Эффект Фёдора

– Если вы так считаете… – отозвалась Аля, и двинулась следом за своим шефом. Наталья же только странно ухмыльнулась и отправилась к главному корпусу, даже не глядя в сторону своего шефа и новой подчинённой.

Они медленным прогулочным шагом брели по заброшенной аллее. И если на лице Виталия ясно читалась озорная усмешка, то его спутница казалась явно чем-то озадаченной. Ей было совершенно непонятно, зачем шефу понадобилось тянуть её за собой. Видимо, этот вопрос бегущей строкой отразился у неё на лбу, потому что господин Жарков всё ж решил снизойти до объяснений. Вот только делал это крайне странно.

– Как я понял, Алина, это первое ваше место работы, и ранее вам не приходилось заниматься ничем подобным, – начал он.

– Официально – нет, но каждое лето я подрабатывала в небольшой гостинице у подруги моей мамы. Там я отвечала как раз таки за организацию развлечений для гостей, – поспешила заметить девушка.

– Это замечательно, но… я думаю, вы понимаете, что здесь немного другой масштаб, – ответил Виталий Семёнович. – Там вы справлялись сами, а в нашем отеле вам придётся подключать помощников. То есть, вашей задачей будет не просто организовать то или иное мероприятие, а ещё и правильно настроить, и проконтролировать работу всего вспомогательного персонала. А, учитывая ваш довольно юный возраст и отсутствие опыта, этот самый персонал может попросту не принять вас как руководителя и, как следствие, отказаться вам подчиняться. Следовательно, вам нужно доказать им свой авторитет, но не на словах… на деле. Вы согласны со мной?

– Да, – выдавила из себя Аля, всё больше напрягаясь. Пока её ослепляла эйфория от полученной должности, она даже не задумывалась, как именно собирается работать. А ведь господин Жарков прав, она для всех этих работяг – не больше чем малолетняя выскочка. И как же теперь быть?

– Вижу, вопрос с этой стороны вы пока не рассматривали, а зря. Но, я вас позвал с собой именно затем, чтобы решить данную проблему. Эффект продлится дня три или, максимум, неделю. И за это время вы должны заработать себе авторитет. Как вы будете это делать, мне всё равно. Но если у вас не получится, значит, и работать здесь вы не сможете. А теперь, спокойно беритесь за мой локоть, натягивайте на лицо улыбку и тщательно изображайте, что вы моя давняя и горячо любимая знакомая.

– За.. зачем? – удивлённо выдала девушка, но тут же наткнулась на его строгий взгляд и поспешила выполнить указания. Они как раз вышли на открытую площадку перед фонтаном, где сегодня и была сосредоточена основная масса рабочих. – Вы думаете, что если они увидят меня с вами, то сразу же примут? Простите, но боюсь, всё это возымеет обратный эффект. Никто не любит протеже своего начальства.

– Да, вы правы. Но несколько дней они вас всё же потерпят из уважения ко мне, и за это время вы должны раскрыться как руководитель. В противном случае вас задавят… и сплетнями в том числе, – всё это он говорил с такой довольной улыбкой, что со стороны выглядело не иначе как флирт. – Но без моего участия было бы ещё хуже.

– Скажите, Виталий Семёнович, почему вы мне помогаете? – выдала Аля, глядя ему в глаза. В её голове вертелись сотни вариантов, но она всё равно не угадала.

– Вы заслужили моё уважение, крайне профессионально осадив моего брата. А это, поверьте, под силу не каждому… тем более девушке. Поэтому, я и решил дать вам шанс. Надеюсь, вы оправдаете оказанное доверие.

Тем временем они благополучно добрались до сидящего на лавочке бригадира, с которым Алину пару часов назад уже познакомила Наталья. И если при первой встрече этот крепкий мужчина с проседью показался ей суровым дядькой, то теперь она видела перед собой чем-то до жути довольного милого мужичка.

– Ну что, Саныч, как там твой новый работник? Не выпендривался? – с нескрываемым ехидством поинтересовался у него шеф.

– Нет, Виталь, не выпендривался, – отозвался бригадир с такой же коварной ухмылкой. – Пришёл ближе к обеду, обошёл территорию, посидел в тенёчке… потом стрельнул у меня сигарету, как-то морщась, её выкурил и, сославшись на головную боль, покинул наше общество.

– Вот засранец! – выругался вдруг Виталий Семёнович. – Я же говорил ему, чтоб не смел от работы отлынивать.

