- -
- 100%
- +
Таджики найдут всё
Конечно, до встречи с ними я их представлял такими, как их показывают в российских фильмах. Если это комедия, то обязательно это смешной, малообразованный гастарбайтер. Ещё время от времени просачиваются криминальные сводки с их участием. В России их не любят: мол, понаехали, свой Таджикистан везут к нам. В Казахстане такой проблемы можно сказать нет, но близость с Россией этот стереотип перекинул и к нам. Хотя Джонни – таджик, и он не походил на этот стереотип. Мы учились с ним в классе, и часто его ставили нам в пример как очень трудолюбивого и умного человека.
В Китае учились ребята из Таджикистана. Да, с первого взгляда они были забавными: забавно говорили, называли друг друга тиграми, забавно друг друга стригли, забавно одевались. Они любили «флексить» на мопедах – у каждого уважающего себя таджика там был мопед.
Таджики в нашем институте проявили себя с очень интересной стороны. Они всегда охотно делились советами с новоприбывшими. Меня же, настроившегося на дедовщину, это приятно удивило. Вообще все второкурсники охотно желали помочь адаптироваться и показать округу. Это когда мы уже стали второкурсниками, ввели некоторые элементы дедовщины.
Назар и Ламар заинтересовались покупкой мопеда. И мне предложили купить с ними вскладчину, но я посчитал, что такой агрегат мне не нужен. Но за информацией о мопеде мы сразу пошли к таджикам.
Главным среди таджиков был парень Абдуллоджон – ещё один Джонни. Он сказал, что его друг продаёт мопед. Я, Ламар и Назар пошли смотреть. С виду агрегат был хорошим, не бит, с электродвигателем – что удобно: на территории института была зарядная станция. Пацаны с радостью купили мопед.
Ещё помню, как таджик – назовём его Бободжон – показывал мне, как заказывать вещи с «Таобао». На «Таобао» можно найти всё, что угодно. Мне на тот момент это показалось очень сложным, но я присмотрел себе там ботинки, как у американских рабочих или заключённых колоний из старых фильмов. Он заказал, но я переоценил размер своей стопы, и Бободжон помог мне оформить возврат и заказать новые. Я эти ботинки потом носил четыре года, практически постоянно. И цену до сих пор помню – 167 юаней. Для своей цены ботинки просто отличные.
Как-то раз нам стало интересно посмотреть на китайский базар. Мы, конечно же, пошли к Абдуллоджону. Мы рассчитывали просто получить инструкцию, как туда добраться, но Абдуллоджон не впервые предпочёл не просто сказать, а провести нас туда. Мы сели на мопеды и отправились. На базаре Абдуллоджон, как представитель южного народа, умело торговался. Я тогда купил себе перчатки за 10 юаней – очень хорошие перчатки, из такого приятного материала, но, к сожалению, через пару месяцев я их потерял. Мы ещё походили по базару, и Абдуллоджон сказал, что у него дела и он поедет, потому что опаздывает. Мы тогда с Назаром между собой заметили, что у него были дела, но он всё равно поехал с нами.
На обратной дороге я захотел управлять мопедом. Назар предостерегал, что движение на дорогах активное.
– Давай на спокойной улице дам.
Но я хотел сейчас и выпросил дать мне управление. Я не умел тормозить – хотя что уметь-то? Зажал рычаг – и тормозишь. Но я боялся, что при торможении потеряю равновесие и мы свалимся на бок. Из-за этого страха я на одном из перекрёстков проскочил на красный, и машина проехала мимо нас, чуть не задев. Если бы на секунду позже въехали на перекрёсток, то сбили бы нас. Назар тогда начал кричать и назвал меня словом на букву «Д», сказал тормозить и отдать ему мопед.
Как-то вечером мы сидели в общаге, скучали и думали, чем можно заняться. Кто-то предложил покурить кальян, и мы, конечно же, сразу пошли к таджикам – потому что у них всё есть. Бободжон принёс кальян к нам, всё подготовил и ушёл. Мы говорили ему, что если он хочет, может с нами посидеть, но он сказал, что не хочет нам мешать.
