Концепция предмета доказывания в гражданском процессе

В предмет доказывания могут входить как положительные, так и отрицательные факты. Факт, указанный стороной в обосновании своего права и не оспоренный в ходе рассмотрения дела по существу, должен рассматриваться как истинный, существующий. Под относимостью факта понимается способность обосновать требование или возражение, оспаривание факта может выражаться в его отрицании.

Из предмета доказывания исключаются бесспорные (признанные факты), преюдициально установленные и общеизвестные факты. Преюдициально установленные факты – это факты, установленные в судебном решении. Такие факты считаются существующими или несуществующими в действительности, поскольку установлены решением суда, вступившим в законную силу. Преюдициальность имеет относительную силу, так как действует только в отношении сторон спора[74].

Предметом доказывания по германскому процессуальному законодательству могут быть факты, опытные положения или положения, вытекающие из жизненного опыта, правовые нормы иностранного права[75]. Доказыванию подлежат только факты, утверждаемые стороной и оспариваемые противником неправовые положения. Доказыванию подлежат факты, которые имеют решающее значение для дела, т. е. факты, от которых зависит решение суда. Факты в немецком доказательственном праве являются всем тем, что принадлежит к фактическому составу принимаемой правовой нормы и составляет основу судейского силлогизма. Это конкретные и определенные во времени и пространстве события, это состояния внешнего мира и человеческой души, которые делают объективное право предпосылкой правового действия. Различают внутренние и внешние факты[76]. Внутренними фактами выступают сознательное намерение (умысел), знание определенных обстоятельств. В доказательственном праве разница между внутренними и внешними фактами состоит в том, что внутренние факты могут быть недоступными и, как правило, устанавливаются на основе внешних фактов. Факты, составляющие предмет доказывания, принято классифицировать на положительные и отрицательные, в зависимости от событий или действий, которые произошли или были совершены либо не произошли или не были совершены. Кроме того, различают факты, имеющие непосредственное отношение к фактическому составу применяемой нормы, и косвенные факты, имеющие опосредованное значение для дела. В немецком гражданском судопроизводстве в качестве оснований освобождения от доказывания рассматриваются: признанные факты, бесспорные факты, известные суду факты, законные презумпции, опытные положения[77].

В литературе отмечается, что Гражданский кодекс Франции к числу доказательств относит законные и фактические презумпции[78], что не согласуется с пониманием правовой природы презумпций в российском гражданском процессе как частных правил распределения обязанностей по доказыванию. Под презумпциями понимаются выводы, которые в соответствии с известными фактами вытекают по закону или могут быть сделаны судом в отношении фактов неизвестных. Законная презумпция также рассматривается как основание освобождения от доказывания фактов во французском гражданском законодательстве. Презумпции подразделяются на опровержимые и неопровержимые, абсолютные и относительные. Абсолютные презумпции применяются в отношении любых лиц, относительные – в отношении определенных категорий лиц. При реализации фактических презумпций французский суд обычно учитывает только презумпции, являющиеся серьезными, определенными и совпадающие в своем значении при применении и лишь в случаях, допускающих свидетельские показания. Фактические презумпции не допускаются при оспаривании действительности сделки по причине подлога или обмана[79].

Французский суд имеет широкие полномочия:

1) устанавливает процедуру рассмотрения дела;

2) определяет предмет доказывания;

3) истребует доказательства по ходатайству сторон;

4) определяет применимые нормы права[80].

При правоприменении французский суд связан юридической квалификацией правоотношений, данной сторонами, и только в случае разногласий между ними самостоятельно осуществляет выбор применимой нормы[81]. При рассмотрении дела по существу французские судьи абсолютно самостоятельны в оценке представленных им доказательств.

