Как Стив Джобс видел будущее. Его выступления, интервью и идеи о компьютерах, iPhone, Apple и технологиях

Ведущий 2: Вы же не думаете, что это произойдет уже в следующем году? Мне кажется, это довольно длительный процесс, не так ли?

Джобс: Конечно.

Ведущий 1: Когда вы говорите о добавлении системы привода, лобового стекла и т. д., а теперь появился iPad, как вы думаете, появилось ли что-то новое и важное?

Джобс: Люди подшучивают надо мной за то, что я называю iPad «волшебным».

Ведущий 1: Да, действительно.

Джобс: Но я именно так и считаю. Он действительно волшебный. Создается ощущение, что у вас устанавливаются более прямые и тесные связи с Интернетом, медиа, приложениями и контентом. Как будто какие-то промежуточные звенья были устранены.

Ведущий 1: Клавиатура.

Джобс: Как будто из рекламы убрали кинематографические эффекты. Я не знаю, связано ли это с непосредственной реакцией, с возможностью перемещать его вверх, вниз, влево и вправо, или с увеличением времени работы от батареи благодаря отсутствию кабелей. Здесь сочетается всё это и ещё кое-что, чего я пока не понимаю. Но в этом есть что-то волшебное, и я чувствую, что мы только начинаем понимать, какие приложения можно использовать; я думаю, что люди смогут создавать огромное количество контента на основе одного приложения.

Ведущий 2: Можем ли мы сразу поговорить об этом? Вы представили его как раз в то время, когда вы перезапустили iWork для Touch. По крайней мере, с точки зрения редактирования, сроки совпали — можно начинать с нуля. Я также заметил, что сейчас есть и другие компании, например, которые уже давно выпустили приложения для работы с документами, подобные тем, что есть на iPad, и которые также развиваются в направлении функциональности iPad, включая документы Word, Excel и PowerPoint и т. д. Но все еще есть люди, которые не верят в это устройство из-за способа ввода текста. Вы, очевидно, с этим не согласны, поэтому хотелось бы попросить вас высказаться по этому поводу.

Джобс: Я думаю, вопрос в том, почему они не развиваются именно так? Вы можете сказать: «Мне нужно написать аналитический отчёт на 35 страниц, и я хочу использовать свою Bluetooth-клавиатуру». Но это составляет всего 1 % времени, когда я им пользуюсь. А значит, у меня остаётся 99 % времени, когда я могу использовать его с максимальной эффективностью. Если вы говорите, что программное обеспечение недостаточно мощное, то это лишь вопрос времени. Дело не в том, что программное обеспечение недостаточно мощное, ведь это можно исправить. Мне кажется, что ваше видение сосредоточено только на краткосрочной перспективе, поэтому вы и говорите, что это программное обеспечение не сможет выполнять много задач в будущем.

Ведущий 1: Например? Приведите пример того, что, по вашему мнению, возможно.

Джобс: Очевидно, в плане производительности. Например, монтаж видео, графика, музыка. На этом устройстве можно представить себе всё, что связано с созданием контента.

Ведущий 2: Для некоторых из них потребуется более мощный процессор.

Джобс: Конечно. Время решает всё.

Ведущий 1: Вы думаете, что оно станет более гибким? Считаете ли вы, что представленный вами iPad — это не просто кусок жесткого стекла?

Джобс: У нас нет технологий для этого, они пока даже не появились на горизонте.

Ведущий 1: Никогда?

Джобс: «На горизонте» означает очень долгий срок.

Ведущий 1: Так в чём же проблема? Это препятствуют технические проблемы?

Джобс: Я не эксперт и не знаю, как сделать его гибким, но многие пытались это сделать, и многие пытаются сейчас; возможно, кому-то удастся добиться прорыва. Но до появления гибких дисплеев, вероятно, пройдет еще несколько лет.

Ведущий 2: Можем ли мы поговорить на другую тему? Речь пойдет о бизнес-моделях. Как сказал Руперт в своей вступительной речи, границы между технологическими и медиа-компаниями несколько размыты, и обе сферы затрагивают бизнес друг друга. Вы, очевидно, хотите, чтобы ритейлеры тоже хорошо разбирались в этой области. Вам, наверное, известно, что вокруг вашего App Store есть некоторые споры. Иногда нужно вернуться на исходную точку и изменить подход. Я не знаю, существует ли закон, обязывающий любого предпринимателя — будь то вы, Walmart или CBS — держать то, чего он не хочет. Поскольку вы становитесь всё более известными — мы говорили о рыночной капитализации, и это, по сути, является показателем. Кроме того, вы продаёте один iPad каждые 3 секунды, и с этим связана огромная ответственность.

