Съеденная Планета (Путешествие Без Гарантий)

Генераторы всё ещё не работали, и экипаж освещал путь фонарями. Тусклый аварийный свет апатично падал на стены и палубу. Корпус корабля издавал потрескивающие звуки: обшивка постепенно остывала. Словно пробуждённый от крепкого сна, корабль зевающе потянулся в космическом пространстве.

Стикл знал, что Феликс и Седна дружили со снузогрызлами, поэтому когда они приблизились к грузовому отсеку, он жестом велел им остановиться, ожидая худшего. Он не хотел, чтобы те увидели друзей мёртвыми.

— Подождите… Я пойду первым.

Но Седна и Феликс не могли позволить матросу войти одному в грузовой отсек.

Товарищи осторожно раздвинули коробки, осматриваясь по сторонам. Но снузогрызлов не было там, где их оставили лежать перед инцидентом.

Феликс нахмурился и посветил фонариком в угол:

— Может, их кто-то уже утащил? — пробормотал он.

Они начали прочёсывать отсек, двигаясь медленно, стараясь не задевать парящие в воздухе ящики. Инструменты и коробки висели в невесомости, как замершее облако беспорядка.

Стикл осторожно отодвинул одну из тумб, Седна проверила пространство между двумя контейнерами. Ничего.

— Они же не могли испариться, — буркнул Стикл.

— Возможно, они просто переползли? — предположила Седна, но её голос звучал неуверенно.

Ни следов, ни звуков, ни клочка меха…

Медленно, мимо пролетел гравированный стакан. За ним потянулась россыпь янтарных капель, плавно дрожащих в воздухе. Феликс принюхался.

— Пахнет ромом…

Из глубин грузового отсека раздался знакомый голос:

— Угадал, пацан. Это выдержанный ром.

Близнецы снузогрызлы висели в невесомости под потолком. Кода обнимал в лапе бутылку, а Сажик уже крепко спал.

Троица вздохнула с огромным облегчением и поплыла спасать механиков. Увидев друзей, Кода икнул и потребовал ответов:

— Что случилось с моей любимой шлюпкой?

Стикл покачал головой и ничего не ответил. Седна и Феликс пожали плечами.

— Вы не знаете?.. Ладно, — протянул Кода с явным сарказмом. — Похоже, никто ничего не знает.

Матросы раздвинули ящики и помогли снузогрызлам выбраться из угла и продвинуться дальше по коридору.

Кода всё ещё удивлялся, что они вообще остались живы:

— Ну и ночка выдалась, ребята, ну и ну…

А его «вечный спутник» даже не шелохнулся. Сажик просто вырубился после всего, что пришлось пережить полчаса назад.

— Не волнуйтесь, я щас верну его обратно, — сказал Кода и сделал хороший глоток бодрящего напитка.

Ром начал оживлять его сиамского брата. Откуда-то издалека, из мира мёртвых, душа Сажика улавливала запах рома и потихоньку возвращалась в тело. Бедняга сначала открыл один глаз, потом другой. Ещё один глоток — и он приподнял тяжёлую голову, пытаясь сфокусировать взгляд.

— Сажик! Ты жив! — воскликнул Феликс и обнял друга, невольно пнув его по ноге.

Сажик яростно взвыл:

— Ай! Будь ты проклят вместе с этой старой лодкой!

— Разве ты не рад меня видеть? — обиделся Феликс.

— Ты пнул меня в мою сломанную ногу, придурок!

— Упс.

— Просто… отстаньте от меня, — буркнул Сажик. Когда ему было больно, он, казалось, ненавидел весь мир вместе с его обитателями. Он выхватил бутылку из лапы брата и сделал большой глоток. — Итак, мы сделали это? Мы выбрались живыми? — спросил он с надеждой и лёгким раздражением.

Экипаж переглянулся и молча пожал плечами, «наверное».

— Супер! — воскликнул Сажик и сделал ещё один глоток — на этот раз, чтобы успокоить нервы…

Снузогрызлов пришлось аккуратно толкать по коридору в сторону медицинского отделения, надеясь, что робот по прозвищу Хирург сможет вправить Сажику все кости. Все очень надеялись, что и сам Хирург не пострадал.

