- -
- 100%
- +
Воспоминания оборвались, оставив после себя еще большую тоску.
Астра с трудом выпрямилась, опираясь ладонью на обугленную стену. Спина ныла от неудобной позы, но эта боль казалась мелкой рядом с остальным.
Браслет Азалии тускло поблескивал в пепле у ее ног. Астра надела его на запястье и заставила себя идти дальше.
Снаружи было пусто. Старики спали в доме Фиалы, и лишь редкие патрули сколиев пролетали высоко над Венцом, не замечая темную фигуру, идущую к реке.
Астре нужно было попасть в Перворой. Если кто-то еще знал правду, то только в улье врагов.
Она уже собиралась войти в воду, когда из высокой травы у берега донесся хриплый голос:
— Астра
Люминарка повернулась к траве. Опустилась на колени и раздвинула стебли — в маленькой ямке среди корней лежал грязный, мокрый Мираж, с прилипшими к телу травинками. Но живой.
— Мираж! — Астра подхватила его на ладонь и прижала ближе к лицу. — Как ты выбрался?
Гусенец тяжело вздохнул. Старческое лицо побледнело еще сильнее, но в глазах теплился тот самый упрямый огонек, из-за которого он всегда казался старше любого дерева в Венце и злее любой колючки.
— На листе переплыл, — проворчал он, отплевываясь от соринки. — Течение слабое, я отталкивался палкой. Полночи ушло, но, как видишь, справился.
Астра слабо улыбнулась и осторожно коснулась его щекой.
— Я слышал, о чем вы говорили с хитинором на том берегу, — вспомнил Мираж.
Астра тут же нахмурилась.
— Артефакт, который он ищет, — сказал он медленно, — все это время был у тебя. — Мираж кивнул на ее запястье. — Браслет Азалии и есть первый из трех артефактов. Вернее, магия сферы заключена в нем. Пиона знала, поэтому она отдала его тебе на защиту.
Астра смотрела на переливающиеся жемчужины, и мысли путались. Браслет, который Азалия носила каждый день, оказался тем самым артефактом? Тем, из-за которого хитиноры сожгли Зеленый Венец?
— Браслет блокирует магию, — продолжал Мираж. — Она не прорвется просто так. Даже если сильно захочешь.
Астра посмотрела на другой берег и сжала кулак.
— Значит, этот Жал будет искать меня?
— Он ищет артефакт. И если поймет, что это жемчужный браслет на твоей руке — он убьет тебя.
Они замолчали. Вода тихо плескалась у берега, где-то вдалеке стрекотали мелкие насекомые.
— Я не смогу скитаться по этим лесам вечно, — покачала головой Астра.
Она усадила Миража на плечо и вернулась к месту, где спрятала медальон. И пришлось перекапывать чуть ли не пол берега, потому что она успела забыть, где именно он лежал. Она устало скребла землю, пока не наткнулась на гладкую смоляную каплю с золотистой окантовкой.
Астра вытащила медальон из земли и стерла грязь пальцами. Только теперь заметила, что внутри, под темной прозрачной поверхностью, медленно перекатывалась густая жидкость.
— Это что, кровь? — сморщилась она. — Мерзость.
Астра сунула медальон в карман куртки и на секунду застыла. Покой длился недолго.
Со стороны деревьев неподалеку вспыхнул яркий, пульсирующий оранжевый свет, а следом раздался пронзительный детский крик.
Астра уже бежала, выхватив меч. Она поднялась на овраг и, перепрыгивая через корни, неслась вперед.
Прорываясь сквозь деревья, Астра была готова ко всему. И когда она увидела небольшую группу сколий на тесной полянке, то даже не удивилась.
Юная люминарка лет двенадцати стояла на коленях в траве, зажимая кровоточащую рану на боку. Длинные оранжевые волосы спутались вокруг лица, а ее руки светились, нет, полыхали огнем. Астра видела такое впервые — обычно магия светилась под кожей, но, чтобы горело пламя...
