Прекрасные времена. Часть 1

12 июля

По какому-то странному стечению обстоятельств я сегодня не стал говорить нам надо встретиться во сне ещё раз. Это означает взаимодействие структур памяти в порядках воли. Надо почему-либо жить вместе, я не смогу объяснить это тебе, пока ты сама на каком-то витке не выведешь свою память из этих структур, тогда сохраняемые качества пространства соединятся и станут образами сознания для нас, тогда они сами осознанно, уже осознанно обнаружат нити, соединяющие нас здесь, как принцип воли, может быть, - как принцип сознательной воли, а не кажущегося во сне состояния я как ты. Мне многое предстоит проявить в сознании я как ощутимое для воли - как ощутительное для воздуха наших минут, и не требуется никаких доказательств для этого, - пойми, никаких; это есть то. В памяти я бывают отклонения от строгих форм сознания, они бывают как раз там, где мы не даём себе труда идти с прямо поднятой головой, где мы стараемся подытожить, а этого как раз не следует делать, подытоживать не следует, потому что подытоженное становится частью воли нас самих тут и мы структурируем свои я в верховьях так, что они становятся малой долей там (да, там), а это неправда, потому что там они как раз ею не были. Они были там нашим началом, это есть то они там сейчас, и как мысленное эго может обойтись без суда, то есть без памяти, взаимодействуя с одной лишь волей пространства о себе, так и я может оставаться без взаимодействия в состоянии мы с полученным результатом, потому что оно способно это делать, пойми, оно способно сохранять свои качества во всех видах пространства, во всех его определяемых нашим сознанием структурах настоящего времени, в котором мы живём вместе как ты и я одновременно во всей этой суете, сутолоке образов и идей. Да, - идей, обрастающих предметностью здесь в каком-то роде предметности этой, да.

Вам необходимо трудиться в разряде воль настоящего времени я; это качественное понятие, которому следует отдать предпочтение и не искать себе замены, то есть не предлагать пройти этот путь кому-либо ещё, я думаю, он ваш, и ничей более, надо просто понять, где движется это небо состояний, пространственных состояний обретаемых форм сознания в нас. Мы малозначимы для него как будто, но поэтически мудрый образ говорит обратное, пространство памяти выращивает эти цветы состояний, чтобы плод был сообразен сознанию, а не судьбе того или иного мысленного образа в нас самих, которому суждено проявлять формы этого сознания как ответ на явленное поле в нас самих. И вам и мне, представьте, надо выяснить причину состояния мы как пространства ответа на согласованные образы наших я, в которых память находит содержащиеся в них, может быть, конкретные формы пространственных объектов; откуда они.

14 июля

Я постоянно думаю о вас в каком-то смысловом оттенке, которому имя - наивно говорить сейчас об этом. Мне хочется, чтобы вы чувствовали себя вправе сохранять цельность этого я сейчас, и это лучшее состояние мысли.

Великие любовники создавали великие времена, создают - великие миры от них происходят, визуальные пути мира в любви, соединяющие двух, двоих, и этот путь становится видимым пространством здесь, в нас самих; он, этот путь предполагает состояние души, в котором выражена та проекция памяти в нас самих, которая приводит к ответу \/. Вот этот ответ: я это ты во мне и вместе мы мир, мы создаём его своими телами во времени пути наших я, в которых он отражается как часть вселенной души всего мира любви, и ты становишься его частью вместе со мной здесь. Как мучителен образ света, когда он скрыт, когда он не видим, а я знаю что он есть с нами везде, этот образ, прости мне эту жизнь во мраке неведения о Тебе, Господи, прости, я прошу Тебя. Я не обретаю тебя, я теряю эти тыщи единиц сознания, от которых сберегла тебя судьба во мне, она сделала это качественно иным состоянием души нас обоих, она сотворила твой мир во мне в единственном числе и стала делить его между нами здесь. Я настоял на своём воплощении для тебя в радости зорких волн, в их малой части наших я для нас самих, и это не покажется тебе странным когда ты увидишь освобождённый свет души здесь, в этих строчках сознания нас, то есть в их позитивно проявленных силах. Макрокосм дышит, слушай его дыхание в себе, это жизнь света в нас. Мне хочется, чтобы ты слышала его дыхание здесь как волну радости для нас обоих. Душа смотрит вверх и видит там то, что она хочет знать - свет сознания. Я говорю это, а сам думаю, как мало знать эти слова, как мало чувствовать их поток в своём я, как мало просто быть любящим сердцем, чтобы почувствовать эту волю как веление нести заботу о памяти сознания в нас самих – о памяти перечувствованных живых миров как Богу угодных времён чьих-то я в нас, я задел живую струну, и она зазвенела здесь, я не умел играть на этом инструменте, я не знал как его берут в руки, чтобы извлекать звук и вот он стал петь; да, по-настоящему петь здесь во мне, он сам научил меня играть на нём во мраке этой ночи нашей любви, в которой я жил долгое время, неосознанно чувствуя твоё присутствие в себе как делателя моего я. Я чувствовал какое-то пространственное движение во внутренних мирах, сообщавшее мне о чьём-то присутствии в моём я. Намного позже я догадался, что ты есть истинное познание этого мира в любви; я хотел бежать от тебя, скрываясь от лика зари, я сознательно делал действия в противовес твоему я, позорящие тебя.

