Естественная школа. Философия и экономика выхода из кризиса к процветанию

3.1. Фундаментальные концептуальные ошибки западной макроэкономики необходимо полностью пересмотреть

3 декабря 2021 г.

Для начала посмотрите на приведенный ниже график. Те, кто изучал макроэкономику, наверняка хорошо с ним знакомы: это иллюстрация из широко распространенного учебника — «Макроэкономика» Манкуна, и я ее ни в коем случае не придумал. На этом графике показан процесс денежного обращения в экономике.

Посмотрев на этот рисунок, все считают его вполне нормальным — он просто иллюстрирует очень распространенные и простые знания. Но самые серьезные ошибки всегда возникают именно тогда, когда вам кажется, что все просто! В этом рисунке есть один фатальный недостаток, и проблема заключается именно в линии «инвестиции».

По мнению Манкуна, сбережения, превратившись в инвестиции и пойдя на покупку продукции, предлагаемой предприятиями, могут смело превратиться в доход предприятий и вернуться в их карманы — и на этом всё решено: предприятия возвращают себе всю денежную массу, после чего цикл повторяется, и никаких проблем не возникает. А задача макроэкономики сводится лишь к вопросу: равны ли инвестиции сбережениям или нет.

Однако Манкун мыслил слишком упрощенно — и, конечно, не только он. Начиная с основателя современной макроэкономики Кейнса и заканчивая всеми последующими мастерами макроэкономики, они были слишком увлечены своими гипотезами и моделями, что привело к фатальным ошибкам в решении простых вопросов.

Подумайте сами: так ли происходят инвестиции в реальном мире? Конечно, нет! Такого способа инвестирования в мире никогда не существовало! Как деньги могут поступать с банков прямо на рынок? Разве банки напрямую покупают товары и услуги?

Давайте рассмотрим вполне обычный, всем знакомый и привычный способ инвестирования: люди откладывают часть своих доходов в банк, формируя сбережения, а какое-либо предприятие, по каким бы то ни было причинам, получает эти сбережения в виде кредита и использует их для покупки инвестиционного актива. Чтобы было нагляднее, предположим, что это предприятие А — авиакомпания Northwest Airlines, которая на эти средства приобрела у предприятия Б — компании Boeing — один самолет Boeing 747.

Тогда фактическая схема денежного обращения будет выглядеть следующим образом:

На этой схеме я немного детализировал структуру корпоративной группы, чтобы всем было понятнее. Именно такой способ инвестирования, или, иначе говоря, такой способ движения денег, мы можем наблюдать в реальном мире!

Эта схема выглядит немного запутанной, давайте немного упростим её: инвестиции компании А превращаются в соответствующий доход компании Б, и это происходит внутри корпоративной группы, а самолет Boeing 747, являющийся объектом инвестиций, также доставляется напрямую из компании «Боинг» в ангар, принадлежащий авиакомпании. То есть, будь то движение денежных средств или движение объектов инвестиций, всё это происходит внутри корпоративной группы и может полностью оставаться в её пределах. Таким образом, схема выглядит следующим образом:

Зелёные стрелки на этой схеме означают, что объект инвестиций просто перешёл от предприятия Б к предприятию А. Давайте теперь подведём итоги по этой схеме, не разделяя предприятия А и Б. В любом случае, корпоративная группа, так или иначе, вернула все денежные средства, но, к сожалению, значительная часть возвращённых средств представляет собой кредиты! Это не только не собственная выручка предприятия, но и обязательства! А объект инвестиций не был продан, а просто перешёл из рук в руки между «братьями»! Разрыв между этой жестокой реальностью и идеальным миром, который так просто представляют себе экономисты, слишком велик!

После одного такого цикла у предприятия появляется долг, к которому добавляется накопленный избыток инвестиционных товаров. Согласно схеме, заданной экономистами, если пройти несколько таких циклов, кто же это выдержит? Накопление товаров, огромные долги — разве это не экономический кризис, вызванный перепроизводством, который происходит в реальном обществе?

Кто-то скажет: «А как же инвестиции в акции?» Это все то же самое: инвестиционные товары по-прежнему остаются нереализованными, просто теперь убытки несет непосредственно акционер. Зато они смогут, когда авиакомпания обанкротится, без дела развлекаться, летая на «Боинге-747».

В этом и заключается проблема макроэкономики: если ошибаться в базовых понятиях, не различать инвестиции и сбережения, долги и доходы, конечные потребительские товары и инвестиционные товары, может ли это привести к хорошему результату? Даже самые прекрасные уравнения и самые строгие рассуждения не спасут ситуацию, если они идут вразрез с реальностью! Если даже основы неверны, есть ли смысл продолжать изучать макроэкономику? Единственный выход — начать всё с нуля!

