Академия забытых. Моя невеста-хаос
- -
- 100%
- +
– Именно тот, — подтверждает декан, и в его тоне нет ни капли радости.
– ДА-ДА-ДА! — я подпрыгиваю на месте, не в силах сдержать ликование. Картинки мелькают в голове: я, победоносно стоящая на пьедестале, император, исполняющий мое желание… – ВЫ БУДЕТЕ МНОЙ ГОРДИТЬСЯ! Я ВСЕХ ПОРВУ! Я ПОКАЖУ ИМ, НА ЧТО СПОСОБНА НАСТОЯЩАЯ ЗВЕЗДА ЭТОЙ АКАДЕМИИ! Я…
– Ты должна провалиться, Шэйд.
Голос Артаса режет мой праздничный салют, как лезвие. Он произносит это ровно, без интонации, но слова падают на пол с весом свинцовых плит.
Я медленно поворачиваюсь к нему.
– Что? Это шутка такая?
Но декан кивает, подтверждая его слова.
– Твоя задача, — продолжает Брэйди, не меняя позы, — не победить. Твоя задача — вылететь. Делай что хочешь, но провались с треском. И, ради всего святого, не вздумай показывать там свою истинную силу, Эби.
Я смотрю на него, на декана. Их лица серьезны. Слишком серьезны. Восторг сменяется недоумением
– Но… почему? Это же шанс! Шанс на все! Если я выиграю, то смогу найти семью, узнать правду, контролировать эту… эту дрянь во мне! — мои слова звучат уже не так уверенно. – И вы уж простите, лорд Брэйди, если вам лень и все равно, то не все такие безынициативные. У некоторых, представьте себе, есть и энергия, и амбиции. Да и вообще. С чего вы взяли, что…
– С чего я взял? – Артас отрывается от косяка и делает пару шагов вглубь кабинета. Его серые глаза, холодные и бездонные, приковывают меня к месту.
– С того, что я участвовал там. «Императорский отбор» — это не соревнование. Это жертвоприношение, — говорит он, и в его ровном голосе впервые слышится что-то вроде отголоска старой, холодной ярости. — Раньше практически дрались насмерть. Теперь… теперь просто отбирают самых сильных, самых перспективных. И их жизни, их магия, их потенциал служат топливом. Пищей для древнего, спящего источника, который дает магическую силу всей Империи. Это не турнир. Это бойня с призами для выживших, которые слишком глупы, чтобы понять, что стали палачами.
В кабинете повисает гробовая тишина. Я слышу, как стучит мое собственное сердце. Топливо. Бойня.
– Вы… вы участвовали, — повторяю я, и мой взгляд сам собой опускается на его руки. Чистые, длинные пальцы. Руки, которые… прошли через это. Значит, вы победили?
– Нет. , — он качает головой. — Но выжил потому что был слишком силен и полезен живым. – Артас смотрит на меня в упор. – Задания там… извращенные, Эби. Рассчитанные не на победу, а на раскрытие самой темной, самой уязвимой части души. На стыд. На предательство. На боль.
– Например? — шепчу я, уже боясь услышать ответ.
Артас пожимает одним плечом.
– Например, провести ночь с парой другого участника, чтобы доказать «готовность на все ради победы».
У меня перехватывает дыхание. Я чувствую, как жаркая волна краски заливает шею и щеки. Мой взгляд сам собой цепляется за него.
– Но раз вы участвовали. Значит…
Он хмыкает — короткий, сухой звук.
– Ну, да. Провел. Подарил ей незабываемую ночь.
Вот только это звучит больше, как шутка понятная ему одному или тем, кого нет в этом кабинете.
Артас делает паузу, давая словам осесть, а потом внезапно выдает:
– А ты хочешь, чтобы кто-то подарил такую же ночь тебе?