Судейское усмотрение проявляется при анализе письменных доказательств, при оценке времени создания и подлинности копии, при принятии или отказе в принятии коммерческих доказательств, при принятии решения о невозможности представления письменных доказательств, при оценке значения косвенных доказательств, при учете экспертного заключения, при принятии решения о возможности прибегнуть к подтвердительной присяге и т. д. Кассационный суд во Франции в большинстве случаев ограничивается минимальным контролем[82]. В ходе судебной деятельности для того, чтобы конкретный факт мог быть доказуем при осуществлении правосудия, он должен объединять в себе два качества: быть спорным и относимым. В обосновании своих претензий сторонам необходимо указать факты, на которых они основаны[83], а также их доказать.

Касательно бремени доказывания во французском процессуальном законодательстве отметим, что даже если французский судья наделен реальными полномочиями по установлению обстоятельств дела (ст. 10 ГПК Франции), процедура остается обвинительной, за исключением законодательных презумпций и презумпций, вытекающих из практики. На истце лежит обязанность представить доказательства в обоснование своего требования (ст. 9 ГПК Франции), а на ответчике – доказать собственные заявления[84].

Так, по смыслу французского законодательства представленные доказательства должны исходить от противоположной стороны или вообще иметь внешний характер, по общему правилу, они никогда не должны исходить от самого лица, основывающего на них свои требования (никто не может самостоятельно создать для себя доказательство). Необходимо также отметить, что французский судья не вправе использовать сведения, полученные им лично.

Кроме того, следует соблюдать принцип состязательности, основополагающий для всей юридической системы[85]. Во Франции суду предоставляется активная роль в гражданском процессе: право по своей инициативе собирать доказательства, назначать экспертизу, вызывать стороны для дачи объяснений, участвовать при осмотре для непосредственного восприятия фактов, истребовать документ, удерживаемый стороной или третьим лицом, официально предписать любые меры судебного расследования, допускаемые законом. При удержании доказательства суд может применить ежедневно возрастающий денежный штраф-астрент[86].

Представление доказательств включает в себя действия по ознакомлению с доказательствами, представленными другой стороной, получение доказательств, представленных третьими лицами. Стороны должны представить друг другу для ознакомления доказательства, на которые она ссылается. При невыполнении этой обязанности судья устанавливает сроки и условия ознакомления с доказательствами, за несоблюдение которых налагается штраф[87].

Каждая сторона должна доказать основание своих требований и возражений. Способность обосновать требование или возражение рассматривается как относимость факта. Отрицание факта рассматривается как правовой способ защиты стороны. Из указанных правил вытекают принципы нейтралитета суда, ведущей роли сторон в процессе при соблюдении принципа законности и добропорядочности. Законом закреплен принцип сотрудничества с судом и друг другом при разрешении спора.

Судья может оказать содействие в истребовании доказательств у сторон и третьего лица во всех случаях под угрозой принуждения, у третьих лиц – в случае отсутствия законных препятствий. При удержании доказательств суд может наложить возрастающий денежный штраф – пеню (астрент).

Действия по ознакомлению с доказательствами, представленными другой стороной, и получение доказательств, представленных третьими лицами, охватывают представление доказательств по смыслу французского процессуального законодательства. При невыполнении этой обязанности судья устанавливает сроки и условия ознакомления с доказательствами, за несоблюдение которых налагается штраф.

По гражданскому процессуальному праву Германии обязанность доказывания фактических предпосылок правовой нормы, указанной стороной в заявлении в свою защиту, лежит на стороне[88]. Сторона обязана доказать каждое утверждение, на которое ссылается. Это основное правило распределения обязанностей по доказыванию в гражданском судопроизводстве Германии. В связи с этим выделяется объективное и субъективное бремя доказывания[89].

Рассмотрев доказательственное право Франции и Германии, следует отметить схожесть правового регулирования доказывания и доказательств с гражданским судопроизводством России. Однако правовая природа доказательственных презумпций различна. Во французском законодательстве презумпции рассматриваются как доказательства, в немецком процессуальном законодательстве – как основания освобождения от доказывания. С учетом проведенного анализа норм доказательственного права Франции и Германии представляется правильным сделать вывод о необходимости рецепции закрепления в нормах доказательственного права России законных презумпций и механизма их действия.

