Стокгольмский Синдром

– Да, вдохновляюще. – Закатила я глаза, сделав вид, что мне всё равно, хотя внутри закипело множество противоречивых эмоций. – Почему не написал, что хотел стать «супергероем», как все мальчики?

– Я антагонист этого слова, если не заметила. – Ухмыльнулся он, заметив мой мимолётный взор. – А ты что написала? «Дизайнером на уровне Баленсиаги»? Ты с самого детства знала Демна Гвасалия*?

– Возможно, я просто экстрасенс. – Хладнокровно щёлкнула я ручкой, ставя точку в диалоге.

Блондин с улыбкой фыркнул.

Конечно, почти все ответы я выдумала. Зачем стараться, если их будет читать последний, кому я доверила бы свои секреты? Уму непостижимо, как он может так спокойно вести себя со мной после того, как меня «пробил»! Что ещё он вообще нашёл на меня?

Я проморгалась дважды, пытаясь переключиться на учебную задачу. Получалось с трудом.

Так, дальше… «Что ты делаешь, чтобы реализовать профессиональный потенциал?»

– Не трачу время на лишнее. – Продолжила я вслух.

Эйден согласно кивнул, откинувшись назад с таким же бланком в руках.

– А зачем же рок-звезде тратить время в университете?

Взгляд охровых глаз вонзился в меня, будто сканируя мой айкью. Мужская рука нависла над моим бедром, намекая, что опять её зажмёт, если снова что-то подобное ляпну.

– Так каков ответ? – Сжала я губы упрямо.

– Есть свои причины. – Наклонил голову студент и ткнул пальцем в анкету с моими ответами. – А ты просто учишься на дизайнера и восхищаешься звёздами? Ответы тянут пока на «3», Милз, но есть способ договориться.

– Ну и какой способ? – Закатила я глаза. – Поставим друг другу взаимно «5»?

Парень прищурился.

– Наивная. Верни мне моё, либо я верну его сам.

Он опять про зажигалку? Невероятно! Это буквально кусок пластика с гравировкой! Что вообще в этой ерунде может быть раритетного?

– Да, забыла я «твоё»! Верну потом. Да и к тому же этим только я себе заработаю «5», а что ты мне предложишь в ответ?

– Разве мои ответы не рациональны?

– Не-а. Ты поступил на музыканта, а отвечаешь, как философ.

– Ладно… – Устало выдохнул тот, догадавшись, что я ищу лишь ответную выгоду. – Я отвечу на один вопрос, если хочешь. Честно.

Ого, вот это жертва! Кажется, честность для него – как для вампира чеснок.

– Как ты, чёрт возьми, узнал моё и… – Я запнулась и на секунду задумалась.

Так, стоп. Как он узнал фамилию, местожительство и что ещё обо мне знает – это два вопроса, а не один. Надо быть умнее.

– Как ты нарыл на меня информацию? – Подытожила я, разжав пальцы, и судорожно выдохнула.

Некоторые студенты уже начали сдавать бланки, а другие, как и мы, обсуждали анкету друг друга. Видимо, настало время, когда задание закончило большинство.

– Ты могла бы спросить сейчас что угодно: от кода банковской карты до размера члена, но ты выбрала самый бесполезный вопрос. – Мужские губы сухо разлепились, а брови опустились вниз.

– Ну и? – Я многозначительно схватила ручку и с угрозой наставила её на область для отметки оценки, давая понять, что не шучу.

Он ожидал, что… я – что? Действительно поменяю вопрос?

Блондин высокомерно ухмыльнулся.

– Знакомый скинул твою страничку в Твиттере.

– Твиттер? – переспросила я и почувствовала, как внутри что-то отцепилось и провалилось в пятки.

Моя древняя страница, от которой давно забыла пароль и логин! Я вспомнила, что сама же отметила лет семь назад в профиле свой родной городок, возраст и… Напрочь об этом забыла! Если долго листать, помимо мемов и каких-то постов, можно наткнуться на позорную фотосессию из эры, когда я идентифицировала себя томбоем и с наличием одних париков пыталась войти в комьюнити косплееров… Страничку, конечно же, удалить не удалось. Хотя я пыталась это сделать стабильно раз в несколько лет на всякий случай.