Рядом с девочкой стоял ее отец, такой же оранжевоволосый, с короткой бородой, в разорванной рубахе. Он отбивался длинной палкой от четверых сколий в бархате, и те будто подыгрывали ему, позволяя изобразить героя.
Одного взмаха меча бы хватило, чтобы люминар пал на землю, захлебываясь собственной кровью. А эти отродья продолжали с ним играть.
Астра притаилась за деревьями. Пальцы дрогнули на рукояти, на лбу выступила испарина. Выйти — значит отдаться на глупую смерть. Против четверых королевских сколий у нее не было шансов. Остаться здесь — и девочку убьют прямо на глазах у отца. Астра больше не думала.
Она тихо рванула вперед и налетела на ближайшую женщину-сколию. Клинок вошел в ее плечо, рассек плотную ткань куртки и плоть под ней. Сколия взвизгнула, но устояла. Она тут же дернулась назад и отшвырнула Астру в траву. Люминарка успела перекатиться и подставить меч, когда сверху уже летел клинок оскорбленной сколии.
— Ах ты мелкая дрянь! — зашипела она, размахивая оружием и не позволяя люминарке подняться. — Откуда у тебя наш меч?
Астра резко увела клинок в сторону, сбрасывая давление, и пнула сколию в колено. Та отступила всего на шаг, но этого хватило, чтобы Астра подскочила на ноги.
Остальные трое уже сходились на нее с разных сторон. Их лица вытягивались в жадном предвкушении, и Астра вдруг ясно поняла, что отсюда она, скорее всего, не уйдет.
Из-за деревьев, словно на ее внутренний зов, вылетел Шерш.
С распухшим лицом в кровоподтеках, он врезался в строй сколий, словно копье. Одного он подсек по ногам, а второму всадил меч в шею. Затем он быстро встал к спине Астры, чуть толкнув ее с места.
— Не стой, люминарка! — крикнул он.
На этот раз Астра не стала огрызаться. Не было времени для ненависти. Она развернулась на летевшую к ней сколию и отбила удар, уводя его в сторону.
Астра и Шерш сражались спина к спине. Большую часть нападавших он взял на себя, удерживая сразу двух сколиев. Астре оставалось только успевать за боем и отражать каждый удар. Учиться приходилось прямо сейчас, посреди схватки, не обращая внимания ни на страх, ни на острую боль в плече.
Открытая рана лишь раззадоривала хищников и противник Астры — жилистая женщина с перекошенным от злости лицом — наседала все агрессивнее.
Краем глаза Астра заметила, как девочка поднялась и, зажимая раненый бок, бросилась к деревьям. На мгновение внутри вспыхнула надежда, что хоть одна жизнь здесь уцелеет, что девочка скроется между стволами. Но из чащи вылетела темная фигура.
Хитинор оказался рядом с люминаркой прежде, чем она успела добежать до деревьев вместе с отцом. Меч вошел ей между лопаток и вышел у ключицы с влажным хрустом. Юное тело дернулось и обмякло, падая в траву.
Астра всмотрелась сквозь мельтешение клинков и узнала в нападавшем Жала.
Он рывком выдернул меч и тут же всадил его в шею отца девочки. Мужчина захрипел и из разрубленного горла вырвался густой булькающий звук. Люминар рухнул рядом с дочерью, протянул к ней руку, почти коснувшись пальцами ее плеча, но замер, так и не дотянувшись.
Астра шокировано замерла, и сколия воспользовалась моментом. Хищница схватила ее за волосы, и вцепилась зубами в шею, дернув в сторону.
Мираж сорвался с ее плеча и повис на краю куртки. Один из сколий заметил его и, оттолкнув Шерша ногой, перехватил гусенца и сжал его в кулаке. Послышался писк и тонкий хруст.
