Расследования майора Мартина: Проклятие рода Баскервиль

Машина остановилась у чугунных ворот. Каменные столбы, на которых они держались, были украшены родовыми гербами Воганов – бронзовыми грифонами. Водитель просигналил и из небольшого домика привратника появился седой старик в поношенной меховой безрукавке.

Он распахнул ворота, и автомобиль въехал в пределы имения. Здесь мало что изменилось. Хотя сэр Генри не пожалел денег на ремонт старого дома. Но новые хозяева сохранили исторический облик усадьбы и даже теперь, после грандиозной перестройки и обновления, о XX веке здесь напоминали только столбы с электрическими фонарями.

За воротами были два ряда высоких старых деревьев. Это соответствовало описанию в книге мистера Конан Дойла о собаке Баскервилей.

Ву остановился у большого ухоженного газона. Джеральд Мартин и Бакенбери Гуд вышли из автомобиля.

Массивный фасад дома был украшен колонами. Две зубчатые башенки высились по бокам и были, очевидно, еще частью старых построек, когда этот дом был не просто домом, но крепостью. Затем к нему делались пристройки уже в более поздние времена. Башенки сохранили, и по приказу сэра Генри, облицевали заново. По восточной стене тянулись вверх заросли дикого плюща. Их специально не убрали, и они придавали замку весьма живописный вид.

Встречать гостей вышел молодой мужчина в черном костюме. Он был высокого госта, худощавый, с военной выправкой.

– Это наш новый хозяин, – прошептал водитель. – Сэр Чарльз Баскервиль-Воган.

Молодой Баскервиль, правой рукой расправил свои усы, улыбнулся гостям и заговорил:

– Рад вас приветствовать в Баскервиль-холле, господа. Я сэр Чарльз Баскервиль, старший сын несчастного сэра Генри. Капитан королевского военно-морского флота.

– Джеральд Мартин, майор британской армии в отставке, – представился Джеральд. – Рад знакомству!

– Старший инспектор криминального отдела Скотланд-Ярда Бакенбери Гуд, – отрекомендовал себя инспектор, хотя с Чарльзом Баскервилем он уже встречался.

– И я рад, господа, что имею честь принимать вас у себя. Прошу вас в дом, где вы будете представлены моей матери леди Баскервиль-Воган.

Гости вслед за хозяином имения вошли в дом и оказались в большом холле. Стены его были отделаны дубовыми панелями с позолоченными узорами, а в дальнем конце виднелся массивный камин, украшенный родовыми гербами.

С потолка свисали две старинные люстры со свечами. Хотя эта деталь была скорее декоративной, ибо помещение было совещено электрическими фонарями.

Сэр Чарльз провел гостей к двухпролетной лестнице, и они поднялись наверх на второй этаж. Через длинный коридор они попали в большую гостиную.

Там в высоком передвижном кресле сидела статная старуха с пышными седыми волосами. Она была худа и морщинистая кожа на лице отдавала желтизной. Но старая леди сохраняла величественное выражение настоящей королевы.

Мартин вспомнил слова из повести доктора Конан Дойла об этой женщине: «таких жгучих брюнеток мне еще не приходилось встречать в Англии…. Её тонкие и горделивые черты были настолько правильны, что могли бы показаться безжизненными, если бы не быстрый взгляд прекрасных темных глаз».

Теперь от этого не осталось и следа. Долгая жизнь в Девоншире словно выбелила кожу жгучей брюнетки и обесцветила её красоту, не тронув величия.

– Леди Берилл Баскервиль-Воган! – представил старуху сэр Чарльз. – Моя мать. А это господа Джеральд Мартин, частный детектив из Лондона, майор в отставке, и старший инспектор криминального отдела Скотланд-Ярда, мистер Бакенбери Гуд.

Мужчины поклонились, и старая леди кивнула им головой.

– С инспектором я уже виделась не так давно. Но рада знакомству с вами, мистер Мартин. Вы имеете отношение к сэру Мартину?

– Да, миледи. Я это мой брат.

– Так вы баронет? – спросила она.

– Нет, миледи. Титул принадлежит моему старшему брату и его наследникам, миледи.

– Я прошу прощения у вас, господа, за то, что принимаю вас в кресле. Но смерть моего несчастного мужа подкосила меня. Скоро обед и я приглашаю вас к столу. Там вы познакомитесь со всеми домочадцами дома Баскервиль-Воган. А сейчас простите, господа. Я слишком устала.

