- -
- 100%
- +
— Держать! Держать! — орал Кареелгос, мечась вдоль стены.
Генерал был в центре боя. Его удары косили врагов десятками.
— Левый фланг проседает! — донёсся чей-то крик.
— Резерв туда! — Кареелгос указал рукой, и сотня магов бросилась выполнять приказ.
Калин сражался как бешеный. Лёд подчинялся ему с лёгкостью, которой не было даже до плена. Он замораживал врагов целиком, обращая их в ледяные статуи, которые тут же разбивались под ногами наступающих.
— Лорд Калин! — к нему подбежал запыхавшийся стражник. — В городе… там нужна помощь! Лоялисты прорвались к цитадели, и они идут к убежищам!
Калин замер, глядя на бушующее поле боя.
— Я не могу оставить стену.
— Там женщины и дети, милорд! Если они прорвутся к убежищам…
— Камилия… — Калин выругался сквозь зубы.
— Я иду. — Он схватил стражника за плечо. — Передай Кареелгосу: оборона врат на нём. Я скоро вернусь.
Он ринулся в город, оставляя за собой безжизненные тела врагов.
Стражник лишь улыбнулся, смотря в спину уходящему Первородному.
Улицы Криоталана.
Город горел. Ледяные дома, простоявшие тысячелетия, плавились и рушились под ударами магии. Люди бежали, кричали, умирали. Лоялисты прочёсывали кварталы, убивая всех, кто попадался под руку.
— Милорд! Сюда!
Женщина с ребёнком на руках махала ему из подворотни. Калин метнулся к ним, прикрывая их спиной от летящих магических импульсов.
— В убежище, я доведу вас до него!
Отбиваясь от атак, Калин прикрывал несколько десятков мирных жителей.
«Где Велан со своими бойцами?», мысленно ругался Калин на своего друга.
Внешние врата.
Кареелгос подавлял большинство сильных атак, летящих в стены и ворота города. Выстраивая сложные ледяные фигуры, он перенаправлял атаки обратно в атакующих.
Маги, стоявшие рядом с ним, ликовали после каждой отраженной атаки.
— Не первый день на войне — усмехнулся Кареелгос, глядя на восхищенные взгляды магов рядом с собой.
Его задержался на карете, ехавшей посреди поля боя. Улыбка сошла с лица. Он увидел, как карета остановилась в сотне метров от стен. Из неё выпорхнули две фигуры — одна в чёрном, другая в красном. Они посмотрели в его сторону и растворились в тенях.
— Щиты! — заорал он. — Все щиты на меня!
Десять магов вскинули руки, создавая ледяной барьер. Сёстры ударили одновременно. Две плети из чистой тьмы обрушились на щит. Он продержался секунду. Может, две — и разлетелся тысячей осколков.
— Ой, какой нам тут попался! — пропела Амелия, выходя прямо перед Кареелгосом. — Седой, мужественный…
— Ох, Амелия, я тоже хочу позабавиться с таким-то мужчиной, — подхватила Калиссия.
Кареелгос мгновенно ударил сконцентрированной энергией льда, в которую он вложил всю силу, где только что была Амелия. Она исчезла в тенях и появилась с другой стороны, истерично смеясь.
— Ах, какой нетерпеливый!
— Не дразни его, сестрёнка, он же генерал! — Калиссия облизнула губы. — Генера-а-ал, разрешите представиться! Мы лучшее, что можно увидеть перед смертью!
Они атаковали с двух сторон. Кареелгос парировал все их атаки.
— Левее! — крикнула Амелия.
— Правее! — отозвалась Калиссия.
Их плети сплелись в воздухе, обвивая шею генерала.
— Не так всё просто… — задыхаясь, выговорил генерал. Его глаза засияли ярко-белым светом.
— Что-что? — в унисон удивились близняшки.
Ледяной вихрь окружил Амелию и Калиссию, а затем начал уплотняться, пока не приобрёл твёрдую шарообразную форму. Плети исчезли с шеи Кареелгоса. Он смотрел на сферу, в которую заточил близняшек, пытаясь отдышаться.
