Расследования майора Мартина: Проклятие рода Баскервиль
- -
- 100%
- +
– Молодые? Баскервили молоды?
– Старшему 34 года, а младшему 32. Миссис Сесилии Баскервиль – 28 лет. А мисс Оливии – 22 года.
– Гуд, мне 39 лет. И сэр Чарльз младше меня всего на пять лет. Вам 42 года и я могу сделать вывод, что сэр Чарльз не мальчишка.
– Пусть так Мартин. Давайте вернемся к делу.
– Хорошо. Слуги, которых вы назвали – все? Более в доме не было никого?
– Экономка мисс Вики Стейнбек в день смерти отсутствовала, и в имении её не было. Не было также в тот день привратника. Он уехал к своим родственникам в Суссекс. Я не назвал вам только дворецкого Томаса Бангла. Это старик, ему за 60, и сильно пьющий. Он работает в доме давно. Сразу, после того как старый дворецкий Берримор уехал, они наняли Бангла. И с тех пор он с ними.
– Нужен словесный портрет каждого из этих людей.
– Ну, знаете ли, Мартин. Я поговорить со многими из них еще не успел. Этим мы с вами займемся на месте. А сейчас еще несколько деталей этого дела. Я, будучи в Баскервиль-холле, успел немного переговорить с дворецким.
– И он сказал что-то необычное?
– Он был тогда пьян. Но если отбросить этот факт, то кое-что интересное сказал. Он произнес слова «Проклятие рода Баскервиль».
– Странные слова, – проговорил Джеральд.
– Вот и я так подумал. Мы с ним говорили уже поздно вечером. Дворецкий, как у них принято, обходит дом после того как все ложатся спать. Вот я и встретил Бангла во время такого обхода…
***
Я вышел из своей спальни и увидел человека прислонившегося к стене. В руках его была свеча, и он что-то бормотал себе под нос. Я подошел к нему и спросил:
– Что вы здесь делаете в такое время?
Тот встрепенулся и спросил меня:
– А вы кто такой?
– Я гость в доме леди Баскервиль. Но вы игнорировали мой вопрос. Кто вы?
– Я? Здешний дворецкий Томас Бангл. Вы что не знаете меня?
– Нет. Я не имел чести вас видеть, мистер Бангл.
– И я совершаю обычный обход дома. Хоть я и немножко пьян.
Несло от дворецкого так, что я понял, что пьян он сильно.
– Да, я выпил, – снова заговорил Бангл. – Выпил и что с того? А кто будет здесь ходить по ночам не выпивши? Скажите мне? Кто?
– Я не совсем вас понял, мистер Бангл. Что вы имеете в виду? Вам страшно ходить по дому? Вы боитесь темноты?
Тот посмотрел на меня и сказал:
– Не боюсь я темноты. Но боюсь того, чего боялся мой покойный хозяин. Того, что скрывается в темноте.
– А чего боялся сэр Генри? – спросил я.
– Ясно чего. Проклятия рода Баскервиль! Я скажу вам по чести, мистер, не знаю, как вас звать, что оно есть это проклятие. И старый дворецкий от него сбежал много лет назад. Забрал жену и сбежал. Да и я бы сбежал. Особенно, после того как хозяин помер…
***
– И это все что он рассказал вам, Гуд? – спросил Джеральд.
– Все. Больше из него ничего вытянуть не удалось. Но во время разговора мне показалось, что вдали по коридору мелькнула тень. Там луна бросает свет в окно, и я заметил кого-то. Дворецкий также испугался этого и сразу ушел.
– И все?
– Все!
– Вы не попытались его задержать?
– Пытался, но это было бесполезно. Этот человек испугался тени. Утром я поговорил с леди Баскервиль. Спросил её про дворецкого, не упоминая того, о чем мы с ним говорили ночью. И она сказала мне, что Бангл большой пьяница, и она держит его в доме только из жалости. У него от постоянного пьянства какие-то видения. То чертей видит, то призраков. К нему серьезно в доме никто не относится.
