Анна Корф и писатель на закуску

Аня не дослушала разговор и аккуратно, так, чтобы не наделать шума, закрыла за собой дверь. Ей захотелось как можно скорее покинуть это место.

Подслушанный разговор произвел на нее тягостное впечатление. Голоса звучали заговорчески и даже страшно. Что-то здесь затевалось.

Аня стала ругать себя за то, что струсила и ушла. Нужно было дослушать. Понять, что они замышляют. Однако теперь возвращаться было уже поздно, и Аня поспешила в свою комнату.

В комнате ее ждала Зоечка. Ей не терпелось рассказать последние новости.

– Сейчас в доме девяносто восемь слуг! Представляете, Анна Александровна, девяносто восемь! Один только граф Гагарин привез с собой семь человек. И люди его походили на разбойников с большой дороги.

– Зоя, что ты такое говоришь. Откуда у графа разбойники в слугах!

– Вот посмотрели бы вы на их морды. Я столкнулась с одним из них на кухне. Знаете, как он зыркнул на меня, я готова была сквозь землю провалиться. А это, между прочим, был кучер графа.

– Что ты болтаешь! Я знаю кучера графа с детства, это дряхлый-предряхлый старик. Божий одуванчик.

– Анна Александровна, точно вам говорю – этот человек на одуванчик не похож. Скорее, на каторжника, глаза желтые, злые.

«Час от часу нелегче, – подумала Аня. – Приведения, каторжники, тайные встречи в подвале». Вслух она сказала:

– Давай спать. Завтра посмотрим на твоего кучера.

Назавтра выдался хмурый день, резко потеплело, моросил дождь со снегом. Еще вчера светило яркое солнце и стоял мороз. А теперь март показал свое самое неприглядное лицо.

На охоту ехал генерал с Андреем, Гагарин, Корф, Дмитрий и один крестьянин. Это был мужик ростом под два метра, в этих краях он считался лучшим охотником и следопытом. Он в одиночку ходил на медведя и умел читать следы, как никто другой. Лицо у него было такое, что в первый момент, взглянув на него, видишь одни лишь скулы. Только потом начинаешь распознавать узкие темные глаза, большой изломанный нос, тонкие губы.

Было еще два кучера, им-то и предстояла самая сложная работа. И от того, как они с ней справятся, зависела жизнь охотников. Запрягли две тройки. В одни сани сел Корф, Дмитрий и Гагарин. В другие – генерал с сыном и следопыт.

Чтобы выманить волков, они взяли по поросенку. Ехать решено было разными тропами и встретиться на опушке леса. Выехали, когда уже смеркалось. Те, кто оставался в усадьбе, высыпали на крыльцо, чтобы проститься с охотниками. Лица у всех были напряженные, вся эта затея казалось безрассудной и бессмысленной. В доме из мужчин остались доктор, Кожухов, секретарь и Ури. Надежда и Ольга отправились в гостиную, а Аня ушла в свою комнату. Весь день она чувствовала себя неважно, потому что никак не могла заснуть ночью.

То ли чужая кровать, то ли Зоечкины рассказы про приведения – так или иначе она не могла уснуть до четырех утра.

Тем временем охотники заехали далеко в лес, привязали к повозкам поросят и разъехались в разные стороны. Поросята начали визжать и будить своим криком остервеневших от голода волков. Корф был доволен, как никогда. Какое приключение им предстояло! В каких красках он будет описывать его как за обеденным, так и за письменным столом.

Вскоре появился первый волк, он был чудовищно огромным. Тут же охотники увидели, как, разметая снег под ногами, из темноты леса выбежали еще два. Они гнались за поросенком так быстро, что их лапы почти не касались поверхности. Четвертый, пятый, шестой. Их становилось все больше, но ни один из них так и не достиг расстояния выстрела. Охотники в огромном напряжении ждали этого момента. И вот один из волков выбился вперед – и тут же грохнул выстрел. Стрелял Корф. Ему не терпелось испробовать в деле швейцарское ружье, что он забрал у князя Дмитрия. Однако волк остался целым и продолжил бег. Второй выстрел. На этот раз стрелял Дмитрий. Он был превосходным стрелком и уложил волка сразу же.

