В поисках счастья
- -
- 100%
- +
Передав меня с рук на руки секретарю в приёмной ректора, он вдруг сделал такое лицо, будто вот-вот прослезится и, чего я никак не могла ожидать, крепко прижал меня к широкой груди и пробормотал:
– Верю, ты не подведёшь старика-отца. В добрый путь, моя девочка. Ты – лучшая, запомни это. Мама на небесах улыбается тебе.
А после отстранился и, не удостоив меня взглядом, удалился, по своему обыкновению громко хлопнув дверью и уронив одну из безделушек на пристенной тумбочке.
Я же продолжала стоять столбом и недоумевать, что сейчас произошло. Никогда прежде отец не выказывал такой черты характера как сентиментальность. Сдержанность и здоровый цинизм – это наша визитная карточка! Разве что я иногда перегибала с эмоциями, но, страшась получить от братьев обидное клеймо истерички, училась справляться с ними и достигла на этом поприще определённых успехов.
– Ну что же, мисс Даттон, добро пожаловать в академию! – любезно произнёс секретарь, не старый ещё мужчина в круглых очках и отлично скроенном костюме-тройке. Табличка на его столе гласила о том, что зовут его мистером Джонатаном Скребноутом.
– Благодарю, мистер Скребноут, – проговорила я, проглотив готовые было вырваться слова: «Я здесь ненадолго, поверьте мне».
– Возьмите, это поможет вам сориентироваться в многочисленных переходах академии и жилом комплексе, – с этими словами секретарь передал мне карту Дортмунда, расписание тренировок и экзаменов, Устав академии, который я и без того знала наизусть, список необходимой для подготовки литературы и бейджик с моим именем. – Сейчас вам нужно пройти на территорию женского кампуса и найти коменданта, сержанта Паттерсона. Когда выйдете через заднюю дверь и пересечёте внутренний дворик, поверните направо. Впрочем, думаю, вы быстро сориентируетесь. Даттоны приживаются здесь очень быстро.
– Не в пример остальным, – констатировала я и добавила вполголоса: – Но я буду первой из Даттонов, кто здесь надолго не задержится.
– Удачи на экзаменах, мисс Даттон, – с улыбкой пожелал Скребноут, сделав вид, будто не расслышал последней фразы, и я, подхватив чемодан, поспешила покинуть приёмную.
Бейджик, понятное дело, я сунула подальше в карман – нечего каждому встречному и поперечному знать моё имя. Остальные бумажки отправились в чемодан. Мне они тоже не пригодятся.
Снова пришлось проходить через холл. Это было огромное помещение, в высоту занимавшее два этажа и поддерживаемое целым рядом колонн. Второй этаж представлял собой открытую галерею, где располагались кабинеты ректора, деканов и других далеко не последних в академии лиц. Пол был выложен по диагонали крупными белыми и коричневыми плитками. Освещение не ахти какое, но над стендом с рейтинговой таблицей и портретами основателей и руководителей академии горели лампы в виде уличных фонарей. У стенда толпились кадеты в синих и чёрных кителях – совсем взрослые мужчины, должно быть, выпускники. Ни одного парня в зелёном кителе, которые полагалось носить кадетам-целителям, среди них не было.
– Хорошенькая, – сказал кто-то из выпускников.
Если без ненужной скромности, природа меня не обидела. Рост выше среднего, черты лица правильные, классические, глаза выразительные, волосы блестящие и густые. Фигура в меру женственная: всё необходимое при мне и в то же время ни одного лишнего грамма жира, ни одной сверх меры перекачанной мышцы. Поэтому я приняла комплимент на свой счёт и воззрилась на кадета. Он тоже по моим меркам выглядел на восьмёрку из десяти: высокий, с широченными плечами и светлыми волосами. На груди знак отличия. Неплохо, очень даже неплохо. Пожалуй, с этим знаком он и на девятку потянет.
– На какой факультет поступаешь, красавица? – спросил он.
Пока я раздумывала над ответом (секунды две, не больше, клянусь!), не желая показаться простушкой или, что того хуже, искательницей мужей, меня опередил стоявший рядом с красавчиком коренастый парень:
– Какая тебе разница, Мортон, если тебя дома невеста ждёт? – и подмигнул мне.
– Не на ваш факультет, расслабьтесь, – процедила я и зашагала быстрее.