Таджики всегда разрешали конфликты. Однажды была какая-то история: парень-киргиз встретил на улице своего односельчанина, а раньше у них был конфликт – они встретились в Китае и продолжили ругаться. Ор стоял на улице, и мы пошли туда поглазеть. Они не дрались, а просто ругались – просто в Китае драться нельзя, по камерам сразу увидят. Позже вышел Абдуллоджон и сказал:
– Вы же с одной деревни, встретились так далеко от дома – должны наоборот руки друг другу пожать. А если из окна сейчас украинцы или казахи увидят вас, сразу поймут, что вас по одному можно щёлкать.
Однажды Абдуллоджон помог и мне решить проблему с другим таджиком, но это было на втором курсе, и поэтому расскажу потом.
О Джинне
Джинн для меня – это персонаж из «Алладина». А также марка семечек. Но так как Ламар, Назар и Джонни – люди верующие, то Джинн для них нечто другое.
В конце первого курса стала ходить история, что по общаге стал ходить Джинн и вселяться в людей. Я, конечно же, воспринял эту историю как бред какой-то, но мои друзья напряглись. Особенно этот Демон был силён на последнем, пятнадцатом этаже общаги, где никто не жил. По словам очевидцев, когда туда поднимаешься, слышны всякие звуки и хочется спрыгнуть вниз.
Так как тогда я был неверующим, то просто смеялся с этого. Сейчас я верую в Бога, но всё равно подобные истории воспринимаю как страшилки для маленьких. Не зря говорят: «Веруешь в Бога – веруй и в Дьявола». Я хоть до сих пор не особо подкован в слове Божьем, но понимаю, что Дьявол – не какой-то дух, который вселяется в человека и заставляет творить разное. Дьявол – искуситель. Например, Динь Вэй погряз в пьянке. Меня в будущем он искушал яростью в сторону других людей. И я, и Динь Вэй расплачивались за это. Он – здоровьем физическим и местом в обществе, я – здоровьем психическим. Я подробнее расскажу о том, как пришёл к вере, но потом. Но тогда случился такой случай:
Был обычный вечер. Я лежал в постели, смотрел какой-то фильм. Остальные занимались своими вечерними делами. И тут настойчивый стук в дверь – кто-то прям долбился.
– Там такое, Джинн вселился, идёмте! – парень был очень взволнован.
Назар выбежал в тапках, я же решил пойти за ним – ну просто интересно стало.
На лестнице Назар расспрашивал паренька, что и как произошло, и волнение парня быстро передалось и Назару.
Пришли мы в комнату и вижу такую картину: к кровати был привязан парень, он рычал и визжал. Над ним стоял другой и читал молитвы. Третий что-то стоял и махал полотенцем. Парень, в которого вселился Демон, рычал, что ему тысячи лет и тому подобное.
Я, увидев это, рассмеялся и стал хлопать.
– Браво, браво! Хорошее представление.
Но окружающие не разделяли моего настроения. Они прям серьёзно пытались изгнать Демона. Назар стоял рядом со мной и повторял «Бисмилля».
Вскоре мы ушли, и я так и не понял, получилось ли изгнать его. Но той ночью никто не мог уснуть – мы просидели в гостиной практически до утра. Назар рассказывал, вот, что это всё правда, и что Демон вселяется в тех, кто не чистоплотен, поэтому надо чаще убираться в комнате. Ещё в тех, кто много матерится. Я же в обычном разговоре с друзьями матерюсь много, зачастую даже не замечая этого, используя слова на «б», «н» и «ё» в качестве запятых.
Назар добавил:
– Вот, ты в зоне риска.
– Да ё-моё, ты два и два сложить не можешь, – ответил я. – Надо убираться, не материться. Да скорее всего раньше взрослые это придумали, чтобы детей научить за порядком следить и не использовать бранных слов. Ребёнок поверит и бояться будет.
Вообще, может, это было и не театральное представление. Скорее всего, тот парень действительно верил, что в него кто-то вселился. Но я объясняю это внушением. Люди с неустойчивой психикой подвержены верить в подобное, накручивать себя – вот и случается такое. А тот парень действительно был странным.
Вообще время от времени происходили истории, соприкасающиеся со страшным. Например, я хорошо общался с Лерой. А в неё был влюблён один украинец. Этот украинец думал, что мы с ней встречаемся. Мы однажды с Назаром ночью вышли в магазин и встретили этого украинца. Он был пьян, обнял меня и сказал:
– Береги её.
