Сквозь плетения лжи

- Тебе не говорили, что копаться в чужих вещах некрасиво? – сразу же прервал себя Алексей и строго глянул на меня.

- Продолжай свой рассказ, я вся во внимании. – усмехнулась в ответ и принялась бестактно трогать все, что только можно было увидеть.

Полка с детскими картинками привлекла меня не так сильно: на ней было около семи изображений и все практически одинаковые, менялся только фон. На каждой из них стояло по четыре человека – два взрослых и двое детей – видимо, это семья. В образе женщины можно было разглядеть Людмилу Валерьевну, а вот все остальные оказались мне не знакомы.

- Ты знаешь их? – перебила я продолжившего свой рассказ парня. Он глянул на рисунок в моей руке.

- Людмила Валерьевна, ее муж и их дети. – ответил он, словно все было само собой разумеющееся.

- Ее дети уже взрослые?

- Да, старше нас лет на двадцать.

Я пожала плечами и вернула изображение обратно.

"Как это мило, она хранит рисунки такой давности." – подумала я и стало грустно. - "Отец никогда не сохранял мои рисунки. Что уж там, он даже не принимал их. Все забирала себе Марфа."

Вернувшись к полке, я пропустила следующий ярус и перешла сразу к тому, на котором находились непонятные мне предметы. Взяла в руки небольшой металлический шарик, украшенный какими-то драгоценностями, после поменяла его на длинный спицы, а затем на несколько сложенных вдвое листков. Бумага со временем потемнела, но почерк все еще можно было разобрать.

"Моей любимой жене" – было аккуратно выведено в верхнем левом углу. Дальше шел большой текст, который я все-таки не решилась читать, а в конце подпись: "С любовью, твой покорный слуга"

Имени не было, видимо адресат и сам прекрасно понимал от кого это письмо.

Я осторожно сложила листы в стопку и положила обратно. Дальше мой взгляд привлек предмет на самой верхней полке, ради которой этот шкаф и был открыт. Привстав на носочки, я дотянулась до тяжелого длинного сверкающего предмета и с трудом подняла его. Это был самый настоящий меч. Длинный, тонкий, заточенный с обеих сторон. Основание его было позолочено и немного ребристо. Я взяла его в одну руку и подняла клинком вверх.

- У них тут меч есть. – я с интересом рассматривала оружие.

- Это палаш, и я очень рекомендую тебе вернуть его на место. – промолвил Леша, чуть склонив голову.

- Не умничай.

Он ничего не ответил. Я уже повернулась обратно к полке, как сзади послышался скрип кровати. Уже думала как-то возмутиться, как так называемый палаш был изъят из моих рук.

- Эй!

Алексей вытянул руку вверх так, что клинок чуть ли не коснулся потолка.

- Оружие детям не игрушка.

Я с злостью глянула на юношу и вытянула руку вверх, пытаясь забрать палаш. Леша лишь усмехнулся, смотря на меня до ужаса уничижительно. Пару мгновений мы стояли, практически не шевелясь, а после губы парня расплылись в мягкой улыбке и взгляд стал каким-то подозрительно добрым.

- Давай спать. - резко промолвил он, отводя взгляд, и, чуть приподнявшись, опустил оружие на верхнюю полку.

Затем Леша слегка поморщился от усталости, развернулся и опустился на край кровати. Один за другим он стянул сапоги, поставив их ровно у ножки кровати, закатил рукава рубахи и устало провел ладонями по лицу. Несколько секунд сидел неподвижно, уставившись в пол, после чего пригладил растрепанные волосы. Я молча наблюдала за каждым его движением. Алексей не пускал язвительные замечания, не улыбался и даже не продолжил нравоучать. Видимо, сегодняшний день все-таки вытянул из него все силы.

Я сделала несколько шагов и встала напротив кровати. Леша поднял на меня взгляд, не выражающий ничего кроме усталости, а после улыбнулся. Совершенно мягко и нежно.

- Спокойной ночи. – проговорил он, прикрыл глаза и скатился с кровати на пол, куда до этого успел кинуть подушку.

***

- Ну, Людмила Валерьевна! – возмутилась я, попытавшись прикрыть голову рукой, за что получила легкий удар по ней. Домоправительница стояла позади меня, держа в руках парикмахерские раскаленные щипцы.

- Никуда ты с такой копной не пойдешь! – кричала она на меня. – Нужно хоть как-то из тебя девочку сделать!

- Не думаю, что это необходимо…

- Сиди. – гаркнула женщина и все-таки принялась издеваться над моими волосами.

После ситуации с Александром я до ужаса боюсь этих щипцов, ведь тот ожог забыть было, мягко говоря, сложно. Не думаю, что Людмила Валерьевна хочет сделать мне больно, но кто знает, как может соскользнуть рука.