– Не злись. Ты же сам рассказывал, что у него проблемы в семье, и что парнишке жить негде. Да и видно по нему, что он какой-то… не от мир сего. Что ни спрошу – он ничего не умеет. Я думал – шутит или издевается. Но когда вручил ему лопату… – мужчина сдавлено хохотнул, – в общем, мы с ребятами впервые видели подобное. Твой рыжий реально не знает, что с ней делать. Боюсь даже представить, в каком «парнике этот овощ растили»! За те два часа, что он тут провёл, мужики себе чуть животы от смеха не надорвали.

– Слушай, Саныч… – серьёзно начал шеф, но тут не сдержался и растянул губы в широкой улыбке. – Ладно. Если не умеет – научите. Мне важно, чтобы он был по максимуму загружен, а если опоздает, заболеет или решит каким-то иным способом отвертеться от работы – сразу звони мне. В любое время.

– А ты чего это за него так взяться решил? – спросил вдруг Алексей Александрович.

– Да… одна старая подруга матери попросила сынишку пристроить. В подробности я не вдавался. Он к нам откуда-то из средней полосы приехал, и здесь у него никого нет… ни друзей, ни знакомых. Но послаблений ему давать не стоит. Пусть работает наравне с остальными.

– И не жалко тебе парня? Да по нему видно, что физически мальчик никогда не трудился, – сочувственно проговорил бригадир.

– Нет, не жалко, – отозвался управляющий со злой усмешкой. – Поверь, Саныч, это всё для его блага и в его интересах.

– Ну, коль так… – он смиренно развёл руками. – Сделаем, как ты просишь.

Во время этого разговора Алька продолжала стоять рядом с шефом, всё так же держа руку на его локте. И то и дело, ловила на себе странные косые взгляды работников. В каких-то виделся интерес, в других – неприкрытое презрение и осуждение. И в этот момент девушка окончательно убедилась, что такая помощь шефа принесёт ей куда больше проблем, чем пользы. И уж было решила сообщить о своём выводе Виталию Семёновичу, но в последний момент передумала.

Он не казался девушке глупым человеком… Скорее даже наоборот. А значит, прекрасно понимал, чем обернётся для новой сотрудницы простое появление с ним под ручку. А из этого следовал только один вывод: господин Жарков поступил так специально. Да только истинные его цели были ей неизвестны. Но одно Аля знала точно: никаких тёплых романтических чувств этот человек к ней не испытывает.

Когда они покинули Малый парк, он с полным равнодушием вручил Алине подробный план реконструкции и подготовки к Арт-фестивалю, где всё было расписано чуть ли не по часам. А после отпустил новую сотрудницу домой, оставляя её пребывать в недоумении.

Теперь, когда Алина получила полное представление о своей будущей работе, она уже не знала, радоваться ей или плакать. И всё бы ничего, но девушку искренне пугала вся степень ответственности, которая ляжет на её хрупкие плечи уже завтра. Но и сдаваться не собиралась. Ведь вряд ли ещё хоть когда-то ей выпадет шанс получить такую должность. А значит всё, что от неё требуется – не упустить этот, и показать себя как прекрасного, талантливого и находчивого специалиста. И она это сделает.

***

Ярко-алый солнечный диск медленно опускался за горизонт, окрашивая морскую гладь во все оттенки красного. День медленно уходил в прошлое, уступая место своей таинственной сестрёнке ночи. И в этот сумеречный час собственный огромный пентхаус показался Артёму как никогда пустынным и чужим.

Обычно он проводил здесь много времени, приводил друзей, девушек, устраивал вечеринки. Он всегда любил шумные компании и предпочитал находиться в центре всеобщего внимания. Вокруг красавчика Тёмы всегда крутилась уйма народа, и некоторых из них он действительно считал своими друзьями… Но, как оказалось, зря.

Теперь, очутившись в такой странной ситуации, он вдруг понял, что ни один из его так называемых дружков не станет ему помогать. Ни один не поддержит. Их дружба держалась исключительно на его деньгах, которыми этот мажорчик сорил направо и налево. И теперь, оставшись без своего… точнее, папиного богатства, Тёма потерял для них всякий интерес.

Осознание этого простого, но до жути неприятного факта опускало настроение парня ещё ниже, и вот уже несколько часов он с выражением полного равнодушия попивал прямо из бутылки припасённый коллекционный коньяк, и медленно курил одну за одной.