— Ты уверен, что мы там? — Калиссия снова вышла из тени.
— Наша очередь, сестрёнка, — сказала Амелия, выходя из тени с другой стороны.
В Кареелгоса со всех сторон полетели цепи, связывая его и приковывая к земле.
— А теперь — пока-пока! — пропели они в унисон и ударили сконцентрированной энергией тёмной магии.
Кареелгос рухнул мгновенно.
— Какой был лапочка! — Амелия притворно вздохнула.
— Ничего, сестрёнка, там ещё много будет! — Калиссия подмигнула Амелии. — Вперёд!
Армия лоялистов взревела, увидев падение одного из генералов от рук близняшек.
Штурм достиг пика. Маги Криоталана бились отчаянно, но потери были чудовищными. Стены стали трещать под ударами. Врата — стометровые ледяные створки, зачарованные самой Крилис — держались. Пока на поле боя не появился Клейдон. За армией лоялистов будто искривилось пространство. Затем послышался глухой удар, сопровождаемый лёгким землетрясением.
Когда армия защитников и лоялистов посмотрела в сторону, откуда донёсся звук, они увидели его. Он спокойно шёл, будто прогуливался по собственному дворцу. Тьма клубилась вокруг него, багровые искры огня вплетались в неё, земля под ногами дрожала. Армия расступилась перед ним. Он остановился в километре от врат. Поднял руку. Сосредоточился. Это была концентрированная мощь трёх стихий — тьмы, огня, земли — сжатая в один слепящий луч, ударивший по воротам. Лёд зашипел и задымился. Трещины побежали по стометровой поверхности, как паутина.
Врата разлетелись на миллионы осколков, осыпая нападающих ледяным дождём. Армия Клейдона взревела и хлынула в город. Когда первые отряды лоялистов ворвались в пролом, они в ту же секунду обратились в ледяные статуи. Воздух над Криоталаном застыл. Температура упала настолько резко, что у магов внизу перехватило дыхание.
Крилис вышла, окружённая сиянием чистого холода. Её белые волосы развевались, глаза горели арктической синевой. Лёд под её ногами замерзал мгновенно, даже не касаясь поверхности. Она остановилась у разрушенных врат, глядя на Клейдона.
— Ты всё-таки явился. — голос её звучал спокойно.
Клейдон улыбнулся.
— Давно не виделись, дорогая моя, — он сделал шаг вперёд. — Я пришёл забрать своё.
Крилис шагнула вперед, лёд под её ногами пополз в сторону Клейдона, замораживая всё на своём пути.
— Попробуй.
Вдруг всё стихло. Маги перестали сражаться и замерли, не отрывая взглядов от двух величественных фигур. Криоталан продолжал гореть, время от времени, вспыхивая холодными ледяными разрядами. Но те, кто был снаружи, уже не смотрели на город. Все понимали: всё решится здесь. В поединке двух Архимагов.
Глава 24
Криоталан.
Город, который тысячелетия стоял нерушимо, превратился в филиал преисподней. Ледяные шпили, гордость Криоталана, крошатся и падают, разбиваясь вдребезги. Дома горят, и пламя жадно облизывает ледяные стены. Улицы завалены телами защитников и нападающих вперемешку. Кровь смешалась с талым льдом, превращая землю в скользкое, вязкое месиво. Крики раненых, вопли умирающих, грохот разрушений — всё сливается в один непрерывный, давящий вой, от которого закладывает уши.
Битва охватила весь подводный город. Магия всех стихий смешалась в безумном водовороте, рвущем пространство. Десятки магов погибали каждую секунду. Кто-то падал, пронзённый чёрной плетью. Кто-то замерзал на месте от удара льдом. Кто-то просто исчезал во вспышке света, не оставляя даже пепла.
