Из небытия: Тень короны (книга 2)

Луиза несколько секунд молча смотрела на него, переваривая услышанное. Затем коротко кивнула.

— Тогда собери закрытое собрание по поводу Эстерии. Только узкий круг.

Эйдан без колебаний кивнул.

— Хорошо. Я распоряжусь, чтобы всех уведомили. Сегодня же.

***

— Смотрящий, что видишь пути и тени в сердцах людских,

Убереги от слепоты и от решений поспешных.

Даруй различить врага и друга среди лиц чужих,

И ложь от истины отделить.

Когда испытания грянут — даруй мне силу устоять.

Проведи сквозь страх и сомнения.

Голос Лирана звучал негромко. Слова молитвы ложились ровно и привычно. Он стоял у узкого окна своих покоев, скрестив пальцы. За стеклом медленно тянулось серое утро, но в комнату свет проникал скупо.

Лиран находился под стражей. Это не было тюрьмой в прямом смысле: комната оставалась просторной, обставленной скромно, но достойно. На столе лежали книги и свитки, а у стены стояла узкая кровать. Однако у двери неизменно дежурили двое стражников. Выходить ему разрешалось только под их надзором и лишь по необходимости, чтобы не выпускать из виду бывшего инквизитора, чьё прошлое всё ещё вызывало слишком много вопросов. Лиран давно перестал спорить с этим порядком. Он принял ограничения с тем же спокойствием, с каким когда-то принимал приказы Вечности Света. Сейчас его куда больше занимало другое: ощущение надвигающихся перемен.

Он отошёл от окна к небольшому столику у стены, где среди аккуратно расставленных склянок стоял флакон с ароматным кедровым маслом. Лиран откупорил его и капнул несколько тёплых, густых капель на ладонь. Терпкий древесный запах с едва уловимой горчинкой сразу наполнил воздух. Этот аромат всегда действовал на него успокаивающе, собирал мысли воедино. Он медленно растёр масло между ладонями, втирая его в сухую кожу рук, затем провёл пальцами по гладко выбритому лицу, смягчая стянутость.

— Прихорашиваешься?

Голос раздался за спиной неожиданно. Лиран вздрогнул и резко обернулся. В дверном проёме стоял Эйдан, опершись плечом о косяк, с привычной тенью насмешки. Лиран фыркнул и смерил его холодным, надменным взглядом.

— Не знаю, из какой выгребной ямы ты вылез, — произнёс он язвительно, — но в приличном обществе мужчинам не зазорно следить за собой и выглядеть опрятно.

Эйдан тихо усмехнулся.

— Пойдём, — сказал он, отстраняясь от косяка. — Нас ожидают.

Лиран ещё раз провёл ладонью по щеке, ставя точку в этом коротком ритуале, и направился к выходу.

Когда они с Эйданом вошли в зал совета, за круглым столом уже сидели Луиза, Ирис и Сандер. Королева, склонившись к коннетаблю, негромко говорила с ним. Речь шла о его временной замене на время миссии в Эстерии. Луиза рассматривала кандидатуру сэра Рональда Корна — старшего капитана пограничных войск, человека строгого и рассудительного. Он уже успел зарекомендовать себя тем, кто умеет держать порядок без лишнего шума и амбиций.

— Он не из тех, кто станет тянуть одеяло на себя, — тихо заметила Луиза. — И люди ему доверяют.

— Я полностью согласен с этим выбором, Ваше Величество, — кивнул Сандер.

Всё это время Луиза заметно избегала смотреть в сторону Ирис. В глубине души ей было крайне стыдно. Именно Ирис пришлось исправлять последствия её эмоциональной вспышки. От этой мысли внутри всё неприятно сжималось. Луиза чувствовала себя неловко и беспомощно, будто ребёнок, за которым взрослые вынуждены раз за разом разгребать устроенный им беспорядок. Ирис, напротив, сидела спокойно, сложив руки на столе. Лицо её было бледным, под глазами залегли тени, но держалась она достойно. Ирис ни разу не попыталась привлечь внимание Луизы и не выказывала ни упрёка, ни раздражения. От этого королеве становилось только тяжелее.

Чуть погодя Сандер первым заметил вошедших и выпрямился.

— Вы вовремя, — сказал он негромко.