Правовое регулирования предмета доказывания и распределения обязанностей по доказыванию в цивилистическом процессуальном законодательстве Российской Федерации и стран СНГ схоже вместе с тем имеются и различия.

Неполное и неправильное определение обстоятельств предмета доказывания в Российской Федерации, странах СНГ является основанием для отмены судебных актов в апелляционном порядке. Исключение составляет гражданское процессуальное законодательство Республики Таджикистан[90], в соответствии с которым неправильное определение обстоятельств предмета доказывания является основанием для отмены судебного акта в кассационном порядке. Гражданское процессуальное законодательство Российской Федерации и стран СНГ идентично понимает под предметом доказывания обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения и разрешения спора. В гражданском процессуальном законодательстве Российской Федерации и странах СНГ также регламентирована обязанность по доказыванию. Вместе с тем имеются особенности ее правового регулирования по законодательству Республики Молдова[91] и Республики Таджикистан. В силу гражданского процессуального законодательства названных республик сторона, не исполнившая в полной мере свою обязанность доказать определенные факты, вправе представить в судебную инстанцию ходатайство, в котором она требует заслушать противную сторону по этим фактам. Основаниями освобождения от доказывания по гражданскому процессуальному законодательству стран СНГ выступают общеизвестные, преюдициально установленные факты, признанные обстоятельства не являются обязательными для суда (ГПК Армении[92]); общеизвестные, преюдициально установленные, презюмируемые факты, признанные обстоятельства не являются обязательными для суда (ГПК Республики Беларусь[93], ГПК Республики Казахстан[94]), общеизвестные, преюдициально установленные, презюмируемые, неотрицаемые другой стороной факты (ГПК Республики Молдова). И только ГПК РФ и ГПК Республики Узбекистан[95] устанавливают идентичные основания для освобождения от доказывания.

Согласно гражданскому процессуальному законодательству Республики Беларусь под предметом доказывания понимаются все факты, имеющие значение для разрешения дела. Белорусское гражданское процессуальное законодательство закрепляет термин «предмет доказывания», при этом доктринальное определение предмета доказывания в действующем законодательстве не закреплено. В Кодексе гражданского судопроизводства Республики Беларусь сохранены определение термина «предмет доказывания», данное в процессуальном законодательстве, механизме его определения по делу (ст. 179 КГС Республики Беларусь)[96].

В казахском гражданском процессуальном законодательстве также законодательно не определена категория «предмет доказывания», однако закреплен механизм его определения, указанный механизм аналогичен закрепленному в арбитражном процессуальном законодательстве Российской Федерации и хозяйственном процессуальном законодательстве Республики Беларусь.

Анализ положений зарубежного процессуального законодательства свидетельствует о том, что отдельные его положения могут быть реципированы российским процессуальным законодательством, например: закрепление правовой категории «предмет доказывания»; установление общего механизма определения предмета доказывания не только с учетом норм материального права, но и с учетом норм процессуального права; законодательная регламентация презумпций и механизма их действия; закрепление санкций за нарушения порядка раскрытия доказательств.

Научные аспекты концепции предмета доказывания на современном этапе развития научной мысли в гражданском процессе остаются дискуссионными.

