Там и Здесь. Тёмный правитель

– Мне надо побыть одному, – сказал он морщась, когда они со Спрутовской оказались в коридоре.

Та вытаращила фиолетовые глаза.

– Как?! А я на хотела факультатив записываться, – удивилась она. – Мне сказали, что после прибытия нужно выбрать факультатив общего развития. Какое-нибудь пение или игры.

Десмонд покривился, ему действительно хотелось погрузиться в тишину и покой своей комнаты, которую он по счастливой случайности делил лишь с одним соседом.

– У меня гудит голова, – признался наследник. – Мне правда нужно уединение. А факультатив… Тебе это сказала Руфина?

Глаза Спрутовской ещё больше округлились, лицо в озадаченности вытянулось.

– Да… А откуда ты знаешь? – с подозрением поинтересовалась она.

Верховному альпу оставалось только отмахнуться со словами:

– Руфина Вещаева ко всем пристает с факультативами. Пытается затащить в свой клуб с бабочками.

– Судя по всему, её стратегия работает, – заметила Виолетта. – Вон, гляди, уже новенькую обрабатывает.

– Ты тоже не старенькая, – заметил Десмонд и проследил за взглядом Виолетты.

Он направлен влево по коридору, где возле парящих золотых стендов с вариациями расписаний, которые можно самостоятельно загружать в свои зеркальца-скажи, пышноволосая блондинка в цветастом, как крылья бабочки, платье что-то воодушевленно рассказывает новенькой.

Десмонд хмыкнул, жжение в груди после крови из кубка притупилось, думать стало легче. Бегло оглядев Наддин, он сделал вывод, что Руфине не составит труда заманить её в свой клуб любителей бабочек.

– Ты же в курсе, – заметил Десмонд, продолжая наблюдать за девушками, – что хобби-клуб не обязателен?

– Да? – отозвалась Виолетта. – Ну и ладно. Лишним не будет. Классно же после лекций заняться чем-то ещё.

– У меня и без факультативов есть, чем заняться, – глухо отозвался Десмонд и развернулся, чтобы отправиться по коридору в корпус общежития.

Но не успел сделать и шага, как ощутил настойчивую ладонь Спрутовской у себя на плече. Наследник и верховный альп не привык к тому, чтобы с ним разговаривали не иначе, как почтительно. Что уж говорить о прикосновениях. Ни один носферату, да что там – альп, не позволил бы себе такой дерзости. Так что сейчас Десмонд пришел в такое замешательство, что лишь оглянулся на Виолетту и выпучил на неё красно-карие глаза.

Та даже не догадывалась, что нарушила сразу несколько жесточайших правил Небулана и проговорила быстро и с напором:

– Да ладно тебе. Успеешь ты отдохнуть. Не будь маргиналом с Небулана, которым тебя все считают.

– Но я и есть маргинал с Небулана, – сообщил Десмонд.

На что Виолетта закатила глаза и с многозначительным «ой, всё», потащила его к девушкам, активно перебирая спрятанными под юбкой-годе щупальцами. Судя по взаимным улыбкам девушек, Руфине-таки удалось уговорить новенькую посетить клуб.

Виолетта ворвалась в их разговор бесцеремонно и уверенно.

– Привет. Я Виолетта. А это Десмонд. О чем разговор?

Облик Спрутовской блондинку не смутил, зато на Десмонда она вытаращилась перепуганными глазами, а когда перевела взгляд на Виолетту, в нем читалось «ты спятила приводить его сюда?».

Но Спрутовскую недвусмысленный взгляд не смутил, она произнесла все так же бодро:

– Знаю, знаю. Десмонд с Небулана. Но уверяю, если узнать его чуть ближе, он не такой страшный, как все думают. Верно, Дес?

Оглянувшись, Спрутовская посмотрела на Десмонда весьма по-свойски, что наследнику не понравилось. Но, с другой стороны, хомокракенка, не считая качка, единственная, кто его не испугалась и общается совершенно бесстрашно. А это уважительно. Поэтому он едва заметно двинул плечами и произнес:

– Обещаю, в шею впиваться не буду.

Прозвучало куда более зловеще, чем он представлял, Руфина побледнела и сделала шаг назад, послав новенькой быстрый взгляд.

