Нарушая правила

Глава 6. София

Сердце замирает, потом начинает колотиться с такой силой, что, кажется, вот-вот выпрыгнет из груди. Вода продолжает литься, но я застываю, как парализованная. Его пристальный взгляд скользит по моей коже, и мне хочется сжаться или провалиться сквозь землю.

– Убирайся! – выкрикиваю я, прикрывая стратегически важные места руками.

Максим не шевелится, а на его лице появляется довольная улыбка.

– Максим, я не шучу. Выйди. – голос дрожит, но я стараюсь говорить твердо, не показывая ему, как взволнована и выбита из колеи.

– А что такого? – спокойным, почти невинным голосом спрашивает он. – Дверь была открыта. Решил проверить, всё ли в порядке. Может спинку потереть?

– Если ты сейчас же не уйдёшь, я закричу так громко, что сюда сбегутся все обитатели виллы.

– Фигура зачет, крошка, – резюмирует он и, развернувшись на пятках, насвистывая, выходит из ванны, громко хлопая дверью.

Подлец! Негодяй! Подонок!

Быстро смываю с себя пену и выбегаю из душевой. Сердце всё ещё бешено колотится, отдаваясь в висках тяжёлым, неровным стуком. Руки дрожат, когда натягиваю халат, пальцы плохо слушаются, путаются в поясе. Быстро подхожу к двери, поворачиваю ключ — щёлк. Теперь он точно не войдёт. Стою, прислонившись лбом к прохладному дереву, и пытаюсь унять дрожь в коленях. Желание плескаться в душе пропало напрочь.

От резкого стука в дверь я едва не подпрыгиваю на месте.

– Софи, обед готов! – говорит мама. – Ждем только тебя.

Сердце снова начинает бешено колотиться, ладони становятся влажными. Как я посмотрю ему в глаза после того, что было?Как буду сидеть рядом, есть и делать вид, что ничего не произошло?

– Я... Я сейчас, мам! – отвечаю я и глубоко дышу.

Быстро подхожу к зеркалу. Лицо бледное, глаза расширены от страха. Но сейчас нет времени анализировать ситуацию. Срываю с головы полотенце и тщательно расчесываю длинные волосы.

Может, сказать, что плохо себя чувствую? Притвориться больной?

Но тогда мама начинает волноваться и задавать ненужные вопросы. А он... Он наверняка поймет настоящую причину и будет доволен своей выходкой. Возможно, на это он и рассчитывает. Нет, такого удовольствия я ему не доставлю.

Делаю глоток воды, чувствуя, как холодная жидкость комком проходит в желудок.

Ничего, я справлюсь. Мне нужно просто на него не смотреть и никак не реагировать.

Высушив волосы, оставляю их распущенными, надеваю сарафан и иду в столовую.

Останавливаюсь на пороге. Максим сразу же обращает свое внимание на меня. Тот же пристальный взгляд, только теперь прикрытый маской приличия. Уголки губ подрагивают в едва заметной ухмылке.

– А вот и наша Софи! – говорит мама, сияя. – Садись, милая, мы тебя заждались.

Большой овальный стол, предназначенный для большой компании, накрыт только с одной стороны. Во главе сидит Герман Эдуардович, справа — мама, а слева — Максим. И почему-то ещё один прибор стоит рядом с Максимом, а не с мамой.

– Спасибо, – выдавливаю я и делаю шаг вперёд, к своему месту. Рядом с ним.

Подхожу к столу, каждый шаг даётся с трудом, ноги как налиты свинцом. Эта одинокая тарелка рядом с Максимом выглядит как ловушка, специально расставленная для меня.

– Я посадила тебя рядом с Максимом, – объясняет мама, словно это самая естественная вещь на свете. – Вам же нужно познакомиться поближе!

Да, куда же ближе! Он и так меня видел в душе, во всей красе! Стоит только подумать об этом, как щеки обжигает жаром. Максим ловит мой взгляд и нагло подмигивает, словно понимает, о чем я сейчас думала.