Луиза подняла взгляд и с настороженностью уставилась на Лирана. Он был одет в тёмно-синюю кофту из плотной шерсти, перехваченную узким кожаным поясом. Под ней виднелась светлая льняная рубаха с аккуратно застёгнутым воротом. Одежда была простой, без лишних украшений, но сидела безупречно опрятно. Светлые волосы Лирана были стянуты в тугой хвост на затылке, открывая собранное лицо. Под пристальным взглядом Луизы он неловко переступил с ноги на ногу, затем склонился в почтительном поклоне.

— Ваше Величество, примите мои глубочайшие соболезнования.

Луиза выдержала короткую паузу, затем сдержанно кивнула.

— Присаживайтесь, — произнесла она ровно и указала на свободное место за столом.

Эйдан и Лиран расселись по местам. Некромант расположился рядом с Ирис и, чуть наклонившись к ней, тихо поинтересовался:

— Ты как?

— Всё хорошо, — с лёгкой улыбкой ответила Ирис. — Постепенно прихожу в норму.

Луиза в этот момент сжала губы. Она положила руки на стол, выпрямилась и произнесла уже громче, так, чтобы её слышали все:

— Сегодня в этом зале собрались люди, которым предстоит выполнить одну из важнейших миссий для короны. Я рассчитываю на вашу собранность и благоразумие, — её взгляд на мгновение задержался на каждом из присутствующих. — Пока Эйдан будет решать вопросы здесь, в Кадере, вы должны действовать без лишнего риска. Никакой самодеятельности. Вы представляете не только себя, но и всё королевство. Будьте предельно осторожны.

Лиран с недоумением покосился на Эйдана и, понизив голос, спросил:

— Так ты не едешь?

— Я постараюсь прибыть через месяц. А что? Будешь скучать? — ухмыльнулся некромант.

Лиран тихо фыркнул.

— Речь идёт о серьёзном деле, а не о прогулке, — сухо заметил он. — Менять состав делегации в последний момент — непрофессионально.

Улыбка Эйдана стала холоднее.

— Никто ничего не меняет, — отрезал он. — План остаётся прежним. Я просто присоединюсь позже.

Луиза строго посмотрела на них двоих. В повисшей паузе Сандер негромко прокашлялся, явно напоминая, что внимание должно быть приковано к королеве. Луиза благодарно кивнула ему и снова перевела взгляд на собравшихся.

— Корабль уже готовят к отплытию, — продолжила она ровным, деловым тоном. — Если не возникнет непредвиденных задержек, он будет готов к концу недели. У вас есть несколько дней, чтобы завершить все приготовления, — её взгляд остановился на Ирис. — Леди Генриетта, если вы завершили все дела в Каймуре, можете оставаться в замке до самого отплытия. Здесь вам будет проще координировать последние приготовления.

— Благодарю, Ваше Величество, — спокойно ответила Ирис. — Все необходимые указания я уже передала супругу, — она на мгновение замолчала, а затем перевела внимательный взгляд на Лирана. — Я знаю, что ты являешься запечатанным магом. Могу поинтересоваться, какой стихии? И пользовался ли ты магией до того, как был запечатан?

В зале повисла короткая пауза. Лиран чуть напрягся, словно её вопрос задел что-то давно похороненное внутри. Он сцепил пальцы на столе и ответил сухо, без лишних интонаций:

— Земля. Это была моя стихия… Мне было тринадцать, когда меня запечатали. — Он едва заметно повёл плечом. — С тех пор прошёл двадцать один год. Честно говоря, я уже почти не помню, как выполняются даже простые магические манипуляции.

Ирис задумчиво кивнула.

— Ты знаешь, что существует ритуал, способный снять магические руны с твоей кожи и высвободить спящую силу? — спросила она спокойно.

— Да, — неуверенно ответил Лиран.

Ирис чуть сузила глаза, внимательно всматриваясь в его лицо.

— Ты не готов вновь обрести силу. Верно?

Лиран умолк. Его взгляд скользнул в сторону, мимо стола, будто он искал опору где-то вне этого разговора. Челюсть на мгновение напряглась.

— Не вижу проблемы провести ритуал сейчас, — спокойно вмешался Эйдан, откинувшись на спинку стула.

Ирис повернула голову в его сторону.

— Он не готов принять собственную силу, Эйдан.

— Ничего с ним не будет, — некромант небрежно махнул рукой.

Глаза Ирис опасно блеснули. Она скрестила руки на груди.

— Ты когда-нибудь проводил этот ритуал?

— Проводил. И поверь, с человеком ничего не случилось. Он потом был мне благодарен.