Они нашли корабельного врача намагниченным к шкафчику для хранения вещей. Размагнитившись, он с грохотом рухнул на пол, очнулся и начал себя ощупывать. Робот не мог поверить, что не сломан.

Придя в себя — а точнее, в свою оцифровку — он приказал уложить снузогрызлов на специальный стол.

Хирург прошёлся взад и вперёд, регулируя свои гибкие ноги и подбирая нужную высоту. Его чёрные линз-глаза с любопытством осматривали пострадавшую ногу, приближая и фокусируя изображение.

— Так-с. Перелом. Смещённый. Характерный случай героического спасения во время гравитационного коллапса. Стандартная ситуация. Пятнадцать процентов от общей статистики по травмам на борту. Поздравляю. — С этими словами он протянул снузогрызлам болеутоляющие пилюли. — Через минуту и около двадцати секунд боль отступит, и я начну работать над твоей лапой. Если ты предпочитаешь кричать, советую начать заранее — во избежание задержки реакции.

(Это была шутка. Вероятно.)

Прошла ровно минута и двадцать пять секунд.

Хирург хлопнул по металлическому корпусу и произнёс:

— Все готовы?.. Прекрасно. Прошу держаться за лапу пациента. На счёт три — дёрнуть как можно сильнее. Кость… ну, вроде как, должна встать на место.

Ну вроде как? Феликс напрягся:

— Эм… Хирург?

— Да, юнга по имени Феликс?

— В каком университете ты изучал медицину?

— Ни в каком, — спокойно сказал судовой врач.— Я прошёл ускоренный онлайн-курс по распродаже. Дизайн сайта выглядел неважно, но это ведь не главное. Главное — я загрузил в свою систему все доступные медицинские данные, успешно сдал тест… и заплатил за диплом. В то время ещё действовала скидка двадцать процентов.

Эти слова заставили всех нервно сглотнуть, а Сажик хлопнул себя по лбу. Он стал ругать себя за то, что не удосужился спросить, откуда вообще взялся этот «доктор», когда подписывал рабочий контракт механика.

Во что же я вляпался?! — подумал он, мысленно ругая себя, и попытался соскочить со стола. Но вес брата прижал его и не дал сбежать.

А Кода всё ещё переваривал слова Хирурга и пока не реагировал.

Тем временем Хирург, похоже, не уловил ни паники, ни попыток бегства.

— Итак, пациент. Каковы ощущения? Либо их отсутствие?

Сажик нервно сглотнул: во рту резко пересохло. Он ничего не ответил.

За него снова заговорил врач:

— Ничего не чувствуешь? Отлично. А теперь скажите, вы бы предпочли, чтобы я починил эту лапу, или удалил её и поставил роботизированную?

У снузогрызлов похолодели конечности, морды побелели, ром мгновенно выветрился из крови.

— Лучше оставить, — с хрипотцой выдавил Сажик. Потом чуть громче добавил: — Мне нравится моя нога.

— Вы уверены? — спросил доктор и уставился на него.

Его линзо-глаз сфокусировался так точно, что Сажику стало страшно на молекулярном уровне.

Будучи роботом, Хирург никогда не понимал привязанности органиков к своим частям тела. Он считал это архаичной, почти сентиментальной слабостью. Зачем чинить, если можно заменить? Вот руки у него ломались — и что? Он спокойно их откручивал, заменял и забывал. Старые перерабатывались. Логично. Биологические существа казались ему странными. Но он их любил… по-своему.

На вопрос Хирурга Сажик ответил так, чтобы все присутствующие слышали. В его голосе звучала мольба настоящего заложника:

— Да! Я уверен! Оставьте мне мою ногу!

— Ладно, ладно. Успокойся, пациент, — сказал Хирург. Ему было абсолютно всё равно: чинить или ампутировать. — После починки я сделаю вам специальный кальциевый укол. Через несколько дней лапа будет как новенькая. Наши общие усилия определят будущую прямолинейность конечности пациента, — добавил он с педантичной гордостью.