Астра перестала дышать, раскрыв рот от ледяной вспышки боли за грудиной.
Сколий бросил раздавленное тельце Миража в рот, прожевал и проглотил.
Крик вырвался из Астры сам собой, раздирая горло до боли. Жемчужный браслет на запястье раскалился и обжег кожу. Магия заметалась внутри, пульсируя в венах и отдаваясь дрожью в костях. Астра попыталась оттолкнуть сколию, но та уже выпустила яд, отрываясь от ее шеи.
Мышцы свело судорогой и лес расплылся полосами.
Сколия занесла меч, но Шерш успел раньше и подставился под удар — лезвие вошло ему в спину чуть ниже сочленений крыльев.
Он отскочил вперед, выдергивая из себя клинок. Затем он схватил Астру поперек талии и взмыл вверх.
Поляна провалилась вниз и деревья слились в темную размазанную массу. Где-то позади звучали крики и звон смолы.
Шерш перелетел реку и швырнул Астру в жесткую прибрежную траву. Сам рухнул рядом.
Над рекой снова загудели крылья.
Астра попыталась подняться, но ноги тут же подломились. Яд уже растекся по телу, сковывая мышцы. Она все равно толкнула себя вперед и увидела, как прямо перед ней приземляется Жал.
— Не подходи!
Жал встал за ее спиной и грубо зажал ей рот ладонью.
— Ты!..
— Замолчи, — сказал он ей в ухо.
Астра замычала, попыталась укусить его ладонь, но челюсти не слушались.
— Я сломаю тебе шею, если не заткнешься, — добавил он.
Она замерла, но не от покорности. Тело окончательно перестало слушаться, мышцы окаменели. Жал убрал руку и отступил.
Астра рухнула сначала на колени, а потом лицом в землю, больно разбив нос о влажную почву.
Жал перевернул ее на спину и уставился на ее лицо. Кровь из разбитого носа стекала по губам и щеке, затекала в рот, пробираясь сквозь щели в зубах. В уголках глаз собрались слезинки.
Лицо Жала распадалось на темные пятна и снова собиралось воедино. Она вдруг поняла, что впервые смотрит на хитинора без страха. Его вытеснила ненависть.
Жал посмотрел на нее сверху вниз.
— Ты нашла артефакт?
— Нет, — выдавила Астра. Яд стянул лицо, язык стал тяжелым. — И не буду искать.
Жал опустил руку на рукоять меча.
— Что ж.
Лезвие вышло из ножен. Астра смотрела на него почти спокойно. Странно, но смерть, когда подходила так близко, переставала быть большой и пугающей. Она становилась тонкой полосой смолы в руках хищника.
Но рядом зашуршали шаги.
Кто-то прошел мимо нее и опустился возле Шерша. Астра сначала увидела лишь черный силуэт, а все остальное расплывалось в пятна и полосы. Взгляд сфокусировался лишь на краткий миг, словно ей нужно было его узнать. Серые, торчащие вверх волосы она запомнила еще на том берегу среди окружения Жала.
— Оставь девчонку, — сказал он спокойно. — Он умирает.
Жал замер.
Шерш, лежавший в траве, медленно перевел взгляд с него на Жала. На губах у хитинора подсыхала кровь, но он все равно улыбался.
Астра смотрела на них троих, и ненависть собиралась в ней в ледяной ком под ребрами. Особенно на люминара, ведь он стоял с хищниками в их одежде и был явно с ними заодно.
— Как ты можешь — слова царапнули горло. — С ними
Люминар посмотрел на нее.
— Пре...датель, — выдохнула Астра.
Он прищурился и быстро оглядел ее лицо.
— Осторожнее с такими словами.
Жал скрежетнул зубами и медленно убрал меч обратно в ножны.
У Астры сильнее поплыло перед глазами и теперь она видела лишь пятна от их силуэтов. Рана на плече глухо пульсировала под повязкой, к горлу поднималась тошнота.
