Слово и чистота: Излом

Глава 4

Все же мне очень повезло с тем, что Слово формально понимает ложь. Недоговорки, двойной смысл сказанного – все это не волнует мою призрачную шпагу, если по букве лжи произнесено не было. Будь дело иначе, то во время нашего разговора, в котором мы обсуждали детали того, как подать гибель Унгора общественности и другим Рыцарям Излома, клинок бы изрядно проржавел. Но из-за этой формальности он остался девственно чист, как и прежде.

Как только мы проговорили детали, Зан Кхем намекнул, что мне и Майе на берегу делать больше нечего, и дальше они сами разберутся. Этот намек вполне прозрачно поддержал мистер Рок. Мы не стали возражать и покинули каменистый берег, перейдя в Излом. Не став уходить с острова, мы переместились на небольшую полянку, удаленную от дорожек и троп.

– Мне безмерно жаль Унгора, – произнесла Майя, присев на старый, давно высохший пень. – Но, с другой стороны, то, что эта трагедия вернула вас в реальность, меня радует.

Не ожидал от нее такой откровенности.

– Две недели вы были бледной тенью самого себя. – Призрачной ладонью Майя погладила полевой цветок, тот, разумеется, и не шелохнулся от прикосновения из Излома. – Мне… точнее нам всем вас не хватало.

– У каждого есть слабые места, – признал я. – Гибель ученика пробила все мои защиты и ударила куда сильнее, чем мог предполагать.

– Я вас не виню, – тут же поправилась девушка. – Просто… – Она не нашла подходящих слов и махнула рукой.

– Вы же и без меня справляетесь, – подбодрил я. – Организация работает, тренировки проходят, в РИЗВ вливаются все больше и больше ранее независимых рейгов.

– Все так, – кивнула она. – Но даже мне видно, что все это происходит больше по инерции. Хотя… Вынуждена признать, та бурная деятельность, которую развил Крикс после вступления в должность, приносит свои плоды. Он действительно привлек многих из тех, кто ранее не хотел вступать в РИЗВ. Но! – Девушка поднялась с пня и принялась расхаживать по поляне, напомнив мне в этом Зан Кхема. – Но меня начинает изрядно напрягать, что Крикс нет-нет, но позволяет себе высказываться о наших союзниках не в лучшем свете. – И тут же добавила, словно я мог неправильно понять ее слова: – О Доме на Холме. Думаю, как он окончательно освоится в своей должности и сформирует преданный лично ему пул рейгов, его риторика перестанет быть такой острожной. – Она остановилась на пару секунд, а затем продолжила мерить шагами поляну. – Плюс близняшки совсем отбились от рук. Устроили зачем-то откровенную травлю Галея! Их словно муха цеце укусила, почти впрямую обвиняют его в каком-то предательстве. И их слушают! Еще неделя в таком ритме, и Галей станет изгоем. Это Галей-то предатель? – Она в возмущении махнула рукой. – Быть такого не может.

– Последнее во многом моя вина, – пришлось покаяться.

– А?! – удивилась девушка, споткнувшись на ровном месте от моего признания.

Немного подумав, рассказал ей о том, что Тора и Каэль узнали о встречах Галея и Мерска, главы Масок Новильтера. Не стал скрывать и то, что сам дал им разрешение на продолжение слежки. Пояснил также, что я, разумеется, не планировал никакой травли, а хотел только разобраться и выяснить суть.

– Не понимаю, – покачала головой Майя, выслушав меня. – Галей и Мерск? Не может быть такого… Я точно знаю, что Галей двумя руками за сотрудничество с властями. Я поняла бы, если бы с Мерском встречался Крикс. Да! Эта парочка точно быстро бы спелась. Но Галей?! Уверена, есть какое-то логичное объяснение их встречам, никак не предусматривающее ничего плохого.

– Повторю, моя вина. Я должен был контролировать действия сестер, но… – Замолчал и опустил голову, все было и так понятно. – Поговорю с ними.

Мы проговорили еще полчаса в основном по моей инициативе. Я уточнял, что прошло мимо меня за это время. К моему глубокому облегчению, кроме того, что она уже рассказала, все остальное было обычной рутиной. Затем попрощались, договорившись встретиться завтра на ночной тренировке.