Одним из направлений дискуссии в процессуальной доктрине является соотношение правовых категорий «предмет доказывание» и «предмет познания». Решение указанной проблемы зависит в первую очередь от взглядов того или иного исследователя на соотношения судебного познания и судебного доказывания. В процессуальной доктрине сложились две основные точки зрения на соотношение судебного познания и судебного доказывания[97]. Сторонники первого направления рассматривают судебное доказывание и судебное познание как различные виды процессуальной деятельности, отличающиеся по субъектному составу, целью и содержанием. Последователи первой точки зрения исключают суд из субъектов доказывания, наделяют процессуально-правовыми полномочиями на осуществление судебного познания. Приверженцы второго направления дискуссии считают судебное доказывание опосредованной формой судебного познания. В соответствии с изложенным ранее для обозначения пределов различной процессуальной деятельности используются термины – «предмет познания» и «предмет доказывания» либо используется один общий термин для обозначения этих пределов. Предмет доказывания по объему фактов уже предмета познания. Предмет познания включает в себя обстоятельства предмета доказывания и обстоятельства, не подлежащие доказыванию, поскольку суд все же познает последние (общеизвестные и преюдициальные факты, признанные факты, другие бесспорные обстоятельства по делу). В связи с этим для обозначения предмета познания исследователи используют различные термины: «предмет познания», «объект познания суда», «предмет доказывания суда». По мнению Г.Л. Осокиной, предмет познания образуют факты процессуального характера (среди которых главный – факт обращения в суд с иском, жалобой, заявлением), факты материально-правового характера, представляющие собой факты объективной действительности, с которыми нормы материального права, регулирующие спорные материальные правоотношения, связывают наступление предусмотренных законом материально-правовых последствий (именно от фактов материально-правового характера зависит правильное разрешение судом дела по существу), факты, знание которых необходимо для решения судом воспитательных и превентивных задач судопроизводства[98]. Так, М.К. Треушников выделял четыре группы фактов, являющихся объектом познания суда: юридические факты материально-правового характера; доказательственные факты; факты, имеющие процессуальное значение; факты, устанавливаемые для выполнения воспитательных и предупредительных задач правосудия[99]. Теория гражданского процесса знает и такую самостоятельную категорию, как предмет доказывания суда, который слагается из фактов, составляющих предмет доказывания лиц, участвующих в деле, а также из других фактов (иных обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела)[100]. Коваленко А.Г. занимала такую позицию в данном вопросе потому, что рассматривала процесс познания и процесс доказывания в единстве как познавательно-доказательственную деятельность суда и лиц, участвующих в деле. Резюмируя изложенное, представляется правильным разграничивать судебное доказывание и судебное познание как различные виды процессуальной деятельности, у которых отличны цель, содержание и субъекты[101]. Судебное доказывание понимается как деятельность лиц, участвующих в деле, по обоснованию своей правовой позиции перед судом с целью его убеждения в существовании в объективной действительности обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела, путем представления доказательств. Цель доказывания – убеждение суда в существовании фактов предмета доказывания путем представления доказательств. Судебное познание – это деятельность суда по установлению обстоятельств спорного материального правоотношения (предмета познания) для установления юридической истины по делу. Содержание деятельности по доказыванию составляют следующие элементы: утверждение о фактах и указание заинтересованных лиц на доказательства; собирание, представление, раскрытие доказательств, исследование и фиксация доказательств, оценка доказательств. Содержание познавательной деятельности суда составляют такие элементы, как: установление действительных правоотношений сторон и квалификация спорного материального правоотношения; определение предмета доказывания и распределение обязанностей по доказыванию, оказание содействия в истребовании доказательств и собирание доказательств в случаях, установленных законом; приобщение доказательств: исследование и фиксация доказательств, оценка доказательств. Соотношение понятий «предмет познания» и «предмет доказывания» определяется как соотношение целого и части. Предмет познания – это совокупность обстоятельств спорного материального правоотношения, которые необходимо познать суду, чтобы разрешить дело и установить юридическую истину по делу. Предмет познания включает в себя обстоятельства предмета доказывания и факты, не подлежащие доказыванию (бесспорные обстоятельства) по делу.

Дискуссионным также является определение предмета доказывания как совокупности определенных фактов. В связи с указанным выделяется широкое и узкое толкование предмета доказывания. Сторонники узкого толкования предмета доказывания включают в состав фактов предмета доказывания только факты материально-правового характера, сторонники широкого понимания – материально-правовые и иные факты. Так, под предметом доказывания Л.А. Ванеева понимает совокупность фактов материально-правового характера, имеющих значение для правильного разрешения юридического дела по существу, обязанность доказывания которых лежит на сторонах, а также иных лицах, участвующих в деле[102]. Узкое толкование предмета доказывания наибольшим образом показывает связь с такими правовыми институтами, как распределение обязанности по доказыванию, освобождение от доказывания[103]. Такое определение предмета доказывания разделяется и другими авторами[104].

