В пасти бешенства. Любви не будет

Глава 4

- Я хочу поговорить с тобой не как старейшина этого клана, а как твой дед. Кай, не будь ты моим внуком… То, как ты поступил. Это отвратительно! Кира, она…

- Просто девчонка!

- Она не просто девчонка. Она… твоя… - дедушка запнулся, прежде чем продолжил этот тяжёлый разговор, от которого моё сердце болезненно реагировало на каждое слово - Кай, давай начистоту. Как мужчина с мужчиной. Ты и вправду считаешь, что она заслужила этого? Быть униженной собственным братом?

- Я ей не брат…

- Отвечай!

- Нет.

- А если по-честному? Ты получил удовольствие от этого? Унижая её? Издеваясь?

- Нет.

- Может, ты садист, и в школе послушания в тебе открылись новые грани? Понравилась жестокость на вкус? Учуял прелесть чужой боли?

- Нет, дед!

- Тебе захотелось близости, и ты не смог это понять? Правильно перенаправить свои гормоны? Не смог найти себе девки, и решил воспользоваться той, что рядом?

- Это не так.

- Что тогда?

- Она меня бесит.

Унизительная пытка продолжалась. Слушая всё это, я вновь пыталась бороться с собственными чувствами, ощущая жгучий огонь внутри. Неужели он и вправду так плохо обо мне думал?

Слышать о том, что тебя отвергает тот, кто был дорог тебе, болезненно. Но ещё болезненнее, понимать, что вообще вряд ли была хоть когда-то для него важна.

- Научись справляться со своими эмоциями, поскольку она, возможно будет бесить тебя до конца твоих дней.

- В каком это смысле?

Да, дедушка! В каком это смысле? Я больше не намеревалась видеться с этим мальчишкой, нигде и никогда. С ним было покончено!

- Кай, этот разговор должен был состояться между тобой и твоим отцом в нужное время, вот только обстоятельства все меняют, и это вынужден сообщить тебе я. Послушай. Кира… она не просто семья. Неспроста вы вместе с самого детства, неспроста ваши родители каждое лето отдавали вас мне. Все было задумано с самого начала, с вашего рождения.

Чувствовала, как расширяются мои глаза, да наверняка и у этого придурка, они тоже выпадали из глазниц, поскольку его тон наконец приобрел нотки волнения.

- Что, задумано?

- Тебе придется вымолить у нее прощение!

- С чего это?

- С того, что она должна дать свое согласие.

- На что?

- На твое предложение, идиот!

- Какое ещё…

- Ты должен жениться на ней! И когда я говорю «должен», я явно говорю не об одолжении! Я про обязанность перед семьёй и этим обществом!

Земля разверзлась подо мной, отправляя меня в скоростной полет. Лечу вниз, не имея возможности остановить этот водоворот мыслей.

В каком это смысле, жениться? Я и Кай? Да ни за что, после того, что он сделал!

Сердце стучало, отдаваясь в висках. Пульс грохотал, словно барабан. Едва хватало воздуха, чтобы продохнуть сквозь тонкий проход, который продолжал сжиматься. Дедушка не просто делился своими мыслями, он открывал какой-то старый секрет, который явно не нравился ни мне, ни Каю.

- Ни за что! Дед, ты с ума сошел? Ты что, меня не слушал?

- Это ты меня не слушаешь! Ты обязан это сделать. И это не просьба! Это твой долг! Перед семьёй, перед обществом! Передо мной!

- С чего это?

- С того, что так нужно! Есть договор, и он обязан вступить в силу! Понимаешь?

Казалось, меня предали. Вонзили кинжал в спину и перерезали глотку. Семейный долг, который должен быть выполнен? Договор? Мама и папа знали об этом, и с самого детства строили свои планы, позабыв включить в эти планы наше согласие? А эта семейная возня с дедом, дядей и самим Каем – лишь видимость, и по факту нас возили как на знакомство перед случкой? Чтобы мы смогли привыкнуть друг к другу?

Ужас покрывал все моё тело мурашками. Становилось тошно от собственных мыслей и слов дедушки.

Всё обман…

Кругом обман…

И этот обман, по итогу вылился не в симпатию, как было рассчитано изначально, а в ненависть, яркую, бездонную, безграничную.

- Какой ещё договор? Я на такое не подписывался!

- Кай. Помнишь я рассказывал тебе о наследстве? Однажды, ты займёшь место среди нас, займёшь моё место. А после, твоё место должен занять твой сын. Ты знаешь правила, знаешь традиции, ты уже достаточно взрослый, что бы начать все понимать. Наша власть переходит от отца к сыну. Твой отец отказался. Её отец тоже. Надеюсь, ты не станешь повторять эту глупость. Так!?