Люминар подошел к ней и положил руку на плечо.
— Не... трогай... — Астра боролась изо всех сил. Даже в таком состоянии она хотела ударить его, но рука даже не дернулась. Тело затрясло мелкой дрожью, и она закрыла глаза.
Разум все еще заставлял ее бороться, отвлекаться хотя бы на мысли. Астра ничего не понимала — сегодня Шерш защищал ее. Люминар оказался предателем, но именно он остановил Жала.
Астра знала, что ей уже не выжить. Даже если бы она смогла снять браслет, магия все равно бы выдала, и тогда они убили бы ее без колебаний.
Она хотела бросить люминару что-нибудь колкое, последнее, перед смертью, но Шерш вдруг кашлянул. Сначала тихо, будто просто прочищал горло, потом надрывно и влажно. Ему тоже оставалось недолго. И ей стало немного жаль его. Совсем чуть-чуть, ведь он защитил ее.
Но тут же перед глазами промелькнула сцена как он отбрасывал пронзенное Жалом тело люминарки у забора. Это же был Шерш, до нее только сейчас это дошло.
Дыхание Шерша становилось редким, рваным, с мокрым хрипом на конце.
— Вы должны быть осторожны, — прошептал он едва слышно.
— Да. Знаю, — тихо ответил люминар. Астра различала их только по голосам. У люминара, например, был теплый, низкий тембр с легкой гнусавостью.
— Защити свою честь, Жал, — добавил Шерш.
Астра не поняла, о чем он. Какая честь? У хитиноров не было чести. Он только что убил двух невинных люминаров.
— Пожалуйста, — просил о чем-то Шерш.
— Я сделаю. Как и обещал, — отозвался Жал.
Шерш сказал чуть громче:
— Спасибо, что сохранила мне жизнь в лесу. Но, как видиш-шь, ненадолго.
Астра не надеялась, что из нее еще выйдут слова, но она ответила:
— Кровь... за кровь... хити...нор...
Где-то вдалеке поднялся шум.
— Уходим от берега, — сказал люминар.
Он поднял Шерша и развернул лицом к Жалу. Астра отчетливо увидела их силуэты.
И Жал не колебался. Меч вышел из ножен одним резким движением и рассек тело Шерша — Астра услышала его сдавленный хрип на выдохе. Затем его тело бросили в реку.
— Уроды... — тихо прошептала она.
Силуэт Жала подошел ближе, она узнала легкий шлейф горькой полыни. Он наклонился к ней и подцепил пальцами затылок, приподнимая ее голову. Астра почти не чувствовала прикосновения. Сердце билось медленно и веки тяжелели.
— Он же был... одним из... вас.
Жал коснулся пальцами ее шеи, нащупывая пульс.
— Мне, по-твоему, нужно бросить его здес-сь на съедение? — недовольно спросил он.
Хитинор склонился к ее шее. Острые зубы прорвали кожу, но Астра почувствовала лишь слабую вибрацию. Он втягивал кровь жадно, короткими глотками, и последние силы покинули ее.
— Чтоб ты... захлебнулся...
Она слышала, как люминар опустился рядом с ней. Вот больной, он еще и любовался на ее смерть. Или нет.
Легкая вибрация отдавалась где-то в боку, и Астра поняла, что он обыскивает ее карманы, затем рукава куртки.
Черт. Черт...
Люминар неожиданно замер, когда провел пальцами по браслету. Он медленно снял его с ее запястья, и пальцы Астры всего на ничтожный миг вспыхнули тусклым розовым светом.
— Жал...
Астра уже ничего не слышала. Перед полной тьмой она увидела приближающуюся к лицу черную руку. Руку Жала, с острыми когтями.
Глава 2. Перворой.
Астра пришла в себя и открыла глаза.
Несколько раз моргнула, пока рябь перед глазами не отступила и комната не обрела очертания. Низкий деревянный потолок нависал совсем близко; по доскам расползались темные смоляные разводы, похожие на застывшие потеки.
