- -
- 100%
- +
Анна плелась сзади, немного стесняясь. Ей было двадцать семь лет. В возрасте двадцати она забеременела от парня, с которым встречалась ещё со школы. У них был прекрасный союз и жизненный лад. Роды прошли успешно, но после них начались проблемы со здоровьем, в виду которых она не способна продолжать свой род. Её фригидностью последователь был не очень рад. Всё таки ему нравилась идея оплодотворить как можно больше девиц. Но соблюдая своим традициям — всё равно кончал внутрь. Поэтому он находил отраду в насилии, резал ей руки, душил, топил в воде во время секса с ней. Но Анна лишь радовалась этому, ибо как говорил глава — через мучения проявится свет в момент смерти и войдя в этот свет, ты сможешь обрести то, чего желаешь больше всего. А Анна хотела лишь одного — снова иметь возможность забеременеть. Её дочка погибла, глупо покинув этот мир. Когда ей с мужем не хватало времени побыть вместе, обычно они давали телефон дочке и шли на свидание или запирались в соседней комнате для плотских утех. Но в очередную манипуляцию что-то пошло не так и их кровиночка выпала из окна. Может она засмотрелась на птиц, или хотела попробовать уследить в соседнее окно, чем же занимаются её родители.
- Так, девочки, вы идите в сторону бани и затопите пока что. Мне нужно личное пространство. Ещё и с этими отступниками, Ромой и Лилией глаголить.
Три девушки покорно поклонились и направились к выходу на улицу.
- Ну, живее там! - Глядя в сторону Романа и Лилии вопил гуру.
Он ждал возле входа в свой кабинет, пропуская внутрь анафему. Две охранницы с электрошокерами и дубинками поторапливали провинившихся.
В кабинете на полу был расстелен шикарный турецкий ковёр с узорами из цветов и птиц. Стулья с перевязками для рук и ног были в отдалённом углу за шкафом с кучей вещей с пожертвования. Гигантский свинцовый сейф с валютами разных стран был на видном месте. Адепты, видавшие его, прозвали «сердцем греха», который оберегал «святейший». Также располагался с БДСМ атрибутикой кожаный, чёрный и раскладной диван.
- Ну, рассказывайте в чём ваша проблема. - Строя глазки Роме и Лилии проявил интерес гуру.
Охранницы усадили пару на диван.
- В общем… - Мямлил парень.
- Мы любим друг друга! Хотим выйти отсюда! - Бунтовала Лилия, активно жестикулируя и хмуря густые брови.
Стоит отметить, что «храм» располагался в деревне, из которой раз в день уезжал автобус в город. Довольно тихое место, из которого проблематично спокойно выйти. Денег ни у кого лично не было, кроме главного члена коммуны.
- Рома, это правда? - Встав напротив него, впился нестрижеными ногтями за плечи глава.
- Д-д-а… - Нехотя отвечал он.
- Ты чего! - Повернулась лицом к Роме его возлюбленная. - Ты сам мне говорил, что всё это чушь и главное момент здесь и сейчас! - Покраснев в лице, отважилась Лилия.
- Рома, посмотри на меня. - Давя худощавыми руками говорил гуру. - Тебе не стоит уходить, глянь, что у меня для тебя есть.
Верховный достал ожерелье не то с пивной крышкой, не то раздавленной колёсами поезда монеткой с дыркой.
- Это тебе. - Осклабился глава, смотря на щенячий взгляд Ромы.
- Правда? Вы мне такое доверите!? - Радовался он.
- Рома… - Впала в бессилие Лилия, когда одна из охранниц пустила по ней ток с помощью шокера.
- Но ты же должен понести наказание, так?
- Думаю… Да. - Послушно, выслуживал Рома.
- Скажи, ты занимался любовью с Лилией.
Рома молчал.
- Да! И в разы лучше тебя! - Дёргаясь верещала Лилия.
- Это прискорбно, грех пропитал вас. Лилию в карцер!
Две женщины-караульщицы телосложения атлантов схватили Лилию, пытавшуюся сбежать, огрели дубинами по голове и потащив за подмышки направились в сторону одиночной камеры.
- Рома, на тебе великий грех. Единственный способ отчиститься — стать евнухом.
- А как это? - Слегка в напряжении вопросил он.