Подождав пока Майя уйдет, вернулся в тайную пещеру и переоделся. После чего по одноразовому мобильнику позвонил Зан Кхему, надеясь встретиться с ним сегодня. Увы, тот отказал, сказав, что из-за всех формальностей и настойчивости Рока в лучшем случае освободится утром завтрашнего дня. И если сегодняшние вечерние занятия я еще мог пропустить без какого-либо вреда, то завтра у нас в расписании было сразу три теста подряд по разным предметам. А после тестов у нас лекция, которую будет читать сам граф Рунарский.

Как ни жаль, но у меня не получится посоветоваться с Созидающим перед встречей с Наследником. Это, конечно, плохо, советы Зан Кхема могли реально мне помочь.

Также скинул близняшкам сообщения, предложив увидеться. Как назло, они тоже сослались на занятость в реале. Пару минут раздумывал над тем, не позвонить ли Добрыне, но все же пришел к выводу, что еще не готов к подобной встрече. В итоге незаметно вернулся на университетский остров, где в одном из облюбованных мной мест покинул Излом.

На дневные занятия я уже безбожно опоздал, так что решил просто прогуляться. Во-первых, нужно было успокоиться и подумать. Во-вторых, уверен, что слухи о том, что кто-то из студентов погиб на Пляже Разбитых Черепов уже вовсю гуляют по универу, и хотел послушать, что говорят студенты.

Разумеется, новость о том, что кто-то из студентов утонул, да еще в столь легендарном месте, быстро разлетелась по университету. Пока гулял, только и слышал разговоры на эту тему. Но, к моему удивлению, больше болтали не о том, что кто-то утонул, а пересказывали байки и истории о Береге Расколотых Черепов. Видимо, молодежь во всех мирах одинакова и любит различные страшилки.

Моя прогулка служила еще и другой цели, привыкал вновь смотреть на мир широко открытыми глазами. Я чувствовал, что даже дышу как-то иначе, нежели вчера. На втором часу этой прогулки заметил куда-то спешащего Кристиана. По тому, что он был непривычно для себя аккуратно причесан, а его ботинки начищены до блеска, парень, скорее всего, шел на свидание. Сперва хотел за ним осторожно проследить, но решил, что это будет перебором, и лезть в чужую личную жизнь, которая меня вообще не касается, как-то все же неправильно. Тем не менее, если признаваться самому себе, мне почему-то было немного любопытно, кто такая эта Мэри, и получится ли у Кристиана что-то на личном фронте. Правда, думаю, он сам нам все расскажет уже завтра, а если не захочет говорить, то Клэр из него все выжмет.

Когда солнце клонилось к закату, вернулся в свою комнату в общежитии и занялся подготовкой к завтрашним тестам. Один из них по математике я мог бы сдать и так, но вот два других… Нет, без дополнительной зубрежки с ними рискую если не провалиться, то в лучшем случае получить оценку в районе удовлетворительно, что меня не устраивает.

К тому же учеба и копание в учебниках и других справочных материалах отвлекли от трагедии Унгора. Настолько, что заснул я вполне нормально, а не ворочался еще час после того, как лег, грызя себя изнутри различными мыслями.

Утром привел себя в порядок и вышел из общежития немного раньше обычного, хотел сделать крюк и пройтись рядом с достопамятной бухтой. Как оказалось, не у одного меня возникло такое желание, и обычно пустая обходная тропа, проходящая вдоль побережья, в столь ранний час была наводнена учащимися. Разумеется, на каменистом берегу было уже все убрано. О недавней трагедии напоминали только натянутая лента и пара скучающих охранников, не пускающих особо ретивых студентов. Впрочем, а что еще можно было ожидать?

К нужному мне учебному корпусу, несмотря на длинный обходной путь, все равно вышел почти за десять минут до начала лекции. На одной из скамеек, читая научно-популярный журнал, сидел Ян Ларсон, один из моих одногруппников. Чтобы не показаться невежливым, присел рядом и поздоровался. Ян аккуратно закрыл журнал, убрал его в дипломат, после чего развернулся ко мне полным корпусом.