Потенциальных женихов здесь много, но как среди них отыскать того единственного, если ни на кого из них нежелательно заглядываться, чтобы репутацию не испортить? Репутация – она как ваза. Вот она вроде стоит целёхонькая, а тут вдруг – бац! – пошатнулась и разбилась так, что не склеишь.
– Разрешите вам помочь? – раздался громкий голос над головой.
Меня догнал один из толпившихся у стенда кадетов и взялся за ручку чемодана. Я слегка опешила от такого напора.
– А вам что, бейджик не достался? – Парень мазнул взглядом по моей груди. – Вас как зовут?
– А вас? – в свою очередь спросила я. Вот ещё, первой называть своё имя! Я не на допросе, если что.
– Эрхард Макинтош к вашим услугам, – галантно отозвался парень. – Китель чёрный, значит, легионер без магических способностей, если не считать отваги, силы и смелости. А вы, мисс? Я видел вас с генералом Даттоном. Это ваш дядюшка?
Эрхард мне сразу не понравился. Слишком уж он настойчив и расхваливает себя, как товар. И внешне не очень. На четвёрку. За такого замуж собираться только при крайнем дефиците парней.
– Миранда! – раздался глубокий мужественный голос и из темноты холла вынырнул широкоплечий светловолосый красавчик в синем кителе, какие носят боевые маги – кадеты с самыми разными магическими способностями, кроме целительской.
– Митчелл! – воскликнула я, пока не решив, радоваться его внезапному появлению или не очень.
Митчелл переводил взгляд с меня на Эрхарда и тоже толком понять не мог, как реагировать. Руки, раскинувшиеся было для объятий, упали. Улыбка погасла. Всё же Митч принял решение нахмуриться и выдать гневное:
– Отвали от моей сестры, Эрх, и никогда больше не приближайся.
– Понял, в академии пополнение в лице очередного Даттона. То есть очередной, – с усмешкой произнёс Эрх и поставил чемодан на пол. Впрочем, отваливать он не спешил, наблюдая за нашей встречей.
Чёрт, я не видела брата с самого праздника Новогодья, а потому решила не пренебрегать сестринскими обязанностями и крепко его обнять. Да я буквально влетела в него на всех парах и будто в скалу врезалась.
– Митч! – проскулила я. – Я так скучала!
– Я тоже скучал, – тихо проговорил он и приобнял меня за спину одной рукой. Стесняется, что ли? – Как отец? Уже уехал?
– Уехал. Вы не виделись?
Он не ответил. И так понятно. До сегодняшнего дня отец не был уличен в сентиментальности ни одним из его детей.
Мы разорвали недолгие объятия. Вижу, что Митчу неловко. Да и мне тоже не по себе.
– Идём, покажу тебе женский корпус, – с этими словами брат подхватил мой чемодан и быстрым шагом направился в сторону запасного выхода.
– Ещё увидимся! – раздалось в спину.
Митч скрипнул зубами и обернулся.
– Ноль-ноль, – только и сказал он, на что Эрх приложил сдвоенные указательный и средний пальцы к виску.
– Вы враждуете? – догадалась я. – Надеюсь, это не вызов на дуэль? Почему ты молчишь, Митч? Не хочу, чтобы из-за меня тебя выгнали с последнего курса.
– Не выгонят, – коротко ответил Митч. – Нам сюда.
Мы вышли во внутренний дворик и зашагали по выложенной серой плиткой дорожке вдоль аккуратно подстриженных кустов жимолости. Солнце клонилось к закату, над крышами висели маленькие кучерявые облачка. Чудный летний день! Сейчас бы играть на заднем дворе с Коди и Лианной в мяч или лазать с Бадди по деревьям, так нет же, отцу понадобилось отправить меня в военную академию!
Среди бела дня меня внезапно пробрало дрожью – я будто почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд и ощутила предвестие существенных изменений в жизни, не суливших ни покоя, ни стабильности. Однако вблизи, кроме Митча, никого не наблюдалось.
И тут брат окончательно испортил настроение фразой:
– Как настрой? Боевой?
– Ага, как же, – пробормотала я.
Митч не понял.