- Больно, но не навсегда. Мой кулон, который я подарю тебе после даст тебе стопроцентный шанс на реинкарнацию. Тебе нужно попасть в город, денег на билет я тебе дам. Авторбус как раз ездит сегодня вечером. Так вот, твой святой поход будет таковым: по приезду в город купи острое лезвие, после иди в центр города, заранее вызови скорую и отрежь себе член. После можешь вернуться к нам в рай и я одарю тебя этой мистической реликвией. - Ослабив хватку, гипнотически качал головой из стороны в сторону зачинатель.
- Но… Я же не смогу… - Ошарашенно, покрывшись мурашками и потом щебетал Рома.
- Тихо-тихо-тихо. Ты нарушил догму — не спать с женщинами.
- Но я подумал, раз вы можете… Я же проходил очищение каждый раз, ел один раз в день.
- Т-с-с-с. - Прикрыл грязным пальцем с погрызенными ногтями учредитель секты рот Ромы. - Ты же знаешь, что я не человек. - Улыбнулся уголками рта глава.
- Да, простите… - Раскаялся он.
- И ты знаешь какое наказание тебя должно ждать. Я смиловался, а ты мне нож в спину, да? Не всем ведь так повезло. - Отойдя от Ромы, делал длинные, размеренные шаги по кабинету фанатик.
- Я… я… Согласен.
- Чудно! Слава метаморфозам бытия и его безграничному-вечному! - Шаря по карманам в поисках мелочи для Ромы, провозгласил шарлатан.
Анна закончила кидать дрова и пошла в сторону бассейна. Ей хотелось заранее приготовить любимый коктейль её спасителя надежды, а именно — «белый русский».
Немалую территорию оберегали высочайшие заборы, колючая проволока и собаки на привязи. Деревня была заселена в основном пожухлыми от старости людьми, к которым, дай бог, раз в год приезжал кто-то из родственников. Большая часть приезжающих проведать стариков полагали, что ограждённое здание принадлежит государству. Поэтому никто не вызывал органов власти на проверку.
Когда Анна подошла к бассейну, она глянула на своё отражение на водной глади. Яркий макияж, контур крыльев бабочек исходил из век. Короткое платье, из под которого выглядывали красные кружевные трусики. На минуту ей стало тошно от своего вида. Но сомнения улетучились мигов, когда она вгляделась в черты своего лица. Её дочка вобрала в себя её тоненький носик, острые брови и глаза. Откашлявшись она направилась в сторону веранды, где была установлена стойка для удела бармена.
Глухой удар чего-то деревянного и последовавший за ним крик опешил Анну. Она повернулась к бетонным стенам. Участникам веры было запрещено к ним подходить, но чистая душа и талан сопереживания были сильнее любых законов для неё.
- Кто там? У вас всё в порядке? - Подбираясь украдкой к запретной части сооружения, пыталась громко шептать Анна.
Но ответа не было, лишь шуршание и оханье. После громкий стук об забор. Лестница поступившая по ту сторону коммуны, оказалась выше преграды. По ней усердно карабкался мужичок. Забравшись до зоны видимости территории, он огласил:
- Аня! Как я рад! Знаешь как тяжело было в бинокль следить за тобой и выловить момент, чтобы не было посторонних глаз. - Пыхтел, вытирая рукавом кофты пот супруг Анны.
- Что ты тут делаешь!? - Обозлилась она.
- Как что? Спасаю тебя! Скоро здесь будет облава, я вызвал спецслужбы!
- Что ты… Как ты посмел! Ты разрушаешь всё святое, что встречается у тебя на пути.
- Не надо так говорить, прошу… - Опустевшим взглядом пробурчал он.
- Если бы не ты в тот день. Я не хотела оставлять её.
- Мы оба виноваты и не виноваты одновременно. Кто же знал, что всё произойдёт именно так.
- Помогите! Помогите! - Закричала она.
- Тихо, уже поздно сопротивляться! Просто давай я перекину тебе лестницу и ты вылезешь от туда.
- Убивают, спасите! - Не останавливалась она.
На её мольбы выбежало пару девушек. Они по цепочке, словно в игре «глухой телефон» передавали информацию о попытке проникновения на территорию. Наконец факт дошёл до главы, который довольный собой кротко топал в сторону бани. Он передал указ прогнать любопытного гражданина, полагая, что это всего лишь заблудший подросток, которого сослали на лето в деревню к бабушке.