– Нет! – сдерживая себя, сквозь плотно сжатые губы произнес он. – Я многое могу понять. Но ваша троица совсем офонарела?!

Вопросительно наклонив голову, я не нашел, что ему сказать.

– Вас взяли в элитную группу, позволив учиться у лучших, а вы? – Так как не понимал, о чем речь, то по-прежнему сидел молча. – Ладно, когда кто-то из вас прогуляет одну лекцию, бывает. – Хотя по нему было отчетливо видно, что даже один прогул – для него вещь неприемлемая. – Но что за выходку вы вчера устроили?! Все втроем пропустили целых три послеобеденных лекции!

Мог бы сказать, что эти лекции мне неинтересны, и я прекрасно знаю тот материал, который в них подавался, но не стал.

– Если вы думаете, что из-за отличающегося от других студентов учебного графика никто ваших прогулов не заметит, то вы глубоко ошибаетесь!

Сказав это, Ян поднялся с лавочки и демонстративно, по-военному, совершив разворот, направился к учебному корпусу.

– Не предполагала, что он такой злюка. – Стоило Ларсону скрыться за дверями, как на лавочку из-за моей спины скользнула Клэр. – Как думаешь, он нас заложит?

– Непременно, – киваю ей в ответ.

– Я понимаю, почему прогулял Кристиан, но ты-то где был? – не дав сказать мне ничего больше, пошла в наступление девушка.

– На побережье, – пожав плечами, как можно равнодушнее произнес я.

– Что-то я тебя там не видела!

– А я тебя.

– Ладно-ладно, – в притворном расстройстве надула губы Клэр. – Там действительно много народу было. Но я не поверю, что ты весь вечер там провел.

– Готовился я к тестам. – Можно было просто огрызнуться и закрыть тему, но предпочел так не делать.

– Пф-ф-ф-ф… – закатила глаза рыжая. – Что там сложного… Разве что органическая химия, тут согласна, подучить следовало. – И тут же перевела разговор. – А тебе не любопытно, – проговорила она игривым тоном, – почему меня не было на лекциях?

– И так ясно. – Легкая улыбка тронула мои губы.

– Да-а-а-а? – в сомнении произнесла Клэр.

– В чем на встречу с Кристианом пришла Мэри? – вопросом на вопрос ответил я.

– Ты думаешь, я за ними следила?! – всплеснув руками, накинулась на меня рыжая.

– Думаю. – Киваю, непроизвольно растягивая улыбку.

– Правильно думаешь… – не сказала, а скорее промурчала Клэр, подмигнув мне. – Потом расскажу. – И кивнула на подходящего к нам Кристиана.

К моему немалому удивлению девушка не стала расспрашивать парня о свидании или как-то иначе подначивать его. Мы просто поздоровались и пошли на лекции.

Не знаю, чего добивалась Клэр, не расспрашивая темноволосого, что было совсем не в ее привычках. К большому перерыву Кристиан уже изрядно нервничал, с опаской поглядывая на рыжую, подозревая какую-то ловушку. Посматривая на девушку, я заметил, что она буквально наслаждается этой паузой, и чем больше дергается ее однокурсник, тем больше она довольна. Видимо, к обеду у Кристиана уже совсем сдали нервы, и он, сославшись на то, что ему надо повторить кое-что перед тестами, сбежал в кампус. Мы же пошли в нашу любимую столовую.

– Довела парня… – поставив тарелки на стол, немного с укоризной произнес я.

– Сам виноват, – тихо смеясь, проговорила рыжая.

– В том, что так реагирует?

– Ага! – весело кивнула Клэр. – Вел бы себя спокойно, и ничего бы не было, но он так смешно дергается, краснеет… Я не могу удержаться!

– Плохая девочка, – стараясь придать голосу серьезный тон, пожурил ее.

– О! – она закатила глаза. – Еще какая! – После чего медленно облизала йогурт с чайной ложки.

Вот вроде не мальчик давно, а все равно из-за того, что не смог отвести взгляда от этого ее провокационного жеста, немного покраснел. Рыжеволосая, разумеется, это сразу заметила и довольно засмеялась.

