- -
- 100%
- +
Пророк Заратустра – дай волю свою!
Вновь черная туча ползет на Иран,
То «всадников смерти»97 ведет Ахриман.
Вперед хуррамиты! Пылает заря…
Священные предки встают из огня:
Рустам и Сиявуш98 и мудрый Маздак…99
Пусть пламя рассеет над Родиной мрак!
- Значит, он снова сумел ускользнуть от наших загонщиков? – голос Иерофанта Царгера, прозвучал спокойно, но от него повеяло вековечным холодом самой Бездны, способной заморозить все пустыни мира.
Человек в рваной и грязной арабской одежде, стоявший перед аватарами Морока, вздрогнул, как от удара плетью и медленно опустившись на колени, уткнулся челом в пол из черного мрамора.
- Поднимись и отвечай! – в голосе Царгера проскользнула нотка досады и презрения.
Лежавший на полу поднял голову и, дрожа всем телом начал говорить быстро и сбивчиво, глотая окончания слов.
- Он уж был в наших руках, Великий… Госпожа Азоэль и господин Ацилут – взяли его и всех, кто с ним был – безпомощными и не способными к сопротивлению. Он был в оковах, в трюме сафины, но потом… - в глазах говорившего, на миг проскользнула тень непонимания и ужаса, - потом я не знаю, что случилось…
- Ты говори, говори… - лениво кивнул Агир, замолкшему рассказчику. – Вспоминай всё, что видел. А то тебе помогут вспомнить, - он покосился на нескольких свирепой наружности воинов в чёрных одеждах, стоявших позади единственного уцелевшего свидетеля из свиты темных магов, обещавших покончить с Посланником Хранителей.
- Да, да, Великий, я все расскажу. Был шторм, а когда море утихло, все рабы непостижимым образом оказались без колодок и оков, да еще с оружием. Они были словно бешеные барсы, и убивали всех, кто вставал у них на пути. Потом из трюма вышел он, а за ним рабы вынесли шесть тел и среди них тела госпожи Азоэль и господина Ацилута. Всех мертвецов под дикие вопли бросили в море. Я успел прыгнуть в воду, прихватив два наполненных воздухом бурдюка. Меня спас утренний туман. Рабам, захватившим нашу сафину – было не до меня. Они в то время потрошили трюмы и праздновали свою победу…
- Как ты оказался здесь? – пристальный взгляд Иерофанта Агира заставил гонца вновь стукнуться челом об пол. Дрожащим голосом он продолжал:
- На другой день меня подобрал корабль греческих торговцев, следующий из Александрии на остров Родос. К счастью у меня в поясе оказалось несколько алмазов и золотых монет. Благодаря им я ныне держу ответ перед владыками владык.
Иерофанты переглянулись.
- Мы не забудем твоей преданности, брат Омар, - Агир милостиво кивнул головой. – Твои расходы будут возмещены втройне. Наши слуги позаботятся, чтобы ты ни в чем не нуждался. Иди, отдыхай. Когда понадобишься, мы тебя позовем.
Согнувшись в поклоне и пятясь спиной, единственный свидетель гибели темных магов и их отряда, выскользнул из тайной обители аватар Морока, откуда плелась незримая паутина мрака и хаоса, опутавшая многие племена и народы Тарры.
- Ну что скажете Великие маги и Магистры? – Иерофант Царгер презрительно окинул взглядом собравшихся Владык второго уровня посвящения. – Этак скоро сей варвар вас всех перебьет?!
- А вы вспомните уважаемые, о чем предупреждал мой советник, мудрый раввин Иеос, - поднялся Верховный жрец Хаоса Мордох. – Мы, избранный Богом народ, после того, как за наши грехи утеряли землю обетованную – стали весьма чутки к опасностям, исходящим от наших врагов. Надо было не ограничиваться полумерами, а давить этого гоя сразу и всеми имеющимися у нас силами. Недооценка врага, всегда ведет к поражению!..
- Вы иудеи – весьма чутки только к прибыли, - подал голос Эффа – Великий Магистр Севера. – Если Иеос был таким великим стратегом, что ж он сам полез в драку против этого руса?
- Ну, во-первых – не сам, а с Великим Надзирателем Крогом. Во-вторых – решать такие дела дракой, свойственно примитивным народам, а не богоизбранным. Варвара всего лишь попытались прощупать и по возможности подчинить своей воле.
- Ну и как – подчинили? – усмехнулся Магистр севера. – Резать его надо было, на самом примитивном уровне, а не соревноваться в риторике и магии.