– Но он занимает ответственную должность дворецкого. Как же так?
– Никаких серьезных дел ему давно не поручают. Всем в доме занимается экономка мисс Вики Стейнбек.
В этот момент в прихожей зазвонил телефон. В кабинет Джеральда Мартина вошел один из его помощников мистер Гай Осборн. Это был высокий широкоплечий мужчина, остроносый со скуластым лицом и пышными бакенбардами.
– Мистер Мартин, звонят из Скотланд-Ярда. Требуют мистера Гуда.
– Одну минут, Мартин. Я сказал, что буду у вас.
– Но вы в отпуске, Гуд?
– Это по нашему с вами делу, Мартин.
Старший инспектор вышел из кабинета. Осборн посмотрел на Джеральда и спросил:
– Он сказал по нашему делу? Вы снова ввязались в полицейское расследование? Но у нас масса своих дел! По измене миссис Форестер нужно многое сделать. По наследству вдовы полковника Ломана…
– Да какие это дела, Гай, – Джеральд махнул рукой. – Пожилая дама обеспокоена тем, что её муж завел молодую любовницу. И что? Это дело? Да большинство мужчин Лондона, имеющих таких жен как миссис Форестер, имеют любовниц.
– Но она хорошо платит, сэр! И такими клиентами не пренебрегают, учитывая её связи в высшем обществе.
– Вот и занимайтесь вплотную этим делом, Гай. И весь гонорар от Форестер можете положить в свой карман. У меня появилось настоящее дело. И не просто дело, а дело, о каком детектив может только мечтать.
– Понятно, – ответил Осборн. – Значит, никакого вознаграждения за это конторе не светит.
– Кто знает, кто знает, Гай, – проговорил Джеральд. – Но вы меня больше делом Форестер не беспокойте. Тем более что я уезжаю завтра в Девоншир.
– Надолго?
– Может быть на неделю, а может и на две. Как дело повернется. И если понадобится, то и вам всем придется подключиться к моему расследованию, Гай.
В кабинет вбежал старший инспектор:
– Мартин! Дело осложняется. Дворецкий Бангл умер! Мне только что сообщили.
– Умер? Как умер? – Джеральд подскочил с кресла.
– Сильно напился и упал с лестницы. Сломал себе шею. В полицейском отчете зафиксирована смерть от несчастного случая. Говорят криминала там нет. Но я думаю иначе.
– Да, все это странно. Он пьет не первый день, а упал тогда, когда распустил язык. Может быть, его смерть – это убийство, Гуд. А если дворецкого убили, то возможно, что убили и его хозяина сэра Генри Баскервиля-Вогана.
Джеральд, сказав это, повернулся к Осборну:
– Идите, Гай. И скажите Дону Кару, что всех клиентов станет принимать с завтрашнего дня он. А вы занимайтесь делом Форестер и делом вдовы Ломана. Пусть мисс Рок приготовит нам с инспектором кофе и ланч. Вы разделите со мной ланч, старший инспектор?
– С удовольствием, Мартин, – ответил Гуд.
– А кто останется старшим в конторе, сэр? В период вашего отсутствия? – спросил Осборн.
– Вы, Гай. Но как только покончите с делом Форестер.
– Спасибо, сэр.
Когда Осборн вышел, и они стались вдвоем, Джеральд сказал:
– Итак, что мы с вами имеем? Сэр Генри Баскервиль умер. Полиция признала смерть от естественных причин.
– И никакого дела возбуждать не станет, – согласился старший инспектор Гуд.
– Но умер баронет на тисовой аллее, где 40 лет назад умер и его дядюшка сэр Чарльз Баскервиль. Это первая странность. В кармане у баронета была старая рукопись о собаке Баскервилей. Это вторая странность.