Джобс: Мы становимся всё больше, в отличие от Walmart и CBS.

Ведущий 2: Они огромны. Поскольку ваша компания становится всё сильнее, вопрос, который вам задают, заключается в следующем: вы говорили о том, что писали о ответственности за защиту потребителей от вредоносного ПО и порнографических сайтов. А есть ли у вас какие-то недостатки? Будете ли вы достаточно сильны, чтобы сказать «нет» некоторым политическим карикатурам и некоторым политическим кандидатам? В этой «черной коробке» многие люди не могут понять, каковы правила. Так у вас нет проблем в этом плане?

Джобс: Прежде всего, позвольте мне пояснить. Мы поддерживаем две платформы: одна из них полностью открыта и не подвергается контролю — это HTML5. HTML5 имеет ряд стандартов, установленных независимыми организациями по стандартизации и пользующихся широким уважением. Поэтому HTML5 поддерживают такие компании, как CBS и другие.

Ведущий 2: И ещё JavaScript.

Джобс: JavaScript — это третий компонент, поэтому мы поддерживаем HTML5. Наша поддержка HTML5 в браузере лучше, чем у кого-либо в мире. Поэтому я считаю, что мы поддерживаем эту полностью открытую и независимую платформу, основанную на стандартах. Кроме того, мы поддерживаем вспомогательную платформу — App Store. В ней собрано 200 тысяч приложений, и это самая важная платформа для сообщества в мире на сегодняшний день. Так как же мы этого добились? Есть много таких людей, как вы и я, которые каждый день усердно работают. У нас есть некоторые правила: например, функции iPad должны соответствовать тому, что заявлено в рекламе разработчиков; приложения не должны вылетать и не должны использовать неподдерживаемые API. Ведь если многие покупатели приобретут iPad, а при обновлении ОС неподдерживаемые API приведут к сбоям, то приложения тоже перестанут работать, и у нас появится много недовольных клиентов. Поэтому разработчики должны использовать общедоступные API. Вот три причины, по которым мы отклоняем приложения — именно из-за этих трех моментов. Однако мы подтверждаем, что 95 % приложений, подаваемых каждую неделю, то есть несколько тысяч приложений в неделю, получают одобрение в течение 7 дней.

Ведущий 2: А что произойдет в такой ситуации? Допустим, есть какой-то сумасшедший кандидат.

Джобс: У нас есть правило: нельзя портить другим репутацию.

Ведущий 2: Это прописано в ваших условиях предоставления услуг?

Джобс: Да, нельзя портить репутацию другим людям.

Ведущий 1: То есть, судя по приложению, сотрудники Apple не должны терять лицо, верно?

Джобс: Но я думаю, что разумные люди тоже так бы решили, это не какое-то странное определение. Нельзя портить чужой престиж. Проблема в том, что политические карикатуры попались на этом. Потому что, по определению, они как раз и портят чужой престиж. Так что мы об этом не подумали — это было незамеченное совпадение, что нельзя портить чужой престиж. Поэтому в конце прошлого года этот человек отправил эту карикатуру, и, поскольку правило действовало, она была отклонена. По другим причинам мы осознали, что это было совпадение, и в январе изменили правила. За исключением политических карикатур, ничего не изменилось. Этот человек больше не рискнул воспользоваться этим приложением. Он обратился в издательство — не в то, которым он сам руководил, — и его спросили, почему это приложение нет на iPhone. Он ответил, что подавал заявку на приложение, но она была отклонена. После этого разразился целый шквал слухов. Спустя несколько месяцев мы изменили правила, поскольку обнаружили этот случай. Таким образом, нас обвинили в «допущенной ошибке». Ведь раньше никто так не поступал. Раньше никто никогда не устанавливал правила для 200 тысяч приложений на такой активной платформе за два года; мы старались делать всё как можно лучше, учились как можно быстрее и изменяли правила, чтобы они работали. Но я считаю, что необходимо ввести правило, запрещающее ставить других в неловкое положение. Потому что мы не хотели таких приложений, но они всё равно появились. Мы считаем, что это неправильно. Поэтому мы стараемся делать всё как можно лучше, при этом допускаем ошибки, но и как можно быстрее их исправляем. Иногда бывает так, что некоторые люди лгут. Кто-то использует непубличные API, и их приложения отклоняются. Кто-то подает приложение, которое якобы должно иметь одну функцию, но на самом деле делает совсем другое. Они пытаются обойти наши правила, действуя очень хитро. Мы это обнаруживаем, отклоняем их заявки, а они обращаются к СМИ и рассказывают истории о «притеснениях». Затем история приукрашивается, и они получают свои 15 минут славы, надеясь убедить нас изменить решение. Мы никогда так не поступали, но они постоянно пытаются. Это печально, но мы включаем это в рабочий процесс — это часть нашей работы. Мы не будем обращаться к СМИ и заявлять, что этот человек — бесстыдный мошенник! Нам просто не пристало так поступать. Поэтому мы включаем это в рабочий процесс и продолжаем работать.

