Искусство речи. Как говорить и выступать перед публикой

Он приводил примеры в защиту своей точки зрения, а Б. упорно настаивал, что при употреблении мышьяка человек умрёт от отравления. В итоге, чтобы доказать правоту своей точки зрения, А сказал Б: «Ты не веришь? Тогда давай проверим это на месте: я съем его на твоих глазах, чтобы ты убедился, умру ли я после этого». Спор дошел до такой степени, что А упорно утверждал, что от еды мышьяка не умрет, а Б настаивал, что умрет обязательно, в результате чего А даже купил мышьяк, чтобы съесть его на глазах у Б. В этот момент Б, глубоко опасаясь, что А действительно отравится и умрёт, изо всех сил убеждал его, что мышьяк чрезвычайно ядовит, и уговорывал А ни в коем случае не рисковать. Однако А, из-за своего самолюбия, ни за что не хотел признать, что мышьяк ядовит, и отказаться от его употребления. В итоге, чем больше Б уговаривал его не есть, тем больше А хотел продемонстрировать это Б; в конце концов он съел мышьяк и впоследствии умер.

После смерти А, поскольку А и Б изначально были хорошими друзьями, Б глубоко раскаялся и сказал, что не должен был так спорить с ним в тот момент; смерть А была полностью его виной, ведь если бы тогда Б признал, что его точка зрения неверна, и согласился с мнением А, то этого убийства бы не произошло.

Судя по этой истории, я считаю, что и А, и Б — дураки: ведь А пожертвовал своей жизнью, а Б обременяется виной за убийство А. Оба поступили в ущерб самим себе — разве они не дураки? Если бы в тот момент хотя бы один из них был готов пожертвовать своей точкой зрения и согласиться с точкой зрения другого, этой трагедии не произошло бы. Поэтому они оба — глупцы, ведь только глупцы любят спорить с другими.

Кто-то скажет: «Истина одна, и если пожертвовать своей точкой зрения ради согласия с другим, но при этом твоя точка зрения явно верна, разве это не значит пожертвовать истиной ради подчинения заблуждению?» Я говорю: нет. Конечно, мы должны отстаивать истину, и, конечно, мы не можем пожертвовать истиной ради подчинения неразумной точке зрения. Однако в определённой ситуации, хотя внешне вы и жертвуете истиной, соглашаясь с собеседником, на самом деле истине от этого не наносится ни малейшего ущерба. В подходящий момент вы сможете вновь выдвинуть свою точку зрения, и собеседник с ней согласится, ведь истина — это всё-таки истина. Внешнее «жертвование» истиной — это лишь способ избежать спора на глазах у других и не выглядеть глупцом.

Теперь приведу ещё один пример:

Однажды ранним летним вечером я как раз путешествовал по Пекину. Мой друг Ван, поскольку я только что прибыл в Пекин, пригласил нескольких друзей, и мы вместе отправились в парк Чжуншань, чтобы попить чаю и поболтать. Мы случайно заговорили о выражении «взглянуть на океан и вздохнуть». Среди нас был один господин, учитель из средней школы, который сказал, что эта фраза взята из «Лэйцзы». Однако я знал, что эта фраза явно взята из главы «Осенние воды» книги «Чжуан-цзы». Сказав «Лэй-цзы», не ошибся ли он? Я тут же поправил его. Но тот друг настаивал, что он прав, и добавил, что во время дневных уроков он, опасаясь ошибиться, вчера вечером даже перелистал книги.

По его словам, это доказывало, что он не ошибался, а ошибался именно тот, кто его поправлял. Однако я сам точно знал, что не ошибался, а его слова были лишь оправданием собственной ошибки. Наша с ним дискуссия зашла в тупик, и в такой ситуации лучше всего было бы достать книгу и доказать, кто из нас прав, а кто виноват. Но мы все сидели в парке и пили чай, и у нас не было возможности сразу же вернуться и заглянуть в книги — с этим ничего не поделаешь. Желая поскорее доказать свою правоту, он попросил господина Ван вынести решение. Я знал, что господин Ван занимается изучением философии древних китайских мыслителей, и когда его попросили вынести решение, все, конечно, обрадовались; ведь теперь я мог занять непоколебимую позицию. Однако как же вынес своё решение господин Ван? Сначала он слегка толкнул меня ногой, а затем сказал: «Верно, это действительно взято из «Лэйцзы». Таким образом, я оказался неправ, тот друг был в восторге, а я не мог не почувствовать стыда и обиды и чуть ли не вскочил, чтобы сказать, что господин Ван тоже ошибся. Но, поскольку я только что приехал в Пекин, а они меня принимали, мне было неудобно обижать их, и мне пришлось сдержать гнев.

