Проклятие: истина

-Слушай, я тебя не понимаю! - парень взорвался в ответ, - То ты мечтаешь, чтобы я заткнулся и оставил тебя в гордом одиночестве, то набрасываешься на меня за то, что я стараюсь тебе не мешать!

-Ты бы и не оставил, если бы я не проронила тех слов о своей семье! Всё это казённое сочувствие и растерянность мне уже давно стоят поперёк горла! Да, я потеряла отца, дядю и практически мать, неужели это меняет твоё ко мне отношение? Не хочешь бередить старые раны? Ты этого и не сделал, я вспомнила бы о случившемся и без тебя! Боишься сказать что-то не так, сделать мне ещё больнее? К боли я привыкла и оставила всё в прошлом, так что хуже ты мне уже не сделаешь. Этот город для меня настоящее освобождение! Здесь нет никого, кого бы я знала или теряла, здесь я должна заботится исключительно о своём выживании!

Илья замер, слушая меня. Когда я закончила и, резко развернувшись, поспешила к выходу из рынка, парень нагнал меня и быстро, горячо заговорил:

-Прости, если сделал не то, что было тебе по-настоящему нужно. Я тоже терял близких и тоже знаю, каково это - нести ответственность на свои плечах. Я понимаю твою ненависть к обсуждению чёрных полос в жизни, но я всегда считал, что если уж пришлось поднять эту тему, так нужно как можно скорее её замять и оставить человека в покое! Скажи, что мне делать, и я постараюсь вести себя так, чтобы тебе было комфортно, но мне было бы приятно, если бы ты ответила мне тем же! Хочешь ты того, или нет, но сейчас мы - союзники, а союзники должны найти компромисс для оптимального сотрудничества!

-Хорошо, - бросила я, проходя через очередной пустой прилавок, - Постараемся найти компромисс.

Изнутри мен обжёг стыд. Илья так искренне и взросло отреагировал на мою тираду, что я окончательно стушевалась.

-Может, они на самом деле здесь, - тихо сказал Илья, - В этом самом городе.

Внезапно откуда-то с земли метнулся небольшой чёрный силуэт. Животное размером с кошку выскочило из-под прилавка и бросилось на меня. Я отшатнулась, и существо пролетело мимо, ударившись о противоположный прилавок. Оно тут же вскочило, расправило небольшие чёрные крылья с длинными шипами на концах и вновь кинулось на меня. Я успела разглядеть угольно-чёрное оперение, вытянутую морду со злобными жёлтыми глазками и длинный тонкий голый хвост. На его конце тоже виднелось нечто вроде шипа или нароста. Существо подлетело ко мне, собираясь резануть острыми шипами на крыле, но кинжал Ильи настиг его раньше. Лезвие широко махнуло перед мордой твари, и та с пронзительным визгом вильнула вправо.

-Ещё двое! - крикнула я, увидев, как из пустой коробки и проломе в досках, закрывающих дверь харчевни, появляются ещё две твари. Я бросила нож в одну и попала. В агоническим воплем существо повалилось на землю, задёргалось в конвульсиях и замерло. Воронин бросил на землю мешок с провизией, и я выхватила оттуда бутылку, намереваясь наотмашь ударить вторую тварь. С крыш и брезентовых шатров спикировали ещё трое. Илья снял двух точными ударами кинжала, и они вдруг рассыпались в ничто, будто в видеоигре с прекрасным разрешением, а я оглушила одну ударом бутылки. Последнее существо бросилось на Илью сзади и полоснуло его по руке шипом на крыле. Парень вскрикнул, обернулся к созданию и отбросил того к лавке. Влетев в деревянную стену, существо распластало крылья и рухнуло на пыльную землю.

-Чёрт, - выдохнул Илья, зажимая внушительную алую полосу на руке и оглядываясь вокруг, - Нас о таком предупреждали?