– Верно. Затем идет третья странность, Мартин. Горничная Аделина, которая проработала в доме всего месяц и вернулась в Лондон с деньгами. Затем она со своей матерью, узнав, что её особой заинтересовалась полиция, сбежала в США и, едва сойдя с парохода, попала под грузовик.
– И дворецкий сказал вам о проклятии рода Баскервилей и также упал с лестницы. И все это просто несчастные случаи? Нет, Гуд. Вы были правы. Здесь есть что расследовать. Кстати, а кто из родственников покойного считает, что нужно расследование?
– Да практически никто.
– Но кто позвал туда меня? Вы сказали мне, что хозяева имения в Девоншире желают, чтобы расследование вел я. Им нужен Мартин. Это ваши слова?
– Слово в слово. Леди Баскервиль-Воган выслушала своего старшего сына, и тот сказал, что дело странное. «Зачем отцу нужна была старая рукопись со сказками о собаке? Может быть, это не простая смерть, а что-то иное». Тогда леди вспомнила о вас.
– Странно, что она обо мне знает.
– Она читала о вас в «Санди Таймс» в статьях мисс Джессики Лэнг7.
– Странно! – повторил Джеральд. – Не думал, что кто-то относится серьезно к разделу криминальной хроники мисс Лэнг.
–Но она писала о вашем деле в имении лорда Уэлсли, графа Морнингтота8. Леди Баскервиль спросила, не вы ли вели это знаменитое дело? Я сказал, что это частный детектив мистер Джеральд Мартин с Риджен-стрит. Сказал, что я знаю вас, и мы вместе расследовали дело в имении лорда Уэлсли девять лет назад.
– И она спросила вас, не приврала ли чего в своих произведениях мисс Лэнг? Так, Гуд?
– Именно так, Мартин. Она сказала, что с удовольствием бы с вами познакомилась. Вас просто приглашают погостить в имении Баскервилей и меня заодно с вами.
– Они не хотят огласки. Все понятно. Но хотят узнать, что произошло с сэром Генри.
– Да и зачем им, огласка, Мартин? Сами подумайте. У молодых Баскервилей все в жизни идет хорошо. Знатные господа с отличной карьерой и значительным состоянием.
– Вот мы с вами и поедем в гости. Вы уже в отпуске, а я возьму отпуск с сегодняшнего дня. Тем более что за нами пришлют машину.
Глава 2
Баскервиль-холл много лет спустя.
Май, 1939 года, Баскервиль-холл, графство Девоншир.
В полдень 12 мая 1939 года Джеральд Мартин и Бакенбери Гуд были на вокзале Лондон Паддингтон.
– Не люблю я приезжать на вокзал вот так, Мартин, – проворчал Гуд, когда они шли к вагону. – Еще немного и поезд ушел бы без нас.
– Но мы пришли вовремя, Гуд. Чего вы ворчите?
– Наш вагон! За минуту до отправления!
– За три минуты, Гуд. Еще три минуты до отправления.
Они расположились в своем купе. Поезд тронулся точно по расписанию.
– Точность это вежливость, Гуд. И то, что я всегда прибываю точно, говорит о моей вежливости. Я не заставляю себя ждать.
Мистер Гуд ничего на это не ответил Джеральду. Какой толк с ним спорить? Мартин был упрямым. Это Бакенбери понял еще во время их первого расследования в 1930 году в Уинсбери, имении графа Морнингтона.
Когда они проезжали мимо вокзального памятника воинам-железнодорожникам, павшим во время Мировой войны 1914-1918 годов, старший инспектор спросил у Мартина:
– А не думаете ли вы, Мартин, что в этом, деле замешана политика? – спросил Гуд.
– Это вид бронзового солдата читающего письмо из дома, так на вас подействовал, Гуд?
– Он мне напомнил о войне. Но вы не ответили на вопрос, Мартин? Вы думаете, что в этом деле замешана политика?
– Не дай бог, Гуд. Не дай бог. Тогда это самое плохое, что можно предположить. Но не думаю, что это так. Это дело семейное. И в основе его, скорее всего, лежат деньги.