- Так.

- Мы уже говорили об этом. Ты обязаны сохранить традиции, сохранить наследственную монархию, и единственный способ это сделать — соединить вас. Кто, если не ты? Моя единственная надежда. Кай, разве ты готов подвести деда? Я не вечен, но я готов помочь тебе, пока ещё есть силы. Я прожил достаточно лет, чтобы понимать и видеть куда больше чем ты. Ты ещё юн, импульсивен, своенравен, слишком амбициозен. Тебе кажется, что твои мысли, действия, поступки правильные. Гордость не позволяет увидеть очевидное. Но ты увидишь, поймёшь с годами. А пока, ты должен довериться мне. Прислушаться к тому, что я говорю. Кира! Она ключ, понимаешь? Она важна! Она твой золотой билет, Кай!

Тягучая слюна застряла в горле, вынуждая захлёбываться в неком отчаянии. Я понимала, что мною играют, хотят воспользоваться, в каких-то своих грязных делишках. Вот только как именно, я не понимала.

Власть, старейшинство, общество. Я мало что знала о них, поскольку отец редко говорил об этом. Но дедушка… стоило приехать к нему, как он учил нас, посвящал в традиции и правила, учил нас жить по законам, совершенно другим, кардинально отличающимся от настоящего мира, в котором мы жили. Мне нравилось слушать об этом тайном обществе, осознавать, что я могу стать частью чего-то интересного, запредельного. Дедушка рассказывал нам истории наших предков, рассказывал легенды, и даже давал читать какую-то странную книгу про древние времена. Он обещал, что как только нам исполнится восемнадцать, он позволит увидеть собственными глазами, узреть таинство общества, а пока, из года в год, он обучал нас быть одним из них. Говорил, что от нас зависит дальнейшая судьба, что мы важная часть этого мира. Конечно, всё происходило в тайне от родителей, и дедушка просил сохранять эту тайну, и мы сохраняли. А сейчас, сидя на полу и выслушивая всё это, я уже сомневалась в том, что это было правильно – утаивать правду.

Страх кричал о том, что происходит что-то странное, что-то опасное, но я была не в силах препятствовать этому губительному исходу событий.

- Ты это серьезно? Эта девчонка, ключ?

- Ты ведь хочешь этого!? Занять мое место!

- Да, но…

- Это единственный способ сохранить династическое наследство. Сохранить наследство крови. Чужакам не место среди нас, лишь тем, чья кровь принадлежит нашим предкам. Это важно, Кай! И лишь ты можешь сохранить эту чистоту крови! Из поколения в поколение, наши предки брали в жены своих же. Чистота крови важна!

- Фу....Это отвратительно. И несправедливо!

- Справедливо! Особенно после того, что ты сделал с ней. Не знаю как, но ты вымолишь у неё прощение! – голос дедушки вновь стал слишком властным, твердым и непоколебимым - Не сейчас, не сегодня и не через месяц, но однажды, ты обязан будешь это сделать. Ясно тебе? Никаких возражений! Придумай сам способы, но добейся успеха, поскольку главным и единственным условием является согласие обоих. Не настолько вы и близкие родственники, чтобы нос воротить! Если она не согласится на брак с тобой, считай, договор утрачен. А если не будет договора, ты ничего не получишь.

- Но дед…

- Кай! Это единственный вариант. Как ты не понимаешь? Если ты на ней женишься, урвёшь самый лакомый кусок. Её отец владеет удачным бизнесом, а её родной дед, самый влиятельный человек в этом обществе. Тебе откроются все двери, невероятные возможности, и лучшая жизнь. Что стоит стерпеть ради этой девчонки? Никто не просит любить ее, но вот уважать ее, ты обязан!

- Дед, это шутка такая, да? Решил продолжить наказывать меня? Это уже не смешно!

- Слушай сюда, зелень! Никакие это не шутки! Думаешь ты первый, кто вступит в фиктивный брак ради общества? Она самый удачный для тебя вариант! Лучшая партия! Хороша собой, умная, красивая, возможно однажды, ты сможешь в ней разглядеть симпатичную мордашку. А нет, так тебе никто не помеха иметь любую другую женщину, которую пожелаешь. Главное наследник, Кай!