И прочее. Я не стал этому пьяному телу объяснять, что он заблуждается, и просто сказал:
– Да-да. Хорошо.
И мы пошли дальше. Потом мы услышали историю, что этот украинец той ночью попытался покончить с собой. И тут даже дело не в безответной любви – просто парень допился до такого состояния и словил белку. Вот очередной Дьявол-искуситель, чуть до трагедии не довёл. Благо его соседи смогли это предотвратить.
Перемены в стране
20 марта 2019 года произошло историческое событие: президент Казахстана Нурсултан Назарбаев ушёл в отставку. Напомню, что пост главы государства он занимал с 1989 года.
Моё личное отношение к нему было разным. Тогда, когда я был подростком, многие его ругали – и ругали зачастую справедливо. Я тоже считал его плохим президентом: мол, засиделся, нам нужен новый человек, более демократичный, а его и так никто не выбирает – выборы фальсифицируют. Между собой как-то не принято было говорить о нём хорошо.
20 марта началось как обычно. Мы сходили на уроки, пообедали, ещё посидели на уроках и вернулись в общагу отдыхать. К вечеру уже услышали новость – и в тот момент почему-то не было радости, хотя мечтали, что президент сменится. Тогда мы подумали: «А что дальше? Как же мы без него?». И тут дело не в раболепии, мол, нет другого человека кроме него, – просто в тот день закончилась целая эпоха. Мы родились при нём, при нём пошли в школу и школу окончили. Мы привыкли видеть всюду его лик. Он поздравлял нас с Новым годом. Он был с нами и в горести, и в радости. При нём в стране происходило и хорошее, и плохое. Всё-таки именно он основал нашу государственность. А кто теперь будет новым? Просто как бы человек не хотел перемен, а новое принять страшно.
Потом новый президент выступил с инициативой переименовать столицу именем первого президента. Мы тогда думали: забавно – улетали из Астаны, а вернёмся в Нур-Султан.
Тогда, конечно, фыркали: мол, культ личности, столица будет носить его имя. Но сейчас я считаю (в 2022 году столице вернули прежнее имя), будет логично, если столица будет названа в честь него. Просто если сравнить Акмолу и Астану – месторасположение одно, а города совершенно разные. И тот вид, что он имеет сейчас, – это именно его заслуга, по его проекту там многое делалось. И давайте не забывать: столица США тоже носит имя первого президента. Там это тоже культ личности?
О велосипедах
Когда уже потеплело, мы открыли для себя велосипеды. Там их много на улице – нужно просто отсканировать QR и катайся, оплатишь потом, когда закроешь замок. По цене я уже точно не помню, но помню, что это развлечение недорогое. Велосипеды нам показал Саламандр. В первый раз мы катались по району, поехали в какой-то торговый центр, потом заехали в какой-то двор. Китайские дворы меня впечатлили: там был огромный пруд, а посреди пруда – какая-то величественная позолоченная статуя. Вообще Китай – страна очень зелёная, деревьев там много, они пышные, и можно в жару под ними прятаться. Я сейчас рассматриваю фотографии того времени, и на многих из них основной цвет – тёмно-зелёный.
Мы поднялись на крышу многоэтажки, пофотографировали друг друга на фоне красивого вида города, посмеялись и потом рассуждали, что с девчонкой сюда прийти было бы замечательно – нужно держать на заметке это место. Саламандр тогда всё расспрашивал меня, кто из девчонок мне нравится, кого бы я сюда привёл. Я думал, что с радостью привёл бы сюда одну особенную девушку, но пацанам я этого не рассказал – как-то не люблю на эту тему с людьми делиться. Назар, вот наоборот, очень любил вслух рассуждать о девчонках, но он, видимо, догадывался, кто мне нравится, и её не трогал.
Теперь даже не знаю, что можно ещё рассказать на тему велосипедов. Я представлял эту главу, как буду описывать виды, которые мы видели, но, наверно, важнее – о чём мы говорили, что чувствовали во время поездок.