– Выше нос! Всё у тебя получится. С физической подготовкой у тебя всегда было лучше, чем у других девчонок. Дар присутствует. Нужные знания имеются. Ты с лёгкостью обойдёшь всех претендентов и наберёшь высший балл, к тому же фамилия Даттон говорит сама за себя.
– Это и плохо, – угрюмо ответила я.
Брат снова всё понял не так.
– Понимаю. Мне тоже хочется добиваться всего самому. И чтоб не судили по заслугам предков. Не пойми меня неправильно, но иногда мне хочется сменить фамилию, чтобы писать свою историю самому.
– Ты хотя бы можешь сам выбирать, кем тебе стать, – не удержалась я.
Митчелл даже остановился от неожиданности.
– Ты хочешь сказать, что мечтала поступить в другую академию? В Дилхорн? Или… чтоб вообще с Легионом не была связана?
– Как думаешь, отец сильно расстроится, если я провалю вступительные экзамены?
Я не хотела этого говорить. Само вырвалось! До этого дня я даже не задумывалась, люблю ли отца. Родственные отношения как бы предполагали привязанность и уважение, но любовь? Думаю, что её-то как раз и не было.
– Ты их не провалишь, – с нажимом ответил Митч – совсем как отец.
– Конечно, не провалю, как мне могло в голову прийти такое? – пробормотала я.
– Книги взяла с собой? – продолжал давить Митч. – Если нет, здесь отличная библиотека. Я познакомлю тебя с мисс Маршалл, библиотекаршей, она выдаст тебе всё необходимое. Сколько осталось до экзамена по теории?
– Не знаю, – пожала я плечом, – наверное, дня три. Или пять. Не помню. Помню, что завтра тест на наличие и силу дара.
«Который мне нужно провалить», – мысленно добавила я.
– Изучи расписание, – приказал Митч. – И не вздумай никуда опаздывать. Я всё проконтролирую.
Ничего удивительного. На поддержку в лице Митчелла рассчитывать не приходилось. Это же второй отец в миниатюре.
– Далеко ещё? – только спросила я.
Митч указал на симпатичное четырёхэтажное здание из светлого кирпича. По периметру строение окружала высокая живая изгородь. По обе стороны широкого мраморного крыльца росли жёлтые акации. Период цветения акации уже прошёл, но это не помешало мне представить, как красиво здесь должно быть в конце весны и начале лета. Напротив входа была разбита прямоугольная клумба, пестревшая соцветиями вербены, бегонии и солнцелистника. Красиво. Наш садовник и вполовину так не старался, как местный.
– Вот женский корпус, – сказал Митчелл. – На первом и втором этаже живут преподавательницы и научные сотрудницы, третий и четвёртый отданы студенткам. Тебя, скорее всего, поселят на четвёртом. Сразу проси комнату получше. Помни, что ты Даттон и достойна всего самого лучшего.
Я подивилась его непоследовательности и умолчала о своём запасном плане поменять фамилию.
– Ступай, – велел Митч, – дальше вход для меня воспрещён. Надеюсь, не нужно говорить, чтобы ты вела себя пристойно и не порочила имя отца?
– Не нужно.
Я коротко простилась с ним и добавила напоследок:
– А ты не ввязывайся в драки, Митч. Если хочешь писать собственную историю, пиши без ошибок.
Глава 4. Прогулка по территории и новые знакомства
– Привет! Я – Элси Нортон. А ты? И кто тот красавчик, с которым ты прощалась у входа? Твой жених? Он не против, чтобы ты получила высшее образование? Ты на какой факультет поступаешь? – такими вопросами встретила меня соседка по комнате после того, как я прошла недолгую процедуру регистрации и заселения в кампус.
Комната, как и обещал Митч, находилась на четвёртом этаже и предполагала наличие соседки. Я не против соседки, главное, от скуки умереть не дадут.
– А я Миранда, будем знакомы, – представилась я, протягивая для пожатия руку.
Девушка явно не ожидала подобного, но руку в ответ подала. Первое, что притягивало взгляд – это шапка кудрявых рыжих волос. И уже после, присмотревшись внимательнее, я отметила выразительные зелёные глаза, вздёрнутый носик, едва заметные веснушки на щеках, тонкую линию бровей и пухлые губки. В целом, Элси показалась мне хорошенькой.
– Миранда, а фамилия у тебя есть? – поинтересовалась она.
– Есть, – нехотя ответила я, – Даттон моя фамилия.
