Второй шанс для злодейки

— Вы предлагаете нам доплатить за лучшие места? — возмутился Фальк.

— Нет. Я предлагаю вам заплатить за то, что вы хотите лучшие места.

— Это одно и то же!

— Тогда нам будет легко договориться.

На несколько секунд воцарилась тишина.

Затем один из младших купцов не выдержал и рассмеялся.

Фальк посмотрел на него так, что тот мгновенно вспомнил о существовании деликатных семейных обстоятельств.

— Мне необходимо обсудить это с партнёрами, — холодно сказал купец.

— Конечно. Только постарайтесь не затягивать. У меня ещё запланирован обед.

— Вы шутите?

— Нет. Обед — единственная встреча в моём расписании, которую я действительно уважаю.

Через двадцать минут Грегор Фальк вернулся с новым предложением.

Оно было лучше.

Не идеально, конечно. Торговцы не становились щедрыми от одного разговора с женщиной, которая умела складывать числа. Но теперь они соглашались платить пошлины заранее, отказывались от компенсации за погоду и принимали дополнительный сбор за склад.

Эмбер проверила цифры.

— Приемлемо.

Фальк протянул ей перо.

— Тогда подпишем соглашение?

— Нет.

Купец застыл.

— Простите?

— Сначала внесите исправления в пункт о сроках поставки зерна. Здесь написано, что вы доставите товар в течение трёх дней после получения оплаты. А в приложении указано пять дней после окончания ярмарки.

— Это техническая неточность.

— Разумеется. Как и то, что в одном документе цена за мешок составляет четыре серебряных, а в другом — четыре серебряных и тридцать медных.

Фальк молчал.

Эмбер наклонила голову.

— Знаете, господин Фальк, я начинаю подозревать, что ваш юрист очень любит технические неточности.

— Мы исправим документы.

— Вот и прекрасно.

Она вернула свиток.

— И ещё. В случае задержки поставки вы платите неустойку.

— Неустойку?

— Да.

— Но это не обсуждалось!

— Теперь обсуждается.

— Госпожа Валентайн, вы понимаете, что подобные условия могут сделать сотрудничество невыгодным?

Эмбер посмотрела на него с искренним сочувствием.

— А вы понимаете, что именно поэтому условия и существуют? Чтобы сотрудничество было выгодным обеим сторонам?

Купец открыл рот.

Закрыл.

Потом повернулся к своим спутникам.

— Нам потребуется ещё немного времени.

— Разумеется, — сказала Эмбер. — Я пока поем.

И достала вторую булочку.

К полудню она успела пересмотреть четыре договора, изменить условия поставки зерна, договориться о дополнительных торговых местах и убедить местного пекаря продавать булочки с небольшой скидкой в обмен на выгодное расположение у входа.

Пекарь, кстати, согласился первым.

У него было шесть детей, жена, ипотека на печь и очень ясное понимание того, что лишние деньги никогда не бывают лишними.

Эмбер его уважала.

Купцы же постепенно начинали смотреть на неё так, словно она была редким природным явлением.

Или стихийным бедствием.

Возможно, разницы между этими понятиями в Вейле не существовало.

— Госпожа Валентайн!

Эмбер закрыла глаза.

— Если это ещё один купец, скажите ему, что я уехала в монастырь.

— Это я, — произнёс знакомый голос.

Она открыла глаза.

Перед ней стоял Рейнхард.

Высокий, как всегда раздражающе красивый, в тёмном камзоле и меховом плаще. Его волосы были чуть растрёпаны ветром, а на губах играла улыбка человека, который прекрасно понимает, что происходит, и получает от этого удовольствие.

Эмбер посмотрела на него.

Потом на площадь.

Потом снова на него.

— Вы опоздали.

— На семь минут.

— За семь минут я успела обнаружить три попытки обмана, изменить два договора и спасти местного пекаря от финансового краха.

— Впечатляет.

— Ещё я проголодалась.

— Это, пожалуй, самое серьёзное из перечисленного.