Что-то должно осветить это пространство сейчас, какая-то фигура.

Простите мне эти слова, они всуе сказаны были.

Думая о вас, я проявляю сейчас некую форму сознания вверху.

19 июля 1

1.

Благодарю вас за этот разговор и за ваше терпеливое участие в нём, мой добрый Учитель, ведь этот туман обрастает памятью, и становится виден, как вы сами изволите понимать эту историю? если вам угодно будет сказать мне об этом понимании.

В нас некоторое пространство света защищается от нападения и мы чувствуем некоторое сотрясение ауры, я думаю, потому что она вибрирует в ответ на образы посылы, из-за которых весь сыр бор. Разум отчётливо знает своё право и ему не надо мешать осуществлять его здесь, в нас он предполагает настоящее время всему произвольно выдуманному и потому определяемое пространство, находясь в состоянии созерцания относительно зеркала разума здесь, может быть несколько выгнутым, так сказать, отражаясь и отражая в пространство опять-таки неадекватные помыслы, охарактеризовать которые я не берусь, Королева моя, их проще удалить простым движением мысли сердца я вас люблю, направленной тому, кто в этой любви нуждается, ох, как нуждается, постепенно уменьшаясь в размерах от неприязненного чувства отстранённости, обделённости даже, если хотите, в настоящем времени своим я-здесь. Что за фокус! - воскликнули вы, определив этим восклицанием собственно то, что я стремился для вас обозначить - именно фокус, означающий настоящее время как проявленное мы здесь во всём своём я. И даже это, поэтически сложенное пространство, не даёт о нём представления в нас, а скорее размывает края неба в контурах движущихся объектов сознания здесь. Что даёт нам память, то мы и несём с собой, и это правильно, Королева моя, вот только что она нам даёт мы с вами вправе знать. Я осязаю этот мир своим я, и я настроен лукаво, видя как мои поля обедняются горохом, посеянном в нём\/ вместо воли Божьего сознания, или необходимого для меня же самого могущего здесь быть смирения с состоянием я в воле Божьего ума сеять горох, а не иную какую пищу, и таким образом состоять в необходимом совершенствовании своего я здесь, а не обеднять его простым перебиранием зёрен, от которых, может, и голова кружится, а разума не прибавляется, не говоря уж о чувстве меры, соразмерности и прочего достатка ума. Но нам с вами надо выбросить вон все эти представления о прелюдиях к неимоверно высокому слогу. Я, кажется, успел нахамить, не слишком задумываясь о сказанном всуе вслух, но вы, слава Богу, не заметили, обращая внимание только на то, что до вас самой касаемо, а между тем краснота щёк выдаёт меня с головой вам, Королева, как если бы я был вправе толковать только что полученное вами письмо, а вы его не читали, оказывается. Ох-хо-хо, придётся ждать. Во всём моём я нет ни одной лишней минуты, с которой я мог бы расстаться ради пространства выгод во всём этом не осязаемом мной поле сомнительных царств любви, в которых цветут вышесказанные цветы, истощающие волю я как память о пространстве мы; далее я пойду пешком, потому что необходимость внятного обозрения очевидна нам обоим, я думаю. Мне бы хотелось помочь вам осознать простое свойство поля выращивать. Оно обладает им как ипостась Бога в нашем я выводить в осязаемое пространство то, что лежит до поры втуне и кажется не существующим вовсе, или спрятанным от сознания в пустующих проулках души. «Нам надо быть вместе» говорит вам А., отдуваясь за свои проделки в конъюнктурных сферах. Бесполезно шутить на эту тему, он вас просто не поймёт, его ум сомнёт любое пространство в шелуху образов, чтобы выявить единственно возможно решение здесь, для которого он создан.

