Вельзеград

— Есть такое — устало проговорил Вен, помогая расчищать баррикады.

— Как вы это построили? — удивлялся командир, раскидывая стулья и столы.

— Скорую сюда! — приказал Ис, хотя скорая уже давно стояла перед клубом, но медики осмеливались войти из-за жутких криков.

— Мы впопыхах всю ночь складывали весь этот хлам в кучу, — рассказывал Вен уставшим голосом. — Я имею ввиду, когда этих тварей стало поменьше и было время хоть как-то себя обезопасить.

— Эти твари — неуверенно спрашивал один полицейский, выживший в резне. — Откуда они взялись?

— Вылезли из колонны, — донесся уставший голос Гура по ту сторону баррикад.

— Колонны? — удивленно переспросил другой .

— Они назвали эту штуку Фиктрид, — объяснил Вен. — Рисовали языком на воздухе и издавали звуки, а из Фиктрида им давали все, что было нарисовано.

— Языком? — удивлялся третий, переглядываясь с остальными. — Значит, это магия?

— Не может быть — капитан отряда перекрестился.

— Если они это так называют, это не значит, что им действительно помог Бог, — холодно отрезал Горислав, вышвыривая очередную деталь баррикады.

— Ты прав, — согласился Ис, задумчиво опустив голову. — Бог не может создать что-то настолько уродливое.

— А кто сказал, что ты самое красивое существо на земле? — шутил Вен, несколько полицейских тихо засмеялись.

В баррикаде сделали брешь, медики быстро принесли каталки и унесли раненых.

— Вы ранены! — заметила одна девушка, глядя на Парфа, сидящего на земле с задумчивым видом.

Парф медленно поднял голову.

— Я цел, — отстраненно ответил рядовой.

— Но ваша нога — протестовала девушка.

— Дайте ему пару минут, парень за эту ночь многое пережил, — мягко сказал Вен и девушка неохотно отошла.

— Какой ты врунишка, — заметила Акси, бросив обеспокоенный взгляд на Парфа. — У тебя же с ногой проблемы, почему не даешь помощь оказать?

Парф лишь молча отвернулся. Рядовой был зол на весь мир, нога его не заботила совсем. Сейчас ему хотелось побыть одному и все обдумать.

— Нам всем нужен отдых. — уставшим голосом сказал Ис.

Полицейские уходили вслед за медиками, их доставляли в Ру́ду для оказания медицинской помощи. Парф уходил последним, он был единственным, кто оглянулся: медицинские сотрудники осматривали груды тел, складывали мертвых отдельно, а изредка, если попадался еще живой человек, тут же увозили его на каталках; полицейские осматривали место бойни, делали видеофиксацию и прочее; вокруг стоял тихий, неразборчивый гул голосов, они не могли поверить в то, что видели, один медик попытался поднять еще живого полицейского, но его голова с противным хрустом оторвалась, и, словно созревший плод, упала на пол с мерзким хлюпаньем; несколько людей тошнило прямо на пол, они выходили из помещения, чтобы немного подышать свежим воздухом. Наконец, Парф увидел, как двое полицейских ведут старика-сектанта к машине. Рядовой был уверен — теперь старик получит заслуженное наказание, но не смерть, стоявшую вне рамок любого закона.

Утро начиналось медленно и лениво: туман мрачной пеленой накрыл город, машины едва ползли по узким улочкам, улицы были пустыми и сонными. Прошла целая неделя, полицейские залечивали раны, общественность всячески успокаивали: пускали пыль в глаза, назвав случившееся в Шипке террористическим актом. Сейчас общественность не могла принять факт существования монстров, даже засняв тварей на камеру, нельзя было доказать их реальность. В конечном счете, даже очевидцы перестали верить в достоверность того, что видели. Разумнее всего было скрывать присутствие чего-то чужеродного в нашем мире, но до определенной поры.

К утру понедельника все получили сообщение от Сильвестра: старик звал к себе в Ставецу, обещал бесплатное жаркое и настойчиво дал понять, что приглашение нельзя отклонить. Не все были рады внезапному приглашению, но Сильвестр не даст возможности не прийти: станет звонить раз за разом, а в конечном счете сам придет к тебе домой, чтобы лично уговорить прийти.

Близился вечер, вся компания собиралась у Ставецы. Вен и Парф были одеты служебную форму, а Горислав, Савва и Гур надели красивые, галантные костюмы. Ис пришел в пальто, рубашке, жилете и штанах с подтяжками. Королевой вечера явно была Акси: она надела черную юбку до колена, с длинными, белыми чулками, черное пальто и белую рубашку. Все мужчины (кроме Вена и Парфа), обратили свое внимание на Акси, когда она вышла из своей машины марки Ford Mustang.

