Тени дорог, которых нет

Глава 5

– Это, возможно, твоя самая хорошая идея в нынешних обстоятельствах, – ответил мне Нибиру.

– Сейчас приведу себя в порядок. Но у нас есть еще информация от Шарасаны о том, что и для чего делали с Ишумом. Нужно с этим ознакомиться. Я не знаю, стоит ли это делать при Саргоне.

– Это разумно. Мы не знаем, что там есть. Поэтому сначала посмотрим мы, а потом, если будет что–то, что может повлиять на поиск Ишума, то покажем Саргону.

С однйо стороны, мне не хотелось видеть Саргона, но он мог помочь. Осталось только договориться. Без него я буду долго искать Ишума. Я старалась не думать о чувствах Саргона, меня беспокоил муж. Наверное, мне до сих пор казалось странным то, что он относится ко мне так же, как и Ишум. Саргон для меня чужой, да только смотрит он на меня, тем же самым взглядом, что смотрел муж. И это беспокоило, мешало бессовестно пользоваться его отношением ко мне.

Я включила кристалл памяти, полученный от Шарсаны, с информацией об измененных аннунаках.

Приятного там для меня было мало. Рептилоиды использовали другие расы для того, чтобы загонять в ловушку тех, кого они считали едой. Рано или поздно те, кого они использовали, тоже становились едой, и на их место вербовали новых.

А вот те, кто были изменены, те планировались ими для научной миссии. Рептилоиды понимали, что одно дело отлавливать одинокие корабли, а другое – нападать на планеты. Этого бы им никто не спустил. Планетарная оборона интересующих планет нанесла бы им слишком большой ущерб как в технике, так и в бойцах, поэтому проще было обработать сознание кого–то из дружественных рас, и запустить их с миссией заманивания в ловушки отдельных кораблей.

Рептилоиды точно не знали, где есть то, что они ищут. Поэтому каждый аннунак–шпион работал бы в одиночку. И вот когда законспирированный шпион выяснил бы, что искомое на конкретной планете, тогда можно было бы рисковать жизнями солдат и космическими кораблями, пытаясь захватить конкретную планету. Сама цель поиска как–то очень туманно была описана. Было два направления. Ишум был завербован для поиска архивов Тиамат и очень опосредованно для поисков сведений о самых древних расах вселенной: Сеятелях и Основателях.

Много лет назад такой завербованный аннунак поймал в ловушку Ишума, пообещав рассказать о судьбе Пасагги. С этого момента и началась постепенная обработка сознания Ишума. Пасагга был клоном Ишума, но в рамках культуры аннунаков – это считалось родством уровня родного брата. И вот этот самый Пасагга, как оказалось, принимал участие в эвакуации всего, что связано с Таимат с Земли. Поэтому и сбежал в свое время от Энлиля.

Открыто выступить со своей позицией он не мог, братья – Ишум и Хендурсанга не поддержали бы. А Энлиль либо убил бы, либо стер его личность. И вот на этот крючок судьбы клона поймался Ишум. Когда обработка сознания моего мужа достигла определенного уровня, то он покинул Мигир и направился к рептилоидам, там изменения были завершены. Рептилоиды изменили его не только ментально, но и физически. Но Ишум не был случайной жертвой, его выбрали из-за меня. Предполагалось, что он, являясь моим мужем, сможет у меня узнать подробности о Тиамат, которые не могли бы узнать другие.

Меня завербовать они не пытались, потому что их технологии были ниже уровня мощности воздействия таблиц Ме, мои способности так же очень мешали похищению. Заставить с ними сотрудничать путем обработки сознания они бы не смогли, а потери могли быть существенными.

Из этой записи я поняла, что рептилоиды прекрасно знали, кто я такая. Просто они не ожидали встречи со мной. И не верили, что мои способности могут нанести такой урон. Теперь их даже радует, что в свое время они не рискнули похитить меня.

Ученые, программировавшие Ишума, погибли, и информация о его маршруте утрачена вместе с ними. Но в качестве партнерского жеста мне, на всякий случай, передан код от сознания Ишума, произнеся который я смогу его отключить. Муж просто потеряет сознание.

Поскольку Ишума изначально подловили на информации о Пасагге, то рептилоиды поделились известной им информацией о том, где они последний раз отследили сигнал корабля Пасагги.