Я с ужасом взглянула на Эйдена. Он сжал губы в усмешке и смотрел так, словно только что выиграл в лотерею.

– Знаешь, это было лет 7-9 назад… – Попыталась я оправдаться и спрятала руки под партой, сжав их до побеления. – Можно считать, что в эпоху динозавров!

Мужской голос тихо рассмеялся. Неровная текстура ручки, которую я стиснула в пальцах, больно впилась в кожу.

– Ты про свою челкастую эру? – Прищурился блондин. – Куда же сейчас ты её подевала? Неужели отреклась от эмо-культуры?

Я с силой прикусила нижнюю губу и выдавила из себя всю силу воли, чтобы надеть в следующую секунду каменный «покерфейс». Хватило немало усилий, чтобы подавить нарастающую в душе бурю.

– Какое серьёзное лицо. Главное, чтобы не треснуло.

Я почти взорвалась от скачущих нервов, но вовремя закусила губу. Спряталась за ладонями, начав трястись от подступающей истерики.

– Признайся, слушала в то время рок-песни и представляла себя в клипе?

– Как ты узнал?! – Внутри что-то переклинило. Я с хриплым смехом расцепила пальцы, смотря сквозь них на напыщенного блондина.

– Посмотрите, кто тут у нас покраснел... – С фальшивой невинностью покачал головой Эйден, сияющий под лучами солнца, как Аполлон*.

– Это у меня аллергия на твои ехидные вопросы! – Парировала я громким шёпотом, пытаясь вернуть себе хоть капельку достоинства. – И вообще это было давно и неправда!

Я глубоко вдохнула, возвращая себе ровное дыхание вместе с остатками самообладания. Музыкант же – специально сделал громкий выдох в ответ.

– Вдох-выдох, Милз. – Наставительно напомнил он, словно личный йога-инструктор.

– А-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!! – Разнеслось на всю аудиторию.

Люди обернулись. А я уже сидела с таким лицом, будто окончательно поехала. Гарри Эллингтон недобро прокашлялся, но всё равно не смог перебить мой громкий смех.

– Кхм, судя по результату теста профориентации, вы промахнулись с направлением. Ваш путь – в комедианты, а не дизайнеры!

Эйден тихо усмехнулся в кулак, сделав вид, что это вовсе не он – виновник ситуации.

– Раз уж вам обоим так смешно, значит, и анкеты закончили? Тогда извольте сдать работы! – Шатен в сером костюме явно не оценил такой манёвр.

Мы с блондином быстро начеркали оценки друг другу и, взяв вещи, молча прошли к преподавательскому столу, как на инквизицию. Пока широкие плечи моего соседа скрывали меня от чужих глаз, я одёргивала себя каждый раз, когда глупая улыбка вновь проскакивала на губах.

– А вот и наши юмористы… – Покачал головой мужчина, выдёргивая с рук бланки. – Так-так… Ага, отличники, поставили друг-другу «5»! Ну надо же! Ну что ж, вынужден, огорчить! Вычитаю по баллу у каждого за поведение!

Я наклонила голову вниз. Не хотелось смотреть на преподавателя. Было смешно, что всё это время он сердито дышал в грудь Эйдена.

– Мистер Эйден Ли и мисс Анна Милз, ага… – Бурчал себе под нос мужчина, поспешно открывая журнал и выделяя красным маркером на разных страничках наши имена. – Отмечу вас, как своих любимчиков!

Лицо Эйдена перекосилось.

Один – один!

– Кто сдал бланки, тех не смею задерживать! – Переключил своё внимание голубоглазый на остальных. – Идите, занимайте очередь в буфете и не мешайтесь у стола.

– Опа, завоз! – Оскар дал пять Мартину, и рыжий вместе со своей шайкой чуть ли не снесли дверь, выбегая из аудитории.