Я открываю рот, закрываю. Голос звучит пискляво и глупо:
– Ну… это…когда-нибудь, конечно, я…
И тут до меня доходит полный смысл его вопроса. – ЧТО ЗА ВОПРОСЫ?! — взвизгиваю я, чувствуя, как уши начинают гореть.- Вы куратор или кто?! С ума сошли?!
Декан, до этого момента молчавший, смущенно покашливает.
– Эбигейл, суть не в этом. Суть в том, что в этом году у других академий тоже есть… весьма мощные кандидаты. Надежда лишь в том, что на их фоне тебя не заметят. Твоя задача — просто не привлекать лишнего внимания. Никаких…кхм… подвигов. Никаких всплесков силы. Только и всего.
– Не привлекать внимания, — повторяю я, и в моей голове проносятся кадры последних суток.
Поджог Пакстона, почти обнажение перед драконом Пустоты, столб пламени в особой секции библиотеки, рунический хаос.Нервный, истерический смешок вырывается из моего горла.
– Ну, да. Для меня это раз плюнуть. Я же мастер скрытности и конспирации. Особенно, если заставят готовить пирожки.
Я вижу, как у Артаса снова дергается левый глаз. Он смотрит на меня долгим, тяжелым взглядом, в котором читается вся глубина предстоящих мучений.
– Именно это меня и беспокоит, — говорит он наконец. — Твоя уникальная способность привлекать хаос, как магнитом. Значит, план прост: мы будем готовить тебя к провалу. Учиться проигрывать. Учиться выглядеть слабой и беспомощной. Это будет сложнее, чем научить тебя контролировать взрывы.
Он поворачивается, чтобы уйти, но на пороге оборачивается:
– И забудь про «любое желание». Единственное твое желание сейчас — остаться в живых и проиграть в этом проклятом отборе. Поняла?
Дверь закрывается за ним. Я стою посреди кабинета, чувствуя, как почва уходит из-под ног.
Я медленно поднимаю упавший стул, который сама же уронила и сажусь. Декан смотрит на меня с немым сочувствием.
– Раз плюнуть, да, Эбигейл?
Я глотаю комок в горле и пытаюсь улыбнуться. Получается кривая, нервная гримаса.
– Абсолютно. Чего тут такого? Просто впервые в жизни нужно постараться быть… никем. Легко!
Глава 12 - План?
Эбигейл
Я забыв постучаться, сразу распахиваю дверь кабинета лорда Брэйди.
– Я пришла.
Тот на удивление не спал, а просматривал какие-то документы.
Артас поднимает на меня глаза:
– Спасибо. Я заметил по части отлетевшей штукатурки от стены. Урок первый: когда входишь в комнату, постарайся сделать так, чтобы все здание не рисковало развалиться по кирпичикам.
– Ну…зато оно не горит. С огнем-то заметнее, – нервно хихикаю я.
– И то правда, – невозмутимо кивает Артас. – За последние минут пятнадцать ты достигла невероятного прогресса в незаметности. Что же будет дальше. Боюсь даже представить.
– Стану невидимкой и сольюсь с местностью, – я вскидываю указательный палец вверх. – Потому что я привыкла всегда и во всем становиться лучшей.
– И это нам совсем не подходит, – Артас подпирает щеку ладонью с длинными музыкальными пальцами.
– Нужно быть самой худшей? – Уточняю я.
Он хмыкает и прищуривается:
– Нет. Нужно быть самой средней. И для тебя это крайне…сложно. Ты слишком яркая. Надо с этим что-то сделать. Особенно с внешностью.
– О, вы считаете мою внешность яркой, – я расплываюсь в польщенной улыбки. – Ой, да не стоит. Это же явно родители постарались. Я вот ни капли не прилагаю усилий, чтобы быть такой. Ну, яркой, – взбиваю я ладонью свои рыжие упругие локоны и внезапно до меня доходит смысл остальной фразы. – Стойте, что значит “с этим нужно что-то делать”? Я не собираюсь превращаться в какого-то бледного тощего уродца с блеклыми волосами и безжизненными глазами как у дохлой ры…бы.
