Боль моя любимая

Глава 5. Марсель

Волшебник, мля…

Зарываюсь пальцами в волосы и слегка их взъерошиваю, глядя, как она удаляется. Это не девчонка, а задачка со звездочкой. У меня от азарта аж чешется все. Передергиваю плечами и бегом возвращаюсь к байку.

Седлаю железного коня, вынимаю мобильник из кармана и вижу несколько пропущенных от отца. Смахиваю. Перезвоню ему чуть позже. Сначала мне надо набрать Марка.

— М-м-м, — спустя несколько гудком в трубке раздается его сонное мычание.

— Ты охренел спать в такое время? — праведно возмущаюсь я.

— Я работал ночью, — хрипит он, а затем зевает.

— Есть срочное дело, — не унимаюсь я.

— Оно до вечера не подождет? — судя по замедленной речи, Марк пытается снова отрубиться.

— Какую из букв в слове «срочное» ты не расслышал? — язвлю, сжимая одну ладонь на руле мотоцикла.

— Как же ты иногда бесишь. Что надо-то?

— Ерунда, — усмехаюсь я. — Вскрыть базу МВД и найти информацию по делу некой Луизы Генриховны Шталь.

— Ты сам то понял, что сейчас сказал? — смеется друг. — Вскрыть базу МВД. Ладно, — тут же соглашается. А я знал, потому что он тоже любит сложные задачи. — Только отвали.

— Срочно, — напоминаю ему.

— Иди в задницу, — посылает меня Марк и сбрасывает вызов.

— Козел, — давлюсь смешком и стартую с места, только через пару светофоров вспомнив, что так и не перезвонил отцу.

До вечера мотаюсь по разным делам. Когда оказываюсь в квартире, получаю строгий, вопросительный взгляд. Кошусь на себя в зеркало. Хоть линзы сегодня не забыл, за это не огребу.

— Еще раз так сделаешь, я тебя отвезу на полигон вместе с твоими дружками, и буду гонять вас там до кровавых соплей, может тогда ты научишься пользоваться телефоном правильно, — абсолютно спокойно говорит Дамир. — В последнее время ты стал делать слишком много ошибок. Дело в женщине?

Поперхнувшись, удивленно смотрю на отца. Уголки его губ едва заметно подрагивают, а в глазах появляется насмешка.

— С чего ты взял?

— Потому что только женщина способна лишить мужчину рассудка. Мне стоит беспокоиться?

— Не стоит, потому что ты не прав, — лгу с непроницаемым лицом, расслабленно продолжая заниматься своими делами. — Я катался и думал о ситуации с Кареном и деньгами.

— Сегодня ты готовишь ужин. Заодно обсудим.

Дамир уходит к себе, а я мою руки и направляюсь на кухню. Шарю по шкафчикам в поисках того, что можно быстро превратить в еду. Макароны, лук, фарш — отличный набор для макарон по-флотски. Масло только закончилось, и они немного пригорают, но так даже вкуснее. Будут с дымком.

— Приятного, — ставлю тарелку перед отцом, когда он приходит ко мне на кухню. Кивает, пробует и вздыхает слишком красноречиво.

Я умею готовить, просто мысли все вертятся вокруг этой белокурой занозы.

Дамир рассказывает, что мне нужно сделать, чтобы закрыть вопрос с поставщиком, который меня кинул, и как правильно извиниться перед Кареном. В этот раз я слушаю его внимательно, фиксируя в памяти важные детали и дорабатывая их под себя.

В наказание за игнор его звонков, посуда после ужина тоже оказывается на мне. Домыв, тут же набираю Марка и с ходу спрашиваю:

— Нашел?

— Ты дурак что ли? — интересуется друг. — Тут работы на неделю или две.

— Сколько? — округляю глаза.

— Ты знаешь, какой там уровень защиты?

— Нет. Для этого у меня есть ты.

— Вот и давай каждый будет делать то, что умеет, окей? — раздражается он. — Я сделаю то, что тебе нужно, если ты не будешь меня дергать.

Две недели — это слишком долго. Я рассчитывал заполучить девочку раньше. Придется пока продумать другие варианты, и все же заняться работой, а пока спать.

***

Утром еду в универ. После лекций нас собирает куратор и рассказывает, что на следующей неделе будут проверки от декана на разных курсах. Зачеты и контрольные по некоторым предметам, которые пройдут потом через его руки. Народ стонет, вздыхает, а мне не страшно, у меня нет проблем с учебой. Мне кажется, как только я родился, Дамир вместо погремушки всучил мне книги и сначала я научился читать и усваивать материал, а потом говорить.

