Пока горит свет
- -
- 100%
- +
Если есть дорога, можно понять направление. Здесь ездят машины. Кто-то должен увидеть аварию. Даже если все телефоны разбились и даже если вокруг случилось что-то непонятное, сама дорога никуда не делась.
Впереди показались ещё два огня.
Один оставался неподвижным; второй двигался вокруг большого тёмного объёма. Артём не видел его целиком, только короткие прямые края, появлявшиеся за сферой. Прямоугольник. Металлическая скоба. Часть ровной стенки на высоте плеча.
— Это машина? — спросил он.
Лера отпустила его руку на секунду, чтобы перехватить удобнее.
— Похоже.
Он наклонился ближе. Низкий свет пошёл вдоль края, приподнялся и замер внутри невидимой конструкции.
Раздались два удара.
Первый — глухой и короткий. Затем маленькая пауза, скользящий металлический звук и второй удар, более звонкий.
Артём почувствовал, как напряглась Лерина рука.
— Здесь! — крикнул он. — Мы здесь! Нас четверо!
Тимур тоже закричал. Ника несколько раз повторила «помогите», всё громче, пока голос не сорвался.
Сферы разошлись.
Одна направилась вперёд, другая исчезла за прямой стенкой. Низкий огонь оставался на месте, закрытый от них частью конструкции. Артём видел лишь белый сегмент и следил за ним, будто от этого зависело, исчезнет он или нет.
— Откройте, — сказал он.
Ладонь упёрлась в гладкую поверхность.
Артём постучал.
Поверхность была холодной. Он ударил сильнее, кулаком. Звук получился сухим и близким. В отличие от прежних двух ударов, в нём не было странной глубины.
— Откройте!
Лера присоединилась, нащупав металл рядом.
— Мы после аварии. Вы нас слышите?
Никто не ответил.
Артём перестал стучать и провёл ладонью вдоль стенки. Нашёл вертикальный шов, углубление, выступающую ручку. Она оказалась выше, чем он ожидал. Пришлось приподняться на носки.
— Здесь открывается.
Лера придерживала его за спину.
— Получается?
Он потянул.
Ручка подалась, но дверь не открылась. Артём отпустил её, нажал в другую сторону. Под пальцами негромко щёлкнуло. Вертикальный шов расширился на несколько сантиметров, впустив свет изнутри.
Низкая сфера была там.
Она освещала край ровной площадки и короткую металлическую перекладину. Дальше находился другой огонь, выше. Ни человека возле него, ни лица над ним.
Артём просунул пальцы в щель.
— Я открыл.
Тимур подошёл с другой стороны.
— Не лезь внутрь.
— Там могут быть люди.
— А если закроется?
Артём потянул дверь шире. Петля сопротивлялась, потом поддалась. У края появился небольшой выступ, на который можно было поставить ногу. Он проверил его носком. Твёрдый. Обычный металл.
Лера услышала движение.
— Сначала скажи, что видишь.
— Ничего. Свет. Как снаружи.
— Тогда не поднимайся.
Он уже перенёс часть веса на выступ. Держался за край дверцы, готовясь заглянуть дальше, к низкому огню, который остановился на ровной площадке внутри.
Оттуда не просили помочь. Не говорили, что можно войти. Не говорили ничего.
Если он заберётся внутрь и дверца захлопнется, друзья останутся снаружи на ощупь искать ручку.
Он оставил вторую ногу на дороге.
— Лер, держи меня.
— Держу.
— Я только посмотрю.
Она не ответила.
Артём наклонился к низкому свету.
На краю видимости появилась узкая линия. Он не понял, был ли это ремень, поручень или часть лежащего человека. Потянулся ближе, пытаясь увидеть продолжение.
Линия оказалась перекладиной. За ней не было ничего, кроме чёрного пространства над тем местом, где должно было помещаться человеческое тело.
— Ася.
Он произнёс имя совсем тихо.
Высокий огонь внутри сдвинулся ближе к низкому.