– Но Генри Баскервиль занимался политикой. Он был приближен к самому Черчиллю! И был яростным противником соглашательства с немцами.
– Гуд, не стоит нам отрабатывать эту версию. Шпионаж со стороны Германии и поиск шпионов дело неблагодарное. Пусть им занимаются королевские государственные структуры.
– Значит, предлагаете не думать об этом?
– Не был сэр Генри большой фигурой в политике нашей страны. И так понятно, что Черчилль станет премьером, и мы вяжемся в большую войну. Что мог здесь изменить сэр Генри? Ничего.
– Значит, будет война? – с тревогой спросил Гуд. – Но Чемберлен9 говорил год назад, что он принес нам долгий мир.
– Я в прошлом военный, старший инспектор. И понимаю, что новой войны не избежать. Гитлер шагает широко. Он сожрал Австрию и Чехословакию. И за ними последует Польша. Уже идут споры о Данцигском коридоре. А когда Гитлер нападет на Польшу, мы вступим в войну. Попомните мои слова, Гуд. Но к нашему делу это совсем не относится.
– Вы правы. Но тогда с чего вы предлагаете начать наше дело, Мартин?
– С выяснения того, кто такой мистер Кристиан Севидж. И зачем он приехал в Девоншир. Ведь он американец.
– Да, он американец. И что с того? Вы хотите сказать, что старик не мог на старости лет приехать жить в Девоншир? Но многие старики стремятся к уединению, Мартин. Вы сами это говорили вчера!
– Говорил. Но теперь давайте поменяемся ролями. Я стану доказывать, а вы опровергать, Гуд.
– Идет!
Мартин начал:
– Кристиан Севидж приехал в Девоншир и поселился в Меррипит-хаус. Вот и скажите мне, старший инспектор, он приезжает сюда как давний знакомый леди Баскервиль?
– По-видимому, да. Она сдала ему ферму и часто его навещала. Отсюда можно сделать вывод, что они знакомы.
– И не просто знакомы – они старые друзья. А отсюда напрашивается еще один вывод. Севидж и Степлтон одно лицо. Тогда появляется новый вопрос, отчего он приехал в Девоншир? Только не стоит говорить о его стремлении к одиночеству. Для этого не было нужды ему ехать так далеко. В США также полно таких мест. А если предположить, что у Севиджа кончились деньги и он нуждается в хорошем содержании?
– Но тогда, Мартин, отчего он вернулся туда, где совершил преступление?
– Вот хороший вопрос, Гуд. И ответить на него не столь сложно. Он вернулся, ибо здесь ему кто-то кое-чем обязан. И, судя по всему, это леди Баскервиль!
– И чем она ему обязана? – спросил Гуд.
– Все же, если верить мистеру Конан Дойлу, то она была его сообщницей долгое время, до тех пор, пока не влюбилась в молодого Баскервиля. А женщина она была красивая в то время.
– И она знала о собаке, и знала о том, что её муж убил старого баронета сэра Чарльза Баскервиля. Затем она встретила молодого сэра Генри.
– Именно так! Но кто знает, какие преступления они до этого дела совершали вместе? И она могла помогать своему бывшему мужу и впоследствии. И вот мистер Севидж-Степлтон стал совсем старым и больным и пожелал перебраться в Девоншир. Там живет в богатстве и довольстве его бывшая жена. Но есть одно препятствие – сэр Генри Баскервиль! Её нынешний муж!
– Вы намекаете на то, что смерть Баскервиля выгодна мистеру Севиджу, если он и есть мистер Степлтон? Так, Мартин?
–Это одна из возможных версий. И за неё говорит факт, что тело сэра Генри было обнаружено на том же самом месте, где и некогда нашли тело Чарльза Баскервиля.
– В этом что-то есть. Но версия слишком проста. Затем идёт смерть служанки Аделины.