Женщина торопливо накручивала мои волосы, пока я теребила оборку платья. Оно было не вычурным, не пышным и лишь слегка соответствовало моде. Темно-синяя ткань струилась вниз к самому полу, рукава на плечах образовывали небольшие фонарики, а на талии был вышитый цветами корсет. Над этим нарядом женщина трудилась весь вечер и все сегодняшнее утро, скрепляя отдельно найденные детали между собой. Само оно мне очень понравилось и, будь моя воля, я бы забрала его с собой. Но не думаю, что оно мне еще раз пригодится.

Одежду Леши я видела лишь на вешалке, но ничего занимательного в ней не было – обычный парадный костюм. Единственно, что меня удивило, так это темно-синяя рубашка в оттенок моего платья.

Парень проснулся сегодня в довольно неплохом настроении, несмотря на то, что всю ночь спал на полу. Он очень даже по-джентельменски уступил мне кровать, хотя казалось, что сегодня мучаться на холодных досках придется мне. Не сказать, что это меня удивило, ведь юноша и вправду рос в богатой семье, где его усердно воспитывали гувернеры, но почему-то казалось, что Леша не захочет так просто уступать мне постель, особенно, вспоминая то, что было в трактире.

- Леша, не мнись в проходе, заходи. Мы почти закончили. – заговорила Людмила Валерьевна, прочесывая пряди. В дверях появилась темная растрепанная голова парня, а после и сам он оказался в комнате. Выглядел он интересно. Костюм сидел на нем идеально, будто шился специально под него, но вот совсем не сочетался с его внешностью. За время проведенное в деревни он потерял аристократическую бледность, разучился завязывать галстуки, да и весь его внешний вид был взъерошенным.

- Ну что это с тобой?! – в изумлении воскликнула женщина и поторопилась к нему. – И вот так ты собрался идти?!

Алексей попытался что-то ей ответить, но не сумел вставить ни слова между ее возмущениями и упреками.

- Поправь рубашку, выглядишь как крепостной ребенок. Брюки подтяни, сейчас спадут. – она суетилась вокруг него. – А жилетка где? Где жилетка?!

- В ней жарко…

- Еще чего! Это обязательная часть гардероба. Вот Варя вообще в корсете.

Леша что-то промямлил себе под нос.

- Людмила Валерьевна. – проговорила я, принюхавшись. Женщина оглянулась на меня. – Кажется, у вас что-то горит.

- Ах, пирог! – воскликнула она, ударила Лешу куда-то в плечо и выбежала из комнаты.

Юноша продолжил стоять посреди помещения, будто я только что избили, унизили и плюнули в душу. Он опустил плечи и исподлобья с грустью глянул на меня.

- Эх ты, дуралей. – усмехнулась я и поднялась. – Подойди сюда.

Парень сделал несколько шагов и остановился довольно близко.

"Как маленький ребенок, честное слово."

- Спину выпрями. – он подчинился. – Галстуки завязывать не умеешь?

- За пять лет ни разу не пригодилось.

Я закатила глаза и взяла в руки два конца полоски. Галстуки мне приходилось завязывать несколько раз, так что делать это я умела. Леша все это время смотрел на меня сверху вниз, временами переводя взгляд на полоску ткани в моих руках.

- Не смотри так внимательно. – шикнула я, немного смутившись.

- Ты слишком прекрасно выглядишь, чтобы не смотреть.

Я моментально подняла на него глаза и встретилась с его ехидной улыбкой.

- Урод. – возмутилась и несильно ударила его в грудь, отходя на несколько шагов назад.

Алексей на это ничего не сказал, лишь, не скрывая, посмеялся. В этот момент в комнату вернулась Людмила Валерьевна и замерла, глянув на нас. Я сразу же коснулась рукой щеки, боясь, что на них мог проступить румянец из-за его слов, но женщина заговорила совсем о другом:

- Ой, Варенька, спасибо. Хоть чуть-чуть на человека стал похож. А ты, - она обратилась к парню, – иди ищи жилетку.

День постепенно переходил в вечер, и вот настало время выдвигаться. К нужному часу мы вышли из здания под причитания Людмилы Валерьевны. Она все хотела предложить нам своего кучера, но мы отнекивались, не желая еще сильнее напрягать женщину. Как только мы вышли из дома, увидели неплохого вида карету.

- Ну, Людмила Валерьевна. – начал уже Алексей, обернувшись к старой знакомой.

- Это не моя. – перебила его женщина, с интересом рассматривая запряженного темного жеребца.

Леша слегка приподнял брови, а я наклонила голову, с удивлением уставившись на карету.

- Извините. – начала я, подойдя к извозчику. – От кого посланы?