Но тотчас послышались выстрели. Спецотряд выломал главные ворота и крутил всех подряд, заламывая руки, вырубая прикладом, сковывал в наручники сектантов. Стрельба в воздух вбивала в ступор большую часть женщин. Несмотря на отсутствие сопротивления, блюстители закона были настороже. И не зря, ведь прослышав приближение опасности, идеолог приказал выдать мужчинами в подвале ружья и дать отпор. А сам поторопился в свой офис к сейфу.
Истощённые, контуженные и униженные веруны псевдорелигии взяли огнестрельные орудия. На всех их не хватало, по этому большая часть оравы взяла дубинки, которыми их же и избивали.
Раздался выстрел со стороны здания. Ружья палили во все стороны. Отряд правозащитников создал укрытия из столов покрытых утренней росой. Командир провозгласил:
- Огонь на поражение.
Опорный дом в мгновение ока превратился в мясной склеп. Стычка бегущих мужиков на убой с дубинками была покрыта решетом из пуль. Продвижение нарастало, какая-то часть людей в бронежилетах залетела в здание. Главарь секты набивший рюкзак деньгами и поддельными документами уже лез в тайных земельный проход. Но отряд уже штурмовал и его офис. Раздался предупредительный выстрел. Мошенник почти скрылся из вида, ему всего-то осталось спуститься по лестнице и забаррикадировать проход. Всё просто, он почти у цели. Предвкушая тёплые страны, в которые он сбежит, ощущая свою божественность и праведность пути, он словил пулю и свалился на пол погреба, приняв удар на свой позвоночник.
- Зачинщик ликвидирован, трёхсотый, трёхсотый, приём. - Передавал по рации один из стрелков.
Анна, получила свою порцию приклада в хрупкий нос при попытке побега. Впрочем как и её муж, тупо слезший и стоящий за той стороны ограды, встретивший подкрепление наряда.
Месяц спустя.
- Я ощущала себя женщиной, желанной когда он брал меня! Ты просто червь по сравнению с ним. И из-за тебя я не смогу больше иметь детей! Моя новая жизнь будет в каком-нибудь тупом животном.
- Ты вообще соображаешь, что говоришь и делаешь! Тебе дали условный срок как приближённый к этому изуверу! Назначили работы с психологом. Если они прознают что ты отлыниваешь от обязательств, тебя посадят! А ты как школьница сбегаешь и агитируешь к этой, этой… выгребной яме! Очнись, я хочу видеть тебя прежнюю!
- Ты просто не знаешь о чём говоришь. Если бы ты знал истину, как я, ты бы сам присоединился к нашей вере.
- Господи, прошу, остановись…
- Когда он меня трахал…
- Заткнись! - Перевернув стул, пиная и громыхая мебелью злился Глеб, её гражданский муж.
- Я всё равно тебя спас. Делай что хочешь… - Успокоившись, направился в коридор Глеб.
- Ты спасал себя, тебе было одиноко, да? Ты ведь реинкарнировался мужчиной! Тем, кто вечно избегает своих чувств! - Смеясь, глумилась ему в спину Анна.
Послышался поворот ключа на два оборота, открытие со скрипом двери и резкий хлопок. Анна осталась одна в квартире гибели своей дочери. Куда бы она не смотрела, всё напоминало о ней. И её личная комната, которая располагалась супротив гостиной. Она долго лежала с закрытыми глазами и плакала. Её не хотелось обижать свою бывшую любовь. Просто она никак не могла принять новую реальность. Панические атаки приводящие её к резанию рук. Голос последователя который просил спасти его, преследовал её во сне. Из-за полугодовой жизни под чёткими приказами, ей было тяжело понять даже базовые чувства, когда она голодна, когда ей спать и что вообще делать. Но каждый раз она собиралась с силами и выходила на улицу в парк, где рассказывала о учении в которое верила.