– О! Неужели? – обрадовалась она. – Так ты – та самая Даттон? Отец которой, единственный в Зелёных Землях, вернулся из потустороннего мира живым, ещё и пленного хаосита привёл?
– Вообще-то, не единственный, у него в подчинении целый отряд легионеров был, – резковато ответила я, наверное, в миллионный раз жалея о том, что меня угораздило стать дочерью такой известной в Королевстве личности.
– Я так рада, что нас поселили вместе! – Мне показалось, Элси сдерживалась, чтобы не броситься ко мне с объятиями. – Расскажешь, что там да как в мире хаоситов? Это же умереть как круто!
– Отец не любит рассказывать. Так что извини.
Элси пожала плечами.
– Ну ладно. Тогда о себе расскажи. Тот парень и правда твой жених?
– Он мой брат. А у тебя есть братья? Или сёстры?
Оказалось, что у Элси имеется только один брат, да и тот младше её на восемь лет. Отец – старший фельдшер в городской больнице, а мать – акушерка. Элси же, имея целительский дар среднего уровня, решила попробовать себя в военной медицине. Жениха нет, сердечных привязанностей тоже, зато амбиций выше крыши.
– Не осуждаю тех, кто сюда за мужем приезжает, – заявила она, – а я не из таких. Я учиться хочу. Хочу сама себе имя сделать. Работать хочу, карьеру построить. А очаги охраняют и детей растят пусть те, кому это нравится.
Только разузнав основные факты из биографии своей новой соседки, я немного рассказала о себе. Впрочем, о себе я всегда рассказывала мало по той простой причине, что и рассказывать, собственно, было не о чем. Ничем, кроме подвигов предков, я не прославилась. Спорт, нестабильный целительский дар, домашние питомцы, зависимость от солнечной погоды, чтение приключенческих романов и боязнь крови – все мои характеристики, но о двух последних я обычно умалчиваю.
Я только настроилась как следует поболтать, когда Элси со словами: «Извини, нужно подтянуть теорию», – достала толстенный учебник по биологии. Точно такой остался у меня дома на полке.
– Да, конечно, – кивнула я и принялась распаковывать немногочисленные вещи.
Комната досталась нам небольшая и, на удивление, не лишенная уюта. Большое окно, выходившее на огороженное сеткой футбольное поле, делило комнату надвое. По обеим его сторонам в зеркальном отражении располагались застеленные пушистыми пледами кровати. У каждой из них – свой коврик и своя тумбочка. Над изголовьями – одинаковые светильники, в центре под потолком висела люстра на четыре лампочки. Вдоль стен – два письменных стола, два деревянных стула с мягкими сиденьями, два узких платяных шкафа. Стены выкрашены приятной персиковой краской. Окно завешено кружевной занавеской, но предусмотрены также и светонепроницаемые шторы бледно-оранжевого цвета. Над кроватями красовались довольно неплохие акварельные пейзажи: мне достался лесной пейзаж, а Элси – морской, и это единственное, что разнилось. Ах да, с моей стороны ещё была дверь, ведущая в уборную, а со стороны Элси – в душевую.
Быстро покончив с вещами, я заскучала. Элси, похоже, надолго углубилась в изучение биологии. Читать мне не хотелось, разве что есть немного. Судя по общепринятому распорядку дня, которое я, помимо прочего, отыскала в ворохе бумаг, поданных мне секретарём Скребноутом, ужин я пропустила, а следующего приёма пищи ждать до восьми утра. От нечего делать я сгрызла яблоко и отправилась гулять по территории. Я не привыкла много времени проводить без движения, а потому небольшая прогулка оказалась весьма кстати.
Извилистая дорожка, обсаженная невысокой живой изгородью и каштанами, привела меня к небольшой спортивной площадке. Там занимались парни в самой разной спортивной одежде, должно быть, все они поступающие, как и я, потому что кадетам выдавали несколько комплектов формы, в том числе спортивной, по цвету факультета: чёрный носили легионеры без магических способностей, синий – боевые маги, а целители щеголяли в зелёном.
Парни тотчас повернули головы в мою сторону. Кто-то даже присвистнул. Похоже, девушки тут и правда редкость. Пока никого, кроме Элси, я не увидела.
– Не заблудилась, красавица? – поинтересовался один, крутивший мощные педали-лопасти на тренажере, похожем на велосипед.