Он отодвигает мне стул с преувеличенной галантностью. Его пальцы слегка касаются моей спины, когда я сажусь, по телу моментально пробегает холодная дрожь.

– Устраивайся поудобнее, – говорит он тихо, а в его голосе слышится намек на ту самую "заботу", которую он предлагал в ванной.

Сажусь, стараясь занять как можно меньше места, прижимаю колени к стулу. Между нами всего несколько сантиметров, но они кажутся пропастью, наполненной напряжением. Мама всегда так — бросается устраивать всё "как лучше", не спросив, нужно ли это мне. Хватит заниматься самодеятельностью. Порой ее желание причинять добро, меня знатно выбивает из колеи.

Вздыхаю и беру салфетку, разворачиваю её на коленях с преувеличенной аккуратностью.

– Софи, попробуй морепродукты, – говорит Герман Эдуардович, протягивая блюдо.

Тянусь одновременно с Максимом, наши пальцы снова почти соприкасаются. Я резко отдергиваю руку, словно коснулась раскаленного металла.

– Прости, – говорит он с сладкой улыбкой. – Мы, кажется, постоянно мешаем друг другу.

– Ничего страшного, – отвечаю я, глядя прямо перед собой, на вазу с орхидеями. – Просто нужно быть внимательнее.

– Поверь, – шепчет он, – я очень внимателен! – и играет бровями, намекая на произошедшее в ванной.

Сжимаю салфетку так, что пальцы белеют. Как он смеет...

– А я очень ценю личное пространство, – говорю так, чтобы услышал только Максим. – И считаю, что у каждого должны быть свои границы.

Обед наконец-то заканчивается. Я медленно встаю из-за стола, чувствуя лёгкое облегчение.

– Мы с Германом поедем за кое-какими покупками к свадьбе, – объявляет мама и берет свою сумку. – Не скучай, солнышко, – она наклоняется и целует меня в щеку.

– Хорошо, мам, – улыбаюсь я, целую её в ответ. – Не торопитесь.

Смотрю, как машина с мамой и Германом Эдуардовичем скрывается за поворотом, и делаю глубокий вдох. Воздух кажется чуть свободнее. Но это ощущение длится ровно до того момента, пока я не поворачиваюсь назад.

Максим стоит, прислонившись к косяку двери. Его поза расслабленная, но взгляд...

– Остались вдвоём, – тянет он. – Очень... вовремя.

______

Приятного чтения))) Следущая продо будет 7 ноября

Промо к книге "Расплата за спасение" - k-n4a0Wo

Напоминаю, как активируетет промо, отпишитесь, чтобы другие читатели не тратили зря свое время) Спасибо)))

Глава 7. София

Мой организм предательски реагирует — сердце учащает ритм, мышцы напрягаются, готовясь либо к бегству, либо к конфронтации. Сражайся или беги. Я выбираю – бороться.

– Если ты намекаешь на что-то помимо того, что нас оставили одних в доме, можешь даже не начинать, – говорю я. – Я не из тех, кого можно запугать или купить.

Он останавливается в паре метров, и на его лице появляется та самая самовлюблённая, язвительная улыбка, от которой меня передергивает.

– Запугать? Купить? – он качает головой, делая вид, что оскорблен. – Софи, я просто хотел предложить тебе экскурсию по вилле.

– Спасибо, я прекрасно ориентируюсь, – парирую я и направляюсь к лестнице, решительно разрывая этот псевдо-флирт. Мне нужно пространство. Сейчас.

– Как знаешь, – его голос доносится сзади, и в нем слышна не обида, а азарт. – Но знай, самая интересная комната находится в левом крыле второго этажа. Там отличная шумоизоляция.

Я замираю на ступеньке, сжимая перила. Максим не унимается. Он воспринимает мое сопротивление как вызов, как часть игры. Не оборачиваясь, поднимаюсь наверх.