— Чего уставились? — хмыкнула Акси и кокетливо махнула на них рукой.

— Ничего! — разом ответили мужчины и вдруг заинтересовались узорами на дверях Ставецы.

— Извращенцы, — грубо бросила Акси, подходя к входной двери.

На ногах Акси красовались белые челси, они звонко стучали при каждом шаге. Ис стоял ближе всего к двери и наклонился, чтобы открыть ее для Акси, но Гур потянул Исая назад и сам потянулся к ручке, и в этот момент Савва потянул уже Гура за воротник, а после самого Савву назад потянул уже Горислав и открыл дверь, пропуская девушку внутрь. Вен и Парф с легким беспокойством смотрели на все происходящее.

— Вы очень любезны, Горислав Тихонович — кокетливо сказала Акси, и наградила генерала легким кивком.

Горислав слегка поклонился и покраснел от благодарности.

— Вы правда извращенцы, — спокойно бросил Вен, легким шагом проходя вслед за Акси.

— Мне за вас стыдно, — так же спокойно произнес Парф, проходя вперед.

Горислав и оставшиеся тихо выругались и зашли в заведение.

Сильвестр едва заметил гостей и уже бежал их встречать.

— Акси, как я рад тебя видеть! — радостно говорил толстяк и горячо пожал ее руку. — Отлично выглядишь! Ты сегодня прямо королева бала!

— Спасибо, а вы время зря не тратили, сразу видно, как похудели, — смущенно сказала Акси и толстяк добродушно засмеялся, хватаясь за большой живот.

— Я польщен! — радовался Сильвестр. — А вот и неразлучные Парфен и Вениамин! — провозгласил старичок, яростно пожимая руки полицейских.

— Как ты, старая развалина? — с сарказмом спросил Вен, пожав руку Сильвестра.

— Рад вас видеть, Сильвестр, — слегка отстраненно приветствовал Парф.

— Вы двое как всегда, в своем репертуаре! — хохотал толстяк, заключив Парфа в крепкие отцовские объятия.

Подошли остальные гости.

— Горислав тихонович! — старик чуть ли не визжал старик.

— Давно не виделись! — с улыбкой сказал Горислав и пожал руку старика.

— Здравствуйте! — сказал Гур.

— Заходите почаще, молодой человек! А то совсем забываете про старика, — шутливо отругал Сильвестр.

— Кхак наш старичок? — добродушно сказал Савва, снова добавляя не нужную букву х куда попало.

— Свеж и здоров! — радовался Сильвестр, пожимая руку Саввы.

— Еще нас всех переживешь, — шутливо сказал Исай.

— Исай Андронович! — радостно вскрикнул старик. — Давно вы в городе?

— Всего пару дней, — ответил Ис, терпя сильные объятия маленького старичка. — Скоро уезжаю обратно в столицу.

— Я же для этого вас всех и собрал! — объяснял Сильвестр, отпуская Исая. — Что бы вы могли хорошо поесть, отдохнуть, помянуть тех, кто совсем недавно ушел из жизни, вспомнить былое и все прочее.

Все мрачно переглянулись, вспомнив события прошедшей недели. После небольших формальностей начался ужин. Поначалу все сидели с кислыми минами, никто не решался начать разговор, но для этой цели здесь и был старик Сильвестр. Спустя час расспросов и определенного количества выпитого алкоголя на лицах полицейских стали появляться улыбки. Сильвестр, как мог, отвлекал товарищей от тревожных мыслей, но в начале, конечно, помянул всех погибших, высказал о каждом немало добрых слов и немало сожалений. Сильвестр все пытался разговорить Горислава: генерал не мог забыть многих из своих сотрудников и друзей. Тут в дело вступил Ис: за парой горьких рюмок они вспомнили былое и последний рубеж пал. Во главе стола сидел Сильвестр, слева от него расположилась Акси, затем Парф и Гур; справа занял место Савва (о чем-то спорящий с Акси), Вен и Ис. Горислав сидел напротив Сильвестра, рядом с Исом и Гуром. Гур общался больше с Гориславом и Исом, с восторгом слушая истории о былых временах, когда преступности на улице было куда меньше, небо над головой казалось более голубым, а солнце более ярким. Вен часто перебивал спор Саввы и Акси, а Сильвестр громко хохотал.