-Нет, - бросила я, тоже лихорадочно крутя головой, и вдруг заметила вдали лавку, торгующую тканями. Насмешливо пёстрые тряпки виднелись на фоне потемневшей от времени деревянной стены в нескольких метрах от нас. Увлечённые поиском еды, а затем мыслями о произошедшем убийстве, мы совершенно не обратили на это внимания. Поспешно сунув уцелевшую бутылку обратно в мешок, я бросилась к лавке, сорвала несколько кусков ткани и вернулась к Илье. Быстрыми движениями сделав тугую повязку чуть выше раны, я наконец глубоко выдохнула.

-Какие милые зверьки, - отметил Илья, бледнея на глазах, - А главное, какие дружелюбные! Кажется, твоя тяжёлая аура сделала их немного нервными, ты не находишь?

-Идти можешь? - спросила я, теряя терпение от его извечных шуточек.

-Ну, на руках я и раньше-то ходить не умел, - не удержался Воронин, - Но ты права, лучше бы поскорее убраться домой.

Дальнейший путь мы проделали не так быстро, как мне бы того хотелось, но примерно через двадцать минут подошли к знакомому строению. Я с усилием распахнула дверь и вошла в комнату. Смочив оставшиеся тряпицы остатками воды из графина, я вновь сделала Илье перевязку и, даже не вслушиваясь в его протесты, приказала выпить воды и лечь на диван. Послышались тихие по-кошачьи осторожные шаги: кто-то спускался с лестницы. Мои нервы были натянуты до предела, поэтому я дёрнулась и стремительно обернулся, но это оказался всего лишь хозяин дома. Идо подошёл к нам и оглядел Илью.

-Почему ты не рассказывал нам об этих чёрных тварях с шипастыми крыльями? - спросила я, буравя его тяжёлым взглядом. Я была настолько вымотана неизвестностью и разговорами с Ильёй, что забыла о том, что совершенно не стоило так вести себя с хозяином этого дома.

-Вы не спрашивали, - ответил парень.

-Чего ещё нам ждать? - я продолжала допрос.

-Я давно не был на рынке, - кратко отрезал хозяин дома.

-Как же ты тогда доставал еду? - удивился Илья.

-Не ваше дело! - озлобленно воскликнул Идо, - И повторять не советую!

-Ладно-ладно, приятель, не будем, - поспешно закивал Воронин, - В любом случае, всё уже закончилось, а мы раздобыли много еды!

Идо кивнул и стал выкладывать из мешка сыр, колбасу, пачку сухарей и две бутылки с водой и компотом. Парень пристально оглядывал каждую находку и даже принюхался к сыру и колбасе.

-Какой теперь у нас план? - спросила я, усаживаясь на табуретку.

-Для начала немного перекусить, а затем ждать голосования, - мрачно отозвался Илья, - Я бы хотел получше познакомиться с этим городом, но предпочту сделать это немного позже.

-Ознакомился уже, - кивнула я, - Спасибо, что спас.

-Неужели я слышу от тебя слова благодарности? - с ехидцей спросил Воронин, - Проверь-ка, нет ли у меня жара!

-Идо, правильно я понимаю, что ему не избежать голосования? - поинтересовалась я внешне спокойно, но моё сердце провалилось ниже грудной клетки. Мне совершенно не хотелось тревожить рану Ильи и видеть, как он стоит на голосовании. Точнее, мне не хотелось этого в любом случае. Да, я не желала иметь союзников, но и терять этого человека не была готова. Интересно, сколько уже времени Идо спасается от голосования и как долго ещё фортуна будет на его стороне? По законам этого города его смерть будет правильной и справедливой: безумец может принести лишь вред, но зато его смерть ляжет плиткой на дороге выживания для всех остальных, но мне было невыносимо даже представлять его силуэт на подмостках Алтарной площади. Разумеется, уловив мой страх, мозг тут же нарисовал картину, в которой оба стоят в кандалах перед жестокой равнодушной толпой, а я смотрю на них, не в силах выбрать чужую жизнь. Могла ли я не ошибиться и выиграть светлую душу взамен на холодный расчёт? Мне мгновенно вспомнилась мраморная маска Дмитрия. Пожалуй, я могла бы назвать его имя. Он бы умер этой же ночью, а дома его вероятно ждали бы любимые люди, совершенно не имеющие представления о том, как он торговал жизнями. Я отчётливо поняла, что если мне придётся стать не наблюдателем, а участником избирательного убийства, я не смогу выдавить ни звука.