Сама не заметила, как стала пищать от ужаса, прикрывая рот руками. Меня продали как кобылку, с хорошим приплодом. Выгодный вариант, сулящий несметные богатства и власть. Я лишь инструмент в чужих руках, вынужденная подчиняться.

Меня словно погрузили в клей, который застывал мгновенно, отнимая возможность сбежать, освободится. Паника охватывала так молниеносно. Я оказалась в западне, в капкане, и вот-вот меня настигнет злодей, и совершит самое ужасное надругательство над моим телом, не заботясь о душе.

Оказывается, с самого детства, меня готовили к тому, что бы продать, отдать, выгодно обменять …

Как мог папа согласится на такое… а Мама? Дедуля?

В эти секунды, в груди зарождалась настоящая ненависть. Она разрасталась как огромный огненный шар, заполняя грудь, ребра. Лица родных вспыхивали перед глазами, и я начинала их ненавидеть ещё больше. Все оказались предателями. Строили планы за моей спиной, будто я никто, кукла.

Неужели, весь этот мир состоит из лжи и предательства? Чем отличается поступок родителей, от поступка Кая? Оба варианта низкие.

- Теперь ты понимаешь причину моего гнева? Своими действиями ты опозорил не только её и меня, ты опозорил себя. Эти мальчишки, эти твои дружки, ты позволил им касаться той, кто в будущем будет принадлежать тебе. Ты позволил им унизить ту, что в будущем станет твоим лицом.

- Мне всё равно. Как ты и сказал, она лишь инструмент.

- Это пока, всё равно. Сейчас ты глупый мальчишка, но однажды, когда ты станешь мужчиной, ты поймёшь насколько глупой была твоя ошибка. Кем бы ни была твоя жена, как бы ты к ней не относился, никому и никогда не позволено даже смотреть на неё плохо, поскольку жена — это часть тебя. Посмотреть косо на неё, равносильно посмотреть коса на тебя. Оскорбить её, равносильно оскорбить тебя. А это непозволительно! Такое отношение ты хочешь? Чтобы за твоей спиной её считали шлюхой?

- Нет.

- Тогда исправь это! Засунь куда подальше свою гордость и сделай всё, чтобы эта девчонка поменяла о тебе мнение. Можешь хоть ковриком постелиться к её ногам, но исправь. И ещё, твои дружки! Им вправить мозги, тоже должен ты! Делай что хочешь, но не позволяй им плохо думать о ней! О тебе! Впереди, тебя и твоих дружков ждёт ещё один год в школе послушания, где вам всем вправят мозги, я лично попрошу научить вас быть мужиками! К своим двадцати годам, ты должен поумнеть. Ясно? Закончить эту школу мужчиной, а не выродком! Обдумай всё, и исправь свои ошибки. Ты меня понял?

- Да.

- Эту ночь можешь провести в особняке. Но утром, убирайся из моего дома, пока не поумнеешь. Я сообщу твоему отцу о возвращении. И скажешь, что это твоё решение.

- Дед…

- Я не шучу, Кай! Пока не станешь мужчиной, не появляйся в этом доме. Пусть ты мой внук, но даже тебе не позволено вести себя по-скотски. В моём доме нет места зверствам! В доме своего отца, можешь делать что угодно, но не здесь. Что касается Киры, она тоже уедет. Да и она сама не захочет оставаться. Ваши безмятежные года в этом доме окончены!

Я была рада это слышать, знать, что уеду отсюда и не буду видеть это паршивое лицо Кая. А еще, чем дальше я отсюда, тем я в большей безопасности, пока не придёт время. А когда она придет, я уже придумаю, как защитить себя. Смириться со всем тем, что я услышала? Никогда! Отец всегда учил быть сильной, иметь свое мнение, и не позволять чужой воле влиять на себя. И я буду! Обязательно стану такой, каким хочет видеть меня отец. И даже переплюну. Семье придется принять новую, улучшенную я. Я не стану бежать, я загляну страху в глаза, и сама испепелю его ужасом.

Злость брала бразды правления, и я уже выстраивала в голове решения, которые казались мне на тот момент верными, правильными.

Восстану!

Воспротивлюсь!

Не дам себя в обиду! Не позволю решать за меня!

Скажи мне год назад о том, что мы с Каем… нас ждёт счастливая жизнь вместе, и я бы воспарила от радости. Маленькая, глупая девочка во мне, визжала бы от счастья. Вот только эта девочка умерла вчера ночью, в луже мочи этих уродов. Зато на ее месте возродилась другая, родилась из пепла гнева и ненависти, что бы раздать злодеям заслуженную порцию мести.

