В поисках счастья

Глава 10. Пари

Я опоздала на обед. Многие уже покидали столовую, когда я только-только появилась в дверях. Я даже заметить не успела, сидит ли Элси на нашем прежнем месте, как ко мне подскочил Митчелл с перекошенным от злобы лицом:

– Как ты себя ведёшь, Мира? Ещё и суток не прошло, а из-за тебя уже столько проблем! Где была? Почему опоздала?

Я устало вздохнула и прошла к столу, где ещё оставалось несколько пустых подносов. Взяла верхний и принялась уставлять его тарелками с горячим, салатом и прочим. Митч увязался за мной.

– Шляешься по территории после отбоя – это раз, из-за тебя парень попал в лазарет – это два, показала низкие баллы на первом же экзамене – три. И на обед опоздала!

– Не нагнетай, – попросила я. – Я допускаюсь к следующему экзамену – что ещё нужно?

– Нужно показывать наивысшие баллы, глупая ты девчонка! – шипел брат. – Неужели ты позволишь кому-то обскакать тебя в рейтинговой таблице?

– Я здесь не для того, чтобы выскакивать из собственной кожи, доказывая, что не просто так ношу известную фамилию.

– И для этого в том числе! – кипятился Митч. – Неужели ты не понимаешь!.. Что скажет отец? Я за тебя, между прочим, головой отвечаю!

Я поставила поднос на стол, где сидела Элси, и брат замолчал.

– Не возражаешь? – спросила я.

– С чего бы мне возражать? – улыбнулась соседка по комнате и перевела взгляд на Митча.

– Это мой брат Митчелл Даттон, – представила я, – а это мисс Элси Нортон.

– Приятно, – буркнул Митч.

– И вам приятного аппетита! – весело сказала Элси и приступила к десерту.

Я принялась за похлёбку.

– Жду тебя на улице, – процедил Митч и пружинистой походкой направился к выходу, задев по пути какого-то худосочного паренька. Тот не успел посторониться и теперь стоял, потирая ушибленное плечо.

– Чего он так на тебя взъелся? – поинтересовалась Элси, смакуя залитый мёдом бисквит.

– Из-за того, что не набрала максимум баллов, не обращай внимания, – отмахнулась я. – Он обыкновенный перфекционист. Если баллов меньше ста – уже плохо.

– Да ты что? – искренне удивилась подруга. – Ты набрала больше всех! Твой брат должен гордиться тобой!

– Как больше всех? – напряглась я.

– Ну да. Не смотрела рейтинговую таблицу? Среди целителей ты лидируешь. Я на втором месте. У меня пятьдесят девять.

– Кто-то не прошёл?

– Отсеялось трое. Прошли четверо: ты, я, Анжелика Моррисон и Максвелл Вудроу. Они набрали проходной минимум.

– Понятно…

Такое чувство, будто я в западню попала, и петля на шее затягивается всё туже. Есть ещё надежда на тесты по общеобразовательным предметам. Но если и там наберу больше пятидесяти, можно всерьёз задуматься о том, не пойти ли по стопам Дикона, ибо пытаться провалить несложные физические упражнения ниже моего достоинства.

– Ночь спать не буду, но теорию подтяну. – Элси тряхнула рыжими кудряшками. – В Дортмунде очень высокие требования к поступающим. Говорили мне, езжай в Дилхорн!..

– Поступить – дело нетрудное, удержаться сложнее, – возразила я, – братья говорят, с нагрузкой стабильно не справляется половина первокурсников. Это касается не только легионеров, но и целителей тоже.

– Ничего себе, – приуныла Элси.

– В первом семестре нас ждёт практика на выбывание. Кого-то в любом случае отчислят – того, кто пройдёт испытание хуже остальных. А потом зимняя сессия – то ещё сито.

– То есть, если поступят все четверо, практику на выбывание пройдут только трое? – у Элси от волнения голос сел. – А ко второму курсу останется… кто-то один?