Я замечаю взгляд Артаса, который он бросил на свое отражение в витражном окне.
Ой-ой…
– Я не вас описала. Честно-честно. Вы совсем не рыба.
– Ну, спасибо, хоть на том, – вздыхает Артас. – На самом деле, никаких заклинаний на твою внешность накладывать не стоит.
– Я слишком красива, чтобы лишать мир этого дара? – Я мило улыбаюсь, намеренно выдавая идиотскую шутку.
Наверняка лорд Брэйди сейчас снова тяжело вздохнет и переведет тему.
Но…он скользит по мне взглядом.
– Ну, некоторых мест действительно жаль лишать империю таких выдающихся талантов.
– Ээээй!!!
Я прикрываю грудь одной рукой, а второй попу. Так, на всякий случай. Кто его знает каким именно “таланты” он имеет в виду. У меня все прекрасно везде.
– Повторю свой вопрос: “ВЫ КУРАТОР ИЛИ КТО?!”
– Ну, разве это не фантазия многих женщин – кураторы, деканы, ректора? – Лениво подпирает щеку Брэйди. – Чего возмущаться-то?
Обалдеть! Вот как можно так издеваться имея настолько апатичное лицо?
– Это не моя фантазия! – Фыркаю я. – И вообще, у Драконов Пустоты вроде не бывает истинных.
– Да уж, а с чувством важности у тебя все в порядке, – усмехается лорд Брэйди. – Уже в истинные себя записала. Да. У нас не бывает истинных. Но именно поэтому у нас могут рождаться дети от обычных женщин. Это происходит крайне редко. Но происходит. Иначе, Драконы Пустоты уже вымерли бы. А с тобой мы вполне могли бы попробовать. Я думал об этом.
Ч…чего…?!
Он думал о таком? В первый же день знакомства и при этом вел себя как расплывающаяся амеба?!
Твою же ж…Что у него в голове происходит? Даже представить страшно.
– Только не говорите, что вы собираетесь предложить мне стать женой и матерью для ваших наследников. Как-то вы с каждым часом всё активнее. Выпили много кофе? Тогда, вам лучше его не пить.
Удивительно, но Артас чуть задумывается:
– Да, я тоже это замечаю. Очень странно. Но кофе не причем, он обычно не помогает мне вообще. А что до того, чтобы стать моей женой, то…, – он начинает говорить с ленивой усмешкой. Как обычно. Но внезапно резко меняется в лице. – Стоп. Это же…
И дальше происходит нечто невероятное.
Артас Брэйди…вскакивает.
Резко!
Вскакивает!
Но на этом мой мир не перестает меняться на глазах, потому что Артас Брэйди быстрым шагом. Почти бегом направляется к двери.
И бросив мне:
– Может в отборе ты и не будешь участвовать, – выходит из кабинета, оставляя меня в совершенном шоке.
Может я сплю? Или может это не мой куратор, а…не знаю…его брат-близнец?
Активный брат-близнец, которому нравится моя внешность.
Хм…а было бы неплохо.
Глава 13 - Замена
Артас
Я бегу.
Нет, конечно, я не бегу в общепринятом смысле этого слова. Моя походка по-прежнему кажется со стороны неторопливой. Но для меня, для моего привычного темпа существования, это — спринт на пределе возможностей. Каждый мускул протестует против этой бесполезной траты энергии. Мозг гудит от осознания собственной идиотии. Но ноги несут меня вперед, в самое сердце имперской бюрократии. Снова. Туда, куда я меньше всего хочу идти.
Она выходит замуж и покидает академию.
Эта мысль возникла в голове сама собой, как спасительная соломинка. Глупая, абсурдная, отчаянная. Но логичная в рамках правил игры. Учащаяся, вступающая в брак и покидающая стены учебного заведения, автоматически снимается со всех конкурсов и обязательств. Это устав. Скучный, пыльный параграф, который я когда-то мельком видел.