Ответа не было.
Артём опустил ногу с выступа обратно на дорогу. Дверцу ещё держал, не решаясь закрыть единственный проём, который удалось открыть.
— Не могу понять, — сказал он.
Лера нашла его ладонь на краю и положила свою рядом.
— Я тоже.
Низкий свет сдвинулся.
Артём сделал шаг вдоль стенки, и вдруг рука перестала чувствовать дверцу. Ладонь, только что державшая твёрдый край, оказалась в пустом пространстве. Он качнулся, Лера успела подхватить его за пояс. Впереди огни начали удаляться, сохраняя одинаковую скорость.
Он протянул руку ниже, туда, где был выступ.
Ничего.
Не скользнувшая прочь стенка, не удар по пальцам. Поверхность исчезла сразу, хотя ещё мгновение назад держала часть его веса.
Артём высвободился из Лериных рук.
Он побежал.
Первые несколько шагов ещё видел что-то под ногами. Потом свет оторвался слишком далеко, и пришлось бежать, выставив руки, по дороге, которая существовала только в памяти подошв.
Лера крикнула его имя.
Артём не остановился.
Группа огней ускорялась. Они не подпрыгивали, не меняли расстояние друг между другом. За несколько секунд превратились в маленькое белое скопление вдали.
Он ещё бежал, когда одна точка пропала за невидимым препятствием. За ней исчезла вторая.
Низкий огонь продержался дольше остальных.
Артём смотрел на него до последнего.
Потом не осталось ничего.
Он остановился слишком резко, поскользнулся и упал на ладони.
Боль пришла сразу, острая, знакомая. Артём сидел на дороге и прижимал руку к груди. Хотел позвать остальных, но сначала не смог набрать воздух.
— Тём!
Лера была где-то сзади.
— Здесь.
— Говори.
— Я здесь.
— Ещё.
— Здесь. На дороге. Я упал.
Он продолжал говорить, пока её рука не легла ему на плечо.
Лера опустилась рядом. Следом подошли Ника и Тимур; тот дышал шумно и часто.
— Ты совсем? — спросил Тимур.
Артём молчал.
— Ты куда побежал? Тут вообще не видно ничего.
— Они уехали.
— Кто они?
— Ты видел.
— Видел огни. Я спрашиваю, кто.
Артём прижимал ладонь к груди. На земле перед ним могло лежать что угодно; он не знал даже, куда упал телефон, если тот выскользнул из кармана. Проверил другой рукой. Прямоугольный корпус был на месте.
Тимур опустился рядом.
— Я тоже хочу, чтобы нашлась. Ты понимаешь?
Артём молчал.
— Ты ведёшь себя так, будто нам всё равно. Будто только ты её ищешь.
— Я этого не говорил.
— Ты нас оставил.
Он собирался ответить, что не оставил, всего лишь пробежал несколько метров. Но Лера только что искала его по голосу. Несколько метров здесь были достаточным расстоянием, чтобы не найти человека вовсе.
Ника подошла ближе.
— Если ещё раз побежишь, скажи хоть в какую сторону.
В её голосе не было привычной колкости. От этого Артём почувствовал себя хуже.
— Я не видел, куда они едут, — сказал он. — Только огни. Боялся потерять.
Тимур долго молчал. Потом отвёл руку Артёма от груди, осторожно, за запястье.
— Сильно?
— Не знаю.
Он дал ему проверить, двигаются ли пальцы. Тимур почти ничего не делал — просто ждал, пока Артём сам сожмёт ладонь, и держал запястье, чтобы понимать движение в темноте.
— Двигаются, — сказал Артём.
— Хорошо.
Тимур отпустил руку и остался рядом.
Возвращаться к машине было бы проще, если бы можно было показать направление. Артём поднял голову, посмотрел назад, затем вперёд. Каждый поворот делал уверенность слабее. Он понимал, где должен находиться город, только потому, что ещё не успел забыть, как бежал.