– Кстати, Аделина умерла в Америке, откуда приехал мистер Севидж и наверняка он там имеет связи в криминальных кругах, учитывая его прошлое.
– Хорошо, Мартин. А дворецкий? Не предполагаете же вы, что у Севиджа и в Девоншире связи? И если дворецкий распустил язык, и его нужно было убрать, то Севидж этого сделать не мог.
– У него, может быть, есть сообщник в доме, – предположил Джеральд.
– Но кто? Кто мог знать Севиджа кроме леди Баскервиль?
– Это звено пока не укладывается в схему. Но одна версия у нас есть, Гуд. И я думаю, что начать нам следует именно с Севиджа. Вот только действовать предстоит осторожно. Вдруг леди Баскервиль заодно с ним?
– Тогда обратимся к доктору. Может быть, Севидж пользуется услугами врача, мистера Дойла.
– Кстати, а он не родственник мистера Конан Дойла?
– Нет, – ответил полицейский. – Деревенский врач мистер Дойл не имеет отношения с сэру Артуру Конан Дойлу.
– С этим Дойлом вообще стоит поближе сойтись. Он может нам помочь, если он сам не замешан в преступлении.
– Вы что, Мартин? Он лицо незаинтересованное.
– Кто знает, Гуд. Кто знает?
– Что вы хотите этим сказать, Мартин?
– Доктор делал лекарства для баронета, – ответил Джеральд.
– Их делала медсестра, Мартин.
– Но по указанию доктора. А если баронета убили, то доктор весьма подходящая фигура на роль убийцы или его сообщника.
– Этак можно подозревать всех, Мартин. Но у нас не так много времени.
– Вы думаете, что мы сможем во всем разобраться быстро, Гуд?
– Посмотрим, – буркнул в ответ инспектор.
Бакенбери закрыл глаза. Он показал, что более разговаривать не желает. Джеральд не стал настаивать. Он развернул свежий номер «Таймс» и стал читать о международной обстановке…
***
Поезд остановился у небольшой станции.
Мартин и инспектор вышли из вагона. У железнодорожной платформы стояли три человека. Это были: местный констебль, молодая женщина и мужчина средних лет в форме железнодорожной компании. Двое последних ждали поезда.
Констебль, увидев прибывших, подошел к ним.
– Констебль Горбенс, господа. Вы мистер Джеральд Мартин и старший инспектор Бакенбери Гуд, если не ошибаюсь?
– Я Бакенбери Гуд. А моего друга зовут мистер Джеральд Мартин, констебль.
– Рад приветствовать вас, господа. Для меня это большая честь! Вас ждут. Джекоб!
Констебль махнул рукой и показался еще один человек – носильщик. Он подошел к ним и принял багаж детективов.
– За оградой, господа вас ждет авто. Его прислал хозяин Баскервиль-холла. Джекоб доставит туда ваш багаж и покажет дорогу. Счастливого пути, господа.
– Спасибо, констебль.
И они пошли к ограде.
Водителем был слуга баронета. Он распахнул дверцу авто.
– Прошу вас, господа.
Джеральд первым сел на кожаное сидение и сказал:
– Нас доставят в Баскервиль-холл с комфортом.
– А что я вам говорил, Мартин! Нас здесь ждали!
И он устроился рядом с Джеральдом. Дверца захлопнулась…
***
Автомобиль, присланный баронетом сэром Чарльзом, умчал Джеральда Мартина и Бакенбери Гуда к родовому гнезду семейства Баскервиль.
Мартин оценил богатство баронета по яркому «Траксьон Авант» с 1.3 литровым двигателем и передним ведущим мостом. Такие фирма «Ситроен» стала выпускать с 1934 года, и стоили они прилично.
По обе стороны дороги за окнами поднимались зеленеющие склоны пастбищ и дома с черепичными крышами.
«Почти все как в повести мистера Конан Дойла, – подумал мистер Джеральд. – Как он, однако, точно описал местность. А ведь прошло столько лет».