Но чтобы эта соломинка сработала, нужно сделать две вещи:
Первое – найти того, за кого она выйдет. Второе – Убедить в этом императора.
Пункт первый отпадает сам собой. Кто еще сможет с ней справиться? Кто, столкнувшись с ее хаосом, не побежит с воплями? Кого она сама… не отвергнет сразу? В голове всплывает ее лицо: то взрывающееся от ярости, то сияющее энтузиазмом, то залитое краской смущения. «Вы считаете мою внешность яркой?»
Да! Проклятье!
Считаю. И это раздражает. Это отвлекает. Это заставляет мой разум, годами пребывавший в состоянии штиля, анализировать не магические формулы, а оттенок ее волос и то, как ее рубашка (моя рубашка!) сползла с плеча.
Я влетаю в тронный зал, игнорируя протесты гвардейцев. Император как раз отдает кому-то распоряжения. Увидев меня, он замирает с открытым ртом.
– Брэйди? Опять? И… ты дышишь чаще обычного. Ты бежал? – В его голосе — неподдельный ужас, как будто он увидел, как законы мироздания дали сбой.
– Меняем кандидата, — выпаливаю я, не давая себе времени передумать. Пустота внутри сопротивляется, кричит о бессмысленности, но что-то другое, новое и назойливое, гонит вперед. — Эбигейл Шэйд не может участвовать в отборе.
Император медленно опускается на трон, не сводя с меня глаз.
Его голос мгновенно становится низким и угрожающим:
– Объясни-ка. И если скажешь «потому что не хочу», я прикажу тебя… ну, не знаю даже что. На край света сослать. Хотя тебя и это, наверное, устроит.
– Она выходит замуж, — говорю я, и слова звучат чужо, как будто их произносит кто-то другой. — Ее забирают из академии. Она выбывает как учащаяся.
В зале повисает тишина. Даже придворные замерли.
– Замуж, — повторяет император, как будто проверяя, знакомо ли ему это слово. — И за кого, интересно? насколько мне известно в академии от неё все шарахаются.
“Насколько мне известно”?
А с чего это вдруг императору известно о том, что происходит с какой-то там студенткой?
Я откладываю эту мысль на потом и коротко говорю:
– За меня.
Эти два слова падают в тишину, как две свинцовые гири. Император смотрит на меня. Сначала с недоверием. Потом с нарастающим недоумением. И наконец — с чистейшим, неподдельным шоком.
– Брэйди, — он произносит мое имя медленно, с расстановкой. — Ты. Ты заболел? У тебя температура? Опять опоили приворотным зельем? Тебя подменили? Ты вообще в своем уме?
И ведь он прав. Какого демона я творю?
Я замираю, пытаясь проанализировать собственные действия. Это не логично. Это не рационально. Это полный провал всех моих жизненных принципов.
Женитьба? Обязательства? Добровольное усложнение собственного существования? Это же кошмар. Абсолютный, вопиющий кошмар.
Но.
Но когда я представляю ее на том отборе… Вижу, как до нее дотрагиваются чужие руки в рамках «задания». Как ее силу, эту дикую, прекрасную, опасную силу, высасывают, как сок из фрукта, чтобы накормить источник магии… Во мне что-то сжимается. Не эмоция. Сбой. Огромный, критический сбой в механизме. И этот сбой диктует одно: предотвратить.
– Она не справится, — говорю я, возвращаясь к логике, единственному своему якорю. — Она — ходячая катастрофа. Она привлечет внимание. Ее силу заметят, и тогда… тогда вы получите не просто жертву. Вы получите неконтролируемый взрыв, который может повредить сам источник. Это слишком большой риск.
Император встает. Его лицо жесткое.
– Риск мы просчитали. Именно ее силу и нужно. Она идеальный кандидат. И она будет участвовать. Выбора нет, Брэйди.