Все столпились вокруг снузогрызлов и на счёт три дёрнули лапу.

Комната наполнилась мучительным рёвом. Сажик ругался, как самый отпетый портовый грузчик.

— Немного кривовата, — сказал доктор, изучая ногу с математической строгостью. — Давайте попробуем ещё раз.

Абсолютно всё в этом докторе казалось Феликсу сомнительным: Его интонации, фразы, движения, даже способы «успокоения» пациентов — всё вызывало смутное беспокойство.

Однако после третьего раза кость выглядела так, будто её никогда и не ломали, хотя к тому моменту Сажик уже всерьёз пожалел, что вообще родился на этот свет.

Хирург тем временем распечатал трёхмерную оболочку — что-то вроде гипса — и аккуратно зафиксировал её на ноге пациента, чтобы обездвижить конечность.

Наконец, процедура была завершена. Спины Феликса и Седны ныли от напряжения, а Стикл уверял, что теперь у него грыжа «размером с половину астероида».

Через некоторое время капитан снова активировал вращение кольца, и гравитация постепенно вернулась.

Робот-фельдшер недовольно пробормотал что-то про «несовершенство органических тел» и удалился по своим делам с видом, будто он один спас всю команду.

Команда находилась в смятении. Боцман осматривал главный компьютер, пока капитан и старший кук листали карты космоса и схемы, сравнивая их с тем, что видели на экране и за иллюминатором.

Тревожная, напряжённая атмосфера постепенно заполняла всё вокруг.

Оторвавшись от карт, капитан почесал затылок и уставился вдаль, в раздумьях:

— Я ничего не понимаю…

Он ещё раз отрегулировал телескоп и заглянул в объектив.

Ещё несколько секунд Шторм смотрел на звёзды с выражением абсолютного замешательства — самым сильным за всю свою долгую службу.

Он снизил узлы почти до нуля, отключил главные двигатели и замер.

Некоторые по очереди осматривали окрестности сквозь старенький телескоп на мостике, другие — через новейшие бинокли, но все видели одно и то же.

— Что, астероид побрал, всё это значит?

— Это вопрос на сто тысяч родиевых монет, — отозвался капитан и ввёл что-то в систему.

Через мгновение над столом зависла голограмма: она отображала всё, что главный ИИ, бортовой компьютер называемый «Мозг», успел просканировать в ближайших секторах.

Капитан поднял руку и увеличил карту: изображение развернулось, заполнив всю рубку.

— Интересно, интересно… — бормотал капитан, медленно шагая между неоновыми звёздами, словно по коридорам собственного ума.

Экипаж рассматривал небесные тела ближайших систем, надеясь узнать хоть одно.

Но рядом с каждой звездой всплывала одна и та же надпись: Ошибка. Объект не найден.

— Может, сканер сломался? — предположил боцман.

— Честно говоря, я и сама не узнаю эту область, — сказала Седна.

В этот момент Феликсу пришла в голову идея:

— Капитан, разрешите попробовать кое-что?

— Валяй, — кивнул капитан.

Юнга подошёл к консоли и ввёл команду в систему. Он надеялся, что компьютер выведет список галактик, похожих на ту, где они находятся, чтобы можно было сопоставить координаты и убедиться, что всё это просто сбой.

Он увеличил миниатюрную модель их корабля, затем провёл рукой вбок. Трёхмерная голограмма сместилась, и Феликс коснулся звезды, которая чуть не сожрала их судно.

Появилась надпись на нескольких межгалактических языках: Неизведанное.

Заметив любопытство в глазах товарищей по кораблю, Феликс пояснил:

— Я хочу сравнить наше местоположение с другими галактиками и проверить, не сбился ли навигационный компьютер, или мы и правда угодили в какое-то неизведанное направление.

Морфер радостно хлопнул юнгу по плечу:

— Умный мальчик!.. Знаешь, ты мне не сразу понравился, когда я тебя впервые увидел.

Поговаривали, ты хулиган, да и тощий какой-то. Но эт ничего, я тебя ещё откормлю!

— Ээ, спасибо, — сказал Феликс, а затем решил обратиться к главному компьютеру напрямую: — Мозг?