Дама подала знак молодой горничной, и та укатила кресло из гостиной.

– Прошу садиться, господа, – молодой хозяин Баскервиль-холла указал гостям на кресла и диван.

Джеральд занял кресло, Гуд расположился на диване, а хозяин сел в другое кресло. Слуга подал господам сигары. Все закурили.

– Итак, мистер Мартин, вы приняли мое приглашение прибыть и погостить в Баскервиль-холле. Я чрезвычайно рад этому обстоятельству. Старший инспектор, говорил мне, что в смерти моего отца, не все так просто. Но я не хочу официального расследования. Как не желает его и моя мать. Вы ведь знаете, что интерес к нашему дому был вызван знаменитой повестью доктора Конан Дойла. И если сейчас появятся хоть какие-то сведения о новом расследовании, то нам не дадут покоя в нашей глуши. Вернее моей матери, которая живет здесь постоянно. Мы с братом бываем в Баскервиль-холле лишь наездами.

– В деле немало странностей, сэр, и я возьмусь за него вместе со старшим инспектором.

– Но вы, старший инспектор, как я полагаю, здесь как частное лицо?

– Да. Можете считать меня ассистентом мистера Джеральда Мартина. Но только до тех пор, пока не вскроются обстоятельства, скрывать которые мне не позволит служебный долг.

– Конечно, старший инспектор. В этом доме свято чтят закон. Но мистер Мартин, только что упомянул о неких странностях в смерти моего отца? Что вы имели в виду?

– Вы знаете, сэр, что горничная вашего дома Аделина Линар погибла? – спросил Джеральд сэра Чарльза.

– Аделина? Нет. Я ничего такого не знал. Но она более не служит в нашем доме, мистер Мартин. А как она погибла?

– Попала под грузовик.

– Какой ужас. Совсем молодая девушка. И где же это произошло?

– В США, куда она отправилась вскоре, после того как покинула Баскервиль-холл.

– Бедная девушка. Она была так мила и так порядочна.

– Скажите, сэр, а отчего она покинула ваш дом?

– Я не знаю этого к моему стыду, мистер Мартин, – ответил новый баронет. – Такими делами занимается наша экономка мисс Вики Стейнбек. Она нанимает слуг и занимается содержанием имения. Я офицер королевского военно-морского флота и приехал в имение ненадолго. Но теперь мне придется задержаться в связи с событиями, которые здесь произошли. Хотя сами знаете какая международная обстановка сейчас. Может быть, завтра мы вступим в войну с Германией и мое место на моем корабле. А могу я задать вам откровенный вопрос, мистер Мартин?

– Конечно, сэр.

– Вы думаете, что мой отец умер не просто так? Не от естественных причин?

– Мы со старшим инспектором уже много размышляли об этом деле и пришли к выводу, что это, может быть, убийство. Но инспектор Бакенбери Гуд желает разобраться в этом деле в частном порядке. И потому он сейчас в отпуске, как и я. Мы не ведем расследования официально. Мы гости вашего имения.

– Это хорошо, господа. И я бы желал во всем разобраться. Особенно мне не нравится появившийся здесь мерзкий старик по имени Кристиан Севидж. Но моя мать благоволит к нему. И я не могу понять почему? Что может связывать леди и такого негодяя?

– А с чего вы взяли, сэр, что Севидж негодяй?

– У него такое мерзкое лицо. Настоящий пройдоха.

– Ну, сэр, по лицу судить мы не можем. Мало ли у кого, какое лицо, – проговорил Гуд.

– Но он ведет себя не как джентльмен. Я однажды был свидетелем его разговора с моей матерью. Это было две недели назад, уже после смерти моего отца. Он приходил в наш дом вечером. И сидел вот в этой самой гостиной. Мне стыдно признаваться господа, но я этот разговор подслушал случайно….

***

Моя мать сидела на диване и говорила этому человеку:

– Тебе пора бы успокоиться и не заниматься больше этим делом. Сколько лет прошло. Зачем ворошить прошлое? О нем все забыли и если и вспоминают, то только основываясь на повести доктора.