В конце Шарасана выражал надежду на сотрудничество, потому что им нужно найти то, что оставили после себя Основатели и Сеятели. А Тиамат в архивах имела какую–то важную информацию об этих расах. Ее эксперименты с темной энергией были как раз на основе знаний древних. Рептилоиды искали оружие. Вернее, средство, которое поможет им стать во главе всей вселенной.

И вот тут мне предлагалось принять посильное участие, даже обещалось, что со мной немного поделятся властью.

Меня не только не заинтересовали их предложения, но и насторожили. У рептилоидов и так слишком много жертв, а тут еще всемирное господство. Они весь разумный мир вселенной превратят в еду для себя. Эту информацию стоит делать достоянием всех разумных рас, и искать общее решение, направленное на противодействие их экспансии.

В любом случае, встреча с Советом мне была нужна. Ведь у рептилоидов остались завербованные представители иных рас, которые продолжат поставлять им разумных для еды. Договоренности, которые они со мной заключали, коснулись только аннунаков. И я не была уверена, что они продлятся дольше, чем проживет Шарасана. Новый правитель, мне казалось, вернется к прежнему.

– План немного меняется, Нибиру. Сначала Совет, а потом поиск Саргона. Свяжись с Советом и попроси созвать экстренное заседание. Сообщи, что вопрос касается рептилоидов, – распорядилась я.

Нибиру связался с Советом и передал им то, что я попросила. Через час со мной связались и предложили провести встречу через три часа, раньше не получалось собрать хотя бы шестьдесят процентов представителей от состоящих в Совете рас. Я не возражала.

Но пока Совет собирается, я вполне могу поискать Саргона на Сириусе. Вряд ли он оттуда куда–то делся. Там сейчас центр многих событий.

Сканер у нас работал, поэтому мы с Нибиру могли найти его без особых сложностей, если он там есть.

Саргона мы нашли с первой попытки. След ДНК обнаружился недалеко от научного центра, где проходили лечение аннунаки, возвращенные из плена рептилоидов. Я перенеслась в заданную точку координат.

– Привет, Анна, – поприветствовал он меня.

– Эн Саргон, приветствую, – произнесла с усилием я. Это просто пытка смотреть на него.

– Ты решила говорить официально? Ну что же, нин Анна, прошу прощения, что не сразу выбрал правильный тон и этим нанес невольное оскорбление, – с легкой издевкой в тоне произнес Саргон.

– Я не в словесные игры хочу с тобой играть, эн Саргон, – решилась я. – Предлагаю тебе участвовать в поисках Ишума вместе со мной.

– Сама не справляешься, нин Анна? – иронично спросил Саргон.

– Справляюсь. Но думаю, что с тобой, эн Саргон, будет все же быстрее. Появились кое–какие неучтенные изначально обстоятельства, – обтекаемо ответила я.

– С моей стороны не будет большой наглостью узнать о каких обстоятельствах речь, прежде чем я решусь принять или отказаться от твоего в высшей степени интересного предложения, нин Анна? – снова иронично проговорил Саргон.

– Я узнала, что Ишум подвергся коррекции сознания рептилоидами. Они попытались снять кодировку, но что–то пошло не так. Муж сейчас не управляем, но какая–то часть кода гонит его исполнять задачу. Какую именно – непонятно. Рептилоиды изначально программировали на поиск архивов Тиамат. Но сейчас неизвестно будет ли он искать Тиамат или Основателей и Сеятелей, или, вообще, начнет с поисков оружия для всемирного господства рептилоидов. Или я не знаю даже что. Но ничем хорошим это закончиться не может, потому что рептилоиды не мирная раса. И мирных созидательных задач ему в сознание они внедрить не могли бы, – выпалила я.

– А это уже серьезно. Старший брат всегда выбирал оптимальный путь к цели, – отметил Саргон.

– Так ты со мной, эн Саргон?

– С тобой, нин Анна. И мне показалось, что он добавил очень тихо то, что всегда говорил Ишум: "Я всегда с тобой".

– Ты что–то сказал?

– Нет, ничего, – с честным видом ответил Саргон.

Я так и не поняла, послышалось мне или нет.Видимо, игры подсознания, слышу то, что хочу. Но мне хотелось бы это услышать, ведь голос Саргона был точно таким же, как у Ишума. Как будто это сказал бы мне муж.

– Сейчас я направляюсь на экстренное заседание Совета, где расскажу о том, что узнала от рептилоидов, – сообщила я. – Если хочешь, то могу потом забрать тебя отсюда, эн Саргон, или назначай мне место, где мне тебя искать.