-Смотря, кто попадётся, - Идо дёрнул плечом и сцепил длинные покрытые шрамами и царапинами пальцы в замок, - Если тот же Влад или кто-то, кто с ним заодно, может и прикроют.

-Откуда вы с ним знакомы? - спросил Воронин, - Он явно не в первый раз приходил к тебе на выручку!

Идо молча отошёл к другому краю комнаты. Решив не тянуть из него правду раньше времени, я раскрыла пачку сухарей и протянула её Илье. Тот взял себе немного и с благодарной улыбкой вернул пачку мне. В комнате повисла тишина, прерываемая лишь сухим хрустом. Чем тщательнее я старалась отогнать от себя любые мысли о предстоящем, тем более напористо они осаждали мою голову. Сейчас самой сильной из нас троих оказалась я. Такое положение дел уже давно меня не пугало, но пугало состояние Ильи. Мою голову вдруг пронзил острый, разрывающий остатки спокойствия, вопрос: что мешало шипам на крыльях напавших на нас тварей оказаться ядовитыми?

-Как ты себя чувствуешь? - шепнула я, сев на диван рядом с ним.

-Нормально, - тем же тоном ответил он, - Ощущаю лишь последствия потери крови и всё.

Я налила в чашку компота, запах которого был мне незнаком, и протянула Илье. После кровопотери сладкое питьё было очень полезно. Еда здесь явно была безопасной, ведь если Идо и доставал её не с рынка, то у Влада не было ровным счётом никаких мотивов спасать нас и вводить в курс дела, чтобы затем позволить нам погибнуть из-за отравленной еды. Теперь, когда все срочные дела были выполнены, парализующие тиски бездействия сдавили меня с невероятной силой. В моём мире в моменты скуки или беспокойства, которые обычно шли рука об руку, я разводила бурную деятельность, занимая свой мозг хотя бы самыми простыми, но делами. Теперь же я попала в ловушку времени и была полностью предоставлена его невыносимо медленному ходу. Пару раз я порывалась отправиться в город в одиночку, но затем отбрасывала эту идею. Во-первых, меня серьёзно беспокоило состояние Ильи и в особенности моя гипотеза о яде, а во-вторых я не знала, какие новые сюрпризы подготовит мне город.

-Есть в этом доме хотя бы книги? - очень вскоре не выдержала я, - Чем вообще тут заниматься?

-Парочка истлевших томов, - ответил Идо, спокойно созерцающий пустоту, - Они такие старые, что страницы рвутся, едва к ним прикоснёшься.