Парень был высокий и крепкий, как, впрочем, и все здесь, только лицом не вышел. Коротко стриженые ярко-рыжие волосы торчали ёжиком, на широком лице рассыпались веснушки. Чем-то он напомнил мне Вискерса, но погладить его желания не возникало.
– Нет, не заблудилась, – с вызовом ответила я. – А на настоящем слабо прокатиться?
– Ого, а девочка, никак, кусается? – усмехнулся парень.
– Полегче, Дикон, я слышал, в академию приехала сестра Даттона, – заметил другой, сидевший на перекладине турника и с интересом наблюдавший за нашей перепалкой.
– Но это не значит, что эта кусака его родственница, – поддел первый.
– А кто такой Даттон? Мы должны его бояться? – усмехнулся третий.
– Ты с луны, что ли, свалился? – загалдели вокруг. – Никогда не слышал эту фамилию? А ещё в академию легионеров поступать собрался!
– Вообще-то, я ещё здесь, – возмутилась я.
– Девчонка на спортивной площадке? Что она здесь забыла? – продолжал издеваться тот, кого назвали Диконом. – Она же наверняка на целительский поступает и со спортом на «вы»!
Ох, зря он это сказал!
– Что забыла? То же, что и ты! Спорим, я сделаю тебя на любом из этих тренажеров? Выбирай!
– Ты в своём уме? Я не соревнуюсь с юбками! – зашипел Дикон, стремительно багровея.
– Ты видишь на мне юбку?
Я стояла, вперив руки в бока, и сверлила взглядом несносного парня, а тот в свою очередь глядел на меня, и лицо его переливалось багровыми и лиловыми пятнами. Держу пари, он успел пожалеть о том, что задел меня.
Вокруг стали собираться мальчишки, предвкушая бесплатное развлечение. Кто-то уже делал ставки. Правда, не в мою пользу.
– Смелая девчонка! – послышался единственный одобрительный возглас.
А кто-то вслух оценивал мою внешность, в частности, вид сзади.
Уходить поздно и глупо. Уйти – значит заранее признать своё поражение. Миранда Даттон не из таких.
Поэтому, не дав Дикону выбрать, я влезла на такой же тренажер, стоявший напротив. Закрепила ступни ремнём, чтоб не скользили. Пошевелила педалями. Тяжёлые, но я справлюсь. Не думаю, что я в самом деле обойду здорового парня по очкам, но хотя бы докажу, что чего-то стою в этой жизни.
– Внимание! Внимание! Невиданное зрелище! Девушка соревнуется с парнем! – объявил крепкий брюнет в серых спортивных штанах и белой футболке. – На тренажерах установлены счетчики. Кто больше намотает миль за двадцать… ладно, за пятнадцать минут, тот получает свой выигрыш по ставкам. Мы дадим вам фору, мисс.
– Не нужно, – мотнула я головой.
– Я настаиваю, – процедил мой соперник.
– Дикон, обнуляй счетчик! – выкрикнул кто-то из толпы.
Я услышала, как он проскрипел зубами, но тумблер на счетчике повернул.
– Готовы? – спросил парень, принявший на себя роль арбитра. – Кстати, я Роб Патмор. Парень за тренажером напротив – Дикон Уолберг. Мисс, позвольте узнать ваше имя?
Называть себя по имени в мужской компании противоречило правилам этикета, поэтому пришлось назваться как положено:
– Миранда Даттон.
Сразу же посыпались возгласы:
– Я же говорил! Сестра старосты факультета!
– Дикон, ты труп!
– Ребят, может, не надо?
– Вы уверены, мисс Даттон? – переспросил Патмор.
На миг я усомнилась. Не подставляю ли я Митчелла? Но не пасовать же теперь!
– Как никогда! – ответила я и пронзила сникшего Дикона победным взглядом.
– Вы начинаете, мисс Даттон. Дикон минутой позже. Кстати, Дикон, используй ремни, иначе можно травмировать ногу. Готовы? Три, два, один. Поехали!
Я раскачала педали и сделала полный оборот. Потом второй, третий, постепенно ускоряясь. Вокруг свистели и улюлюкали, махали руками, но я старалась дышать ровно и просто крутить педали. Это несложно. Как на велосипеде, только стоя.