- От Николая Сергеевича, как есть. – ответил он, приподняв кепи.

Сзади раздалось недовольное цоканье. Это был Алексей. Он, сложив руки на груди, смотрел на извозчика, будто тот лично его оскорбил. Людмила Валерьевна всплеснула руками:

- Чего вы ждете тогда? Смотреть как Коленька о вас позаботился. Давайте-давайте, а то опоздаете.

Напоследок я присела в книксене перед женщиной и с помощью мужчины забралась в карету. Женщина махнула мне на прощание, а после отвесила Леше подзатыльник.

- Твоей даме не ты руку подаешь, бездарь. Совсем одичал в своей деревне.

Я прыснула в кулак. Дальше их перепалки не было слышно. Леша поцеловал женщину в щеку и забрался за мной в карету. Он сидел напротив, скрестив руки на груди, и смотрел в окно, словно там было что-то новое и необычное. Жеребец заржал, и карета двинулась.

- И чего ему надо? – тихо проговорил юноша, из-за чего я сначала не разобрала слов.

В ответ лишь пожала плечами.

"Может он правда с благих намерений? Может хочет помочь? Ну или же просто потешить свое эго." – но параллельно с позитивными мыслями появлялись и не такие уж красочные. - "Вдруг он сдаст Лешу отцу? А если там будет мой? Вдруг это ловушка? Бесплатные сыр же только в мышеловке."

Эта идея всплыла у меня неожиданно резко и оставила неприятные след. Может Алексей был прав тогда? Может и вправду не надо связываться с его братом?

Марфа всегда говорила держаться от незнакомцев подальше. Но он же не незнакомец, верно? Марфа. Как же она там? Что с ней сделал отец? Он же по любому обвинил ее в моем побеге. А Серафима? А что, если их погнали? Или наказали?

Я потрясла головой, стараясь не думать о худшем. Он же не может быть извергом? Хотя…

- Ты маску не забыла? – прервал меня голос Леши, он щелкал пальцами у моего лица.

- Нет, она здесь. – быстро кивнула я, указывая на предмет, лежащий рядом.

- А приглашения? – продолжил он.

- Конечно. Ты слишком плохо думаешь о моей памяти.

- Я просто надеюсь, что ты что-то забыла и мы сможем вернуться домой.

На это я лишь закатила глаза, а после взглянула в небольшое окно кареты. Мы ехали по набережной у самой Невы, казалось, что, открыв дверцу, можно легко коснуться рукой реки. Фонари уже начали зажигать, и город обрел некую волшебную и романтичную атмосферу. С другого окна было видно людей, кои неспеша передвигались по проспекту. Несколько других карет торопилось в том же направлении, что и мы. Кажется, у супруги Николая все-таки получилось собрать достаточно много достопочтенных гостей. Вот мы проехали мимо женщины в красивом темном платье и шляпке, украшенной бантом того же цвета. Рядом с ней бежала небольшая собачонка, на ее шее красовался темный ошейник с металлической подвеской. По той стороне улицы возвышались дорогие дома. Одна ночь в них обходилась нереального количества средств, так что люди, которые жили по-над Невой, всегда считались элитой. Мы проехали еще немного по набережной и свернули направо. Широкая улица была заставлена каретами, а красиво одетые люди толпились у одного из зданий. Именно туда нам и надо.

Это здание представляло из себя высокую светло-бирюзовую постройку, с передней стороны украшенную белыми колоннами и позолоченными вензелями. Окна доходили практически до пола и изнутри, видимо, имели чистого белого цвета шторы. На вершине дома расположилась небольшая башенка, из коей торчал тонкий шпиль. А на его верхушке развевался флаг Российской империи.

Кучер остановил карету и спустился с облучка. Не дождавшись мужчину, Леша сам открыл дверцу и вышел, после протянул мне руку. Я осторожно вложила кисть в его и спустилась по ступеньке на дорогу. Поблагодарив извозчика, мы двинулись в сторону входа.

- Маску надень. – шикнул мне Алексей, ведя под руку. На его лице она уже каким-то волшебным образом сумела оказаться. Я второпях надела темно-синюю маску и остановилась, попросив юношу завязать ленты сзади. – Какая ты рассеянная.

- Кто бы говорил. – цокнула я, оглядев Алексея, который все-таки не надел жилетку. На это он лишь усмехнулся, поправил манжеты, и мы двинулись дальше.

За это время очередь успела чуть уменьшиться, так что мы без проблем дошли до двери. При входе невысокий мужчина во фраке проверил наши приглашения, кивнул и пустил внутрь.

- Удивительно. – прошептал Леша, за что я толкнула его локтем в бок.