– Да уж, – послышался голос брата от входной двери. – Я знал, что ты прогуливаешь работу, но что делаешь это так «весело», стало для меня сюрпризом.

Он пересёк комнату и, достав из мини-бара пузатый бокал, присел на диван рядом с Артёмом.

– Плесни и мне немного, – попросил Виталик, протягивая ему стеклянный сосуд. – А то больно видеть, как ты напиваешься в одиночестве.

– У меня есть для этого стоящий повод, – ничего не выражающим тоном отозвался парень и тут же наполнил протянутый бокал. – Прости, ни фруктов, ни сырного ассорти предложить не могу.

– Ты что-нибудь ел сегодня? – мрачно уточнил старший Жарков, рассматривая вблизи осунувшееся лицо Тёмы.

– У меня нет денег на еду, – так же ровно отозвался тот.

– А на «бухло» значит есть? – воскликнул его брат. Да, он знал, что так просто младший не смирится и обязательно выкинет какую-нибудь глупость, и даже не одну. Но чтоб так? – Ты сдурел? Денег у него нет! К твоему сведению в столовой для работников кормят бесплатно! А то, что ты тут разыгрываешь, просто глупая детская принципиальность!

– Плевать, – пьяно буркнул Артём и прикурил очередную сигарету. – Я не стану питаться в этой грязной забегаловке. И уж точно не сяду за один стол с твоими работягами.

– Сядешь! – прошипел Виталик, которого слова брата повергли в настоящий шок. Нет, он знал, что его младший – испорченный самодур, но даже не представлял, насколько. – К твоему сведению, все эти работяги куда лучше твоих дорогих друзей. Кстати… Что-то я не заметил, чтобы кто-то из них кинулся тебя выручать. Прошло всего два дня, как ты без денег, а они уже тебя забыли.

– Заткнись! И без тебя тошно, – буркнул Тёма, делая очередной глоток прямо из горлышка.

– Это тебе от коньяка и сигарет тошно! – воскликнул Виталик, выхватывая из его рук бутылку.

– Что? Мало у меня отобрал? – выкрикнул вдруг пьяный Артём. – Решил последней радости лишить?

– Именно, – бросил старший, направляясь к мини-бару и вытаскивая оттуда все алкогольные напитки.

– Слышишь? Поставь на место! Это моя коллекция! – завопил Арт, пытаясь подняться с дивана. Жаль, но собственные ноги его уже не слушались.

– Пока она побудет у меня, – холодно отозвался Виталий, запихивая бутылки с дорогущим алкоголем в простой тёмный пакет. – Можешь считать, что спасаю её от тебя самого.

– Может, сразу меня пристрелишь? – продолжал истерить пьяный Артём. – Друзья кинули, «бабла» нет, собственный отец ставит на мне какие-то социальные и психологические эксперименты, а брат отбирает последнее и заставляет существовать наравне с каким-то «быдло». Виталь, я не хочу так жить!

– А придётся, – мрачно отозвался брат. – В общем так, за сегодняшнюю выходку я добавляю к сроку твоего наказания ещё одну неделю. И если будешь устраивать истерики, лишу карманных денег, – он глубоко вздохнул, и продолжил ещё более грубым тоном. – Что, жалко себя стало? Так вот, братец, поверь, у тебя нет причин себя жалеть. Твоя никчёмная жизнь, которую ты, кстати, ни капли не ценишь, проходит впустую! Мимо! А то, что за свои двадцать пять лет ты так и не нашёл ни одного настоящего друга уже говорит о многом. Подумай, может быть, дело в тебе?

Выплюнув последнюю фразу, Виталик развернулся и, звеня бутылками, отправился к выходу, но вдруг остановился и снова посмотрел на брата.

– Сейчас тебе принесут ужин, но это в последний раз. А завтра, ровно в семь утра ты должен быть на служебной кухне. Первую половину дня проведёшь там. Будешь помогать поварам, официантам, посудомойкам, грузчикам. И заодно посмотришь на всё это изнутри. Поверь, еда там ничуть не хуже, чем в наших ресторанах.

Он ушёл, громко хлопнув дверью, и Артём снова остался один в звенящей тишине своего пентхауса.

