Горизонт. 312

То, что когда-то было дорогой, исчезало под травой и корнями. Местами ещё проглядывал асфальт, но большую часть старого полотна уже разобрала природа.

Алексей несколько раз оглянулся.

Руины предприятия почти исчезли между деревьями.

Низкий звук больше не повторялся.

Спокойнее от этого почти не стало.

Он посмотрел на спину Егора.

Винтовка теперь лежала у того на сгибе руки, стволом вниз, но расслабленным мужчина не выглядел.

Каждые несколько десятков метров он останавливался.

Слушал.

Осматривал лес.

Иногда приседал возле земли.

Один раз поднял ладонь, и Алексей автоматически замер.

Егор смотрел в сторону зарослей.

— Что?

Тот приложил палец к губам.

Алексей промолчал.

Несколько секунд ничего не происходило.

Потом где-то далеко хрустнула ветка.

Егор дождался тишины и пошёл дальше.

— Волки? — тихо спросил Алексей.

— Возможно.

— Что значит «возможно»?

— Значит, если повезёт – волки.

— А если не повезёт?

— Тогда лучше не узнавать.

— У вас тут все любят нормально отвечать на вопросы?

На этот раз Егор обернулся.

— Нас пока двое.

— Уже статистика.

Егор хмыкнул.

Кажется, впервые.

Они прошли ещё метров триста.

Лес немного разошёлся, и впереди показались останки небольшой постройки.

Алексей узнал её.

Вернее, понял, чем она была.

Когда-то здесь стояла автозаправка возле дороги.

От навеса остались две металлические опоры. Само здание наполовину обрушилось. Внутри росли кусты.

Егор подошёл к стене и наконец остановился.

— Здесь.

— Что здесь?

— Проверю тебя.

— На что?

Егор посмотрел на него.

— На то, не пытаешься ли ты меня убить.

— Очень вовремя. Мы уже минут двадцать идём вместе.

— Поэтому и проверю сейчас.

Винтовка снова оказалась направлена на Алексея.

Тот устало выдохнул.

— Серьёзно?

— Руки в стороны.

— Ты уже видел, что у меня ничего нет.

— Я видел трубу.

— Очень опасную.

— Людей и камнями убивают.

— Убедил.

Алексей развёл руки.

Егор приблизился.

— Медленно. Без резких движений.

— Самое обидное, что сегодня это уже не самое странное, что со мной происходит.

Егор снял с его плеча сумку.

Потом проверил карманы куртки.

Первым достал ключи.

Поднял перед глазами.

— Это что?

Алексей сначала решил, что тот шутит.

— Ключи.

— От чего?

— От квартиры. От машины.

Егор повертел брелок.

— Машины?

— Машины.

— Какой?

— Автомобиля.

Мужчина посмотрел на него.

— Я знаю, что такое машина.

— Уже легче.

— Где она?

Алексей махнул назад.

— Осталась возле Запретного. Ну, должна была остаться.

Егор снова посмотрел на ключи.

Блестящий металл.

Пластиковый корпус брелока.

Совершенно обычная вещь.

Только теперь Алексей впервые задумался, насколько необычно она выглядит для человека напротив.

Егор нажал кнопку.

Ничего, разумеется, не произошло.

— Это что?

— Открывает двери.

— Какие?

— Машины.

— На расстоянии?

— Да.

Егор перестал нажимать.

Посмотрел ещё раз.

Вернул ключи не сразу.

Следующим появился кошелёк.

Егор открыл его.

Несколько купюр.

Банковские карты.

Водительское удостоверение.

Он достал одну карту.

— Это что?

— Карта. Банковская.

— Для чего?

Никакой насмешки.

Он действительно спрашивал.

— Платить.

— Этим?

— Да.

Егор перевернул пластиковую карту.

— Как?

Алексей уже приготовился объяснить про терминал, код и банковский счёт, но понял, насколько бессмысленно это сейчас прозвучит.

