- -
- 100%
- +
– Ничего такого. Просто девичья дурь, – прокряхтела в ответ, продолжая неподвижно лежать на полу. Ядовито-зелёный взгляд неожиданно наполнился скепсисом. А ещё мне почудилось, что в горящих гляделках стража промелькнул невысказанный вопрос, не досталась ли ему чокнутая хозяйка. Что-то у меня совсем фантазия разыгралась. Пришлось вздыхать, собирать все силы и тихо прояснять этот постыдный инцидент: – Я тут просто решила проверить, насколько крепко во мне засело проклятье.
Теперь мне достался ещё более обидный взгляд и спокойная фраза:
– Могла у меня спросить, и я бы ответил: светлая магия в тебе запечатана намертво. Проклятье вцепилось в искру жизни и больше никогда ей ты воспользоваться не сможешь. Так что отныне ты маг без магии.
Чудесно. И где ты раньше был такой умный и всевидящий? – сокрушалась я про себя, тем самым пытаясь оправдать свою глупость. Не признаваться же, что у меня из головы вылетело, что тёмное создание видит гораздо больше любого сильного мага. Ну, теперь хотя бы ясно: меня не разорвёт от резонанса тёмной и светлой магии, если мне удастся благополучно вернуть свою искру смерти, потому что невозможно быть и тёмным и светлым магом одновременно.
Мои размышления прервал задумчивый голос стража:
– Со мной только что связался бывший хозяин Хильдема.
– И что он хочет? – без особого интереса спросила я, удобнее устраиваясь на боку. Громадная морда из тьмы тут же переместилась ниже, чтобы мне было удобнее на неё смотреть.
– Спрашивал всё ли с тобой в порядке, – последовал ответ стража.
– Надо же, какой заботливый, – ядовито процедила я, наращивая ненависти и к этому блондину тоже. Просто теперь он ассоциировался у меня с Альбертом, а его я ненавидела уже всей душой. – Надеюсь, навестить меня ему не хочется? – напрягшись, спросила я и попыталась сесть. По телу тут же снова стрельнуло фантомной болью, а затем на меня накатила слабость.
Страж понаблюдал за тем, как я восстанавливаю дыхание и ответил только когда мне удалось справиться с приступом:
– Нет. Ему хватило ответа, что ты в порядке.
– Прекрасно, – искренне обрадовавшись, покосилась на стража, – не до него сейчас. У нас слишком много дел и, пожалуй, начнем мы прямо сейчас, при том с главного. Знаний. Ты можешь свободно передвигаться по дому? – уточнила я у любопытно навострившей уши головы.
– Да, но только в таком виде.
Парящая по коридорам голова говорящего теневого монстра – мило. Такая деталь интерьера отвадит всех гостей с незакаленной психикой. Можно ли мечтать о большем некроманту-затворнику? Можно и даже нужно!
– А сможешь, – продолжила я, – принести мне пергамент и грифели? Если они, конечно, где-то тут есть.
– Смогу, – коротко ответил страж, а затем слишком по-человечески уточнил: – Зачем они тебе?
Любопытное искусственное создание, уже не раз проявившее несвойственные ему эмоции? Видимо этому стражу очень и очень много лет. Так даже лучше, ведь в его лице,… то есть морде, теперь можно найти хорошего собеседника, который никогда не выдаст доверенных секретов.
– В моей голове хранятся все знания одной великой тёмной колдуньи, – призналась я, с тупой болью в сердце вспоминая наставницу. – Она предусмотрительно заставила меня заучить все заклинания, обряды и ещё много чего, что хранилось в её гримуаре, который она составляла без малого два века. Гримуар сгорел в пожаре и теперь мне нужно его восстановить, на случай если память в будущем меня подведёт. Да и знания наставницы не должны так бесславно исчезнуть, если вдруг со мной что-то случится.
Голова стража выслушала меня, кивнула и испарилась, а потом появилась спустя несколько мгновений. Из вытянутой пасти торчала чуть смятая, пожелтевшая, но добротная бумага и несколько грифелей в костяной оправе. Страж аккуратно положил добычу рядом со мной, затем снова исчез, а когда появился опять, на меня упал мягкий плед.