— Потому что он хотел этого, — отрезала Ирис. — Ритуал снятия печатей завязан на внутреннем согласии. Иначе руны начинают конфликтовать с собственной энергетикой носителя.

— Ты драматизируешь, — сухо бросил Эйдан. — Формула стабилизации гасит такие колебания.

— Только если печати нанесены по классической сетке! — Ирис подалась вперёд. — А у инквизиторских рун из Вечности Тени была другая структура. Там тройное замыкание на узлах души. Резкий разрыв может повредить каналы.

— Я видел и хуже, — хмыкнул Эйдан. — Человеческая система куда прочнее, чем ты думаешь.

— А я видела, как люди после таких экспериментов теряли контроль над магией, — голос Ирис стал холоднее.

За столом повисло напряжение. Сандер переводил взгляд с одного на другого, явно не понимая половины терминов, но прекрасно улавливая накал спора.

Ирис резко повернулась к Лирану.

— Разденься по пояс. Покажи руны.

— Что? — Лиран моргнул, явно не ожидая такого поворота. — Я… я не собираюсь раздеваться здесь.

— Раздевайся, — угрожающе повторила Ирис.

Лиран беспомощно посмотрел на Эйдана. Тот лишь с любопытством усмехнулся и, скрестив руки на груди, выжидающе уставился на него, явно наслаждаясь происходящим. Бывший инквизитор тяжело вздохнул, поднялся со стула и, стараясь сохранять остатки достоинства, стянул верхнюю одежду, оголяя худощавый торс. Чёрные руны густой сетью покрывали его грудь, плечи и спину. Ирис подошла ближе, не обращая внимания ни на неловкость ситуации, ни на пристальные взгляды остальных. Она медленно обошла Лирана, изучая линии печатей с профессиональной сосредоточенностью.

— Ага… — тихо протянула она. — Подойди, посмотри.

Она мягко надавила Лирану на плечи, заставляя его наклониться вперёд. Он упёрся руками в стол, вздрогнул всем телом и тихо возмущённо пискнул:

— О Смотрящий… какие же холодные руки.

— Потерпи чуть-чуть, — сухо отозвалась Ирис.

Она указала пальцем на один из символов у основания его лопаток. Эйдан наклонился ближе, прищурившись. Несколько секунд он молча рассматривал узор.

— Видишь? — сказала Ирис. — Тройное замыкание здесь завязано на центральном канале. Если сорвать печати без согласия, энергия пойдёт вразнос. Его просто выжжет изнутри.

Брови Эйдана медленно поползли вверх.

— Хм… — протянул он. — А ведь ты права, — он выпрямился и с лёгкой улыбкой посмотрел на Ирис. — Что ж, мне стоит извиниться. Я зря подверг сомнению твои слова. Был неправ.

Лиран, всё ещё наклонённый над столом, осторожно повернул голову.

— Я могу… уже одеться? — сдержанно спросил он.

— Да, — кивнула Ирис, отступая на шаг. Её лицо озарила победоносная улыбка.

Луиза и Сандер переглянулись и почти одновременно уставились на неё. В их взглядах читалось искреннее изумление. Они привыкли воспринимать Эйдана как безусловный авторитет в вопросах магии. И то, что Генриетта не просто возразила ему, но и оказалась права, заметно поколебало эту привычную картину.

Эйдан тем временем перевёл взгляд на Лирана и как ни в чём не бывало спросил:

— Как твой желудок реагирует на зелья?

Лиран моргнул, сбитый с толку таким резким поворотом разговора.

— Это ты к чему? — настороженно поинтересовался он.

— К тому, — спокойно ответил Эйдан, — что я собираюсь приготовить для тебя оборотное зелье. В Эстерию ты отправишься с другой внешностью. Ты слишком долго был инквизитором. Даже если тебе кажется, что за пределами Кадере тебя никто не знает, это опасное заблуждение. Достаточно одному из твоих бывших «друзей» опознать тебя, и вся наша миссия окажется под угрозой, — он чуть выдержал паузу. — Зелье придётся принимать раз в три дня. Одного глотка будет достаточно, чтобы поддерживать облик без сбоев. Я рассчитаю состав так, чтобы запаса хватило примерно на три месяца.

Лиран медленно выдохнул и провёл ладонью по лицу.

— Ясно. Думаю, выбора у меня всё равно нет.

— Подожди, — произнесла Луиза и озадаченно посмотрела на Эйдана. — Какое ещё оборотное зелье? Это значит, что любой может изменить внешность и проникнуть туда, куда ему хочется?