- Вы Эффа, противоречите сами себе. – Покачал головой Альхар – Главный Надзиратель Запада, заменивший погибшего Крога. – На прошлом обсуждении вы вообще не восприняли всерьез этого гоя, назвав его «кошачьим выродком» …
- А ты хочешь сказать, что он Страж Искона? – спросил Эффа. – У тебя есть доказательства?
- Какие тебе доказательства нужны? – всплеснул руками Мордох, – он уничтожил пятерых Владык – могущественных магов и всех, кто с ними был. Ни один смертный не способен на такое!
- Что-то много этих пророков и просветителей развелось за последнее время, - криво усмехнулся Мастер Смерти Востока Сумги-шад. – Сначала этот сын плотника, пытавшийся увести народ Сиона с предначертанного ему господом нашим, пути. Хорошо, что вовремя успели пресечь его дурацкие проповеди, а то неизвестно, чтобы он еще напроповедовал человеческому стаду.
- Ты не прав Сумги, - перебил его Надзиратель Ассиох. – Сын плотника нам очень даже помог. Из его проповедей мы сотворили веру рабов Божьих, и теперь она победоносно шествует по миру, подчиняя самых непримиримых наших врагов.
- А этот антский князь, из рода Белояров? – продолжал Мастер Смерти. – Никак не припомню его имя – Бус, или Бож… что возомнил себя новым Буддой, среди варваров…
- Вот готы его и распяли, как Иисуса, - хохотнул Эффа. – Только сына плотника распинали вместе с двумя разбойниками, а этого в окружении всех его апостолов, которых набралось семь десятков. Он-то призывал не к покаянию, а к единению всех племен славян, накануне установления нашего закона в этом мире.
- Вы забыли еще Мухаммеда, - не унимался Сумги-шад.
- Мухаммед всего лишь переиначил Тору на свой лад, – поморщился Мордох, – этим посеяв раздор меж племенами Сиона, вышедших из единого корня.
- Господа Владыки! – голос Иерофанта Царгера, обрушился, как лавина, заставив сразу всех замолчать. – Мне кажется, мы отклонились от сути нашего собрания и занимаемся перемыванием давно истлевших костей. Нам надо решать – что делать с этим свирепым русом. В отличие от своих предшественников он не проповедует и не пытается кого-то образумить. Он оружие, предназначенное для уничтожения нас, и это ему пока удается весьма неплохо. Приверженцы Света прекрасно понимают, что не в их силах остановить пришествие в этот мир Нового Закона, но они пытаются расставить на его пути побольше преград, ловушек и засад, чтоб хоть как-то растянуть его приход во времени и этим отдалить вхождение человеческого стада в спячку.
- Несколько дней назад наши маги выявили мощный выброс светлой силы, исходящий из главного храма Хранителей Искона, - сказал Эффа. – Такой поток силы возможен лишь при сотворении «кольца Хорса», из нескольких десятков жрецов Света.
- Храм Световита, на острове Руян? – спросил Ассиох.
- Он самый… Ацилут и Азоэль были убиты в тот же день. Вот, что помогло нашему врагу справиться с могущественными магами.
- Так, или иначе, светлые делают на него весьма большие ставки, - задумчиво произнес Великий жрец Хаоса, - и на сей раз, мы должны противопоставить воину светлых – всю нашу мощь!
- А не пора ли уничтожить этот оплот Хранителей в Арконе и всю их варварскую державу? – скрипнул зубами Ассиох.
- Пытались уже… - хмуро буркнул Эффа, - да только пока ни черта не выходит. Крепкий орешек. И сканды и германцы – только зубы обломали. Ничего, дойдет очередь и до них. Ныне наши братья через Папу Римского пытаются повлиять на короля франков, чтобы он возглавил «Дранг нах остен» - великий бросок германских племен на восток. Германцы должны стереть полабские и поморские княжества славян. В мозги германских вождей уже вбивается легенда, что земли эти испокон веков были германскими, но потом их захватили коварные и дикие пришельцы с востока. Пусть варвары перегрызут друг другу глотки.
- На сей раз, охоту на нашего общего врага я возглавлю сам! – раздался голос Иерофанта Агира. – Мы пока не знаем – куда он направил захваченный корабль, но скоро это выявим. Именем Всемогущего Хозяина Бездны – повелеваю: «Немедленно поднять всех наших слуг и наблюдателей на побережье – от Египта, до Эфеса! Упредите наших надзирателей в Сирии и Халифате! А здесь пусть готовят две боевые галеры и самых свирепых и злобных воинов из «Черного Легиона» и «Свиты Люцифера!» Ничто более не должно мешать приходу Нового Закона, который обрушит этот мир в эпоху темных веков».