– Я с тобой. Я пойду с тобой, – ответил мне Саргон.

– То есть в Совет? – удивилась я. – А что тебе там делать?

– Я посмотрю на обстановку. Вдруг там будет что–то, что подскажет, нет ли там кого–то, кто в сговоре с рептилоидами.

– А с чего ты решил, что есть что–то еще про рептилодов?

– Я все же обладаю логическим мышлением. В моей памяти есть кое–что, что мне было не совсем понятно. Но сейчас все становится логично. Ишум был основательно обработан ментально.Ты притащила на Сириус кучу представителей разных рас, и все они в ужасном состоянии. Несколько аннунаков в медцентре поместили в отдельные палаты, к ним не допускают никого, кроме врачей и военных. Значит, в их сознании тоже что–то сдвинуто. А сейчас ты идешь на Совет, причем экстренный Совет. Значит, рептилоиды что–то затеяли, но одни бы они такого не добились. Значит, у них есть помощники. Или ты считаешь меня идиотом? Ишуму ты в разумности не отказывала, а я, получивший его матрицу личности, вдруг отупел?

– Ладно, пошли. Не будем терять время, – вместо ответа сказала я Саргону.

Я дотронулась до его плеча, и мы оказались прямо в зале Совета. Мы пока стояли в стороне и смотрели, как рассаживаются члены Совета. Потом Саргон куда–то ушел.

- Ему виднее, где лучше наблюдать, - подумала я и не стала ничего предпринимать.

Все, кто пришли, заняли свои места. Председатель Совета объявил тему экстренного заседания и пригласил меня в центр зала, на возвышение. Я должна была всем присутствующим рассказать более детально о произошедшем.

Я сообщила, что у рептилоидов сменилась власт, и теперь правит Шарасана. Они ищут архивы Тиамат, чтобы найти оружие древних Сеятелей или Основателей, чтобы завоевать всю вселенную. Что практически все расы, имеют завербованных рептилоидами представителей, которые направляют свой народ им как еду. Что те, кто мной был доставлен в научный медицинский центр на лечение, были забраны мной от рептилоидов. Если рептилоидов не остановить или не опередить, то они могут что–то найти. Например, им известно о портале Основателей на Жилли. О котором уже сообщала.

Я не стала говорить о том, что между мной, анунаками и рептилоидами заключен мир. Промолчала и о том, что о портале Основателей я узнала, ища мужа. Все вопросы об Ишуме вообще обходила стороной.

Члены Совета отнеслись к моим словам с большим недоверием. Нет, они не оспаривали очевидное: набитый представителями разных рас научный медицинский центр был более чем красноречив. Все, кто мог как–то говорить, все подтверждали, что их забрали из плена рептилоидов, куда они попали из-за обмана соотечественников. Но считать, что рептилоиды могут что–то найти об Основателях или Сеятелях – это было за гранью для понимания Совета. Никто не нашел, а они найдут?! Это был главный аргумент.

Все, что они решили – это уведомить свои планеты о том, что рептилоиды не всегда нападают сами, чаще действуют через своих завербованных агентов. Поэтому необходимо усилить бдительность.

Дальше слушать не стала – их дело, они предупреждены. Я вообще намерена искать Ишума. И пошла к выходу из зала Совета. Можно было бы исчезнуть, но я не хотела привлекать внимания. На полпути к дверям меня догнал Саргон.

– Я кое–что заметил, потом обсудим. Лучше бы нам сразу сейчас перенестись, – предложил он.

Ну, раз он так считает, то, может, я не права, что не захотела исчезать на глазах у всех.

– Тебе нужно что–нибудь забрать с Сириуса, эн Саргон? – спросила я.

– Нет, мои вещи все еще на твоем корабле, нин Анна, – ответил мне Саргон. И глядя, на мое ошарашенное лицо, рассмеялся.

Мое настроение тут же упало. Ишум так же смеялся. Увидев мое помрачневшее лицо, Саргон сразу же прекратил смеяться.

Мы перенеслись на корабль. Саргон ушел в свободную каюту.

– Нибиру, думаешь, стоит ему показать все, что у нас есть от Шарасаны? – спросила я. – Я уже что–то не очень хорошо понимаю, что правильно, а что нет. Нибиру, он вообще выбивает меня из колеи. И вот сейчас он засмеялся как Ишум. Он так напоминает того, кого я ищу и по кому так скучаю.