Значит, шутить нельзя.

Можно! можно шутить, и даже необходимо это делать, погодите минут пять, я соберусь с мыслями.

22 июля

Зеленоградская

Вот послушайте здесь. В некоем царстве в некотором государстве жил-был царь, царство его было небольшое, а государство и того меньше. Показалось ему однажды, что в его владениях недостаточно много воды, а надо, чтобы её было больше. Чем больше воды, тем мягче климат, как водится. Так вот этот царь решил добывать воду, сообразуясь с возможностями своего царства и стал назначать [называть? мож.б.] водоискателей, которые сами знают где берега рек становятся малыми озёрами, чтобы ими обеспечить своё царство и, запрудив затоны, создав плотины, он стал заливать своё царство водой. Искатели воды стали уговаривать его (царя то бишь) надлежащим образом соединить между собой образующиеся озёра воды, чтобы реки, из которых они происходят, могли наполнять их водой по мере высыхания озёр, так как постепенное увлажнение климата способствовало смягчению нравов, то царь нашёл целесообразным слияние, и вот реки насыщали водами этот край, постепенно создавая ландшафт и озеленяя пространство по берегам. На памяти этого царя было пять простых истин учиться, стремиться, упражняться, осваивать и сохранять соединённое в пространственном образе. Долго ли коротко ли, но только стало его царство совершенно иным. Немного забегая вперёд скажу, что оно и сейчас существует в том виде, в каком создал его тот царь, сам.

23 июля

Я безудержно жгу свечи во всём пространстве, в котором мы есть, то есть ты и я.

Какая странная иллюзия - как будто мы когда-нибудь объяснимся между собой, а ведь это объяснение уже было.

Мы не имели души в том времени, мы просто присутствовали здесь в огнях своих я. Я должен говорить с тобой сам от себя. Мне не хочется ничего повторять здесь о том, какое состояние души в нас проявляет свет, проявляет его в нас самих. Я только подумаю о нас двоих в твоём я сейчас и мы сможем, наконец, объясниться, как ты считаешь я способен любить дверь, или не дверь, а бессердечное нечто. Я ведь думаю об этом постоянно, и кажется, уж всё передумал, что нашлось на эту тему, только это всё не то, оно обрывается, и мыслительный процесс начинает водить по кругу мои мысли, я только успеваю обозначить их каким-то числом или свести на нет, чтобы они не морочили мне голову сейчас. Мне память изменяет с тобой, вот что я понял, я вспоминаю обрывки фраз, произнесённых когда-то слов и становится не то чтобы не по себе, а как-то неуютно в душе, зачем я говорил то тебе, что мне самому ничего не стоило произнести в тот момент, ну и оно ложилось в твою память как я-здесь, как некая позиция моего я в тебе, а обратись ты ко мне тогда…

27 июля

Я снова думаю о тебе здесь, ты в светлом платье мне снишься, в том, голубоватом, с синим оттенком, которое… я же видел тебя в нём воочию, да ты знаешь об этом, я думаю. Мне снится, что ты идёшь ко мне опять, а я чищу картошку над большим тазом, или чугуном, так скорее это можно выразить, и ты видишь как я это делаю, говоришь мне опять ты наелся этой лабуды, я же просила, чтобы ты этого не делал, фу-у, разве этот смысл!.. я нехотя соглашаюсь, потому что я понимаю, что ты не мне это говоришь, а моему лицу, для тебя я всё равно что памятник культуры, - какой-то там вообще, не имеющей признаков, ответь мне, почему ты не ищешь меня, ты забыла меня, да? забыла? а где, в каком месте памяти я остался - поищи меня там сама, а я найдусь как хлеб для тебя. Я не забыл зато эти твои дни во мне, я их помню чем-то, какой-то душевной памятью, может быть. Я смеюсь в голос, когда мне говорят - э-э, да ты там и не был никогда, ты просто решил это для себя сам мол я буду так жить, чтобы ей светло было здесь, чтобы ей мысли мои нравились и она бы шла за ними, да только это не совсем так, вот что я понял теперь, осознавая какое это пространство смотрит на нас в тишине я, которая струит свой свет во мне, в мою память и мои отчаянные мысли здесь, в которых я кажусь сам себе чем-то иным, может быть, чем я есть на самом деле, объектом исследования этого пространства любви, вот мастер перемен шепчет мне опять ты сделал это небо густым, ты сгустил краски до того, что оно перестало быть прозрачным, оно состоялось как объект воли, но оно должно быть прозрачно, иначе эти краски высохнут и за ними ничего не увидишь, никаких я ты мы за ними, одни пустые платформы и только этот звук позволяет догадываться - там кто-то есть, там живые люди идут, там небо дышит любовью, там не просто память сейчас небо в свет льёт тут, там столько этого неба, что услышав его, ты очнёшься от своих пустых дум - так мастер мне говорит об этом, я слышу его и сознаю справедливость его слов во мне.