● ● ●
Между тем, корабль с бывшими невольниками, обогнув с полудня остров Кипр, приближался к берегам Сирии. Немир уверенно вел сафину на восход, как будто всю жизнь ходил по водам Средиземья. Как и каждый варяг, он обладал не только чутьем опытного морехода, но и веданьем небесных светил, являющихся маяками для земных путей, ибо пути земные, а тем паче водные, есть лишь отражение путей небесных, которые когда-то торили во Сварге Светлые Боги – Сварожичи.
По этим водам издревле проходили морские пути из Римской империи, Средней Азии, Греции и Египта. Все чаще на окоеме стали появляться ветрила чужих кораблей, которые могли оказаться не только мирными торговцами. Потому Немир резко менял направление движения своего корабля, дабы не нарваться на встречу с боевыми кораблями арабов, либо морских разбойников.
Яровит стоял у изогнутого штевня сафины, рассеянно поглядывая на облачную дымку у видокрая, сквозь которую туманно проглядывали берега Кипра. На душе было какое-то гнетущее чувство безпокойства и неуверенности в праведности своих деяний. Опять ради исполнения своего урока, ему приходилось подставлять под острый серп Хозяйки Смерти, не только себя, но и других людей, зачастую неведающих о той незримой битве, что испокон веков шла в этом мире меж Светом и Тьмой. Не было рядом с ним мудрых наставников, что могли бы дать верный совет, и надеяться приходилось только на себя. Единый советчик в таких случаях – Совесть… вот она то и не давала ему покоя. Но у витязя есть еще одно священное слово – Долг, и повязан он с тем словом – ротой чести и кровью. Оттого утерян высший дар Богов – Свобода Выбора. Стоит тебе свернуть со стези Долга и Чести, и ты тут же окажешься изменником и злодеем. Сколько уже принесено жертв, и сколько еще придется принести, ради сих вроде коротких и простых слов? Впрочем, нет… слова короткие, да не простые… в них заключен священный смысл жизни многих поколений пращуров. И значит сие не просто слова, а Искон, для мужчины и витязя. Дабы все эти жертвы не стали зряшними, ты обязан победить! и ради сей победы, порой топать по грязи, крови и трупам. Замкнутый круг…
- Ты чего это с утра такой мрачный? Недоспал что ли? – спросил подошедший Немир.
- Не спокойно мне, - тихо ответил Яровит. – Вот размышляю – стоило ли иных втягивать в эту драку с Кощеями? Сие ведь мой урок, а не ваш!
- Это кто здесь – иные? – обиделся Немир, - твои други и соратники? Ну, благодарствуем тебе, за столь доброе к нам отношение.
- Да пойми ты, - тяжело вздохнул русич, - ведь мне с вами придется делить по-братски не хлеб и мед, а кровь и смерть. Не лучше ль самому было расхлебывать эту чашу дерьма?
- Сие ты правильно сказал – «по-братски». Мы хоть роту побратимства не давали, но по искону морскому: «Любой, кто море окрасил кровью врага, иль кровь свою смешал с водой морскою в сече – становиться тебе за брата!». А побратимство – не рабское служение сюзерену, аки у христианских рыцарей. Там служба кончается со смертью господина, и вассал ищет нового сюзерена. В побратимстве – нет господ, ибо оно не кончается никогда, даже после смерти!
- Красно речешь! - кивнул Яровит. – Если б и на деле все так красно выходило… А, то выходит, что я свой урок на вас перекладываю…
- Перестань копаться в себе, аки ворона в падали, - процедил сквозь зубы варяг. – Твой урок – наш урок! Я тут с мужами поговорил, так все согласились – спалить к Ящеру, это осиное гнездо на Крите, вместе с бесами. Даже христиане, узнав, что там за твари сидят, не стали прятаться за свои тупоумные заповеди. Как высадим гебров и ромеев, так сразу и пойдем на «Остров плывущего быка».
- А кого резать то будем? – раздался сзади голос Ньорда. – То правда, что там находятся врата в Хельхейм – царство мертвых, и охраняют их сваны – демоны зла и етуны – враги людей?