– Думаю, можно. Там нет ничего, чего нельзя было бы показать, – ответил мне Нибиру. – А что насчет похожести Саргона и Ишума, это один и тот же аннунак. Тебе придется как–то смириться с этим фактом. Заставь дать слово, что он к тебе не будет никаких симпатий сверх необходимого проявлять. Чисто деловой подход и никаких личных симпатий.

Когда Саргон пришел на капитанский мостик, то я уже немного успокоилась.

– Эн Саргон, у меня к тебе две просьбы, – начала я и замолчала, пытаясь сформулировать просьбу дать мне слово ко мне не приставать.

– Какие, нин Анна? – спросил Саргон.

– Я бы хотела, чтобы ты дал мне слово, что ты не будешь ко мне приставать и как-либо пытаться занять место Ишума, – наконец сформулировала я. – Что ты не будешь добиваться меня, эн Саргон.

– А что? Ты так боишься, что не устоишь перед лучшей версией Ишума? – с какой–то злой усмешкой спросил Саргон, подходя ко мне очень близко.

– Я не хочу никому делать больно, и в первую очередь, себе.

– Не бойся, в клятвах нет необходимости. Пока ты ломала вековые устои воинственных рептилоидов, я занялся этой никому ненужной любовью к тебе, перепавшей мне в наследство от Ишума. Прошел процедуру, которая приглушает чувства, как будто они давно в прошлом , оставляя после себя лишь легкую ностальгию.

Я почувствовала облегчение. Но и грусть почему-то тоже пришла. Я потеряла то, что мне не должно было принадлежать - чувства Саргона.

– То есть проблем не будет? – уточнила я. – Я не хочу тебя обижать. Мне нужно сотрудничество.

– Проблем не будет, – легко пообещал Саргон. – Что за вторая просьба?

– Посмотри, что нам с Нибиру передал Шарасана. Мне нужна твоя помощь, чтобы понять, куда Ишум направится. Ты... – тут я запнулась, но все же закончила: – Ты его лучше знаешь.

Я протянула оба кристалла памяти Саргону. Он их взял

– Я должен просмотреть их тут при тебе? – спросил он.

– Нет, но верни мне их. Там есть личное, – попросила я.

Саргон кивнул и ушел. Через некоторое время он вернулся и протянул мне оба кристалла, сказав:

– Я бы начал от рептилоидов, но, думаю, что это не самое разумное. Давай сделаем очевидно напрашивающийся шаг. Проверим координаты, где последний раз запеленговали Пасаггу. Был Ишум там или нет – не важно. Если мы найдем архивы Тиамат, то Ишум быстро найдет нас. А если был, то там будут подсказки, куда он ушел. Он наверняка оставит их лично для тебя. Даже обработка его сознания не вытеснила чувств к тебе полностью, и он будет подсознательно приближать вашу встречу.

– Хорошо. Сейчас направимся туда, – согласилась я.

Наш корабль я перенесла по полученным от Шарасаны координатам. Мы оказались созвездии Секстанта в открытом космосе. Вокруг было несколько планет.

– Сканер? – обратилась я к Нибиру.

– Запускай, – согласился Нибиру.

Мы методично запускали сканер, облетая каждую планету в созвездии. Ничего. На это ушла почти неделя. Но у части планет были спутники, которые мы почему–то сразу не проверили. И все началось по новой. Наконец, у одной из планет под названием Маш, мы нашли спутник, который подал сигнал в сканере. Отчет выдал несколько мест, где была выявлена ДНК Ишума или Пасагги.

Когда мы облетали вокруг спутника, то видели, что спутник необитаем и так же, как и основная планета, был покрыт толстым слоем льда.

– Эн Саргон, ты останешься на корабле или пойдешь со мной? – спросила я.

– А Ишуму ты бы задала такой вопрос? – резко поинтересовался Саргон, а я опешила.

– Ты не он. И не воспринимай все в штыки. Если со мной что–то случится, то ты не сможешь вернуться на корабль. Я же переношусь без помощи техники, – тихо произнесла я.

– Я возьму катер. Он предусмотрен в этом корабле, –так же резко ответил Саргон. – Встретимся в точке, которая указана в отчете под первым номером.

После чего покинул рубку. Наш с ним разговор оставил неловкость и неприятный осадок, как будто я его оскорбила. Первым порывом было попросить у Саргона прощения, но это желание я подавила.