Поздно ночью, когда мы вернулись, я пошел с господином Ван к нему домой, чтобы переночевать. Поскольку я не согласился с его суждением, то, придя к нему, не стал сразу ложиться спать, а попросил у него «Чжуан-цзы», чтобы прочитать. Господин Ван, понимая мои намерения, улыбнулся и сказал: «Уже глубокая ночь, а ты всё ещё не спишь. Неужели хочешь читать «Чжуан-цзы» всю ночь напролёт? Послушай, тебе лучше пора ложиться спать. Та фраза, из-за которой мы только что спорили — «взглянув на океан, вздохнуть» — действительно взята из главы «Осенние воды» у Чжуан-цзы, и на самом деле ты не ошибся. Но почему же я тогда сказал, что ты ошибся? Дело в том, что тот господин по натуре своей никогда не признает своих ошибок, и я не хотел, чтобы мы расстались в недоброжелательной атмосфере, поэтому намеренно сказал, что ты ошибся».

Я тут же упрекнул его: разве это не означает отрицание истины? Он ответил: «Истина есть истина, и то, что ты прав, в конечном счёте остаётся правдой; то, что тебя на мгновение обвинили в ошибке, нисколько не наносит ущерба истине. Зачем тебе спорить с людьми из-за мелочей? Даже если ты выиграешь спор, какая тебе от этого польза? У тебя станет на одного врага больше, а на одного друга меньше. К тому же он тогда вообще не пришёл к тебе за советом, так зачем тебе было его поправлять? Почему бы тебе не остаться хорошим человеком и не сохранить ему лицо? Я знаю, что, хотя он и одержал победу, когда он вернётся и ещё раз перечитает книгу, он обязательно будет восхищаться тобой. Так зачем же тебе было спорить? Я советую тебе в будущем по возможности избегать споров с людьми — это очень важное правило в жизни».

После этих слов Ван Цзюня я тоже успокоился. Я понимал, что спорить с другими бесполезно; я же не дурак, зачем мне делать такую неразумную вещь!

3. Критиковать других бесполезно

Прогресс в науке полностью зависит от критики: только благодаря критике можно различить право и неправо, поэтому слово «критика» чрезвычайно полезно в научных исследованиях. Однако в повседневной жизни критика легко вызывает гнев других и может привести к неприятностям.

Каждый человек считает себя единственным хорошим человеком, поэтому «обвинять других — значит быть мудрым, прощать себя — значит быть глупым» — это действительно известная фраза, соответствующая психологии. Американский крупный грабитель Гролей, прозванный «Двухствольным», был демоном, убивавшим людей как мух и не оставлявшим ни одного греха несовершённым. После часовой ожесточённой перестрелки с более чем 150 полицейскими и тайными агентами Нью-Йорка он был наконец арестован. Однако перед арестом он писал письмо, в котором утверждал, что является мягким и добрым человеком, никогда никому не причинявшим вреда. Когда его приговорили к смертной казни, он продолжал громко заявлять о своей невиновности, утверждая, что ранил людей только в целях самообороны и не заслуживает такой суровой казни. Эта история показывает нам, что даже такой безжалостный преступник, совершавший всевозможные злодеяния, считал себя хорошим человеком, не говоря уже об обычных людях. Никто не хочет признавать свои ошибки, так какой смысл в том, чтобы мы настойчиво критиковали других?