– Может быть, и не один, не вешай нос! – подбодрила я подругу. – Легион нуждается в таких сильных и целеустремлённых целителях, как ты, Анжелика и Максвелл.

– И ты, – заметила мою «оговорку» Элси. – Тебя подождать? Я уже закончила.

Я вспомнила о Митчелле и совсем сникла.

– Не нужно. На улице меня ждёт брат. Полчаса нотаций мне обеспечено.

– Я тебя в беде не оставлю, – поддержала Элси, – авось он не станет ругаться в моём присутствии.

Я пожала плечом и одним махом покончила с горячим. Переставляя тарелки, краем глаза заметила, что в столовой появился Артур.

У меня тотчас заныло с правой стороны груди. Он же наверняка подумал, будто у меня с Диконом что-то есть! Ещё и анкета с этими каверзными вопросами!..

Стоп. А какая мне разница, что он обо мне подумает?

Правильно. Мне всё равно. Не для него писала вообще. И я ещё усерднее налегла на тушеные овощи.

Артур тоже покончил с похлёбкой и принялся за второе. Он, как нарочно, уселся через столик левее, вполоборота ко мне, и мне было прекрасно его видно.

Как и блондинку, к которой он подсел.

Я присмотрелась к ней. Симпатичная, но на вид девочка девочкой, никакой мышечной массы. Одета в розовое, на запястьях браслеты из бисера, на носу – большие круглые очки. Считать её соперницей – себя не уважать.

А всё-таки интересно взглянуть на других хаоситов из живого уголка. Хоть одним глазком! И ещё разок пообщаться с этим Бастером. Узнать, что там да как в том мире, где он родился, как он очутился в нашем и не обижают ли его здесь. Никакой сверхважной информацией я не обладаю, так что хаосит ничего эдакого в моих мыслях не прочтёт. Кроме того, что в анкете я с три короба наврала.

Бастер же может внушить это Артуру?

Я так разволновалась, что чуть не поперхнулась бисквитом. Пришлось срочно запивать водой.

– Всё в порядке, Миранда? – озаботилась подруга.

– Лучше не бывает, – как можно беспечнее ответила я.

Действительно, с чего бы мне волноваться? Когда меня заботило, что думают обо мне всякие очкарики?

Артур покончил с обедом на полминуты раньше меня, мы едва не столкнулись у столика с грязной посудой. Он уже оставил там свой поднос, а я только-только несла туда свой.

«Смотри, куда идёшь, очкарик!» – хотелось ляпнуть мне, но вместо этого мы одновременно сказали:

– Извини.

Я подняла на него взгляд, как подняла бы в такой ситуации на любого другого. Это же элементарные правила вежливости. Нет, это вообще на подсознании происходит и вежливость тут ни при чём. Но ответного взгляда не последовало. Он нарочно, значит, меня проигнорировал. Гордец! Сноб! Ненавижу! Чтоб его крыса больная укусила!

Я вылетела из столовки, тоже толкнув кого-то из кадетов. Нечаянно вышло.

– Полегче, красавица! – крикнули вслед.

– Ты здесь не один ходишь! – огрызнулась я.

Элси нагнала меня у самого выхода.

– Что с тобой происходит? – спросила она.

– Мы все здесь на взводе, не так ли?

Элси не могла не согласиться со мной.

Перед крыльцом влево-вправо вышагивал Митчелл. В руках кожаную папку держал.

– Мира!

И больше ничего не сказал. Просто переводил взгляд с меня на мою подругу и сжимал губы, пока они не побелели и не превратились в тонкую ниточку.

– Ты что-то хотел, Митчелл? – поинтересовалась я.

– Наедине, – бросил он.

– Извини. Мы спешим. Нам к экзамену готовиться нужно.

– Так и я о том же.

– Элси моя подруга и от неё у меня секретов нет, – подстёгивала я.

Митч чуть помедлил и решился:

– Проболтаетесь кому – считайте, здесь учиться не будете. В этой папке готовые тесты. Прошлогодние, правда, но их редко меняют. Вот.