— Слушаю.

— Не мог бы ты сказать, где мы находимся? В какой галактике?

Тишина. Через несколько секунд:

— Я не нашёл ответа на ваш вопрос, Феликс. Запрос некорректен. Уточните координаты.

— Координатов не имеется. Мозг, как называется ближайшая к нам звезда?

— Объект не нанесён на карту. Я не нашёл ответа на ваш вопрос, Феликс.

— В таком случае, пожалуйста, перечисли все звёзды в базе данных, которые похожи на ближайшую к нам сейчас звезду.

— Феликс, вы хотите, чтобы я сравнил космические тела в моей базе данных со звездой, находящейся в двадцати межгалактических космических узлах от корпуса корабля?

— Именно так.

Мозг замолчал. На долю секунды рубка погрузилась в лёгкое напряжённое молчание.

Внутри компьютерной системы начали вращаться слои анализа: сначала по спектральному составу, затем по частотному излучению, по гравитационной массе, типу активности, радиационному профилю, историческим наблюдениям…

Через некоторое время в воздухе появилась голограммная надпись:

Совпадений: ноль.

Похожие параметры: обнаружено 10087 объектов.

Степень совпадения: не более 36%.

Системное примечание: объект обладает большим количеством известных свойств, но не совпадает ни с одним известным телом полностью. Категория: невозможная звезда.

Мозг не любил невозможности. Он не умел с ними обращаться.

— Феликс, я завершил сравнение. Ближайшая звезда не совпадает ни с одной из записанных в базу данных. Её характеристики частично соответствуют множеству тел, но ни одно не совпадает полностью. Вывод: объект аномален. Местоположение не определено.

Через несколько минут над голограммой таинственной звезды загорелась ещё одна надпись:

Объект: Звезда. Класс Ц-16. Тип: Оранжевый Титан. Название: Неизвестно. Не нанесено на карту.

Чуть ниже развернулась таблица похожих звёзд.

— Похожие звёзды в данных… — прочитал Феликс и повернулся к Седне. — Поскольку ты знаешь звёзды как свои пять пальцев, мне нужна твоя помощь. Мы пройдёмся по названиям. Не сравнишь их с тем, что записала в журнале? Так, на всякий случай. Вдруг комп глючит.

— Я тоже как раз об этом подумала, — сказала Седна.

— С чем чёрт не шутит, — выдохнул капитан и достал свои записи, хотя уже подозревал, что они скорей всего не найдут то, что ищут. — Принимайтесь за работу.

Феликс начал перечислять:

— Рупумп. Класс Ц-16, оранжевый титан.

Седна пролистала журнал, затем покачала головой:

— Не подходит.

Затем пошли другие звёзды, которые тоже не подходили.

— Не торопитесь, — сказал капитан. Надев очки он внимательно вглядывался в записи, сверяя каждую деталь с базой данных.

Тем временем Леобор, Мойра, Стикл и ещё один матрос-робот по-имени Винт разошлись по артиллерийским отсекам, готовясь к возможной атаке. Они тысячу раз оказывались в ситуациях, когда пираты нападали в самый неподходящий момент. И лучше быть готовыми, чем потом отстреливаться кру́жками.

Феликс, Седна и Шторм остались разбираться с загадкой.

Прошёл час. Феликс всё продолжал:

— Блюз М-180. Класс Ц-16. Оранжевый титан…

— Не то, — ответила Седна, сверившись с записями.

Капитан согласно кивнул:

— Возле Блюз М-180 куча орбитальных городов, население под десятки миллиардов; там негде даже незаметно пёрнуть. А здесь… Пустыня. Настоящая.

Феликс отметил это про себя. Он запоминал всё, что говорили старшие.

— Следующий на списке… Альшамуф?

Седна замолчала. Минуту-другую она изучала данные, потом выдохнула:

— Издалека похоже… Но нет. Совсем не то.

Капитан кивнул:

— Альшамуф ярче. Я там бывал ещё студентом. Эх… хорошие были времена.

В течение двух часов Феликс методично перебирал названия. Список сужался, как петля. И ни одна звезда не совпадала.