Минутой позже подключился Дикон. Парни сосредоточились на счёте и отвлекали уже меньше. В конце концов, задницы есть у всех, не только у меня, и лучше не думать о том, что на меня смотрят.
Интересно, отец, отправляя меня сюда, предвидел подобные ситуации?
Когда соперник в попытке меня догнать и перегнать запыхтел как паровоз, мне стало смешно, но я помнила о дыхании. Если собьюсь, всё испорчу.
– Молодец, девочка!
– Давай, Даттон, я на тебя поставил!
– Дикон, поднажми! Не умирай! Ну что ты как юбка!
Кто-то считал оставшиеся минуты, кто-то озвучивал показатели на счётчиках. Гвалт стоял неимоверный, однако я понимала, что с небольшим отрывом начинаю проигрывать.
И тут Дикон попал в переплёт. То ли ремень подвёл, то ли стремление выиграть любой ценой. Нога его соскользнула и попала между лопастью и маховиком. Послышался одновременно хруст и сдавленный крик.
Парни кинулись к товарищу. Мне тоже поплохело, как только я представила, что могло случиться с его ногой. Мышцы мои обмякли, дыхание сбилось. Чуть притормозив и не дождавшись полной остановки, я высвободила ступни из ремешков и спрыгнула на землю.
– Ну что там? Жить будешь? Помочь дойти до лазарета или сам дойдёшь? – загалдели мальчишки.
– Всё нормально. Продолжим, – сквозь зубы проговорил Дикон. Я не видела, что у него с ногой.
Мне бы ему помочь... Но как? Там же наверняка перелом, а значит... Значит, там то, чего я боюсь больше смерти!
Ситуацию спас кто-то из старшекурсников в форменном спортивном костюме легионеров – чёрном с голубыми лампасами.
– Что здесь происходит? – гаркнул кадет. – Травма? Взяли под руки и понесли, ну же. Сами допереть не можете, что делать? Бестолочи! – и уже мне: – А ты тут что делаешь? Из-за тебя сыр-бор?
– Почему сразу из-за меня? – фыркнула я. – Это не мужская академия. Где хочу, там и хожу.
– Это Даттона сестра, – представили меня сразу несколько голосов.
Старшекурсник смерил меня убийственным взглядом, но ничего не сказал.
Парни расступились, и двое из них, поддерживая хромающего Дикона подмышки, увлекли его по дорожке в сторону главного корпуса. Я отпрыгнула в кусты, пропуская процессию, и нарочно не смотрела вниз. Но успела услышать чёткий запах крови – сладкий, с металлическими нотками. Меня тут же замутило, в глазах потемнело, и, предчувствуя скорый обморок, на негнущихся ногах я ретировалась в противоположную сторону.
Шла практически на ощупь, отчаянно молясь, чтобы не свалиться на глазах у кого-то из парней. В ушах шумело, в висках стучало, меня шатало из стороны в сторону. Наконец, нащупав что-то вроде скамейки, я присела и приступила к дыхательным упражнениям.
Постепенно тошнота прошла, зрение прояснилось. Оказалось, что я сидела в нижнем ряду трибуны, с краю баскетбольной площадки. Если не считать двух девушек в белых майках и чёрных спортивных штанах, бросающих мяч в кольцо, здесь никого больше не наблюдалось.
– Ну вот и девчонки! – обрадовалась я.
А в следующую секунду приуныла. Нехорошо, если из-за меня Дикону придётся уехать домой ни с чем. В отличие от меня, все остальные приехали сюда по собственной воле. Лелеют большие надежды, мечтают служить в Легионе…
Нет, не из-за меня! Он пренебрёг правилами безопасности, за что и поплатился. Целители быстро поправят ему ногу, я слышала, опытные маги лечат переломы за считанные минуты.
А вот если меня попросят уехать домой ещё до начала экзаменов, будет неплохо. Надеюсь, Дикон или кто-то из его друзей непременно укажет на меня как на подстрекательницу.
Девушки заметили меня и решили подойти познакомиться. Обе рослые, крепкие, под стать парням, они уселись на скамью по обе стороны от меня.
– Привет! – сказала рыжеволосая. – Я Джулия. Она Рита. А ты?
– Миранда, очень приятно.
– Куда поступаешь? – поинтересовалась темноволосая Рита.