Критика в адрес других лишь заставляет их изо всех сил скрывать свои ошибки. Такие действия не только затрагивают самолюбие того, кого критикуют, но и вызывают у него неприязнь. В вооружённых силах США существует военно-уголовный кодекс, согласно которому солдатам запрещается произвольно критиковать своих сослуживцев или что-либо в армии; любой, кто нарушит этот кодекс, подвергается суровому наказанию. Цель этой статьи военного устава — предотвратить возникновение разногласий из-за критики, которые могут привести к отсутствию сотрудничества внутри коллектива, и это действительно очень хорошо. Если владелец магазина будет только критиковать своих продавцов, говоря, что они такие-то и такие-то плохие, то эти продавцы наверняка не будут преданно служить ему, и этот магазин точно не будет развиваться. Хозяйка семьи, постоянно критикующая своих слуг, не сможет добиться от них преданности в работе, и от этого ей не будет никакой пользы. Поэтому критиковать других бесполезно; мы должны хвалить их достоинства — только это приносит пользу. «Скрывать плохое и выдвигать на первый план хорошее» — это изречение древних китайцев о том, как следует вести себя в жизни.

Накануне громкого скандала с мошенничеством на нефтяных месторождениях тогдашний министр внутренних дел Фолл получил взятку в размере 100 тысяч в виде ставок на тотализаторе и тайно сдал в аренду правительственные нефтяные месторождения. После того как об этом стало известно, Фолл, естественно, был всеми осуждён как отброс политической среды и оказался в тюрьме; даже президент Хардин в конце концов был втянут в это дело и ушёл в отставку. Спустя несколько лет президент Гувер во время одного из публичных выступлений случайно упомянул, что президент Хардин умер от гнева из-за дела Фора. Неожиданно стоящая рядом миссис Фор внезапно встала и сказала: «Кто сказал, что Хардин пострадал из-за Фора! Фор вообще не совершил ничего плохого; даже если бы вы подарили ему целую комнату золота, он не стал бы поступать против совести ради вас. На самом деле именно он стал жертвой несправедливого обвинения и понес наказание!»

Из приведённого выше факта видно, что человек скорее возложит вину на другого, чем признает свою ошибку. Поэтому, даже когда мы критикуем кого-то, нам следует опасаться, что собеседник переложит свою вину на нас.

Был один молодой адвокат, который не только обладал глубокими знаниями в области права, но и был мастером дебатов. Он представлял интересы своего клиента в одном важном деле, исход которого был связан с огромными финансовыми потерями или прибылью, поэтому дебаты между адвокатами обеих сторон были весьма ожесточёнными: ни один из них не хотел уступать, чтобы не нанести ущерб своему клиенту. Однако в ходе дебатов судья сослался на одну правовую норму, полагая, что она основана на законе о печати. Однако судья ошибся в цитировании положения: в законе о печати такого положения вообще не было. Поэтому молодой адвокат, услышав слова судьи, пристально посмотрел на него в течение нескольких секунд, а затем с насмешкой указал: «Ваша честь, в законе о печати такого положения вообще нет». Как только он это сказал, в зале суда воцарилась тишина, такая же, как в церкви в момент начала молитвы. Судья, будучи публично уличим, сразу осознал свою ошибку, покраснел и оказался в крайне неловком положении. Если судить по правовым нормам, в этом деле молодой адвокат должен был выиграть; однако, поскольку он публично уличил судью и поставил его в неловкое положение, судья затаил на него злобу, в результате чего приговор был вынесен не в его пользу, а его подзащитный понес огромные убытки.

Если говорить об этом конкретном деле, то пристрастность судьи и нарушение им закона, конечно, недопустимы; однако тот молодой адвокат, уличив судью и поставив его в неловкое положение, заставил судью на мгновение утратить рассудок под влиянием эмоций, в результате чего тот забыл о том, что представитель закона должен оставаться беспристрастным и честным. Поражение молодого адвоката можно назвать ничем иным, как заслуженным. Из этого мы также можем понять, что открыто и без обиняков критиковать чужие проступки и указывать на чужие ошибки на публике не приносит никакой пользы.

IV. Упрекать других не всегда приносит пользу

«Честный совет неприятен на слух» — гласит древняя пословица. В мире не существует настоящих святых, которые «радуются, услышав о своих недостатках», поэтому, если вы прямо укажете кому-то на его ошибки, он не будет вам благодарен, ведь вы задеваете его знания, суждения, достоинство и самоуважение, ставя его в неловкое положение. Он не только не исправится, но, напротив, из-за стыда и гнева испытает к вам неприязнь. Я собственными глазами видел, как один ученик в одной школе, поскольку учитель оценил его поведение на «тройку» и открыто выложил эту оценку в кабинете на всеобщее обозрение, увидел, что среди его одноклассников только он один получил «тройку» за поведение, и, охваченный гневом и стыдом, заявил, что оценка учителя несправедлива, поскольку он считал, что его поведение было очень хорошим.