Мы двинулись за остальными и спустя минуту оказалась в большом бальном зале. Не то что большом, он был просто огромен. Пол из темного дерева и покрыт каким-то глянцевым напылением; слева высокие окна, которые я увидела еще из кареты. На них висели те самые белые шторы, которые в свете свечей становились темно-бежевыми. И да, свечей здесь было огромное множество. Несколько больших хрустальных люстр под потолком, а так же канделябры чуть ли не на каждом шагу, рядом с которыми на тумбах стояли каменные вазы с белыми цветами. В самом конце зала стоял большой камин, закрытый внизу небольшой решеткой, а над ним, на небольшом балкончике, расположился оркестр. Потолок тут по всем стандартам современной моды был украшен гипсовой лепниной. В зале уже собралось довольно много людей и, кажется, будет еще больше. На небольшом пьедестале в углу стояла виновница торжества в розовом пышном платье, крашенном кружевом, а рядом Николай. Все гости подходили к ним, о чем-то говорили, некоторые даже приносили подарки.

- Какой повод? – спросила я у Алексея, пока мы продвигались в глубь зала.

- Не имею ни малейшего понятия.

Мы прошли весь зал вдоль и остановились у окна недалеко от камина, кой, к огромному счастью, был потушен. В помещении и так царила ужасная жара. Недалеко от нас расположилось еще несколько пар – большинство из них пожилые. Молодые же передвигались по залу, стараясь находится либо ближе к центру, либо к молодоженам. Николай осматривал помещение, кого-то выглядывая. Он несколько раз прошел взглядом мимо нас, что-то пробубнил себе под нос, а после наконец-то заметил меня. Да-да, именно меня. Он улыбнулся и чуть склонил голову, а затем махнул рукой, подзывая к себе. После он чуть повернул голову, кажется, на Лешу, и расплылся в еще большей улыбке.

- Пошли. – толкнула его я, делая шаг в сторону Николая.

- Нет. Мы пришли, большего ничего не обещали. – юноша держал меня за руку, не идя следом и не отпуская.

- От пары фраз с тобой ничего не случится.

- С вами. – поправил он меня.

- Не достойны, Ваша честь. – я отвернулась от него и с силой дернула за собой.

- Невоспитанная девка. – шепнул Леша мне прямо на ухо, явно ухмыляясь. Я лишь на секунду прикрыла глаза.

Мы прошли через весь зал и остановились. Николай вновь повернул голову на нас. Его лицо было скрыто под карнавальной маской.

- Как рад вас видеть. – начал Николай. – Проходите. Знакомьтесь, это моя жена Виктория Евгеньевна.

- Рада видеть. – прощебетала его супруга довольно тихо. Ее розовая маска скрывала меньше, чем у Николая, так что голубые глаза были прекрасно видны.

Я улыбнулась ей и присела, чуть опуская голову. Леша же немного склонился.

- Не желаете нас поздравить? – обратился Николай к Алексею.

- Поздравляю. – проговорил он, натягивая улыбку.

- Первенец? – спросила я, подняв взгляд на Викторию Евгеньевну. Она опустила взгляд на себя, а после глянула на меня.

- Да, все верно.

- Мои поздравления. Вы будете прекрасной мамой. – улыбнулась я, вновь чуть склонила голову и, взяв Лешу под руку, двинулась обратно в толпу.

Алексей все это время молчал, пока мы вновь не оказалась в том самом углу у камина.

- Как вы узнали? – удивленно спросил он, вновь глянув на пьедестал.

- На платье ее посмотри.

- Нас учили не разглядывать женщин.

- Вот поэтому в приглашении и написали повод.

Леша глянул на меня, после цокнул и запрокинул голову к небу, улыбнувшись.

- Ты невозможна.

- Вы. И я знаю.

Заиграла музыка, да так резко, что я чуть не подскочила. Казалось бы, прошло всего ничего, а я уже успела забыть все прелести светской жизни. Люди ходили по залу, о чем-то беседовали и сливались в одну массу. Из-за масок невозможно было отличить одного от другого, если, конечно, не попадется кто-то знакомый.

- Там мой отец. – проговорил Алексей, чуть напрягшись. – И ваш.

Я моментально повернула голову на вошедших. Двое мужчин в черных масках, а позади две женщины, одну из которых я сразу узнала. Мачеха шла под руку со своей подругой, видимо, той самой новой женой Сергея Григорьевича, а мой отец рядом с ним самим. Ни одни, ни другие не вызывали никаких положительных эмоций. Единственно, что хотелось, так это уйти.

- Пошли? – спросил Леша, предлагая мне руку.

- Нет. – отрезала я, поправляя корсет на груди. – Я хочу посмотреть, что он вытворит.

Проговорив это, я вновь подняла взгляд на отца. Он смотрел прямо на меня.