Улыбка с лица мистера Эллингтона спала, зато я не сдержала злорадной физиономии.

Пока преподаватель отвлёкся, я тихонечко направилась к двери. Эйден громадной тенью шёл сзади. Проходящие мимо девушки хихикнули, когда обошли нас. Кажется, уже все тут успели оценить невероятный рост парня.

Всю его настоящую харизму скрывает чёлка. Именно за ней прячется тот самый опасный щур. Днём парень носил простую одежду, сдержанные цвета, спокойный стиль – и от этого почти не вызывал вопросов. Но стоило ему выйти на сцену в ярком, вызывающем образе, как он превращался из студента в экстравагантного артиста.

Я остановилась, поняв наконец-то святую истину цветоводения.

Это же так логично! Самая надёжная маскировка – противоположность. Все ждут насыщенного и броского? Значит, надо стать тусклым и монохромным. То есть никто даже и не заподозрит, что Дьявол, стоящий с оголёнными бицепсами посередине сцены, – это студент, сидящий в углу аудитории в чёрном.

Всё это бы сработало, если бы я не узнала в нём Эйдена из игры… Это сразу же сломало образ спокойного студента. Я сразу увидела волка в овечьей шкуре. И после того, как я ощутила на концерте ту же энергетику, увидела знакомые черты лица сквозь плотный грим… Тогда-то пазл и сложился. Блондин сам прокололся тем, что сломал свою маску тихони в первую встречу со мной.

Так или иначе, сейчас весь его образ шатко держится на том, что я буду молчать. Потому что пока в университете он скрывается за противоположной сущностью рокера, никто его не заподозрит. А я – раздражающее исключение, которое имеет над ним власть. Я знаю его секрет. Он знает, что я знаю. И при этом у него есть неоспоримое преимущество: два метра роста и руки, которыми меня можно свернуть в узел бантиком. А у меня есть длинный язык и его фанатка за спиной. Мы крепко держим друг друга за горло. Единственный вопрос: кто сожмёт первым?

Я прикусила губу и скривила усмешку.

Справедливости ради, в моём списке дел на ближайшую неделю точно не было пункта «шантажировать Дьявола». Но, видимо, жизнь решила устроить мне очередной квест.

– Перестань так ухмыляться, Милз.

Эйден, оказывается, всё это время наблюдал за мной, пока мы шли по коридору. Я даже не сразу его заметила.

– А что? Чувствуешь себя уязвлённым? – Я обратила голову вверх, чтобы посмотреть на светловолого, и увидела его уже в новом свете.

Теперь он выглядел совершенно иначе – мозг сам разделил его лицо на две разные половины. С одной стороны, скромный парень: чёлка скрывает охровый глаз, светло-пепельные волосы собраны в пучок. С другой: бордовые пряди выбились на лицо, красный оттенок зрачка подчёркнут чёрными тенями, на свету блеснул пирсинг на губе и брови.

– Уязвлённым тобой? – Хмыкнул тот. – И что же ты можешь сделать?

– Ну-у… – Потянула я удовольствие от предвкушаемого ответа. – Думаю, у меня есть кое-какие преимущества.

Юноша фыркнул, не замедлив шага.

– Ты ошибаешься. У тебя нет преимуществ. У тебя есть только язык, который вечно несёт лишнее.

Я остановилась и самодовольно рассмеялась на весь коридор.

– И именно мой язык тебе сейчас мешает спать спокойно. – Я ткнула пальцем в грудь парня, но быстро её убрала, смущённо вспомнив, как только недавно его касалась. – Представь, если я проболтаюсь!

Обладатель кошачьих глаз всмотрелся в меня тщательнее, читая правдивость моих намерений сверху вниз.

– Представь, если я узнаю об этом первым.

Теперь студент глядел на меня без капли шутки. Захотелось тут же забрать слова обратно. Но вместо этого я закатила глаза, сделав вид, что мне плевать, и ускорила шаг.