- Ушел, и ушел. То же мне, какой обидчивый. И главное, на что? - на смену неловкости пришла злость. - Ни за что извиняться не буду. И не стану спрашивать почему он так себе повел. Как будто сцену ревности к Ишуму закатил. Мне все равно, даже вида больше не покажу, что он меня смущает.

Надев скафандр, я перенеслась на спутник планеты Маш. Саргон уже был там. Никаких признаков пребывания кого-либо здесь не было. Лед, темное небо и звёзды. А еще оглушающая тишина.

– Что он тут делал? – спросила я Саргона, делая вид что никакой размолвки между нами не было. – Я о Пасагге.

– Не знаю. Может, от кого–то спасался? – полувопросительно, полу–утвердительно ответил Саргон, внимательно всматриваясь в мое лицо, словно ища там что-то.

– Эта конкретная планетарная система необитаема. И мы очень далеко от Земли. Если он тут прятал что–то из архива Тиамат? В созвездии Секстанта вообще всего несколько обитаемых планет, и они в других планетарных системах, – задумчиво произнесла я. - Тут бы долго искали.

– Вряд ли он тут что–то прятал. Слишком низкие температуры. Если бы речь шла только о теле Тиамат, то тут бы было можно что–то спрятать, а вот для информации нужна другая температура. Здесь все бы вышло из строя рано или поздно. Он ведь прятал не для того, чтобы вообще никогда не нашли, а чтобы нашли, когда надо будет. Поэтому природные условия тут не подходят. Но узнать, что он тут делал нужно, – сказал Саргон, слегка разочарованно отворачиваясь от меня.

Мы еще немного походили вокруг, а потом перенеслись в другую точку координат. Я решила лететь в катере вместе с Саргоном. Пейзажи этого спутника очень сильно навевали мысли об одиночестве, и мне хотелось сейчас хоть какую–то живую компанию, даже Саргона. Третья точка была так же недалеко от второй, и мы договорились дойти до нее пешком, если условия позволят. Например, не будет пропастей или ледяных гор. Пока катер вёз нас в заданную точку, я изредка ловила на себе взгляд Саргона. Он молчал, и я молчала.

Когда мы прилетели на место, то увидели небольшой корабль рептилоидов. Он был потрепан и частично вмерз в лед. Мы насторожились. Вряд ли рептилоиды, которые могут там находиться, в курсе, что аннунаки заключили мир с их расой, и что сейчас рептилоиды не могут нападать на них.

Я накинула энергетическую сеть для защиты на Саргона. На себе я тоже ее активировала. Саргон еще не видел, как вживую выглядит моя энергетическая защита. Все что он знал, это было из памяти Ишума, поэтому в первую секунду он дернулся, но сразу успокоился, увидев знакомые только в теории черно–золотистые ячейки. Он попытался до них дотронуться, но его рука ничего не ощутила ничего, кроме приятного тепла.

- Она обретет плотность при непосредственной угрозе, - пояснила я ему. - Двигаемся дальше, во внутренние помещения корабля?

Он кивнул в ответ и улыбнулся.

Дотронувшись до Саргона, перенесла нас внутрь корабля рептилоидов. Все равно мы не знали, как именно открыть их корабль. Нибиру подсказал, где там находятся подсобные помещения, и мы перенеслись туда, чтобы нас не сразу обнаружили, если есть кто–то живой. Корабль изнутри выглядел очень потрепанно и старо. Как будто катастрофа была много, очень много сотен лет назад.

Корабль оказался пуст. Только аварийное освещение горело. Нибиру вел нас по коридорам к капитанскому мостику. В тишине были слышны только наши шаги. Когда мы проходили мимо отсека, где были модули гиперсна, то на его двери, мы заметили следы чего–то темного.

– Нужно проверить, – сказал Саргон.

Мы переместились внутрь, не открывая двери. Все модули гиперсна были пустыми, кроме двух. В одном из них лежал мужчина, в другом – женщина. Тот, где был мужчина, мигал и, похоже, не работал, а тот, где была женщина – еще функционировал.

Мы подошли ближе.

– Пасагга. Мы его нашли, – произнес Саргон, глядя на мертвого мужчину.

Да, он тоже был похож на Ишума. При жизни мужчину ранили. На одежде Пассагги были темные следы крови. Сложность ранения я оценить не могла. Голова мужчины была повернута так, чтобы он мог видеть капсулу, где лежала женщина.