Сейчас, зная всю правду, зная, на что способен этот человек, и как он обо мне думает, пропало всякое желание связываться с ним. Я больше не чувствовала к нему ни нежности, ни тепла. Я ненавидела его.

Нет! Ни за что!

Вы все думаете, что я маленькая глупая девочка, которая молча подчинится вам? Чёрта с два, я это сделаю!!!

- Думаю, дома ей будет лучше.

- Я делаю это не потому, чтобы угодить тебе. Но так будет лучше для нее. Пока вы оба здесь, к ней не подходи. Ослушаешься, и я запру тебя в подвале! Понял?

- Понял.

- Иди в свою комнату, и до её уезда, не появляйся на глаза!

***

Кай покинул кабинет, а я так и продолжала сидеть в тёмной комнате, раскачиваясь из стороны в сторону. Меня одолевали самые разные чувства, новые, незнакомые. Я боялась услышанного, боялась сказанного, и одновременно, уже представляла в своей голове, как решить эту проблему, как найти путь к выходу, и как сделать так, чтобы я не проиграла.

Сдаваться в руки садиста? Нет уж, спасибо.

Ждать помощи дедушки или папы? Это вряд ли. Они же и затеяли этот договор.

Что касается мамы, так она вряд ли сможет помочь, с учётом слишком тихого и замкнутого характера.

У меня остаюсь лишь я, и могу полагаться лишь на свои силы, а значит, однажды придёт время, когда мне придётся отбиваться. И тогда, я должна буду быть готовой.

Соскочив с пола, я выглянула из своего укрытия, убеждаясь, что в коридоре никого нет. Дедушка по-прежнему оставался в кабинете, притихнув.

Наверняка, обдумывает новые планы, но я попытаюсь опередить его. Выждав достаточно времени, я вышла из темной комнаты, подойдя к двери кабинета. В груди неистово билось сердце, но я должна была преодолеть эту панику и сделать первый шаг.

Стук. И по ту сторону дедушка громко басит:

— Войдите.

Заглядывая в небольшую щель, я посмотрела на дедушку который сидел за огромным дубовым столом, удерживая одной рукой свою голову. Выглядел он весь вымотанным и уставшим. Лицо стекало вниз, отражая всю тяжесть на его лице. Неужели, и вправду переживал за меня? Или же, за провал своего плана.

- Дедушка.

- Милая! Заходи. Не стой в дверях.

Как всегда, его тон казался бархатным, нежным. Дедушка всегда старался разговаривать со мной по-особенному, с некой теплотой. Но сейчас, когда я знала маленький секрет нашей семье, я не понимала, как он может так безупречно играть свою роль добродетели?!

Сжав всю свою смелость в кулак, а вместе с ней и злость, я переступила порог кабинета, разглядывая разбросанные предметы на полу, сдвинутый ковёр и даже местами кровавый пол. В кабинете как будто прошелся ураган. Явные признаки борьбы и даже насилия.

Игнорируя это, дедушка махнул мне рукой, указывая на кресло напротив.

- Садись, садись. Я думал, ты давно спишь.

- Не спится.

- Оно и понятно, дорогая. Садись. Поговорим.

Одно из самых любимых занятий дедушки — были долгие разговоры. Раньше он мог часами о чём-то рассказывать, а эти рассказы поистине были интересны. Каждый раз слушая его с открытым ртом, я вникала в каждое слово. Но сейчас, казалось, дедушка способен говорить лишь ложь.

- Я хотела сказать...

- Кира. Позволь сперва сказать мне - Как же! Даже здесь он не упускал демонстрировать свою важность. Всегда первый, всегда последний. Его слова возглавляли и замыкали любой разговор – эти мальчишки, просто идиоты! Глупцы, не ведающие, что творят. Поверь. Им вправят мозги. Приведут в чувства. Они ещё пожалеют о том, что сделали, дорогая.

- Думаешь?

- Я это знаю. Сам был когда-то таким же, взбалмошным. Но это временно. Тяжелая рука и правильное наставление, и они быстро встанут в стоило! Скажи, что ты сейчас чувствуешь? Поделись со стариком своими переживаниями.

Меньше всего, мне сейчас хотелось делиться с кем-либо своими чувствами. Попав в такую историю впервые, я в полной мере осознала насколько стыдно рассказывать о таком. Легче смолчать. Утаить, пережить самой, чем слёзно лить сопли у кого-то на плече. Здесь и сейчас, мне хотелось действовать по совету, данному мне когда-то моим отцом.

