- -
- 100%
- +
— А какой-нибудь суперсилой ещё обладают варежки? — Волеку было и боязно, и любопытно.
— С их помощью можно легко подружиться с людьми и животными. Если их перехватит Настька, то она сдружится с рыцарями и облапошит защитника в шкурах!
«Жалко Виршу. Он добрый, а ему все хотят сделать больно. Почему люди хотят делать больно другим?»
Волек нагнулся и заглянул в недра темноты.
«А если там предводитель динозавров? Или чердачная ведьма? Даже пальцы на ногах затряслись. Не хочу лезть в темноту. Алина всё придумывает. Лучше закрыть глаза и представить, что ничего не существует».
Щёлкнули металлические замочки, и вновь мягкая ладонь потянула за собой. Волек едва успел пригнуть голову, чтобы не врезаться в край вентиляционного хода.
Хихикая, девочка уводила вглубь. Шарф плыл за ней, собирая пыль.
— Ой, тут заперто. Разворачиваемся.
Но позади загудело, пошли вибрации, замигало синее свечение.
— Зимний паук! Он нас проглотит и переварит в паутину! Его прислал один из суперзлодеев.
В трубе эхо девичьего голоска оглушило Волека, и, едва заметив синие отблески, он запаниковал, быстрее пополз вперёд и наткнулся на Алину, которая даже немного улыбнулась.
Светожужжание приближалось.
— Друг, возьми шарф! Кинь в него! Пускай монстр подавится!
Выстрелив в зимнего паука мягким снарядом, Волек упал на спину, толкнул Алину, а та выбила решётку. Вдвоём свалились в комнату, выкрашенную в белый цвет.
— Мы победили, друг! Теперь мы настоящая команда!
Услышанное пробудило в Волеке непонятные чувства, схожие с ощущением тёплого одеяла в холодную ночь, но в тысячу раз приятнее.
«Только шарфика с фиолетовыми точками больше нет с нами… А где мы?»
Холодильник, обеденные столики, пластмассовые кресла, несколько микроволновых шкафов и закипающий чайник, а рядом с ним полненькая тётя в халате. По помещению витали ароматы домашней еды.
«И нигде нет ни кокрика, ни варежек. Несчастье — большое ненастье».
— Матушки небесные! Вы кто такие и откуда? — женщина помогла детям встать. — Как знала, что сегодня кто-то здесь появится. Недаром вчера пакет с варежками нашла.
— А мы как раз их ищем! — воскликнули они вдвоём.
— Я их положила у той полочки, но сегодня они исчезли.
— Как так? Неужели Настька обогнала меня? Да как она посмела! Но ведь я спешила, сопротивлялась и сражалась! А мой друг чуть не пожертвовал жизнью, чтобы отбиться от ледяного ужаса!
— Не расстраивайтесь, дети. Всё найдётся в наших жизнях. Хотите супа мясного с салом и зеленью? Сейчас разогрею.
Девочка скривила лицо.
Волек заглянул в шахту. Кусочек шарфа сполз с той стороны и исчез.
«Зимний паук утащил шарфик. Как его вернуть Алине?»
— Хотите посмотреть на стримеров вживую? Как раз идёт съёмка реакции блогера на судьбу Усаши Вороновой. Слышали о такой девочке? Эта изменница хотела убить Юманиту и прекратить строительство чуда света.
Алина ткнула Волека в бок до того, как он успел произнести хоть одно слово.
Они втроём прошли в соседнее крыло, где играла музыка, мигала разноцветная подсветка, группы людей спешили по взрослым делам с серьёзными лицами.
— Съёмка музыкальной паузы. Больше улыбок. Больше задора. Укладываемся в один дубль, иначе всех лишу премии. Приготовились. Начали!
Мужской голос из рупора показался Волеку ужасающе страшным.
Тётя остановилась и строго объяснила:
— Дети, вам по правилам сюда нельзя, но пусть это будет компенсацией за варежки. Или как подарок. Любите подарки? Можно встать на стульчики и заглянуть за ширму, только ведите себя тихо. Возьмите по ароматной печеньке, а я пойду в комнату отдыха. Не шалите! А то Юманита вас накажет!
Волек и Алина взобрались на стулья и подбородками упёрлись в край ширмы.
На сцене плясали девушки из раздевалки. Мужчина, державший в руках рупор, говорил в микрофон. После танцев сцена развернулась и перед камерами оказался парень, сидящий за большим компьютерным столом, вокруг которого искрились пёстрые наклейки.