Автомобиль свернул на боковою дорогу, которая была много хуже предыдущей, и поехал вверх между высокими насыпями, на которых рос папоротник и ежевика.
«Зловещее место, – мыслил старший инспектор Гуд. – И судя по выражению лица Мартина, он так думает».
Они проехали по старому каменному мосту, через бурную речку, которая извивалась между камнями. Машину тряхнуло на повороте.
– Мрачноватые места, Мартин, – проговорил старший инспектор. – Местность как раз для совершения преступлений. Здесь и могла зародиться мысль о создании демона Баскервилей. И если Севидж и есть Степлтон, то интересно будет с ним пообщаться.
– А не пора ли нам начать наши расспросы, Гуд? – предложил Джеральд старшему инспектору.
– Вы предлагаете поговорить с водителем? Но он ведет авто. И не думаю, что на такой дороге его стоит отвлекать, Мартин, – тихо ответил старший инспектор.
– Да он знает её как свой карман, Гуд. Он же много раз ездил здесь.
Мистер Джеральд Мартин отодвинул загородку и поинтересовался именем водителя:
– Скажите, как вас зовут, молодой человек?
Водитель был маленького роста крепышом с большой непропорциональной головой. Ему было 25-27 лет.
– Вас интересует моё имя, сэр? – спросил тот, не отрываясь от дороги. – Я Джон Ву.
– Вы служите водителем у Воганов?
Водитель ответил:
– Теперь хозяев имения именуют Баскервили-Воганы. Но до публикации повести сэра Артура Конан Дойла фамилия Воган была на первом месте. Мой отец служил садовником в Баскервиль-холле. Затем он умер, и его место досталось мне. Но я некоторое время жил в Ливерпуле и работал там водителем. И теперь я, и садовник, и водитель в имении сэра Чарльза Баскервиля-Вогана.
– Трудно приходится?
– Трудно, сэр. Но в имении платят хорошие деньги. Работа по саду занимает много времени. Но мне она нравится. Да и местный привратник мне охотно помогает.
– Возите обычно леди?
– Да. Машиной пользуется леди Баскервиль-Воган. У покойного сэра Генри в Лондоне другой шофер. У милорда несколько авто. А леди не часто бывала в Лондоне. Она вообще редко покидала Баскервиль-холл.
– Это вы нашли тело своего хозяина сэра Генри Баскервиля?
– Не только я, сэр. Хозяин постоянно гулял по тисовой аллее. Выкуривал сигару и возвращался спать. Но в тот день он задержался дольше обычного, и леди Берилл позвала меня и Персиваля Рода. Мы взяли фонари и пошли. Изгородь там высокая зеленая из тесно сросшихся старых тисов. Посредине дорожка восьми футов в ширину. И у самой калитки, которая ведет на болота, мы и увидели тело нашего хозяина. Он был уже мертв. Леди Берилл сильно убивалась, по сэру Генри. Я отвел её в дом, а Род отправился за местным констеблем.
– Сэр Генри и леди Берилл были счастливы в браке? – как бы невзначай задал вопрос Бакенбери Гуд
– Да, – ответил шофер. – Они познакомились при таких странных обстоятельствах. Это написано в повести мистера Артура Конан Дойла.
– Вы повесть читали? – спросил Мартин.
– Я много всего читал про мистера Шерлока Холмса. И «Собаку Баскервилей», и «Знак четырех», и «Этюд в багровых тонах». А вы знали его лично, сэр?
– Шерлока Холмса? Нет. Это литературный персонаж.
– Но ведь мистер Конан Дойл писал его с себя? Разве нет?
– И здесь я вынужден вас разочаровать. Я не знаком с мистером Конан Дойлом.
– Так вы будете вести следствие, господа? Дело больно запутанное.
– Следствие? С чего вы взяли, мистер Ву? Мы едем в гости в Баскервиль-холл.