Достаточно было начать ходить кругами — и исчезло бы даже это.
Лера сказала:
— Не вставай пока. Соберёмся здесь.
— Мы уже все.
— Тогда назовитесь.
Тимур выдохнул своё имя. Ника ответила сразу за ним. Лера коснулась Артёмова плеча.
— И ты.
Он хотел сказать, что она и так знает. Вместо этого назвал себя.
В темноте снова получилось четверо.
Издалека донёсся скрежет. Длинный, с короткими остановками. Артём перестал тереть ладонь.
Никто не попытался объяснить его отъезжающей машиной. Тот звук пришёл с другой стороны.
Он всё ещё смотрел туда, где исчез низкий свет. В глазах оставалась маленькая белая точка, но при повороте головы она двигалась вместе с ним.
Лера ощупала его ладонь.
— Встать можешь?
Он поднялся сам.
— Они что-то увезли, — сказал он. — Из машины. С её места.
Ника тихо спросила:
— Ты её видел?
— Нет.
— Тогда мы не знаем.
Он повернулся к ней, хотя не видел лица.
— Сумка там. Она не ушла бы без сумки.
— После аварии могла.
Он хотел возразить. Вспомнил, как Ася вышла на мороз в тапках, когда у соседей загорелась проводка, и только на лестнице поняла, что не надела куртку. Аргумент рассыпался прежде, чем он успел произнести его вслух.
Лера всё ещё держала его за руку.
— Нам надо оставаться вместе.
— Я знаю.
— Сейчас ты не так сделал.
Артём потёр разбитую ладонь большим пальцем другой руки.
— Знаю.
Некоторое время они просто стояли.
Позади, на небольшом расстоянии, появился одинокий свет. Он двигался вдоль дороги медленнее прежних. Артём почти сразу почувствовал облегчение и разозлился на него: несколько минут назад он ещё кричал на эти огни, а теперь боялся, что исчезнет и этот.
— К нему, — сказала Лера. — Вместе.
Никто не возразил.
Они не успели сделать и десяти шагов.
Справа от дороги что-то протяжно скребнуло.
Звук был совсем близким.
И на этот раз после него раздалось дыхание, которое не принадлежало никому из четверых.
Глава 5. Под ограждением
Тимур остановился первым.
Артём почувствовал это по рывку Лериной руки. Их цепочка натянулась, затем кто-то сзади почти наступил ему на пятку.
— Что? — шепнула Ника.
— Тихо.
Дыхание повторилось.
Очень низкий звук, с дребезжанием внутри, будто воздух проходил через неплотно закрытую трубу. Он начался справа и закончился ближе к дороге. Или существо, которое его издавало, двигалось, или Артём неверно представлял расстояние.
Одинокая сфера приближалась к ним с другой стороны. Вслед за ней возникла короткая белая полоса, затем другая, выше.
Дорожное ограждение.
Артём увидел его на секунду и успел понять, что они стоят возле разрыва. В двух шагах справа край металла загибался вниз. Дальше должна была находиться машина, от которой они ушли, но в темноте он уже не был уверен, насколько далеко пробежал.
— Собака? — прошептал Тимур.
Ника сжала его руку.
— Не зови.
— Я и не зову.
Из темноты пришёл слабый стук.
Потом второй.
Артём машинально отсчитал промежуток между ними. Неровный. Не шаги человека. Но человек мог хромать, мог идти по камням, мог волочить что-нибудь тяжёлое.
Он открыл рот, собираясь окликнуть.
Лера дотронулась до его подбородка.
Не до губ — в темноте промахнулась. Артём всё равно понял и замолчал.
Сфера подошла ближе.
У края света показался ещё один кусок ограждения. Под ним тянулась тонкая белая линия, почти параллельная металлу. Артём сначала принял её за проволоку.
Линия согнулась.
Посередине возник острый угол, затем второй, направленный в другую сторону. Нижний конец упёрся в землю. Что-то подтянулось к нему из темноты.