– Ты это… Наддин, приходи сегодня на собрание в отдел естествомагии. Кабинет двадцать ноль один.

После чего развернулась и стремительно побежала по коридору, теряясь в толпе.

Они втроем проводили Руфину долгими взглядами, после чего Виолетта снова взяла инициативу на себя. Протянув руку новенькой, она ещё раз ретиво представилась:

– Виолетта Спрутовская. Прибыла пару дней назад по направлению из Тихого океана. Государство Марианская федерация, по-вашему – впадина. Город Ваплау. Хомокракен, маг воды и просто красавица. А ты Наддин?

Новенькая от такого напора  оторопела, но быстро пришла в себя и улыбнулась ровными белыми, как речной жемчуг, зубами.

– Очень приятно, – певучим и мягким голосом ответила она и пожала руку Виолетте. – Да, я Наддин, можно Надя или Нади. Чаровница. Ворожея, по простому.

Едва Десмонд услышал это, ему стало все ясно, и от его трансмагирированного сердца отлегло. Чаровница. Понятно.

– У тебя мощная магия, – впервые за весь разговор подал он голос.

Когда Наддин перевела на него взгляд, Десмонд ощутил уже знакомое жжение в грудной клетке. В болотно-зеленых глазах девушки светилось сама топь, она затягивала, всасывала в свои бездонные недра и шептала что-то бессловесное, но очень манящее.

Резко отвернувшись, Десмонд проморгался и вытер глаза пальцами.

– Мощно, – констатировал он.

Наддин загадочно усмехнулась и улыбнулась дежурной улыбкой. Но теперь наследник смотреть ей в глаза не решился. Позорно ему, верховному альпу испытывать на себе магию какой-то земной чаровницы. Не будь его харизма и морок заблокированными, никакие чары его бы не задели, а совсем наоборот – новенькая сама упала бы перед ним на колени в неистовой мольбе принять её кровь. А сейчас он хуже вурдалака – бессильный, как котенок.

Наддин проговорила, с вялым интересом оглядев Десмонда:

– У меня чары с рождения, я плохо их контролирую. Надеюсь,  в академии меня научат ими управлять. Если тебе неприятно, я могу отойти. Но не обещаю, что станет легче.

– Ерунда, – мрачно отозвался наследник, игнорируя её скрытую колкость и делая вид, что никак не ощутил воздействие чар. – Я верховный альп, на мне такое не работает.

Слева послышалось фырканье Виолетты.

– Да? А что же ты так выпучился на неё? – поинтересовалась она прямо.

– Красивая, – нашелся Десмонд.

Наддин улыбнулась так, как делают все красивые девушки, знающие о своих чарах. Зато Виолетта шумно выдохнула носом, и наследник понял – он попал в яблочко. Однако новенькая смотрела на него с нулевым энтузиазмом, что для верховного альпа в буквальном смысле оскорбление. Как досадно, что на Земле он не в силах применить своих врожденных сил.

– Значит, Руфина заманила тебя в клуб бабочек? – поинтересовался он, глядя на лоб Наддин, чтобы снова не попасть в топкое болото её глаз.

Новенькая развела руками со словами:

– Ей не пришлось долго уговаривать. Мне нравятся бабочки. Они красивые.

– Кроме бабочек ты ещё чем-нибудь интересуешься? – удивившись самому себе, спросил Десмонд.

– Всем понемногу, – отозвалась Наддин и покосилась в сторону на группу оборотней, которые ей откровенно улыбаются и машут. – Меня успели затащить ещё на несколько факультативов.

Десмонд хмыкнул, послав оборотням мрачный взгляд.

– Как быстро.

– Сама в шоке, – кивая, согласилась Наддин. – Так что кроме бабочек, мне предстоят пробные занятия в шахматном клубе, клубе  «Ведьмины полеты» и клубе каких-то «Подводных лилий».

Лицо Виолетты скривилось, она охнула.

– Они же там почти голышом плавают.

– Оу… – отозвалась Наддин и белоснежная кожа на её щеках порозовела. – Надеюсь, обойдется. Хотя у меня хорошая фигура.