Группа защитников сдерживала одну из центральных площадей, пока из теней не появились близняшки. Они точечно пробивали сильнейшие позиции защитников и вновь исчезали, растворяясь в тенях и появляясь уже в другой части города.
— А вот ещё один генерал! — взвизгнула Амелия, указывая на мага десятого ранга с аурой.
— Ой, правда! — Калиссия захлопала в ладоши. — Давай поиграем!
Они появились перед своей жертвой — и через несколько минут ещё один защитник Криоталана присоединился к мёртвым.
— Скучные они какие-то, — Амелия надула губки, оглядывая поле боя. — Никто не хочет повеселиться по-настоящему.
— А вон там! — Калиссия указала на группу магов, пробивающихся к центру города. — Смотри, там какой-то красавчик командует!
Калин вёл элитный отряд прямо в гущу боя. Лёд вокруг него замерзал так сильно, что даже лоялисты невольно отступали, не выдерживая холода.
— Ой, какой! — Амелия облизнулась. — Надо дать ему повеселиться.
— Подожди, — остановила Калиссия. — Раз он здесь, значит в убежище нет никого. Понимаешь, о чём я?
Её взгляд стал серьёзнее.
— Точно, я забыла, — Амелия подняла глаза к небу. — Ну пойдём за ней, обещали же.
— А потом добьём остальных, — Калиссия кивнула.
И они растворились в тенях.
Генералы льда тем временем, медленно, но уверенно отбрасывали лоялистов. Без поддержки близняшек сломить их оборону было крайне тяжело.
— Калин! — Велан подбежал к своему другу и главнокомандующему. — Сёстры исчезли, это точно не к добру.
— Бери элитный отряд под своё командование, — Калин хлопнул по плечу запыхавшегося друга. — Я разберусь с Амелией и Калиссией.
— Уверен, что справишься с ними? — с тревогой спросил Велан.
— Да. А ты веди отряд к воротам, нельзя давать им атаковать с двух сторон.
— Понял тебя.
Калин старался подавить тревогу и страх перед близняшками. Он был дома, а значит сильнее.
Его раздумья прервало землетрясение. Всё вокруг дрогнуло. Камень застонал, лёд пошёл трещинами. Гул был таким, что закладывало уши, а в висках пульсировала боль.
Внешние врата.
Небо взорвалось. Звук, прокатившийся над Криоталаном, не был похож ни на что, слышанное прежде. Все, кто был на поле боя — защитники и нападающие, маги и простые люди — невольно отступили.
Крилис атаковала Клейдона, их магия переплеталась так плотно, что казалась единым целым. Потоки тьмы, огня, земли и льда смешались в причудливый смертельный узор.
— Бегите! — заорали в толпе, но было поздно.
Те, кто оказался слишком близко, начали падать. Магия Архимагов излучала такую концентрацию силы, что низкоранговый маг сгорал за секунду, просто глядя на неё. Люди хватались за глаза, кричали, умирали.
Защитники и лоялисты гибли вместе, сражённые мощью Архимагов. Клейдон улыбался, хотя Крилис теснила его. Лёд Криоталана пропитал эту землю за тысячелетия, и каждая льдинка здесь слушалась свою королеву. Сама стихия вставала на её сторону.
— А ты сильнее, чем мои тюремщики, — Клейдон говорил с легкой отдышкой.
— Ты глупец, раз решил атаковать меня в моём доме! — Крилис ударила потоком ледяных частиц с такой силой, что Клейдон отступил на несколько десятков метров.
— Как бы ты ни старалась… твоя столица сегодня падёт. И ты — тоже.
— Я и есть столица! — Крилис продолжала атаковать, не снижая мощи. — Я и есть Лёд!
Она била со всех сторон одновременно. Атмосфера вокруг Клейдона схватывалась льдом, пытаясь сжать его в ледяной гроб. Сам воздух вокруг падшего Архимага леденел.
Клейдон отступал, парируя удары.
— Давай продолжим на другом поле. Зачем гибнуть нашим зрителям, — согревая воздух вокруг себя предложил Клейдон.