Мы иногда могли ночами кататься, а утром вернуться в институт и пойти на учёбу. Просто ехали куда глаза глядят и открывали для себя новые районы города. Иногда ставили цель – доехать до определённой точки, а точка могла быть очень далеко: мы утром выезжали и возвращались только ночью. И при этом, во время такого активного действия, успевали поговорить о важном, о планах, посмеяться над чем-то. Однажды мы в поездку взяли девушку, которая нравилась Ламару, и её подруг. Темп с ними, конечно, другой, да и мы специально с Назаром тормозили остальных, чтобы Ламар и та девушка оторвались немного вперёд и побыли наедине.
В общем, хорошее было время, и столько положительных эмоций и драйва дарил нам простой велосипед.
Как мы сдавали экзамен
Первокурсники в конце года обучения языка пишут экзамен на знание китайского – HSK. Всего их шесть уровней, но мы сдавали третий. Экзамен проходил в конце мая или в начале июня, точнее не помню. Мы не особо парились по поводу экзамена и до последнего момента ходили, предпочитая о нём не думать, хотя были такие студенты, что без конца жужжали по этому поводу.
За день до экзамена мы с ребятами, приличия ради, сходили в библиотеку, что-то там почитали и ушли со словами:
– Не сдадим – так и хрен с ним.
В ночь перед экзаменом всё равно было некое напряжённое настроение. В один момент приходит Ламар и говорит:
– Есть ответы.
Как я понимаю, ответы на этот экзамен сливают с самого верха за очень дорого, но по цепочке цена падает: один продал двоим, двое – троим и так далее. Но существует риск купить фантики – на этой теме некие умники умудряются спекулировать и продают неправильные ответы или прошлогодние.
В итоге до нас эти ответы дошли по цене шесть с половиной юаня с носа – на момент 2019 года это приблизительно 65 рублей.
– Да они неправильные, наверно, – сказал Джонни.
– А вдруг правильные, – ответил Ламар.
– А какая разница? – поделился я мнением. – 6,5 юаня стоят. Мы всё равно не обломаемся за такую цену, а вдруг они всё-таки правильные – так вообще круто.
В итоге мы их купили в полной уверенности, что скорее всего покупаем туфту. Потом мы долго думали, как написать шпаргалку так, чтобы её пронести. В итоге я додумался до того, что нацарапал ручкой ответы на чёрный карандаш, с которым буду заходить.
Утром мы проснулись с волнением – знаем всё нормально, но не на отлично, – и всё утро с завистью наблюдали за Индейцем. Мы были уверены, что он сдаст на все 100 баллов, и каждый думал: «Эх, надо было, как он, в библиотеке заседать». Но друг другу старались этого волнения не показывать. Пока шли, строили шуточные планы, что будем делать, если не сдадим, – в общем, пытались как-то друг друга успокоить.
На входе у нас всё забрали, кроме карандашей. Начался экзамен, и первый этап я делал по уму, параллельно сравнивая со своими шпаргалками, соответствуют ли они, – и да, они точно подходили. Следующие этапы я тоже делал сам, но иногда поглядывал на карандаш, когда не был уверен в правильном ответе. Честно, подсмотрел я раза три или четыре за весь экзамен, в основном сам всё делал.
Произошёл такой эпизод: одна из учительниц взяла мой карандаш, чтобы расписаться в документе. Я боялся, что она сейчас увидит нацарапанные ответы и меня выгонят. В итоге – не заметила.
На выходе мы с ребятами встретились, и каждый сказал, что не особо пользовался шпаргалками. Оказалось, что хоть мы и не заседали днями в библиотеке, но знали материал хорошо. Но всё равно потраченных 6,5 юаня было не жалко – мы скорее себе купили успокоение и некую уверенность, что всё закончится хорошо. А это совсем недорого.
Долгая дорога домой
Зимой я домой не ездил, и поэтому весной уже сильно стал скучать по дому. Мы с Ламаром иногда томно вздыхали: «Эх, быстрее бы домой». Дни считали. От китайской еды, от чая, от языка, даже от китайской кока колы стало тошнить. И родители нас тоже ждали – наверно, тоже дни считали.
Возвращаясь домой, обязательно нужно что-то привести с собой. Я купил отцу свитер – я это хорошо помню, потому что каждую зиму он мне говорит, какой же этот свитер тёплый. Что покупал маме, я уже не помню. Ребята интересовались у друг друга, что повезут с собой, и когда они узнали, что я везу подарки только родителям и младшему брату, сказали:
– Так же нельзя. А как же родственники? Обидятся ведь.