– Ты желаешь напомнить мне о том, что я стар, Берилл? Я и сам это помню. Стало трудно ходить. И сегодня я едва преодолел расстояние от Меррипит-хаус до твоего дома. А когда-то я избегал здесь все болота и знал в них каждую тропку. Как давно это было.

– Время безжалостно, – проговорила моя мать.

– Оно разрушило тебя, Берилл. Ты была некогда первой красавицей и везде могла покорить любого мужчину. Можно ли теперь сказать, что это было правдой?

Я был возмущен этими словами, мистер Мартин, джентльмен так не станет говорить с дамой. Да еще с дамой, которая облагодетельствовала его. Ведь этот Севидж живет за наш счет и на нашей ферме. Но моя мать не отреагировала на это. Хотя если бы подобное сказал кто-либо иной, или даже я, она бы обиделась. Это меня удивило более всего.

Затем Севидж продолжил:

– Ты прожила счастливую жизнь, Берилл. Не то, что я. Погоняло меня по свету, с тех пор как меня изгнали отсюда.

– Но ты никогда не бедствовал, Джек. Я посылала тебе деньги.

– Деньги! Но меня всю жизнь грызла зависть. Хотя с деньгами было лучше, чем было бы без них. Да бог с ними. Меня уже не волнуют материальные блага, Берилл. Мои дни сочтены, а наследников у меня нет.

– Но…, – заговорила было мать, но Севидж грубо оборвал её.

– Не говори об этом негодяе! Он обокрал меня. И пусть он будет проклят, как тот другой, могилу которого он ищет! Наследников у меня нет! Но я хочу продолжить свои поиски, Берилл. Помнишь наше с тобой первое знакомство?

– Да, тогда ты и рассказал мне о том, что желаешь найти.

– И это сейчас цель моей жизни. У меня осталось мало дней, но я хочу выполнить то, что должен был. Это завещал мне мой отец. Он много лет потратил на поиски и не успел. Он передал тайну мне, и я был в шаге от разгадки. Но судьба в самый последний момент вставила мне палку в колесо. Пришлось бежать. Я думал, что вернусь через пять-шесть лет. Но снова не получилось. Доктор Конан Дойл ведь похоронил меня в Гримпенской трясине. Какой удачный конец для злодея….

***

– Вот господа и все что мне удалось услышать, – закончил свой рассказ молодой баронет. – Более я слушать не стал.

– Как мы и предполагали, Мартин, сюда под видом Севиджа вернулся мистер Джек Степлтон, собственной персоной.

– Похоже, что вы правы, Гуд. И нам стоит этого господина проверить.

– Но, господа, я вас прошу не беспокоить мою мать, – обратился сэр Чарльз с просьбой к сыщикам. – И я прошу ни при каких обстоятельствах не расспрашивать её о прошлом.

– Как скажете, сэр. Но это может затруднить расследование, – ответил баронету Бакенбери Гуд.

– Это мое требование господа. А сейчас нам стоит обсудить с вами ваш гонорар, мистер Мартин.

– Я приехал сюда не за гонораром, сэр Чарльз. Вы пригласили меня в гости, и ни о каком гонораре нет и разговора.

– Но…

– Не стоит продолжать, сэр. Я имею принципы и не отступаю от них. Считайте это дружеской услугой одного офицера другому.

– Как вам будет угодно, мистер Мартин. А сейчас вам покажут ваши комнаты, господа. Ваши вещи уже там и вы сможете переодеться к обеду. Встретимся за столом…

***

Через час Джеральд Мартин и Бакенбери Гуд сидели за столом вместе с семейством Баскервиль. Отсутствовала только старая леди Берилл. Новый баронет извинился за хозяйку имения. Она плохо себя чувствовала. У неё был доктор Дойл.

Сэр Чарльз Баскервиль-Воган, одетый в модный черный костюм, и его супруга леди Сесилия Баскервиль-Воган в сиреневом платье, сшитом из одного куска ткани, которое затягивалось на спине молнией, играли роль хозяев, и задавали тон. Они сидели словно королевские особы среди придворных и гостей.

Младший брат сэра Чарльза, Джеймс Воган, приятный молодой человек, с гордой осанкой настоящего аристократа, был одет проще брата и держался не столь чопорно. Его подруга мисс Оливия Томсон сидела рядом с ним, и с интересом рассматривал Джеральда Мартина. Она была красива, обладала живым характером и держалась просто под стать своему жениху.