3.2. Современная экономика — это чистейший пример «закрывания ушей, чтобы не слышать звон колокола»

27 февраля 2023 г.

Политическая экономия имеет гораздо большее практическое значение, чем современная экономика, поскольку она напрямую затрагивает самую серьезную проблему: принципы распределения! Это касается личных интересов каждого человека.

Современная экономика же замаскировывает искусственно установленный вопрос распределения, подменяя его непонятным никому вопросом о ценах на товары, и перекладывает проблему принципов распределения — которую нужно обсуждать открыто и прямо — на «непредсказуемый» рынок, отклоняясь от правильного курса классической политической экономии!

Причина, вероятно, в том, что обсуждать вопрос о принципах распределения становится всё более неудобно: как только начинается обсуждение, сразу же грозит драка! Чтобы уладить ситуацию, проще всего найти какие-нибудь другие темы для обсуждения.

Однако уклонение от обсуждения вопросов распределения, хотя и позволяет избежать расследования многих проблем и предотвратить насильственные конфликты, не приводит к исчезновению самих проблем, а вызванные ими противоречия по-прежнему остаются.

Именно эти проблемы и противоречия привели ко всем трудностям мировой экономики, включая Китай, — экономическому спаду, обременению долгами...

Не отвечая на основной вопрос политической экономии — о принципах распределения — невозможно найти путь выхода из нынешнего затруднительного положения! Закрывать уши, чтобы не слышать, совершенно бесполезно!

Конечно, даже классическая политическая экономия не до конца уловила суть распределения; например, одна из важных ошибок заключается в том, что рабочая сила рассматривается как товар, и при этом обсуждается даже такая вещь, как «цена рабочей силы»! Еще и придумали такую вещь, как «стоимость рабочей силы»! Не понимая при этом, что так называемые проблемы «цены» и «стоимости» рабочей силы вообще не существуют. Настоящая проблема заключается, во-первых, в том, какую долю продукции следует выделять участникам производственного процесса! Во-вторых — в вопросе цен на эту продукцию. А чтобы решить первую, главную проблему, необходимо одновременно решить вопрос о том, какую долю продукции следует выделять помещикам и капиталистам.

Из-за этой важной ошибки классическая политическая экономия, хотя и уделяет внимание вопросам распределения, не может решить проблему распределения, потому что не может объяснить её суть!

Я советую всем не повторять ошибку «закрывать уши, чтобы не слышать звон колоколов»: когда группа людей участвует в производственном процессе — одни вкладывают труд, другие — ресурсы, третьи — деньги — и в итоге получается партия продукции, как ее распределить между всеми??? Вот что является первостепенным вопросом, который необходимо решить в первую очередь!!!

А вот сколько стоят эти товары — имеет ли это значение?? Более того, как только вы решите проблему распределения, вы обнаружите, что проблемы обмена и цен на товары решатся сами собой.

3.3. Современная экономика — это лабиринт без выхода

3 сентября 2023 г.

Если заглянуть на форумы по макро- и микроэкономике, то можно заметить, что мышление студентов полностью скованно.

Различные модели, не соответствующие реальности, а также выдуманные на их основе задачи сбивают студентов с толку, и они теряются, словно попав в лабиринт.

На самом деле современная экономика сама по себе представляет собой лабиринт без выхода: её направление исследований изначально ошибочно, или, иначе говоря, она сама не знает, куда движется и какие проблемы должна решать.

Главная задача экономики сводится, по сути, к принципам распределения.

Если принцип распределения будет четко сформулирован и станет разумным, у всех появится уверенность, возникнет производственный энтузиазм, люди будут трудиться добросовестно, и у экономики не будет причин не развиваться.

Например, до начала реформ и открытости в сельской местности существовало коллективное производство, основанное на производственных бригадах; большая часть произведенного зерна уходила неизвестно куда, а право крестьян на распределение доходов отражалось лишь в каких-то непонятных «трудовых баллах»: даже если ты усердно трудился, твоих баллов не становилось намного больше, чем у других; а если лениться и обманывать, трудовые баллы от этого не уменьшались. Такая система распределения, естественно, была нерациональной, поэтому и инициативы к труду не было, а явление, когда люди выходили на работу, но не прикладывали усилий, было весьма распространенным, и, естественно, высоких урожаев зерна добиться не удавалось.

А как обстоят дела после введения системы подряда? Вознаграждение, получаемое крестьянами, стало очевидным: после уплаты определенной доли государственного зерна весь дополнительный урожай оставался у них. Это был четкий принцип распределения: производство велось на основе семьи, и обман или халатность означали ущерб для собственной семьи. Трудовая инициатива сразу же возросла: сеяли зерно, где нужно, разводили свиней, где нужно, и искали всевозможные способы увеличить производство. Экономика резко пошла в гору, и времена материального дефицита, казалось, очень быстро остались в прошлом.