Как только заканчиваем, еду за Мартином. Он устраивается сзади на мой байк и вместе мы мчим к бару Карена.

Владелец сети сидит за самым дальним столиком в пустом зале. Перед ним чайник, чашка и пепельница. Заметив нас, кивает и подзывает к себе.

— Здравствуй, Карен, — спокойно и с уважением приветствую его.

— Ну, здравствуй, Марсель. Зачем приехал?

— Я хочу извиниться за тот инцидент. Я тебя подставил и повел себя неправильно.

— Сядь, — он жестом указывает мне на свободный стул. Мартин уже по привычке встает у меня за спиной. — Если бы твой отец не был столь уважаемым человеком, мы бы с тобой сейчас не разговаривали.

— Я понимаю.

— Репутация, мальчик, — подчеркивает он, — зарабатывается годами, а потерять ее можно за один день. То, что произошло, могло ударить по моей репутации, если бы я слепо доверился тебе и не стал проверять заказ. Ты понимаешь свою ошибку?

— Да. У меня пока нет ни своей репутации, ни заслуженного уважения, и я доверился посреднику, подставив себя, отца и тебя. Извини.

— Хорошо. Умение признавать ошибки — шаг к уважению, но этого недостаточно, — обозначает Карен. — Вернешь деньги, привезешь мне новую партию алкоголя по себестоимости, и так уж и быть, мы будем в расчете.

— Но там одна транспортировка только выйдет… — начинает Мартин. — И людям надо заплатить.

— Это не мои проблемы, парни, — Карен его останавливает и четко дает понять, что ему плевать. — За все в этой жизни приходится платить. И не затягивайте с поставкой.

Выходим на улицу. Светлую шевелюру Мартина взъерошивает порывом ветра. Он бесится и пинает стену кроссовкой. Зло смотрит на меня, а я понимаю, что Карен прав и мы должны радоваться, что вышли из этой ситуации без переломанных конечностей.

— Мы так никогда ничего не заработаем, — сопит он.

— Заработаем. Я тебе обещаю, — сжимаю плечо друга.

— Как же?

— Мне нужно подумать. Поехали к Марку.

Садимся на байк и едем к нашему хакеру. По дороге покупаем три стакана кофе и сосиски в тесте. Жрать охота адски, я с утра как из дома ушел, кроме воды во рту ничего не было.

Марк открывает нам дверь, стаскивает наушники с головы и вместо рукопожатия забирает кофе и еду.

— Как успехи? — разваливаюсь на диване рядом с его компьютерным столом.

— Никак пока. Я сказал тебе, что это минимум неделя.

— Не бесись. Мы тебе вкусняшки принесли, — улыбаюсь ему.

Сидим у него до поздней ночи, я залипаю в скучный фильм, думая совсем не о сюжете. Отрываю взгляд от телека, смотрю на друга. Он чувствует и поворачивается ко мне.

— Пока ты снова не задал свой вопрос, за который я тебе врежу, у меня для тебя новая игрушка, — говорит Марк.

— Не терпится увидеть, — лениво потягиваюсь.

— На, вот, — Он садится рядом со мной вместе с одним из своих ноутбуков. Ловко бегает пальцами по клавиатуре и передо мной открывается несколько окон и панель управления. — Это тебе. Городские камеры, расположенные по маршруту от Академии МВД до дома твоей подружки. Можешь следить за ней в прямом эфире. Из дома она выходит в семь — семь тридцать. Там еще бонус, но найдешь ты его сам.

— М-м-м, кайф! — довольно тяну я. — Спасибо, бро. Но с базой не затягивай.

— Я тебя убью сейчас, — рычит Марк. — Вали домой. Не мешай мне.

Сваливаю, довольный тем, что у меня есть возможность увидеть Еву. В голову закрадывается пошлая мысль: жаль, что у нее дома нет камеры. В спальне. Это было бы гораздо интереснее.

Следующим утром просыпаюсь раньше будильника. Отправляюсь на пробежку в компании Дамира, а после нетерпеливо запускаю программу Марка на ноутбуке и жду появления своей занозы.

— Привет, — довольно урчу, как только красивая фигурка в ментовской форме появляется на экране. Уверенной походкой она направляется к такси, и я с сожалением теряю ее из вида до самой Академии.

Изучаю расписание ее занятий, чтобы не пропустить возвращение домой. Ева со своей подружкой. Смеются. У нее очень красивая улыбка даже на камерах с таким хреновым качеством изображения. Девочки некоторое время идут пешком, но затем моя садится в такси, и я караулю ее «у подъезда», щелкая по вкладкам сбоку в поисках того самого бонуса от Марка.