С мужем она спала раздельно. Ей было совестно от своего побега от него ровно три месяца назад. В тот день она возвращалась после работы домой, предвкушая уныние и подступающие слёзы. По пути к ней подошла ангельской внешности блондинка и поведала о подлинном спасении. Конечно, как разумный человек она попыталась не слушать и обойти стороной надоедливую агитаторшу, но сладкие слова о «новой жизни в которой получится всё» заострили её внимание. Сначала она подумала, что это приглашение на тестирование нового препарата. Но чем больше она погружалась в рассказы о новой жизни в новом теле, тем больше впадала в скептицизм. Тогда девушка предложила сходить на пробный сеанс групповой терапии. Прикинув все за и против, Анна согласилась. Вероятно из-за тотального нежелания находиться в окаянной квартире.
Придя на сеанс, её провели в шатёр, находившийся на окраине парка, впадающего в искусственно засаженный сосновый бор. Ей выдали тёплый плед, усадили на кресло-мешок и дали чай разновидности «молочный улун». На удивление она чувствовала себя в безопасности, но к чаю так и не притронулась, мало ли что подмешали. Ей не промывали мозги, а слушали. Или успокаивали, когда она не могла говорить и давилась собственными соплями и слезами. И она стала заглядывать каждый день после работы в этот шатёр. Понемногу, сама решив, давать им пожертвования, ведь хорошие ребята и к психологу ходить не надо. Но когда поступили известия о переезде в деревню организации, она не раздумывая сняла все деньги с карты, собрала минимум вещей и отправилась с ними в путешествие ни о чём нежалея, никого не предупредив.
После возвращения домой у неё возникали спазмы в желудке, сопровождающиеся тошнотой, иногда диареей или температурой. Сознание плыло в такие моменты. Муж сочувственно просил её сходить в поликлинику на сдачу анализов, мало ли что она подцепила в тех условиях. И каждый раз она находила отговорки. Но сегодня ей было как никогда плохо. При виде еды её выворачивало наизнанку. Постоянная сонливость сулила половые заболевания.
Она поглядела на настенные часы в виде совы с зелёными циферблатами-глазищами. Телевизор был выключен. От избыточной тишины пищало в ушах. Мягкие игрушки лежали отвёрнутыми в стену. В последнее время её пугали взгляды. Было страшно выходить на улицу.
Встав с мягко насиженного дивана, она переоделась в уличную одежду: джинсы, белая футболка и толстовка с принтом котёнка. Выйдя в коридор она по привычке глянула в сторону комнаты дочери и хотела произнести: «Я скоро вернусь, что-нибудь взять в магазине?». Но поймав себя на бессознательной мысли, сразу же перевела взгляд в сторону двери в подъезд и прикусила до крови нижнюю губу, желая прогнать наваждение.
Идя по улице она смотрела под ноги шурша опавшими листьями. Периодически она наступала на лужи и вода просачивалась сквозь кроссовки, пропитывая грязной влагой носки и кожу на ногах, из-за чего та скукожилась и натирала мозоли. Но ей было всё равно. Её думы были полностью посвящены главе попавшему в кому после попадания пули в голову. Навещать его было нельзя, так как следствие касательно него всё ещё велось. Правда одной из почитательниц, что отсутствовала в день «икс» удалось устроиться медсестрой в больницу. Эта чудо женщина сделала закрытый чат, пригласила кого смогла найти среди последователей и писала каждый день о его состоянии. Мы все молились по резону его реинкорнации. Хоть и было бы грустно, если такой чело… светлый ушёл из жизни.
Дойдя до поликлиники она постояла, перебирая с ноги на ногу в попытках почесать пропаренные ноги. Выдохнув, сделала шаг и зашла внутрь. Запах хлорки дразнил нюх. Уборщица недовольно поглядывала на всех пациентов и извергала беззвучный ропот. Сдав одежду в гардероб она направилась сразу на второй этаж к кабинету терапевта. Запись у неё была электронная на четырнадцать часов дня. Оставалось буквально минут десять. Но подойдя к нужному месту, спросив у кого на какое время запись, её приструнили.
- Девушка, некоторые здесь с одиннадцати утра ждут. У вас самой на какое время? - Шепеляво кряхтела беззубая пенсионерка, которую, казалось, придерживал давно умерший старик-муж с опавшим лицом.
Анна собиралась ответить, но старческий мускусный запах вызвал рвотные позывы. Не контролируя себя она извергла кислотную жидкость, напрягая неработающий желудок.
Толпа на скамейки затрепетала.
