Ты только жди ( вторая часть)

В жизни каждого человека встречаются события, мягко скажем, нерадостные. А именно: когда уходят из жизни близкие люди. Которые были вам дороги, с кем прожита жизнь. Создаётся ощущение, что отняли часть тела и души, образовалась дыра и ничем её не заполнить. Как забыть умершего человека? Этим вопросом, к сожалению, хотя бы раз задавалось большинство из нас. После потери близкого может казаться, что жизнь остановилась. Тем не менее пытаться стереть из памяти тёплые воспоминания, чтобы облегчить боль, — не лучшая стратегия.

– Печаль — это естественная человеческая эмоция, помогающая справиться со смертью. И в данном случае это процесс, требующий времени. Именно чувство горя помогает принять реальность утраты, переработать боль, приспособиться к миру без умершего, отпустить его из мыслей, сохранив связь и приступить к построению новой жизни, – встревоженно проговорила мама. – Но, дочка нельзя терять связь с реальностью. Ты должна принять жестокую правду. Иван умер. Ты должна его отпустить.

Озлобленно вырвала руки из под теплых материнских ладоней.

– Отпустить. Забыть, – проревела я. – То есть предать. Предать его память. Правильно тебя поняла?

Забыть ушедшего невозможно, к тому же это ведёт лишь к застреванию на одной из стадий проживания горя. Но есть и другая крайность. Человек после утраты близкого может цепляться за страдание как за возможность удержать связь с умершим, доказать свою любовь к нему. Перестать горевать — значит успокоиться, успокоиться — значит забыть, а забыть — равно предать.

***

Не отрывая насмешливого взора от Бодрова, крепко держа отца под руку, уверенной походкой, под звуки свадебного марша, направлялась к своему будущему мужу.

Пусть теперь он попрыгает, представляю, что у этого напыщенного, высокомерного человека творится в душе. Если, конечно, она у него вообще присутствует в теле.

Надменно поводила глазами, с лёгкой издёвкой на ярко накрашенных красной помадой устах, наслаждаясь, как все присутствующие перешёптывались друг с другом.

Вот это фурор. Сенсация года. Невеста явилась в коротеньком, облегающем чёрном платье. Мне бы ещё небольшую чёрную шляпку и вуаль. И я бы точно походила на весёлую вдовушку.

Поравнявшись со своим женихом, невольно ухмыльнулась, наблюдая боковым зрением, как он из последних сил сдерживает прожигающий, раздирающий его сердце приступ ярости.

Мелодичная музыка остановилась, все гости присели на стулья.

– Дорогие жених и невеста! Дорогие гости, – взволнованно проговорила сотрудница ЗАГСА. Видимо, она впервые за свою карьеру видит невесту в траурном наряде. Вернее, даже сказать, в слишком откровенном траурном наряде.

И вновь мои глаза устремились на жениха, который нервно теребил свои запонки, изредка сжимая пальцы в кулаки. Вот так, девочка! Доигралась. Сегодня вместо «сладкой» брачной ночи отправишься в травмпункт. Будешь нос себе вправлять. Мысленно усмехнулась. Вот бы так и произошло. Лучше пусть я проваляюсь в больнице с черепно-мозговой травмой, нежели лягу в одну постель с этим выродком.

– Мы рады приветствовать вас на официальной церемонии бракосочетания, – никак не успокаивалась достопочтенная сотрудница ЗАГСА. – Дорогие молодые. Любовь — это большое сокровище, дарованное человеку. Ваша жизнь как песочные часы, два хрупких сосуда связанных невидимой нитью времени. Эта нить связала вас, ваши судьбы. А сегодня ваши сердца заключают союз биться рядом неразрывно на всю последующую жизнь.

Не могла больше выносить этого слащавого, розового бреда, приподняла голову и громко провозгласила, – да поняли мы уже. Можно побыстрее.

Женщина посмотрела на Артёма.

– Извините. Продолжайте. Невеста просто очень волнуется, – он максимально прижался ко мне и крепко сжав мою руку, едва уловимо оскалился. – Слушай сюда, сучка, – тихо-тихо, стальным голос обратился ко мне Бодров, – ещё одно твоё слово, и я за себя не отвечаю.

– Перед тем как официально заключить ваш брак я хотела бы услышать, является ли ваше желание свободным, искренним и взаимным, с открытым ли сердцем, по собственному ли желанию и доброй воле вы заключаете брак? – Сотрудница ЗАГСА не слышала угроз жениха, или попросту их игнорировала, иначе бы не задавала таких вопросов.

