Боль моя любимая
- -
- 100%
- +
— Слушай, — говорю, когда он берет трубку после пятого гудка. — Параллельная задача. Нужно проверить одного человека.
— Марс, я сейчас...
— Знаю, но это быстро, бро. Пробей мне нашего должника. Узнай, где он так проигрался или в какую задницу влез, что решился кинуть и нас, и Карена. Платежки, суды, кредиты, онлайн казино. Ты лучше меня знаешь, что искать.
— Понял тебя, мой хитрый друг. Сделаю.
Сбрасываю звонок, смотрю на экран телефона и снова улыбаюсь.
Так вот, девочка. Мы их всех сделаем, может еще и в плюс выйдем. Сейчас мне нужно проветрить голову, и я продумаю эту часть плана, а потом, когда на руках будет полная картина с информацией от Марка, расскажу Дамиру.
Поднимаюсь, под чашку кладу немного налички в благодарность за чужой труд.
На улице стою пару минут, курю, смотрю на машины, проезжающие мимо. Темнеет. Фонари уже зажглись, вывески стали ярче, в жилых домах все больше окон светится мягким светом. Это выглядит уютно и тепло. Главное никому не озвучивать такие мысли.
Ухмыляюсь, выбрасываю окурок и возвращаюсь к университету за своим байком. Отсюда еду к Марку. Мартин как раз должен к нам подтянуться. Может у него есть какая-то полезная информация.
Встречаемся с другом у подъезда и вместе поднимаемся к нашему хакеру. У него дверь открыта. Напрягаемся, входим, готовые отбивать Марка от врагов, но все оказывается проще: он сидит за мониторами, как всегда, в наушниках, на полу пакет из службы доставки, а перед ним бутылка колы и пачка чипсов.
— Ау, — оттянув одно «ухо» шепчу ему.
— Мля! — подскакивает тот. Мы с Мартином ржем и плюхаемся на диван. — Придурки! — злится Марк.
— Ты лучше подумай о том, что это могли быть не мы, — широко улыбаясь, напоминаю ему. — Как дела?
— Я нашел то, что ты сегодня просил, — сообщает он и закидывает в рот пару чипсин.
— Давайте, я сначала расскажу, что узнал, — предлагает Мартин. Он еще не в курсе моего плана, и я согласно киваю. — Сегодня я видел, как этого типа прессовали два здоровенных амбала. Такие, знаешь, как в кино про девяностые. Туповатые лица, кожанки, плечи два метра шириной и кулаки размером с гирю. Один ему так по дых зарядил, что наш «друг» пополам загнулся и тихо скулил. Но что именно, я не слышал.
— Коллекторы или вышибалы из нелегального казино. Они как раз застряли в тех временах, когда сначала надо бить, а там уже как пойдет, — хмыкаю я, вспоминая рассказы отца. — Марк?
— У него долги, — сообщает он. — Несколько обращений в микрофинансовые организации, крупный кредит в банке, который он не может выплатить, обращения в ломбарды. Ты был прав, ему нужны деньги.
Я довольно улыбаюсь. Вот он и попался. Пока Марк распечатывает для меня информацию, Мартин сопит, ожидая объяснений. Коротко раскладываю для него схему, по которой мы будем работать.
— Отлично. Как мы обернем это в свою пользу? — интересуется он. — Мы определенно не выглядим страшнее тех типов в кожанках.
— Мы будем умнее тех типов, бро, — хлопаю его по плечу. — Мы отыщем первопричину ситуации и отыграем ее в свою пользу. Иногда работать головой гораздо полезнее, чем кулаками, — цитирую отца.
— Ладно, с этим разобрались. Я жрать хочу, — заявляет Марк, заталкивая в рот еще несколько чипсин.
— Закажем пиццу, — предлагаю парням. — Моя очередь платить? — доходит до меня.
— Твоя, — хором отвечаю оба.
— Ладно, — смеюсь и достаю из кармана мобильник.