Крилис взглядом окинула поле боя, после чего кивнула.
Клейдон поднял землю на сотню метров вверх, создавая подобие арены. Город, лоялисты и защитники остались внизу. Все взгляды устремились вверх.
Крилис мгновенно заморозила арену и продолжила атаковать.
Огонь Клейдона гас почти сразу — холод подавлял его. Земля под ногами была скована льдом и слушалась Крилис больше, чем его. Тьма не успевала собраться для удара. Движения Клейдона становились всё медленнее. Воздух уже начинал кристаллизироваться.
— Я говорила Торину ещё тогда, что тебя нужно убить, но он — само благородие, — победоносно сказала Крилис, делая шаг на встречу к Клейдону. — И этот Гадриэль его поддержал. Бесхребетные слабаки.
На мгновение взгляд Клейдона скользнул вниз, на город. Лоялисты, ворвавшиеся в пролом, начали отступать. Защитники Криоталана, несмотря на потери, теснили их назад.
«Нехорошо», — подумал Клейдон.
Маленькая алая точка на ледяном куполе, защищающем город от глубин океана, привлекла его внимание, выбиваясь из общей картины. Она равномерно пульсировала.
Крилис смотрела на почти поверженного врага.
— Что, готов к смерти?
Вихри и метели слегка ослабли, пока она подходила ближе. Клейдон резко поднялся, несмотря на тяжёлые обморожения, и перевёл взгляд на неё.
— А ты? — спросил он — и в ту же секунду, воспользовавшись ослаблением атак Крилис, ударил сконцентрированной тьмой, усиленной Камнем.
Крилис лениво уклонилась.
— Это твой лучший удар? — усмехнулась она. — Не так уж ты и страшен.
— Да. Это мой лучший удар, — спокойно ответил Клейдон улыбаясь.
Крилис нахмурилась. Она смотрела на него, но не понимала, в чём подвох. А потом до неё донёсся грохот. Купол её подводного города был разрушен. И вся ледяная толща воды обрушилась внутрь, сметая и оставшихся лоялистов, и защитников. Крилис рванулась к городу, но Клейдон мгновенно накрыл арену тёмным куполом, отрезая её.
— Куда же ты, родная? — ухмыльнулся он. — Мы еще не закончили.
Криоталан.
Стена воды, высотой в сотни метров, рухнула на город, сметая всё на своём пути. Ледяные шпили, тысячелетняя гордость Крилис, ломались, как спички. Дома, улицы, площади — исчезали в бешеном водовороте. Маги — и защитники, и лоялисты — гибли мгновенно, раздавленные чудовищной массой. Те, кто успевал поставить щиты, держались считанные секунды, а затем их смывало.
Амелия и Калиссия стояли над телом очередного главнокомандующего.
— Ой… — выдохнула Амелия и растворилась в тени.
— Ого… — эхом отозвалась Калиссия и исчезла следом.
Люди, которые ещё минуту назад сражались, теперь тонули в воде. Магия не спасала вода была слишком тяжёлой, слишком быстрой. Кто-то успел создать ледяные плоты — на них карабкались выжившие. Кто-то замерзал прямо в воде, превращаясь в статуи. Кто-то просто исчезал в глубине, утянутый течением.
Крилис смотрела на это с неба. Её город. Её люди. Их сносило мощным ледяным потоком, и вместе с ними утекала её сила. Лёд, тысячелетиями пропитывавший эти стены, таял, растворялся, исчезал.
— Простите… — прошептала она, обращаясь к тем, кто тонул внизу. — Простите меня…
Ярость внезапно вспыхнула в ней, она продолжила атаковать. Клейдон уже легко парировал ее атаки. В руках Крилис возник ледяной клинок, она бросилась в отчаянную атаку. Клейдон уклонился и перехватил её за запястье.
— Ты была достойным противником, — голос Клейдона звучал почти уважительно. — Тебя не забудут. Об этом я позабочусь.