– Прошу ответить вас жених.

– Да.

– Прошу ответить вас невеста.

Кокетливо провела кончиком языка по красным губам, вынуждая несчастную женщину ещё сильнее волноваться и испытывать чувство неловкости.

– Отвечай, сука, – прошептал Артём, склонившись над моим ухом.

– Да.

После моего ответа мне показалось, что все гости облегчённо выдохнули. Все гости, а вот жених оставался в напряжении. Мне надо было ещё подписать документы, а вот здесь я могла и взбрыкнуть.

– Прошу вас обменяться кольцами и скрепить узы брака своими подписями.

Артём грубо схватил мою руку и нацепив на палец злополучное кольцо, едва слышно проговорил, – зараза, я тебя убью. В один день приобрету жену и потеряю. Сейчас как никогда хочу овдоветь.

Своё кольцо он мне не доверил надевать на палец, сам нацепил.

Подойдя к столику, взял ручку и поставил свою подпись.

– Иди, – встав рядом со мной, скомандовал он.

– Тёма, ещё не поздно. Пожалуйста, давай не будем совершать непростительную ошибку.

Он глубоко вздохнул.

– Если ты сейчас же не поставишь свою еб…ю подпись, то я совершу непростительную, уголовно наказуемую ошибку. Сверну тебе шею словно курице. Быстро пошла, – Бодров властно схватил мою руку и буквально потащил к столу.

Мгновенно схватила ручку и одним «росчерком пера» стала женой Бодрова.

– А теперь жених может поцеловать невесту.

Бодров повернулся ко мне.

– Я тебя, когда ни будь точно прибью. Или ты меня.

Я даже не успела произнести ни единой враждебной фразы, как его горячие, жадные губы настигли мои уста. Бодров целовал меня грубо, жёстко, мял кожу, заставлял подчиняться каждому движению, показывая свою силу, демонстрируя власть.

Гости поднялись со своих мест и на специально оборудованной поляне, для выездной свадебной церемонии раздались оглушительные аплодисменты.

– Не отходи от меня ни на шаг, – скомандовал Бодров, отрываясь от моих истерзанных губ.

Изобразила на лице полное смирение и покаяние.

– Вот же сучка, – прорычал мужчина, крепче сжимая мою ладонь. – Ну ничего. Ты мне за всё ответишь.

Присаживаясь за стол, игриво похлопала густыми, длинными ресничками и высокомерно обвела взглядом присутствующих гостей.

– Ты хоть бы родителей пожалела.

Мгновенно перевела глаза на отца и мать, которые с угрюмыми лицами сидели за столом, отчаянно выдавливая из себя улыбку счастья.

– Не надо мне указывать, что делать. Со своими родителями я сама разберусь. Без тебя справлюсь.

Вновь с сожалением покосилась на отца и мать, затем глубоко вздохнула и яростно метнула свой взор в сторону ненавистного мужчины. Смело смотрела в разгневанное лицо Бодрова, его глаза полыхали дьявольским огнём, искры разлетались в разные стороны, хотелось сбежать, спрятаться…

– Ты мне за всё ответишь, Вероника, – негромко прошипел Артём и опустил руку на моё колено, его ногти довольно болезненно впились в мою нежную кожу. Чувствовала себя смелой и в то же время глупой маленькой птичкой в лапах кровожадного коршуна. – Я хотел по-хорошему. Б…ь, чего только для тебя не делал, но, видимо, доброго обращения ты не понимаешь.

Резко перехватила его пальцы, когда рука наглым образом начала ползти вверх.

– У нас с тобой разные понятия о добре и зле. Ты знал, что я не хочу выходить замуж. И тем не менее принудил меня. Заставил, – быстро осмотрелась по сторонам, не хотела, чтобы наш интимный разговор услышали посторонние люди. – Ещё весь этот маскарад устроил. Я не собираюсь быть ряженой куклой. Извини, муженёк, но исполнять твои прихоти я не стану. Не устраивает. Разводись.

– Сука, – он мгновенно вырвал свою руку из-под моей ладони, – ты станешь выполнять все мои прихоти. И начнёшь буквально через пару часов. А если не закроешь рот, то я приступлю гораздо раньше. Скажем так, – его похотливых губ коснулась улыбка Люцифера, – трахну в машине под аплодисменты охранников. Как тебе прилюдный, жёсткий, грубый секс? Тебе же нравиться меня провоцировать. Правда?