— Долго объяснять.

— У нас есть время.

— Пять минут назад ты говорил, что его нет.

— Теперь есть.

— Очень гибкая система.

Егор достал купюру.

Развернул.

Внимательно посмотрел на неё.

— Это деньги?

— Да.

Он поднёс купюру ближе к свету.

— Бумага.

— В основном.

— И за это давали еду?

— И не только.

— Сколько здесь?

Алексей назвал сумму.

Егор свистнул.

— Много?

— Смотря для чего.

— На месяц хватит?

— Нет.

— На неделю?

— Если экономить.

Егор посмотрел на него странно.

Потом вернул купюру.

— У вас бумагу дорого ценили.

— Не совсем бумагу.

— Понятно.

По тону было очевидно: ничего ему не понятно.

Он достал водительское удостоверение.

Смотрел долго.

Егор сверил его лицо с фотографией.

Снова на фотографию.

— Это ты.

— Уже радует.

— Воронцов Алексей Александрович.

Алексей чуть удивился.

— Читать умеете.

Егор поднял глаза.

— А ты думал, нет?

— Я вообще пока мало понимаю.

— Это заметно.

Он продолжил обыск.

Мультитул вызвал куда меньше вопросов.

— Нормальная вещь.

— Наконец-то хоть что-то получило одобрение.

Потом Егор нашёл телефон.

И замер.

— Осторожнее.

— Почему?

— Потому что второго у меня нет.

Егор провёл большим пальцем по экрану.

Ничего.

— Что это?

— Телефон.

Егор снова посмотрел на него.

— Не похоже.

— А на что должен быть похож телефон?

Вместо ответа Егор достал из внутреннего кармана собственной куртки устройство.

Алексей удивлённо поднял брови.

Рация.

Старая.

Массивная.

Корпус несколько раз ремонтировали. Антенна была явно не родной.

— Вот связь, — сказал Егор.

— Это рация.

— Связник тоже так называет.

— Телефон другой.

— Покажи.

Алексей нажал кнопку.

Экран загорелся.

Егор инстинктивно отдёрнул руку.

Совсем чуть-чуть.

Но Алексей заметил.

На экране:

03:12

Батарея – двадцать два процента.

Егор приблизился.

— Светится.

— Наблюдательный.

— Само?

— От аккумулятора.

— Так тонко?

Алексей пожал плечами.

— Для моего времени – обычный.

Егор молчал.

Алексей разблокировал экран.

Открыл галерею.

— Смотри.

На экране появился ночной проспект.

Машины.

Реклама.

Витрины.

Люди.

Егор наклонился ближе.

Егор молча разглядывал снимок.

— Где это?

— Здесь.

— Нет.

— Да.

— Это другой город.

— Этот.

Алексей пролистнул.

Дневная фотография центральной площади.

Ещё одна.

Парк.

Торговый центр.

Егор взял телефон осторожнее, чем до этого держал винтовку.

— Когда снимали?

— Недавно.

— Сколько?

— Не знаю теперь.

Егор случайно коснулся экрана двумя пальцами.

Изображение увеличилось.

Он замер.

Повторил движение.

— Удобно.

— Рад, что тебе нравится.

— Таких много было?

— Телефонов?

— Да.

Алексей кивнул.

— Почти у каждого.

Егор усмехнулся.

— Врёшь.

— Зачем?

— Не знаю.

— Тогда зачем врать?

Егор вернул телефон.

Но взгляд его изменился.

Настороженность осталась.

Только теперь к ней добавилось что-то ещё.

Интерес.

И, возможно, сомнение.

— Открой остальное.

— Что?

— Карманы.

— Ты уже обыскал.

— В брюках.

Алексей покачал головой.

— Знаешь, если это знакомство, оно развивается странно.

— Руки.

— Да понял я.

Через минуту на бетонном выступе лежало практически всё имущество Алексея.