— Готовность две минуты. Псач, сценарий перед тобой. Действуешь строго по плану. Развлекай. Смейся, рассказывай истории, зачитывай идиотские комментарии из чата. Готовность минута. Затем переходи к теме, но не переставай играть. Смертная казнь — это неизбежно, это правильно, это признак высокого развития. Больше эмоций, меньше фактов. Приготовились. Начали.
«Вновь говорят про казнь! А если мама отдаст им меня за то, что не сдам экзамены? Ради развития…»
Стример с лёгкостью согласился со всеми требованиями и с улыбкой поприветствовал зрителей.
Шок от увиденного и быстрые колкие мысли сковали мальчика. Внутренний страх перед смертной казнью столкнулся с шуточками Псача и ощущением неминуемого наказания за все проступки.
«Они обо всём узнают! И про чип-паспорт, и про краденных роботов с чердака, и про штаб в закусочной».
Волек зажмурил глаза, закрыл уши руками — и потерял равновесие.
Ощущение полёта не прервало мыслей о наказании. И в этот раз он не успел сгруппироваться и смягчить падение.
— Откуда шум? Стрим на паузу. Девок на сцену. Разберитесь, что происходит.
Девичья рука мигом дёрнула за куртку. Боясь, как бы кусок ткани не остался в пальцах у Алины, Волек вскочил. Под крики взрослых, они с подружкой понеслись к лифту, пыхтя и сопя.
Алина, первой оказавшись у кнопки вызова, со всей силы по ней стукнула. У Волека от спешки зажгло в груди, заболели зубы и перехватило дыхание. Подъехала большая стеклянная кабина, створки разъехались. Прыжок, нажатие на кнопку, и дети уже спускались на первый этаж.
— Они нас не поймали! И мы увидели настоящего стримера! Я на тебя больше не обижаюсь, друг.
— У меня над бровью шишка. Дома обязательно накажут.
— Заживёт быстро, не переживай. И шишка едва заметна. На улице снегом натрём, и она совсем рассосётся.
— И мы потеряли шарф… — Волек не сдержал слёз.
— Не грусти. Приглашаю тебя на моё выступление в театре. Я настоящая актриса. Честно-честно. Встретимся в четверг в доме творчества и порадуемся нашим приключениям.
— И-и-и мы не нашли-и-иии варежки-и-иии… А-а без них ты-ты не позовёшь кокрика.
— Ты прав, но я продолжу выискивать артефакты Виршу. И шарф больше нам не видать, но благодаря ему мы спаслись от зимнего паука. Меченосец нам помог. Я не унываю. И ты не унывай.
Команда через ту же металлическую дверь, открывающуюся гавканьем, вернулась во дворик. Воспитатели с огромной радостью приняли Алину в свои руки.
«Алину любят. Гладят по шапочке. Её веснушки радуются заботе».
Решив избежать ненужного внимания, Волек натянул шапку на брови и побрёл искать кокрика, удивляясь, как быстро солнце закатилось за крыши домов.
«Алина — настоящая актриса. Увидеть бы театр и выступление. Но мама не отпустит».
Шишка над бровью ныла сильнее. Мальчик приложил к ней снег, но прикосновение вызвало жуткую боль. Мокрые пальцы от зимнего ветра стали нечувствительными. Растирая ладонь о куртку, чуть не оторвал пуговицу. Вновь наматывая нитки, почувствовал в нагрудном кармане сокровища, которыми бы не пожертвовал ради спасения от паука.
Поиск шёл задумчиво и растерянно. В соседнем дворе веселилось культурное общество, куда не пускали детей, а в следующем развернулся цветочно-тепличный магазин. Обойдя заведение, Волек наткнулся на худого запуганного кокрика, прятавшегося под двигателем обогревательной установки.
Не веря удаче, мальчик попытался ухватить зверька, но тот ловко отпрыгнул. Ещё несколько попыток закончились с тем же успехом. Возможно, на какой-нибудь раз и получилось бы схватить кокрика, но появившийся откуда-то человек с буквой «ш» на груди зашугал животное, которое, почувствовав серьёзную угрозу, упрыгало на двигатель, а затем на крышу магазина.
Штеп кинул вслед снежок и вернулся к смеющимся товарищам.
«Вот и всё…»
Волек окончательно расстроился, едва находя силы, чтобы стоять на ногах.