Была уверена, что Бодров не выполнит свои угрозы в жизни, но проверять своё убеждение мне не хотелось. Сейчас он был слишком озлоблен и возможно, что мог пойти на определённые действия.

– Что-то ты притихла?

Бодров преподнёс бокал с шампанским к своим губам.

В эту секунду меня озарила спасительная мысль, в сердце зародилась надежда, что может он напьётся в стельку и, хотя бы сегодня не будет домогаться меня.

– Даже не надейся, с бокала шампанского я точно сильно не опьянению. Супружеский долг исполню по высшему качеству.

Вот же чёртов телепат. Реально, что ли мысли читает. Хотя на моей физиономии наверняка всё и без телепатии неплохо считывается.

– Ты сам виноват.

– Конечно. Я купил тебе дорогое фирменное платье. Целую неделю таскался по магазинам, хотел, чтобы ты стала самой настоящей королевой. Поразила всех своей красотой, природной утончённостью, – он презрительно осмотрел меня, – а ты вырядилась как последняя б…ь. Действительно, поразила всех. Убила наповал. Дрянь.

С недоверием на лице покачала головой.

– Ты сам выбирал мне платье?

– Сам, – Бодров медленно повернул голову. – Представь себе.

– Зачем? У тебя целая куча помощников, – не могла поверить словам Артёма. Он занятой человек, у него каждая секунда расписана. Зачем так бездарно тратить столь драгоценное и невосполнимое время.

Бодров с озадаченным выражением лица провёл рукой по аристократическому подбородку.

– Ника, лишний раз убеждаюсь, что я открытый циник, ты же латентная лицемерка. Зачем спрашивать, если ответы очевидны.

Мой новоиспечённый супруг отвернулся от меня.

– Я хотел тебя порадовать, – спустя пару секунд он всё же удосужился ответить на мои глупые вопросы. – Мне было приятно выбирать для тебя платье. Я представлял, какая ты будешь очаровательная невеста.

– Тёма, никакое платье, никакие деньги не смогут исправить наши отношения. Пойми, что с помощью силы, шантажа ты любви от меня не добьёшься.

Бодров гневно хныкнул.

– Ника, что тебе вообще известно о насилии и принуждении?

– Раньше, ничего. Сейчас благодаря тебе я стала знатоком.

Артём нервно постучал пальцами по краю стола.

– Ну раз я садист и насильник. Хорошо. Не буду разочаровать свою любимую жёнушку.

– А ещё подлец. Лицемер. И циник.

Резко схватил бокал с шампанским и сделал пару глотков.

– Согласен. Не отрицаю. Лицемер. Циник. Но почему подлец?

От его неожиданного вопроса я чуть не поперхнулась, быстро откашлявшись, пожала плечами и пробормотала, – потому что ты негодяй, который отличается безнравственным поведением.

– И что такого безнравственного я совершил? Ника, я тебя в жёны взял. Фамилию свою дал, а мог бы поступить гораздо хуже. Воспользовался бы тобой, а потом выкинул за ненадобностью.

– Спасибо, – приложила руку к сердцу и немного наклонилась вперёд, – для меня великая честь стать женой самого Бодрова Артёма Владимировича.

Больше не собиралась выслушивать речи супруга, мгновенно вскочила из-за стола и ухмыльнувшись, добавила, – я так счастлива, что буквально описываюсь от разрывающей меня радости.

Благодарила бога, что Бодров не предпринял никаких попыток остановить меня и спокойно отпустил в туалет, а видь, мог и охрану со мной отправить. Да, после сегодняшнего моего феерического появления он с меня больше глаз не спустит. Вот теперь я уже жалела о своём необдуманном, спонтанном поступке.

Забежав в небольшое помещение, я сразу же подлетела к раковине и набрав немного холодной воды в ладони бережно провела по полыхающим щекам. Под огромной толщей штукатурки никому не было видно, что всё моё лицо стало похоже на одно большое багряное пятно. Я ощущала жар. У меня горело не только лицо, сама душа полыхала, металась, отчаянно надеясь спастись.

– Ну ты даёшь.