Он подходит ко мне вплотную, его взгляд колючий.
– А раз ты начал такие… выкрутасы творить, разговаривать о женитьбе и терять единственное полезное качество — хладнокровие, значит, ты больше не можешь быть ее куратором. Ты отстранен. Для нее будет назначен другой наставник. Который подготовит ее к отбору как следует. Без сентиментов.
Другой куратор.
Эти слова обжигают меня изнутри сильнее, чем любой огонь Эбигейл. Кто-то другой. Будет проводить с ней дни. Будет видеть, как она загорается от новой идеи. Будет пытаться (и безуспешно) сдерживать ее хаос. Будет… готовить ее на убой.
Пустота во мне дрогнула. Не просто дала сбой. В ней появилась трещина. И из этой трещины хлынуло что-то острое, черное и бесконечно утомительное.
– Ошибаетесь, — слышу я свой голос, ровный, но с новым, металлическим оттенком. — Вы не понимаете, с чем имеете дело. Никто не понимает. Ни она, ни даже я. Но я – разберусь.
Я разворачиваюсь и ухожу, не дожидаясь ответа. Гвардейцы расступаются. На этот раз я не иду, а почти бегу. Но уже не во дворец. Я бегу прочь.
Мне нужно найти ее. Сейчас. Пока не пришел тот, другой. Пока не началась эта идиотская, смертельная игра, из которой я только что попытался ее выдернуть самым абсурдным способом.
Я думал о женитьбе. Всерьез. На одно мгновение — но думал.
Проклятье, со мной происходит?
Глава 14 - Не пришел!
Эбигейл
Лорд Брэйди как ушел вечером, так больше и не появлялся.
По крайней мере, я его не видела.
Может он меня избегает?
С учетом того что я вытворяла в первый же день знакомства, я не удивлюсь. Еще и тощей рыбой обозвала.
Случайно, конечно, если б специально, то обозвала бы тощей ящерицей но всё же.
Эх…я смогла довести даже мужика, которому на всё плевать…
О замужестве точно можно и не мечтать.
Не очень-то и хотелось, конечно, но всё равно обидно.
Ладно, будем жить как и раньше. Хоть я и не совсем поняла – иду я на тот отбор или нет.
Впрочем, как раньше жить мне удается всего ничего.
Уже на первой паре элементарной магии меня находит сам декан Ридэн, что уже говорит о серьезности ситуации.
Он делает мне знак выйти:
– Эбигейл, поговорить.
По его тону у меня в животе замирает комок. Я гашу свечу, которой управляла одним нервным щелчком (она, к счастью, просто гаснет) и следую за ним в тихий угол коридора.
– Приказ из дворца, — говорит он без предисловий, избегая моего взгляда. — Лорд Брэйди отстранен от обязанностей твоего куратора. Через час за тобой приедет карета. Ты…всё-таки отправляешься на отбор. Он будет проходить в Императорской высшей академии при дворце. Там тебя будет готовить к отбору новый наставник.
Слова обрушиваются на меня, как ушат ледяной воды. Сперва — восторг. Императорская академия! Дворец! Все по-настоящему!
А потом… потом доходит остальное.
– Отстранен? — переспрашиваю я, и голос звучит тоньше, чем хотелось бы. — Почему? Из-за… из-за того, что случилось? Из-за библиотеки? Или из-за рун? Что я не так сделала?
Декан качает головой, и в его единственном глазе читается неподдельное сожаление.
– Не из-за тебя, Эби. Это… внутриполитические игры. Брэйди позволил себе некую несогласованную инициативу. Император счел его подход неподходящим.
Некую инициативу.
Инициативу?!
Лорд Брэйди?!
Вспоминается его резкий уход, почти бег. Что он сделал? Что такого сказал?
Но еще больше жжет другое.
– Новый наставник? Кто?
– Это будет решено уже на месте. Кто-то из лучших мастеров империи, вне сомнений.