Пока они разговаривали, жжение в груди Десмонда усилилось, что значит чаровница из Наддин действительно сильная. Он уверен в этом, потому что только это объясняет мощные ощущения в её обществе. Ему нужно восстановиться, научиться отгораживаться от этого воздействия, иначе жжение будет ему мешать. Да, отец жестокими процедурами хорошо обучил его терпению. Но зачем терпеть, если можно устранить боль?

Поэтому Десмонд вклинился в беседу девушек, которые по своему обыкновению уже перешли на обсуждения средств для волос и кожи.

– Я вынужден вас покинуть, – сказал он и развернулся.

Голос Виолетты снова прозвучал удивленно и напористо:

– Ты реально сейчас уйдешь?

– Да, – сухо ответил Десмонд и широкими шагами направился по коридору к арке корпуса общежития, оставив обеих девушек позади хлопать ресницами.

По пути Десмонд зашел в Каталоги и взял пару фолиантов по анатомии и физиомагии чаровниц, а также их влиянию на окружение. Придется освежить на досуге знания в этой области. Не хочется каждый раз испытывать жжение при появлении Наддин.

В комнате к его разочарованию оказался сосед – спокойный, но очень занудный и приставучий эльф с почему-то очень короткой стрижкой. Белый ёжик на голове его выделял из толпы больше, чем парню хотелось бы, а долговязость и стройность создавали эффект щуплости. Впрочем, Десмонд успел убедиться в том, что это лишь видимость, когда на спарринге по физподготовке оказался с ним в паре. Пару раз от остроухого он чуть не получил в челюсть, а это сложно, учитывая его трансмагирированную скорость. Так что несмотря на то, что парень зануда, наследник его уважал. Как и Десмонд, знакомиться эльф умел плохо и пытался довольно топорно оттачивать этот навык на наследнике. Так что завидев его, эльф вскочил и протараторил:

– Десмонд, привет! А я тут как раз собирался на травоведение. Хочешь со мной? Мы сегодня будем проходить зелья из корней сингониума и юкки гиперборейской. Я читал, что эти зелья очень полезны для мозгов всех магических созданий. Например у эльфов они ускоряют процессы передачи нервных импульсов, от этого мы быстрее двигаемся. А вот у оборотней…

– Березель, Березель стой, стой, – прервал словесный поток эльфа Десмонд. – Я уверен, тебе полезно изучить варку зелий. Но мне нужно немного собраться с мыслями. Желательно в одиночестве, если ты не против.

Березель многозначительно хмыкнул и сложил руки на груди, постучав носком сапога, и покосился в окно с таким видом, будто раскусил всех и во всем.

– Это из-за новоприбывшей? – поинтересовался он.

Десмонд к этому моменту уже дошел до кровати и даже разлегся на ней, закинув руки за голову. Слова Березеля его привели в замешательство.

– Не понял, – проговорил наследник и сурово покосился на соседа.

Тот то ли не понял, что рассердил верховного альпа, то ли сделал вид, что не понял.

– Ну, – протянул он и дернул кончиком левого уха, – ты слишком откровенно пялился на неё. Я все видел.

Слова эльфа Десмонду не понравились ещё больше, он проговорил:

– Во-первых, с чего вдруг ты за мной следишь? Во-вторых, о ком конкретно речь? А в-третьих, я ни на кого не пялился.

Судя по глуповатой улыбке эльфа, он совсем не понял, на какой тонкий лед ступил и, поскребывая подбородок ногтями, продолжил, как ни в чем небывало:

– Ну да, конечно. Даже слепой заметил бы, как ты впился в неё глазами. Я аж испугался за бедняжку, вдруг вцепишься клыками в её нежную шею.

В груди Десмонда заклокотало. Никто на Небулане не смел даже подумать о том, чтобы так разговаривать с ним. Но здесь… Здесь Земля. Здесь какое-то непонятное ему равенство, которое при этом земляне сами же и нарушают. Кричат из всех утюгов о том, что каждый имеет одинаковые права. Но при этом почему-то одни ездят на шикарных артекатах, которые на земле называют машинами, а другие еле сводят концы с концами. На Небулане такого быть не может по определению, потому что каждый рожден в своей касте и каста под строжайшим надзором верховного альпа обеспечивает небуланца всем необходимым. Никогда его подданные не будут нуждаться. Ни один небуланец не погибнет от голода и отсутствия крови. Он, Десмонд Варгас сделает все, отдаст свою жизнь, кровь и кости, чтобы его народ жил. Как сделал его отец. Как сделает любой верховный альп.