Повернулась и увидела Лизу, девушка стояла на улице и придерживая дверь, не особо торопилась заходить в помещение. Конечно, она была увлечена тем, что пристально рассматривала мой наряд. Платье, которое еле-еле прикрывает филейную часть и грудь. Слава богу, грудь у меня не очень большая, поэтому в этом наряде декольте не выглядит слишком вульгарным, чего не скажешь о полностью оголённых ногах.

– Удивила так удивила, – она всё-таки соизволила зайти. – Вот тебе и невинная девочка. Такое откровенное платье не каждая проститутка на трассе может себе позволить.

– Не знаю. Тебе виднее. Ты с ними чаще общаешься. Твой контингент, – отвернулась от незваного гостя, который как говориться хуже татарина.

Так хотела хоть пару минут побыть в одиночестве, но Елизавета явного намёка не поняла, она продолжала пытливо исследовать меня.

– Слушай, тебе что от меня надо? – Ухватилась за края раковины и, гневно сверкая глазами, посмотрела в зеркало, в котором кроме меня отражалась и вульгарная особа. Она, кстати говоря, от меня недалеко ушла. Её наряд тоже был далеко не ангельский, но всё-таки так откровенно её прелести не демонстрировал.

– Ника, ваша семейная жизнь закончится гибелью одного из вас. Ты и Артём очень сильные, темпераментные личности.

Снисходительно усмехнулась и повернувшись к девушке, прижавшись филейной частью к холодному металлу, ехидно констатировала, – Лиза, ты «первоклассный психолог». Только вот я в тебе не нуждаюсь. Спасибо. Можешь быть свободна.

– Ошибаешься. Ещё как нуждаешься, – она постепенно начала приближаться ко мне. – Ника, я могу помочь тебе сбежать. Пойдём со мной. У меня всё готово. Уедешь из страны, мои адвокаты помогут тебе составить заявления о разводе и будут представлять твои интересы. Тебе даже возвращаться не придётся.

Угрюмо опустила веки, – спасибо! Но я заключила сделку с Бодровым и предавать его не собираюсь. Можешь, что угодно про меня думать, но до подлости я не опущусь.

Нахальная улыбка застыла на губах Лизы.

– Значит, как предавать нищего парня, так это запросто, – силиконовая кукла взмахнула руками, – а как дело касается богатого мужика, так сразу нет. Очень удобная позиция.

– Лиза, тебе меня не понять. Я смирилась с гибелью Ивана. Если бы он был жив, я бы ни за что не вышла замуж за Бодрова. Даже ради сестры. А сейчас мне нечего терять.

Женщина заинтриговано округлила свои ярко накрашенные глаза.

– А если он жив?

– Нет. Ваня не мог выжить после такого масштабного обстрела. Погибли все, кто находился в помещении штаба. Мне его мама сказала, она врать не будет.

Лиза недовольно фыркнула и слегка ударила себя по лбу, – вот же я дура.

– Я тебе это всегда говорю, а ты обижаешься, – не удержалась и съязвила.

– Очень смешно. Слушай, Сёма может раздобыть сведения о твоём суженном, ряженном. Точно. У него неплохие связи в военном министерстве.

И вновь надежда закралась в моё сердце.

– Правда?

– Правда, – ехидно потвердела она. – Может, он всё-таки выжил, и я смогу наконец-то избавиться от тебя раз и навсегда.

– Лиза, даже не сомневайся. Если Иван жив, то я ни секунды не останусь рядом с Бодровым.

Девушка обречённо приподняла глаза.

– Какая же ты наивная, – простонала она и, опустив глаза, с какой-то необъяснимой теплотой посмотрела на меня. – Но честная. Как ты можешь грезить о другом мужчине, когда рядом с тобой Артём. Не понимаю!

Она широко развела руками, искренне удивляясь моему поведению.

– Лиза, уверяю тебя, что если бы ты познакомилась с Иваном, то твой вопрос, – спокойно приподняла и опустила плечи, – отпал бы сам собой. Он прекрасный человек. И дело не только во внешности. Таких благородных, верных, добрых и щедрых мужчин я никогда не встречала.

Угнетённо опустила глаза.

– И, по всей видимости, никогда не встречу.

– Благородный, добрый мужчина, – неободрительно, с лёгкой иронией простонала Лиза. – Таких не существует. Сильные мужики всегда властные, независимые и уж тем более верностью не отличаются. Такова их кобелиная порода.

Робко улыбнулась, – существуют. И Иван живой пример моим словам.

Боль резанула моё сердце.

– Или был живым примером.