Рейнхард протянул ей небольшой свёрток.

Внутри оказался кусок яблочного пирога.

Эмбер посмотрела на пирог с таким чувством, словно он был посланием от богов.

— Вы начинаете понимать, как со мной работать.

— Я быстро учусь.

— Тогда запомните: если хотите получить от меня ещё один час продуктивной деятельности, кормите меня.

— А если мне потребуется два часа?

— Два куска пирога.

— А если целый день?

Эмбер задумалась.

— Вы весьма амбициозны, граф.

Он рассмеялся.

И почему-то этот смех раздражал её гораздо меньше, чем должен был.

— Я слышал, что господин Фальк уже дважды просил пересмотреть соглашение, — сказал Рейнхард.

— Трижды.

— И вы отказали?

— Дважды. В третий раз я предложила ему чай.

— Зачем?

— Он выглядел так, будто вот-вот потеряет сознание. А если купец умрёт на площади, придётся оформлять документы. Я не хочу оформлять документы.

Рейнхард покачал головой.

— Вы удивительная женщина, Эмбер.

— Я обычная женщина, которая хочет спокойно жить в своём доме.

— Обычные женщины не пересматривают торговые соглашения за один день.

— Обычные графы не присылают людей к семи утра.

Он поднял руки.

— Признаю свою вину.

— Запишите это где-нибудь. Вдруг пригодится в суде.

— Вы всегда так разговариваете с людьми, которые платят вам?

— Нет. С ними я ещё хуже.

Рейнхард снова улыбнулся.

Она заметила, что он смотрит на неё не как на бывшую придворную злодейку, не как на ссыльную и даже не как на полезного специалиста.

Скорее как на загадку, которую ему хотелось разгадать.

Эмберу это настораживало.

Загадки обычно требовали усилий.

А она категорически не собиралась прикладывать усилия к тому, чтобы быть загадочной.

— Кстати, — сказала она, откусывая пирог, — мне нужна копия окончательного соглашения с купцами.

— Я распоряжусь.

— И чтобы все изменения были внесены до подписания.

— Разумеется.

— И ещё мне нужны деньги за работу.

Рейнхард слегка приподнял бровь.

— Мы договаривались о семи золотых.

— Да. За ярмарку. Но если вы хотите, чтобы я продолжала заниматься договорами после её окончания, это отдельный тариф.

— Какой?

— Десять золотых в месяц.

Рейнхард посмотрел на неё с неподдельным интересом.

— Вы просите жалованье?

— Нет, граф. Я прошу компенсацию за то, что вы регулярно нарушаете мой покой.

— Десять золотых за нарушение покоя?

— Если будете приходить без пирога, тариф увеличится.

Он рассмеялся так громко, что несколько рабочих обернулись.

— Вы невозможны.

— Зато экономически обоснованна.

Рейнхард перестал смеяться, но улыбка осталась.

— Хорошо. После ярмарки мы обсудим ваши условия.

Эмбер прищурилась.

— Вы сейчас пытаетесь нанять меня на постоянную работу?

— Я пытаюсь убедить вас, что ваши способности могут принести пользу графству.

— А я пытаюсь убедить вас, что мои способности прекрасно отдохнут в кресле с книгой.

— Не сомневаюсь.

— Тогда мы поняли друг друга.

— Совершенно.

Они пожали руки.

И задержались в этом рукопожатии на секунду дольше, чем требовалось для заключения обычной деловой сделки.

Эмбер первой отдёрнула руку.

Нет. Даже не думай. Красивые мужчины — это дополнительные расходы. Сначала улыбки, потом свидания, потом выясняется, что у него сложное прошлое, три врага, проклятие и незаконнорождённый брат, который собирается захватить престол.

Она мысленно поставила напротив графа отметку: опасен для бюджета и душевного равновесия.

Рейнхард тем временем повернулся к площади.

— Пойдёмте. Я хочу посмотреть, как вы организовали торговые ряды.