-Я умею аккуратно обращаться с книгами, - ответила я и отправилась наверх. К своему удивлению, я обнаружила в шкафу комнаты Ильи несколько произведений классической литературы и даже парочку комиксов. Какие-то книги действительно были едва ли не при смерти, другие казались лишь потрёпанными, но больше всех было новеньких изданий в чистых обложках с ровными белыми страницами. Либо их оставили здесь предыдущие хозяева дома, либо Идо принёс их из своего мира, но не сказал мне, совершенно непонятно, почему. Наверное, юноша по каким-то причинам не хотел, чтобы я к ним прикасалась, но мне не было до этого никакого дела. Я осторожно взяла в руки увесистый потрёпанный том какого-то классика и попыталась погрузиться в чтение, но поняла, что не могу сосредоточиться, с трудом продираясь через нагромождение сложных предложений. Со вздохом сожаления вернув книгу на место, я стала пустым взглядам скользить по корешкам остальных. Поскольку читать оказалось почти невозможно, моя рука потянулась к тоненькому комиксу. Признаться, к этому жанру я всегда относилась с презрением и снисхождением, но сейчас перелистывание ярких картинок с дурашливыми гримасами персонажей отвлекло меня и затянуло скуку в сюжет комикса. Наконец, закончив чтение, я спустилась вниз. Илья лежал на диване с закрытыми глазами и, кажется, спал. Я подошла к нему и приложила руку ко лбу. Его разгорячённая кожа недвусмысленно намекнула мне на серьёзность ситуации.

-Идо, - позвала я совершенно спокойным голосом, который звучал всякий раз, когда я оказывалась перед лицом проблемы, требующей неотложного решения - Как тут обстоят дела с медикаментами?

-В городе есть аптеки, больше всего там отваров, но есть и современные лекарства, пусть почти все и растащили. У меня таблеток нет.

-Ты знаешь, где найти эти аптеки?

-Видел одну в самом конце этой улицы, она похожа на башню, - кивнул Идо, словно бы выдернутый моими словами из вечного отстранённого оцепенения, - Я пойду.

-Нет, - вырвалось у меня прежде, чем я осмыслила эти слова, - Лучше я, а ты побудь с ним.

-Не доверяешь? - тонкие губы парня исчертила оскорблённая усмешка.

-Я лучше знаю, что подойдёт для раны, - ответила я, придав голосу в сто раз больше уверенности, чем было в моих мыслях, - Кроме того, ты многое знаешь об этом городе, в случае чего, не хотелось бы терять тебя.

-Иди, - Идо посторонился и кивнул на дверь, - И на твоём месте я бы не доверял всему, что не похоже на человека.