Артём почувствовал, как под курткой стала холодной спина.
Конечность была слишком длинной.
Он не видел тела и не мог определить, где оно находится. Если белая линия была рукой, плечо должно было оказаться дальше, чем позволял рост человека. Если ногой — существо лежало на боку или держалось поперёк ограждения.
Свет двинулся дальше, и линия пропала.
Всё снова стало только звуком.
Лера медленно потянула Артёма в сторону сферы. Он сделал шаг. Подошва сдвинула мелкий камень.
Дыхание оборвалось.
Они замерли.
Камень ещё раз стукнул о дорогу, откатившись на несколько сантиметров. Артём слышал его так отчётливо, словно сидел в пустой комнате и уронил на пол ключ.
Справа началось движение.
Ника прижалась к Лере. Тимур тихо, почти без голоса, выругался.
Артём не знал, куда бежать. Дорога тянулась вперёд и назад, но это знание было бесполезно без края полосы под ногами. Можно было сделать три шага и оказаться в канаве. Можно было побежать прямо туда, где находилась невидимая часть существа.
Сфера остановилась.
Возле неё проявилась дуга автомобильного колеса.
Другой автомобиль. Невысокий, стоявший у обочины. Артём увидел край приоткрытой дверцы и несколько сантиметров порога. Свет находился снаружи, потом опустился и замер низко возле проёма. Рядом с колесом белела часть асфальта.
Лера потянула снова.
Они дошли до колеса почти без звука. Артём присел. Ладонь встретила кузов, и от этого обычного прикосновения ему захотелось упереться в него всем телом.
Он нащупал Лерино плечо, потянул вниз. Она присела рядом, Ника — за ней. Тимур опустился последним и задел коленом жёсткий край.
Раздался негромкий стук.
С той стороны дороги что-то быстро приблизилось.
Артём зажал рот ладонью, хотя не издавал ни звука. Под пальцами чувствовалось собственное дыхание. Он постарался дышать медленнее, и сразу стало не хватать воздуха.
Они отодвинулись вдоль кузова, оставляя колесо позади. Свет у приоткрытой дверцы оставался неподвижным. Ядро скрывал край дверного полотна, но у земли, за ним, виднелись короткие белые отрезки.
Один из них двигался.
Артём опустил голову почти к земле и посмотрел вдоль нижнего края машины.
За колесом, возле которого они только что стояли, показался узкий сустав. Повернулся не так, как поворачивается колено. Исчез. Через секунду чуть дальше появилась другая часть той же конечности.
Существо обходило автомобиль.
Лера нашла Артёмову руку и сжала два пальца. Он понял, что она тоже увидела.
Прижимаясь к металлу, они начали смещаться.
Артём двигался первым, почти сидя на корточках. Тянул за собой Леру, а та остальных. Кузов заканчивался; впереди было углубление под бампером. Он ощупал край, завернул за него и оказался дальше от неподвижного света.
Теперь он не видел вообще ничего.
Но между ними и существом была машина.
Он держался за это знание.
С противоположной стороны что-то коснулось металла.
Тихое трение.
Затем лёгкий, почти осторожный удар, как если бы длинным пальцем проверяли толщину стенки.
Артём перестал двигаться.
Он держал бампер одной рукой, Леру — другой. Ника была рядом с ней, Тимур замыкал цепочку. Больше ничего о расположении друзей он не знал. Даже повернуться и проверить, успели ли все за угол, было невозможно.
Трение переместилось выше.
По металлу медленно провели чем-то длинным. Звук прервался у края, затем возник снова, уже ближе к Артёмовой руке.
Он убрал ладонь с бампера.
Существо продолжало обходить машину.
У Леры под ногой захрустел мелкий щебень. Артём почувствовал, как она переносит вес, стараясь не повторить звук. На той стороне трение прекратилось.
Он прижал её руку к земле.
Лера замерла.