Позже он даже заявил, что, раз учитель считает его поведение неудовлетворительным, значит, он безнадёжный плохой ученик, и начал открыто курить сигареты, причём даже зашёл в кабинет с зажжённой сигаретой и стал предлагать её курящим учителям. Разве это не стало поводом для насмешек? Тогда завуч строго отчитал его, упрекнув в том, что он не должен так выделываться, но он не изменил своего поведения из-за этого выговора, а наоборот, впал в отчаяние и считал себя безнадёжным человеком. Из этого мы можем понять, что выговор не всегда приносит пользу; вместо того чтобы ругать, лучше убеждать с искренним отношением.

В 1863 году, во время битвы при Геттисберге в ходе Гражданской войны в США, командующий армией Юга генерал Ли в одну бурную ночь вел свои войска в беспорядочном отступлении. Когда они отступили до местности Сетмик, их путь преградила вода, а сзади надвигались преследователи, так что они оказались в безвыходном положении; опасность их положения в тот момент не нуждается в пояснениях. Получив эту новость, Линкольн немедленно отправил срочную телеграмму, приказав генералу Миду незамедлительно выдвинуться в погоню. По логике вещей, преследование разгромленного врага — это как растапливание снега горячей водой.

Продвигаясь вперед на волне победы, нетрудно было бы прорвать оборону противника, как бамбуковую заслонку, тем более что, получив приказ, генерал Мид должен был немедленно приступить к военным действиям. Однако генерал Мид не выполнил приказ: он, не торопясь, созвал военное совещание, упустив благоприятный момент, в результате чего генерал Ли, оказавшийся в положении «черепахи в кувшине», воспользовался отливом и смог спокойно бежать. Когда эта новость дошла до Белого дома, Линкольн пришёл в ярость, взбесился и тут же взялся за перо, чтобы написать письмо генералу Миду с выговором за то, что тот допустил промедление в военных делах. Однако, написав это письмо, Линкольн оставил его в ящике стола и так и не отправил. Это письмо было обнаружено только 15 апреля 1865 года, после того как Линкольн был убит. Однако, если бы Линкольн отправил это письмо в то время и генерал Мид получил его, генерал Мид не почувствовал бы себя обиженным, поскольку формулировки были очень деликатными: в письме говорилось лишь о том, что упущенная возможность очень прискорбна, и не содержалось ни малейшего намека на гнев.

Здесь мы можем высказать предположение, что, отложив перо после написания этого письма, Линкольн тщательно обдумал: «Я не должен был поступать так опрометчиво. Возможно, у генерала Мида действительно были веские причины, по которым он не мог упустить эту благоприятную возможность, и ему пришлось сначала созвать военное совещание для взаимного обсуждения, а уже потом выдвигать войска в погоню. Но теперь, когда дело дошло до этого, отправка этого письма уже не изменит сложившейся ситуации; для меня это будет лишь способом выпустить пар, а генерал Мид, безусловно, постарается оправдать себя, возможно, возложив всю вину на меня, или же, из-за чрезмерного чувства унижения, его преданность делу пострадает настолько, что он подаст в отставку, и ситуация станет ещё хуже». Подумав об этом, Линкольн полностью успокоился, и его гнев исчез; уже написанное письмо он так и не отправил. Хотя это лишь наше предположение, возможно, мы не ошибаемся. Дорогие читатели, когда вы полны гнева и готовы выплеснуть его на кого-то, попробуйте подумать об этом — тогда у вас будут только друзья, готовые помочь, а не враги, готовые противостоять.

Если вы считаете, что поведение собеседника совершенно недопустимо, и после тщательного размышления пришли к выводу, что не можете не высказать ему упрек, то я советую вам воздержаться от упреков и лучше обратиться к нему с мягким наставлением. Тогда ему будет легче принять ваши слова и исправиться, и он не затаит на вас обиду, что будет для вас весьма выгодно.

5. Холодное выражение лица бесполезно

Общаясь с другими людьми, независимо от того, согласны вы с их точкой зрения или нет, не следует принимать холодное выражение лица. Никто не хочет разговаривать с человеком, демонстрирующим холодность, и даже если разговор происходит по какой-то вынужденной необходимости, в душе уже возникает отвращение — какого же хорошего результата можно ожидать от такого общения!