-Я здесь уже не доверяю почти никому и в особенности людям, - вздохнула я и, взяв малахитовый кинжал Идо, вышла из дома. Прямая мощёная улица шла вперёд и немного спускалась, что значительно облегчало мне дорогу. Жара даже не думала спадать, но я постаралась не обращать на неё внимание. Я быстро зашагала вперёд, не позволяя себе бежать лишь потому, что нельзя было раньше времени тратить силы. К тому же, получить тепловой удар было меньшим, чего мне хотелось. Мысли закрутились в моей голове, отгоняя все посторонние звуки и ощущения, так что мне пришлось одёргивать себя и ежеминутно прислушиваться и оглядываться по сторонам. Я уже заранее готовила себя к тому, что скудный ассортимент аптеки мало чем сможет помочь Илье. Я была уверена в правдивости слов Идо: все, кто нашёл источник лекарственных препаратов, поспешили унести их с собой, чтобы не дать преимущества другим и самим не остаться без медицинской помощи, сколь бы скудной она не была. В этом городе должен был оказаться хоть кто-нибудь, разбирающийся в медицине, но как обратиться к нему за помощью? Здесь далеко не все будут рады появлению незнакомцев на их пороге, даже несмотря на выгоду, которую они могут получить. Выгода... Я уже была практически готова позволить гипотетическому врачу вступить в нашу команду, а значит под защиту кинжала, спасающего от призраков, лишь бы он помог Илье, но вот где найти этого врача, оставалось загадкой. Запоздало я поняла, что назвала нас командой. Как я ни старалась отстраниться от обоих и при первой возможности сбежать, что-то во мне уже проросло и обвило их образы тугими лианами, словно бы силясь удержать. Твердя себе, что в этом городе нельзя ни к кому привязываться, я всё же не могла теперь вот так уйти, оставив их обоих. Конечно, Илье я помогала исключительно из человеческих побуждений, а Идо просто жалела, но моё подсознание отчаянно рвалось довериться этим людям и разделять с ними общие трудности. Только чужих трудностей мне и не хватало! Что ж, в конце концов у меня практически нет шансов выжить в этом городе в одиночку: я не умею драться, воровать и уж тем более убивать, а совершить подлость для меня так же трудно, как искать союзников. Смешно, что подлость, казалось бы самое выгодное для самого себя действие, было для меня совершенно невозможным. Я не знала, что ждало меня в будущем, и могла лишь надеяться на то, что жизнь не поставит передо мной выбора между подлостью и смертью. Наконец, улица упёрлась в старенькое двухэтажное здание, похожее на круглую башню всё из того же светло-песочного кирпича с тёмно-коричневым шпилем. Я подошла к двери и обратилась ко всем своим органам чувств. Не услышав и не увидев ничего нового, я повернула ручку и вошла в здание. В нос мне тут же ударил сильный запах сушёных трав и растворов. На первом этаже здания стояли каменные стеллажи, на которых были расставлены мешочки и коробочки, разрисованные изображениями трав. В абсолютной тишине мои медленные крадущиеся шаги показались мне невероятно громкими. Я двинулась вокруг стеллажей, стараясь пробудить хоть какие-нибудь знания о лечебных травах. Внезапно мой взгляд зацепился за совершенно новую современную упаковку таблеток. Я в два счёта оказалась около неё, но увидев надпись ,,от головной боли” едва не выругалась, успев в последний момент прикусить губу. На всякий случай я засунула упаковку в карман шорт и продолжила поиски. Мне на глаза попалось ещё с десяток современных лекарств, но ни одно из них не сбавляло температуру и не действовало против инфекции. Я уже едва не скрежетала зубами от злости, когда вдруг услышала чьи-то лёгкие шаги. Я тут же рухнула на корточки, приготовила кинжал и забыла дышать. Я не видела того, кто был здесь, но явственно расслышала, как шаги приближаются ко мне. Таинственный человек прошёл мимо, подошёл к двери и распахнул её. Только услышав, как закрылась дверь, я осторожно поднялась на ноги, едва не охнув от боли в коленях, и стала тихо подкрадываться к лестнице. Я не могла гарантировать, что здесь не осталось ещё кого-то. К счастью, узкие ступени винтовой лестницы были металлическими, так что не скрипели под ногами. Придерживаясь рукой за тонкие витые перилла, я поднялась наверх и поняла, что оказалась в некоем подобии склада. Проникая через несколько маленьких окошек, солнечные лучи скользили по полу и стенам. В помещении стояло множество коробок и лежали бумаги с какими-то записями. Я заглянула в раскрытую коробку и к своему восторгу наконец разглядела жаропонижающее средство. Порывшись ещё немного, я нашла чистые бинты и даже антибиотики общего спектра действия. Побоявшись задерживаться здесь без повода, я начала осторожный бесшумный спуск. Наконец, я вышла из аптеки и прищурилась из-за яркого солнечного света. Когда моё зрение наконец вернулось в норму, я увидела мужской силуэт, приближающийся ко мне. Я замерла, пристально вглядываясь в него и понимая, что бежать уже не получится. Мог ли тот, чьи шаги я слышала в аптеке, заметить меня и ждать, пока я выйду? Вряд ли: убить меня было бы выгоднее в здании. А вдруг он понял, что, раз я ищу лекарства, значит либо больна сама, либо спасаю кого-то, и собирается принести меня в жертву? Разве не самых больных и слабых отдавали призракам? Я тут же отбросила эту мысль, разглядев, что на мужчине нет формы. Хотя, здесь вполне могли оказаться шпионы и доносчики! Вполне возможно, что, сдавая других людей, они спасали себя и своих близких. Силуэт начал было сворачивать в проулок, как вдруг замер, сложился пополам от нестерпимой боли, а затем рухнул на колени. Я тут же рванула к нему, чтобы понять причину происходящего. Когда я поравнялась с мужчиной, он уже без движения лежал на земле. Несколько секунд я стояла, словно парализованная, не в силах сдвинуться с места. Затем я медленно, словно в трансе, опустилась на колени около него и стала оглядывать тело. Я тут же заметила, что рука мужчины прижата к грудной клетке слева, словно он хотел разорвать обруч, опоясывающий его грудь. На его лбу я увидела мелкие капли пота, а губы, уши и ногтевые пластины мужчины слегка посинели. Я стала считывать пульс на его шее. Наверное около минуты я пыталась уловить хотя бы слабый ритм, но услышала лишь мертвенную тишину. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы абстрагироваться от мыслей о том, что на моих глазах только что оборвалась чья-то жизнь. Я заставила себя несколько раз медленно вдохнуть и продолжить осмотр. Не увидев ни единой раны, я совершенно удостоверилась в том, что с несчастным случился инфаркт. Он упал на спину, смяв под собой небольшой тонкий рюкзак.