Конечно, проблема сельской местности на самом деле проста, ведь особенность сельскохозяйственного производства заключается в том, что его можно разделить, и тогда распределение становится естественным образом очень простым: то, что произвел, то и принадлежит.

Но в промышленности и других отраслях дела обстоят иначе: там невозможно разделить производство, невозможно вести его на основе семьи; основной производственной единицей является предприятие, в котором неизбежно присутствуют как те, кто вкладывает капитал, так и те, кто вкладывает труд, причем последние представляют самые разные категории. Поэтому вопрос распределения становится сложным.

Однако в этой сложности нужно уловить главное: суть распределения заключается в вопросе распределения между капиталом и трудом (с развитием сельскохозяйственного производства проблема капитала и труда также возникла), и это является первостепенной задачей экономики. Уклонение от этого вопроса неизбежно приведет к отклонению от надлежащего направления экономики, к заблуждению и созданию бесконечного лабиринта без выхода.

На самом деле, не только в экономике, но и в реальном обществе все уклоняются от этого вопроса, потому что никто не может знать: как определить соотношение распределения между тем, кто вкладывает 100 юаней, чтобы другой мог пользоваться ими в течение одного дня, и тем, кто трудится на производственной линии в течение одного дня. Более того, люди придумали способ уклонения: капиталисты сначала выплачивают рабочим заработную плату, а затем ждут окончательного расчета, и то, что останется после расчета, достается капиталистам. То есть проблема распределения перекладывается на рынок, и дело оставляется на волю судьбы. Такая социальная практика, основанная на «воле судьбы» (то есть рынка), естественным образом породила экономику, полагающуюся на волю судьбы; даже если изучать такую экономику 10 000 лет, это будет пустая трата времени, и выбраться из лабиринта не удастся.

На самом деле такой подход, когда всё передаётся рынку, действительно довольно научен, и рынок уже давно дал соответствующий результат распределения: капиталисты терпят убытки — что конкретно проявляется в череде экономических кризисов, вплоть до появления такого бесконечного кризиса, как Великая депрессия. Но капиталисты не сдаются и продолжают, опираясь на заемные средства, вести эту обреченную на убытки игру! Правительство тоже приходит на помощь, беря в долг и тратя деньги, чтобы помочь капиталистам заработать, в результате чего кризис просто меняет форму: возникает долговой кризис.

А экономическая наука тем временем продолжает блуждать в лабиринте, оторвавшись от сферы производства и распределения, и бесцельно кружится на рынке! Занимаясь выдумыванием равновесий, которые никогда не наступит! — Ключевая проблема вовсе не в рынке; рынок — честный ребенок, в его внутренней структуре нет механизмов, порождающих кризисы; корень проблемы по-прежнему лежит в сфере производства и распределения.

Почему капиталисты обязательно терпят убытки? На самом деле всё очень просто.

Как уже говорилось, современный метод распределения заключается в том, что «капиталисты сначала выплачивают заработную плату работникам, а затем ждут окончательного расчета, при котором остаток остается у капиталистов». Ключевым моментом здесь является то, что распределяемым объектом в первую очередь является денежная единица, или, иными словами, именно денежная единица является инструментом расчета.

Трудовые ресурсы получают денежный доход, а капиталисты получают всю продукцию; далее капиталисты должны продать всю продукцию (конечно, на самом деле это по-прежнему входит в обязанности трудовых ресурсов), и только после этого они могут получить весь свой денежный доход.

Или давайте разберем это по шагам: сначала необходимо продать хотя бы часть продукции, чтобы окупить свои инвестиции, то есть сначала продать принадлежащую работникам продукцию и обменять её на свои инвестиционные затраты, и только тогда оставшаяся продукция станет их собственностью;

но даже если капиталист окупировал свои вложения и получил оставшуюся часть продукции, дело на этом не заканчивается, поскольку ему эти товары не нужны, и он должен продолжать продавать и оставшуюся продукцию. То есть он должен обменять доход от своей продукции на денежный доход.

В общем, у капиталистов две задачи: во-первых, продать продукцию, которая им не принадлежит, а во-вторых, продать и ту продукцию, которая им принадлежит; вместе это составляет одну задачу: обменять продукцию на деньги.