Когда после очередного щелчка передо мной появляется черный экран, хмуро смотрю на него, и вдруг тьма вздрагивает. Я моргаю от неожиданности. На ее месте появляется картинка.

— Вау-вау-вау! — подаюсь вперед, поняв, что мое желание сбылось.

Перед моими глазами спальня. И камера эта с ноутбука, судя по расположению картинки. Ева ходит по комнате, снимает китель. Ее тонкие пальчики ловко расстегивают пуговицы на рубашке. Затаив дыхание, наслаждаюсь тем, как ткань слетает с узких плеч, оголяя девушку до пояса. Лифчик поддерживает красивую грудь, натренированный пресс хочется облизнуть по контуру до самых трусиков.

Она как раз расстегивает юбку и роняет ее на пол.

Тяжело сглатываю, понимая, что сидеть мне уже не очень комфортно, но я не шевелюсь, любуясь происходящим и облизываясь в предвкушении.

Ева подходит ближе к своему ноуту. Я не дышу, ощущая пульсацию в штанах.

Ее рука уходит за спину, пальцы касаются застежки на спине, но она замирает, ведет плечами, делает еще шаг и захлопывает крышку ноутбука, обламывая мне самое интересное.

— Эй! — выкрикиваю от такого облома. Закрываю глаза, чтобы насладиться своими ощущениями, но возбуждение оказывается сильнее, и скрипнув зубами я иду в душ.

Глава 6. Евгения

Прошла почти неделя. Неделя с тех пор, как я повстречала этого наглого типа с разноцветными глазами. Неделя с тех пор, как я поставила ему условие: информация в обмен на свидание.

И тишина. Он пропал. Ни звонка. Ни сообщения. Ничего. Может напрасно я ему дала такое серьезное задание? А если его тоже задержали? Стоп! Меня это вообще не должно волновать. Он сам вызвался помочь. Я всего лишь назвала условия. Не справится — его проблемы.

— Жень, ты меня слушаешь вообще? — Аглая щелкает пальцами перед моим лицом.

— А? Да, конечно.

— О чем я только что говорила?

— О... — зависаю, понимая, что реально не слышала ни слова. — О планах на выходные?

— Ага. Я сказала, что мы идем в клуб, а ты молчала и смотрела в одну точку. — Глаша прищуривается. — Ты чего?

— Ничего. Устала просто. Зачеты, учеба, сама понимаешь...

Конечно, вру и не краснею.

Я думаю о Марселе. О том, как он смотрел на меня тогда, у Академии. Как ухмылялся, предлагая подвезти. Как сказал, что он волшебник и может узнать что угодно.

Волшебник оказался вруном. Чего и следовало ожидать, а не верить на слово первому попавшемуся пройдохе!

— Ну так что? — Аглая трясет меня за плечо.

— Что?

— Клуб! Завтра! Идем?

— Глаш, я не знаю... Это не мои интересы, — морщусь я. Клубы — это ее стихия, не моя. Я больше по книгам и расследованиям.

— Женька, ты как бабка старая, — закатывает глаза подруга. — Тебе двадцать лет, у тебя выходные, а ты сидишь дома и конспекты читаешь. Надо отдыхать!

Я так и отдыхаю. Мне нравится, это такой кайф, когда находишь долгожданную разгадку.

— Я подумаю.

— Нет, ты пойдешь, — Аглая хватает меня за руку и тащит к стоянке такси. — Я тебя не отпускаю. И не спорь!

Вздыхаю, но в глубине души понимаю: может, оно и к лучшему. Отвлечься. Перестать думать об этом обаятельном гаденыше, что намертво засел в мозгу. Перестать ждать от него сообщения, которые не приходят.

Снова появляется странное ощущение, будто кто-то смотрит на меня. Физически чувствую взгляд где-то между лопаток. Резко оборачиваюсь и не замечаю ничего необычного. Люди, спешащие по своим делам, машины, снующие в обе стороны, обычная городская суета.

— Ты чего? — Аглая смотрит удивленно.

— Ничего. Показалось.

Глупости. Просто нервы.

Мы ловим такси и едем ко мне. Дома нас встречает запах еды и отец. Сидит в гостиной и что-то читает в телефоне.

— Пап, привет, — чмокаю его в щеку.

— Здравствуй, — Отец переводит взгляд на мою подругу. — Здравствуй, Аглая. Давно не заходила в гости.