Прикуренная сигарета медленно тлела в его пальцах, а сгоревший пепел опадал прямо на белый ворсистый ковёр. Но парня это всё мало волновало. Он смотрел куда-то перед собой совершенно пустым взглядом, мысленно ругая весь свет. И только где-то на самом краю затуманенного алкоголем сознания, таилось слабое понимание, что Виталик во многом прав.

Что бы там ни было, но старший брат всегда являлся для него авторитетом. И Тёма даже искренне пытался стать таким как он. Но они оказались слишком разными, и то, что с лёгкостью получалось у Виталия, для его младшего родственника оказывалось неинтересной и невыполнимой задачей. Для Артёма была слишком скучна экономика, которая так увлекала брата, да и этот бизнес, со всеми его премудростями совершенно не впечатлял. Ему хотелось большего… Да только он сам не знал, чего именно.

Так Тёма окончательно заблудился в самом себе и в один прекрасный момент просто решил пользоваться всем, что даёт ему жизнь и не париться по всяким там пустякам. Благодаря успешному семейному бизнесу отца деньги у парня всегда водились. Да что говорить, с самого детства ему ни в чём не отказывали. Баловали. Естественно, он к этому быстро привык. Оттого нынешняя ситуация и казалась ему настоящей катастрофой.

Когда принесли ужин, Артём даже не заметил. Он вообще мало обращал внимания на обслуживающий персонал этого отеля. Все эти горничные, повара, официанты казались ему какими-то куклами. Этаким приложением к комфорту. Он никогда не пытался разглядеть в них людей. И вот теперь ему предстояло стать одним из них?

Сегодня утром, когда впервые миру явился молодой рыжий парень в очках со звучным именем Фёдор, вся эта затея ещё казалась Артёму игрой. Он до последнего надеялся, что Виталик просто посмеётся над ним… и успокоится. А в итоге его реально заставили копать землю, чего он уж точно никогда раньше не делал. И все эти измазанные в траве работяги откровенно потешались над ним. А их бригадир, вообще, ржал громче всех.

Потом был обед, который Тёма решил заказать себе в номер, вот только его отказались обслуживать, сославшись на прямой приказ управляющего. Но парень не отчаялся, хотя кушать уже хотелось очень сильно. Он со странной усмешкой взял в руки свой мобильный и принялся методично обзванивать всех, кого считал своими друзьями. Он не просил его приютить или помочь разобраться с проблемами. Нет… Он всего лишь говорил, что попал в глупую ситуацию и ему нечем заплатить за обед. Примерно после седьмого такого звонка дорогущий аппарат Тёмы красиво встретился с противоположной стеной, а сам парень устало упал на широкую кровать, не желая верить собственным выводам. Да только они были слишком очевидны, ведь ни один из тех, кому позвонил Артём, не посчитал нужным отменять свои дела и ехать к нему на выручку. Кто-то был занят, кто-то ссылался на отсутствие денег… Но разве это важно? Ведь все они попросту бросили его одного разбираться со своей неприятной ситуацией!

Реальность происходящего медленно накрывала сознание парня, и когда какофония невесёлых мыслей в голове стала просто невыносимой, он по привычке отправился искать утешение в коньяке. Именно за этим занятием его и застал Виталик. А уж его злые слова стали достойным апогеем всего этого идиотского дня! Осталось только дождаться аплодисментов и опустить занавес.

Теперь, оказавшись в яме, вырытой собственными родственниками ради каких-то странных целей, у парня не осталось другого выхода, как попросту начать играть в затеянную ими игру. И пока ему ни удастся разобраться в её премудростях, придётся придерживаться их правил, но… он обязательно найдёт выход. Ведь не мог же отец предусмотреть всего, а значит, есть во всём этом хоть какая-то лазейка и Тёма её обязательно найдёт.

А друзья? Наверно, не стоит жалеть о потере того, чего на самом деле никогда не было. Хотя, если бы не огромная доза выпитого коньяка, вряд ли бы ему удалось рассуждать об этом так… философски.

***

Несмотря на приличную дозу принятого накануне алкоголя, ровно в семь утра Артём уже стоял у служебного входа столовой для сотрудников. И сейчас она казалась ему, как минимум, страшными вратами в другой мир, из которого нет возврата. До его слуха периодически долетали льющиеся оттуда странные командные крики и громкий звон посуды. Бедный парень уже несколько раз порывался развернуться и уйти, но что-то его всё-таки удерживало. Он сам убеждал себя, что стоит здесь исключительно от полной безысходности и чувства голода, но переступить порог всё равно не решался.