— А я хочу домой.

— Тогда пойдёмте вместе.

— Граф, вы не понимаете значения слова «домой»?

— Прекрасно понимаю.

— Это место, где меня нет.

— У вас весьма необычное представление о гостеприимстве.

— Я ссыльная. У меня нет обязанности быть гостеприимной.

— А у меня нет обязанности терпеть ваши колкости.

Эмбер посмотрела на него.

— Но вы терпите.

— Пока да.

— Значит, вам нравится.

Рейнхард на мгновение замолчал.

Совсем ненадолго.

Но она заметила.

— Возможно, — ответил он.

Эмбер резко отвернулась.

Вот же неприятный человек.

Особенно неприятным было то, что он был прав.

К вечеру ярмарка наконец начала приобретать человеческий вид.

Торговые ряды стояли ровно. Проходы оставались свободными для повозок. Пекарь получил место у главного входа. Местные мастера разместились рядом с центральной площадью, а купцы согласились на новые условия после того, как поняли, что спорить с Эмбер дороже, чем платить пошлины.

Староста Мартин смотрел на результат с благоговением.

— Госпожа Валентайн, я даже не знаю, как вас благодарить.

— Золотом.

— Что?

— Шучу, Мартин.

Он заметно расслабился.

— Ах, конечно.

Эмбер протянула руку.

— Хотя если у вас найдётся корзина яблок, я не откажусь.

— Конечно! Я немедленно распоряжусь!

Он убежал.

Эмбер проводила его взглядом.

— Надо же. Люди действительно готовы работать, если правильно объяснить им задачу.

— Вы говорите так, будто только что открыли тайну мироздания, — заметил Рейнхард.

— Для некоторых это и есть тайна мироздания.

Он стоял рядом, держа в руках окончательно исправленный договор.

— Все изменения внесены. Купцы подписали соглашение. Пошлины будут уплачены завтра утром.

Эмбер взяла документ и просмотрела его.

— Хорошо.

— И я распорядился выплатить вам семь золотых.

— Прекрасно.

— Вы даже не спросите, почему я сделал это так быстро?

— Потому что вы умный человек, который понимает, что если не заплатит мне сегодня, завтра я найду себе другое занятие.

— И какое же?

Она посмотрела на него с достоинством.

— Буду лежать.

Рейнхард покачал головой.

— Вы действительно собираетесь провести всю жизнь бездельничая?

— Если мне повезёт.

— А если не повезёт?

— Тогда я выйду замуж за богатого человека.

Граф замер.

Эмбер посмотрела на него.

Он смотрел на неё.

Потом она поняла, что сказала.

— Не за вас, — поспешно добавила она.

Рейнхард медленно улыбнулся.

— Я ещё ничего не предлагал.

— И не предлагайте. Я не хочу лишних обязательств.

— Разумеется.

— И не надо так улыбаться.

— Как?

— Вот так.

— Я просто рад, что вы наконец начали думать о будущем.

— Моё будущее — это тёплая постель, хорошая книга и отсутствие людей до полудня.

— Весьма амбициозные планы.

— Благодарю. Я много работала над их формированием.

Он рассмеялся.

А Эмбер вдруг поняла, что впервые за долгое время ей не хочется немедленно уйти от него.

Это было неприятное открытие.

Почти такое же неприятное, как обнаружить ошибку в договоре после того, как поставила подпись.

Дома её ждали Марта, горячий ужин и целая корзина яблок, которую прислал староста.

Эмбер переоделась, устроилась в кресле и положила на стол семь золотых.

Она пересчитала их.

Потом пересчитала ещё раз.

Затем достала чистый лист бумаги и начала составлять список будущих расходов.

— Новые занавески. Тёплый ковёр. Книги. Чай. Запас дров. Ещё один комплект постельного белья…

Она задумалась.

— Возможно, стоит купить кресло побольше.

Марта, убирающая посуду, посмотрела на неё.

— Вы сегодня хорошо поработали, госпожа.