Академия жизни, или Княжеский путь
- -
- 100%
- +
***
Ник обрадовался, что Фиравелу пришлась по душе выбранная им квартира и домработница тоже. Та, правда, сперва очень настороженно отреагировала на потенциального хозяина. Наверное, глядя на его уши и косы, подумала что-то типа: «Мало ли что от этих неохиппи ждать можно». Однако, услышав грамотную речь и воочию увидев исключительные манеры, женщина ушла довольной, как будто выиграла в лотерею.
Князь тоже широко улыбался, особенно когда, выйдя на балкон, облокотился на перила и собственными глазами оценил раскинувшийся снизу зеленый массив. Но Нику следовало поговорить с Фиравелом еще об одной… даже больше, чем об одной, вещи. Все-таки, пригласив его пожить именно на Сохо, парень чувствовал за князя определенную ответственность. Да, Фиравел уже взрослый, совершеннолетний и в некоторых вопросах, пожалуй, и более зрелый, чем Ник. Только теперь вокруг него слишком отличный от Валинора мир и незнакомые правила игры.
Так что Ник решил воспользоваться моментом и нарушить «личные границы».
— И Фир, у меня к тебе большая просьба. Я не собираюсь за тобой следить или контролировать, но, если соберешься посетить какое-то сомнительное мероприятие… — парень увидел, как брови эльфа начинают ползти вверх. — Ну, там… ночной клуб, стрит или аэрорейсинг, бои без правил и так далее… присылай мне на всякий случай координаты. Мало ли что. Просто чтобы знать в случае чего, где тебя искать.
— С чего вы… ты решил, что я туда пойду? У меня совсем другого рода здесь задачи, — напрягаясь, ответил эльф.
Черт, как бы помягче объяснить... Сейчас ведь оскорбится. Черт! Черт! Ник и сам был не в восторге, когда Джарэд лез в его дела. И то Джарэд — старший брат, а он Фиравелу всего лишь приятель. Но надо сказать от греха подальше. На Сохо опасностей не меньше, чем на Валиноре, и они совсем другие. Сходу их легко не заметить.
— Ты же сам мне напомнил, что я учился в подобной школе, — улыбнулся Ник. — А оно как-то, бывает, случается незаметно. Вроде и не собирался, а потом уже хоп… и приходится использовать один звонок из полицейского участка. Вот в таком случае набирай всегда меня, не стесняйся.
Фиравел недоуменно пожал плечами.
— Ладно. Надеюсь, до этого не дойдет.
— И еще на любых гулянках, в клубах и подобном ничего: ни конфет, ни жвачек, ни напитков — ничего! — не бери даже из рук приятелей. Только на стойке у бармена. И взяв, не отворачивайся от бокала.
— Могут отравить? — глаза Фиравела широко распахнулись. — Но зачем?
— Отравить вряд ли, а вот подсунуть любую химию, которая действует на сознание и волю, запросто. А зачем — ограбить, выставить в дурном свете, получить какие-то сведения или обещания… Вариантов куча.
— Ясно, — серьезно кивнул князь.
Вроде понял и не злится. Тогда ладно. Стоит договорить до конца…
— И что такое «презерватив» знаешь? Всегда носи с собой. Инъекция намного удобнее, однако не защищает от болезней.
Кажется, после того как Ник выпалил эту фразу, у него самого выступила испарина на лбу. Ощущалось, как будто он впервые увидел сына-подростка и решил ему поведать про пестики и тычинки. Только вот у младшего Леграсса детей-то пока не было, и сразу такой шокирующий опыт!
Князь распрямился, губы сжались в одну тонкую линию, дыхание участилось. Злится, понял Ник. Сильно злится…
— Я верю, что вы не хотели меня оскорбить, — стальным тоном тихо заговорил Фиравел, снова переходя на «вы», — поэтому объясню то, что, думал, вы знаете и так. Эльфы вступают в отношения только после брака. Надеюсь, вы действительно не в курсе этого, а не допустили, что я настолько слабохарактерный, что, сменив планету, собираюсь забыть наши традиции и наплевать на устои. И да, что такое «презерватив», я знаю. Спасибо.
Ник чувствовал себя жутко не в своей тарелке, хотя не жалел, что все деликатные вопросы они прояснили.
— Фир, эльф, который в пятнадцать лет был способен бесстрашно с возможным врагом лазить ночью по болотам, а потом один скакать несколько часов через лес, чтобы только не бросать в нем коня, для меня априори неслабохарактерный. Просто… здесь свое болото, свой лес и тьма. И они могут оказаться не так явно заметными. Впрочем, я все понял. К этому разговору мы больше не вернемся, — и Ник, хлопнув князя по плечу, пошел внутрь апартаментов, переводя тему: — Слушай, давай испытаем кофемашину, а? Пить что-то ужасно хочется.