Рядом кто-то шевельнулся. Люминар с серыми волосами, торчащими вверх острыми иглами, в черной складчатой хитинорской одежде.
Тот самый предатель.
Астра дернулась, рывком села, и уперлась спиной о стену. Нос тут же заложило от отека, плечо заныло тупой болью. Под курткой что-то туго стягивало кожу, и она осторожно провела пальцами по плечу, нащупав плотную травяную повязку.
— Спокойно, — сказал люминар. — Без резких движений.
— Что это на мне? — Астра кивнула на руку, прекрасно понимая, что добраться до плеча можно было только сняв с нее куртку, под которой ничего не было.
Люминар недовольно цокнул языком.
— Это сделала девушка, расслабься. Больно надо мне тебя раздевать...
Астра огляделась. Они сидели в маленькой тесной комнатке с низким окном, сквозь которое сочился тусклый свет. На полу лежал жесткий сенной настил, у стены темнел шкаф из грубо обструганных досок, а стол был завален глиняными банками, пучками сухих трав, темным порошком и бутылочками с засохшими потеками на горлышках.
Астра медленно подняла глаза на люминара.
— Вы убийцы.
Он устало потер переносицу и шумно выдохнул.
— Тебе нужно следить за словами. Особенно рядом с хитинорами.
— А ты не хитинор, — Астра посмотрела на него с презрением. — Ты хуже. Ты люминар, который продался им.
— Я не себя имел в виду.
— Конечно, ты ведь не виноват. Просто стоял рядом, пока они резали наших.
— Тебе не нужно знать всего, — нахмурился он, не сводя с нее взгляда.
— Мне нужно знать, почему вы сожгли Венец.
Люминар опустил взгляд на свои руки. Бледно-зеленая кожа была иссечена тонкими темными рубцами, местами растрескалась.
— Наши действия были оправданы.
— Что? Оправданы? — Лицо Астры налилось зеленью от злости. — Вы с хитинорами устроили пожар! Убили люминаров. Моих близких! Люминаров и так остались единицы, а вы добили их! Всех! Это твой народ!
— Не всех, — спокойно ответил он. — Большую часть увели в Безмолвные Корни. Пожар устроили не мы, но некоторые смерти были необходимы.
Астра смотрела на него, пока комната снова не поплыла. Травы на столе распались на темные пятна, свет из окна дрогнул мутной полосой. Она зажмурилась, проморгалась и прижала пальцы к виску.
— Необходимы? — переспросила она хрипло. — Та девочка с магией ее тоже было необходимо убрать, урод?
Он поднял голову. Лицо осталось спокойным и безразличным, только в серых глазах мелькнуло раздражение.
— Та девочка перерезала горло собственной матери, когда ей дали выбор: она или мать.
— Врешь.
— А ее отец сдал всю семью сколиям за день до этого, — добавил Шип. — За обещание, что его не тронут.
Астра замолчала, затем быстро нашла за что ухватиться.
— Не оправдывай свою жестокость чужими ошибками.
Но прежней уверенности в ее голосе уже не было.
— Я и не оправдываю. Предатели не нужны ни люминарам, ни хитинорам. Это все, что тебе сейчас нужно знать.
— Предатели? — Астра вскинула на него глаза. — Я как раз смотрю на одного.
Люминар с легким укором закатил глаза.
— Как тебя зовут?
— Как я выжила? — ответила она встречным вопросом.
В прошлый раз молчание стоило ей сжатого горла и темноты перед глазами. Значит, чтобы вытянуть ответы, придется отдать хоть что-нибудь взамен. И хорошо бы только имя.
— Астра.
— Допустим, — кивнул он. — Я Шип.
Она изогнула бровь, ожидая ответа и на свой вопрос, но Шип лишь недовольно цокнул языком и поднялся, расправив накидку.