В своей комнате захлопываю дверь и прислоняюсь к ней спиной, закрывая глаза. Глубокий вдох. Выдох. Нужно перезагрузиться.

Быстро снимаю сарафан и достаю купальник. Прохладный шёлк приятно холодит разгоряченную кожу. Вот только я не учла одного, надо было взять с собой более закрытый купальник.

Черт! — мелькает мысль, когда осознаю, насколько откровенно выглядит этот черный бикини. Ткань кажется тоньше паутины, а вырез оставляет слишком много открытого пространства. Чувствую, как по спине пробегают мурашки не от прохлады, а от осознания, что сейчас придётся выйти в этом на всеобщее обозрение.

Поворачиваюсь к зеркалу и невольно морщусь. Идеально для пляжа где-нибудь в безлюдной бухте, но не здесь. Особенно, когда где-то рядом бродит Максим с пристальным взглядом.

Делаю глубокий вдох и набрасываю поверх легкое парео. Шёлковая ткань скрывает самые откровенные детали, но не дает полной защиты.

Выхожу на террасу, и солнце слепит глаза. Воздух прогрелся до состояния парного молока. Подхожу к краю бассейна, сбрасываю парео на шезлонг и быстро погружаюсь в воду. Она мгновенно обволакивает тело, снимая часть напряжения. Плыву к центру бассейна, чувствуя, как солнечные лучи пробиваются сквозь толщу воды и рисуют на дне танцующие блики.

Хорошо…

Хотя бы здесь, в этой бирюзовой тишине, можно побыть одной. Делаю несколько мощных гребков, пытаясь выбросить из головы его самодовольную улыбку. "Там отличная шумоизоляция".Что он вообще имел в виду?

Софи, ты же не маленькая девочка, все прекрасно понимаешь! Едва я подумала об этом, как щеки начали покалывать, а дыхание перехватило. Блин, ну что за реакция на него! И это я только подумала! Чертов Максим!

Вода внезапно расступается рядом со мной, и я замираю, чувствуя, как сбивается дыхание. Максим так близко. Мой взгляд предательски скользит по его мокрым плечам, задерживается на каплях, скатывающихся по грудным мышцам. На нём только чёрные обтягивающие плавки. Я невольно сглатываю.

– Насладилась видом? – спрашивает он, и я смотрю прямо в его глаза.

– Я просто удивляюсь твоей скромности, – выдыхаю я, надеясь, что голос не выдаст дрожь. – Или ты считаешь, что плавки — это официальный дресс-код для плавания?

Он усмехается, и эта улыбка заставляет сердце ёкнуть. Вода обтекает его торс, подчеркивая каждый мускул.

– Только для плавания с тобой, – его взгляд скользит по моему лицу, затем опускается ниже. – Кажется, мы оба выбрали... минималистичный подход к купальным костюмам.

По телу пробегает волна жара. Чёрт, этот бикини. Кажется, даже вода не скрывает ничего, особенно когда он так близко.

– Мне просто жарко, – говорю я, отплывая назад. – Я предпочла бы плавать в одиночестве.

– В одиночестве? – Максим повторяет с лёгкой насмешкой, плывя за мной. – А по-моему, тебе просто нравится эта игра.

Я замираю, когда он снова оказывается в сантиметрах от меня.

– Какая игра? – хрипло спрашиваю я. Вода кажется вдруг невыносимо горячей, а его тело так близко, что я чувствую исходящее от него тепло.

– Игра в "не трогай меня, но смотри как следует", – он мягко касается моего плеча, и пальцы оставляют на коже огненный след. – Ты отплываешь, но не перестаёшь смотреть.

Я пытаюсь отплыть ещё дальше, но упираюсь спиной в край бассейна.

– Ловушка, – тихо произносит он, и прежде чем я успеваю что-то предпринять, и опускает руки на бортик по обе стороны от меня, блокируя все пути к отступлению.