Лучшие мастера. Но не он. Не тот, кто смотрел на мой хаос с усталым интересом, а не со страхом. Не тот, кто почти рассмеялся над нашествием рун. Не тот, чья рубашка до сих пор висит у меня в шкафу, пахнущая холодом и чем-то неуловимо ним.
Я чувствую, как нижняя губа предательски дрожит, и кусаю ее изо всех сил. Нет. Я не буду реветь. Я буду радоваться! Это же шанс!
– Я… я поняла, — говорю я, выпрямляя спину и заставляя себя улыбнуться. — Это же отлично! Императорская академия! Настоящая подготовка! Я всех там…
Я ловлю на себе прищуренный взгляд декана и поправляюсь.
– …Я постараюсь быть достойной представительницей нашей академии. И не подведу… нового куратора
Последние слова даются мне с трудом. Ридэн кладет руку мне на плечо и слегка сжимает.
– Будь осторожна, Эбигейл. Там другие правила. И помни, о чем мы с лордом Брэйди говорили. Не выделяться. И вообще, лучше будь недостойной. Зато вернись целой и невредимой. Я…буду волноваться.
– Ох! Декан Ридэн! Вы такой потрясающий! Можно я вас обниму?!
– Это лиш…
Договорить он не успевает, потому что я уже крепко обнимаю его за плечи и прижимаюсь к груди.
Декан на мгновении замирает, а потом ласково по отечески хлопает меня по спине:
– Ну, всё. Всё. Давай, Эби. Я верю в тебя и буду переживать. Обязательно возвращайся.
– Вернусь! Мне же…собственно и некуда идти, – я отстраняюсь. – У меня есть только вы, да Рин. Вы мне как семья. Правда.
– Это взаимно, Эби, – мягко улыбается Ридэн. – А теперь, иди. Пора собираться.
Я киваю. Мысли уже уносятся вперед. Новые правила. Новые учителя. Новые соперники. Адреналин снова начинает бурлить в жилах, смешиваясь с горьковатым привкусом разочарования.
Всё оставшееся время я как на иголках. Собираю вещи (беру его рубашку, спрятав в самый низ сумки), пытаюсь прощаться с Риной, которая плачет и сует мне в руки амулет «на удачу» (выглядит хлипко. Наверняка она его слепила вот только что), но все равно это очень мило и тепло. Я и сама готова разреветься.
А еще я постоянно оглядываюсь, будто жду, что из-за угла появится высокая фигура в черном и скажет своим монотонным голосом:
«Шэйд, поверила? Это была шутка. Никто никого не меняет».
Но Брэйли не появляется.
А спустя час главных ворот действительно ждет роскошная темная карета с императорским гербом.
Возле нее — очень высокая атлетичная молодая женщина затянутая в легкие доспехи.
Сразу видно – из боевых магов!
– Эбигейл Шэйд? Я — магистр Габи Нилз. Буду сопровождать вас.
– Вы мой новый куратор?
– Пока да.
– Что значит, пока? – Хмурюсь я.
– Ну, точно меня еще не утвердили. – Она пожимает плечами. – Узнаем на месте. И хватит расспросов. Пора ехать.
– Да-да, конечно.
Я закидываю сумку внутрь, окидываю последним взглядом знакомые стены академии и сажусь в карету. Сердце колотится от предвкушения приключений. Но когда карета трогается, и привычный мир начинает уплывать за окном, эта дробь в груди приобретает другую окраску. Это не только возбуждение.
Это еще и обида. Глупая, детская обида.
Он даже не пришел попрощаться.
А я так ждала.
Может, я ему и правда была просто «интересной проблемой»? А проблемы, когда становятся слишком навязчивыми, их просто передают другим.
Я с силой трясу головой, отгоняя эти мысли. Не важно! У меня теперь новый старт. Новая академия. Новый учитель. Я покажу им всем! И особенно покажу ему, лорду Артасу Брэйди, что он потерял, отказавшись от меня! Даже не поговорив!