Пауза длилась так долго, что Артём успел усомниться, слышало ли оно вообще их шаги. Может, искало свет. Может, пыталось забраться в автомобиль. Может, просто двигалось туда же, куда они, а близость была случайной.
Возле его ботинка что-то коснулось асфальта.
Лёгкое касание. Через секунду второе, на несколько сантиметров ближе.
Артём медленно подтянул ногу.
Подошва задела маленький камень.
Касания сразу ускорились.
Он успел убрать пятку к себе прежде, чем по асфальту прошуршало что-то твёрдое и узкое. Оно прошло по тому месту, где только что была нога, задело край бампера и замерло.
Артём не дышал.
Лерина рука напряглась в его пальцах. Она зашевелилась рядом, и Артём осторожно нащупал её затылок, не давая поднять голову выше кузова.
С другой стороны раздался низкий выдох.
Так близко, что Артём почувствовал движение воздуха возле уха. Запаха не было. Это почему-то испугало его сильнее: у собаки, у зверя, у живого тела должно было пахнуть хоть чем-нибудь.
Лера медленно опустилась ниже.
Ника следом.
По цепочке передался осторожный рывок назад.
Артём не понял сначала. Кто-то собирался бежать? Он уже хотел удержать цепочку, когда рывок повторился в ту же сторону, чуть настойчивее.
Назад, вдоль машины. Туда, откуда они пришли.
Если существо обходит через бампер, нужно уходить от него по другой стороне, пока между ними снова не окажется кузов.
Артём позволил Лере развернуться.
Теперь первым двигался Тимур. Артём не видел пути; получал каждое движение через три чужие руки и старался повторять без задержки. Упирался подошвой в землю, подтягивал колено, убирал вторую ногу. Ни разу не вставал.
Позади что-то задело бампер.
Медленно обогнуло угол.
Артём пятился, вытянув перед собой свободную руку. Пальцы дрожали. Он ждал прикосновения и не знал, успеет ли отдёрнуть ладонь.
Лера потянула его сильнее.
Он отполз ещё немного.
Впереди появились короткие белые черты. Подошва Тимура, край Никиной куртки, низ дверцы. Они возвращались к огню у колеса.
— Под край, — едва слышно сказал Тимур.
Дверца была приоткрыта. Между её наружным концом и кузовом можно было спрятаться, если совсем пригнуться. Тимур пропустил туда Нику, Лера прижалась рядом с ней. Артём остался у самого края, придерживая дверь, чтобы та не стукнула.
Свет был совсем близко.
Он увидел Лерины пальцы у рта, Никино колено, часть Тимурова рукава. На мгновение захотелось решить, что теперь их не тронут. Они оказались рядом с единственной вещью, которая оставалась белой в этой темноте.
За дверцей прошелестело.
В свет вошёл длинный узкий конец.
Существо не остановилось у границы белых линий. Тонкий сгиб прошёл дальше, вдоль асфальта, под краем двери. Свет просто показывал его, как показывал ботинок или металлический порог.
Артём отпустил Лерину руку и прижал дверь ладонью, не закрывая. Если качнётся сейчас, край ударит Нику по плечу.
Тимур увидел движение снизу. Сжал губы и резко отвёл ногу.
Сгиб повернулся к нему.
Артём нащупал свободной рукой камень. Небольшой, плоский, почти вдавленный в землю. Выковырял ногтями и бросил вдоль кузова, назад, к бамперу.
Камень ударился слишком близко.
Один раз, второй. Остановился, не докатившись туда, куда Артём хотел.
Тонкий конец исчез из света.
Все четверо замерли, ожидая, что движение уйдёт следом за камнем.
По кузову ударило.
Существо переместилось на звук, но всего на несколько шагов. Теперь его основная тяжесть оказалась у двери, ещё ближе, чем раньше. Металл медленно прогнулся под новым давлением и вернулся обратно.
Артём понял, что почти бросил приманку себе под ноги.
Лера схватила его свободную кисть, в которой больше ничего не было.
Не бросать ещё.