Ведущий 2: У вас есть список, который вы хотели бы зачитать здесь?

Ведущий 1: Правительство тоже уделяет внимание этой сфере, верно?

Джобс: Нет, но мы в курсе.

Ведущий 1: Так правительство интересуется iAd?

Ведущий 2: Это уже совсем другая история.

Ведущий 1: Другая история? Тогда поговорим об этом чуть позже. Что касается обнародования этих правил, есть ли что-то, что вы явно можете сделать больше, чем те люди?

Ведущий 2: Я часто разговариваю с разработчиками, они охотно дают мне возможность ознакомиться с их продуктами, все они хотят работать на вашей платформе, но иногда они выражают мне свою растерянность, поскольку не могут точно предсказать, что их ждет.

Джобс: 95 % поданных приложений получают одобрение в течение 7 дней.

Ведущий 2: Значит, вы считаете, что нет необходимости совершенствовать ваш подход?

Джобс: Конечно, я считаю, что мы можем работать и лучше. Я просто хочу напомнить вам, что из 100 000 или 200 000 приложений, подаваемых еженедельно на, 95 % получают одобрение в течение 7 дней.

Ведущий 1: Я сижу здесь и слушаю вас, и мне особенно интересно: чем вы занимаетесь весь день? Я сижу здесь и все время об этом думаю.

Джобс: Большинство людей считает, что я делаю недостаточно.

Ведущий 1: Но вы, возможно, делаете гораздо больше, чем большинство людей. Как проходит ваш день? Мне не интересно, как вы добираетесь до офиса, а какова ваша роль в Apple сейчас?

Джобс: У меня одна из лучших работ в мире. Мне очень повезло. Я благодарен всем нашим клиентам и сотрудникам за то, что они позволяют мне заниматься тем, чем я занимаюсь сейчас. Каждое утро я прихожу на работу, окруженный самыми умными и самоотверженными людьми, которых я когда-либо встречал. Мы вместе работаем в лучших условиях и создаем лучшие продукты для людей.

Ведущий 2: Но какова ваша роль? Я мог бы сидеть здесь и просить вас описать все функции нового поколения iPhone, но это было бы пустой тратой времени. Ведь вы не станете их перечислять.

Ведущий 1: Можете.

Джобс: Оказалось, что в «Apple» мы поем. Разве не забавно, что корабль протекает сверху?

Ведущий 1: Можете, можете — просто напишите мне по электронной почте.

Ведущий 2: Возьмём, к примеру, следующую ситуацию: у вас есть новый iPhone, который скоро выйдет на рынок, а также появится новое поколение iPad и новые Mac, которые тоже будут выпущены в ближайшее время. Какова ваша личная роль в этом? У всех есть разные версии: кто-то говорит, что вы сами занимаетесь дизайном, а кто-то — что вы даёте рекомендации своим сотрудникам. Давайте разберёмся в этом, не нарушая ваших правил о конфиденциальности продуктов. Чем вы занимаетесь?

Джобс: Ключевая особенность Apple в том, что это очень коллективная компания. Вы знаете, сколько у нас в Apple сообществ?

Ведущий 2: Не знаю.

Джобс: Ноль. У нас нет клубов.

Ведущий 2: Нет отделов?