Крилис пыталась вырваться, но безуспешно. Её клинок оказался в руках Клейдона, а спустя секунду — уже в её теле, пробив магическую защиту. Клейдон отбросил её ударом энергии трёх стихий. От удара она отлетела к краю арены.
— Мне правда жаль, — сказав это он снял купол, а затем ногой столкнул её в низ.
Она падала долго — падение казалось вечностью. Ветер свистел в ушах, ледяные волосы развевались, и перед глазами проносилась вся её жизнь. Тысячелетия власти. Тысячелетия холода.
«Калин…» — подумала она перед самым концом.
Она упала перед воротами. Защитники Криоталана смотрели на неё — свою королеву, своё божество, свою мать. Кровь разлилась тёплым алым пятном, таким нелепым на этом холоде. Крилис смотрела в небо. В её глазах застыла едва заметная ледяная синева.
Клейдон опустился рядом. Он присел рядом с поверженным Архимагом.
— Спи спокойно, ледяная королева… — прошептал он.
Он коснулся её лба, тело Крилис начало таять, превращаясь в чистую энергию, медленно втягивающуюся в его ладонь. Лёд вокруг неё почернел, иссох и рассыпался в пыль. Через минуту на льдине осталось только тёмное пятно.
Криоталан.
Внизу, у разрушенных врат, Калин видел, как Клейдон поглотил его мать.
— Лорд Калин! Надо отступать! — Велан тряс его за плечо.
Он обернулся. Велан с обмороженным лицом тянул его прочь.
— Мама… — прошептал Калин, опустив руки.
— Её больше нет, лорд! — Велан крича тащил Калина. — Она пала! Надо уходить!
Калин, не моргая смотрел перед собой. Друг потащил его прочь, а Калин не сопротивлялся. Вокруг них, в ледяной воде, гибли последние защитники Криоталана.
Амелия и Калиссия вышли из теней над руинами, глядя, как их армия добивает выживших.
— Город пал, — констатировала Амелия.
— Архимаг мёртв, — подхватила Калиссия.
Они стояли на возвышенности и наблюдали за гибелью одного из великих городов.
Клейдон осматривал дело рук своих. Криоталан, твердыня льда, гордость Крилис, превратился в ледяное кладбище. Тысячи тел плавали в воде. Тысячи душ исчезли.
Энергия погибших магов тонкими струйками уходила вниз.
— Ещё один Архимаг готов, — вздохнул он, — Осталось двое.
Он поднял руку, молнии полетели в небо.
— Торин, Гадриэль… — исчезая шептал он. — Скоро встретимся.
Вода продолжала заливать мёртвый город.
Глава 25
Криоталан.
Там, где ещё час назад возвышался величайший ледяной город, теперь раскинулась мёртвая пустошь. От Криоталана остались лишь обломки — торчащие из льда шпили, будто переломанные кости, груды камня, вмерзшие в холод тела. Лёд окрасился в багровое — кровь тысяч смешалась с водой и застыла, укрыв равнину жутким покровом. Тишина стояла неестественная, глухая — только ветер тянулся над руинами, да изредка доносился предсмертный крик. Амелия и Калиссия стояли на возвышенности, глядя на результат.
— Надо дать команду отступления, — Калиссия не отрывала взгляда от руин.
— Да, сестрёнка, пора уходить отсюда, — Амелия обняла её. — Мы сделали то, что должны были.
Они синхронно повернулись к остаткам армии.
— Отступаем в Кар-Алар! — прокричали они в унисон, их голоса, усиленные магией, разнеслись над равниной. — Сегодня мы празднуем великую победу!
Лоялисты, опьяненные победой, ликовали, добивая всех, кто пытался выплыть из воды, тех не многих, кто смог выжить.
— Ужасное зрелище, — закрыла глаза Калиссия.
— Либо они, либо мы. У нас не было выбора, — Амелия отвернулась от побоища.
— Пойдём домой. Надо поговорить с Камилией, — сказала Калиссия и исчезла в тени.