— Нет, — спокойно ответил он. — Такие зелья — редкость. В их основу входит вытяжка из зимнего мирриса. Это растение официально считается вымершим уже больше ста лет. Оно крайне нестабильно в культивировании и почти не поддаётся разведению вне определённых условий. Именно поэтому его использование запретили: слишком велик был соблазн применять его не по назначению.

Он сделал короткую паузу и невинно добавил:

— К счастью, один экземпляр всё ещё растёт у меня в саду в особняке.

Луиза медленно вскинула брови.

— Надеюсь, доступа к нему больше ни у кого нет?

— Разумеется, — сухо отозвался Эйдан. — Я не настолько беспечен. Без точной формулы и правильной обработки миррис всего лишь ядовитый сорняк. В лучшем случае зелье не сработает. В худшем — оставит человека без лица в самом буквальном смысле.

Услышав это, Лиран сглотнул и с нервным смешком добавил:

— Чувствую, поездка обещает быть… оздоровительной.

Собрание продлилось ещё несколько часов. За это время они разобрали маршрут плавания до Эстерии, возможные порты для промежуточных остановок и условные сигналы на случай, если связь с Кадере окажется прервана. Ирис взяла на себя вопросы магической защиты и снабжения, коротко обозначив, какие артефакты и зачарованное оружие им понадобятся на месте. Луиза внимательно слушала, время от времени задавая уточняющие вопросы. Когда основные решения были приняты, напряжение в зале немного спало. Каждый из присутствующих ясно понимал свою роль и цену возможной ошибки.

Луиза поднялась первой, давая понять, что собрание окончено.

— Благодарю вас, — произнесла она спокойно. — Подготовьтесь. Впереди у вас долгий путь.

Чуть позже Эйдан решил проводить Ирис до её покоев. Он шёл рядом, не касаясь её, но внимательно следя за каждым шагом. Силы ещё не до конца вернулись к ней после истощения, и усталость тяжёлой вуалью ложилась на плечи. Веки наливались свинцом, мысли становились вязкими.

— Ты бы видела, как они на тебя смотрели, — произнёс он, искоса наблюдая за ней.

— Мне достаточно было твоего пожирающего взгляда, — ухмыльнулась Ирис.

— Что есть, то есть. Умные женщины — моя слабость.

Они дошли до её комнаты. Ирис на мгновение задержалась у двери, затем тихо сказала:

— Давно хотела поговорить… о нас. Пройдёшь?

Эйдан молча кивнул и вошёл. В центре комнаты стоял аккуратный столик с фруктами и кувшином воды. Двери балкона были распахнуты, и внутрь проникал прохладный ветерок, колыша лёгкие занавеси. Ирис немного потопталась на месте, собираясь с мыслями, затем присела рядом у столика. Несколько секунд она молчала, глядя на своё серебряное кольцо.

— Сейчас у меня есть только одна цель, — наконец произнесла она тихо. — Найти и уничтожить Каэрноса. Я… не знаю, что со мной произойдёт за это время. И не могу тебе ничего обещать.

Эйдан ответил не сразу. Он сел ближе, осторожно взял её руку и накрыл своей. Его ладонь была тёплой.

— Я не строю никаких иллюзий насчёт будущего и ничего от тебя не требую, Ирис, — сказал он спокойно. — Я лишь отчасти понимаю, какой спектр чувств ты переживаешь после того, как вспомнила себя. И не хочу, чтобы наши отношения становились для тебя ещё одной ношей, — он слегка сжал её пальцы. — Если всё, что мы можем себе сейчас позволить — это идти рядом, не связывая друг друга обещаниями, значит, так тому и быть.

Ирис в изумлении посмотрела на него. В её взгляде мелькнуло что-то мягкое и уязвимое, она не ожидала услышать настолько спокойный и зрелый ответ.

— Ты умеешь говорить именно то, что нужно… и именно тогда, когда нужно, — тихо сказала она. — Хотя, если подумать, чего ещё ожидать от человека, которому сто шестьдесят лет?

Эйдан тут же наигранно нахмурился.

— Не делай меня старше. Мне сто пятьдесят три.

— Разумеется, — серьёзно кивнула Ирис. — Прошу прощения.

Он тихо фыркнул, и они оба рассмеялись. Смех снял остатки напряжения, разрядил ту тяжесть, что висела между ними с самого её приезда в столицу. Ирис постепенно посерьёзнела. Она задержала на нём взгляд, затем тихо произнесла:

— Спасибо.