- Правда, правда, - подтвердил, поворачиваясь к викингу Немир, - только не врата, а тайный ход.
- А нам ты говорил, что там находится дыра в преисподнюю, - с подозрением спросил Риоль, - и сторожат его падшие ангелы во главе с Люцифером.
Яровит усмехнувшись, покачал головой:
- Я вижу Немир, ты всем решил угодить…
- Ты толком скажи – с кем нам ратиться придется? – угрюмо буркнул Свал, - а то намели сугробов из слов, а что, да как – не ясно…
- А тебе, что – не все одно, кому рожу чистить? – спросил Нещад.
- Не все одно… я по Прави всю жизнь прожил и у людей жизнь никогда попусту не отбирал…
- В том то и дело, что нет там людей… - вздохнув, проговорил Яровит.
- А кто же там? Звери, что ль?..
- Звери – невинные дети, по сравнению с этими тварями.
- Сказано тебе – нечисть, навьи, черные колдуны и нежить всякая – упыри да волкодлаки, - прорычал Немир.
- Ну, тогда ладно… - пожал плечами Свал. – Я, что – против? Я, аки все…
- Берег по штевню! – крикнул дозорный на мачте.
- Где, где? – раздались голоса. Все повытягивали шеи, вглядываясь в туманную дымку на видокрае.
- …а на хвосте два корыта! – вновь подал голос дозорный. – Похожи на ромейские триремы!..
- Что? – Немир бросился на корму сафины.
Вдали, почти у самого окоема, где море сходиться с небесами – виднелись две черные точки.
- Как вы мыслите господа мореходы, они тут случайно, или по наши души? – спросил Немир.
- Думаю, что утешить тебя нечем, - криво усмехнувшись, сказал Ингвар-ярл. – Слишком уж верно гребут в нашу сторону…
- А ты, что скажешь? – обратился Немир к Яровиту и замолк. Русич стоял с отрешенным видом, прикрыв очи, и напоминал скорей мертвеца, чем живого человека.
- Эй, ты чего? – Немир опасливо коснулся его рукой, но Яровит не двигался. Стоял с каменным ликом, и лишь ветер трепал длинные пряди волос.
- Че се с ним? - спросил Нещад.
- Леший его ведает, - пожал плечами Немир, - но мне кажется дух его сейчас там… - он махнул рукой в сторону чужих кораблей.
- А-а, - многозначительно протянул Нещад, - ясновидец, волшба… - теперь внял.
В тот же миг Яровит медленно разлепил очи и, тряхнув головой, задумчиво проговорил:
- Я опоздал! Кощеи раньше нашли меня, чем я их. Те корабли, на окоеме – ищут нас, и набиты воями мрака, самыми злобными и свирепыми. Но страшны не столько они, сколько главный Кощей, что их ведет. Он владеет большей мощью черного колдовства, чем сотня его слуг.
- Вот зараза, - скрипнул зубами Нещад, - вы не поверите, но я еще со вчерашнего вечера, прямо-таки задней частью, чуял впереди какую-то гадость.
- Его вчера пронесло, - похлопал себя по животу Свал. – Жрать надо меньше!.. Особенно агарянских плодов, что киснут в трюме.
- Есть возможность от них уйти? – спросил Яровит Немира.
- Вряд ли, - покачал тот головой. – Мы зажаты меж ними и берегом. Тут не повертишься. Прижмут к берегу и возьмут в клещи. Тогда, драки – не избежать!..
- В море, при всем нашем умении и храбрости, мы с ними не сладим, - тихо произнес русич. – Да и мало нас…
- Неужто нет выхода? – упавшим голосом спросил грек Орест.
- Есть! – пожал плечами Немир. – Нужно, как можно скорей достичь берега и там попытаться от них оторваться. А там, что Род даст…
● ● ●
Они высадились на пустынном берегу, верст на двадцать южнее Антиохии. В сотне шагов от берега сафина налетела на подводный риф и пропорола себе брюхо. Потому до земли добирались вплавь, погрузив все ценное на наскоро сколоченный плот. Как надлежит морскому князю, Немир покинул полузатопленный корабль – последним. Вылив масло и нафту из светильников на палубу, он бросил зажженный факел, тем совершив последнюю тризну по кораблю. В общем, морские пути были сожжены, и теперь надлежало решить: какую земную стезю изберут бывшие невольники, оказавшиеся за сотни, а то и тысячи верст, от своих земель.