— Следующие: жёлтые титаны. Альшамуф Ноль Пять.

— Ни один Альшамуф не вписывается, — сказала Седна. — Слишком большие. Если бы мы были в том районе, мы бы уже сгорели даже на таком расстоянии.

— Милена. Сигмус-81. Наше созвездие, — с ноткой надежды и гордости в голосе сказал Феликс.

— Даже не надейся, — ухмыльнулся капитан. — Я бы узнал свою галактику даже с закрытыми глазами.

Следующая звезда в списке находилась в соседней галактике, но относилась к классу восходящих красных гигантов.

— Индиго 16-07. Ц-17… Тоже не то? Ладно. А как насчёт Регины Охры, Созвездие 36?

С каждым «нет» напряжение нарастало.

Постепенно список закончился.

Прошло ещё несколько часов. Феликс, Седна и капитан всё ещё ломали голову над местоположением.

Время от времени Лео и Мойра выходили на связь с мостика артиллерии, докладывая, что космос вокруг — чист.

Седна и капитан качали головами:

— Не то. Не то…

Чем дольше они перебирали, тем тягостнее становилось настроение.

Сутки спустя, когда похожие звёзды закончились, пришлось перейти к галактикам. Феликс решил, что стоит перечислить всё, что хоть отдалённо подходит, но в глубине души он уже чувствовал: это ничего не даст. Старшие тоже всё понимали: с самого начала, с первого взгляда в телескоп, они ничего не узнали. Сначала подумали, что просто сошли с ума. Но позже стало ясно — глаза не могут обманывать всех вместе.

С точки зрения характеров, Морф и Лия были самыми весёлыми и разговорчивыми на борту. Но теперь они оба молчали.

За ужином Седна тупо уставилась в тарелку… а потом разревелась.

— Я не понимаю, как это могло произойти! — всхлипывала она. — Я же всё перепроверила!

— Брось. Кого это волнует? — сказал капитан. — По крайней мере, мы живы.

— Конечно, — поддержали остальные.

Но Седна зарыдала ещё сильнее:

— Вы ужасные актёры!..

Мойра присела рядом и погладила её по голове щупальцем:

— Нет, дорогая. Они не плохие актёры. Уж я-то знаю, поверь… ой, оговорилась… Я просто хочу сказать, что это не твоя вина. По умолчанию, корабль не позволил бы даже самому гениальному штурману выбрать опасный маршрут. Эта звезда появилась буквально из ниоткуда, что, конечно, противоречит и физике, и здравому смыслу. Но… космос его знает, как она там оказалась.

Мойра была права. Корабль был оснащён системой предотвращения столкновений, и просто не дал бы себя угробить.

Лия вошла в столовую в тёмных очках — её глаза ещё не оправились после ослепляющего света, когда она была в спасательной капсуле. Осторожно нащупав край стола, она поставила стакан воды и тарелку с двумя большими и почему-то белыми печеньями. Затем она села рядом с Седной.

— На, поешь. Ты ведь и к еде не притронулась. А Морфер ведь так старался с ужином.

Седна высморкалась в салфетку, взяла стакан дрожащими руками, откусила печенье. Звук хруста разнёсся по столовой. Она проглотила, зевнула… и через минуту распласталась на стуле, уснув прямо за столом.

Морфер изумлённо поднял брови:

— Ух ты. Ты запихнула успокоительное в печенье?.. Очень эффективно. Она и минуты не продержалась. Я тоже хочу. После всего этого я не засну без шока или лома по голове.

— Что? Да нет же… — нахмурилась Лия.

Она сняла тёмные очки, потёрла припухшие глаза, нащупала руку Седны и тряхнула её. Седна соскользнула на пол и захрапела.

— Что ты ей только что дала? — спросила Мойра, подозрительно прищурившись.

— Просто воду и печенье, — беспомощно развела руками Лия.

Ощупывая стены, она пошла обратно на кухню. А через минуту вернулась с коробкой размером с межгалактический словарь и положила её на стол:

— Вот упаковка.

Морф принял коробку, подозрительно большую как для сладостей.