– Эй, рыжий, чего уставился? – поинтересовалась обогнувшая его высокая черноволосая женщина лет сорока на вид. – Ты что, новенький? Небось, воплей Надькиных испугался, – бросила она с усмешкой и, не дожидаясь ответа, схватила его за запястье и потащила к двери.

Упираться не было смысла, как и вырывать свою конечность из её рук. Хотя Тёме очень хотелось это сделать. Но пока он размышлял, как бы потактичней ответить на такую фривольность, они уже оказались посреди большой комнаты с кучей шкафчиков, где помимо них сейчас находилось ещё несколько человек.

– Галка, ты кого это нам притащила? – выдал молодой мужчина в длинном чёрном фартуке и белой рубашке. – Хотя, подожди… Ты ведь Фёдор? – обратился он к парню, на что тот лишь удивлённо кивнул. – Нам вчера шеф сообщил, что ты придёшь. Я – Лёха. Повар. И, кстати, сегодня ты в полном моём распоряжении. Возьми в шкафу форму и приходи на кухню.

С этими словами Алексей скрылся за дверью, оставляя Тёму непонимающе смотреть ему вслед. Но долго так прохлаждаться ему не дали. Всё та же Галка вручила нужные вещи и снова потянула за собой, приговаривая при этом, что впервые видит столь молчаливого и скромного мальчика. Услышав это, Артём лишь странно улыбнулся и обязательно рассмеялся бы в голос, если б не эта конспирация. Ведь кем-кем, а уж скромным его точно никто никогда не называл.

Шагая черед подсобные помещения столовой, Тёма чувствовал себя не иначе, как попаданцем в неведомый фантастический мир, где люди вроде и говорят на его языке, да только он их почти не понимает. Облачившись в серый костюм, состоящий из свободных брюк и такой же рубашки и натянув поверх длинный синий фартук, он всё же переступил порог святая святых этого места и… оказался в царстве хаоса.

Да уж, совсем не так представлял себе Артём это место. В его мрачных фантазиях кухня столовой выглядела грязной, с обшарпанными стенами и полом, с огромными вёдрами вместо кастрюль и витающим повсюду запахом чего-то тухлого. И работать там должны были непременно старухи с бородавками на руках, облачённые в грязные рабочие халаты. А в реальности оказалось, что место, куда он попал, выглядит совсем иначе.

Однажды, несколько лет назад, он случайно забрёл в кухню одного из ресторанов их гостиничного комплекса и был поражён царящими там чистотой и порядком. Так вот, та кухня, где он находился сейчас, оказалось ещё чище. Всё здесь было организовано по высшему разряду и выглядело впечатляюще. И безупречно белые стены, и пол, и сверкающие чистотой столы, и белоснежные костюмы персонала. Наверное, он бы ещё долго так простоял, удивлённо осматриваясь по сторонам, если бы его вовремя не окликнул Лёха. Да и то, до ошарашенного парня далеко не сразу дошло, что тот Фёдор, которого так упорно зовут, на самом деле – именно он и есть.

– Вот, – проговорил повар, подводя Тёму к огромной кастрюле доверху наполненной молодым картофелем, – это твоё задание на ближайшие два часа. Я пока буду занят, так что, если закончишь раньше, можешь немного отдохнуть.

– А… что с этим делать? – спокойно поинтересовался рыжий парень, непонимающе глядя на мелкие клубни.

– Федя, ты что, ещё не проснулся? – усмехнулся Алексей. – Конечно, чистить. Вон на столе нож и перчатки. И давай в темпе.

Его кто-то окрикнул и Лёха поспешил удалиться, оставляя своего нового работника в полнейшем ступоре. В очередной раз смирившись с неизбежным и решив рассматривать всё это, как какое-то приключение, Артём присел на указанное место, взял в руки нож и даже попытался поковырять им в картофелине. Хотел найти откуда начинать её чистить… как апельсин или киви, вот только этот молодой овощ никак не поддавался. Да и выглядел, мягко говоря, ободрано. Его тонкая кожура отделялась небольшими чешуйками, которые Тёма и додумался аккуратно поддевать лезвием. Он настолько сосредоточился на этом странном занятии, что далеко не сразу заметил присутствие рядом постороннего. А кода всё же почувствовал на себе чужой взгляд и поднял голову, то оказался немало удивлён открывшейся картиной.