– Для нас большая честь сидеть за одним столом с Джеральдом Мартином, – произнесла она, после того как гостей официально представил хозяин дома.

– Не думаю, что я этого достоин, мисс, – ответил Джеральд.

Слуга наполнил бокалы гостей вином.

– Не стоит вам донимать нашего гостя мистера Джеральда, Оливия, – одернул девушку баронет. – Мистер Джеральд Мартин содержит детективную контору на Риджен-стрит. Я пригласил мистера Джеральда в гости.

– А вы знаете мисс Лэнг, мистер Джеральд? – спросила леди Сесилия. – Она также писательница, как и её отец?

– Мисс Лэнг известная журналистка, миледи, – ответил Джеральд. – Несколько лет назад она пыталась стать писательницей, но большого успеха не имела.

– И писала она о ваших приключениях? – спросила Оливия. – Я даже читала что-то. По-моему дело о призраке из Ротервуд?

– Я польщен, мисс, что мои приключения заинтересовали вас. Но истории обо мне у публики большого интереса не вызвали. И потому мисс Лэнг бросила писать про меня и уехала во Францию, а потом в Германию. Она теперь пишет о политике для «Санди Таймс», и некоторых иных английских газет. Международная обстановка нынче интересует всех.

– А вот мне повести мисс Лэнг понравились – сказала Оливия.

– Я ни в коем случае не умаляю достоинств мисс Лэнг как писательницы, мисс Оливия.

– Значит, у вас сейчас нет своего биографа? – спросила леди Сесилия.

– Нет, миледи. Но мои скромные дела и не заслуживают отдельного биографа.

– А теперешнее ваше дело, мистер Мартин? – спросила мисс Оливия. – Здесь вам улыбнется удача. Призрак рода Воганов! Это громко. Это…

– Помолчите, мисс, – оборвал подругу брата баронет. – Мистер Джеральд Мартин здесь присутствует как гость. Он гость нашего дома и не ведет здесь никакого расследования.

За столом все замолчали, и каждый занимался содержимым своих тарелок. Так было до тех пор, пока обед не закончился. Слуги убрали со стола и подали кофе в гостиную.

Все перешли из столовой туда. К гостям присоединился доктор Дойл, мужчина лет 45, высокого роста, худой с длинными как ходули ногами. Доктора представили Мартину. И здесь начался разговор. Первым заговорил баронет:

– Как вы думаете, мистер Мартин, война с Германией неизбежна?

– Да, – ответил Джеральд. – Гитлер просто так не остановится. Следующий его шаг – захват Польши. Он воплощает в жизнь свою программу – создает свою империю, подобную той, которую создавал Наполеон.

– И закончит он также как Наполеон, – проговорил мистер Джеймс Воган.

– Да, – согласился Джеральд. – Но эта война будет совсем не та, что велась во время Наполеона. Мир содрогнется от жестокости. Гитлер просто так от власти не откажется. Он и его последователи будут стоять до конца. И много крови прольется до тех пор, пока ему свернут шею. Мы породили чудовище.

– Вы сказали «мы», мистер Мартин? – спросил баронет.

– Наши правители в Версале, когда унижали Германию и немцев, дали шанс Гитлеру подняться из небытия, сэр. Наше правительство дало Гитлеру усилиться, после того как он пришел к власти и делал только робкие шаги к своей цели. Это вина Чемберлена и Галифакса.

– Но, политика вещь сложная, мистер Мартин, – проговорил доктор Дойл. – Лорд Чемберлен, понимал – нужен мощный противовес Советской России. Этот большевистский колос может поглотить Европу. И Гитлер мог стать таким противовесом. И он схватится со Сталиным в смертельной схватке.

– Значит, вы согласны с политикой Чемберлена, доктор? – спросил Дойла старший инспектор.

– Да. И я много раз говорил про это покойному сэру Генри. Чемберлен отдал Гитлеру кость в виде Чехословакии. И это было правильно. Он повернул Гитлера на Восток.

– Повернул ли?! – Джеральд посмотрел на доктора. – Вот в чем вопрос.

– А я согласен с доктором Дойлом, господа! – поддержал врача Джеймс Воган. – Гитлер направился на Восток. И это отвлечет его от нас.