Не попрощавшись!
Я стану… нет, не стану победительницей отбора. Я стану лучшей в умении проваливаться! Самой незаметной и самой посредственной!
А еще!!! Я себе заведу парня! Жениха! Самого красивого!
Вот. Пусть этот дурацкий дракон Пустоты будет потом локти кусать!
Глава 15 - Ледяная коза
Карета останавливается с тихим скрипом. Я выглядываю в окно, и у меня вырывается потрясённое:
–О-бал-деееееть!
Императорская Академия оказывается настоящим замком из белого камня и сияющего стекла, упирающимся башнями в небо. Фонтаны, сады, студенты в дорогущей форме — всё кричит о деньгах, власти и силе. Мой комок волнения в животе превращается в бурлящий клубок из трепета и ужаса.
Магистр Нилз высаживает меня у бокового входа.
–Твои вещи доставят. Тебя поселят в общежитии для участников отбора. Первое собрание — завтра утром. Я тебя сопровожу. И постарайся воздержаться от поджогов и проблем.
– Да я вообще собираюсь быть самой незаметной участницей, – эмоционально вскидываю я руки, но, судя по взгляду Нилз, она в это не особо верит.
–Ну, давай. Удиви меня, – хмыкает она. – Ладно, мне нужно идти отчитаться. Топай в общежитие.
Она уходит, и я остаюсь одна под холодными взглядами проходящих мимо студентов. Чувствую себя замухрышкой в потрёпанной академической форме на фоне их вышитых шёлков. Но, может, это и к лучшему?
Меня провожают в общежитие. И оно оказывается… роскошным: ковры, камины, картины в золочёных рамах. Мой номер оказывается на третьем этаже. Дверь приоткрыта.
Я захожу внутрь. И замираю.
В общей просторной гостиной у окна, спиной ко мне, стоит девушка. Она смотрит в сад, и даже в её неподвижности чувствуется невероятная, ледяная грация. Платиновые волосы, собранные в сложную, идеальную причёску, спадают на спину, похожую на тонкий стебель. Она оборачивается.
Мир будто застывает. Я никогда не видела такой красоты. Идеальные черты, большие синие глаза цвета арктического льда, безупречная кожа. Она похожа на драгоценную фарфоровую статуэтку, ожившую по ошибке. Её взгляд скользит по мне — с ног до головы, оценивающе, холодно, без капли интереса.
Вот же ж… Бывают же красотки. От таких наверняка все парни голову теряют. И бегают ЗА ними, а не от них. Как это случилось со мной и Брэйди.
– Ты моя новая соседка? – говорит она. Голос мелодичный, но пустой, как звон хрустального бокала. – Или просто мимо проходила?
– Э-э-э… да! В смысле, нет, не мимо. Я – соседка. Эбигейл Шэйд! Привет! – выпаливаю я, пытаюсь улыбнуться и энергично протягиваю руку.
Но мисс Идеальность смотрит на мою руку, как на что-то не совсем чистое. И абсолютно неприятное.
– Лили Астис. Из Академии Севера.
Она не пожимает руку. Её взгляд падает на мою скромную сумку.
–Надеюсь, ты не собираешься устраивать здесь тот хаос, о котором уже все шепчутся? Говорят, что у тебя с контролем всё настолько плохо, что ты поджигаешь всё, к чему прикоснёшься.
Мои щёки вспыхивают. Вот и как тут будешь неприметной, если о тебе уже слухи заранее ходят?
– Это… преувеличение. Я просто немного… энергичная. И моя магия иногда… выходит из-под контроля. Но я работаю над этим!
Лили усмехается. Звук холодный и колкий.
–Энергичная? Ну-ну… Милое слово. Но мне кажется, тебе бы больше подошло – «ходячее бедствие». Даже не знаю, как ты на отбор-то попала? Или у остальных всё ещё хуже?