Обобщая изложенное, необходимо исходить из широкого толкования предмета доказывания в гражданском процессе. Указанное положение обосновывается несколькими тезисами:

1) в доктрине справедливо указывается, что предмет доказывания может быть сформирован только из процессуально-правовых фактов либо их в предмете доказывания может быть большая часть[105];

2) в производстве, возникающем из административных и иных публичных правоотношений, в АПК РФ или в производстве по отдельным категориям административных дел в КАС РФ процессуально-правовые факты (факт соблюдения срока обращения в суд за защитой нарушенного права, например) имеют значение для рассмотрения и разрешения дела по существу, поэтому входят в предмет доказывания по делу.

Под предметом доказывания предлагается понимать совокупность обстоятельств материально-правового и процессуального характера, установление которых необходимо суду для правильного рассмотрения и разрешения дела, и обязанность доказывания которых лежит на лицах, участвующих в деле. Указанные обстоятельства дифференцируются по различным основаниям.

В процессуальной доктрине также дискуссионной является проблематика содержания предмета доказывания. Так, В.В. Молчанов под предметом доказывания понимает материально-правовые факты, подтверждающие обоснованность требований и возражений сторон, и имеющие значение для правильного рассмотрения и разрешения дела[106]. Правильное рассмотрение и разрешение дела означает, что правильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела; доказано наличие или отсутствие данных обстоятельств; к установленным обстоятельствам применена норма права, подлежащая применению; выводы суда о правоотношениях сторон и об удовлетворении или отказе в удовлетворении заявленного требования соответствуют обстоятельствам дела[107]. Отдельные исследователи связывают предмет доказывания с юридическими фактами основания иска и возражений против него, на которые указывает норма материального права, подлежащая применению[108]. Не анализируя дискуссионность данного определения, можно указать на то, что это определение можно распространить только на дела, рассматриваемые в исковом производстве.

Так, некоторые авторы рассматривают предмет доказывания в неразрывной связи с термином «пределы доказывания». По мнению Ф.Н. Фаткуллина, предмет доказывания представляет собой совокупность всех обстоятельств, имеющих значение для верного рассмотрения дела по существу (все прошедшие и наличные, юридические и доказательственные факты). Термин «пределы доказывания» при этом означает глубину познания фактических обстоятельств, глубину исследования, но не его объем[109]. С такой постановкой вопроса не был согласен М.К. Треушников, поскольку, по его мнению, в предмет доказывания входят лишь те факты, которые имеют материально-правовое значение, без выяснения которых нельзя правильно разрешить дело по существу[110]. Указанный исследователь являлся сторонником узкого толкования предмета доказывания в гражданском судопроизводстве.

Некоторые авторы, придерживаясь широкого толкования предмета доказывания, включали в предмет доказывания искомые факты (юридические факты материально-правового характера), факты, имеющие процессуальное значение, доказательственные факты, факты, установление которых позволит суду выполнить воспитательные и предупредительные задачи правосудия[111]. Материально-правовые факты в судебном познании подразделяются на искомые материально-правовые факты, доказательственные материально-правовые факты, проверочные и вспомогательные материально – правовые факты. Материально-правовые юридические факты могут влечь за собой как материально-правовые, так и процессуально-правовые последствия. При этом под материально-правовыми фактами, от которых зависит правильное разрешение судом дела по существу, прежде всего понимаются предпосылки права на получение судебной защиты, т. е. факты, обусловливающие существование субъективного права или охраняемого законом интереса, подлежащего судебной защите; факты, подтверждающие принадлежность спорного права или интереса управомоченной стороне материального правоотношения; факты, свидетельствующие о нарушении или угрозе нарушения субъективного права или законного интереса. К материально-правовым фактам, оказывающим прямое влияние на судьбу юридического дела, относятся также факты, подрывающие указанные ранее предпосылки права на получение судебной защиты[112]. В теории права фактический состав понимается как «система юридических фактов, предусмотренных нормами права в качестве оснований для наступления правовых последствий (возникновения, изменения, прекращения правоотношений)»[113]. В литературе также изучены различные функции юридических фактов[114]. Материально-правовые факты как при узком, так и при широком толковании предмета доказывания в цивилистическом процессе, являются основными фактами. При их доказанности заинтересованными лицами, установлении судом в судебном акте указанный вид фактов вносит определенность в спорное материальное правоотношение.