Телефон.

Ключи.

Кошелёк.

Мультитул.

Зажигалка.

Пачка жевательной резинки.

Рабочий пропуск.

Небольшой фонарь.

Егор взял пропуск.

Провёл пальцем по фотографии.

На обратной стороне находилось название предприятия.

Мужчина прочитал его.

И изменился в лице.

Алексей сразу заметил.

— Что?

— Где ты это взял?

— Мне выдали на работе.

— Не ври.

— Слушай, это начинает надоедать.

Егор показал пальцем на название.

— Откуда ты знаешь эти слова?

— Потому что там работаю.

— Там никто не работает.

Алексей коротко рассмеялся.

— Теперь уже вижу.

— Никто не работает там очень давно.

— Насколько давно?

Егор вернул пропуск.

— Собирай.

— Насколько?

— Потом.

Алексей не двинулся.

— Нет.

Егор вздохнул.

— Что «нет»?

— Я иду с тобой неизвестно куда. Ты держишь меня под винтовкой, роешься в карманах и на каждый второй вопрос отвечаешь «потом». Мне нужны ответы.

— А мне нужно понять, кто ты.

— Паспорт показать?

— Что?

Алексей достал его сам.

Егор сразу напрягся, но стрелять не стал.

— Вот.

Он протянул документ.

Егор взял.

Открыл.

Первая страница.

Фотография.

Фамилия.

Имя.

Отчество.

Дата рождения.

Место рождения.

Егор перелистнул несколько страниц.

Он явно понимал принцип документа, хотя внешний вид был ему непривычен.

— Когда выдан?

Алексей назвал дату.

Егор посмотрел на страницу снова.

— Это невозможно.

— Сегодня я уже привык к этой фразе.

— Бумага новая.

— Потому что паспорт не триста лет в земле лежал.

Егор резко поднял взгляд.

Алексей замолчал.

Он сказал это случайно.

Просто число, которое всё утро крутилось в голове.

Но реакция Егора оказалась слишком заметной.

— Почему ты сказал «триста»?

Алексей почувствовал, как внутри что-то сжалось.

— Просто сказал.

— Просто?

— Да.

— Почему не сто? Не пятьдесят?

— Егор.

Тот закрыл паспорт.

— Что?

— Какой сейчас год?

Молчание.

— Опять?

— Да, опять.

Егор вернул документ.

— Сначала уйдём подальше.

— От чего?

— От Запретного.

— Что там?

— Не знаю.

— Кто знает?

— Может, никто.

— Очень удобно.

Алексей начал собирать вещи.

— И давно оно Запретное?

Егор помог сложить купюры обратно в кошелёк.

— Всегда.

— «Всегда» – это сколько?

— Насколько себя помню.

— Отлично.

Алексей убрал паспорт.

Егор посмотрел на него.

— Ты часто говоришь «отлично», когда всё плохо.

— Наконец-то начинаем понимать друг друга.

Где-то далеко снова раздался низкий звук.

Оба одновременно повернули головы.

На этот раз звук пришёл со стороны Запретного.

Егор сразу поднял винтовку.

— Всё. Идём.

— Что это?

— Я же сказал...

— Лучше не знать. Помню.

— Молодец.

— Учусь.

Они вышли к старой трассе примерно через полчаса.

Алексей узнал её по развязке.

Вернее, по тому, что от неё осталось.

Когда-то здесь проходило четыре полосы в каждую сторону.

Теперь на большей части дороги рос молодой лес.

Разделительное ограждение исчезло почти полностью.

Из земли местами торчали столбы освещения, наклонённые под разными углами.

Один лежал поперёк проезжей части.

Егор легко перелез.

Алексей остановился.

На столбе ещё сохранялась небольшая металлическая табличка.

Инвентарный номер.

Современный шрифт.

Знакомая маркировка.

Он провёл по ней пальцами.

Егор оглянулся.

— Что?

— Ничего.