Джобс: Наша организационная структура похожа на структуру стартапа. Один человек отвечает за программное обеспечение iPhone OS, другой — за аппаратное обеспечение Mac, третий — за разработку аппаратного обеспечения iPhone, четвёртый — за глобальный маркетинг, а пятый — за операционную деятельность. Наша организационная структура похожа на структуру стартапа. Мы — самая большая «новосозданная компания» в мире. Каждую неделю мы выделяем три часа, чтобы обсудить всё, чем мы занимаемся, — весь бизнес в целом. На верхних уровнях компании работает очень много команд, которые затем проникают во все подразделения компании. Работа команд основана на доверии к коллегам по команде, без необходимости постоянно контролировать их, — мы верим, что они справятся со своими задачами. И это то, что у нас получается особенно хорошо. Мы также знаем, как распределять задачи между нашими выдающимися командами, работать вместе над одной целью, часто встречаться и в результате создавать лучшие продукты. В этом мы преуспеваем. Поэтому весь день я провожу, встречаясь с представителями разных команд, придумывая идеи для решения проблем, создания новых продуктов и новых маркетинговых проектов.

Ведущий 2: Люди готовы сказать вам, что вы неправы?

Джобс: Да.

Ведущий 2: Я имею в виду, кроме надоедливых журналистов.

Джобс: Да. У нас бывают замечательные дискуссии.

Ведущий 2: А вы можете выиграть в таких дискуссиях?

Джобс: Нет, хотя я бы очень хотел. Это невозможно. Если вы нанимаете выдающихся специалистов и хотите, чтобы они остались работать у вас, вы должны позволять им принимать много решений. Компанией должны руководить хорошие идеи, а не иерархия. Побеждают только лучшие идеи. Иначе люди просто уйдут.

Ведущий 2: Но вы, конечно, не просто фасилитатор, вы тоже вносите свои идеи.

Джобс: Конечно, я тоже вношу свои идеи. Если бы я этого не делал, зачем бы я тогда здесь находился?

Ведущий 2: В некоторых компаниях дела идут по-другому.

Ведущий 1: За последние 10 лет вы вернулись в Apple. Как, по-вашему, будут выглядеть следующие 10 лет?

Джобс: Возможно, это не самый удачный пример, но я всё же приведу его. Когда всё это произошло с Gizmodo, мне давали много советов: «Просто забудь об этом! Нельзя вечно преследовать журналиста только потому, что он купил украденное имущество, лучше просто забыть об этом. Apple сейчас — большая компания, не стоит решать этот вопрос через пиар, лучше просто забыть об этом!»Я серьёзно обдумал этот вопрос и в итоге пришёл к выводу: мы становимся всё больше и больше, наше влияние в мире очень велико, и самое худшее, что может случиться, — это то, что мы изменим наши основные ценности. Я не могу этого сделать. Я лучше откажусь от всего. Если бы подобное произошло 5 или 10 лет назад, наши ценности остались бы такими же, как и раньше. Конечно, сейчас у нас больше опыта, но основные ценности остаются неизменными. Мы приходим на работу и делаем то же самое, что и 5 или 10 лет назад, — создаем для людей лучшие продукты. Если хоть один человек в мире напишет мне письмо, в котором расскажет, что купил iPad в Великобритании и что это самый крутой продукт, который он когда-либо приносил домой, — для меня это будет идеальный день. Именно это и является моей движущей силой. И именно это было моей движущей силой 5 и 10 лет назад. Тогда дверь чуть не закрылась, но именно это стало движущей силой, которая позволила мне продолжать работу в последующие 5 лет и даже дольше. Поэтому я не понимаю, почему, если компания стала больше, она должна меняться.

Ведущий 2: Речь не о том, чтобы вы менялись, но будете ли вы заниматься другими видами бизнеса? Вы только что сказали, что три года назад вообще не думали о мобильном бизнесе.

Джобс: Кто знает?

Ведущий 2: Вы знаете, конечно же, знаете.

Джобс: Нет, мы не знаем.

Ведущий 2: Стив, неужели у вас нет ни одной идеи? Ведь очевидно, что сейчас вы вышли в сферу рекламы, а раньше никогда этим не занимались. Это же ваш новый бизнес, не так ли?

Джобс: Конечно, мы занялись рекламным бизнесом, потому что хотим помочь разработчикам зарабатывать деньги, чтобы они могли и дальше предоставлять пользователям бесплатные или недорогие приложения. Мы не хотим заниматься рекламой ради самой рекламы — мы делаем это ради разработчиков.

Ведущий 2: Тогда почему бы не поручить это тем компаниям, которые уже занимаются мобильной рекламой?