— И мне тогда почти исполнилось шестнадцать! — дерзко, но уже своим обычным голосом бросил князь, заходя следом.
***
Фиравел впервые совершенно один шел по улице Сохо. Форма слегка раздражала его, но намного меньше, чем отсутствие привычной тяжести меча на поясном ремне и визоплазов в рукавах. За время перелета он так и не смог к этому привыкнуть. Оружие являлось в какой-то степени частью князя, его личности, только в Обитаемой зоне с этим было строго. На ряде планет имелась возможность получить разрешение на ношение бластера, на Сохо же и они полагались только представителям полиции и армии. Что уж говорить о мече и кинжалах!
Дункан старательно разъяснил князю, как грудничку, что любое применение оружия без допуска — это преступление. Нападение с нанесением повреждений, пусть это и простая драка, — преступление. И даже самооборона может быть квалифицирована как преступление, если судья сочтет, что ее уровень превышен. Мозг Фиравела такие аксиомы не принимал, однако смирился, поскольку закон есть закон, а оказаться за его несоблюдение в местной тюрьме князя совершенно не прельщало. Тем более Дункан внушал ему, что в цивилизованном мире случаи, когда может понадобиться оружие, вообще единичны. Вероятно, на Гермесе так и было, но после вчерашних наставлений Ника князь совершенно не был уверен, что на Сохо дела обстоят так же.
Здание академии, скорее похожее на строгий старинный дворец, уже стало видно на другой стороне улицы. На парковку около него то и дело садились аэрокары, а на соседнюю въезжали автомобили. Родители целовали, обнимали и оставляли своих чад проводить первый день учебного года. Некоторые дети покидали машины в одиночку: возможно, их привозили слуги или охрана.
Фиравел неожиданно для самого себя заулыбался от предвкушения чего-то интересного и неизведанного. Наверное, новички обычно нервничают — как их примут, что скажут, но на этот счет князь оставался спокоен. Он традиционно заплел волосы сперва по голове, а потом назад, чтобы они не мешали, падая на лицо. Его острые уши были отлично видны при такой прическе. Князя этот нюанс абсолютно не смущал. Даже если его проигнорируют, то ему действительно все равно. Он не пытается здесь обрести друзей, и собственный круг общения парня тоже вполне устраивает. Фиравела интересовали лишь новые знания, которые он может получить, понимание психологии будущих оппонентов и… ну да, немного тревожило, достаточный ли у него уровень по предметам, чтобы уж не ударить в грязь лицом и не выставить Валинор темным захолустьем.
Фиравел взбежал по широким ступенькам, провел коммом по стоящему возле входа терминалу, на котором сразу высветилось: «Уважаемый мистер Фиравел Амбарато, добро пожаловать!» — и шагнул внутрь. Гомон, похожий на шум космопорта и торгового центра, мгновенно обрушился на уши, но Фиравел, уже проинструктированный, что и как нужно делать, не растерялся и быстро нашел на большом экране свой класс — двенадцатый с присвоенным ему зеленым цветом. Ник рассказал ему, что в рядовых школах классы в параллели нумеровали буквами. Однако для элитарной академии такое разделение было недопустимо. Ни одни родители не хотели, чтобы их сокровища попали в класс со второй и дальнейшими буквами алфавита, воспринимая это как дискриминацию. Поэтому давно приняли решение классы различать по цветам: ведь никто не может сказать, какой цвет важнее, умнее или ценнее.
Около окошка с классом стояли цифры — номер кабинета и код, после сканирования которого в комм загружалась карта, навигатор до нужной аудитории. Фиравел решил, поскольку он совсем пока не знает здания, им воспользоваться.
— О, чудик! Как думаешь, в туалет он тоже по навигатору ходит? — услышал князь сзади чей-то голос.
— Зачем? Посмотри на уши, он же эльф! А эльфы живут в лесу. Там под каждым кустом туалет!
И оба парня заржали. Фиравел сжал крепче челюсть и, сделав вид, что ничего не слышал, пошел к указанному кабинету. Он уже знал из рассказа Дункана, что в эльфов в Обитаемой зоне не верят. Для людей они какие-то мифические существа, вроде фениксов или нагов. Переубеждать князь никого не планировал. У него нет ничего общего с этими людьми, зачем тратить на них свое время?