Мы дружим много лет. После убийства матери, мы с отцом переехали в этот город. Я пошла в школу и там познакомилась с Аглаей. С тех пор мы с ней не разлей вода. Она знает обо мне все, а я о ней. Даже ближе, чем родные сестры.

— Здрасте, Юрий Альбертович, — улыбается подруга. — Учеба отнимает слишком много времени.

— Дело хорошее, — хмыкает он и чуть прищуривается, сканируя нас взглядом.

— Пап, у тебя все нормально? Ты какой-то загруженный.

Отец усмехается.

— Работа, Женя. У генерала выходных не бывает, — Он откладывает телефон экраном вниз. — Кстати, напоминаю: завтра ужин. Ильнур придет. Ты обещала.

Закатываю глаза. Ну только не эта пытка. Снова претендент на мою руку по версии отца.

— Помню, пап. Буду паинькой.

— Я серьезно.

— И я серьезно. — Чмокаю его в щеку еще раз. — Мы наверх, устала как собака.

— Ужинать будете?

— Потом, — кричу уже с лестницы.

— Аглая, я могу тебя отвезти домой, — бросает отец вдогонку. — Поздно уже, мало ли что.

— Ой, Юрий Альбертович, неудобно, — Аглая оборачивается, но в голосе ни капли смущения. — Хотя... если вам не сложно...

— Не сложно, — спокойно отвечает он.

Я уже не вслушиваюсь. Поднимаюсь по лестнице, чувствуя, как с каждой ступенькой напряжение отпускает.

В комнате первым делом скидываю форму. Китель летит на спинку стула, рубашка следом. Натягиваю любимые джинсы, свободную футболку. Аглая плюхается на кровать и внимательно за мной наблюдает.

— Ну что? — не выдерживаю.

— Тот отморозок не появлялся?

Замираю с футболкой в руках. Сердце почему-то пропускает удар.

— Какой отморозок?

— Ну тот самый. С парковки. Который тебя тогда... ну этот, с дружками.

— А-а-а, этот. — Отворачиваюсь, чтобы она не видела лицо. — Нет. Не появлялся.

— И слава богу. А то я уже думала...

— Что ты думала?

— Да так. — подруга болтает ногами. — Ты какая-то странная последние дни. Задумчивая. Может, влюбилась?

— В отморозка? — усмехаюсь. — Глаш, ты дура.

— Ладно-ладно. Давай про клуб. Во сколько за тобой заехать?

Сажусь за стол, машинально тянусь к мышке. Надо проверить почту. Вдруг Кир умудрился что-то передать? Ага, из СИЗО. Вдруг чудо и его отпустили?

Открываю крышку. Экран загорается. И я замираю.

На рабочем столе цветок. Нежный, белый, с тонкими лепестками. Он мягко пульсирует, переливается, словно живой. Я точно знаю: у меня стояла стандартная заставка. Я ничего не меняла.

Рядом со мной материализуется Аглая.

— Ого, — выдыхает она. —Новые обои?

— Я... да...

— Красиво.

Не отвечаю. Веду пальцем по тачпаду. Цветок реагирует, раскрывается ярче, и в центре появляется надпись:

«Скучаешь? Я рядом.»

— Ничего себе, — шепчет Аглая. — Жень, это кто?

Сердце колотится где-то в горле. Я смотрю на экран и не могу отвести взгляд.

Марсель.

Он называл себя волшебником и мог... Но как? Откуда у него доступ к моему ноутбуку? И главное — зачем?

— Жень! — Глаша трясет меня за плечо. — Ты чего молчишь? Кто это?

— Не знаю, — выдыхаю и пожимаю плечами.

— Кто-то взломал твой комп? — Глаза подруги округляются. — Женька, это же ненормально! Это слежка! Надо в полицию заявить!

— Глаш... — Я наконец отрываю взгляд от экрана. — Мой отец и есть полиция. И что я ему скажу? Мне цветочек на рабочий стол поставили?

— Но...

— Подожди.

Смотрю на надпись. «Скучаешь? Я рядом.»

Скучаю? Да я места себе не нахожу уже неделю! Но терпеть подобное хамство не собираюсь. Никому не позволено вот так просто вторгаться в мое пространство.

Щелкаю по цветку правой кнопкой. Свойства. Пусто. Никакой информации.

— Жень, это жутко, — Аглая ежится. — Кто-то за тобой следит.

— Глупости. Я сама поставила этот цветок, а надпись спецэффект, который не заметила.

— Ты его защищаешь?

— Нет. Просто... — замолкаю, потому что сама не знаю, что «просто».