-Простите... - сипло выдавила я и, осторожно перекатив ещё тёплое тело на живот, извлекла рюкзак. Он оказался старым и потрёпанным, но довольно туго набитым. Побоявшись открывать его на улице, где кто-то в любой момент мог попытаться отнять его у меня, я медленно поднялась на ноги и взвалила рюкзак на плечи. С усилием оторвав взгляд от мёртвого мужчины, я отвернулась и двинулась обратно к дому. Я уже не замечала ни жары, ни того, как мощёная улочка упрямо поднималась вверх: все мои мысли были взбудоражены до предела и вдруг парализованы увиденным. В один день я стала свидетельницей двух смертей.

Глава шестая

Если есть яд - значит есть и противоядие

Несмотря на то, что я шла около десяти минут, вынырнуть из мыслей и сосредоточиться на настоящем оказалось выше моих сил. Я совершенно позабыла о том, что в моих карманах покоились таблетки, которые должны были помочь Илье, и что хорошо уже то, что мы трое ещё живы, хотя даже этого я не могла гарантировать. Мало ли, кто мог вломиться в дом? Если стражники каким-то непостижимым образом узнали о том, что Идо скрывался от голосования, то вполне могли прийти за ним. Рюкзак погибшего мужчины давил мне на плечи, хотя на самом деле был совсем лёгоньким, и это удручало. Хоть я и понимала, что он никогда больше не пригодится владельцу, мне было неловко, словно бы я совершила кражу. Кто знает, на какие ещё поступки толкнёт меня этот город? Хорошо, что бедняга умер быстро. Невыносимо было бы понимать, что твоя жизнь заканчивается здесь, вдали от родных и близких, что игра подошла к концу, не дав тебе больше бороться за возвращение в свою реальность. Я знала и раньше, что жизнь обрывалась всегда внезапно и несправедливо, оставив после себя множество недосказанностей. Не было пространных и драматичных монологов, не было красивых героических смертей и предсмертных напутствий с лёгкой улыбкой на лице. Смерть приходила попросту, как прощальное письмо от жизни, и забирала с собой без лишних предисловий. Она обескураживала и вводила в холодное отчаяние своей случайностью и несправедливостью. В самой смерти не было ничего страшного, ведь ничего не стояло и после неё, но оставшиеся жить отдавали очередной ушедшей жизни фрагмент себя. Я тряхнула головой и что-то прошипела сквозь зубы, в тысячный раз уводя себя от экзистенциальных рассуждений. Наконец, я дошла до дома и остановилась, прислушиваясь и оглядываясь по сторонам. Не увидев никого ни на улицах или крышах, ни в окнах других домов, я толкнула дверь. Это старое потрёпанное и лаконично обставленное строение отчего-то вселило в меня чувство дома. Я не могла гарантировать свою безопасность ни в одном месте этого города, но здесь присутствовала не только иллюзия защищённости, но и люди, которые пока что были намерены помогать мне. Едва я заперла дверь и развернулась, мой взгляд метнулся к Илье. Парень всё так же лежал на диване, но теперь уже в глубоком забытье. Его била мелкая дрожь, а лицо, совершенно растерявшее всякое выражение, показалось мне пугающей восковой маской. Откуда-то вынырнул Идо и вопросительно уставился на меня.