— Тогда пошли.

— Подожди.

Алексей подошёл к краю трассы.

Там, под кустами, стоял автомобиль.

Белый седан.

Или когда-то был белым.

Краска сохранилась лишь отдельными пятнами.

Стёкол не было.

Салон сгнил.

Крыша провалилась.

Алексей узнал модель.

— Такой был у Кости.

— У кого?

— У человека с работы.

Он приблизился.

— Популярная была машина.

Егор пожал плечами.

— Старьё.

— Для тебя.

— Для всех.

Он присел возле автомобиля.

На багажнике сохранилась часть эмблемы.

Такие выпускались массово.

Алексей хорошо помнил рекламу.

Эту машину можно было купить новой.

Прямо сейчас.

То есть утром.

Для него.

— Как давно такие перестали ездить?

Егор пожал плечами.

— Кто знает.

— Ты же видишь их.

— В руинах полно.

— А рабочие?

— Таких? Никогда не видел.

— Вообще?

— Вообще.

Алексей выпрямился.

— Сколько тебе лет?

Егор нахмурился.

— Тридцать три.

— Твой отец видел?

— Что?

— Такие машины.

— Отец умер, когда мне было двенадцать.

— Дед?

— Ты к чему?

— Просто ответь.

Егор немного подумал.

— Дед рассказывал про старые машины. Но не про такие конкретно.

— А его отец?

— Алексей.

— Что?

— Мы сейчас будем всю мою родню перебирать?

— Возможно.

— Зачем?

Алексей посмотрел на ржавый седан.

— Потому что я вчера видел десятки таких на дороге.

Егор молчал.

Не спорил.

Это было хуже.

— И ты всё ещё думаешь, что я вру?

— Я пока думаю, что не понимаю, кто ты.

Алексей помолчал.

— Уже лучше.

— Что?

— В первый раз чуть не сказал «что».

Егор ничего не ответил.

Пошёл дальше.

Алексей догнал его через несколько шагов.

— Куда мы вообще идём?

— В Рубеж.

— Это что, район?

— Поселение.

— А город?

Егор посмотрел на него.

— Какой?

Алексей назвал город.

Егор остановился.

— Что?

— Город. Мы в нём сейчас находимся.

— Так его давно никто не называет.

Алексей почувствовал неприятный холод в животе.

— Насколько давно?

Егор снова пошёл.

— Не знаю точно.

— Примерно.

— Дед говорил, что это название было ещё у Старых.

— Старых?

— Людей до Падения.

Алексей ускорился.

— Какого ещё Падения?

Егор бросил на него короткий взгляд.

— Ты и этого не знаешь?

— Представь себе.

— Тогда действительно всё плохо.

— Я уже догадался. Когда произошло Падение?

Егор помолчал.

— Давно.

— Насколько?

— Больше двухсот лет назад точно.

Алексей остановился.

Егор прошёл ещё несколько шагов, прежде чем заметил.

Обернулся.

— Что?

— Повтори.

— Что именно?

— Двести лет.

— Я сказал «больше двухсот».

Алексей смотрел на него.

На лес.

На разрушенную трассу.

На седан, который для Егора был древностью.

Отдельные куски складывались в картину, которую Алексей категорически не хотел видеть.

— Это невозможно.

Егор пожал плечами.

— Сегодня уже второй человек мне это говорит.

Алексей почти не услышал.

Он достал телефон.

Посмотрел на экран.

03:12.

Потом на фотографию города.

Того города.

Его города.

Живого.

— Алексей.

— Что?

— Идём.

— Ты говоришь, всё это случилось больше двухсот лет назад?

— Падение – да.

— А какая сейчас дата?

— Ты уже спрашивал.

— Не день. Год.

Егор долго смотрел на него.

Потом покачал головой.

— Не здесь.

— Почему?

— Потому что сейчас мы войдём в плохое место.

Алексей невесело рассмеялся.