Джобс: Потому что они не смогут помочь разработчикам заработать столько денег, сколько мы — они просто не справляются. Допустим, на экране появляется мобильная реклама, и вы нажимаете на неё. Давайте я начну с самого начала! Сфера мобильных устройств становится очень интересной. Это не ноутбуки и не персональные компьютеры. Люди не тратят время на поиск, они не используют поисковые функции так, как на персональных компьютерах. У нас есть все данные, и мы это знаем. Люди проводят огромное количество времени в приложениях, поэтому, если человек хочет узнать, в какой ресторан пойти, он не будет искать «японскую кухню» или «мексиканскую кухню» — он воспользуется приложением Yelp. То же самое касается других приложений: чтобы узнать, вовремя ли вылетает их рейс, или что-то ещё. Я не знаю, почему это отличается от ситуации с персональными компьютерами; мне кажется, я знаю, но не уверен. Думаю, это потому, что все эти 200 тысяч приложений собраны в одном месте, и многие из них бесплатные — в отличие от персональных компьютеров. Мне кажется, приложения — это совершенно уникальное явление в нашей жизни, поэтому мы считаем, что люди тратят на них гораздо больше времени, чем на поиск. Если вы хотите, чтобы разработчики зарабатывали деньги, нужно размещать рекламу в приложениях. Реклама в приложениях сейчас представляет собой рекламные блоки. Что произойдет, если на них нажать?

Ведущий 2: Она перенаправит вас на другую веб-страницу.

Джобс: Верно, она заставляет вас покинуть приложение и открывает веб-страницу. Если реклама вас не интересует, вам придётся как-то вернуться в приложение, к тому месту, где вы были. Если вы играли в игру, то, возможно, не сможете вернуться к предыдущему экрану. Поэтому было бы замечательно, если бы мобильная реклама позволяла вам просматривать интересный контент, включая видео, не заставляя покидать приложение. Вы могли бы в любой момент вернуться к тому месту в приложении, откуда вы ушли. Люди будут продолжать исследовать.

Ведущий 2: Вы не верите, что другие тоже могут это сделать?

Джобс: Конечно, но никто этим не занимается. Поэтому мы можем интегрировать эту функцию в нашу ОС, и тогда App Store сможет это реализовать. Мы можем создать для разработчиков рекламу внутри приложений, возможно, всего за 30 минут. А не заставлять других разработчиков заниматься рекламой в своих собственных приложениях — это было бы просто безумием. Поскольку у нас есть ОС, мы можем встроить это в самое ядро нашей системы. Могут ли другие это сделать? Возможно, да, но они этого не делают. Поэтому мы это сделали.

Ведущий 2: Давайте ускорим темп. Другие докладчики также затронули вопрос о конфиденциальности.

Ведущий 1: Извини, Марк. Он здесь.

Ведущий 2: Здравствуйте, Марк. В области конфиденциальности предстоит проделать огромную работу, и над этим работают Facebook, Google Plus и другие компании.

Джобс: У Google недавно возникли проблемы со сбором данных через Wi-Fi.

Ведущий 2: Расскажите об этом подробнее. Отличается ли подход к конфиденциальности в Кремниевой долине от подхода в других местах?

Джобс: Нет, в Кремниевой долине нет никаких отличий. Наша точка зрения на конфиденциальность несколько отличается от позиции других компаний в Кремниевой долине. Мы очень серьёзно относимся к вопросу конфиденциальности. Мы очень обеспокоены проблемой определения местоположения мобильных телефонов. Мы очень обеспокоены тем, что из-за наших телефонов 14-летний подросток может подвергнуться нападению. Поэтому, например, мы не устанавливаем правил, согласно которым любое приложение может получать данные о местоположении, потому что они могут не соблюдать эти правила. Они подают заявку на использование функции определения местоположения, а мы принимаем решение. Приложение спрашивает: «Можно ли использовать данные о местоположении?» — и так каждый раз. Мы проводим много подобной работы, чтобы люди знали, чем занимается приложение. У нас есть команда App Store, и мы обнаруживаем, что многие приложения пытаются похитить вашу личную информацию и сохранить её в облаке. Многие приложения так поступают. Поэтому многие компании в Кремниевой долине считают нас очень старомодными, но мы действительно очень серьезно относимся к вопросам конфиденциальности.

Ведущий 2: Но разве вы сами не переключаете внимание на облачные технологии?