-Что с ним? - тихо спросила я.

-До твоего прихода он погрузился в беспокойный сон и что-то бормотал, а затем заметался, как в кошмаре, - в тон мне ответил Идо, - На несколько минут он проснулся, и в его глазах был такой страх, каким не за себя боятся.

-Я раздобыла лекарства, - сказала я, стянула с плеч рюкзак и поспешно бросила ему, - А это вещи мёртвого мужчины. Поищи, вдруг там что-то полезное.Избавившись от рюкзака, я почувствовала облегчение, но всё равно провела ладонями по плечам, словно желая стряхнуть груз случившегося. Идо поставил рюкзак на стол, раскрыл молнию, и стал выкладывать на стол содержимое. Я вытащила из карманов таблетки и, кратко сверившись с инструкцией, налила в кружку воды. Затем я подошла к Илье и мягко, но настойчиво потрясла его за плечо. Как оказалось, он не потерял сознание, а просто спал. Парень открыл глаза и оглядел меня таким взглядом, от которого мне стало нехорошо. Его глаза, казалось, разом потемнели, став почти чёрными, в них сгустилась такая измождённость, какую не могла принести я не могла гарантировать лишь физическая боль.

-Что происходит? - негромко спросила я.

-Шипы этих тварей кажется ядовитые, - произнёс Илья, с усилием вырываясь из хватки сновидений, - Но этот яд какой-то странный. Я провалился в сон, и видел всё самое ужасное, что только могло случиться со всеми, кто мне дорог.

На моём лице не дрогнул ни один мускул, но сердце болезненно сжалось, едва до меня дошёл смысл слов Воронина. Чем больше близких людей уходило из моей жизни, тем больше я сходила с ума от страха за остальных. Едва я представила, что что-то ужасное случилось с Дашкой, всё моё тело прошила дрожь.

-Я принесла таблетки, - сказала я и, осознав их бесполезность, прибавила, - Они помогут сбить температуру.

-Ты выходила на улицу?! - Илья чуть не подскочил, - Позволь спросить, чем ты думала!

-У тебя этого органа нет, так что не думаю, что его название тебе что-то скажет, - вырвалось у меня, - Эта экскурсия дала мне много чего полезного.

Я кратко описала всё, что произошло со мной в течение последнего часа: как я нашла в старинной аптеке современные лекарства, как услышала чьи-то шаги по лестнице, и как стала свидетелем смерти незнакомого мужчины. Илья медленно спустил ноги на пол, упёрся локтями в колени и уронил голову, запустив пальцы в волосы.

-Выходит, за один день мы увидели две смерти, странных тварей, которые вселяют страх в мозг каждого, кого укусят, и всё это ещё до наступления голосования, - мрачно подытожил он.

Я застыла на месте и тихо выругалась. Всё происходящее совершенно выбило из моих мыслей тот факт, что всего через несколько часов начнётся новое голосование. Мысленно я поклялась себе отыскать в толпе отца.

-Помнишь, я говорил, что мне знакомо чувство потери? - Илья снова нарушил тишину, - Эта саднящая пустота, которая заглушает всё остальное, высасывая все силы. Это и есть причина, по которой я стараюсь сделать всё возможное, чтобы поскорее разгадать загадку этого города и выбраться из него живым. Родители погибли в автокатастрофе, оставив нас одних. У меня есть младшие брат и сестра, они двойняшки, и я не собираюсь допустить, чтобы они вновь почувствовали боль от утраты.