– Спасибо, Митч, – несколько разочарованно протянула я, забирая папку.

Мне-то какой прок с этих тестов, меня отец заставил вызубрить все учебники от корки до корки, я и спросонья отвечу без запинки на самый сложный вопрос, а вот у Элси глазки так и загорелись.

– Благодарю, – произнесла она.

– Сдашь не меньше, чем на девяносто, возьму с собой в город, – говорил Митч, буравя меня взглядом. – Развеешься, пройдёшься по магазинам, поешь нормально. Можем в кино сходить или на яхте поплавать. Всё законно, не волнуйся. Старшекурсникам не воспрещается выходить за пределы академии. И тем, кто с нами, тоже. Под мою ответственность, разумеется.

Тоже мне мотивация! Что я в Дортмунде не видела! Но я заметила, как завистливо вытянулось у Элси лицо. Мне стало её жаль. Она говорила, что родом из какого-то провинциального городка, затерянного в дремучих лесах. Из Литлчестера, что ли? И никуда за свои восемнадцать не выбиралась, даже в столице не была.

А Бадди с Вискерсом ещё немного меня подождут.

– Элси с собой возьмём, – выдвинула условие я.

Митчелл похрустел челюстью и окинул Элси холодным взглядом, раздумывая, что же ответить такого повежливее.

Но та не растерялась.

– Буду счастлива! Надеюсь, я вам не помешаю. Я ещё не была в Дортмунде, с вокзала сразу сюда. Говорят, здесь очень красиво.

– Не помешаете, – буркнул брат. – Но вас это тоже касается. Набираете меньше девяноста баллов – остаётесь в кампусе.

– Договорились. – Элси тряхнула кудряшками и смело протянула Митчеллу руку.

Он поглядел на неё, как на змею. Одна часть лица скривилась, будто его раньше времени удар хватил. Но всё же протянутую руку пожал. Да эти кадеты те ещё снобы, что Митчелл, что Артур этот. Настроение, и без того отвратительное, тут же рухнуло в пропасть и где-то там со звоном разбилось.

Если я не провалю вступительные экзамены, придётся нарушить Устав. Что у меня там наиболее приемлемое по списку? Саботаж? Убийство? Непристойное поведение?

До самого ужина мы просидели с Элси в читальном зале и подготовили сорок вопросов из ста двадцати. Готовых ответов, разумеется, Митч нам не дал, но хотя бы снабдил теми вопросами, которые наверняка попадутся на экзамене. Плюс список тем для сочинения. Я невольно подумала о Диконе. Справится ли он с тестами? Из-за травмы я чувствовала себя обязанной и ничего поделать с этим не могла.

Глава 11. Полоса препятствий

Желающих подкрепиться лёгким ужином значительно поубавилось. Многие кадеты закрыли, наконец, летнюю сессию и отбыли на вокзал, да и количество поступающих заметно сократилось. В академии остались только выпускники, дежурные преподаватели, соискатели, сторож и Артур.

Анжелика и Максвелл – та самая модница и её поклонник – облюбовали столик в противоположном конце столовой. Митчелл с приятелями, среди которых, как я заметила, недоставало Эрхарда Макинтоша, занимали самый козырный столик у окна с видом на дортмундский лес. Артур сидел там же, где и в прошлый раз. На меня не смотрел. Я на него тоже. А вот его очкастая подружка то и дело поглядывала в мою сторону. Что ей от меня нужно? Подножка или хук справа?

– В читальный зал? – спросила Элси, как только мы покончили с ужином.

– Слушай, – ответила я, – давай сделаем перерыв, а? Перед сном обязательно позанимаемся. Голове тоже отдых нужен.

– Только недолго, – вынужденно согласилась Элси. – Чем займёмся?

– Пойдём на знаменитую полосу препятствий.

Подруга пожала плечами, мол, не вижу ничего интересного, но альтернативы не предложила.