Заказываем две большие пиццы с разными начинками, и пока ждем, треплемся ни о чем. Мартин рассказывает, как на днях отжигал с горячей девчонкой в клубе. Марк жалуется на препода, который требует курсовую на неделю раньше срока. Я слушаю в пол-уха, но в кайфе. Свои, проверенные, с ними можно просто расслабиться на какое-то время, даже когда у нас проблем выше башки.
Как только приезжает пицца, разбираем горячие куски и впиваемся в них зубами. Подкалываем друг друга. Марк локтем сносит бутылку Колы со стола. Та громко падает на пол, напиток внутри шипит и пенится.
— Раздолбай, — смеюсь я.
И тут что-то меняется на одном их его мониторов. Пальцем указываю туда. Марк разворачивается, замирает, затем быстро стучит пальцами по клавиатуре, открывая одни окна и закрывая другие.
— Да! — вдруг орет он, и подпрыгивает на стуле. — Аа-а-а, мать вашу! Я вас сделал! Сделал! — показывает средний палец монитору.
Мы с Мартином переглядываемся, а затем снова смотрим на друга. Он разворачивается к нам на своем компьютерном стуле и сияет как единственная лампочка на весь темный подъезд.
— Добро пожаловать в базу МВД — картинно раскидывает руки в стороны и кланяется Марк.
— Да ладно? — подаюсь вперед. — Ты гений, бро!
— Знаю-знаю, спасибо, — кривляется тот. — Итак, нам нужна Луиза Генриховна Шталь, — проговаривает про себя, вновь стуча по клавиатуре. — Давай найдем, пока нас не засекли и не взяли за жопу. — Его уже нет, он говорит сам с собой. — Вот ты где. Нашел. Ух… Марс, убийство. — Сообщает мне. — Ты уверен, что тебе это нужно?
— Уверен, — больше не улыбаюсь. — Скачаешь?
— Уже, — выдергивает флешку, отдает мне. — Выхожу, чищу следы, — проговаривает вслух.
— Мы его потеряли, — посмеивается Мартин.
И меня тоже, потому что я уже снова достал мобильный и пишу сообщение Еве:
Я:«У меня есть то, что ты просила. Встретимся? Кафе «Корица»
Она отвечает спустя долгих семь минут:
Ева:«Черт. Я сегодня не могу. У меня встреча. Завтра»
Я:«С кем встреча?» — чувствую необъяснимый укол ревности.
Ева: «Тебя это не касается» — отвечает она.
— Марк, а можешь мне по номеру телефона пробить, где находится эта девочка? — сжав телефон в ладони, интересуюсь у друга.
Тот пробивает для меня информацию. Ева еще дома. Обманула? Бесит!
Открываю городские камеры. В сохраненных — две напротив дома Шталь. В одной видны окна. В комнате у Евы горит свет. Вторая фиксирует как в ворота въезжает дорогая тачка. Из нее выходит чел в костюме с веником безвкусных, пошлых роз. Протягивает его Евгении и... ворота закрываются, обрубая обзор. Злость опаляет изнутри. Ревность из укола превращается в жгучую волну.
Какого хрена? Это моя девочка!
Глава 8. Евгения
Платье сидит идеально. Темно-синее, с длинным рукавом и открытой спиной ровно настолько, чтобы выглядеть элегантно, но не вызывающе. Для домашнего ужина, где главное не перетянуть одеяло на себя, самое то.
Кручусь перед зеркалом, поправляю волосы. В руке телефон, экран то гаснет, то загорается снова.
Марс:«У меня есть то, что ты просила. Встретимся? Кафе «Корица»»
Сердце ухает куда-то вниз. Есть! У него правда есть!
Пальцы летят по клавиатуре:
Я: «Черт. Я сегодня не могу. У меня встреча.»
Секунда. Другая. Третья.
Марс: «С кем встреча?»
Сглатываю. Вопрос звучит так, будто он имеет на это право. Будто я ему что-то должна. Хмурюсь, набираю резко:
Я: «Тебя это не касается»
Марс: «Ты обещала свидание!»