Они, в отличие от меня, помнили, что есть двоюродные, троюродные братья, тёти, дяди, их тёти и дяди, бабушки и дедушки, поэтому набрали кучу всего. Даже драконьи фрукты запихивали в чемоданы, чтобы родственники там это попробовали. Мне стало как-то не по себе – ведь я тоже хорошо общаюсь с тётями и дядями, с другими родственниками. Но что им купить? Я вспомнил, что когда родственники ездят куда-то, то привозят нам какие-то конфеты, чай. В общем, не что-то дорогое, а скорее знак внимания – что о нас помнят. И я решил, что детям родственников привезу шоколадок, а тёте – то ли чай, то ли ещё что-то на подобии. Это я уже потом, когда далеко не впервые ехал домой, вообще ничего не вёз – даже родителям. Всё и так можно купить и найти у нас в стране.
Первым уехал Индеец. Я, Ламар, Джонни, Назар и Саламандр решили лететь вместе до Астаны, а оттуда уже разъезжаться по своим городам.
Помню, мы опять полночи не спали, а просыпаться нам рано, но утром как-то без проблем встали.
Приехали на автовокзал, взяли билеты от Яньчэна до Нанкина.
Помню ещё такой эпизод: пока ехали на автобусе до автовокзала, я стоял в окружении стариков. Они смотрели на меня и улыбались, пытались поговорить. Я отвечал немного рублено и неохотно – просто голова была забита предстоящей дорогой. В итоге одна из старушек показывает на деда и спрашивает:
– Как считаешь, сколько ему лет?
Я оглядел его и оглашаю:
– Ну лет шестьдесят.
Они смеются, и старушка говорит, что ему девяносто три.
– Да врёте же.
Тут дед достаёт какой-то документ – и действительно 1925 года рождения. Вообще китайцы выглядят очень молодо – в какой-нибудь из глав расскажу про них.
Автобус до Нанкина был очень комфортный. Он был небольшой, хорошо проветривался – в общем, сильно отличался от того, что я ожидал. На трассах там есть придорожные пункты отдыха, где можно поесть, попить и прочие радости.
Из Нанкина до Пекина долетели без историй и застряли в аэропорту Пекина на сутки.
Аэропорт Пекина огромен – там даже есть внутреннее метро. Пока мы высадились из самолёта, пока сходили в туалет, пока нашли зону ожидания, пока покурили – прошло уже два часа.
Пока курили, к нам подошёл мужик со словами:
– О, ребята, вы русские?
– Русские, – ответили мы.
Он расспрашивал, что мы делаем в Китае и прочее, ещё в добавок вкинул пару слов про Киргизию. Мы подумали, что киргиз, просто по-русски неплохо говорил.
– Не, я китаец. Просто там долгое время работал, – объяснил он.
Поговорив, вернулись в аэропорт, поели и стали искать места, где можно будет наконец присесть. В одном из более-менее свободных рядов сильно воняло китайской водкой, и развалившись на сиденьях спали люди.
– Да ну, нафиг их. Давайте пройдёмте дальше.
Чуть дальше сидели люди с европейскими лицами, и я заявляю:
– Во! Давайте здесь. У этих хоть рожи поприятней.
Стал замечать на себе странные взгляды, а когда начинал смотреть в ответ – эти люди с европейскими лицами сразу отворачивались. И так – пару минут.
«Да что за фигня?» – думал я.
Потом присмотрелся к ним и понял, что это наши, люди из СНГ. Просто одеты они были по-нашему: серые трико, серые спортивки. И глядят так, что понятно стало – они поняли, что я это про их рожи говорил. А потом и мужчина к ним подошёл и заговорил по-русски. Это была семья из Владивостока. Этот мужчина-то не слышал, что я про их рожи говорил, и не мог понять причину напряжения у всех вокруг.
Через время мы с ребятами между собой что-то поговорили, и мужчина из Владивостока заговорил с нами:
– О, ребята, вы тоже русские?
Старушка, видимо его мама, поднимает на меня взгляд и говорит:
– Русские. Вот он – такой комплимент нам замечательный сделал.