— Эй, мальчик, хотел кокрика погладить? — на выходе из двора незнакомый мужчина, одетый в шапку-ушанку и пальто, обратился к Волеку. — Штепы Обручева — бездельники и хулиганы. Не водись с ними. А кто тебе шишку поставил над глазом? Подрался?
— Случайно упал.
— Я знаю про случайности. Хочешь, погадаю, расскажу о том, что случится в будущем?
Испуганно мотнув головой, Волек отстранился.
— Конечно, зарабатываю на жизнь немного. Но для тебя предскажу бесплатно. Не люблю видеть грустных детей. Садись на раздвижной стул, я открою смарт, и мы начнём. Мне нужна практика, а от тебя не убудет. Не паникуй, если крикнешь, половина города сбежится. Бояться нечего.
Они уселись друг напротив друга. Мужчина включил смарт и запустил программу, название которой Волек не успел прочитать.
— Чтобы сделать точное предсказание, необходимо твоё имя.
— Мальчик.
— Принял. Процесс запущен. А сколько тебе лет?
— Я не помню.
— Вот как!? — поразился мужчина, вглядываясь в мальчика. — А идею для жизни Юманита выдала?
— Нет.
— Принял. Не сдал экзамены? Как хочешь, не суюсь, твоё дело. Нужно подождать обработку данных.
Волек заинтересованно смотрел на кружащиеся стрелочки, не отвлекаясь на происходящее вокруг.
— Стрелочки исчезли. Появились картинки.
— Верно. Я вижу опасность, которая исходит от чего-то неясного, расплывчатого, чужого. И ты не сможешь защититься.
— Почему? Не хочу опасность, — Волек отшатнулся, чуть не упав со стульчика.
— Видишь, нити идут из воды к большому зданию? Юманита не хочет твоего счастья. Она попытается тебя обмануть. Но я могу придумать способ, чтобы уберечь тебя от опасности.
— Вижу ещё много чёрных теней, — мальчик сглотнул. — На следующей картинке их ещё больше!
— Правильно. Видишь маленькую белую фигуру, которая стоит над тенями, а снизу будто другая фигура, но закрашенная серым?
— Да-да, вижу. И что мне делать?
— У меня в мастерской есть специальные амулеты, которые защитят от теней и от Юманиты. Если согласен, то могу подвезти и подарить один?
— Друг, ты где? Мальчик с перевёрнутой шапкой! Друг, отзовись!
По голосу Волек узнал Алину.
— Я тут, Алина!
— Не кричи, мальчик, — мужчина нагнулся ближе. — Это не тебя ищут. Если будешь сидеть тихо, то я подарю тебе амулет для защиты. Потерпи немного. Давай зайдём в магазин, посмотрим на цветы? Или попытаемся заглянуть на крышу и найти кокрика?
— Друг, ты кое-что потерял!
— Иди сюда, Алина! — продолжил звать Волек.
— Что же ты такой глупый!
Алина вбежала в переулок, сопя и продолжая кричать. За ней шли двое взрослых.
— Нашла! Я его нашла!
Предсказатель выхватил стул из-под Волека, попятился назад и споткнулся о своё сиденье. Прибежавший мужчина с воодушевлением наскочил на дезориентированного предсказателя. Завязалась борьба, шапка-ушанка полетела вверх и застряла в прутьях балкончика.
Рыжая шапка и какао-глаза сверкнули над Волеком. Смеясь, девочка щёлкнула его по лбу и потянула за руку.
— Вставай, друг. Ты потерял чип-паспорт! Точнее, я его забыла тебе отдать.
— Спасибо.
Отряхнувшись, Волек забрал чип и спрятал его в нагрудный карман. Стесняясь выразить эмоции, увёл взгляд с радостного веснушчатого лица девочки к борющимся, где прибежавший мужчина одерживал победу, скручивая ремнём руки проигравшего.
Алина наклонилась к снежной линии у края дома, чтобы вытащить пушистый предмет.
«Это заболевший кокрик?! Нет, варежка. Неужели, та самая? Веснушки засияли огнём на её щеках. Ой, не смотреть!»
Варежка с фиолетовыми точками по цвету точь-в-точь совпала с шарфом с чердака. Девочка с изумлением разглядывала находку, убирая снежинки. Ойкнув себе под нос, наклонилась к поваленному мужчине и тоненькими пальцами выхватила из кармана его пальто ещё одну шерстяную находку.