За столом оставалась единственная мрачная фигура — Парф. Он остался недовольным этим вечером. После нескольких неудачных попыток развеселить рядвого, его оставили в покое и старались попросту не замечать. Сильвестр пару раз спросил в чем дело, но парень лишь отмалчивался.

Спустя несколько часов Парф вышел подышать свежим воздухом, гул смеха и споров остался позади. Вен следил за рядовым, и, после очередной рюмки, тоже решил проветриться. Капитан нашел беглеца на балконе. Парф рассеянно смотрел на чистое небо, большую луну и яркие звезды. Вен подошел и встал рядом.

— Ну, выкладывай, — спокойным голосом спросил капитан.

— Ты о чем? — отстраненно ответил рядовой.

— Не делай вид, будто не понимаешь.

Парф глубоко вздохнул и посмотрел на своего коллегу.

— Вы убили столько невинных, — холодно обвинил Парф.

— Ты про монстров или фанатиков? — Вен пьяно засмеялся.

— Очень смешно, — Парф горько усмехнулся. — Одно дело стрелять по кровожадным монстрам или безумным фанатикам, и совсем другое — по раненым и безоружным.

— Ну, некоторых же отвезли в больницу, — отмахнулся Вен.

— Их отвезли полицейские, которые только к утру пришли, а вы убивали всех, кто только голос подавал, — поправил Парф.

— Они могли притворяться, что бы напасть. Да и они не заслуживали — в пьяном бреду рассказывал капитан.

— Чушь! Они сдавались и не могли ничего сделать с такими ранами! А обещание Корнилу Разве ненависть оплачивается ненавистью?

— Все тогда были на пределе! Мы, черт возьми, чуть не померли! Как в адском пекле отличить фанатика, от запутавшегося человека, готового отказаться от безумия?! Мы обещали Корнилу отомстить, и мы отомстили, за слезы его жены и детей, за его ноги, язык и прочее!

— Если ты в заднице, не обязательно быть куском дерьма! Мне жаль, что с Корнилом случилось такое, но нельзя же

— Значит, — злобно выплюнул капитан. — ты у нас теперь святой?! Решаешь что правильно, а что нет?!

Вен и Парф посмотрели друг на друга со злостью и ненавистью.

— Ты солгал, тогда в машине, когда говорил, что на этом пути ты либо ломаешься, либо закаляешься. Я остался собой, остался человеком! А вы превращаетесь в монстров — злобно крикнул Парф.

— Ты называешь всех, кто прошел через ад, нелюдями?! Ты же был с нами, Парф, неужели не видел, на что эти твари способны?! Одна хреновина выколола глаза парню, стоявшему в двух метрах от меня! Я слышал его стоны и крики, ты же сам слышал, Парф, черт возьми! — Вен угрожающе потянулся за пистолетом. — Ты не уважаешь меня, Горислава, Исая и вообще всех умерших той проклятой ночью!

— Черт, да ты пьян! Ну давай, покажи кто ты на самом деле, — с ненавистью выплюнул Парф. — Ты лишь алкоголик и убийца, как Горислав, как Ис, как все остальные!

Парф не повел и бровью.

Ситуация быстро накалялась: Вен медленно вытащил Грача из кобуры и замер. Парф сделал шаг вперед, схватил дуло Грача и приставил к своей груди.

— Стреляй, — с вызовом сказал Парф и снял пистолет с предохранителя.

Воцарилось молчание. Вен смотрел своим глазом в глаза Парфа и чего-то ждал. Парф без страха смотрел в единственный глаз Вена. Но выстрела не последовало: капитан убрал пистолет обратно в кобуру.

— Ты еще ребенок, — выпалил Вен. — Настанет день, и тогда ты всё поймешь.

— Да брось ты! Я видел, как одному из парней Гориллы через горло вырвали позвоночник, и все равно остался человеком, а не злобной тварью, —

— Это ничего не меняет. Ты либо закалишься, либо сломаешься, как и все. Ты еще не определился, но я готов поспорить, что сломаешься, — Вен противно засмеялся.

— Еще посмотрим, капитан. Может я найду другой путь, — Парф резко развернулся и ушел.

Вен стоял на балконе и смотрел вниз, на медленно проезжающие машины. Капитан пытался понять, про какой другой путь говорил парнишка, еще не подозревая, чем все это обернется.