Он сжал её пальцы в ответ.
Со стороны крыши донеслось короткое царапанье. Затем другое, уже над ними.
Артём поднял взгляд, но ничего не увидел. Свет стоял слишком низко. Существо могло перелезать через автомобиль. Могло только вытянуть конечность наверх. По звуку невозможно было понять, сколько его уже оказалось с их стороны.
Тимур медленно поднял руку к Никиному плечу.
Показал на передний край двери. Дальше можно было проползти вдоль переднего колеса и обогнуть машину с другого конца. Если идти сейчас, снова появится твёрдая преграда между ними и тем, что двигалось по крыше.
Артём кивнул.
Они начали выбираться из тесного места.
Дверцу пришлось отпускать постепенно. Он удерживал её до последнего, затем поймал пальцами край, не давая вернуться к кузову со стуком. Лера подождала его, хотя Тимур уже потянул цепочку дальше.
Над ними коротко щёлкнуло.
Артём пригнулся так резко, что почти ударился лбом о Лерино плечо. Что-то скользнуло по верхнему краю двери, затем исчезло за ним.
Он отпустил створку.
Успел только придержать её ногой.
Металл легонько ткнулся в подошву и остановился без удара. Артём вытащил ботинок, просунул вместо него ладонь и медленно довёл дверь до упора. Замок не защёлкивал.
Они отползли за переднее колесо.
Узкий конец снова появился у земли в пределах света. Артём увидел только кусок, но теперь уже знал, что за ним находятся другие сгибы и что расстояние до невидимого тела может оказаться совсем не таким, как он ожидает.
Он потянул Леру за угол кузова.
Сфера осталась с другой стороны.
Всё погасло.
Лерина рука дрожала в его ладони. Или это дрожь его собственных пальцев передавалась ей — Артём уже не мог отличить. Он открыл рот, собираясь её успокоить, и тихо втянул воздух.
На дороге кто-то закричал.
Далеко, впереди.
Человеческий голос. Сначала громкое «эй», потом несколько неразборчивых слов. Человек, должно быть, тоже увидел огни и пытался привлечь внимание.
Лера приподняла голову.
— Тихо, — выдохнула она в сторону голоса.
Артём услышал её едва-едва, хотя находился рядом. До незнакомца эти слова не могли дойти.
Она набрала воздух, собираясь повторить громче.
Он не зажал ей рот и не потянул вниз. Сам смотрел в ту же сторону, пытаясь решить, можно ли криком предупредить человека раньше, чем оно окажется возле него.
Незнакомец позвал снова, громко и сердито:
— Да подождите вы!
Трение за кузовом прекратилось.
Артём поднял голову, не выпуская Лериной руки.
В темноте раздались быстрые неровные удары. Они удалялись от автомобиля, сперва вдоль дороги, затем чуть в сторону.
Незнакомец крикнул ещё раз.
После этого его голос изменился.
Артём никогда раньше не слышал, чтобы человек так пытался вдохнуть. Звук раз за разом начинался и срывался, словно ему не хватало пространства внутри собственной груди. Потом прозвучало короткое слово — «нет» — и резкий металлический скрежет, хотя металла там могло и не быть.
Лера сжала Артёмову руку до боли.
Рядом шоркнула Никина куртка. Тимур больше не шевелился.
Крик оборвался.
Артём снова зажал рот свободной ладонью.
В наступившей тишине было слышно только то, как четверо стараются не дышать слишком громко.
Артём считал собственные вдохи. На двенадцатом сбился, потому что вдали что-то зашуршало. Начал сначала. Добравшись до двадцати, понял, что число ничего не означает и никакого безопасного момента не наступит само по себе.
Он убрал ладонь ото рта.
Лера сразу сжала его пальцы.
— Я тихо, — выдохнул он.
Она не отпустила.
Свет у дверцы переместился. Сфера поднялась, обошла передний край машины, на несколько секунд высветила край Никиной щеки. У неё были закрыты глаза.