– У меня нет привычки разбрасываться козырями в первой же партии… – Буркнула я, инстинктивно оправдавшись. – Я не планировала угрожать, просто использовать такую информацию, как щит, ведь не помешает?

Он усмехнулся, догнал меня и, склонившись к самому уху, добавил:

– Значит, ты хочешь сыграть в долгую? Интересно. Только не забудь… Со мной такие игры плохо заканчиваются.

Я ощутила колючий жар мужского дыхания на щеке и через секунду отпрянула в сторону.

– Пугаешь? – Прошептала я. – Или угрожаешь?

– Считай, что предупреждаю, – безразлично ответил тот, словно между делом. – Пока что.

Мы вышли из коридора на первый этаж, где в холле тянулась длинная очередь в столовую. Шум студентов, гомон и запах свежеиспечённых булочек мгновенно пробудил аппетит во рту. Но внутри меня также протянулся неприятный вкус напряжения.

– Ден!

Из массы студентов выскочил шатен, которого я заметила ещё в прошлый раз на параллели с нами. Тот самый худощавый азиат, ростом выше меня на несколько сантиметров, с застенчивым, но дружелюбным блеском в глазах.

– Ты со спутницей? – Похлопал глазками студент, неуверенно подойдя к нам.

Я удивилась его уверенному знанию языка, украшенный сильным акцентом. Вместо прошлой рубашки на парне сегодня красовалось худи медового оттенка.

– Да. Оно само вышло. – Эйден многозначительно взглянул на меня так, словно не понимал, почему я ещё тут. – Это Анна, хотя... похуй.

Бросила на двухметрового осуждающий взгляд и вернула обратно. Шатен впервые засмотрелся на моё лицо, и его краешек губ тут же растянулся в улыбке.

Насыщенные губы средней полноты с небольшим клювиком, как у ребёнка. Носик плавный и прямой, как и свойственно азиатской культуре. Глаза большие и любопытные, но внутренние уголки глубже, чем у двухметрового. По сравнению с большинством азиатов, блондина вообще можно было приплести к метисам. Хотя… имя и фамилия Эйден Ли объясняли всё.

– А я Минхо. – Быстро пролепетал обладатель лёгкого тенора и поклонился прямо передо мной в знак приветствия.

От таких манер я обомлела, на секунду растерявшись. Кажется, Кира вчера тоже мне поклонилась, но тогда мозгу было не до этого.

– Приятно познакомиться. – Ответили мы друг другу одновременно.

Обладатель чёрных, добрых глаз выпрямился и спрятал смущённую улыбку за ладонью. Смотря на его милое и искреннее лицо, моё тело само вдруг поклонилось в ответ. Эйден, похоже, заметив моё замешательство, ухмыльнулся и подтолкнул меня в бок:

– Не ожидала, что мои друзья такие милые, да?

Я покосилась на него максимально ядовитым взглядом.

– Ден! – В сотый раз смутился Минхо и попробовал перевести от себя тему. – Я очередь в столовую нам занял. «Калька»?

Эйден кивнул, положив руку студенту на плечо. Видимо, тот предложил по-корейски «пойти».

Ден – как же странно звучит… Но, справедливости ради, и я люблю сокращать имена тех, с кем мне комфортно.

Мы втроём двинулись к буфету, лавируя сквозь поток студентов. Минхо шёл чуть впереди, изредка оборачиваясь и бросая на меня осторожные взгляды, словно проверял, не против ли я этой странной компании. Его невинная улыбка и чуть неуклюжая забота казались такими… домашними.

Я решила покинуть своих компаньонов под неловкий взор азиата и напускное безразличие блондина. Очевидно, я тут лишняя. Но напоследок украдкой посмотрела на Эйдена: в его облике всё ещё сохранялась та самая «двойственность» – свет и тень, скрытые в одном лице. И рядом с ним Минхо выглядел почти антиподом.

Да… азиат оказался милым. Даже слишком, что насторожило сильнее. Хороший мальчик и плохой дружат друг с другом? Это я понять могу. Противоположности, как правило, притягиваются, но… кто сказал, что противоположности не играют на одной стороне?