Вокруг Шипка собралась толпа зевак, немногочисленные полицейские, которым посчастливилось остаться снаружи клуба, не пропускали гражданских слишком близко. После полуночи монстры возникали во всех темных углах на улицах Вельзеграда и мчались к клубу. Многие гражданские при виде монстров тут же бросили бежать, а некоторым удалось заснять монстров на камеру, но существа на записи получались, скорее, дешевым монтажом, а не реальностью, поэтому в интернете ничего, кроме лайков и просмотров не вызвали. Всю ночь из клуба доносилась пальба и душераздирающие крики. Полицейские снаружи здания не решались подойти к зловещим стенам Шипка, а те гражданские, что не бросились бежать в ужасе, остановились в нескольких кварталах от места бойни и снимали все на камеру.

Ближе к утру, когда крики и пальба стихли, отряды полиции отправились на поддержку товарищам в злополучном здании. Когда началась пальба в Шипке, Акси решила лично прийти на выручку, но приставленные телохранители не позволили девушке выйти из полицейского фургона, до самого утра ей пришлось провести в напряженном ожидании и попытках установить связь хоть с кем-то из Шипка.

Дверь в клуб толкнули со стороны улицы и она со скрипом ввалилась внутрь.

— Быстро! — скомандовал офицер.

По команде клуб заполнили вооруженные полицейские и тут же опешили от ужаса: повсюду валялись мертвые, изуродованные тела, кровь окрасила все стены и даже потолок; в центре помещения стояла наспех сделанная баррикада.

— Господи — оцепенел от страха командир отряда. — Что здесь произошло?...

Отряд медленно приближался к баррикаде. Полицейские старались не наступать на изуродованные тела, но мертвецы лежали буквально повсюду.

— Стоять! — крикнул Горислав.

— Это свои! — в ответ крикнул командир отряда и поднял руки в жесте капитуляции.

На баррикады забрались Горислав, Исай и Вен. Троица уставшими глазами осмотрела новоприбывших.

— Проходите, — тихо процедил Исай.

В помещение зашла Акси.

— Зачем вы ее привели?! — возмутился Горислав.

— Тут все стихло и мы подумали... — оправдывался капитан отряда. — Мы бы все равно ее не удержали — слишком бойкая...

Акси стояла в шоке, разглядывая изувеченных мертвецов, но вскоре, лишь сильно поморщившись, и отвела взгляд на выживших полицейских.

— Черт, — выругалась девушка. — здесь жутко воняет.

На минут воцарилась тишина. Вен негромко засмеялся.

— Есть такое — устало проговорил Вен, помогая расчищать баррикады.

— Как вы это построили? — удивлялся командир, раскидывая стулья и столы.

— Скорую сюда! — приказал Ис, хотя скорая уже давно стояла перед клубом, но медики осмеливались войти из-за жутких криков.

— Мы впопыхах всю ночь складывали весь этот хлам в кучу, — рассказывал Вен уставшим голосом. — Я имею ввиду, когда этих тварей стало поменьше и было время хоть как-то себя обезопасить.

— Эти твари — неуверенно спрашивал один полицейский, выживший в резне. — Откуда они взялись?

— Вылезли из колонны, — донесся уставший голос Гура по ту сторону баррикад.

— Колонны? — удивленно переспросил другой .

— Они назвали эту штуку Фиктрид, — объяснил Вен. — Рисовали языком на воздухе и издавали звуки, а из Фиктрида им давали все, что было нарисовано.

— Языком? — удивлялся третий, переглядываясь с остальными. — Значит, это магия?

— Не может быть — капитан отряда перекрестился.

— Если они это так называют, это не значит, что им действительно помог Бог, — холодно отрезал Горислав, вышвыривая очередную деталь баррикады.

— Ты прав, — согласился Ис, задумчиво опустив голову. — Бог не может создать что-то настолько уродливое.

— А кто сказал, что ты самое красивое существо на земле? — шутил Вен, несколько полицейских тихо засмеялись.

В баррикаде сделали брешь, медики быстро принесли каталки и унесли раненых.

— Вы ранены! — заметила одна девушка, глядя на Парфа, сидящего на земле с задумчивым видом.

Парф медленно поднял голову.

— Я цел, — отстраненно ответил рядовой.

— Но ваша нога — протестовала девушка.

— Дайте ему пару минут, парень за эту ночь многое пережил, — мягко сказал Вен и девушка неохотно отошла.

— Какой ты врунишка, — заметила Акси, бросив обеспокоенный взгляд на Парфа. — У тебя же с ногой проблемы, почему не даешь помощь оказать?