Усмехаюсь. Как ребенок, честное слово.
Я: «Сначала покажи, что нашел»
Отправляю и жду. Десять секунд. Двадцать. Минута.
Тишина.
— Женя! — голос отца снизу. — Ильнур скоро будет!
— Иду! — кричу в ответ, но телефон не отпускаю.
Еще минута. Две. Ничего.
Вздыхаю, откладываю телефон на тумбочку. Потом хватаю снова — мало ли. Нет. Пусто.
— Вот же... — шиплю себе под нос.
Сую телефон в карман платья, поправляю его, чтобы не выпирал, и выхожу из комнаты. Внутри все кипит от нетерпения. Какого черта он замолчал? Думает, я передумаю? Или обиделся? Глупости.
Спускаюсь вниз как раз в тот момент, когда за воротами зажигаются фары. Иномарка въезжает на территорию, плавно тормозит у крыльца. Выхожу встречать, как радушная хозяйка. Для отца очень важен этот гость, приходится соответствовать.
Из машины выходит Ильнур. Он в темных брюках и светлой рубашке с закатанными рукавами. Короткая стрижка, скулы острые, глаза зеленые, внимательные. Красивый. Правильный. Видный и статный.
В руках огромный букет роз. Алые, тяжелые, с насыщенным ароматом.
— Женя, — он улыбается, протягивая цветы, и наклоняется поцеловать меня в щеку. — Ты восхитительна.
— Спасибо, — беру букет, чувствуя, как лепестки скользят по пальцам. — Проходи.
Он идет впереди, уверенный, статный. Отец встречает его в холле, обменивается крепким рукопожатием. Смотрит одобрительно. Даже слишком.
Я тем временем на секунду отворачиваюсь, вынимаю телефон. Экран загорается.
Нет. Ничего. Марсель молчит.
Пальцы набирают сами:
Я: «Я так и знала, что ты лжец»
Отправляю. И тут же входящее. Сердце подпрыгивает.
Марс: «С чего вдруг? Вообще-то это ты обещала свидание мне, а сама...»
Смотрю на экран. Три точки. Потом снова. Ничего не дописал. Завис что ли?
Поднимаю взгляд додумывая «а сама». Он видел машину Ильнура? Опять следит за мной, гад такой! Придется подыграть.
Ильнур и отец уже идут в столовую, о чем-то говорят. Я иду следом, но телефон снова в руке.
Я: «А я не обещала, что свидание у меня будет только с тобой»
Отправляю. Жду.
Ответ приходит мгновенно:
Марс: «Это жестоко»
Усмехаюсь. Серьезно? Этот парень, который взламывает мои ноутбуки, следит за мной, шантажирует свиданием, говорит о жестокости?
Я: «Зато честно»
— Женя, что у тебя там? — голос отца звучит с легким недовольством.
Поднимаю голову. Они оба смотрят на меня. Ильнур с любопытством, отец с негодованием.
— Ничего, — сую телефон в карман, улыбаюсь. — Глаша пишет. Ворчит, что много задали.
Марс: «Я против. Меняю условия сделки. Никаких посторонних элементов»
Я: «Это не честно. Тем более он не посторонний»
Марс: «Я не знаю, что такое честность»
Я: «А говорил не преступник»
Марс: «А ты и поверила. Так себе из тебя следак»
Ева: «Я тебе...» — не успевает дописать.
— Жень, пойдем за стол, — Ильнур мягко берет за локоть и тянет за собой.
— Да, пойдем.
Сажусь напротив него. Отец во главе. Стол накрыт, пахнет мясом и травами. Все чинно, благородно, правильно.
Телефон в кармане вибрирует. Раз. Другой. Третий.
Не достаю, это неприлично. Отец обидится за такое неуважение к важному гостю.
— Ильнур, как продвигается расследование по делу о контрабанде алкоголя? — отец подливает ему коньяк.