— Я нашла их, друг! Варежки с суперсилой!
Женщина, похожая на Алину, только взрослую и без рыжей шапки, приблизилась к детям.
— Дочка, в следующий раз нужно объяснить маме и папе ситуацию, а не бежать и кричать на всю улицу. Ты ведь нас позоришь! Роман, что ты там возишься с каким-то бездомным? Ещё не хватало болезней от него подцепить.
— Анна, я его поймал, это тот похититель детей, о котором все говорят.
«Предсказателю больно. Его пальто сильно испачкалось».
— Я не маньяк, не похититель! — завопил тот, дёргаясь. — У меня лицензия, выданная Юманитой! Я ни в чём не виновен! У меня пройдены курсы! Документы в машине, отпусти, и я их принесу!
— Размечтался, так тебе и поверил. А не ты ли тот самый Макаров, который скрывается от закона? Всё сходится: язык у тебя подвешен, город знаешь на отлично, связей достаточно.
— Я не Макаров!
— Сопротивляйся ещё, тем крупнее будет награда для меня. Как ловко ты обманул камеры Юманиты, маскируясь под возрастного маньяка-сумасшедшего!
— Отпусти! Я не виновен! Я торгую амулетами!
— Побереги объяснения для гвардейцев.
Обмотав лицо предсказателя своим шарфом, чтобы заткнуть тому рот, Роман уставился в смарт. Женщина раздражённо взмахнула руками.
— Так уж и все говорят, Рома? Нам придётся ждать приезда гвардейцев? А отвезти на репетицию Алинку успеешь?
— Знакомься. Это мама Анна и папа Роман, они очень заняты днём, поэтому за мной присматривают воспитатели.
Волек ощутил давление в груди, когда соотнёс в голове, что высокий и крепкий мужчина Роман — это отец Алины, а женщина с меховым кругом на шее — мама Алины.
«У Алины настоящие родители! Умные, богатые, красивые!»
— Если бы они за тобой присматривали, то ты бы не крала у чужих детей вещи. Отдай вещь. Мальчик, прошу прощения за невоспитанность дочери. Нам дома предстоит серьёзная беседа. Слышала, Алина? Останешься без гуляний!
Девочка скривила лицо, отвернулась от мамы, подмигнула Волеку и тихо обратилась к нему:
— Вызовем тебе кокрика для путешествий?
— Да-да-да.
— Алина, не приставай к мальчику. Юманита ещё не выдала тебе идею, чтобы знакомиться с мальчиками. А куда делась моя косметичка? Не могу найти в сумочке. Я же не могла оставить дома?
Не обращая внимания на разговор, нацепив варежки, девочка широко махнула руками.
«Волшебство, она творит волшебство! Закончила? Где кокрик? Ничего не изменилось?»
Повторные взмахи ни к чему не привели. Алина вздохнула и растёрла щёки шерстью.
— К сожалению, заряд пуст. Но я попытаюсь восполнить его.
Папа Алины громко сообщил о вызове гвардейцев и несколько раз повторил, что именно он поймал маньяка, за которым охотилась и не могла отыскать Юманита.
— Алина, езжайте с мамой в театр на репетицию без меня. Передача преступника, оформление документов, интервью, фотосессия — это затянется надолго.
— Рома, ты в своём уме? Какое интервью? Какие сессии? У твоей дочери важная репетиция через сорок минут.
— Ты самая наблюдательная, моя любимая. Перенесём интервью на другой день, как раз будет время подобрать костюм, сходить к визажисту. Мальчик, иди, здесь ты нам не нужен. Тебя уже дома заждались, правда? Алина, где твои манеры? Как следует прощаться?
Девочка подогнула ножку и наклонила голову. Волек махнул в ответ, шапка съехала на брови.
— Ухожу. До свидания.
— Не грусти, я тебя за всё прощаю. То есть за просто так забываю о плохом. Будто одолжила самую любимую книгу, а ты её потерял.
— А это…
— Да.
— Пока, Алина.
«Чарующие родители. Заботливые, добрые. У меня таких нет».
Захотев ещё раз увидеть шапку-ушанку, Волек поднял взгляд: на балкончике животное с длинными ушами жевало головной убор.
«До тебя можно добраться лишь по шее диплодока. Варежки чуть-чуть сработали».
С тяжёлым грузом внутри мальчик побрёл к городским оживлённым улицам.