— Угу… — Амелия бросила последний взгляд на руины и растворилась следом.
Лоялисты начали отходить. Их потери были велики. Из пятнадцати тысяч, что шли на штурм, уцелело около десяти. Пять тысяч магов остались лежать на льду Криоталана. Но город заплатил больше.
Граница Криоталана.
Калина волокли по замороженной земле. Сознание возвращалось обрывками. Чужая спина перед глазами. Руки, тащившие его. Он пришёл в себя, когда его резко тряхнули.
— Калин! Лорд Калин, ты слышишь меня?
Велан склонился над ним, пытаясь привести в чувство. Осознание возвращалось медленно. Он уже не был в бою. Над ним нависло обмороженное лицо. За спиной Велана стояли ещё четверо — израненные, измотанные, едва державшиеся на ногах. Пятеро. Из всего отряда.
Калин сел, оглядываясь. Вокруг — бескрайняя, безжизненная пустота. А там, далеко, где ещё недавно стоял город… не было ничего.
— Нет… — прошептал он.
Мысли рвались одна за другой.
«Город… его больше нет». «Мать… она мертва». «Все…»
«Камилия! Мой ребёнок».
Мысль пронзила его, как клинок. Крилис приказала укрыть всех в убежищах — самых глубоких, самых защищённых. Но вода… Вода смыла всё.
— Нет…
Калин закрыл лицо руками.
— НЕТ!
Крик вырвался сам. Он разнёсся над пустошью и тут же умер в тишине. Калин упал на колени.
Бойцы стояли рядом, опустив головы. Они тоже потеряли всё. Дома, семьи, друзей. Их королева мертва. Их город разрушен. Их будущего больше нет. Они просто стояли и смотрели на своего принца. Изредка, на ледяном ветру, слышались крики — там, далеко, где лоялисты добивали раненых. Крики становились всё тише, всё реже.
Тишина. Абсолютная, мёртвая тишина. Лишь всплески океана нарушали её. И в этой тишине Калин вдруг стал серьёзным.
— Велан, — окликнул он своего товарища, — подойди.
— Да, я здесь, Калин, — Велан подошёл к лорду. — Мне жаль…
— Я знаю, — Калин поднялся, положил руку на плечо Велана. — Бери командование отряда на себя. Отправляйтесь к пустошам. Там есть пещера — ты сразу поймёшь, что это она, — он смотрел прямо в глаза своему другу.
— И что в ней? — Велан отвел взгляд в сторону Криоталана.
— Там Камень Льда, — вздохнул Калин. — За ним идёт Спектра. Найдите её, помогите ей получить Камень.
— Спектра… эта гибрид? — Велан попытался сделать серьёзный вид.
— Да. Я понимаю, что прошу о многом, — Калин посмотрел на отряд, а затем вновь на Велана. — Но без неё мы не сможем отомстить Клейдону за то, что он сделал с нашим домом, с нашими родными и близкими, — Калин стал говорить громче, чтобы солдаты услышали.
Бойцы не спеша подняли головы и посмотрели на Калина.
— Я так понимаю, ты с нами не пойдёшь? — сухо спросил Велан.
— Нет, мой друг. Я должен закончить то, что начал ещё в Аэриуме, — ответил Калин, закрыв глаза.
— Мы сделаем так как ты скажешь, мой король, — Велан кивнул.
— Только сильно не геройствуй. За Спектрой идет охотник. Я предполагаю, что это Персиваль. Не вступайте с ним в открытый бой без необходимости. Он слишком силен, даже для меня, — Калин пожал руку Велана на прощание.
— Ты тоже береги себя. И не погибни смертью храбрых, ты нам ещё нужен, — Велан обнял Калина в ответ, а затем повернулся к солдатам. — Бойцы, внимание! Вы потеряли всё, но у нас есть шанс отомстить за…
Калин, углубившись в свои мысли, не спеша отошёл от отряда.