Пока я удивлялась неожиданной заботе, зелёный взгляд метнулся к очагу и он разгорелся ярче. Вслед за этим голова слетала к поленнице, чтобы добавить дров в печь.
– Спасибо, – заторможено поблагодарила своевольного стража, чувствуя приятное тепло, несмотря на своё положение.
– Рад услужить, – тихо ответил страж. – Когда станет лучше, переберись на кровать – даже отмеченные Тёмной Госпожой могут умереть от лихорадки.
– Не хочешь, чтобы твоим хозяином вновь стал светлый? – пошутила я, понимая, что если страж просто решит перенести ослабевшую меня в кровать, на моём теле точно останутся следы бритвенно острых зубов.
– Нет, не хочу, – честно признавшись, голова из тьмы вдруг радостно оскалившись, добавила: – Потому как чувствую, что, оставшись рядом с тобой, я славно попирую твоими врагами.
После такого заявления страж исчез, позволяя мне в одиночестве переварить его слова. Это же только что было чувство юмора? Вот уж точно занятный мне достался экземпляр. Хорошо хоть пока на моей ладони метка хозяйки, можно не опасаться его… инициативности. Раз страж такой умный, то кто знает, до чего этот неубиваемый монстр может додуматься.
Ладно, сейчас не до монстрологии. Пора браться за работу.
Кое-как перевернувшись на живот, при этом пережив ещё парочку приступов от неаккуратного вторжения в источник, я взялась за бумагу и грифель. Подложив остальные бумаги под низ выбранного листа, чтобы было удобнее писать, я приступила к делу. У меня нет времени болеть и прохлаждаться.
Первым делом на бумагу начал ложиться первоочередной ритуал. Все нюансы, сроки, ингредиенты, цепочки символов и построение пентаграммы – ничего нельзя упустить, потому что на кону моё будущее. В прошлом, когда наставница показала мне этот ритуал, я удивилась. Ведь он был создан тёмными магами прошлого, чтобы забирать чужую искру полностью и без остатка. Наставница же постоянно твердила, что мы не должны причинять зло другим, а тут вдруг учит подобному.
Оказалось, меня научили поистине чёрной магии лишь для собственной защиты. Только зная как проводится такой ритуал можно его сорвать и тем самым спасти себя и возможно других магов. Кстати, по словам наставницы, воры магии никогда долго не жилы: чужая энергия подтачивала тела, а так же разум всех, кто хотел за чужой счёт стать сильнее. Так что подобная практика – путь саморазрушения.
И потому на горизонте маячил шанс, что моя же магии может не ужиться с новым телом, но я была готова рискнуть. Да, наставница принесла себя в жертву, чтобы вернуть меня к жизни, но что за будущее тогда меня ждёт? Участь породистой кобылы? Игрушки для озлобленного на Этерию герцога? Или вечной пленницы этого поместья? Каждый из этих вариантов вызывал волны отвращения.
Страж может выпустить меня за пределы усадьбы (он должен был выполнять роль тюремщика, однако заняв место его хозяйки хоть в этом плане я стала свободна), но что потом? Мой единственный союзник привязан к земле под особняком, пойти со мной он не сможет и его защита распространяется только на территории поместья. Сколько вёрст придётся пройти до ближайшего поселения по дремучему лесу полному опасности? Как вообще далеко находится хоть какая-то деревушка? Где, к слову, меня могут встретить не самые порядочные люди. А ведь без магии я лёгкая добыча и потому без стража за воротами мне делать нечего.
На портал же рассчитывать не приходиться: его настраивал Вилэйт и в город он меня не пропустит. Уже попыталась, меня просто вытолкнуло назад. Вот и остаётся поставить всё на кон, рискнуть вновь приобретённой жизнью и вернуть себе свою силу. На моей стороне знания великого мага и благословение Тёмной Госпожи.
Отважусь ли я потерять всё? Конечно! Потому что если выиграю, то смогу вызвать и приручить доппельгангера*, а он без пыли и лишнего шума поможет мне разобраться с королём Бертраном, пока я буду наращивать собственные силы. Он допустил, чтобы на его землях сжигали тёмных магов, и он за это заплатит. Лично.