– Нет, ну скажи мне, откуда ты такой взялся? – прошипела Галка, едва сдерживая смех. – Дурень ты, Федька. Кто ж так картошку чистит? Это ж надо?

В этот момент мутные очки Артёма впервые принесли ему практическую пользу. Ведь, если бы не они, то Галина обязательно узрела бы направленный на неё полный жуткого раздражения взгляд. И вряд ли бы после этого вообще рискнула приближаться к Тёме или продолжать свои насмешки. А так она видела перед собой лишь напряжённого паренька в очках с толстыми стёклами, растерянного и, как ей казалось, смущённого. Это-то и вызвало в ней странное желание помочь.

– Эх ты, неумеха, – продолжала она, подвигая к нему ещё один табурет и усаживаясь рядом. – Смотри и учись, пока я жива. Ты как вообще нож держишь? Такое чувство, что делаешь это впервые. Ну да ладно, смотри, нужно вот так…

По словам Галки, чистка картошки, как и приготовление пищи вообще, было целой философией. Она ловко орудовала ножом, соскребая с молодого клубня тонкую кожуру, и при и этом постоянно что-то говорила. Рассказывала о кухне, её обитателях, о шеф-поваре Надежде Ивановне… И в то же время строго следила, чтобы парень работал правильно. Тёма так увлёкся своим занятием и непрерывной болтовнёй женщины, что оказался очень удивлён, забрав из кастрюли последний клубень. Наверное, всё его смятение отразилось на лице, потому что Галка снова хихикнула и, отобрав у него нож, потащила к раковине.

– А ты боялся! – усмехнулась она, споласкивая ножи и отправляя их в сушку, потом стянула перчатки и только теперь посмотрела на руки парня. – Батюшки, Федя! Ты чего ж перчатки-то не надел?

– А зачем? – поинтересовался он, глядя на свои руки, на которых как раз начали появляться тёмные пятна. И пока он непонимающе взирал на их странную расцветку, Галя схватила его ладони и засунула под струю воды. Тот даже опешил от такой странной наглости.

– Глупенький, они ж теперь долго не отмоются! – причитала женщина, намыливая его руки. – А мягкие-то какие! И не единой мозоли. Федька, да откуда ты взялся с такими ручками? Как у девушки.

Тёме пришлось прикусить себе язык, чтобы не ответить что-то грубое, но эта странная говорливая женщина, пытаясь закатать ему рукава, уже добралась до запястья его левой руки, где обнаружила то, что её порядком смутило. Галя замерла, ошарашено уставившись на браслет парня, и резко замолчала. Проследив за её взглядом, Тёма мысленно выругался, да так красочно, что сам удивился. И, наверно, первый раз в жизни его гнев был обращён на самого себя и свою вопиющую непредусмотрительность. Ведь у простого парня-работяги по определению не может водиться такого украшения. И пусть большую часть его браслетика составлял чёрный каучук, да только золота в нём было не меньше.

На массивном изогнутом пласте из этого драгоценного металла отчётливо просматривалось прозвище парня: «Art» выбитое витиеватыми буквами, а за ним тянулась линия из пяти бриллиантов. И пусть камушки Галя ещё могла не признать настоящими, но вот золото она всегда определяла безошибочно, как и примерную цену такой побрякушки. Отчего её глаза округлились ещё сильнее.

– Мощно… – только смогла сказать она, очнувшись от странного оцепенения. В её взгляде промелькнуло явное неодобрение, которое шокированная женщина отчаянно пыталась скрыть. – Ох, Федя… Где ж ты взял такую цацку? – Галя всё-таки не смогла сдержать своего любопытства. Но пока Тёма лихорадочно пытался придумать ответ, она уже сделала выводы сама. – Украл, небось… – прошептала она себе под нос.

–Что? – обижено бросил парень и тут же поспешил вырвать свою руку из её ладоней. – Это подарок!

Он выдал ответ как-то автоматически, совершенно не задумываясь, что ему вряд ли поверят. Да и тот тон, которым это было сказано, наталкивал совсем на другие выводы. Пришлось срочно брать себя в руки.

– Это кто ж тебе такие подарки делает? – прошипела женщина, то и дело, косясь на браслет.

– Брат, – ответил Феденька. – На двадцатилетие. Тогда у нас в семье хватало на это денег. Это сейчас… – он осёкся. – В общем, теперь их нет. А я вынужден осваивать новые для себя виды заработка.