В общении и разговоре с людьми можно выделить два типа собеседников: одни — это уже знакомые люди, такие как родственники, друзья и коллеги; другие — незнакомцы. При общении с незнакомцами первое впечатление имеет огромное значение: от него напрямую зависит исход разговора. Только хорошее первое впечатление позволяет вести беседу гладко, развивать отношения и добиваться успеха.

Давным-давно один молодой человек ехал верхом, уже склонялся вечер, а он так и не нашел гостиницы. Встретив старого крестьянина, он крикнул с лошади: «Эй, старик, а здесь есть гостиница? А как далеко до неё?» Старик ответил: «Как невежливо!» «Пять ли?» Он пришпорил лошадь и помчался вперед, но, проехав более десяти ли, так и не увидел ни души. Он был озадачен, но вдруг осознал свою ошибку, развернул лошадь и поскакал обратно. Увидев старого крестьянина, он поспешно спешился и искренне извинился: «Старик, прости меня, я только что вел себя очень невежливо. Не могли бы вы сказать, где здесь найдётся гостиница?» Старик улыбнулся и ответил: «Молодой человек, главное — осознать свою ошибку и исправить её. Ты уже проехал мимо гостиницы, но я не позволю тебе вернуться с пустыми руками. Если не возражаешь, останься на ночь у меня дома!» Молодой человек с радостью последовал за стариком.

Из этой истории видно, что разные манеры общения вызывают у собеседника разные реакции и отношение. Нужно быть вежливым и искренним с людьми, быть добрым и честным, говорить приятные и теплые слова, не быть невежливым и не вести себя холодно. Подобных примеров много, каждый сталкивается с ними, и у меня самого есть личный опыт. Как гласит пословица: «Все люди чувствительны», — если вы уважаете других и относитесь к ним с теплотой, кто же станет ставить вас в неловкое положение!

Каждый из нас, общаясь с людьми, должен быть открытым, сердечным и живым, ведь люди не подходят к кому-то и не симпатизируют кому-то под принуждением; они не подходят к кому-то и не симпатизируют кому-то только потому, что этот человек выделяется, добился успехов или известен. Дружелюбные слова и тёплая улыбка мгновенно сокращают психологическую дистанцию. Даже влиятельные люди, если они умеют общаться и вести беседу, неизбежно пользуются таким успехом. Напротив, холодное лицо никому не приносит пользы.

6. Это не является льстивостью

Уважать мнение других, не вступать с ними в бессмысленные споры, во всём соглашаться с их точкой зрения — такое поведение может показаться подхалимажем, умаляющим собственное достоинство. На самом деле это не подхалимаж, ведь подхалимаж близок к обману: хотя он и может принести временный успех, в конечном итоге он обречён на провал. Например, ради каких-то корыстных отношений можно склониться перед кем-то или пойти на поводу у чужих прихотей, преподнеся подарок, чтобы удовлетворить человека и получить от него какую-то выгоду — вот что называется льстивостью. То, что Линь Сянжу не спорил с Лянь По, не означает, что он льстил ему; то, что Линкольн не отправил письмо генералу Миду, также не было лестью Линкольна по отношению к генералу Миду; мы соглашаемся с чужими мнениями лишь с целью избежать бессмысленных споров. Если человек не проявляет ко мне сочувствия, я недоволен; руководствуясь принципом «поставь себя на место другого», я просто не хочу доставлять ему неприятности, но при этом сохраняю свою собственную позицию. Дорогие читатели, попробуйте внимательно вникнуть в суть, и вы поймёте, что это не льстивость.

В Японии жил «король продаж» по имени Ямада Кудзи. Продавая товары, он не только старался максимально имитировать акцент, манеру речи и позу собеседника, но и подбирал свой внешний вид в соответствии с его увлечениями, профессией и другими особенностями, чтобы собеседник почувствовал к нему особую близость, доверие и теплоту. Когда его обвиняли в том, что он «играет роль», он отвечал: «Я не играю роль, а просто хочу показать собеседнику: я такой же, как и он — людям это нужно».