Проклятый лес.
Лес постепенно редел, туман рассеивался. Впереди виднелись остовы заледеневших скал. Воздух здесь был чище, легче, но всё ещё пропитан древней магией. Спектра шла впереди, ведя коня под уздцы. Огонишу держался чуть позади, настороженно поглядывая по сторонам.
— А вот и пустоши, — Огонишу прервал тишину.
Спектра кивнула, собираясь что-то сказать… И вдруг замерла. Головная боль обрушилась внезапно, без предупреждения. Такая сильная, что Спектра пошатнулась и упала на колени, вцепившись руками в виски.
— Спектра! — Огонишу бросился к ней. — Что с тобой?
Она не слышала. Боль дробила череп на тысячи мелких осколков, выжигала глаза, разрывала мысли.
— Спектра, да что с тобой? — продолжал Огонишу, растерянно не понимая, чем ей помочь.
— Мне больно… — прохрипела Спектра. — Голова…
Боль продлилась несколько минут и ушла.
— Всё нормально? — спросил Огонишу, глядя, как Спектра приходит в себя.
— Кажется, да, — Спектра приподнялась и задумалась.
— Что это было? — не унимался Огонишу.
— Я… не знаю, но явно что-то нехорошее… Я чувствую какое-то опустошение. Будто то, что было со мной всегда, исчезло.
Огонишу приподнял бровь.
— Разберёмся. Главное, что ты сейчас в порядке.
— Ладно, идём дальше, — Спектра встала и направилась к пустошам.
— Так, стоять, — Огонишу не сдвинулся с места. — Стой, говорю.
— Что ещё? — Спектра остановилась и обернулась.
— Для начала, у резких болей бывает причина. А во-вторых, в пустоши в таком виде я тебя не пущу. Мы сперва зайдём в человеческий город. Он в одном дне пути отсюда, — загибая пальцы, говорил Огонишу.
— У меня нет на это времени. Калин всё ещё в плену. Клейдон угрожает миру, а я ничего не могу сделать без Камней.
— Ты получишь свой Камень, но сперва я осмотрю тебя полностью, и мы оденем тебя теплее, — Огонишу не отступал.
— В чём дело? — спросила Спектра.
— Ну ты разве не чувствуешь холод? Уже здесь, на подступах к пустошам.
— Я маг льда, Огонишу, — Спектра слегка наклонила голову и попыталась улыбнуться.
— Я всё же хочу понять, что за приступ боли у тебя был. Так не бывает, — настаивал Огонишу.
— Я просто устала, вот и всё.
— Спектра, не зли меня, — улыбнулся Огонишу.
— Давай честно? Тебе что-то нужно в городе, и ты хочешь, чтобы я помогла тебе?
— Нет. Но если это станет причиной, что мы зайдём в город, то да.
— Я ничего не поняла из того, что ты сказал.
— Идём, говорю. Время своё же теряешь, — сказал Огонишу и пошёл в сторону человеческого поселения.
— И почему я иду с тобой? — покачала головой Спектра, задавая вопрос самой себе.
Аэриум. Покои Гадриэля.
Элиза лихорадочно обыскивала комнату. Она перерыла стол, проверила все ящики, осмотрела каждую книгу на полках. Ничего. Ни записок, ни карт, ни намёков на то, где искать Гадриэля.
— Чёрт возьми, Гадриэль! — она стукнула кулаком по стене. — Где ты?!
Она уже собиралась выйти в другую комнату, как вдруг… Боль пронзила ее, как нож. Она вскрикнула, схватившись за голову. Острая, пронзительная боль вонзилась в виски, разрывая сознание. Элиза пошатнулась, опёрлась о стену, сползла вниз. Элиза сидела на полу, прижавшись спиной к стене.
— Крилис… — прошептала она.
Она не была близка с Архимагом Льда. Она служила Гадриэлю, жила в Аэриуме, и Крилис для неё была скорее символом, чем живым человеком. Но она все равно оставалась магом льда.