Чтобы успокоить затлевшую в душе ярость, Десмонд совершил несколько тактических вдохов и выдохов, которые в понимании землян больше похожи на сгорбливание и выпрямление позвоночника. «Все в порядке, этот дерзкий и недалекий эльф с Земли не пытается его оскорбить, потому что не соображает», – мысленно сказал Десмонд себе.

После чего выждал ещё немного и поинтересовался, как можно более спокойно:

– Чью конкретно шею ты предлагаешь мне разорвать?

От формулировки и так не очень загорелый эльф побледнел, травяного цвета глаза выпучились.

– Не… Ты что. Я никого не собирался предлагать…

– Тогда следи за языком. И запишись на курсы общения. Разговариваешь, как полоумный.

Растерянный облик Березеля Десмонда не тронул – мужчина, не важно какой расы, должен отдавать отчет словам и уметь ими пользоваться. А если не умеет – пусть учится. Иначе это не мужчина, а базарная баба.

Плечи эльфа поникли, уши повисли, он печально сел на край своей кровати и уперся локтями в колени, взгляд застыл в одной точке на полу.

– Да, я знаю, что с общением у меня не очень, – с тоской проговорил он. – Не обязательно было тыкать в больное.

– Боль – это точка роста, – сухо отозвался Десмонд. – Запомни, Березель, если тебе больно и тяжело, значит ты идешь вверх. Это путь победителя.

Снова повисла небольшая пауза, в которой Десмонд слышал, как медленно стучит сердце остроухого. Эльфы живут дольше обычных людей, но их кровь обогащена кислородом гораздо меньше, чем это нужно небуланцам. Раньше на фермы их уводили редко, когда находили. Но шло время и эльфы с небуланскими людьми-валькириями перемешались. Кровь ассимилировалась и стала пригодной. Но она быстро подходила к концу.

– Говоришь, боль – это точка роста? – вдруг подал голос Березель.

– Меня этому учил отец, – согласился кивая Десмонд.

– Тогда иди и проведи вечер с этой новенькой, – хмыкнул эльф. – Я видел, как тебе было хреново рядом с ней. Ну? Что не хочешь?

Даже не переспрашивая, Десмонд наконец понял, о какой конкретно новенькой шла речь. Ведь по факту сегодня для него новых знакомств случилось аж два. Но жгло грудь ему только рядом с Наддин. Надо же, выходит, этот остроухий неуч бросает ему вызов?

Подзадоренный азартом, Десмонд сел на кровати и скрестил руки на груди.

– Считаешь, у меня не получится? – поинтересовался он.

– Считаю, что ты не сможешь долго терпеть, – не стал отступать Березель. – Я уже навел справки, девчонка – чаровница. Ворожея то есть. У многих сильных созданий её чары могут вместо морока вызывать боль.

– Твоя лесть, конечно, приятна. Хорошо, что ты считаешь меня сильным, – хмыкнул Десмонд. – Но верховного альпа не проймет какая-то чаровница с Земли.

– Давай поспорим?

– На что?

– Если ты, игнорируя боль, сможешь её поцеловать, я буду весь год писать за тебя контрольные по травологии.

– Хм, – отозвался Десмонд. – А если поцелуй не состоится?

– Ну… Отдашь мне свой кубок.

Десмонд присвистнул.

– Аппетит у тебя, однако, немалый.

Губы эльфа растянулись в улыбке, обнажая ровные белые зубы, которые сейчас напоминают оскал.

– Я эльф, а не идиот, – отозвался он. – Ну что? По рукам?

В характере Десмонда понятие «пасовать» отсутствовало как класс, тем более, что интерес подогревался с разных сторон. В случае выигрыша он получит бесплатного подчиненного на целый год и поднимет самоуважение. А если проиграет… Верховные альпы не проигрывают. Так что он протянул руку и ответил:

– По рукам.