Здесь возникает вопрос: для начала нам нужно взглянуть на ситуацию с макроэкономической точки зрения и рассматривать капиталистов как единое целое. Каковы же условия выполнения ими первой задачи? — Рабочие не должны сберегать денежный доход, выплачиваемый им капиталистами, а должны тратить его целиком; только так можно гарантировать, что капиталисты в целом окупят свои инвестиции. Но так ли это на самом деле? Выполняется ли это условие? Очевидно, что нет! Рабочие тоже не дураки: они тоже намерены стать капиталистами или откладывать деньги на черный день, поэтому сбережения неизбежно существуют, и цель капиталистов — окупка всех денежных инвестиций — не может быть достигнута.

Если не удается выполнить даже первую задачу, то как, по-вашему, можно выполнить вторую? У всех капиталистов в руках неизбежно скопится огромное количество нереализованной продукции: одна часть — это их собственная доля, а другая — доля рабочей стороны, которая не покупается из-за вышеупомянутых сбережений и остается у капиталистов.

Поэтому в рыночной экономике, где в качестве расчетного средства используется денежная единица, капиталисты неизбежно терпят денежные убытки и сталкиваются с накоплением нереализованной продукции — это предопределено судьбой.

Люди с более острым умом скажут: разве капиталисты не могут просто потреблять всю накопленную у них продукцию, и на этом все?

Конечно, это невозможно!

Во-первых, капиталисты не в состоянии потреблять всю эту продукцию, ведь она предназначена для рынка, а самим капиталистам нужно не так много, а то и вовсе ничего. Например, у капиталиста А скопилось 10 000 легковых автомобилей, а у капиталиста Б — 100 000 комплектов одежды; даже если они объединят ресурсы и будут потреблять товары друг друга, всё равно не смогут израсходовать всё это.

Во-вторых, большая часть нереализованной продукции существует в виде производственных мощностей, то есть представляет собой полуфабрикаты. Например, если автомобили плохо продаются, то объемы их производства корректируются; ведь запасы нереализованных автомобилей все-таки ограничены. Более серьезная проблема заключается в недозагрузке производственных мощностей, сложности окупаемости инвестиций в цеха и производственные линии, а также в разрыве финансовой цепочки.

Кроме того, даже если бы все капиталисты точно планировали, тесно сотрудничали, сокращали производство товаров, ориентированных на рабочих, и массово производили необходимые им предметы роскоши для собственного потребления, они всё равно несли бы денежные убытки, и такой подход невозможно поддерживать в долгосрочной перспективе.

Наконец, как только капиталисты начнут поступать таким образом (открыто и произвольно распределяя продукцию), им придётся столкнуться с той же проблемой распределения между капиталом и трудом, с которой мы столкнулись в начале: на каком основании? Капитал предоставляет деньги, труд вкладывает свои силы и получает всю общественную продукцию — на каком основании капитал обладает абсолютным правом устанавливать цены на продукцию, то есть на каком основании он может произвольно определять доли распределения между капиталом и трудом?

Есть и такие, кто скажет: «Вы что, забыли? Сбережения превращаются в инвестиции! Таким образом, спрос и предложение уравновешиваются!»

Это самая большая нелепость в экономике.

Во-первых, даже если сбережения будут полностью потрачены, это, в лучшем случае, позволит капиталистам вернуть свои инвестиции, но не принесёт им прибыли;

но самое главное, что большая часть сбережений превращается в инвестиции,

а что такое инвестиции? Если вы взяли в долг и хотите вернуть основную сумму и выплатить проценты, вы не можете просто тратить деньги на покупку товаров, которые съедаются или расходуются, — вы должны заниматься каким-то производством, получать прибыль за счёт производства и продажи продукции, чтобы не только вернуть вложения, но и заработать деньги.

Таким образом, то, что покупается за счет инвестиций, следует называть сырьем, а не продукцией. То есть в обществе сейчас скопилось избыточное количество легковых автомобилей, а если вы хотите инвестировать, то покупаете всё-таки производственные линии и цеха! Посмотрите сами: разве это не как ехать на юг, руля в северную сторону, и не как пить соль, когда хочешь пить?

Поэтому превращение сбережений в инвестиции — это нелепость с точки зрения экономики, а также нелепость в реальном обществе.

непрерывное преобразование сбережений в инвестиции приводит лишь к одновременному накоплению и росту долгов и переизбытка продукции в обществе! До тех пор, пока экономика не рухнет окончательно — под грузом огромных долгов и переизбытка продукции! И это как раз и является живой реальностью современного общества.

Чем больше долгов, тем больше нереализованной продукции, и эти два фактора — две «невидимые руки», способные привести экономику к краху! — А за этими двумя руками стоит главный заговорщик — душа капитализма — который лишь благодаря владению капиталом имеет право распределять общественные блага! Иными словами, «деньги рождают деньги».