После этого напряжение как-то пошло на спад, и мы разговорились. Старушка пожелала нам удачи в учёбе, и они улетели.
Саламандр предложил нам выехать в город, но мы с Ламаром отказались – слишком уж устали.
Нам пришлось спать в аэропорту в зоне ожидания. В аэропорту есть и гостиницы, и я всю ночь мечтал оказаться в номере, спать на удобной кровати – но не оставлю же я Ламара одного.
Спать получалось по несколько минут. Просто сами сиденья не предназначены для сна: некуда ноги положить, половина тела свисает, ещё обязательно кто-то, проходя мимо, заденет тебя.
Как-то раз я проснулся оттого, что кто-то ёрзает по моим ногам. Вскочил и вижу, что какой-то мужик умудрился улечься перпендикулярно и своими грязными строительными ботами марал мне штанину. Я огляделся вокруг – свободных мест полно, а он решил лечь именно рядом со мной. Может, он боялся чего-то, а рядом со мной ему было спокойно?
Оказалось, что этот мужик с ботами – американец, и он настоящий кочевник. Просто потом всё утро пересаживался с места на место: куда-то уйдёт, потом вернётся обратно и сядет рядом со мной. Я, перекусив, зажевал жвачку. Протягиваю жвачку и американцу – он поблагодарил, но отказался, потом снова встал и куда-то ушёл.
Мы сидели рядом с кафе, и там люди были в основном слишком нарядные для аэропорта. Все в деловых костюмах – и азиаты, и чёрные, и белые люди. Я там заметил такую красивую блондинку. Она тоже была одета по-деловому, всё время по телефону говорила. Я глядел на неё, и мне почему-то было стыдно за себя. Мы были одеты по удобному – в трико, в футболки, пахло уже от нас неприятно, головы грязные, ибо уже сутки в дороге. Она по-немецки говорила, я где-то час любовался ей. Представлял, что я тоже красиво одет, что я тоже деловой, и что мы сейчас вместе куда-то полетим.
Потом я встретился ещё с одной немкой, но встреча уже была неприятной. Я отошёл в туалет и вижу: девушка тяжёлый чемодан тащит. Я, как нас и учили, подваливаю к ней и по-английски говорю:
– Давайте я вам помогу.
Она в ответ начала шипеть про феминизм – что я не уважаю женщин, что я считаю их слабыми.
– Ты считаешь, я сама не в состоянии чемодан дотащить? – кричит она.
Я уже ответил по-русски:
– Да пошла ты! Сказала бы просто: «Нет, спасибо!».
А про себя думаю: «И вообще, мы ваших победили в сорок пятом, так что не надо мне тут!»
До вылета оставалось часов восемь, и я нашёл себе развлечение. Я стал просто наблюдать за людьми и гадать: куда они летят, зачем они летят, какова их судьба. В один момент я увидел, как та красивая немка встаёт и уходит в транзитную зону. Я проводил её взглядом и пожалел, что не решился к ней подойти.
Когда Назар, Джонни и Саламандр вернулись, мы прошли в транзитную зону, там поели в ресторане дорого и богато. Платил за всё я, но договорились, что за квартиру в Астане я платить не буду.
В самолёте произошёл рейдерский захват мест. Я, Назар и Саламандр хотели сесть вместе, но талоны были на разные места. В итоге Назар сел рядом и думал: когда придёт человек, который должен сидеть тут, он объяснит ему ситуацию и договорится. Спустя какое-то время подошла девушка и указала, что Назар сидит на её месте. Он, как и хотел, объяснил ей ситуацию и сказал:
– Вы, пожалуйста, сядьте на моё.
Девушка обернулась и замечает:
– Но там кто-то спит.
Какой-то парнишка разлёгся на двух местах, а девушка как-то засмущалась.
– Может, я всё-таки на своё место сяду? – говорит она.
– Сейчас всё решим.
Назар поднимается и кричит:
– Слышь, а ну встал!
Парнишка поднялся, непонимающе осмотрелся вокруг.
– Всё! Проходите, – говорит Назар.
Потом Назар посмотрел на ряд сзади, поворачивается к нам и громко говорит:
– Капец, сзади идиот какой-то сидит.