- Может воды? - Вышел из эскапизма молодой человек, приоткрыв одно ухо от беспроводных наушников.
- Скорую, скорую надо! - Ожил дед, пытающийся встать и продемонстрировать рыцарские манеры.
- Ой что творится. Такая молодая ведь.
- Давайте пропустим. - Предложила мать с маленьеим ребёнком на руках.
Смотря через слёзы Анна увидела в силуэте малыша свою дочурку. Разрыдавшись, она хотела была убежать прочь. Но судорога в ногах предательски сковала её движения и она облокотившись о стену скатилась на пол.
Из кабинета вышла помощница терапевта.
- Что с ней? - Сиповатым, проспиртованным голосом узнавала престарелая медсестра, вытирая руки после поедания конфет об желтовато-белый халат.
- Плохо стало, стошнило бедняжку. - Убаюкивающим тоном объясняла бабуша.
- Занесите в кабинет на осмотр. - Огласила медичка.
- Я помогу. - Подскачил парень, полностью освободившийся от наушников, из которого играла какая-то кашемала из электронных звуков.
Затащив Анну, терапевт включился в свою работу, провожая пациента, что занёс для благодарнсоти конфеты и бутылочку коньяка.
- Что вас беспокоит? Можете рассказать. - Принялась клацать мышью компьютера врач.
- Тошнота, частое мочеиспускание, сонливость, кошмары… - Приходила по немногу в себя Анна.
- Может вы беременны?
- Это вряд ли, бесплодна после рождения ребёнка.
- У вас постоянный половой партнёр? Был незащищённый половой акт?
- Не один, был… - Отрешённо и со смущением сказала она.
- Ага, ага. Давайте я назначу вам анализы на кровь, кал, мочу. У нас на третьем этаже баночки продаются, возьмёте их там. На венерические заболевания, на проверку гормонов также сейчас выдам направления.
- Хорошо, спасибо большое. - Полностью собравшись, поднялась Анна с кушетки.
- Сидите, сидите. У нас принтер тормозной.
Старый принтер надрываясь роботом, пытавшемуся признаться в любви человеку, издавал посмертные звуки.
Когда бумажки были распечатаны Анна направилась по нужным кабинетам. Кал ей так и не удалось сдать, как бы она не тужилась в туалете. У неё всегда были с этим проблемы. Но кровь и мочу она сдала. Правда на это пришлось потратить добротных три часа в очереди. Сдав всё, что смогла она поинтересовалась когда придут результаты. Ей ответили, что итоги анализов придут на электронную почту, которую она указывала при записи к терапевту.
По дороге домой она зашла в парк. Подойдя к сердцевине сквера, к наработавшему фонтану, она искала к кому бы подойти. Зацепив взглядом двух молодых парней беседующих на скамейке.
- Здравствуйте ребята. - Широко улыбнулась она.
- Здравствуйте. - Ответил парень с коротким ирокезом, пока второй сложил руки друг с другом, обнимая себя.
- Как вы считаете, есть ли перерождение? И хотели бы вы узнать что будет в следующей жизни?
- О-о-о. - Захохотал короткостриженный парень, смотря на своего длинноволосого друга. - Мы безработные наркоманы, девушка. - Переместил акулий взгляд на Анну, продолжал он. - И мы не для того уничтожаем и плавим свои мозги, чтобы и в следующей жизни, не надо нам такого счастья. - Подытожил он.
- Что безработные верю, что наркоманы — нет. - Улыбалась искренне она.
- Ладно, думаю если и перерожусь то драконом. Буду править тысячу лет людьми и создам утопию, буду мудрым. - Добавил патлатый парень.
- М-м, безработный и дракон — вряд ли. Вот коровой да. - Прикидывала она.
- Эй, почему так? - Возмущался он, поправляя чёлку. - Ведь можно не в этом мире переродиться. И к тому же не работая, человек всё равно может познавать, видеть иллюзии вещей! - Контратаковал парень, пока его друг разглядывал облака.
- Дело в том, что мужчины в целом своего рода «прокляты». И нужны определённые действия для правильной реинкорнации. - С умным видом поучала Анна.
- Слушайте, жить нужно сейчас, с тем что имеется. Если что-то позже и будет — импровизировать можно, авантюризм же не мёртв в конце концов. - Парень с ирокезом встал и позвал друга уходить, махая рукой. - До свидания и удачи! - Прощались они в унисон с Анной.