Сколько ты ещё будешь спать, спросила меня ты, моя душа спросила меня об этом, пойми. Я ответил это знает только она, и она, то есть моё имя в тебе, стала - стало удваиваться, стало убеждать меня не ленно жить, понимаешь?.. стало обращаться ко мне с просьбами, стало любить меня во всём, что я есть для него. Аббревиатура пути зачахла было в кустах, то есть во времени, в котором я обнищал как организм воли, как право на истечение смыслов, и не скрывая этого, жил во всём, как облако пыли живёт, - оно поднимется и осядет на том же самом месте, где его вздули чьи-то мысли, осознанно там или так, обстоятельственно, но это прошло, этого нет более, потому что я стал делать то, к чему призывает меня Бог – я стал идти сам по этому пути осмысления пространства душ/-и возм./ здесь, я сам становлюсь этим пространством, когда ищу тот или иной - то или иное выражение я-здесь в нас.

28 июля

Во всём этом, конечно же, есть определяемое поле, конечно, оно скрыто от глаз и само по себе не имеет осуществления без внешнего пространства, такое это поле, не осуществляемое без я. Мне хочется, чтобы ты смогла состояться как автор объективно целостного произведения, не фиктивно сляпанного как выражаемое здесь поле я в пространстве мзды, или – лучше сказать, как проективное эго в уже выхолощенное, или не выхолощенное, нет, а уже спроектированное в нас самих я, это точнее. Это так кажется, что мы робеем, или проявляем безыскусное, опыт я существует в памяти пространств, он есть облекаемое в формы здесь.

31 июля

Здравствуйте!

Позвольте оправдаться перед вами, Королева, - позвольте это сделать сейчас, во мне множество огней горит самыми различными цветами и все они красоты необыкновенной, прямо-таки суеверно крещусь. Отчего бы это, Королева моя, нам не понять друг друга на этот раз. Как изволите видеть, я восемь этих лет только и думал, что о вас и всякое малое пространство мне впору было, а на девятом году я возьми и сколупни эту рану-то, она заточилась, стала душе виды подавать, стала о себе напоминать особым образом, осознанно так, имея выход в душе моего я для вас и тем самым очевидное подменять кажущимся. Например, эти дни в наших с вами руках как-то уж очень стали чем-то отдавать в нос, простите уж. Наверное, я оскорбил ваше высочество своими прибаутками и стал память привораживать неудобно сказать к чему, и ничего бы это всё, если бы ваша милость облаком прикрылась, а не сиюминутным состоянием общего характера памяти, или, как фиговым листиком, обид на то на сё, и нечем, как говорится, образ свой вам предложить, долго искать его приходится в настоящих-то минутах я, да без него я вам шар небес, а с ним какое-то представление имею тут для вас в области мысли, чувства мысли – так точнее, и надо быть светом для вас, а не жалом, жалящим безразлично что, лишь бы попасть в область средоточия внимания. Ну вот так я сказал об этом, и ещё продолжу, если позволите.

АВГУСТ. Небо поёт.