Берег, где они высадились, был пустынный и дикий. Редкие чахлые деревца и кустарники покрывали желтую, сухую почву, и лишь ошую, вдали, виднелись низкие глинобитные хижины, уступами спускавшиеся с холма к самому морю.
Мокрые и уставшие беглецы повалились на землю, хватая открытыми ртами тяжелый воздух чужой земли.
- Приплыли… - сплюнул Немир, с размаху плюхнувшись на песок и отжимая полы мокрой одежды.
- Плавает, знаешь, что?.. – варяг Драга, даже сел от возмущения. – Се ты Шрам не подумавши ляпнул!
- Знаю… - буркнул Немир, - потому и реку: «приплыли», ибо морские воины, так не ходят!.. Истинный мореход не проглядел бы, сей падлючий камень. Не иначе, как Ний решил поизгаляться и подсунул проклятый риф нам под брюхо?! А может то твои Кощеи наколдовали? – спросил он Яровита, спускающегося с ближайшего холма.
- Не думаю, - покачал головой русич. – Ты так спешил от них удрать, что они нас видать потеряли, ибо пошли на север – к Антиохии. Правда долго разлёживаться здесь – не стоит. Не найдя нас там, Кощеи поднимут в Сирии всю свору своих приспешников и начнут прочесывать берег, словно гребнем…
- Мог бы и соврать, - скрипнул зубами Немир. – Получается я не морской князь, а то, что плавает…
- Се ты сам изрек, - усмехнулся Яровит. – Вообще-то побранить себя никогда не вредно. Ежели человек разумеет, что он дурень, значит, есть надежда, что когда-то станет мудрецом.
- Благодарю, утешил… - кисло улыбнулся варяг. – Я от гордости сейчас лопну.
- У нас рекут, - вмешался в разговор норманнский ярл Ингвар, - что только сильные люди не страшатся смеяться над собой. Даже коварный Локи100 – великий насмешник над Богами и людьми, прячется в пучине от человеческого смеха, а волк Фенрир – поджимает хвост.
- У нас на тризне, когда провожают человека в Чертоги Богов, тоже все веселятся, - кивнул Яровит. – Смерть страшиться веселья. Нет смерти, пока звучит смех.
- Сплошные мудрецы вокруг, плюнуть некуда, - со вздохом сказал Немир. – Хватит утешать-то, чай не девка. Итак, знаю, что безмозглый баран. По морю ходить разучился, по земле еще не привык…
- Много речете, а не хрена не понятно, как из этого тридевятого царства выбираться будем? – перебил его Оскол.
- Вот, его поспрошай, - ткнул перстом в Яровита Немир. – Он помудрей меня. В храме Световита у мудрейших ведунов посвящение принял. Тех тварей, что за нами гнались, как родичей ведает.
- Чё им от нас-то надо? – спросил Свал.
- Порешить нас хотят, - усмехнулся варяг. – Мы их большую ладью захватили и двух бесовских князей прикончили. Ну, помнишь – знатного агарянина в трюме и бабу-колдунью, которую юный франк так неосторожно ножичком пырнул. Вот теперь они икру и мечут. Отомстить мечтают.
- Ты толком скажи, что сие за люди? Какого роду-племени? – спросил серб Войк.
- Нет у них ни роду, ни племени, - покачал головой Яровит, - да и не люди они, хоть облик и имеют человечий. Вы своим мятежом, невольно их черные замыслы порушили. Потому вся свора этой нечисти на наш след встала.
- Раз они не люди, то значит слуги дьявола, - предположил Раймунд, - чародеи и колдуны.
- Сваны и етуны – демоны Нифльхейма, - перебил его Ньорд.
- Каждый народ им давал свои названия, - пояснил Яровит. – Помните только, что они враги злобные и коварные, ведающие черную волшбу. Их отец – Хозяин Темных Миров, а мать – Бездна. Замыслы их ужасны: «Всех людей на земле перетворить в таких же бездушных тварей, как они сами, либо сделать своими рабами».
- Ща-ас… - протянул Нещад. – Мы своим то Богам рабами никогда не были, не то, что этим выродкам.
Однако надобно, что-то вершить?! – напомнил Оскол.
- Понятно, что – драться! – зловеще оскалив зубы, прогудел Ньорд. – Если мы одолеем врагов рода человеческого, о нас потомки сложат такую блестящую сагу, по сравнению с которой померкнут песни великого скальда Браги.
- Ага, если будет, кому рассказать о наших подвигах, - хмыкнул варяг Глеб.