Внизу сигналит машина.

— Это Юрий Альбертович, — спохватывается Аглая. — Жень, ты точно нормально?

— Да. Беги.

— Если что — звони сразу.

— Хорошо.

Она убегает, а я остаюсь одна перед мерцающим цветком. Смотрю на него долго-долго. Потом шепчу:

— Марсель, — впервые за эту неделю произношу его имя. — Какой же ты...

Не нахожу слова. Наверное, потому что их просто нет. Для таких, как он, слов не придумали. Если он все это провернул, значит имеет доступ к моему ноутбуку и, возможно, видит меня сейчас.

Усмехаюсь и показываю в камеру «фак», а следом запускаю программу, которая найдет все посторонние приложения и вычистит их.

Глава 7. Марсель

Сижу на лекции, но ни черта не слушаю. У меня на заставке со вчерашнего вечера красуется дерзкий «фак» одной смелой и ярко девчонки. В ее глазах озорной блеск, а губы чуть искажены то ли в улыбке, то ли в недовольстве. Мне в любом случае нравится. Она очень живая и естественная, и не боится это показывать.

А еще умная. Мне интересно, как она нас спалила, но Марк только этот скрин с экрана мне скинул, и занялся своими… точнее моими делами.

Пока пробую сосредоточиться на учебном материале, иначе Дамир точно накажет и отправит на какую-нибудь каторгу в воспитательных целях.

Преподаватель как раз заканчивает лекцию по таможенному регулированию импорта товаров из стран ЕС. Говорит про акцизы, маркировку, новые правила. Полезная тема для меня, надо бы потом перечитать, хотя бы на время выкинув занозу из головы, потому что вести такой бизнес будет сложно, но в этом и смысл: быть сильным и успешным там, где другие не смогут.

А после учебы иду в кафе, расположенное неподалеку. Заказываю кофе, сажусь за угловой столик и задумчиво смотрю в окно. Мартин следит за передвижениями нашего поставщика, а мне необходимо решить задачу с тем, как выпутаться из сложившейся ситуации с выгодой для нас. Я не собираюсь позволять кому-либо иметь меня. Иметь их всех буду я, но по-умному.

Передо мной остывает вторая чашка американо, а я смотрю в окно на серую улицу, но вижу не прохожих, а схему. В голове она выстраивается сама собой, Дамир научил раскладывать любую проблему на составляющие, как шахматную партию. Фигуры, ходы, риски, цена ошибки.

Итак, что мы имеем.

Первый вопрос — деньги.

Тот козел, который привез паленый виски, должен мне крупную сумму. Какие выводы я могу сделать из этой ситуации? Он решился кинуть меня, значит ему нужен был быстрый кэш.

Если так, значит, у него есть проблемы, которые требуют срочного решения. Долги? Игровой счет? Бабы? Не важно. Важно, что я могу это использовать. Мы не будем за ним бегать, угрожать и требовать. Гораздо эффективнее сделать так, чтобы он пришел ко мне сам.

Делаю глоток холодного, горького кофе, морщусь и продолжаю рассуждать.

Второй вопрос — новая партия для Карена.

Он сказал «по себестоимости». Я не дурак, понимаю, что это его способ меня проверить. Не на деньги, на принципы. Сделаю как просит, он запомнит. Попробую схитрить, он уничтожит мою репутацию и репутацию отца. Слишком много мы про это говорили.

Но «по себестоимости» понятие растяжимое. Я могу привезти ему виски по той цене, по которой сам покупаю, а могу привезти по той, по которой покупаю, плюс логистика.

Логистика — это моя территория. Я сам строю маршруты, сам договариваюсь. Дамир считает, что мне нужна практика, и этими вопросами занимаюсь я. Конечно, не без его помощи и контроля, но все же это действительно моя стихия. И я имею право включить в себестоимость свои риски и свои расходы.

Карен знает рыночные цены, его это может не устроить, он дал понять, что транспортировка является нашей проблемой. Здесь я зайду через прозрачность. Принесу ему смету и объясню, что в эту сумму включена так же безопасность для него. Он хочет торговать легально нелегальным алкоголем. Я решу эту проблему, но за это придется платить. Такая сделка будет честной, и как раз закрепит мою репутацию и не создаст проблем с законом для него. Думаю, это хорошее покрытие морального ущерба. Разложу схему отцу. Уверен, он одобрит и посодействует.

Третья фигура на моей шахматной доске — Марк. Он сейчас сидит над базой МВД, и это, конечно, важно. Но мне нужна еще одна вещь. Я набираю его номер.