«Слабость — это трещина, через которую проникает страх. Пусть проникнет, иначе ты не научишься идти сквозь него»

Это и происходило. Я шла через свой страх, приобретая стержень, который не ломается под давлением. Я заставлю течь силу через свои вены, как холодная уверенность.

- Ненависть. Я ненавижу их!

- Дорогая, нормально это чувствовать. Эти ублюдки… Поверь, им досталось, и ещё достанется. Я не слезу с них, пока не посчитаю сам, что им хватило. Если это тебя успокоит, то знай, они получат своё наказание. Все еще впереди!

Да, эти мысли меня явно успокаивали, даже воодушевляли. И именно эти мысли меня и подтолкнули на правильное решение.

- Они согласились молчать?

Делая вид, будто ничего не знаю, я смотрела на девушку, играя вместе с ним свою роль не понимающей внучки.

- Я заткну их рты, вырву языки и сломаю пальцы, если нужно будет. Кира, то, что мы затеяли, опасная дорога. Скрыть будет очень сложно, поскольку слишком много людей знают эту тайну. И все же, я сделаю всё, что в моих силах.

- И я надеюсь на тебя, дедушка. Никто не должен узнать! Эти звери… дедушка, я больше никогда не хочу с ними видеться – решила пойти на опережение, давая дедушке понять, будто его мысли обо мне правильные, будто он знает меня… - Я хочу уехать! Хочу домой.

- Я понимаю. Это самое правильное решение.

- Дедушка, то что произошло … здесь… Я не могу… не хочу обижать тебя, но я не скоро смогу приехать в этот дом. Если вообще смогу….

Не сводила взгляд с серых глаз взрослого человека, попутно разглядывая его рябь морщинок под глазами и две глубокие борозды на переносице. Казалось, его лицо всегда хмурое, хоть он и мог изображать добряка. Старая кожа провисала у губ, опадая с щек вниз. Сегодня дедушка казался по-особенному пожилым, престарелым, будто ему добавилось за день десяток-другой.

Смотрю, и пытаюсь разгадать его тайну до конца. Что задумал он? Его сын? Его внук? Троица, которая так похожа друг на друга, с одной значительно разницей - цветом волос. У Кая - огненные, рыжие, у дяди светлые, пшеничные, а у дедушки, серые, пепельные. Лживый, лицемерный человек. Не удивительно, что яблоко от яблони упало недалеко, слыхала я несколько историй, и не самые приятные.

- Я не буду настаивать, Кира. Завтра же, я отвезу тебя домой. Причину для родных придумай сама, я подыграю. Но ты же понимаешь, что о случившемся нельзя никому рассказывать!

- О таком вряд ли можно хоть кому-то рассказать.

- Кира, это было не по твоей вине. Я рядом, и если захочешь высказаться, дорогая… Я готов поддержать.

- Не нужно. Это лишнее.

- Кай, всего лишь недозревший мальчишка. Мой тебе совет - забудь, отпусти, жизнь продолжается. Ты сильная!

Легко предлагать, когда тебя это не коснулось. Легко сказать «забудь», и жить дальше свою жизнь, не переживая вновь и вновь, все ужасные картины, которые продолжали жить в моей голове. Наверняка, дедушка так и поступит, как только мы уедем из этого особняка. Вот только мне забыть, явно не получится. Да я и не хочу забывать. Нужно помнить, что бы иметь силы бороться. Как дедушка сказал, не сейчас и не сегодня, но однажды, Кай явится исполнить долг, и тогда, я должна быть готова.

- Он меня ненавидит...

- Это не так. Порой, мальчишки не знают как выразить свои эмоции, и тогда, она начинают дергать за косички...

- Но он не просто подергал за косички. Он меня ненавидит! Я видела это в его глазах. С какой жестокостью.... - запнулась, понимая, что эти слова будут лишними. Забылась, но вовремя опомнилась - Ты прав. Я забуду. Вычеркну из жизни каждого из них! Забуду об их существовании. И больше никогда не стану об этом говорить.

Пусть поверит, пусть думает, что я и в правду готова отпустить произошедшее и начать жизнь с нового листа, как глупая наивная дурочка, не знающая что ждет ее впереди.

- Правильно. Вот только Кира, однажды, когда эти мальчишки повзрослеют, они обязательно захотят извиниться. Хоть один из них. Понимаешь? Время всё ставит на свои места.

Понимала. Конечно я понимала, о ком шла речь. Простить его когда придёт время? Это вряд ли. Но я с удовольствием послушаю его жалкие попытки, что бы после.... вытереть о него ноги.