Сердце бешено колотится в груди. Я зажата между холодным краем бассейна и его горячим телом.

– Нет! – упираюсь ладонями в его грудь.

Но вместо того, чтобы оттолкнуть, пальцы предательски впиваются в мокрую кожу, чувствуя твёрдые мышцы под ней. Его тело горячее, чем вода вокруг, и сердце бьётся так же часто, как моё.

_____

Приятного чтения))) Следующая глава 9 ноября))) Промо к книге "Бывшие. Шрамы прошлого" - piL3Nasr

Не забывайте написать, когда активируете промо) Спасибо)))

Глава 8. Макс

Бл*** Софи дрожит, а её взгляд - смесь паники и желания, от которой кровь приливает к вискам. Мое тело напрягается, каждый мускул как натянутая струна. А между ног проклятая, невыносимая тяжесть. Член каменеет так резко, что аж дыхание перехватывает, и я инстинктивно прижимаюсь к ней сильнее. Судя по ее округлившимся глазам, она чувствует степень моего возбуждения. Чувствует сквозь тонкую ткань её бикини, сквозь воду, сквозь эту идиотскую дистанцию, которой больше нет.

Медленно провожу пальцем по её мокрой коже от шеи до линии бикини, задерживаясь у самого края ткани. Кожа Софи моментально покрывается мелкими мурашками, дыхание прерывистое, а в глазах целая буря эмоций. Это заводит меня еще сильнее, я без стеснения делаю вращательное движение тазом.

– Боишься? – шепчу ей в ухо. – А зря. Страх – лучшая приправа.

Софи резко вдыхает. Я скольжу пальцами под край бикини, ощущая дрожь её живота. Прижимаю Софи к бортику бассейна, чувствуя, как её бёдра непроизвольно выгибаются навстречу.

– Ты вся горишь, – хриплю я и провожу языком по ее ключице, оставляя влажный след. Это служит спусковым крючком. В следующую секунду Софи словно приходит в себя и, размахнувшись, влепляет мне звонкую пощечину, которая на доли секунды оглушает и выводит из равновесия.

Эта зараза пользуется моим замешательством, резко отталкивает и выскакивает из бассейна. Вода хлещет во все стороны, пока она бежит к дому, оставляя мокрые следы на плитке.

Щека горит огнём, но боль только подстегивает адреналин. Вода стекает с её упругих бёдер, а я застываю у бортика, сжимая кулаки. Каждый мускул кричит от ярости и возбуждения. Эта маленькая хищница… играет с огнем.

Вытираю с губ капли воды, не сводя глаз с убегающей фигуры Софи. Глушу жгучее желание догнать эту мерзавку, прижать к стене и заставить признать, кто здесь главный. Стучу кулаком по воде, поднимая фонтан брызг.

Беги, Софи. Беги. Но это ещё не конец! Игра только началась!

Я шагаю под ледяные струи душа, срывая мокрые плавки. Вода обжигает кожу, но напряжение не отпускает, член всё ещё стоит колом, пульсируя от ярости и невысказанной жажды. Вспоминаю испуганно-возбуждённый взгляд Софи, дрожь ее тела под пальцами, влажную кожу. Сжимаю член, пытаясь заглушить огонь внизу живота, но в голове снова всплывает её убегающая фигура, мокрые следы на плитке, округлые бедра.

Бл***

Рука движется быстрее, дыхание сбивается. Представляю, как настигаю ее в темном коридоре, прижимаю к стене, срываю с нее мокрое бикини. Взрыв наслаждения накрывает волной, но в ушах звенит от её пощечины. Вытираю лицо мокрой ладонью и сжимаю зубы.

Чертова стерва! Эта игра только начинается, и я знаю, кто сделает следующий ход.