Глава 4. Имейте собственную позицию

В разговоре не следует слепо подстраиваться под других, нельзя терять собственную позицию. Хотя мы и соглашаемся с чужими мнениями, чтобы избежать конфликтов, у этого согласия есть свои пределы: если согласиться невозможно, то, конечно, соглашаться не следует. Например, у меня есть друг, который творит злодеяния; он призывает к убийствам и поджогам. Я не разделяю его взгляды и знаю, что его идеи вредны для общества, поэтому, естественно, я не могу согласиться с его точкой зрения. Хотя я не могу с ним согласиться и не в силах исправить ситуацию, ради дружбы я должен использовать мягкие слова, не вызывая его гнева, и давать ему добрые советы — вот что правильно; если же я не в состоянии пойти на это, то мне остается только строго придерживаться своей позиции и держаться от него подальше.

У меня есть свои собственные взгляды. Но чтобы другие согласились с ними, как мне добиться их одобрения?

1. Как отказать в невежливой просьбе

Ситуации, когда люди обращаются ко мне с неуважительными просьбами, в обществе встречаются очень часто. С этим сталкиваются не только авторитетные и влиятельные люди, но и такие простые люди, как вы и я, тоже сталкиваются с этим довольно часто. Но что делать, когда это происходит? Согласиться — неправильно, отказать — навлечь на себя обиду. Что же делать? Мы должны понимать: у меня есть своя позиция, и я могу отказать только в вежливой форме. Таким образом, с одной стороны, я достигаю своей цели, а с другой — не вызываю у собеседника вражды. Давайте посмотрим, как президент США Тафт отказал одной женщине, просившей устроить её сына на должность:

Одна женщина, проживающая в Вашингтоне, чей муж обладал значительным политическим влиянием, просила меня устроить её сына на должность и досаждала мне этим более двух месяцев. Она не только сама досаждала мне, но и попросила нескольких сенаторов и конгрессменов из обеих палат заступиться за неё. Однако эта должность, предполагающая выполнение обязанностей секретаря президента и специализирующаяся на консультировании по вопросам обеих палат, требует специальных знаний, и её сын, по сути, не мог справиться с этой работой, поэтому впоследствии я назначил на эту должность другого человека. Это вызвало у неё огромное разочарование.

Она сразу же написала мне письмо, в котором утверждала, что я не разбираюсь в человеческих отношениях, и рассказывала, как она усердно убеждала представителей одного из штатов поддержать важный законопроект, внесенный мной. Она так помогла мне, а мне стоило лишь одного движения руки, чтобы доставить ей безграничное удовольствие, но я этого не сделал! Когда я получил её письмо, я понял, что для ответа этой невежливой женщине потребуется немалое терпение, чтобы придумать подходящий выход из ситуации. Поэтому я отложил это письмо на два дня, а затем, взяв его снова, написал ответное письмо, сохраняя полное спокойствие. Я выразил ей сочувствие, отметив, что любая мать, оказавшись в подобной ситуации, конечно же, испытала бы огромное разочарование. Кроме того, я пояснил, что вопрос о назначении сотрудников не зависит полностью от меня; поскольку речь идет о технических специалистах, я могу только следовать рекомендациям руководителя соответствующего ведомства. Наконец, я добавил, что её сын пока может продолжать усердно заниматься своей нынешней работой. Это письмо, наконец, успокоило её, и она прислала мне ещё одну короткую записку, в которой извинилась за то, что написала в предыдущем письме.

Назначенный мной кандидат не приступил к работе сразу, поэтому через несколько дней я получил ещё одно письмо, подписанное её мужем, хотя почерк полностью совпадал с предыдущим. В этом письме говорилось, что его жена из-за проблем с должностью сына так переживала, что заболела; по диагнозу врача у неё, по всей видимости, развивается желудочное заболевание. Чтобы она могла поправиться, лучше отозвать предыдущего кандидата и назначить на эту должность её сына. Поэтому я снова ответил её мужу, выразив надежду, что диагноз врача окажется ошибочным, и в то же время сочувствуя ему по поводу болезни его жены. Что же касается отзыва ранее назначенного человека, то это означало бы постоянное изменение решения, что на деле было невозможно. Вскоре этот человек вступил в должность. Ещё через два дня я устроил концерт в Белом доме, и первыми гостями, прибывшими на него, были эта дама и её муж.