– Понятно, – кивнул шофер. – Я понимаю, что вам про это говорить со мной нельзя. Скоро будут эти самые болота, где и развернулась та самая трагедия много лет назад. Сможете посмотреть.
– Да, – сказал Гуд, – жуткое место.
– А скажите нам, мистер Ву, – Джеральд обратился к шоферу. – Что говорят о собаке Баскервилей в здешних местах?
– О собаке? Да много чего говорят, сэр. Мой отец часто рассказывал мне эту легенду. Но скажу вам сразу, что в повести «Собака Баскервилей», многое рассказано не так как нужно.
– Что это значит? – спросил старший инспектор. – Что же там не так?
– Многое мистер Артур пропустил. Умирали у нас люди, и до того как в Меррипит-хаус появился мистер Степлтон. И до него люди видели на болотах страшную собаку. Не написал мистер Артур и о древнем кладбище, где среди прочих покоится и тело злодея Гуго Баскервиля. Да и много чего. В наших краях много легенд.
– И что это за легенды, мистер Ву? – спросил Джеральд.
– А вот как раз мы проезжаем торфяные болота, господа. Вот здесь в последний раз лет десять назад видели собаку Баскервилей.
– Лет десять? – удивился Гуд. – Но если не ошибаюсь, события, изложенные в повести имели место лет 40 назад?
– Но собака осталась, сэр.
– Собаку убили, насколько я помню. И с привидением рода Баскервиль было тогда покончено!
– Мой отец говорил, что тогда застрелили живую собаку, хоть она и была большого размера. Но призрака застрелить нельзя. Призрак появляется в тот час, когда должен появиться. И призрак этот предвещает смерть тому, кто его видел.
Джеральд засмеялся. Старший инспектор с удивлением посмотрел на Мартина.
– Вы смеетесь, Мартин?
– Это я уже слышал, Гуд.
– Слышали, что? – не понял Бакенбери.
– То, что призрак предвещает смерть. Это же говорили мне в замке Текели10, старший инспектор. Вы помните это дело?
– Джессика Лэнг не дала ему забыться, Мартин.
Джон Ву, когда детективы замолчали, решился продолжить:
– Я повторюсь, господа. Призрак этот предвещает смерть тому, кто его видел.
– И вы в это верите, мистер Ву? – усмехнулся Джеральд.
– Здесь все фермеры верят в собаку, сэр. Призрак рода Баскервиль существует. И он карает всех Баскервилей, кто совершал преступления в жизни. Так говорят. Но есть и иное мнение, сэр. Согласно преданию, он (призрак) возникал в момент погибели каждого представителя семейства Баскервилей-Воганов, при этом не за тем, чтоб утащить его в ад, а напротив, чтоб защитить от бесов преисподней.
– Вот как? – удивился Джеральд Мартин. – Это нечто новое.
– Это древние легенды, мистер Мартин, – ответил Ву. – Новые они для вас, но не для местных жителей.
– А сэр Генри? Он разве тоже в чем-то был виноват? Если призрак карает виновных?
–Я не могу этого знать, сэр. И не могу обсуждать своих хозяев. И так наболтал лишнего. Вы уж не говорите ничего леди Баскервиль-Воган и молодым хозяевам. А то я могу потерять службу.
–За это можете быть спокойны, мистер Ву. И я, и мистер Джеральд Мартин, умеем хранить секреты.
–Спасибо, сэр. А вот и башни замка. Это Баскервиль-холл.
Над высокими деревьями поднимались узкие башни замка рода Баскервиль-Воган. Они были обновлены и покрыты добротной черепицей. Сразу чувствовалось богатство хозяев имения. Машина стала подниматься на взгорье и перед гостями раскинулись огромные просторы торфяных болот.
– Смотрите, Мартин! Вот оно место жительства «призрака» рода Баскервиль!
– Сразу вспоминаются слова из повести, Гуд.
– Какие же?
– О том, что здесь сам сатана в образе человеческом, отлеживался в норе и мечтал восстать, дабы мстить человечеству.