— Потихоньку. Есть пара зацепок, но пока рано говорить. — Он берет бокал, делает глоток. — Юрий Альбертович, а вы как? Говорят, комиссия из Москвы нагрянула?
— Пусть нагрянет, нам скрывать нечего.
Разговор течет ровно, спокойно. Мужские голоса, вопросы-ответы, паузы для еды. Я ковыряю вилкой салат, киваю, когда нужно, улыбаюсь, когда нужно. Мысли далеко.
Телефон снова вибрирует. И снова. И снова.
— Женя, — отец кашляет. — Ты нас слышишь?
— Да, пап. Извини. — Откладываю вилку. — Задумалась.
— Я говорю, в субботу в клуб собралась?
— Да, с Глашей.
— Ильнур, — отец поворачивается к нему, — может, составишь девочкам компанию? А то мало ли какие личности шатаются по таким заведениям.
Внутри все сжимается. Вот только надзирателя нам и не хватало.
— Пап, не надо, — говорю быстро. — Мы вдвоем, взрослые девочки.
— Я знаю, что взрослые, — спокойно отвечает отец. — Но мне будет спокойнее, если рядом будет мужчина. Ильнур, как думаешь?
Тот улыбается, кивает:
— Если Женя не против, с удовольствием. Обещаю не мешать, просто подстрахую. Чтобы никакие нежеланные личности не портили праздник.
Смотрит на меня. Ждет. Отец тоже смотрит. Ну бли-и-ин!
Я сдаюсь.
— Хорошо, — выдавливаю улыбку. — Если тебе не сложно.
— Ни капли, — Ильнур поднимает бокал. — За прекрасную компанию.
Звякают стекла. Я подношу бокал к губам, делаю крошечный глоток. Вино горчит, я не люблю такое.
Телефон в кармане вибрирует снова. Длинно, настойчиво. А ужин тянется бесконечно. Ильнур рассказывает о работе, отец о планах на будущее. Я вставляю реплики, когда ко мне обращаются. Улыбаюсь. Киваю.
Телефон молчит последние минут двадцать. И это почему-то пугает больше, чем назойливая вибрация.
— Извините, — наконец поднимаюсь. — Что-то голова разболелась. Я, пожалуй, пойду к себе.
— Женя, — отец хмурится. Я знаю, что это не вежливо и я обещала быть паинькой. Но нет у меня больше терпения!
— Отдохни, — мягко перебивает Ильнур. — Юрий Альбертович, пусть идет. Мы с вами еще посидим, обсудим дела.
Отец кивает, нехотя.
— Спокойной ночи, — целую его в щеку, киваю Ильнуру и спокойно, чинно, не бегом поднимаюсь к себе.
Захлопываю дверь, падаю на кровать, вынимаю телефон.
Семнадцать сообщений. С ума сошел?
Открываю и пробегаюсь глазами по строчкам. Не могу сдержать улыбку, такое ощущение, что он прошел все стадии от гнева до принятия за каких-то сорок минут. Но вот последнее сообщение заставляет напрячься.
Марс:«Ну все, я еду к тебе»
Отправлено две минуты назад. Смотрю на экран. Сердце колотится где-то в горле. Этого никак нельзя допустить. Внизу отец и Ильнур. И моя слишком явная ложь…
Телефон в руке взрывается звонком. Номер скрыт.
— Даже не думай! — шиплю я в трубку.
Глава 9. Марсель
— Я уже все решил, — сообщаю ей.
— Зачем тогда звонишь? — Ева возмущенно дышит мне в ухо.
— Чтобы услышать твое потрясающее шипение, — усмехаюсь я.
— А-а-а… — теряется дерзкая девочка.
— Жди. Скоро буду, — довольно улыбаясь, сбрасываю звонок.
Поднимаюсь, толкнув Мартина коленом. Он успел задремать, пока я трепался. Вздрагивает, недовольно смотрит на меня из-под ресниц. Отряхиваю штаны, поправляю футболку и причесываю пятерней волосы.
