающий жар затопил меня настолько сильно, что в голове помутнело, а в ушах зазвенело. Стон вырвался из горла, тело выгнулось. Оргазм взорвался целым фейерверком. Никогда не ощущала ничего подобного.

Облизав губы, я посмотрела вниз замутненным взглядом. Сейчас я собиралась наплевать на зелёный цвет ленты, оседлать своего любовника и сделать так, чтобы он запросил пощады.

Но неожиданно внизу раздался крик:

— Пожар!