Закатное марево исчезло. Зато непрекращающаяся стройка освещала вечерний город.
«Кокрика не нашёл, билет не купил. Придётся возвращаться домой. Страшно. Может, ещё успею попроведать Кирпичика, а то мальчики с гвардейцами могли напугать бедняжку».
За прошедшее время остановки украсили праздничными гирляндами и обновили программы на экранах. Электронный зайчик на экране мог выстроить путь и найти нужный автобус. Взрослые пользовались навигацией, а Волек опробовал голосовой ввод. Пушистый зверёк высветил номер и трассу на карте города.
— Спасибо, зайчик.
В салоне Волек увидел рекламу городских кафетериев.
«Забыл про „Де Миранд“ и про самый лучший горячий шоколад. Утром у зайчика спрошу маршрут до кафе, а затем поеду на вокзал. Новые украшения на домах! Необыкновенно красивые фигурки на крышах! Как бы их птеродактили в свои гнёзда не унесли!»
Мальчик вышел на остановке около школы. Её корпуса соединялись между собой будто огромными прищепками. В них располагались переходы над дорожками и зоны для отдыха.
«В школе около входа до сих пор висит большущая картина с космическим кораблём. Но космос — это страшно. А Настька не побоялась улететь. В прищепках, в зонах отдыха, сейчас тепло и безопасно. Здания украсят к празднику, объявят конкурс на лучшую историю и рисунок. Можно нарисовать? Можно участвовать в конкурсе тем, кто не сдал экзамен? Лучших учеников за полугодие наградили значками на одежду с изображением этого корабля. Престижно. Их уважают. Значок тяжело заслужить».
Маленькие снежные искорки закружились над головой. Дроны-доставщики спешили по адресам. На экранах суровое мужское лицо мигнуло и исчезло. Возник радостный Псач и запел. По бокам трансляции закрутились девушки на коньках. Увлечённый зрелищем, Волек не заметил, как пролетело время. На школьных табло показались картинки сонных зверят и буквы в рамках. В корпусах кто-то бегал, а может, просто мелькали тени от дронов.
«Другим в прищепках скучно, а мне хорошо, меня там не задирают. И разрешают посмотреть в окно на экраны с трансляциями. Ой-ой, пошла волна из огоньков!»
Поразившая мальчика гирлянда обвила корпуса и подходила к огромной старой сосне. Несколько минут Волек разглядывал бегущую волну. Когда мороз закусал пальцы, пришлось идти к Кирпичику.
«А ещё смогу научиться рисовать? Если попросить Юманиту научить меня, то что получится? Наверное, понадобится много фломастеров. Но если подарят специальный планшет, то бумага и фломастеры не нужны».
На ближайшем большом экране запустилась трансляция. Стример объявил о начале грандиозного праздника и что Юманита разослала каждому жителю города особые задания, сцены и идеи для гуляний и празднований.
«Когда приду домой, мама скажет, какое задание выпало мне!»
Размечтавшись о вариантах, мальчик сошёл с тропинки и некоторое время брёл по очищенному двору, а затем оказался на ответвлении дороги, над которым лишь вдалеке светил, и то едва, фонарь.
Из-за дома вылетел светлый огонёк, будто маленькая ракета, послышались крики. Неизвестная природа внезапных перемен испугала Волека и заставила замереть в тёмном дворе, потеряться в собственных ощущениях. Время шло, а ощущения ничего дельного не сообщили.
«А где я? В какой стороне мой дом? Заблудился. Сейчас бы запрыгнуть на сучжоузавра и помчаться по дворам. Его тёплые перья согрели бы хорошо».
Побродив у дома, Волек в очередной раз набрёл на развилку с тем тусклым фонарём. На противоположной стороне около машины возился и пыхтел тёмный силуэт. Пролетел дрон. Маленький салют на дальней улице отвлёк силуэт. К салюту пронёсся транспорт с мигалками.
«Случится что-то плохое, случится что-то плохое. Нет идеи — Юманита не защитит от плохого силуэта. Отец и мама не защитят. Алина не успеет прибежать. Сучжоузавр мог бы толстым клювом смять или отогнать опасность! Но его нет рядом».
Салют прекратился. Возле машины вновь закипела работа.
Волек почувствовал движение немой холодной темноты: кажущийся безобидным сугроб двинулся к подозрительной машине, к излучающему опасность силуэту. Закрыв рот руками, Волек, не моргая, следил за таинственным перемещением.