Империю же мне хочется разносить по кусочкам, буквально по локтю продвигаясь к столице, потому что в воспоминаниях Этерии я увидела достаточно оснований не жалеть ни Альберта, ни его подданных. А чтобы осуществить задуманное, следует отрезать Валлис от союзников, и для этого мне позарез нужен теневой двойник.
_____________________________________________________
Доппельгангер* – двойник, тёмное существо магическим образом полностью копирующее чужую внешность до мелочей. Способен полностью скопировать цель, потому что крадёт её воспоминания, привычки и повадки.
Глава 11.
Именно чувство утраты, злость и обида на равнодушие людей к чужой судьбе придавали мне с каждым днём всё больше сил и уверенности. Постепенно стопка исписанных мелким почерком листов росла. Мой будущий гримуар пока выглядел не очень, но важно ведь наполнение, а не внешняя форма – кажется, теперь я усвоила этот урок. Полностью расписанный на пожелтевших страницах ритуал по возвращению силы значительно облегчал всю подготовку, которая шла полным ходом. Так же не менее стремительно протекала моя ассимиляция с телом Этерии.
Понятия не имею, куда подевалась её душа, да и воспоминания об этом не спешили приходить, но я замечала за собой всё больше чужих привычек, несмотря на полное осознание своей личности. Например, копаясь на пыльных полках довольно скромной библиотеки, я обнаружила, что теперь знаю несколько языков. И это странно…
Зачем аристократке из провинции знать письменность всех ближайших иноговорящих соседей? А также древний язык королевских семей? Почему она разбирается не только в вышивке, рисовании и правильном ведении хозяйства, но и геологических картах, цепочках торговых трактов, планах развития необжитых земель и даже в погодных маркировках регионов? До этого мне и слов таких-то не было известно! Всё изменилось, едва на глаза попались выцветшие карты всего континента Фолдейна – знания моментально начали всплывать на поверхность, основательно укореняясь в памяти.
Пусть наставница, служившая при дворе, растила меня образованной, но её знания в данных сферах меркли перед вроде бы обычной фавориткой императора. Этерия не была гением – её просто превосходно обучили. Может Альберт готовил её на роль своей императрицы? Тогда зачем игнорировал её связи с другими мужчинами? И как вообще допустил, чтобы она оказалась в центре конфликта государств? Опять вопросы, на которые у меня пока не было ответов.
Также всё чаще во мне проявлялась Этерия и в том, что касалось поведения. Я ловила себя на мелочах привитых только аристократкам: когда я ела, то обязательно сервировала стол и сидела с прямой спиной, никогда не чавкала, не пила громко чай и даже начинала двигаться как-то иначе – степеннее и грациознее. Однако и себя я не теряла, потому что делала и то, что не свойственно благородной девице.
Например, частенько сидела в кресле поджав под себя ноги, и ела сухари с пряностями – излюбленную закуску рабочего класса. У меня не вызывали трудности ни работа по дому, даже самая тяжёлая, ни уход за собой, ни откровенная убогость моего нового дома. И вроде бы можно радоваться, ведь от нового положения я столько всего приобретаю едва ли не каждый день, но ликование лучше придержать. Хотя бы до тех пор, пока не станет известно о судьбе Этерии. Вдруг хозяйка этого прекрасно-ужасного тела объявится и вытеснит меня в объятия Тёмной Матери. Надо обязательно подготовиться к такому варианту.
Голова продолжала гудеть от мыслей, но всё пришлось отложить, чтобы встретить торговца из Радека. Портал уже мерно пульсировал, то и дело выплёвывая и снова проглатывая двух помощников торговца – они отвечали за разгрузку дров и сейчас два шустрых мужчины средних лет пополняли мои запасы. Хоть здесь вокруг полно деревьев, но махать топором в этом теле дело неблагодарное. Я пыталась. В итоге нежные руки не спасли даже толстые перчатки, и потому приходится раз в две недели исправно отдавать монеты торговцу ещё и за дрова. На тепле в моём краю экономить нельзя.
Заполнив специальную стойку сухими уже порубленными поленьями, помощники поклонились и сконцами исчезли в портале. Бедные мужчины – они то краснели, то бледнели, когда видели меня и порывались поговорить, но я оставалась вне досягаемости для них. Гостей моего поместья портал не пускал дальше круглой площадки в глубине широкого коридора. Так что тому же торговцу приходилось ждать, когда я подойду к нему, чтобы оплатить его услуги.