Судя по карте, полоса препятствий начиналась сразу за центральной спортивной площадкой и занимала большую площадь в несколько квадратных миль. Без преувеличений, Дортмундская академия со всеми прилегающими угодьями по размерам могла легко переплюнуть два таких города, как Бредфорд. Академия Дилхорна, которую каждый год инспектировал мой отец, Дортмунду и в подмётки не годилась.

Пока мы добрались до полосы препятствий через лесопарк и кучу небольших спортплощадок наподобие той, где я столкнулась с Диконом, прошло не меньше получаса, учитывая то, что шли мы довольно быстро. Но я клятвенно пообещала Элси не ложиться спать до тех пор, пока мы не проработаем половину вопросов из списка – на завтра ведь тоже нужно что-то оставить.

И первым делом я увидела не новенькие спортивные тренажеры, не верёвочные лестницы и даже не искусственную гору, возвышающуюся вдали, а Артура. Он подтягивался на турнике с увесистым рюкзаком за спиной. На нём были синие спортивки и белая майка, не скрывавшая развитой мускулатуры, и от игры его литых мышц у меня буквально отказала дыхательная система. Я и представить себе не могла, что он скрывает под кителем такую красоту.

– Вот это да! – протянула Элси. В её голосе слышалось и восхищение, и удивление, и восторг.

– Ты это о ком? – не своим голосом проскрипела я.

– О полосе препятствий, о чём же ещё, – ответила она и добавила убитым тоном: – Надеюсь, целителям не нужно всё это преодолевать?

Я удивлённо на неё взглянула. У меня руки-ноги чесались опробовать всё это великолепие на себе.

– Ты же попробуешь? – на всякий случай уточнила я.

Элси скептически оглядела многочисленные лестницы, лабиринт, стену с проломами и вращающийся цилиндр – то есть только начало полосы препятствий – и обреченно выдохнула:

– Можно, конечно, но не всё. Далеко не всё.

Мимо нас пробежала колонна поступающих с рюкзаками за плечами. Дикона среди них, понятное дело, не было, как не было и многих из тех, кто ужинал в столовой. Колонну замыкал никто иной, как мой братец Митч.

Увидев нас, он не преминул остановиться и поинтересоваться:

– А вы что здесь делаете?

Кадеты при виде девушек все остальные фразы забывают, что ли?

– Потренироваться пришли, – ответила я.

– Я, к сожалению, помочь вам не смогу – тренирую эти доходяг… то есть оболтусов… будущих кадетов, в общем. – Митч прочистил горло. – Но могу замолвить за вас словечко тренеру Свифлетту. Где же он?

– Если ты о том мужчине со шрамом, то мы видели его на одной из спортплощадок. Он показывал простенькие упражнения соискательницам.

– Тогда позову кого-то из старшекурсников. Например…

Митч повертел головой и, к моему удивлению, остановился взглядом на Артуре.

– Эй, Салли! – гаркнул брат. – Сюда иди, дело есть!

– Нам нянька не нужна, сами справимся! – возразила я. – К тому же ты обещал голову ему открутить, если он подойдёт близко.

Вряд ли Митчелл дослушал фразу до конца, потому что отвлёкся на своих «доходяг». Похоже, он взялся тренировать так называемую элиту – костяк, который не только с блеском пройдёт все вступительные испытания, но и практику на выбывание. Насколько я знала, многие старшекурсники берутся тренировать богатеньких мальчиков за деньги, но у Митчелла все были как на подбор – сильные, крепкие, спортивные.

Тем временем Артур подтянулся последний раз, легко спрыгнул на землю и, на ходу снимая рюкзак, подошёл ближе. Боги, научите меня нормально дышать рядом с этой ходячей картинкой из учебника по анатомии!

– Приглядишь за соискательницами, – скомандовал Митч, – смотри как за собственными сёстрами, если они у тебя имеются. Шкуру с тебя спущу, если царапину заработают. Я не шучу.

– Есть, – нехотя ответил Артур и бросил рюкзак у куста жимолости.