– Как тебя еще никто не придушил-то за твой характер?! – шутливым тоном задал я вопрос.

– Пытались, но я умею за себя постоять! – в этот раз совершенно серьезно ответила она.

Смотрю на нее и не пойму, она сейчас пошутила или нет? Клэр очень непростая девушка, настолько, что при общении с ней бывает так, что пасует весь мой опыт. Да мне даже с Майей разговаривать легче, чем с этой рыжей бестией. Но при всей этой трудности мне нравится ее общество, я чувствую себя более живым, и даже давление Конца Света куда-то отступает. Мы продолжили обед, и Клэр явно ждала, когда начну ее расспрашивать о свидании Кристиана. Зря ждала, я не собирался идти у нее на поводу. В конце концов, когда остался только чай, она сдалась.

– Милая девочка, – пригубив горячий напиток, произнесла рыжеволосая. – Одевается неброско, но стиль чувствуется. Явно не из богатой семьи, не бедствующей, но и не богатой, да. – Заметив мой ироничный взгляд, она уточнила: – Я о Мэри.

– Я понял.

– Наш воронёнок, к моему немалому удивлению, клювом в молоко не упал. – Уголки ее губ дрогнули в легкой улыбке. – Я думала, он облажается, но вышло все наоборот. То, что их прогулка закончилась после заката, и они смотрели на звезды… Не догадываешься? – Я догадывался, но промолчал. – Хороший признак для Кристиана. Поцелуйчиков не было, обнимашек тоже, но впечатление наш ловелас произвел, несомненно, хорошее.

– Мне показалось? – задаю свой вопрос. – Или ты довольна.

– Ага, – односложно ответила Клэр, допивая чай.

– Думал, он тебе нравится, – пошел я в лобовую атаку.

– Нравится, – ничуть не смутившись, кивнула рыжая. – Как друг, не как мужчина.

Чуть не подавился последним глотком, не ожидая от нее такой откровенности. Клэр постоянно меняет свое поведение, то скользкая, как извалявшаяся в масле змея, то прямая, словно кузнечный молот. И эта перемена может произойти с ней в одно мгновение.

– А Мэри-то тебе понравилась?

Девушка задумалась.

– Не поняла пока. Но если она нашего воронёнка в себя влюбит, покрутит, а потом бросит, я ей устрою веселую жизнь.

– Да, тебе палец в рот не клади, – ляпнул я, не подумав.

Услышав это, девушка звонко засмеялась, хлопнула себя по бедрам, а затем посмотрела мне прямо в глаза.

– Заметь, я промолчала. – И подмигнув мне, вышла из-за стола. – Цени это!

В моей голове сразу промелькнул десяток возможных ответов, только два из которых не включали пошлости. Если бы она ответила, даже не знаю, как бы вывернулся, не солгав, не сев в лужу или не потеряв лицо. Перейдя на нейтральные темы и обсудив легенды Бухты Разбитых Черепов, мы немного погуляли и пошли на учебу.

Тесты оказались немного легче, чем я рассчитывал, и, судя по лицам моих однокурсников, они также ждали чего-то более сложного. У Яна и Клэр явственно читалось легкое разочарование по этому поводу, а вот Кристиан был скорее рад. Черноволосый в последние два дня совершенно точно мало думал об учебе, а его мысли витали совсем в другой плоскости. Будь тесты посложнее, воронёнок имел неиллюзорный шанс их завалить, но ему повезло.

После завершения тестов у нас была лекция графа Рунарского. По тому, как началось это занятие, мне стало понятно, что Ян все-таки доложил о вольном отношении к посещению занятий нашей троицы. Но получил не ту реакцию, на которую надеялся. Граф легонько нас пожурил, вот и все, без каких-либо последующих санкций или выговоров.

Как обычно лекции младшего сына герцога нестандартны и очень любопытны. В этот раз, к примеру, он поднял не какую-то техническую проблему, а углубился в историю, относительно кратко и емко рассказав нам о причинах геополитической конфронтации Новильтера с Францией. Начав даже не с изгнания герцогского дома, а с куда более раннего конфликта между древними родами.