Джобс: Будем ли мы уделять внимание облачным технологиям? Конечно. Конфиденциальность означает, что люди знают, на что они соглашаются. Нужно использовать простые слова и задавать вопросы снова и снова. Вот в чём суть. Я настроен оптимистично, я считаю, что люди умны. Некоторые, возможно, более охотно делятся информацией о том, чем они занимаются, поэтому нужно часто задавать им вопросы, задавать их много раз, до тех пор, пока они не устанут, и дать им полное представление о том, как вы будете обрабатывать эти данные.

Ведущий 2: Хорошо, спасибо.

Джобс: Именно этим мы и занимаемся.

Ведущий 2: У нас немного не хватает времени, но мы всё же оставили время для вопросов с сайта. Сначала слово этому господину.

Зритель: Огромное спасибо, Стив, что вы пришли сюда. Несколько лет назад я был здесь и слушал вашу речь вместе с Биллом Гейтсом — это был исторический момент. Поэтому я очень рад, что вы снова здесь. Несколько лет назад вы выступили перед выпускниками Стэнфордского университета. Сейчас, спустя несколько лет, вы стали еще мудрее. Хотели бы вы что-нибудь добавить к той речи?

Джобс: Не знаю. Не знаю. Возможно, я бы сказал всё это ещё громче! Потому что жизнь последних нескольких лет показала мне, насколько она хрупка.

Зритель: Привет, Стив, я из Crystal Round Capital. У меня вопрос о сроках предоставления услуг Apple. Недавние изменения заставили разработчиков подумать, что Apple хочет получить эксклюзивные права на аналитику и рекламный бизнес. Я хотел бы узнать, так ли это? Если нет, не могли бы вы это прояснить?

Джобс: Да, конечно. Мы обнаружили одну очень интересную вещь. Мы были очень наивны в этом вопросе. Однажды мы прочитали, что компания под названием Flurry Analytics зафиксировала использование некоторых новых iPhone и планшетов на территории нашего кампуса. Мы задались вопросом: что это значит? Их метод отслеживания заключался в том, что разработчики встраивали в свои приложения программное обеспечение, которое отправляло в Flurry информацию об устройствах, географическом положении и других данных. Ни один клиент никогда не задавал об этом вопросов, к тому же это нарушало правила для разработчиков. Мы были очень возмущены. Поэтому мы сказали: «Нет, мы не можем допустить такого — это нарушает наши правила конфиденциальности и вызывает у нас сильное возмущение». Они публикуют данные о наших новых продуктах. Поэтому мы заявили, что разрешаем работать только тем аналитическим компаниям, которые не отправляют информацию об устройствах, и позволяем им заниматься исключительно рекламой — только в рекламных целях. Другими словами, если разработчику нужны аналитические функции в своём приложении, он может обратиться к рекламным компаниям, ведь мы — не единственная рекламная компания, есть и другие. Мы не блокируем другие рекламные компании на нашей платформе. Они могут так поступать. Но они не могут передавать данные аналитическим компаниям, чтобы те продавали информацию и зарабатывали на этом, сообщая другим о наличии в нашем парке устройств, о которых мы не хотим, чтобы кто-то знал. Нам это не нужно. Ясно?

Зритель: Понятно, но разработчики также хотят улучшить свои приложения и узнать, где люди их используют.

Джобс: Им следует спрашивать об этом напрямую у клиентов — это не оправдание. Нужно спросить, готовы ли они передавать личные данные аналитическим компаниям. Во-вторых, когда мы разозлимся, мы тоже поговорим с некоторыми аналитическими компаниями, но не сегодня.

Зритель: Меня зовут Майкл. Я хочу, чтобы вы на минутку надели кепку Диснея. Как вы относитесь к сохранению ценности киноконтента?

Джобс: Я — капитан группы поддержки «Диснея», у меня действительно есть такая кепка.

Зритель: Мой вопрос в том, следует ли заставлять потребителей приспосабливаться к контенту или же контент должен идти навстречу потребителям? Это меня очень озадачивает. Как кинопродюсеры и правообладатели, похоже, все эти годы мы заставляли потребителей приспосабливаться к нашему контенту, заставляя их сидеть на диване и смотреть рекламу. Мы — создатели контента, и, возможно, это не очень хорошо для потребителей, но очень хорошо для нас: потребители смотрят нашу рекламу, а затем идут в кинотеатр. Новые технологии, возможно, изменят эту ситуацию. Вы занимаетесь обоими этими направлениями бизнеса, поэтому я хотел бы спросить: есть ли у вас какие-то рекомендации о том, как нам сохранить ценность киноконтента?