Включился рекламный экран. Лучи света испарили сугроб и проявили силуэт. Мужчина с проседью заталкивал в багажник нечто объёмное. Наружу вывалилась нога.
Глава 8.
Пристрелочный выстрел
(среда, 24 горзэма)
Я внимательно рассматривал детали модели, ещё не зная, купить ли их сейчас или выждать лучшего момента. В руках малый летательный аппарат казался прочным, выполненным из дорогих материалов.
Но достаточен ли процент нужного металла в сплаве для моих экспериментов?
Утром в магазине Эндрея Юрова было малолюдно. Погружённый в свои мысли хозяин распродавал остатки партии квадрокоптеров, которые доставили только вчера. Заношенный мятый пиджак, морщины — линии истории, судьбы и опыта — выдавали его возраст. Только дочь делала его моложе. Наверное, Эндрей участвовал в Химической войне, но о таком стало немодно говорить. Юманита выдаёт лучшие идеи тем, кто забывает прошлые обиды и тяжести. В движениях глаз Юрова и в том, как он ставил ноги при ходьбе, читались привычки из тех жутких времён. В мирный цифровой век Юров явно хотел бы внести весь накопленный багаж, но Юманита такое не одобряет.
Под потолком висел экран с трансляцией круглосуточных новостей. Звук отключён. По крупным субтитрам прочитал о зазубренных тенях, досаждающих людям в южных районах города. Врач из Казаркевичей объяснял галлюцинации недостатком сна, нервными расстройствами и пристрастием к кофеину. По его словам, приближающееся открытие чуда света для многих выливается в большой стресс: люди боятся последующей безработицы и потери важной идеи, ради которой сейчас живут. Хозяин магазина на такие новости внимания не обращал.
Скукожила тебя жизнь, Эндрей. Без дочери каждый день — словно месяц. И проблемы клиентов больше не хватают за душу. Я вижу, как то косишь глазом в сторону детского уголка, где лежат её любимые игрушки, то поглядываешь под кассу, где спрятана фотография Райды. Образцовый отец. А моя дочь росла без примерного отца, зато всегда в достатке. Понимает ли Октябрина, что красивая обёртка, созданная отцом, — это…
— Пимен Михайлович, доброго утра. Отличное пальто! Мы же договорились, что вы сообщаете мне о своих внезапных перемещениях, если таковые случаются.
— Игорь, здравствуй. Откуда ты тут? Позвонил бы на смарт — и волнения бы завершились, не начавшись.
— Ваша жена приняла звонок и накричала на меня.
Я сунул руку в карман, тот оказался пустым.
— Вот ваш ифтейс, — он вложил мне в ладонь прибор. — Передала через дрон. А до этого мне пришлось выслушать лекцию о правильном сне, здоровом завтраке и бестактном муже, оставляющем свой гаджет дома. Пимен Михайлович, какая нужда заставила вас встать в тёмную рань и оставить дома такую прекрасную жену?
— Следи за языком, Игорь. Решил успеть посмотреть на квадрокоптеры. Редкие модели. Осталось несколько штук.
— Эндрей Ивукович, доброго утра. Как самочувствие? Держитесь? — с участием поприветствовал Юрова Игорь.
Хозяин магазина кивнул и махнул рукой, скривив мину.
— Сочувствую вашему горю, Эндрей Ивукович.
— Можно просто Эндрей. Здесь все свои.
— Договорились. Не терзайте себя, Эндрей, обратитесь к врачам. В городе работают высококвалифицированные специалисты… Кстати говоря, про врачей, Пимен Михайлович, — Игорь повернулся ко мне, — не забыли утром выпить лекарство? Ваша жена мне успела рассказать, как полощете мозг в последние дни жалобами на сердце. Какое-то побочное действие? Или Марпа в очередной раз выдумывает небылицы?
— Просто много волнуюсь, Игорь.
— Надо действовать, а не волноваться. Казаркевичи обскакали нас. Их Рыболовлев, словно шулер, выкидывает на стол козырные карты, — он чуть разочарованно прицокнул. — Ещё ничего не потеряно, пока мы не вскинули лапки. Ваш помощник по лаборатории выдвинул идею о новом способе введения препарата и сканирующего чипа. Необходимо сегодня же обсудить с ним метод и дать заключение. Если идея реализуема, то я начну искать людей для операции такой сложности.