Вернувшись разбитой и подавленной домой, она не обнаружила следов мужа. Подавшись к холодильнику, она вскрыла банку с кукурузой, съев половину, она перешла на шоколадку с мармеладками внутри в форме медвежат. Казнив каждого из них, раскапывая их из шоколада по средству обсасывания какао плиток, она откусывала сначала головы, а после всё остальное. Традиция с детства. Поняв, что её снова баламутит, она открыла аптечку и выпила снотворные и противорвотные, запив виски, находившимся в серванте. Направилась на диван и просопела до следующего дня, даже не переодевшись.
Проснувшись от вибрирующего телефона, который разрывался уведомлениями, она увидела кучу пропущенных звонков и сообщений. Вчитавшись внимательнее в содержимое она уловила суть: гуру вышел из комы и полиции пока нет на месте, надо помочь бежать. Она подпрыгнула, но ей сразу отдало в живот. Накрасившись, она накидала в сумочку вещи первой необходимости: медикаменты, деньги, документы. Вызвала такси в приложении на телефоне и выбежала из подъезда не закрыв входную дверь.
Оказавшись на улице она пыталась нащупать в кармане штанов телефон, но он забылся на столике в коридоре. Такси с явными выделительными знаками подъехало. Уточнив у водителя что маршрут до горбольницы, она без промедления села. Некогда возвращаться. Предложив кругленькую доплату водителю за быструю доставку в пункт «Б», они помчали, рассекая дороги, игнорируя дорожные правила и случайным стечением обстоятельств избежали аварии.
Доехав до места она уже бежала в здании больницы на нужный этаж. Дождавшись когда весь медперсонал пройдёт мимо, она попыталась войти в нужную дверь. Ладошки потели, в горле пересохло, ноги немного косились. Она нервничала. Не только потому, что забыла номер палаты, ещё и из-за странного влечения к своему наставнику. Вначале она принимала его близость как испытание, некий обет ради высшей цели. Но побыв с ним на расстоянии она поняла, что он тот самый, с кем ей хотелось бы быть всевозможные реинкарнации. От этих мыслей её промежность намокла, а соски набухли.
Обойдя четыре чертога, она наконец наткнулась на нужную. Её возлюбленный праведник исхудал, оброс волосами.
- Это вы! - Растроганно шептала она.
Вокруг него сидели молчаливые и омрачённые приверженцы.
- Что случилось? - Заволновалась Анна.
- Там ничего нет. Лишь отсутствие любых понятий. Это было похоже на… на… Меня просто поглотило бездумье. Нету никаких других жизней, как я мог вообще поверить в это дерьмо! - Начал психовать, стуча атрофированными руками по матрацу гуру.
- Как… - Спохватилась Анна. - Вы… должно быть это очередная ваша проверка? Надо торопиться, пока есть шанс сбежать. - Прояснила для самой себя Аня.
- Я ничего не буду делать. Я боюсь. Я не хочу умирать. - Повернувшись на бок подытожил он.
Аня на автобусе ехала молча домой. Осенний дождик поливал с силой второго пришествием. За окном общественного транспорта не было ничего видно из-за ливня. Лишь размытые очертания ранее узнаваемого мира. На её душе и разуме было никак. И в этом никак крылась решимость, которой ей никак не хватало раньше.
Интуитивно выйдя на своей остановке, она отправилась к родному подъезду. Поднявшись пешком на седьмой этаж она отворила дверь своей незапертой квартиры. Разулась и оставляя мокрый след от промокшей до нитки одежды, пошла в комнату дочери. Присев на кровать, она взяла подушку, на которой спала её любимая дочурка. Обняв её и погрузившись лицом в перину, она сделал мощный вдох дабы ощутить запах волос своего чада. Оглядев комнату, она погладила сама себя по голове. После взяла из комода детский шарфик в стиле одного из факультетов «Гарри Поттера». Повязала узелок на турнике, закрепив шарф и сделала петлю. Делала она всё филигранно и отточено, будто готовилась к этому всю жизнь. Она держалась на лестнице ведущей к качелям и турнику детского спортивного уголка. Связав петлю, она просунула шею, закрепила и сделала шаг вперёд, повиснув.