Филт уже жадно потирал руки, предвкушая тяжесть очередного кошелька. А платить сегодня мне придётся непривычно много.
– Вот ваш прошлый заказ, – заискивающе произнёс торговец, указывая раскрытой ладонью на выставленное на широком подоконнике богатство. – Всё самое лучшее и качественное. Я лично подбирал товар из вашего списка! Можете в этом убедиться.
Тщательно осмотрев каждую вещь, заглянув во все свёртки и мешочки, я улыбнулась уголками губ и сказала:
– Чудно, вы хорошо потрудились. – После чего, протянув тугой кошель с почти всем имеющимся у меня золотом добавила: – Здесь оплата и аванс для покупок на следующей неделе. Список прилагается.
В цепкую руку торговца легли деньги, а поверх них бумага, исписанная моим вторым почерком с красивыми завитушками. Меры предосторожности лишними не бывают.
Крысиные глазки Филта засияли, и он мёртвой хваткой вцепился в мешочек, а список сунул в широкий карман длинного подбитого мехом сюртука. Торговец уже хотел, как обычно уйти после совершения сделки и новых указаний, но впервые за время нашего сотрудничества я его остановила словами:
– А это вам за хорошо проделанную работу и в благодарность за вашу верность.
Протянув ещё один кошелёк с последним десятком золотых, увидела то, чего добивалась – неподдельную преданность на безволосом лице. Правда, не мне, а золоту.
– О, госпожа, вы так щедры, – защебетал Филт, ловко забирая подношение и пряча его прямо у сердца, проще говоря, в нагрудный карман сюртука. А затем, склонившись, залебезил: – И не сомневайтесь, я только Ваш покорный слуга и достану что угодно! Только попросите. И, полагаю, вашему мужу знать обо всех ваших покупках не обязательно? – прозорливо уточнил этот жулик.
– Если можно, то когда,… точнее, если он будет интересоваться, покажите ему второй список, приложенный к первому, – коротко ответила торговцу, и он расплылся в понимающей улыбке.
Вот уже почти три месяца я прикармливала Филта. Этого торговца интересовали исключительно деньги и, несмотря на его продажность можно было не опасаться, что он сдаст меня мужу. Филт из тех людей, что думают о будущем. Если он заложит меня Вилейту, то лишится стабильного и приличного заработка – мой благоверный за информацию заплатит ему раз, я же буду платить постоянно. Торговец до мозга костей выберет именно такой вариант, ведь единовременно большие деньги ему всё равно не заплатят, а если наше плодотворное сотрудничество разовьется на много лет, то он сколотит немалое состояние.
Главное, чтобы он не узнал, что денег у меня больше нет. А через две недели в моей жизни всё может кардинально поменяться, потому что всего два дня и я обрету свою силу. Ну, или бесславно сгину в погоне за ней.
Филт благодушно хмыкнул, выбирая сторону ни мою, ни герцога, а свою собственную. Для него я золотая жила и то только потому, что от портала не было видно в каких условиях мне приходиться жить. К тому же к Филту я всегда выходила в наиболее роскошных платьях из моего скудного гардероба, чтобы пустить ему пыль в глаза. А увесистый мешочек с всё большими частями моего содержания лишь убеждал Филта в моей платежеспособности.
И да, портальный зал пришлось собственноручно отмывать еле тёплой водой, чтобы придать ему более презентабельный вид. Но важно ли это, если в итоге план сработал? Вон как улыбается торговец, не подозревая, что я отдала ему последнее и теперь мне срочно придётся зарабатывать ещё, если через две, максимум три недели я не хочу остаться без продуктов.
– Сделаю в лучшем виде, госпожа, – довольно жмурясь, торговец поклонился. – Всего вам самого наилучшего.
Попрощавшись и дождавшись моего прохладного ответа, Филт исчез в портальной арке. Я с завистью посмотрела ему вслед: здесь я безвылазно отбываю уже второй сезон и вечная зима вокруг начинала надоедать. Упавшее было настроение, взметнулось при мысли, что совсем скоро я начну приводить свои планы в действие.