Материально-правовые факты предмета доказывания подразделяются на правопорождающие, правопрекращающие, правопрепятствующие факты[115]. Данные материально-правовые факты называются искомыми фактами[116]. Главный искомый факт – это факт, с которым норма материального права непосредственно связывает наступление правовых последствий: возникновение, изменение, прекращение субъективных прав и обязанностей.

Так, Ж. обратился в суд с иском к администрации Свечинского района Кировской области о возмещении материального и морального вреда. В обоснование заявленных требований он указал, что около 20 часов, двигаясь на личном автомобиле, попал в колею и сломал его. В удовлетворении иска было отказано судом первой инстанции. В апелляционной жалобе Ж. ставит вопрос об отмене решения суда, ссылаясь на его незаконность и ошибочность выводов. Для наступления деликтной ответственности за возмещение вреда согласно ст. 1064 ГК РФ необходимо наличие состава правонарушения. При этом на потерпевшем лежит обязанность доказать факт причинения вреда, его размер, а также то обстоятельство, что причинителем вреда является именно то лицо, которое указывается в качестве ответчика (причинную связь между его действиями и нанесенным ущербом). В свою очередь, причинитель вреда доказывает, что вред причинен не по его вине. Отказывая в иске Ж., суд исходил из того, что состав правонарушения отсутствует. Истцом не доказана противоправность бездействия ответчика и причинная связь с наступившим вредом. Как видно из дела, ИДПС ГИБДД МО МВД России «Котельнический» С. выезжал на место ДТП, составил его схему, в которой отразил местоположение транспортного средства истца на проезжей части, относительно наличия колеи. При этом данный документ и иные документы, содержащиеся в отказном материале, исследованном судом, не содержат данных о размере колеи или наличии иных повреждений на дороге. По ходатайству ответчика для допроса в качестве свидетеля в суд первой инстанции вызывался инспектор С., который в связи с неявкой допрошен не был. Не явился данный свидетель и в суд апелляционной инстанции. По данным пункта полиции «Свечинский» С. уволился из органов внутренних дел и находится за пределами Свечинского района. С учетом обстоятельств стороны не возражали против рассмотрения дела в его отсутствие. В подтверждение своих доводов истец Ж. представил в суд первой инстанции жалобу на имя прокурора Свечинского района на неудовлетворительное состояние дорог, в которой на обстоятельства ДТП не ссылался. В ответе на жалобу прокурор сообщает, что в связи с ненадлежащим содержанием автомобильных дорог в районе СХТ в весенний период главе администрации района внесено представление об устранении нарушений федерального законодательства. Между тем данные документы не содержат сведений о фактах, которые бы позволил установить характер повреждений дорожного полотна на день ДТП. В суде первой инстанции истец также просил приобщить к материалам дела фотографии, выполненные в июне 2012 г. В приобщении данных фотографий судом было отказано. Суд правильно признал, что фотографии, выполненные в указанный период, не отвечают признаку относимости доказательств. Как видно из дела, в письменной схеме места ДТП отсутствуют данные о размере колеи и иных недопустимых повреждениях дорожного полотна, в связи с чем суд правильно признал ее недостоверным доказательством искомого факта[117].