— Так, что тут у нас?.. Ингредиенты: звёздная валериана, космический шиповник, какие-то травы, ароматизатор тюленезавра, ароматизатор пингвиноида, ароматизатор трескуна и сельдьшлёпа. Что бы это ни значило…

В этот момент Мойра заметила на полу сложенный листок. Видимо, выпал, когда Морф открывал коробку. Она подняла его и развернула, как туристическую карту. А затем вымолвила:

— О чёрт… Это не печенье. Это снотворные таблетки для снузогрызлов!

Морф закатил глаза:

— Ну вот! Без навигатора, похоже, мы тут надолго. Пока она проснётся, я уже на пенсии буду.

*

Два дня спустя Феликс нанёс визит в медицинское крыло. Кода и Сажик сидели, откинувшись на матрасе. Седна буквально только что проснулась, за несколько минут до его прихода. После такого сна она выглядела на десять лет моложе.

Она зевнула и потянулась с великим энтузиазмом:

— Ах, я не высыпалась так хорошо со школьных лет, около пятнадцати лет назад!

Феликс пришёл поинтересоваться, как у них дела, но его друзья тут же завалили вопросами что да как.

— Морфер думает, что, возможно, какой-нибудь незнакомец проник и изменил курс корабля, — доложил Феликс.

Сажик покачал головой:

— Это было бы абсолютно невозможно, если только кто-то не изобрёл невидимый плащ и не разузнал пароли.

Феликс задумался:

— А если им не нужен был плащ, потому что их плащом была темнота, которая скрывала их?

Соратники выглядели сбитыми с толку:

— Что ты имеешь в виду?

— В ту ночь, после починки охладителя, когда вы направляли «Бурю» на курс, свет ведь был везде отключён. Ну, кроме того голубоватого лунного света. Это значит, что любой мог пробраться в ядро.

Снузогрызлы вскинули брови:

— Ооо… Но мы установили курс рано утром, после того как закончили с системой охлаждения. Ты ошибаешься со временем.

Седна кивнула:

— Да, и не было темно. Мы точно не видели никого странного.

— Подождите, но… — Феликс был в замешательстве. — …Я видел вас в ночь перед отправлением. Я видел, как вы остановили гравитацию и открыли люк в ядро около полуночи!

Его товарищи по команде посмотрели на него с недоумением. Но Феликс выглядел совершенно серьёзным.

— Феликс, ты уверен, что тебе это не снилось? — спросила Седна.

Феликс мог бы поклясться своими большими пушистыми ушами, что это было реальностью.

Механики покачали головами:

— Это невозможно. Тебе, наверное, приснилось.

Хирург зашёл в крыло, чтобы сделать укол кальция в ногу Сажика, и непроизвольно подслушал часть их разговора.

— Когда органический мозг не отдыхает должным образом, он может впасть в состояние, проявляющееся в бессознательном лунатизме. Надеюсь, ты не лунатик, Феликс.

Кода прищурился, а затем усмехнулся:

— Погоди-ка. Ты ведь не обманываешь нас, да? Ты сказал, что там был лунный свет. Но откуда он мог взяться? Вокруг Похмелиона нет лун.

— Клянусь своими быстрыми ногами, я не спал, и я не обманываю вас!

— Хватит фраз с ногами! — прервал Сажик. — Они вызывают неприятные воспоминания.

Седна была обеспокоена состоянием Феликса. Мальчик, наверное, путал происходящее из-за шока.

— Я нахожу странным, что мы оказались в неизвестной вселенной, это правда. Но «Бурю» нельзя маршрутизировать без пароля. Без пароля, который есть только у нас.

Кода закивал:

— Она права. Может, тебе приснился яркий сон, Феликс?

Феликс чувствовал, что они ему не верят, и что они думали, что он переутомился и начал галлюцинировать.

— Почему бы тебе не отдохнуть? — предложил Сажик, похлопав юнца по спине.

Феликс вышел из медицинского крыла с чувством медленно подкрадывающегося сомнения, как если бы змея вползла в чужую нору и свернулась клубком где-то в уголке сознания.