А Митч пружинистым бегом уже догонял своих «доходяг», наматывавших круги вокруг центральной площадки.

– Это отягчающий рюкзак? – поинтересовалась я и, не дожидаясь ответа, потянула за ремень. – Ого!..

Рюкзак весил целую тонну. Я его едва подняла и тут же отпустила. Булыжники там, что ли?

– Кирпичи, – пояснил Артур. – Девушки обходятся без отягчающих рюкзаков.

– Это приятная новость, правда, Миранда? – произнесла Элси.

– Неплохая, – согласилась я.

– Предлагаю начать с разминки, – начал Артур и поправил очки.

– Мы хотим опробовать полосу препятствий, – заявила я.

Он заметно удивился, прочистил горло и предложил:

– Для начала пару кругов вокруг площадки. Поехали.

Насколько я могла судить по собственному опыту, всё самое интересное начинается после разминки, поэтому я тотчас сорвалась с места и побежала. Не терпелось скорее влезть внутрь вращающегося цилиндра и проверить свою ловкость на искусственной горе. А ещё хотелось просто нормально дышать.

Площадка была огромная. Совсем не похожая на те, где занимались новички вроде Дикона. Здесь тренировались старшекурсники – почти готовые легионеры, совсем не обращавшие на меня внимания. Кто-то отжимался с утяжелением на одних пальцах, кто-то – вверх ногами, используя в качестве опоры блины от штанги. Другие подтягивались на одной руке, третьи – с отрывом от турника. Тренер из моей бывшей гимназии никогда не показывал таких упражнений, видимо, полагая, что девушкам они не под силу.

Присматриваясь к технике упражнений, я невольно замедлила скорость и Элси с Артуром меня догнали. Дальше мы побежали втроём «прогулочным бегом», позволявшим глазеть по сторонам. Что самое удивительное, нормальных сильных парней здесь хватало и без Артура, но дыхание почему-то сбивалось только из-за него. А когда я заметила, как Артур косится в мою сторону и следит за направлением моего взгляда, мне поплохело ещё больше. Он считает, что я просто пялюсь на полуголых парней, а не слежу за техникой выполнения?!

Вскоре я увидела, чем занимается Митч со своими «доходягами». Он выдал парням скакалки и заставил прыгать. Кто-то отнекивался, считая такие «девчоночьи» упражнения ниже своего достоинства, но большинство беспрекословно исполняло приказ.

– Веселее, девочки! – орал на них Митч. Правда, увидев меня, заткнулся и проводил ревностным взглядом.

Давай-давай, братец, зарабатывай денежку на уикенд. Мы с Элси горим желанием оторваться по полной.

Я поднажала и легко побежала дальше. Мои спутники тоже прибавили скорость. Но к концу первого круга Элси запыхалась и Артур предложил закончить с разминкой.

– Ладно, – решила я, глядя, как Элси страдает. – Скоро стемнеет, а мы даже ещё не начинали, – и кивнула в сторону полосы препятствий.

Артур скептически оглядел держащуюся за правый бок Элси и произнёс:

– На сегодня программа минимум.

Я тоже озаботилась состоянием подруги:

– Помочь?

– Нет, спасибо, – отозвалась та. – Не обращайте внимания. Сейчас отдышусь и всё будет в порядке.

И цилиндр, и лабиринт, и разрушенные стены, и верёвочные лестницы, поднявшие меня на высоту пятиэтажного дома, дались мне легко. Давненько я не испытывала такого удовольствия от физической нагрузки. Повезло же легионерам!

Правда, Элси так не считала. Она сдалась на середине подъёма и Артуру пришлось её снимать. Когда я увидела подругу у Артура на руках, настроение упало окончательно, но это не помешало мне идти дальше. Потому что дальше чуть ли не на целую милю простиралась лестница-рукоход. А внизу был бассейн с поросшей ряской водой. Слышалось кваканье лягушек. Не хотелось бы туда упасть, а вот испытать свои силы хотелось ужасно.