Я посмотрела на свёртки, коробки из плотной бумаги и корзины с заказами. Улыбка сама расползлась по лицу: основные ингредиенты для ритуала уже здесь и их не пришлось приобретать в специальных лавках, что точно вызвало бы ненужное подозрение у торговца. Мало кто знает, что для магии такого толка не обязательно брать даже какие-то особенные свечи. Достаточно, чтобы они были из пчелиного воска, а в качестве подготовки их нужно вымочить одну ночь в розовом масле. После таких нехитрых манипуляций они будут гореть точно так же как особые ритуальные свечи. Плюс это обходится гораздо дешевле.
Так же часть привезённых мне трав используется в косметических целях, как и уголь со щелочью. Потому такие покупки не вызовут лишних вопросов. Мало ли, может богатая аристократка заскучала и решила лично присутствовать при изготовлении косметических средств. А учитывая характер Этерии, это могло бы быть правдой. Так что алиби готово. По той же причине я без опаски заказала разнообразные масла, вытяжки и несколько специфических ингредиентов.
У меня уже руки чесались от нетерпения, но необходимо было дождаться определённого дня месяца, потому как только энергия полного диска ночного светила подходит для благополучного проведения ритуала. В остальном же все приготовления были завершены. Помещение подготовлено, пентаграмма размечена, а страж убеждён и ждёт команды, когда ему подключаться к ритуалу (моя нынешняя сила недоступна и придётся позаимствовать магический импульс у стража).
Теневой пёсик был недоволен, узнав к чему я готовлюсь, но отговаривать не стал. Ведь только создание тьмы поймёт, что тёмный маг без своей силы и так не особо-то жив.
Глава 12.
˜٭❖٭˜
Глубокий вдох-выдох – вот и всё, обратно пути нет.
Пламя трёх десятков свечей трепещет, и я дрожу вместе с ними. От холода ли? Ведь воздух в башне не удалось достаточно прогреть из-за вездесущих сквозняков. От нетерпения? Совсем скоро ко мне может вернуться сила, что я так ненавидела, но как оказалось без которой мне просто не выжить. Или же моя дрожь вызвана банальным страхом, потому что мало кто захочет добровольно шагнуть в ловушку, откуда выйти можно только победителем. Что ж, это действительно не важно: мою решимость уже не пошатнуть.
После кивка страж, недолго побуравил взглядом мою фигуру, облачённую только в тонкую сорочку, и как-то по-человечески вздохнув, приступил к активации рунного круга. Лохматая собачья голова из тьмы опустилась ниже, зависнув у кромки внешней вязи пентаграммы, затем глубоко вдохнула и выпустила из своей пасти искрящееся облако пара. Оно было не привычно сизым, а таким же ядовито-зелёным как глаза стража.
Чистая мана добровольно отданная созданием тьмы немного подумав, впиталась в ближайшие руны, зажигая всю нарисованную на полу формулу. Красивое и пугающее зрелище. Пентаграмма вспыхнула, наполняясь чистой магией, в тоже время цепочка символов разделилась на три слоя: первый остался у меня под ногами, второй замер аккурат у солнечного сплетения, а третий закрывал своеобразную тюрьму из полыхающих рун над моей головой. Настоящий капкан, иначе и не назовешь.
Страж убедился, что ритуал запущен и поспешил выполнить последнее поручение. Голова из тьмы взмыла под потолок, вцепилась зубами в специальный рычаг и дёрнула его на себя. Механизм был старым, но рабочим, потому с жутким скрипом часть крыши приподнялась, чтобы послушно отъехать в сторону. Именно поэтому я выбрала башню астронома, а так же заранее скорректировала место, куда будет ярче всего светить полный диск Тейга – теперь к зелёному свечению добавился бледно голубой свет Ночного Путника.
Как только меня осенило потусторонним светом, по телу волной прокатилась вибрация – больно не было, но и приятным чувство не назовешь. Распущенные волосы, словно утратив вес, растеклись кляксой вокруг меня, что со стороны, должно быть, придавало ритуалу поистине ужасающий вид: босая, почти раздетая девушка тонула в древней магии и только Боги знали, что ждёт её в конце. Даже воздух вокруг пентаграммы нагрелся, благодаря чему меня хотя бы перестало трясти от лютого холода.