3 августа

ул. Дружбы

Я думаю, что мы химизм какой-то воли преодолеваем, почудилось будто и правда наши эго слились в каком-то канале яви, будто они перестали жить отдельно друг от друга и тихо вместе беседуют об этом вне какого-то - вне поля, а на самом деле, на самом-то деле польза от этого великая нам обоим сейчас идёт, польза бытия, обретаемого в настоящих я, как ломкая линия путешествующих взглядов в памяти, наобум, так, туда пойдёт, отринет, здесь остановится, опять скажет что-то, туда пойдёт, и снова отринет, и что же настоящее время при этом делает или, нет, - что оно строит в нас, арабеску, жезл любви, то есть тварное состояние неба, в котором мы сами суть это небо сейчас. Я сочетаю в пространстве мысленное это поле, в котором мы живём как энергосодержащие объекты, объясняющие себя - себе всё-таки лучше, эманации поля объекта причинно-следственной связью, а не чем-либо другим, иным качеством тут в пространстве эго-я как содержащееся в этом поле объективное качество присутствия мы как адрес определённого посыла в настоящем времени, в настоящее время эго всё-таки, а не такое, получаемое пространственно-временными отложениями воли слабых полей сознания, соединённых между собой простыми значениями я тут ты, или – я это ты во всём, что касается определяемого пространства воли моего я для тебя. Такое мысленное образование оставляет след в памяти и оно становится волновой системой координат, смысловой, сохраняющей единство памяти я для нас для всех тут! Ты что думаешь - кажущееся не есть воля неба над головой?.. или кажущееся это так, пустая заготовка, для образов света в памяти я нашего неба. Не-ет, это проективные следы и есть в памяти я-сейчас в чудодейственном этом поле.

Что ты, ангел мой тут, о чём говорить со мной будет твой чёлн?.. я в небо смотрю.

Я тут себя знаю, ты не думай, я как раз, по небу бежа, о тебе загадал!.. Ты прости меня, пожалуйста, опять, я жутко струсил тогда, когда ты память обо мне имела, то есть я сам тем небом шёл.

А ты там кого видел?

Я там видел образ твой и…

Что?

Ну и. Всякому небу своя причина есть как стать, а потом оно умаляется, если причина та исходит, ну как препятствие умаляется, я образ твой видел!.. ты слыхала как я тебя звал, слыхала?.. темнотою укрепись, а сердцем излейся, а как понять, говоришь, а так пойми, это дело не твоего ума, вот что значит темнотою закройся, а сердцем излиться значит полю тому силу дать, чей чёлн того и судьба!.. а как ты шла, ну да мне тут не то тебе сказать надо бы, я ведь сам по себе ангел, как ты скажешь что я тут о себе молчу, так молчу, что крылья нараспашку перед тобой держу теперь, так весь и лечу, куда небо велит, ах.

Ах – это как?

А так!.. минута за минутой идут - вот как это небо делается, да везде.

Я теперь виновата перед тобой буду? Скажи, мне об этом, ангел мой.

Ты себя за ширму моей любви спрятать сумела, какая же тут вина, я сам широк, ну да это дело такое, полюбовное.

А что хорошо? скажи ты.

Хорошо то, что я о тебе знаю; это раз, два хорошо то, что мы каждый от себя идём друг к другу, а ты поняла - я почувствовал, ещё хорошо, что ты меня любишь, а то ты думаешь, что я не знаю как ты об этом мысли имеешь мол он там сам по себе живёт как есть и то хорошо, а что до меня, так то ладно мол, не для него эти мысли идут, ну ты очнись тут, что я тебе сказал там как бы ты уже ответ имела, ну - что, проснись, просни-ись!.. чем ты сейчас спишь, чувством меры, я думаю, мне столько тебе сказать надо!.. что я сам как чувство меры, может быть, да, ладно, что мы всё обо мне говорим, ты же бегом бежать решила, я ведь понял тебя, ты себя найди во мне, чтобы я мог поле то знать, а какое оно!..

А где я в тебе, ангел мой?..

Ты сама по себе я, я уже сказал это, а во мне ты тайну свою несёшь, связанное то небо было, да с тем и шло к тебе как чист лист, но только ты от себя не думай теперь, сама знаешь, что это такое тут, а вот ты посмотри, на чьём небе звезда та горит, как ты скажешь, ответь мне, пожалуйста.

Я сколько-нибудь о тебе забочусь?.. скажи ты.

Ты обо мне мысли имеешь, это так, но мне то важнее знать, что я спросил сейчас.

Ах, да то небо давнее!.. на нём звезда вправду есть, хорошая она, - красивая очень и свет от неё нам идёт здесь, да только сравнить его ни с чем нельзя, так он велик и ясен, а ты сам это знаешь, почему же ты меня просил здесь сказать о том?.. скажи ты теперь.