Хоть мне и хочется развлечься с Софи, но работа не ждет. Беру ноутбук, подключаю наушники и полностью погружаюсь в задачи. Надо проверить прогресс по последней разработке, тем более сроки поджимают. А я не люблю подводить заказчиков. Они платят мне огромные деньги. Прогресс по проекту оказывается хуже, чем я ожидал. Команда отстает на два дня, поэтому я собираю на совещание по видеосвязи.

Поздним вечером, когда мой желудок начинает болезненно ныть, я спускаюсь на кухню. Как раз возвращаются отец с Анастасией. Последняя, сияет от счастья, словно бриллиант на солнце — и неудивительно! Судя по количеству покупок, которые они принесли, она, кажется, потратила бюджет небольшой страны на свои побрякушки.

– Максим, ты, наверное, голодный? – спрашивает Анастасия, бросая пакеты на пол. – Мы по дороге домой заказали ужин, его привезут с минуты на минуту, – тараторит она, а у меня начинает гудеть голова от ее писклявого голоса.

– Анастасия, а я надеялся, вы накормите нас своими шедеврами, – говорю я.

Она теряется на мгновение, но быстро берет себя в руки.

– Обязательно накормлю, но не сегодня, – твердо произносит она и, развернувшись, берет свои пакеты и уходит.

– Сын, – начинает отец, – я не позволю обижать свою будущую жену!

Он смотрит на меня строгим взглядом, его пальцы сжимают ручку дорогого кожаного портфеля. Я чувствую, что напряжение в комнате нарастает, как перед грозой.

– Так, я никого не обижаю, – спокойно отвечаю я, отодвигая стул. – Просто констатирую факты.

– И все же, я прошу тебя быть более мягким с Настей и Софией.

– Я тебя услышал! – твердо обрубаю я.

Я так сильно устал за последние несколько часов, что сил что-то доказывать отцу и ставить его на место нет.

Анастасия возвращается вместе с Софи. Эта маленькая хищница старательно прячет от меня свой взгляд, пока накрывает стол. Я уселся на место, где обедал днем, надеясь, что Софи сядет рядом. Но нет, она поставила свои приборы рядом с матерью.

Я наблюдаю, как Софи аккуратно раскладывает салфетки, её пальцы слегка дрожат. Кажется, она чувствует мой взгляд на своей спине, плечи напряжены, шея покрылась легкой испариной. Анастасия что-то шепчет Софи на ухо, и та кивает, всё так же избегая смотреть в мою сторону.

Ну, ок, я понял.

После ужина, пока Софи убирает со стола, я иду наверх. Только не в свою комнату, а к Софи. Свет не включаю. Сажусь в угол на стул так, чтобы, когда она откроет дверь, сразу меня не заметила. И жду…

_______

Приятного чтения))) промо к книге "Дорога в Рай" - DcJoPoat

Глава 9. София

Когда Максим уходит после ужина, напряжение, которое сковывало каждую клеточку моего организма, начинает немного спадать.Я помогаю маме убрать со стола и загружаю посудомойку. Тем временем мама с Германом Эдуардовичем, взяв бутылку шампанского и бокалы, направляются в джакузи.

Вот у кого жизнь бьет ключом! А я себя чувствую как солдат на минном поле, приходится выверять каждый шаг и оглядываться.

Я поднимаюсь к себе в комнату, хочу посмотреть, что мама мне купила, да и с Никой давно не общалась. Боюсь, подруга меня уже потеряла. Обычно мы с ней каждый день на связи, а сейчас не могу вспомнить, когда в последний раз мы переписывались. Из-за этого чёртова Максима я словно потеряла и себя, и свою жизнь.

Одному Богу известно,каких усилий мне стоило за ужином не вспоминать, как Максим прижал меня к своему мощному телу в бассейне. Я старательно избегала его взгляда, даже не поворачивалась в его сторону.