Карта в комме на деле оказалась хорошим подспорьем, и Фиравел попал в нужную аудиторию за десять минут до начала занятий. Он вошел в комнату, поздоровался и сел за свободную парту в середине класса. Хорошо, что мест оставалось достаточно и можно было выбирать — Фиравел не хотел садиться далеко, чтобы не подумали, будто он чувствует себя неуютно и стремится спрятаться, но и слишком близко тоже не хотел. Как же он тогда станет наблюдать за одноклассниками? А ведь понять их привычки и образ мыслей представлялось князю не менее важной задачей, чем аттестат, ради которого все и затевалось. Последний можно было бы получить, появляясь только на экзаменах. Однако людское общество тогда так и останется для князя загадкой, а для юриста-межпланетника это однозначно жирный-прежирный минус.
Фиравел достал переносной терминал, стилус и откинулся на спинку стула. Не эргономичная, как в кинотеатре, но в целом тоже весьма удобная. Другие ученики перешептывались, и эльф был почти уверен, что о нем. Некоторые и не считали нужным скрывать любопытства. Например, сидящая впереди коротко стриженная девушка с ярко-синими волосами беззастенчиво развернулась и пробежала по князю оценивающим взглядом.
— Я Гала. А тебя как зовут?
— Фиравел.
— Хо! Смотрите-ка! Даже можно выговорить! А мы-то думали, будет Полный Дуб из клана Северных Оленей! — сострил довольно писклявый, хотя точно мужской голос.
В аудитории послышались смешки. Фиравел медленно развернулся вполоборота, чтобы была возможность разглядеть шутника. Пухлый, среднего роста, розовощекий, как поросеночек.
— Жаль тебя огорчать, но на моей планете твои родственники не живут, — спокойно произнес князь.
Класс грохнул смехом. «Поросеночек» побагровел, засопел, как после долгой пробежки в боевой экипировке, впрочем, что бы ответить такого едкого, видимо, не придумал.
«Поздравляю, Фир! Еще учеба не началась, а ты уже нажил врага», — съехидничал внутренний голос. Его урезонить князь не успел — раздался звонок, и в аудиторию вошла весьма элегантная дама в брючном костюме.
— Всех приветствую!
— И мы вас, профессор Золинг! — раздалось нестройно с разных мест.
Фиравел вскочил, поклонился и только потом поймал себя на мысли, что не стоило этого делать и выбиваться из общей массы. Нет тут такой традиции! Но рефлексы, будь они неладны. Пожалуй, хорошо, что меч пришлось оставить на Валиноре.
— Как удачно, что вы поднялись! — произнесла преподаватель слегка нараспев. — Подойдите ко мне, я хочу вас представить ребятам.
Фиравел вышел и встал около преподавательской кафедры, в свою очередь, осматривая одноклассников.
— Дамы и господа, в этом году у нас новый ученик. Зовут его Фиравел Амбарато, и он прибыл с далекой планеты Валинор. Надеюсь, вы подружитесь, — произнесла профессор, кажется, с несколько преувеличенным вдохновением.
Двое парней хмыкнули, шутник промолчал, три девушки смотрели с искренним любопытством, одну куда больше интересовало что-то за окном. Вот и весь класс. «Зачем тогда здесь шестнадцать парт?» — оторопело подумал князь, возвращаясь на свое место.
Глава 8
Когда занесли вещи в комнату и Люсинде наконец удалось остаться одной, она сразу заперла дверь на замок, нервно глянула в сторону окна (как будто оттуда на третий этаж мог кто-то подглядеть!) и только тогда достала из-за манжета записку.
«Леди Люсинда, у меня к Вам дело огромной важности. Необходимо кое-что показать лично Вам. В княжеских покоях есть потайной ход на стене, которая ближе к скалам. К сожалению, не знаю, как он открывается, но надеюсь, найдете. Буду ждать вас внизу. Элус».
Хм… То есть конюх предполагал, что княжна вот так ночью выйдет одна из своих покоев с ним на встречу? Крайне неразумно. Надо же быть полной идиоткой, чтобы так подставиться. Если кто-то желает ей смерти, ему даже и утруждаться не придется! С другой стороны, Элус, сколько она его помнила, был порядочным малым. Вдруг то, что он ей готов показать, спасение для всего Лунного Камня?