— Говори уже, — вздыхаю, понимая, что Мартин не успокоится. Его взгляд слишком красноречив, чтобы это можно было проигнорировать.
— Твое новое увлечение может быть для нас опасно, — друг садится ровнее, пытаясь строить из себя старшего, хотя у нас в паспорте указан один год рождения и учились мы вместе с первого класса.
— Или полезно. Не пробовал подумать с этой стороны? — немного злюсь на него. Не люблю, когда он пытается строить из себя слишком умного и лезет в мою личную жизнь. — Я уехал, — бросаю парням и быстро покидаю квартиру Марка.
Мой байк уже заскучал. Глажу его по борту, он отзывается довольным урчанием мотора. Немного хрипит старичок, но с места трогается без проблем. Посмотрю его в выходные, может свечи пора почистить или масло поменять.
Чем ближе к дому Евы я подъезжаю, тем больше зудит под кожей от ревности и желания ее увидеть. Никогда раньше не замечал за собой такого. Я достаточно уверен в себе, чтобы понимать, что со мной не так просто конкурировать, но появилась она и ревность сжигает мои вены. Как глупо и как интересно.
Въезжаю на территорию коттеджей. Чистенькие дорожки, идеальные дома в ряд, освещение на улицах и те самые камеры с маленькими красными огоньками, что так помогали мне все последние дни.
Встаю в тень, вынимаю телефон и набираю Еву. Она долго не берет трубку. Думает, это спасет ее от меня?
Когда звонок прерывается, снова жму на зеленую.
— Только не говори…
— Выходи, — перебиваю Евгению.
— Больной, — заявляет она. — Ты больной, Марсель. Понимаешь?
— И кто в этом виноват? — смеюсь, глядя на те самые окна, что видел на своем экране.
— Асфальт? — шепотом язвит зараза.
— Не надейся. У меня отлично с координацией. Вожу я тоже достаточно хорошо, чтобы оставаться перпендикулярно дорожному полотну. Выходи, — снова требую я.
— Да не могу я! — Злится Ева. — У меня гость.
В наш разговор вмешивается эхо мужских голосов, доносящееся из-за кирпичного забора. Я делаю еще шаг назад, прячась глубже в тень. Вызов сбрасываю, телефон убираю в карман. Он нервно вибрирует, но теперь Еве придется потерпеть.
Открывается дверь. Двое мужчин оказываются за пределами двора. Один взрослый и статный, с военной выправкой и той особенной ментовской энергетикой, которая добивает даже сюда. Второй чуть старше меня. Деловой, в рубашке, брюках. Его безвкусные розы остались у Евы, и я очень зол на это.
Мужчины пожимают ладони. Хозяин особняка уходит внутрь, а тип в рубашке разворачивается к статусной иномарке бизнес-класса. На автомате запоминаю номер, пригодится. Смотрю на камеры и понимаю, что здесь конфиденциального разговора не выйдет, но, кажется, за прошлую неделю я выучил все слепые зоны по дороге сюда. Другого маршрута для выезда из этого района нет, и как только тип отъезжает на некоторое расстояние, я еду за ним.
В голове работает карта, отсекая все места, где мы можем засветиться, и перед слепым участком прибавляю скорость, разворачиваюсь и резко перекрываю ему дорогу. Тип успевает затормозить в нескольких сантиметрах от меня. Радуюсь его хорошей реакции и надеюсь, что Дамир об этой выходке никогда не узнает.
— Ты что творишь? — «рубашка» выходит из машины. Его взгляд метает молнии.
— Поговорить хочу, — спускаюсь с мотоцикла и шагаю к нему.
— Мы знакомы? — он расслабляет плечи и хмурится. От него так и веет непоколебимой уверенностью и статусом. Я тоже расправляю плечи, показывая, что ни чуть, ни хуже него.
— Нет, но ты посягнул на мою девушку.