Бросив взгляд на стража, дала ему понять, что пора оставить меня одну. Нельзя допустить чужого вмешательства. Пусть говорилось, что у искусственных созданий нет души, но лучше исключить любую возможность срыва ритуала. Слишком уж необычное мне попалось тёмное существо, и если страж умудрился как-то взрастить в себе то, что мы зовём душой, моя сила может расколоться. А подобное ничем хорошим не кончится.
Горящий зелёным взгляд задержался на мне, будто на всякий случай отпечатывая в памяти монстра образ неблагоразумной хозяйки, а потом голова стража растворилась в ближайшей тени. Теперь можно приступать.
– Ну что ж, надеюсь Тёмная Госпожа не покинет меня, а моя наставница не проклянёт с того света, – одиноко прозвучал мой голос сливаясь с тихим треском. Прямо на мне тлела моя сорочка, открывая обнажённую кожу с точно такими же символами, что и на пентаграмме. Впитывая в себя ману, они разгорались всё ярче, уничтожая остатки одежды – во время ритуала в пределах круга разрушается всё кроме тела мага.
Специальные чернила ярко пульсировали на коже в ожидании моих дальнейших действий. Прикрыв глаза, я начала как можно спокойнее дышать. Никаких мыслей, никаких страхов, только вера в себя.
Первый шаг медитации даётся легко, второй ещё легче и вот мне уже доступно то, что не видно обычному взгляду – внутренним зрением я вижу свою силу. Она мягким комочком, больше похожим на чёрного послушного котёнка, чем на необузданного зверя, вьется вокруг меня, ожидая, когда будет открыта “дверь”. Все компоненты на месте. Теперь осталось немного.
Дождавшись, когда сердце начнёт биться ровно я, открыла глаза и певуче стала произносить слова древнего ритуала. Чем громче звучал мой голос, тем быстрее всё приходило в движение.
Потоки прохладного воздуха принялись виться вокруг меня, всё наращивая свою силу, но я уже совершенно не чувствовала холода, потому как символы на коже пылали жаром. Один удар сердца, второй. Воздух уже искрится и потрескивает от концентрации магии внутри круга, а вокруг разливается запах грозы и благовоний.
Последнее слово звучит уверенно, отрезая меня от мира живых. Теперь, чтобы вновь вернуться, я должна поглотить силу, которая и вытолкнет меня обратно. Тело выгибает невидимой силой, после чего отрывает от пола – я зависаю в воздухе, полотно волос закрывает обзор, пряча от меня тёмное небо с россыпью звёзд, а лёгкие начинают гореть огнём от желания вдохнуть, но здесь на грани попросту нечем дышать.
Моя тёмная сила рвётся на положенное ей место. Она спешит спасти свою хозяйку из потустороннего плена, однако источник слишком мал для неё.
Проклятье! Сейчас будет очень и очень больно, но плевать, отступать нельзя, ведь на кону не только моя жизнь, но и как оказалось очень важная часть меня. Наставница так дорожила этой силой, так гордилась, что найденная ей в лесу девочка обладала утраченной искрой смерти, что мне стыдно. Пора перестать отворачиваться от дара, так рвущегося мне навстречу.
Сосуд маны дрогнул, поддаваясь давлению воли, и принял в себя тёмную искру – она тут же нырнула в источник и намертво в него вцепилась, попутно поглощая мою боль. Какая же прекрасная у меня магия. Действительно как живая печётся обо мне, старается всеми силами помочь. Зря я так долго ненавидела её.
Жар разлился в груди: проклятье больно ударило меня изнутри, противясь случившемуся, но моя сила снова поглотила нанесённый магией урон, а затем зашипела и вонзила свои когти в проклятье. То дрогнуло и, сжавшись как можно сильнее, затихло уже навсегда.
Едва всё это случилось, воющий вокруг пентаграммы ветер принялся затихать. Послышался хрустальный звон, после которого я смогла снова дышать, и меня плавно опустило на пол. Только после этого символы и на коже и в воздухе начали один за другим исчезать. Последними погасла оставшаяся на полу вязь рун, давая тем самым понять – обряд удачно завершён.