— А до этого были хорошие?

— До этого были просто руины.

Егор снял винтовку с плеча.

Это сразу заставило Алексея перестать задавать вопросы.

— Что изменилось?

— Тише.

Впереди трасса уходила под разрушенный путепровод.

За ним начинался редкий участок леса.

С виду ничего необычного.

Те же деревья.

Трава.

Куски старого асфальта.

Но Егор двигался теперь совершенно иначе.

Медленнее.

Каждый шаг выбирал заранее.

— Иди точно за мной.

— Почему?

— Потому что я сказал.

— Очень убедительно.

Егор повернулся.

На этот раз без раздражения.

— Алексей.

Что-то в его голосе заставило того замолчать.

— Ставь ногу только туда, куда поставил я. Если скажу остановиться – останавливаешься. Если скажу бежать – бежишь. Не спрашиваешь куда. Не спрашиваешь почему.

— А если скажешь прыгать?

— Значит, прыгнешь.

— Высоко?

Егор посмотрел на него.

— Шути, пока можешь.

И пошёл вперёд.

Алексей последовал за ним.

Первые метров пятьдесят ничего не происходило.

Потом он заметил дождь.

Алексей машинально поднял голову.

Небо оставалось почти чистым.

Солнце светило сквозь редкие облака.

Но впереди шёл дождь.

Полоса метров двадцать шириной.

Чёткая.

Словно кто-то провёл невидимую границу.

С их стороны сухо.

За несколько шагов – ливень.

Алексей остановился.

— Это что?

Егор тоже замер.

— Не сейчас.

— Ты видишь?

— Вижу.

— Откуда дождь?

— Не знаю.

Капли падали.

Но что-то было не так.

Алексей прищурился.

Первые несколько метров всё выглядело нормально.

Затем одна капля остановилась.

Прямо в воздухе.

Он решил, что показалось.

Вторая.

Третья.

Десятки.

Они зависали примерно в метре над землёй.

А потом начали подниматься.

Медленно.

Назад к небу.

— Что за...

Егор резко схватил его за рукав.

— Не подходи.

— Ты видишь, что вода...

— Вижу.

— Она падает вверх.

— Я знаю.

В голосе Егора не было удивления.

Только напряжение.

Алексей не отрывал взгляда.

На границе дождя воздух дрожал.

Не как от жары.

Иначе.

Картинка будто слегка смещалась сама относительно себя.

Ствол дерева раздваивался.

Сходился обратно.

Снова раздваивался.

Алексей почувствовал давление в ушах.

Словно самолёт резко начал снижаться.

— Это что?

Егор тихо ответил:

— Сдвиг.

Слово ничего не объясняло.

— Что такое Сдвиг?

— Потом.

— Ты издеваешься?

— Нет.

Егор сделал шаг назад.

— Обходим.

Алексей продолжал смотреть на дождь.

В центре странной зоны теперь происходило что-то ещё.

Свет изменился.

На секунду среди деревьев ему показалось...

Стена.

Белая.

Окно.

Потом исчезло.

Алексей моргнул.

— Подожди.

— Пошли.

Снова.

Кусок комнаты.

Будто изображение наложилось на лес.

Стол.

Лампа.

Край кухонного шкафа.

Алексей сделал шаг вперёд.

Егор мгновенно перегородил ему путь.

— Назад.

— Там что-то есть.

— Нет там ничего.

— Я видел.

— Именно поэтому назад.

Алексей хотел возразить.

И услышал голос.

Тихий.

Настолько тихий, что сначала решил – ветер.

— Лёш...

Он застыл.

Сердце ударило один раз.

Сильно.

— Что?

Егор посмотрел на него.

— Я ничего не говорил.

Из дождя снова:

— Лёш...

Женский голос.

Знакомый.

Не просто знакомый.

Близкий.

До боли.

Алексей сделал шаг.

Перед глазами мелькнула жёлтая кружка.