Эта лекция еще раз доказала, что нас готовят к решению куда как бо́льшего круга задач, нежели технический контроль над конструкторскими бюро. Впрочем, сам рассказ графа Рунарского был очень интересен, несмотря на его явную политическую окраску, в которой его дом представал невинной жертвой распоясавшегося тирана. Тем не менее, даже когда наш куратор удалился, Ян, Кристиан и Клэр, уже покинув класс, продолжили обсуждать услышанное и спорить. Я же, сославшись на занятость, быстрым шагом направился к своему корпусу. У меня сегодня вечером была запланирована куда более важная встреча, и к ней надо было хотя бы немного морально подготовиться…

Глава 5

Полтора часа назад зашло солнце, а я из Излома наблюдаю, как накатывают тяжелые волны на скалистый берег. После полудня резко испортилась погода, и налетел сильный ветер со стороны океана. Все малые катера и яхты попрятались в гавани, и только тяжелые грузовые суда неспешно идут по фарватеру, даже не вздрагивая от ударов могучих волн. Надеюсь, ухудшение погоды – не намек на то, как пройдет разговор с наследником. Тряхнув головой, прогнал эту мысль, никогда не был суеверным – не надо и начинать.

Неторопливо, не покидая Излом, я направился в сторону Вилфлееса. Двигаться старался по низинам, чтобы не привлечь случайного внимания. Спешить было некуда, а вот еще раз обдумать ситуацию не помешает. Этим я и занимался, прокручивая возможные темы разговора. Чем больше размышляю, тем все сильнее кажется, что таких тем не может быть много. И приложив руку к сердцу, ни одна из этих тем мне не нравится. Скорее всего, разговор будет нелегким, и в лучшем случае меня просто хотят завербовать, проведя эту операцию на самом высшем уровне. Все остальные варианты, которые лезли мне в голову, были еще хуже.

Так, размышляя, я приблизился к дворцовому комплексу всего за четыре минуты до назначенного времени. Нахождение Малого дворца не было секретной информацией, его можно было найти на любой достаточно подробной карте города. В это время суток дворцовая территория напоминала засыпающий улей. За исключением службы безопасности, те работали как обычно. Проскочив через садовый комплекс, который по периметру отгораживал основные здания от любопытных глаз, вышел в самое сердце столицы. Главное здание не сильно впечатляло, на картинках оно выглядело более внушительным и монументальным. В реальности же сильно уступало знакомым Эрмитажу или Версалю, скорее напоминая мне Павловский дворцовый комплекс.

Как только пересек границу дворцовой площади, почувствовал легкое сопротивление, настолько незаметное, что сперва подумал, что мне показалось. Но как только ощутил его, так через секунду пискнули рации у охраны. Оборотни службы безопасности тот час пришли в боевую готовность. То есть получается, меня заметили? Но как? И как только спросил себя, так сразу вспомнил необычное стекло в здании РИЗВа, которое было способно почувствовать рейга в Изломе. То стекло было заговорено одним из Рыцарей Излома, который получил в качестве награды дар артефактора. То есть способность наделять обычные предметы необычными свойствами. Увы, я так и не смог узнать, кто же из рейгов обладает такой уникальной способностью.

Формально считалось, что изготовитель артефактов некий Рыцарь Излома по имени Белоплечий. У него была своя страница на сайте РИЗВа, изображение и все прочие атрибуты необходимые члену организации. Но. Реально никакого рейга с таким именем не существовало. Личность Белоплечего была фикцией, созданной Максом Краасом, для защиты реального артефактора.

К моему сожалению, имени настоящего умельца не знала и Майя. По ее словам, с артефактором встречался только Макс Краас, и никто более. А после гибели первого главы организации уникальный рейг так ни разу еще не вышел на связь. С другой стороны, кто-то же обновляет подпитку действующих артефактов РИЗВа. А значит этот артефактор – кто-то из действующих членов организации, который просто не желает раскрывать свой талант. Очень надеюсь, что когда-нибудь он признается. Подобный дар мог дать мне в руки очень интересные инструменты.