- А мы вперед славного героя Ньорда поставим, - хлопнул викинга по плечу Нещад. – Можно еще того франка, - кивнул он в сторону Эббона. Сих мужей тараном не прошибешь, а за ними вся наша дружина схоронится.
- Давайте дождемся наших слухачей, а потом станем выбирать путь, - сказал Яровит.
- Ты что – персов в разведку отправил? – воскликнул Немир, оглядываясь. То-то я их не вижу. А Фаддей где?
- С ними пошел. Они на своей отчине. Искон и обычай, да и речь местных племен – лучше нас ведают…
- В том-то и дело, что на своей отчине! Теперь их дождешься. Плевали они на нас…
- Ты Немир – злой человек… - пробурчал Ньорд. – Всех по себе меряешь. А тот же иудей, во время сечи, мне спину прикрыл, и мавра завалил одним ножом, что мог меня отправить к предкам.
- Иудеи – они такие, - кивнул Немир, - ни пожить, ни умереть человеку достойно не дадут. Ну-ну, поглядим, чего они там вынюхают, если вернутся.
Огненное Божье Око медленно спускалось к видокраю, чтобы позрить на иные земли. Небеса на восходе запылали золотисто-алым огнем, словно охваченные пожаром. Беглецы, расставив стражу на ближайших холмах, принялись за нехитрую трапезу. Костров пока решили не разводить, дабы не привлечь к себе внимания случайных, либо непрошенных гостей. А разведчиков все не было.
- Я ж рек, что агарянам верить, все одно, что себя безумцем наречь, - процедил сквозь зубы Немир. – Да еще иудей с ними… сие вовсе падлючее племя, хитрей лисы и росомахи.
- Они персы, а не арабы, - поправил грек Афанасий. – Они арабов сами не любят, ибо те их царство захватили и в ислам силой обращают.
- Все одно из одного змеиного гнезда выползли, - поморщился Немир. – Я на торгах со всякими людьми встречался. Самые лживые и хитрые – купцы с полудня, будь то агарянин, перс, или иудей. Разноцветные тряпки и злато ценят выше чести, а за камни самоцветные, что рабы в горах добывают, кого угодно продадут, даже своих родичей и детей.
- Это хорошо, если персы просто ушли, - сказал Раймунд, - а ну как приволокут сюда на хвосте целую свору тех демонов, что за нами охотятся.
- Даже если они приволокут просто сарацин – нам мало не покажется!.. – проворчал алеман Вайсберг.
- Здесь нет войск халифа, - попытался успокоить всех грек Орест. – Его войска стоят на рубеже с империей. Ведь Арамея, как раньше называли Сирию – бывшая провинция империи. Здесь кроме сирийцев живут эллины, иудеи, потомки финикийцев, римляне, армяне, персы, айсоры.101
- В общем, каждой твари – по паре… - хмыкнул Риоль.
- И все же арабы и персы, а тем паче гебры – народы не единого корня, - задумчиво промолвил Яровит. – Даррунги Красного храма, рекли, что агаряне родичи иудеев и единого прародителя имеют по имени Сим. А тот, как и его братья – Хам и Иафет – потомок жрецов Атлани и серого племени чужеземцев, что на нашу землю пришли из иного мира, который жители полуденных стран издревле называют «Оком небесного пса102», или Сериусом. Персы же и гебры – потомки арьев, что пришли в эти земли из Страны Белых Вод, дабы Кощеево царство порушить. Под ударами ратей Света – пали Ашшур103 и Вавилон, а земли Двуречья с тех пор Арианом нареклись. Здесь наш древний пращур, коего именуют – кто Арием, кто – Орием, кто – Ярием, разбил войско серых пришельцев и тех племен, что выступили на их стороне. Он поразил Древнего Змея, в которого воплотился Чернобог и сжег гнездо его, где некогда Кощеи сотворили дасов – бездушных тварей, лишь плотью похожих на людей. С тех пор землю ту «Паленым Станом» прозвали, а ныне Палестиной именуют.
- С маврами ты бился весьма славно, - Раймунд перекрестился и поднял очи к небу, - но, как наш король не разглядел в тебе язычника?.. За ту ересь, что ты сейчас наговорил, Святая церковь должна тебе объявить анафему и отправить на костер. Согласно Священному Писанию – Палестина — это земля, обещанная Моисею Господом, аки рай земной. К тому же монахи-паломники говорят, что именно там, под Иерусалимом, есть пещера, в которой спрятан гроб Спасителя.