— Парень, ты меня точно с кем-то путаешь… Стой, ты про какую девушку? Про Женю? — его брови теперь взлетают вверх от удивления.
— Про нее. Она моя, понял?
— И давно?
— Какая разница? Я хочу, чтобы ты отвалил от нее вместе со своими похабными розами.
— О как, — хмыкает тип. — Теперь послушай меня, — он говорит спокойно, не грубит, не лезет в драку. — Я являюсь давним другом этой уважаемой семьи. И я точно знаю, что Евгения достойна большего, чем ты сейчас способен ей дать. — Тонко указывает на мое место и материальное положение. — Вряд ли мы с тобой, — подчеркивает, — можем быть конкурентами за сердце этой девушки. — Если тебе не нужны неприятности, рекомендую отправиться домой и хорошо подумать. Если она дорога тебе, ты сделаешь правильные выводы. Доброй ночи.
Он садится за руль, заводит двигатель и лупит фарами мне в глаза, затем переключает свет и ждет, когда я отгоню байк с дороги. Во мне клокочет еле сдерживаемая ярость, но я ни хрена не могу сделать. Сейчас не могу. Но теперь у меня появилась еще одна цель: однажды поменяться с ним местами, и указать ему, где на самом деле его место, и чего я стою.
Резко срываю мотоцикл с места и еду к своему дому. Иду на спортивную площадку. Подпрыгиваю, цепляюсь за перекладину и резко подтягиваюсь, пока мышцы не начинают гореть. Не могу показаться перед отцом в таком состояние. Он снова начнет воспитывать, а я сейчас к этому не готов.
Шиплю, натерев ладонь до крови, и спрыгиваю на землю. Легкие наполняются холодным ночным воздухом, голова слегка кружится. Паркую нормально мотоцикл, еще некоторое время сижу на скамейке у подъезда, и только когда пульс выравнивается, а мысли перестают метаться, поднимаюсь домой.
Дамир не спит. Читает какую-то книгу, сидя на кухне.
— Привет, — здороваюсь с ним.
Он склоняет голову к плечу, сканирует меня темными глазами. Сообщает, что ужин в холодильнике. Я благодарю его, но сначала ухожу в душ. Теплая вода помогает еще немного успокоиться. Сложный разговор насчет поставщика оставляю на завтра. Сейчас мои мысли все равно вертятся вокруг одной красивой занозы и слов «рубашки». Теперь они не вызывают ярость, они выстраиваются в план, который пока я так же не могу оформить во что-то более понятное.
Быстро ем холодный рис с рыбной котлетой и ухожу в свою комнату. Ложусь на кровать, активирую экран мобильного. Он светит в глаза, и я моргаю, чтобы привыкнуть.
Я:«Завтра у нас свидание» — напоминаю Еве.
Ева:«Куда ты уехал?»
Я:«А ты бы вышла?»
Ева:«Конечно нет. Просто надеюсь, ты не наделал глупостей»
Я:«Беспокоишься обо мне?»
Ева:«Еще чего!»
Я:«Свидание»
Ева:«У меня нет проблем с памятью. «Корица». Я буду вовремя»
Я:«Надень платье»
Ева:«Это что еще за новые условия?» — Представляю, как очаровательно она сейчас хмурится или кусает губы.
Я:«Информация очень ценная. Повышаю ставки» — широко улыбаюсь.
Ева(спустя минуту):«Ладно. Будет тебе платье.»
Я:«Это было так легко…» — дразню ее.
Ева:«Не нарывайся»
Я:«Что ты сделаешь?» — Продолжаю нашу сексуальную игру.
Она молчит. Спустя десять минут снова пишу ей.
Я:«Я задал вопрос».
В ответ тишина. Смеюсь. Отличный выше раунд!
Я:«Зараза» — бросаю ей еще одно сообщение и вижу, как она все читает, но так и не отвечает мне.
Как же она мне нравится! М-м-м…
Глава 10. Евгения
Наконец-то.