– Не слушайте моего брата, мистер Мартин, – проговорил сэр Чарльз Баскервиль. – Что адвокат понимает в политике? Невил Чемберлен ошибся. И скоро все мы станем пожинать плоды этой ошибки.

– Господа! – прервала мужчин леди Сесилия. – Вы снова начали ваши политические споры. Можно поговорить о чем-то другом. Скажите, мистер Мартин, как вам нравится в Девоншире весной?

– Первое впечатление – мрачноватые пейзажи, миледи.

– Погодите. Когда зацветут орхидеи, здесь будет так красиво. Правда, Оливия?

– Правда! Я сама была очарована красотой этих мест, – поддержала леди Сесилию мисс Оливия Томсон. – А особенно красива дорожка от замка к ферме Меррипит-хаус…

***

После обеда Мартин и Гуд решили прогуляться по тисовой аллее.

– Завтра нам с вами стоит заняться мистером Севиджем, – проговорил Гуд.

– Верно, но действовать стоит осторожно. Баронет просил не беспокоить леди Баскервиль. А если этот Севидж сразу побежит жаловаться ей?

– И что вы предлагаете, Мартин?

– Вдвоем мы не пойдем к мистеру Севиджу. Туда отправлюсь я сам. А вы, Гуд, попробуйте выяснить что-нибудь о могиле Гуго Баскервиля. Помните, что нам говорил шофер мистер Ву?

– Про могилу Гуго? А зачем она нам?

– Пока не знаю. Но что-то мне подсказывает, что эти сведения нам понадобятся.

– Хорошо. Я поговорю с хозяевами имения.

– Лучше не с ними, Гуд. Поговорите по этому поводу с местными жителями.

– То есть вы предлагаете мне отправиться в деревушку Гримпен?

– А почему бы вам не прогуляться, Гуд? Заодно полюбуетесь красотами болот.

– Для нас с вами сейчас главное, разрабатывать версию с Севиджем, Мартин. У него был мотив убрать баронета. Севидж, он же Степлтон, возвращается в Девоншир. У него с миледи Берилл Баскервиль-Воган давние отношения. Они были мужем и женой. И их многое объединяет. Потому она и посылала деньги своему бывшему мужу в США тайно от сэра Генри Баскервиля-Вогана.

– Затем Севидж возвращается сюда и через Аделину устраняет сэра Генри, ибо боится, что тот его узнает, – продолжил за старшего инспектора Джеральд уже выстроенную ими ранее версию.

– Да, Мартин! – продолжил Бакенбери Гуд. – Старик убирает сэра Генри. И труп его оставляет на том же месте, где и труп сэра Чарльза Баскервиля, убитого сорок лет назад еще молодым Степлтоном. Аделина исполнила свое дело и, получив деньги от Севиджа, убралась из Баскервиль-холла. Но Севидж узнал, что я интересовался Аделиной, и он отправляет её в Америку. Но у Скотланд-Ярда длинные руки. Они могут дотянуться и туда. И он устраивает все так, чтобы Аделина умолкла навеки.

– Но почему леди смирилась с тем, что Севидж убил её мужа? – спросил Джеральд.

– Она может и не знать про это. Но мы потрясем Севиджа и все узнаем. А вы думаете про какую-то могилу, Мартин.

– Я не думаю только о ней, Гуд. Я пойду к Севиджу. Мне это сделать будет проще. А с полицейским Севидж может не захотеть разговаривать.

– Но я не стану говорить ему, что я из полиции!

– А у вас это написано на лице, Гуд.

– Как вы завтра ему представитесь?

– Как гость сэра Чарльза. Пойду гулять и напрошусь к нему в гости.

– Может у вас и получится. Но помните, Мартин, что просто так он ни в чем не признается. Его стоит прижать к стене неопровержимыми уликами. И мы с вами раскроем сразу два дела. Поймаем убийцу и Чарльза Баскервиля и Генри Баскервиля. Вот вам и тема для повести. Жаль написать про это будет нельзя.

– Вы думаете, разгадка этого дела так близко, Гуд? – спросил Джеральд.

– А почему нет?

– Слишком просто.

Гуд согласился с Мартином.

– Вы правы. Боюсь, что так легко все не разрешится. Но надеюсь на это.

– А что интересного в таком простом деле, инспектор?

– Посмотрим, Мартин! Посмотрим.