Скорее всего, сейчас я столкнулся с еще одним плодом его работы, а именно охранным периметром, чувствительным к Излому, развернутым для предупреждения охраны герцога. Ради любопытства почти минуту наблюдал за безопасниками. Оказалось, что они не знали ничего, кроме самого факта, что периметр кто-то пересек в Изломе. Будь у них больше информации, стражники действовали бы иначе. Тем не менее надо быть поосторожнее, кто знает, может этот «периметр» – не единственный сюрприз, который меня ожидает.

Если бы меня не поджимало время, я бы провел пару экспериментов с этой охранной системой, но как ни любопытно мне было, отложил это на когда-нибудь потом. К Малому дворцу вела петляющая мощеная старым камнем дорожка.

То, что меня ждут и приготовились к визиту, стало ясно сразу. Хотя бы по тому, что на этой дорожке, как и на небольшой площади перед Малым дворцом, не было никого, даже охраны. И только на ступеньках у входных дверей, разглядывая проплывающие в небе облака, стоял не кто иной, как Рок. Конечно я мог просто проскользнуть мимо него и сам найти наследника, но что-то глубоко внутри подсказало, что подобное действие будет неправильным. Поэтому, подойдя к ступеням, но еще не ступив на них, перешел в материальность.

– Мастер, – уважительно кивнул мне куратор, который даже бровью не повел при моем неожиданном появлении.

– Мистер Рок, – вернул ему кивок.

– Вам прямо до центральной лестницы, подняться на один пролет и направо, – сказав это, он распахнул входные двери.

Черт! Я хотел немного расспросить куратора о ходе следствия, но его слова явственно подсказали, что сейчас не время.

– Принято, – односложно ответив, поднимаюсь по ступеням.

Если фотографий интерьера главного дворца множество, и их легко можно найти в сети, то обстановка внутри Малого дворца неизвестна широкой публике. Попав внутрь, с любопытством огляделся. Высокие потолки, мягкий ковер ручной работы под ногами, мягкое, но достаточное освещение. Но больше всего привлекают стены, увешанные картинами. Причем это не портреты представителей герцогского рода разных поколений, как в главном здании, а пейзажи.

Пейзажи развешаны так хитро, что идя по коридору, ты словно проходил сквозь времена года. Не одна картина на каждое время, а по десятку на весну и на лето, и на осень, и на зиму. Увидев подобное впервые, я был поражен. Это было не просто красиво, это самый настоящий шедевр, от взгляда на который перехватывало дыхание. Картины явно были выполнены одним мастером, все сорок полотен вышли из-под одной руки.

Мама Изао – один из лучших искусствоведов в мире, и тем не менее она ни разу не рассказывала сыну об этом шедевре, хотя о других могла говорить часами. Мне кажется, она и не знала об этой серии полотен. Возможно, видели эти картины только особо приближенные к трону, и никто более. Не сказал бы, что я особенный и понимающий ценитель искусства, но даже меня проняло. Пройдя вдоль всех полотен от самой ранней весны до окончания зимы, словно очистился. Эффект был похож на часовую медитацию под присмотром Зан Кхема. Те тревоги, что терзали меня, отступили, разум успокоился.

Дверь в библиотеку была слегка приоткрыта, подумав, я не стал ее открывать сразу, а вежливо постучал.

– Входите, – донеслось из-за створок.

Библиотека к моему легкому разочарованию оказалась именно простой библиотекой. Стеллажи, полные книг от пола до потолка, вдоль всех стен и в центре зала большой, массивный письменный стол. В метре от стола, держа в руках раскрытую на середине книгу, стоял не кто иной, как Лейр Глуатон, старший сын правящего герцога. Узнать его было легко, так как он был медийной личностью, и фотографии с ним часто публиковались. Но что не могли передать снимки или видеосъемка, так это той ауры властности, которую буквально источал этот человек.

– Маэстро, – коротко кивнул наследник, и взмахом руки, в которой держал книгу, предложил присесть в кресло.

– Сир. – Коротко поклонившись, я принял его предложение.

Конечно, это могла быть ловушка, наподобие устроенной мне Эшином, но я счел эту возможность маловероятной. К тому же на мне сейчас Метатрон, и если кто-то решится меня пленить с помощью Тьмы, то его ждет большой сюрприз.