— Потом поблагодаришь Жала за свое спасение. Вставай давай, пошли.
Астра нахмурилась, вспоминая черные глаза хитинора, и по пальцам пробежал слабый разряд магии. Магия Он же украл браслет.
— Поблагодарить это отродье? — вспыхнула она. — Этот кровосос чуть меня не убил!
Шип покачал головой.
— М-да Только ему это не ляпни, а то точно без головы останешься.
— Где мой браслет?
Шип усмехнулся краешком губ, сунул руку в карман и вытащил жемчужный браслет. Тот качнулся в воздухе, тускло блеснув в сером свете.
— А, ты об артефакте.
— Отдай, — Астра подалась вперед.
— Не парься, мы его не заберем, — с ним даже не пришлось драться, Шип сам вложил браслет ей в ладонь. — Нам не нужно, чтобы магию отнимали. Совсем наоборот.
Астра молча надела браслет обратно на запястье. Слишком хрупкая вещь для того, чтобы держать в узде то, что жило у нее внутри, но это память об Азалии.
— Как мы выяснили, он глушит магию. Это отлично, здесь она тебе не нужна, — Шип мрачно усмехнулся. — Если проявишь ее в Перворое, сколии будут пытать тебя до смерти.
Астра подняла на него глаза.
— Что вам от меня нужно?
Шип посмотрел так, будто она была упрямым ребенком, задающим слишком много неудобных вопросов. Теперь, когда он стоял, стало заметнее, что он ненамного старше Нарцисса. Двадцать три, может, чуть больше.
— Делай, что я говорю, — сказал он. — И, возможно, проживешь дольше.
— С чего бы?
— Я не прошу мне верить. — Шип пожал плечом. — Я выживаю в Перворое не первый год. А ты, если до вчерашнего дня жила в Венце и думала, что все люминары поют друг другу колыбельные, привыкай: здесь таких нет.
Он наклонился чуть ближе.
— Не доверяй никому. Даже тем, кто попытается с тобой сблизиться.
Астра посмотрела на него исподлобья.
Он что, говорил о себе?
Шип заметил этот взгляд и раздраженно выдохнул.
— Не смотри так дерзко, напрягаешь уже. Мы тебя спасли, так что будь хоть немного благодарнее.
Она открыла рот, но он тут же перебил:
— Если бы не Жал, ты бы сдохла от яда на том же берегу. А твое — он с наигранной брезгливостью быстро оглядел ее сверху вниз, — не слишком привлекательное тощее тело уже обгладывали бы сколии.
Астра сжала зубы.
— Я должна сказать «спасибо»?
— Не обольщайся. Жал вытянул из тебя яд только потому, что ты нужна живой.
Астра не нашла, что ответить. Шип говорил слишком противоречиво: спасли — не по доброте, однако он вернул браслет и предупредил о рисках в логове врага. Даже несмотря на это, Шип не вызывал у нее доверия.
Он подошел к столу и взял стопку черной одежды, такой же бесформенной и жесткой, что и на нем. Свободная накидка со складчатым воротом, штаны, белье, низкие ботинки на толстой подошве; все подобрано приблизительно под ее рост, будто кто-то заранее прикинул размер на глаз и не слишком заботился о точности.
— Переоденься, — сказал он и бросил вещи ей на колени. — Собери волосы, чтобы не привлекать внимания, и надень медальон. Я заменил веревку.
Астра подняла край накидки двумя пальцами и поморщилась. Ткань была грубая, жесткая, с тугими заломами, пахла смолой, и чьим-то кислым потом, въевшимся в волокна.
— А если откажусь?
— Тогда выйдешь в этом, — Шип кивнул на ее грязную куртку, — и сдохнешь в первом же коридоре. Выбор богатый, не правда ли? Шевелись!