Никогда не думала, что так отреагирую на парня. Пусть даже на чертовски красивого и притягательного! Его глубокий, пронизывающий взгляд лишал воли, подкупал… По телу разливалось тепло, а разум отказывался работать логично. Хотелось одновременно убежать и остаться, спрятаться и приблизиться — настолько противоречивы были эти новые чувства!

Когда он провёл пальцами по моей разгоряченной коже, я окончательно потеряла голову. Кажется, из меня даже вырывались неприличные стоны… Но в тот момент, когда Максим упёрся в меня своим твёрдым членом и провел по коже горячим языком, я будто очнулась. Морок рассеялся. Не думая, ударила его и бросилась прочь, не разбирая дороги, лишь бы оказаться как можно дальше от него.

После той звонкой пощёчины я ждала, что он бросится за мной, поймает и прибьет на месте. К счастью, этого не случилось. Я трусливо заперлась в комнате и не выходила, пока не приехала мама. Сидела в тишине своей комнаты,пытаясь унять бешеное сердцебиение и привести в порядок расшатанные нервы.

Всё, что сейчас происходит между мной и Максимом, для меня в новинку. Раньше у меня были отношения с Костей из параллельной группы, но они быстро закончились. Между нами не проскакивали искры, и тело не обжигало одним лишь его взглядом. Я думала о таком только в книгах пишут, пока не познакомилась с Максимом. В скорости мы оба поняли, что не подходим друг другу, и расстались, не успев наделать глупостей.

С Максимом же у нас не должно быть ничего общего. Я уверена, что он просто играет со мной, а я веду себя как наивная девочка, поддаваясь его провокации.

Мне нужно сократить до минимума любые контакты с ним и каждый раз напоминать себе, что Максим — мой сводный брат. Так нельзя. Нельзя нарушать правила!

В комнате я не включаю свет, сразу ложусь на кровать, беру с тумбочки телефон, разблокирую его и пишу Нике.

“Приветик солнце, я жива. Прости, что пропала. Как у тебя дела?”— и замираю. Боковым зрением улавливаю движение в кресле. Медленно поворачиваю голову и вздрагиваю. В тёмном углу у окна сидит Максим. Не шевелится, просто смотрит на меня.

По телу прокатывается ледяная волна, впиваясь в меня острыми иглами.Сердце пропускает удар, затем пульс учащается до бешеного ритма. Я резко сажусь и прижимаю телефон к груди, словно он может защитить и оградить. В полумраке виден лишь силуэт, но его взгляд буквально обжигает кожу.

– Ты... как ты здесь оказался? – мой голос предательски дрожит, я едва выдавливаю слова из себя.

Максим не двигается.

– Дверь была открыта. – спокойно отвечает он и пожимает плечами.

Я чувствую, как по телу разливается предательское тепло, хотя в комнате прохладно. Нет, нет, нет. Так нельзя.

– Уходи, – пытаюсь сказать твёрже, но звучит это жалко и неубедительно. – Сейчас же уходи.

Максим медленно поднимается с кресла. Его высокая фигура кажется еще массивнее в темноте. Он делает шаг вперёд, а я инстинктивно отодвигаюсь к изголовью кровати.

– Боишься меня? – его голос звучит почти шёпотом, но каждое слово отдаётся эхом в тишине.

Телефон в руках вибрирует — наверное, Ника ответила. Но сейчас не до неё. Всё моё внимание приковано к нему, к этому опасному, запретному мужчине, который стоит в двух шагах от меня и смотрит так, будто видит насквозь.

Правила. Напомни себе о правилах.

– Что тебе от меня нужно, Максим?

– Хочу кое-что выяснить. Обещаю, я сразу уйду.

Он делает ещё один шаг, и теперь я чувствую его дыхание — тёплое, неровное. В темноте его глаза горят, как у хищника, выслеживающего добычу.

– Ты девственница? – внезапно спрашивает он.

От неожиданности я замираю. Что?.. Зачем он это спрашивает?В голове включается сирена. Щёки пылают, сердце колотится где-то в горле.