Тёплый свет кухни.

Рука на столе.

— Ты слышишь?

Егор изменился в лице.

— Отходим.

— Там женщина.

— Нет.

— Я слышу её.

— Алексей, назад.

Голос снова позвал:

— Лёш...

Теперь отчётливее.

И вместе с ним пришло чувство, настолько сильное, что у Алексея перехватило дыхание.

Он знал этот голос.

Знал.

Каждую интонацию.

Каждую паузу.

Но имя по-прежнему не приходило.

Он шагнул к дождю.

Егор схватил его за плечо.

Алексей вырвался.

— Отпусти.

— Нет.

— Там человек!

— Там Сдвиг!

— Мне плевать, как ты это называешь!

Он сделал ещё шаг.

До первых капель оставалось метра три.

Давление в ушах усилилось.

Телефон в кармане вдруг завибрировал.

Алексей замер.

Достал его.

Экран был включён.

Связи не было.

Но телефон показывал входящий вызов.

Имя звонившего отсутствовало.

Вместо него:

НЕИЗВЕСТНО

Алексей смотрел на экран.

— Лёш...

Голос раздался уже не из телефона.

Из дождя.

Егор ударил его под руку.

Телефон едва не выпал.

— Ты что делаешь?!

— Спасаю тебя, идиот!

Егор схватил Алексея за куртку и резко потянул назад.

В этот момент одна из капель коснулась носка ботинка.

Мир дёрнулся.

Не земля.

Не воздух.

Всё сразу.

На мгновение Алексей увидел дорогу такой, какой она была раньше.

Целый асфальт.

Машины.

Фонари.

Людей.

А потом другую.

Разрушенную.

Покрытую снегом.

Потом ещё одну, залитую водой.

И снова лес.

Изображения сменились за долю секунды.

Алексей пошатнулся.

Егор буквально оттащил его метров на пять.

— Бежим!

На этот раз Алексей не спорил.

Они побежали вдоль трассы.

Дождь остался позади.

Но женский голос ещё некоторое время звучал вслед:

— Лёш...

Потом исчез.

Егор остановился только через несколько сотен метров.

Согнулся, уперев руки в колени.

Алексей тоже тяжело дышал.

— Что... это... было?

Егор выпрямился.

— Я сказал тебе не подходить.

— Голос.

— Забудь.

— Я его знаю.

— Они часто знают, кого позвать.

— «Они»?

Егор поправил ремень винтовки.

— Сдвиги.

— Сдвиги разговаривают?

— Иногда.

— Откуда они знают моё имя?

Егор не ответил.

Алексей шагнул ближе.

— Откуда?

— Не знаю.

— А голос?

— Не знаю.

— Очень удобно.

— Думаешь, мне нравится не знать?

Впервые Егор повысил голос.

Алексей замолчал.

Егор смотрел туда, где среди деревьев ещё угадывалась полоса невозможного дождя.

Потом сказал уже спокойнее:

— Здесь много вещей, которых никто не понимает. Люди, которые пытались понять всё сразу, обычно долго не жили.

Алексей проверил телефон.

Экран снова был обычным.

03:12.

Никаких пропущенных вызовов.

Никаких уведомлений.

Будто ничего не произошло.

Но голос он слышал.

И знал точно:

тот же голос разговаривал с ним несколько часов назад.

В его квартире.

На кухне.

Возле жёлтой кружки.

Только Алексей всё ещё не мог вспомнить имя женщины, которой он принадлежал.

Егор тронул его за плечо.

— Пошли.

На этот раз мягче.

Алексей убрал телефон.

— Егор.

— Что?

— Ты всё-таки скажешь мне, какой сейчас год?

Егор посмотрел на него.

Долго.

— Скажу.

— Когда?

— Когда выйдем отсюда.

Он повернулся и пошёл дальше.

Алексей сделал шаг следом.

За спиной тихо шелестел невозможный дождь.