Он вышел, прикрыв за собой дверь. Астра несколько мгновений прислушивалась к его шагам за стеной, потом быстро, злясь на собственную слабость, переоделась. Каждое движение отзывалось в плече резью; повязка тянула кожу, нос саднило, а пальцы не сразу слушались, будто она до сих пор лежала где-то на берегу, в ядовитом тумане. Накидку пришлось натянуть на голый торс, и жесткий ворот сразу оцарапал шею. Белье неприятно цепляло бедра, штаны немного болтались на талии, ботинки оказались чуть велики, зато подошвы были плотные и тяжелые. После босых ног даже это казалось роскошью.
С прежней курткой расставаться не хотелось. Она была чужой и грязной, и все же плотно прилегала к телу и не сковывала движений. Астра свернула ее вместе со старыми штанами и бельем в тугой грязный ком, собрала волосы в узел на затылке и надела медальон.
Не думая и не колеблясь, она забралась на подоконник и по привычке хотела спрыгнуть вниз, как из окна в Венце, где под ногами всегда была трава. Но под окном земли не оказалось. Астра испуганно ахнула и обеими руками вцепилась в раму, повиснув снаружи, нелепо и беспомощно, как забытая на веревке тряпка.
Она не учла главного — теперь она была в улье, в самом сердце Первороя, где осы и сколии вылетали из окон так же естественно, как люминары выходили через двери.
Под ногами не было ничего, кроме гладких темно-коричневых стен, залоснившихся от смолы, и провала высотой почти с половину дуба. Где-то далеко внизу темнел внутренний двор или шахта, шевелился рой.
Астра судорожно вдохнула, попыталась перекинуть ногу обратно, но ботинок соскользнул по раме, и люминарка тихо вскрикнула, едва не сорвавшись вниз.
Дверь распахнулась. Шип вбежал в комнату, схватил ее за запястья и рывком втянул обратно. Астра рухнула на пол, больно ударившись коленом, и несколько секунд только хватала ртом воздух. Лицо Шипа исказилось от злости.
— Ты че вытворяешь, дикарка? Тебе яд мозги выжег?
Астра тяжело дышала, не поднимая глаз. Спорить уже не хотелось: слишком ясно в теле еще стояло ощущение пустоты под ногами, и этот люминар мог сделать все что угодно за неповиновение.
Шип на секунду зажмурился, словно пытался взять себя в руки и не сорваться окончательно, потом резко развернулся и коротким жестом указал на дверь.
— Иди за мной.
Она поднялась, подхватила ком старых вещей и молча пошла следом.
— Больше не пытайся сбежать, — сказал Шип, выводя ее в коридор. — Поняла?
Астра ничего не ответила. Коридор оказался узким, с низким потолком, и в нем приходилось невольно втягивать голову в плечи, будто темные балки могли опуститься еще ниже. От редких факелов на стенах шевелились грязно-желтые отсветы, затем снова тонули в темноте. Пол под ногами был неровный, местами липкий, и доски отвечали на шаги тихим скрипом. За стенами неразборчиво гудели голоса мерзких хитиноров.
— Сейчас отведу тебя поесть, — сказал Шип, сворачивая налево. — Там мы
— Мне нужно... — перебила Астра и недовольно выдохнула. — В туалет.
Нужда оказалась сильнее гордости и выбрала для себя самый унизительный миг.
Шип даже не стал язвить. Молча дошел до конца коридора и указал на неприметную дверь, обитую черной тканью.
— Там нет окон, — мрачно усмехнулся он. — Если решишь прыгнуть в дыру с дерьмом, вытаскивать не стану.
Толкнув дверь, Астра вошла внутрь и закрыла ее за собой. Места внутри было ровно столько, чтобы развернуться боком, окон действительно не оказалось. В углу стояло широкое деревянное сиденье с дырой, и где-то глубоко внизу плескалась вода, пахнущая тиной и нечистотами. Дышать здесь приходилось через силу, теплый воздух забирался в нос вместе с вонью.