Парф лишь молча отвернулся. Рядовой был зол на весь мир, нога его не заботила совсем. Сейчас ему хотелось побыть одному и все обдумать.

— Нам всем нужен отдых. — уставшим голосом сказал Ис.

Полицейские уходили вслед за медиками, их доставляли в Ру́ду для оказания медицинской помощи. Парф уходил последним, он был единственным, кто оглянулся: медицинские сотрудники осматривали груды тел, складывали мертвых отдельно, а изредка, если попадался еще живой человек, тут же увозили его на каталках; полицейские осматривали место бойни, делали видеофиксацию и прочее; вокруг стоял тихий, неразборчивый гул голосов, они не могли поверить в то, что видели, один медик попытался поднять еще живого полицейского, но его голова с противным хрустом оторвалась, и, словно созревший плод, упала на пол с мерзким хлюпаньем; несколько людей тошнило прямо на пол, они выходили из помещения, чтобы немного подышать свежим воздухом. Наконец, Парф увидел, как двое полицейских ведут старика-сектанта к машине. Рядовой был уверен — теперь старик получит заслуженное наказание, но не смерть, стоявшую вне рамок любого закона.

Утро начиналось медленно и лениво: туман мрачной пеленой накрыл город, машины едва ползли по узким улочкам, улицы были пустыми и сонными. Прошла целая неделя, полицейские залечивали раны, общественность всячески успокаивали: пускали пыль в глаза, назвав случившееся в Шипке террористическим актом. Сейчас общественность не могла принять факт существования монстров, даже засняв тварей на камеру, нельзя было доказать их реальность. В конечном счете, даже очевидцы перестали верить в достоверность того, что видели. Разумнее всего было скрывать присутствие чего-то чужеродного в нашем мире, но до определенной поры.

К утру понедельника все получили сообщение от Сильвестра: старик звал к себе в Ставецу, обещал бесплатное жаркое и настойчиво дал понять, что приглашение нельзя отклонить. Не все были рады внезапному приглашению, но Сильвестр не даст возможности не прийти: станет звонить раз за разом, а в конечном счете сам придет к тебе домой, чтобы лично уговорить прийти.

Близился вечер, вся компания собиралась у Ставецы. Вен и Парф были одеты служебную форму, а Горислав, Савва и Гур надели красивые, галантные костюмы. Ис пришел в пальто, рубашке, жилете и штанах с подтяжками. Королевой вечера явно была Акси: она надела черную юбку до колена, с длинными, белыми чулками, черное пальто и белую рубашку. Все мужчины (кроме Вена и Парфа), обратили свое внимание на Акси, когда она вышла из своей машины марки Ford Mustang.

— Чего уставились? — хмыкнула Акси и кокетливо махнула на них рукой.

— Ничего! — разом ответили мужчины и вдруг заинтересовались узорами на дверях Ставецы.

— Извращенцы, — грубо бросила Акси, подходя к входной двери.

На ногах Акси красовались белые челси, они звонко стучали при каждом шаге. Ис стоял ближе всего к двери и наклонился, чтобы открыть ее для Акси, но Гур потянул Исая назад и сам потянулся к ручке, и в этот момент Савва потянул уже Гура за воротник, а после самого Савву назад потянул уже Горислав и открыл дверь, пропуская девушку внутрь. Вен и Парф с легким беспокойством смотрели на все происходящее.

— Вы очень любезны, Горислав Тихонович — кокетливо сказала Акси, и наградила генерала легким кивком.

Горислав слегка поклонился и покраснел от благодарности.

— Вы правда извращенцы, — спокойно бросил Вен, легким шагом проходя вслед за Акси.

— Мне за вас стыдно, — так же спокойно произнес Парф, проходя вперед.

Горислав и оставшиеся тихо выругались и зашли в заведение.

Сильвестр едва заметил гостей и уже бежал их встречать.

— Акси, как я рад тебя видеть! — радостно говорил толстяк и горячо пожал ее руку. — Отлично выглядишь! Ты сегодня прямо королева бала!

— Спасибо, а вы время зря не тратили, сразу видно, как похудели, — смущенно сказала Акси и толстяк добродушно засмеялся, хватаясь за большой живот.

— Я польщен! — радовался Сильвестр. — А вот и неразлучные Парфен и Вениамин! — провозгласил старичок, яростно пожимая руки полицейских.

— Как ты, старая развалина? — с сарказмом спросил Вен, пожав руку Сильвестра.