Он хитро усмехнулся и в его взгляде мелькнул озорной огонёк.

— Я кое-что очень долго от тебя жду.

Ирис прищурилась.

— Чего это?

— Догадайся.

Его ладонь всё ещё удерживала её руку, но пальцы слегка сжались. Эйдан склонил голову, и прядь волос упала ему на лоб. Ирис выдохнула, сама не заметив, как подалась вперёд. Их губы встретились, и уже в следующее мгновение Эйдан притянул её ближе свободной рукой, прижал к себе, и поцелуй стал глубже, настойчивее. В нём смешались усталость прошедших дней, тревога и тихое облегчение.

Он провёл большим пальцем по её запястью, не разрывая поцелуя, и вдруг ощутил неровность кожи. Эйдан медленно отстранился, дыхание всё ещё касалось её губ. Взгляд скользнул вниз. На тыльной стороне её руки, у самого основания кисти, тянулись тонкие белёсые полосы — шрамы от верёвок. Лицо Эйдана изменилось мгновенно. Исчезла мягкость, остался только холодный, обжигающий гнев.

— Как долго это ничтожество ещё будет жить? — строго спросил он.

Ирис медленно выдохнула.

— Ты прекрасно знаешь, что Хестер мне полезен.

— Да, — резко ответил Эйдан. — Но с чего ты взяла, что он не попытается отомстить? За брата, за унижения. Даже ценой собственной жизни.

— Он меня боится, — спокойно сказала Ирис. — К тому же я ему кое-что пообещала.

Эйдан скривился.

— Ты ему ещё что-то пообещала?

— Я обещала вернуть ему Райнарда, если он будет выполнять всё, что я велю.

Некромант уставился на неё в полном недоумении.

— Надеюсь, ты блефуешь.

— Нет. Я всегда держу своё слово.

Эйдан нахмурился сильнее.

— Но почему я должен возвращать этого выродка?

— Ты всё поймёшь в своё время, — на губах Ирис мелькнула едва заметная улыбка. — Пока что не забивай себе этим голову. Просто доверься мне.

Она подняла руку и ласково пригладила выбившуюся прядь его волос. Эйдан коротко выдохнул, сдерживая возражения, и отвёл взгляд.

— Что ж… хорошо. Поступай как знаешь. Но не позволяй жажде мести затуманить себе разум.

— Это ты мне говоришь? — усмехнувшись, спросила Ирис.

— Я лишь даю совет, — спокойно ответил он. — Прислушиваться к нему или нет — решать тебе.

— Угу, — устало произнесла Ирис и зевнула, прикрыв рот ладонью. Усталость, которую она упрямо игнорировала весь день, наконец взяла своё.

Эйдан качнул головой.

— Ладно. Отдыхай.

Он провёл большим пальцем по её щеке и на мгновение задержался, словно хотел сказать что-то ещё, но передумал. Когда дверь за ним закрылась, комната снова наполнилась тихим шелестом ветра с балкона. Ирис легла на кровать, вытянулась и почти сразу провалилась в сон.

***

В преддверии отплытия Эйдан и Ирис решили, по мере занятости, выбираться на тренировки за пределы столицы. Пустошь за старой каменоломней подходила для этого идеально. Эйдан был одет в тёмный камзол из плотной ткани. Широкие рукава были закатаны до локтей, открывая предплечья. Ирис выбрала лёгкую тёмную тунику, плотно облегающую фигуру, и узкие штаны. Она завязала волосы в тугую косу, перекинула её за плечо и подняла взгляд на Эйдана.

— Я хочу, чтобы ты использовал всю свою мощь против меня, — спокойно сказала она. — Поэтому не сдерживайся.

Он усмехнулся, скрестив руки на груди.

— Как скажешь.

Эйдан выпрямился, и воздух вокруг него начал медленно сгущаться, наполняясь тяжёлым, давящим присутствием. Камни под ногами Ирис едва заметно задрожали. Сухая пыль приподнялась и зависла в воздухе. Тепло вспыхнуло у него в груди и разлилось по венам. Эйдан медленно развёл руки в стороны, и между его ладонями проступило марево — сначала дрожащее, а затем налившееся цветом расплавленного золота. Воздух зашипел. Камни потемнели, покрываясь тонкой сетью трещин. Он сжал пальцы, и волна жара прокатилась по пустоши, ударив в щит Ирис, который она успела создать за секунду до удара. Она отступила на полшага и подняла руку. Ответ пришёл мгновенно. Молния родилась без звука — тонкая, ослепительно-белая, она пронзила воздух и рассыпалась у неё над плечом, образуя мерцающий купол.