Она мне величину этого неба указывает тут, путь она великий открывает и с ним нас ведёт к себе, а как свет тот ясен для тебя, так ты его бери, ни с чем не сравнивая, как лучший бери, он силу имеет и от любви к нам идёт сюда. Я знаю это.

Ты понимаешь пространство как своё имя, в котором есть множество других имён (я-ты тоже имя), ты чувствуешь в эго присутствие всевозможных (то есть таких, которые могут быть) объектов памяти я-здесь.

5 августа

Я против истязания пространства любви, я не выношу этот смердящий запах энтузиазма во всём, что является разрушительным для милости Бога здесь, для Его заботы о нас, для конкретики форм в этой любви-милости, но вот что, Королева моя, я хочу, чтобы вы чувствовали это присутствие здесь в форме я и мне нравится это движение мысли сейчас как апологетика определяемого пространства жизни света. Выходя за рамки повествования, мы надеемся обрести подлинник надежды, подлинник веры, подлинник судьбы и это ведёт нас к изысканиям помысла о себе самих, а не какая-нибудь другая мотивация.

Во всём этом мизерном, ничтожном пространстве наших с вами бурь звучит одна маленькая нота, в которой настоящее время сегодняшнего дня более чем прекрасно, и я, ваш Учитель, наверняка говорю вам это сейчас, нам нужно пройти сто миль пешком, прежде чем мы поймём, что этот путь наш с вами, мы в неопределённости пути меняемся местами в каком-то смысле, вы и я, и эта часть во времени наших я всегда обсуждаема - она имеет право на обсуждение как наущающее нас свойство любви быть тут, вот она, смотрите на неё, ведь она для вас сюда пришла, эта любовь, наущающая пространство жизни быть ею во времени я, в этом, здесь, да, сегодня, сейчас. Я не астролог и не композитор для вас в этой любви, я просто смотрю в ваш мир любящими глазами и он мне кажется великолепен!.. как озёрные боги, чья душа поёт, может быть, безыскусно о тепле, о свете, о счастье истинного неба здесь, о простых истинах любования этим миром во мне, таком как я есть для них здесь во всём своём я-сейчас.

5 августа

Я должен рыться в архивах, чтобы понять что стоит за этим решением, что побуждает тебя плыть против течения, я должен искать ту самую запятую, которая вдруг осадила память, сделав её прекрасной золушкой. Ты понимаешь, что я тут ищу?.. эти позиции чьей-то силы, урезонивающей, - откуда она пришла, и я думаю, что её надо исключить, она тормозит края неба в каких-то точках, не имея, по сути, на это права, ты не бойся говорить то, что ты думаешь, это же моё веление, моё облако пыли давно осело, оно стало казаться пустой кавычкой, то есть позитивное пространство здесь, пойми ты это, во всём я, а не потому что я примус починил, как тебе кажется до сих пор, то есть стал делать то, что я наивно вертел в руках как некую награду за пощёчину, ты мне её дала тогда, ты уже забыла, а я, представь (но не слишком) забыл где я нахожусь в тот момент, ну как будто ты перестала понимать кто я тебе, что я делаю тут, да, не спорь, я посрамлён был, а потом вышло так, что я, побуждаемый высшим помыслом, стал проецироваться в твоё сознание как необходимый элемент, классифицируй как хочешь что на виду, а что под водой чувств скрыто до сих пор, что нам предстоит только понять с тобой, я думаю, что малая часть нужна нам для того, чтобы мы могли её увидеть, а, увидев, созерцать в себе большую, пространственно несоизмеримую с той малой частью нашего я-здесь.

ул. Дружбы

Я только то хочу сказать вам сейчас, что мы настойчиво бредём сквозь формы сознания, в которых уже есть наши следы, да, может быть, - эти вещи, о которых мы говорим с вами сейчас, будут в каком-то смысле оправданы нашим присутствием в формах сознательного эгоизма, а что такое это сейчас, это то состояние души, которое идёт от нашего эго, в нём есть множество потенциалов для того, чтобы отвергнуть возжигаемые огни, и я думаю важно знать о них в этом времени я, превосходно оправленном в надлежащие условия. Думайте об этом так, как если бы вы были соизмеримы в своём я с пространством большего порядка памяти - большего по объёму исчисляемых ею звёзд, о которых речь впереди, и светел Бог во всём я, если вы на Него смотрите в себе самой как на ангелическое сознание этого мира в любви.