И если от первого выстрела звери немного замедлили ход, то после второго перешли на галоп. При этом число их множилось. И Александр Корф готов был дать голову на отсечение, что их было больше дюжины.

Погоня продолжалась, и первая линия волков уже была на расстоянии двадцати шагов, охотники открыли стрельбу. Дмитрий, который еще ни разу не промахнулся, убил троих волков, одного подстрелил Корф и еще нескольких Гагарин.

Однако число волков не уменьшалось, а только росло. К тому времени уже совсем стемнело, и о том, что за расписными санями гонится больше десятка страшных зверей, можно было понять лишь по сверкающим волчьим глазам.

– Слишком много! – крикнул Гагарин своим напарникам.

Они уже и сами это поняли.

Теперь спастись от волков можно было, только круто повернув назад. Нужно было добраться до жилищ. Туда волки не сунутся. Продолжать охоту было бессмысленно. Волков оказалось слишком много.

Граф Гагарин что-то сказал кучеру. Возничий был из его людей. Тот кивнул хозяину, натянул поводья, левая пристяжная резко, не снижая скорости начала разворачиваться, за ней потянулись две другие лошадки. Развернувшись, все три перешли на галоп.

Волки, в первую минуту сбитые с толку, сейчас снова набрали скорость и не отставали ни на шаг.

Дьявольская погоня продолжалась теперь в тишине: не были больше слышны выстрелы и поросячий визг. Лишь бы успеть доехать до деревеньки при генеральской усадьбе. Лишь бы кони справились.

И вот уже видны были деревенские огоньки.

– Сейчас, сейчас, – приговаривал кучер.

– Степан! – крикнул Гагарин.

И тут коренная споткнулась, пристяжные рванули в разные стороны. Возничий спрыгнул с козел и отчаянно закричал:

– Берегись!

Сани высоко подпрыгнули, накренились, левый бок с грохотом ударил о дерево. Первым из саней выбило графа Гагарина, он ловко перекувыркнулся через себя. Через секунду впереди него на пять метров приземлился князь. Они начали отстреливаться от волков, отступая к краю леса. Но волки и не думали гнаться за ними, они жадно набросились на лошадей.

Князь Дмитрий первым выбрался из леса. Вскоре он увидел тень позади себя, вскинул ружье, но, убедившись, что это Гагарин, опустил его.

– Где дядя? Вы видели его? – спросил князь, и впервые в жизни его голос задрожал.

– Нет. Я не видел его после того, как сани перевернулись. Степана тоже нет. Он бежал прямо за мной.

– Нужно вернуться в усадьбу, запрячь лошадей, взять подмогу и патроны, – скомандовал князь.

Князь Дмитрий и граф Гагарин подняли весь дом. Кожухов тут же приказал будить мужиков и запрягать сани. Пока шли сборы, к усадьбе подъехали сани генерала. Еще издали по огням и шуму генерал понял, что происходит что-то неладное. Как только он и Андрей спрыгнули с саней, к ним подбежали князь, граф Гагарин и Кожухов.

– Вы никого не встретили по дороге? – спросил граф. – Корфа не видели? Или моего кучера?

– Нет. Мы добрались до опушки, услышали, что стреляют у самой кромки леса, и поспешили к вам. Но никого не встретили.

– И саней наших не видели? – спросил князь.

– Не видели, – на этот раз ответил Андрей.

Генерал с первых секунд понял, что произошло и сразу же отошел к следопыту. Они о чем-то тихо говорили, тот качал головой, но генерал настаивал на своем.

Вернувшись к остальным, он твердо и спокойно стал излагать:

– Александр, скорее всего, уже мертв, кучер тоже. Шансов почти нет. Но мы начнем поиски, как только рассветет. Если им удалось спастись, то Иван, – генерал указал на следопыта, – найдет их. Сейчас в лес идти никак нельзя, иначе мы затопчем все следы, и тогда пиши – пропало.