— Слабо, — бросил он, и в следующий миг шагнул вперёд.

Ирис что-то гневно прошептала. Небо над пустошью потемнело, в ответ на её зов. Воздух наполнился металлическим привкусом, волосы на руках Эйдана встали дыбом. Ирис резко взмахнула рукой. Молния сорвалась с небес и ударила в землю перед Эйданом. Камень взорвался, разлетелся осколками, ослепительный свет на миг поглотил всё вокруг. Волна силы откинула его на шаг назад, сапоги с хрустом врезались в раскалённую гальку. Вторая вспышка пришла сразу же прямо в него. Эйдан выругался сквозь зубы и вскинул обе руки. Огонь рванулся навстречу удару, с трудом собираясь в плотный щит. Пламя взвыло, вспухло стеной, но молния не погасла — она врезалась в огонь. Жар и электричество сцепились в яростном сплетении. Эйдан ощутил, как сила вырывается из-под контроля, как огонь норовит рассыпаться, а мышцы сводит судорогой. Он упёрся ногами в землю, чувствуя, как камень врезается в подошву, и с рыком втолкнул в щит ещё один огненный импульс.

Вспышка ослепила. Когда свет рассеялся, Эйдан стоял, тяжело дыша. Рукава были прожжены, на коже проступали тонкие линии ожогов, которые быстро заросли. Огонь вокруг него колебался, неровный, но всё ещё подчинённый его воле. Он медленно опустил руки и поднял взгляд на Ирис.

— Хорошо, — улыбнулся он, переводя дыхание. — Очень хорошо.

Эйдан топнул ногой, и из трещин в земле рвануло пламя. Огненный столб поднялся стеной, приняв на себя ещё один разряд. Эйдан шагнул сквозь пламя. Теперь он не сдерживался. Огонь обвил его плечи, как живое существо, и потёк по рукам. Он резко выбросил ладонь вперёд и огненный поток рванул к Ирис, закручиваясь спиралью, пожирая воздух.

Ирис развернулась на пятке, позволив потоку пройти чуть дальше, и в тот же миг метнула вперёд обе руки. Молнии вспыхнули веером, ударяя не в огонь, а в землю под ним. Камень взорвался, нарушив плетение, и пламя разорвалось, потеряв форму. Эйдан отшатнулся, резко выдохнув.

— И это всё?! — рявкнул он, перекрывая гул грома. — Так ты собираешься сражаться с Каэрносом?! Да он же снова раздавит тебя как муху!

От этих слов у Ирис перехватило дыхание, словно кто-то сжал ей грудь изнутри. А потом что-то внутри неё надломилось. Земля под ногами задрожала, и её тело медленно начало подниматься в воздух. Верёвка, удерживающая косу, с сухим треском лопнула, и волосы расправились, подхваченные порывом ветра. Тучи сомкнулись окончательно. Небо стало настолько тёмным, что на мгновение показалось — наступила ночь. Молнии больше не били в землю. Они устремились к ней. Разряды спускались с небес и обвивали её тело, словно живые змеи, скользя по рукам, плечам и спине. Воздух звенел от напряжения. Ирис собирала всю свою силу. Её глаза засияли холодным, нечеловеческим светом. Эйдан остолбенел. Огонь вокруг него погас сам собой, будто не решился существовать рядом с этим зрелищем.

— Богиня… — выдохнул он с восхищением.

Некромант не успел ни поднять защиту, ни сделать шаг. Сконцентрированный импульс, который собирала в себе Ирис, сорвался с такой силой и скоростью, что мир словно схлопнулся. Эйдана впечатало в землю. Глухой удар разнёсся по пустоши. Камень под ним треснул и ушёл вглубь. В груди что-то отчетливо хрустнуло. Рёбра ломались одно за другим, боль вспыхнула ослепляющей волной, дыхание вырвало из лёгких. Он ощутил, как кровь наполняет рот, как тело отказывается слушаться и как мир на миг гаснет. Впервые за всю свою долгую жизнь Эйдан почувствовал такую близость к смерти. Ирис медленно опустилась на землю перед ним. Ноги не выдержали и она упала на колени, полностью обессиленная.