– Мисс Даттон! – услыхала я предостерегающий голос Артура и только засмеялась в ответ.

Поначалу было легко и задорно. Лестница шла то на подъём, то на спуск. Но когда я пошла на третий или четвёртый подъём, почувствовала тяжесть в мышцах. Тело стало сильнее раскачиваться. Дыхание сбилось.

Я оглянулась. Обидно, ведь я прошла меньше половины, а уже устала. Тем обиднее, что Артур шёл следом с явным намерением меня спасти. Вот уж нет! Не позволю!

Мне бы ещё повисеть и отдохнуть, перевести дыхание… Но я ускорилась, лишь бы Артур меня не догнал. Ладони вспотели и заскользили.

– Миранда, стой! Не спеши! – Артур чуть не дышал мне в затылок.

Я опустила взгляд. На листе кувшинки сидела лягушка и таращилась на меня своими глазёнками. Нет уж, такого позора я не допущу.

Подтянулась из последних сил, просунула голову, а за ней и корпус в проём между двумя перекладинами, на мгновение застыла на вытянутых руках и, наконец, уселась сверху на опору и поболтала ногами, дожидаясь, когда Артур проделает то же самое. Стало ужасно досадно от мысли, что он примет меня за слабачку.

– Многие первокурсники не дотягивают даже до середины, – зачем-то сказал он, видно, таким образом желая меня подбодрить. Но я не купилась.

– Я просто любуюсь закатом, – сказала я, глядя поверх его плеча. – Красиво.

– Красиво, – согласился Артур и поправил очки.

– Слушай, – не удержалась я, – почему ты не обратишься к целителям? Здесь же их полно. Одного моего знакомого на ноги поставили спустя сутки после перелома.

На языке уже вертелась фраза: «Мы с Диконом просто друзья. Из-за меня он очутился в лазарете и мой долг его навещать», – но она так и осталась невысказанной.

– Ты имеешь в виду это? – Артур снова поправил очки. – Это не лечится.

– Как? – удивилась я. – Почему?

Он пожал плечом.

– Это не физический недуг, наверное, поэтому.

– А какой? Психологический?

– Откуда я знаю? Мне не мешает. Привык уже.

Не мешает, как же. Я уже заметила, что он поправляет очки всякий раз, когда нервничает или не знает, что ответить мне на очередной интересный вопрос.

На груди у него висел металлический жетон – точно такие я видела у Митча, Джейка и остальных братьев. На них были выгравированы имя и фамилия, личный номер кадета военной академии и группа крови. Калеб, мой третий брат, называет их медальонами смерти, мол, по ним обычно опознают убитых солдат, но его жена, имеющая целительский дар среднего уровня и работающая в столичном госпитале, утверждает, что такие медальоны спасли своим хозяевам не одну жизнь. Если я не провалю вступительные экзамены, мне тоже выдадут такой, и я стану носить на шее выраженный в символах генетически обусловленный иммунологический признак собственной крови. Как это можно выдержать, не представляю.

Я поискала глазами Элси – она сидела на краю водоёма и дразнила лягушек, бросая в воду мелкие камушки. И переключилась на другую тему:

– Откуда у тебя Бастер?

– Достался по наследству.

– Вот как!..

– Ещё до моего рождения в окрестностях моего города был прорыв. Всех нарушителей зачистили, а этот затаился и спустя какое-то время попался в сети к рыбакам. Отец выкупил у тех за бесценок. С тех пор он живёт у нас. Опасности не представляет. Здесь его изучили и позволили держать в живом уголке.

– Дай-ка я угадаю. Ты из Реддинга?

– Верно. Хорошо историю знаешь?

– Не хочу хвастаться, но неплохо.

– Была у нас?

– Ни разу. Но, говорят, город очень красивый.

Я смолчала о том, что отец любит вывозить меня за пределы Королевства, считая, что наши курорты и в подмётки заграничным не годятся. Но я так не думаю. Мне везде нравится, лишь бы там была возможность активно провести время, а не только в море плескаться да по музеям ходить.