— Рад вас видеть, Сильвестр, — слегка отстраненно приветствовал Парф.

— Вы двое как всегда, в своем репертуаре! — хохотал толстяк, заключив Парфа в крепкие отцовские объятия.

Подошли остальные гости.

— Горислав тихонович! — старик чуть ли не визжал старик.

— Давно не виделись! — с улыбкой сказал Горислав и пожал руку старика.

— Здравствуйте! — сказал Гур.

— Заходите почаще, молодой человек! А то совсем забываете про старика, — шутливо отругал Сильвестр.

— Кхак наш старичок? — добродушно сказал Савва, снова добавляя не нужную букву х куда попало.

— Свеж и здоров! — радовался Сильвестр, пожимая руку Саввы.

— Еще нас всех переживешь, — шутливо сказал Исай.

— Исай Андронович! — радостно вскрикнул старик. — Давно вы в городе?

— Всего пару дней, — ответил Ис, терпя сильные объятия маленького старичка. — Скоро уезжаю обратно в столицу.

— Я же для этого вас всех и собрал! — объяснял Сильвестр, отпуская Исая. — Что бы вы могли хорошо поесть, отдохнуть, помянуть тех, кто совсем недавно ушел из жизни, вспомнить былое и все прочее.

Все мрачно переглянулись, вспомнив события прошедшей недели. После небольших формальностей начался ужин. Поначалу все сидели с кислыми минами, никто не решался начать разговор, но для этой цели здесь и был старик Сильвестр. Спустя час расспросов и определенного количества выпитого алкоголя на лицах полицейских стали появляться улыбки. Сильвестр, как мог, отвлекал товарищей от тревожных мыслей, но в начале, конечно, помянул всех погибших, высказал о каждом немало добрых слов и немало сожалений. Сильвестр все пытался разговорить Горислава: генерал не мог забыть многих из своих сотрудников и друзей. Тут в дело вступил Ис: за парой горьких рюмок они вспомнили былое и последний рубеж пал. Во главе стола сидел Сильвестр, слева от него расположилась Акси, затем Парф и Гур; справа занял место Савва (о чем-то спорящий с Акси), Вен и Ис. Горислав сидел напротив Сильвестра, рядом с Исом и Гуром. Гур общался больше с Гориславом и Исом, с восторгом слушая истории о былых временах, когда преступности на улице было куда меньше, небо над головой казалось более голубым, а солнце более ярким. Вен часто перебивал спор Саввы и Акси, а Сильвестр громко хохотал.

За столом оставалась единственная мрачная фигура — Парф. Он остался недовольным этим вечером. После нескольких неудачных попыток развеселить рядвого, его оставили в покое и старались попросту не замечать. Сильвестр пару раз спросил в чем дело, но парень лишь отмалчивался.

Спустя несколько часов Парф вышел подышать свежим воздухом, гул смеха и споров остался позади. Вен следил за рядовым, и, после очередной рюмки, тоже решил проветриться. Капитан нашел беглеца на балконе. Парф рассеянно смотрел на чистое небо, большую луну и яркие звезды. Вен подошел и встал рядом.

— Ну, выкладывай, — спокойным голосом спросил капитан.

— Ты о чем? — отстраненно ответил рядовой.

— Не делай вид, будто не понимаешь.

Парф глубоко вздохнул и посмотрел на своего коллегу.

— Вы убили столько невинных, — холодно обвинил Парф.

— Ты про монстров или фанатиков? — Вен пьяно засмеялся.

— Очень смешно, — Парф горько усмехнулся. — Одно дело стрелять по кровожадным монстрам или безумным фанатикам, и совсем другое — по раненым и безоружным.

— Ну, некоторых же отвезли в больницу, — отмахнулся Вен.

— Их отвезли полицейские, которые только к утру пришли, а вы убивали всех, кто только голос подавал, — поправил Парф.

— Они могли притворяться, что бы напасть. Да и они не заслуживали — в пьяном бреду рассказывал капитан.

— Чушь! Они сдавались и не могли ничего сделать с такими ранами! А обещание Корнилу Разве ненависть оплачивается ненавистью?

— Все тогда были на пределе! Мы, черт возьми, чуть не померли! Как в адском пекле отличить фанатика, от запутавшегося человека, готового отказаться от безумия?! Мы обещали Корнилу отомстить, и мы отомстили, за слезы его жены и детей, за его ноги, язык и прочее!

— Если ты в заднице, не обязательно быть куском дерьма! Мне жаль, что с Корнилом случилось такое, но нельзя же