Я получу дело матери. После стольких лет. После сотни "нет", после закрытых дверей и отцовского молчания. Наконец-то я смогу докопаться до правды.
Сижу на кровати, сжимаю телефон в руке, перечитываю нашу переписку. Марсель периодически присылает сообщения, а я не отвечаю. Принципиально. Пусть подождет и понервничает.
Но сама нервничаю до дрожи в коленях. Подхожу к шкафу, открываю створки. Платье. Он просил платье. Усмехаюсь, перебирая вешалки. Будет ему платье.
Достаю шелковое, цвета темной вишни. С закрытой спиной и откровенным декольте, которое я обычно ношу с осторожностью. Но сегодня не день для осторожности.
Смотрю на себя в зеркало. Лифчик? Нет. Сегодня точно нет. Пусть смотрит и понимает, с кем имеет дело. И пусть знает: я играю по своим правилам.
Платье скользит по телу, шелк холодит кожу. Волосы распускаю, оставляя легкие волны. Туфли на каблуке, на губы яркая помада и в зеркале совсем другая Женя. Не курсант в форме, не послушная дочь. А та, кого боятся и хотят.
Телефон пиликает. Марсель: «Я жду».
Смотрю на время и усмехаюсь. Специально тяну еще пять минут. Потом десять. Пятнадцать.
На выходе из дома ловлю такси, называю адрес. В кафе вхожу ровно на полчаса позже назначенного времени. Конечно, специально.
«Корица» встречает теплым светом и запахом кофе. Оглядываю зал, ищу его и нахожу.
Марсель сидит за угловым столиком, перед ним две чашки и... цветы. Ирисы. Высокие, синие, без упаковки, но перевязанные лентой. Не вульгарные розы. Красивые. Утонченные.
Наши глаза встречаются, и я с удовлетворением вижу, как меняется его лицо. Взгляд опускается ниже, на платье, на вырез, и замирает. Челюсть сжимается, в глазах вспыхивает что-то темное, жаркое.
Он точно не ожидал.
Улыбаюсь, чувствуя, как внутри разливается торжество. Эффект достигнут.
Подхожу к столику, Марсель поднимается навстречу. Смотрит так, будто хочет съесть, жар приливает к щекам.
— Это тебе, — протягивает ирисы. Голос хрипловатый.
— Спасибо, — беру цветы, вдыхаю. Пахнут осенью и чем-то свежим. — Красивые.
— Как и ты, — говорит тихо, но я слышу.
Сажусь напротив. Он садится следом, не сводит глаз. Смотрит на вырез, на ключицы, на губы. Сглатывает.
— Долго ждал? — спрашиваю невинно.
— Полчаса, — усмехается. — Считал минуты.
— А я думала, ты волшебник, — пожимаю плечами. — Не смог меня ускорить?
— Волшебство требует жертв. — Марсель пододвигает ко мне чашку. — Кофе с корицей. Фирменный.
Беру чашку, делаю глоток. Вкусно. Очень.
— А теперь, — ставлю чашку, складываю руки на столе, — дело моей матери.
Марсель откидывается на спинку стула, смотрит с улыбкой.
— Сразу к делу? Ни «как прошел твой день», ни «как твои дела»? Жестко.
— Условия сделки, — напоминаю ему. — Информация в обмен на свидание.
— Ты уже на свидании, — разводит руками.
— И? — жду.
Марсель молчит. Играет желваками, разглядывает меня. Я не отвожу взгляда. Не улыбаюсь. Не сдаюсь.
— Марсель, — говорю спокойно. — Если ты сейчас не отдашь мне то, что обещал, я встану и уйду. И больше ты меня не увидишь. Ни на свидании, ни где-либо еще.
В тишине повисает напряжение. Он смотрит, я смотрю. Считаю про себя. Раз. Два. Три...
Марс усмехается, качает головой и достает из кармана джинсов маленькую флешку. Кладет на стол, придерживает пальцем.
— Акула, — говорит с восхищением. — Настоящая акула.