Люсинда окинула взглядом комнату. Княжеские апартаменты явно предназначались для мужчины. Тусклые цвета, из мебели — огромная кровать, на которой, сразу видно наспех, перетягивали балдахин на более веселенький, конторка, книжный и платяной шкафы, два ротанговых кресла и столик между ними со столешницей в виде шахматной доски, несколько напольных канделябров и один небольшой на конторке. И ни одного зеркала! Ладно, уютом она займется потом, а пока…
Девушка подошла к окну — вид открывался на лес и горы. Не удивительно, что князья выбирали себе именно эти апартаменты: наработавшись за день, они, вероятно, хотели отдохнуть от суеты. Однако и о безопасности они тоже подумали — ставни на окне находились изнутри спальни, а по бокам располагались ввинченные в камень кованые держатели. Запорные брусья, весьма увесистые, стояли рядом. М-да… Очень архаично. Так… Получается, стена ближе к горам — это та, на которой дверь в купальню, книжный шкаф и пара выцветших фресок.
А зачем это Люсинде? Не собирается же она на самом деле лезть неизвестно куда среди ночи?! Конечно, нет! Но интересно же! Про вход конюх запросто мог знать, если приводил сюда отцу лошадей для секретных вылазок. Любопытненько, куда это папенька отправлялся? Тайные встречи с наемниками? Черные делишки, о которых ни одна живая душа не должна была догадываться?
Где, судя по романам, чаще всего спрятан тайный ход? За картиной или шкафом! Княжна подошла к полкам и внимательно их осмотрела. Пыль была протерта, ни один том как-то странно не выделялся. Да и какая это была бы тайна, если бы о ней знала любая горничная? Люсинда прислонилась спиной к боковой стенке шкафа и попыталась его сдвинуть. Тщетно. Ни на миллиметр. Ладно, пойдем более длинным путем.
Девушка принялась доставать книги и складывать их аккуратными стопками на полу. Полки вскоре опустели. К сожалению, за фолиантами не прятался ни рычаг, ни замок, ничего — стенка как стенка. Люсинда еще раз попыталась сдвинуть мебель, но результат оказался тот же. Вероятно, шкаф каким-то образом прикрутили к стене, хотя и незаметно. Правда, это могло быть сделано всего лишь для того, чтобы, узкий и высокий, он однажды не свалился и не придавил хозяина. Княжна оставила шкаф и перешла к фрескам.
На первой, ближе к окну, была сцена с эльфом-воином, разгоняющим орков с помощью Силы. Люсинда попробовала нажать на нарисованные визоплазы — ничего. Пригляделась внимательнее, нет ли где-то на картине затертых мест — краска от времени побледнела и местами облупилась, но вполне равномерно. На второй фреске — сцена бракосочетания: эльфийская пара стоит в Священной роще, а их руки переплетает белая церемониальная лента. Княжна, очень радуясь, что ее никто не видит за таким дурацким занятием, попыталась нажать на соединенные ладони — дохлый номер. Что еще она могла упустить?
Люсинда сделала два шага назад и постаралась охватить стену единым взглядом. Никаких видимых зазоров, трещин, щелей. Девушка начала просто прощупывать фрески сантиметр за сантиметром, потом то же самое сделала с задней стенкой шкафа… Ну не мог же Элус над ней таким образом посмеяться? Несусветная глупость! И зачем вообще вместо сна она тратит свое время на какую-то игру, тем более что идти на встречу все равно не собирается?!
Княжна так разозлилась на саму себя, что с силой стукнула кулаком в ребро шкафа. И… он слегка сдвинулся! Просто не в сторону, а в глубину!
Еще не веря в удачу, Люсинда нажала на боковину снова, и часть стены с прикрепленным к ним стеллажом утонула внутри темного прохода. Люсинда придвинулась к краю и посветила поднятым над головой канделябром. В открывшемся довольно узком пространстве уходила вниз винтовая лестница. Княжна обернулась на комнату, потом на проход и приняла решение. В конце концов, конюх всегда преданно служил ее семье, а в ее ситуации вряд ли можно обойтись без доли риска. Девушка быстро потушила все свечи в комнате и на всякий случай, пока не понимая, как действует механизм, подперла одним из канделябров потайную дверь, чтобы помешать ей закрыться.
На лестнице жутковато гулко были слышны собственные шаги и тянуло прохладой. Люсинда спускалась виток за витком, и в тесном замкнутом помещении ей начало казаться, что ее комната не на третьем этаже, а в какой-то высоченной замковой башне. Наконец очередной поворот уперся в стену, на которой, так же как на окне, по бокам были кованые скобы с лежащими на них перекладинами. Княжне пришлось знатно попотеть, чтобы выдвинуть все три. Дверь не выделялась, поэтому девушка решила поступить как со стеллажом: что есть мочи толкнула один край стены наружу. Преграда поддалась, и в щель уже стало видно ночное небо, когда чьи-то пальцы схватили камень с той стороны и потянули на себя.
Люсинда от неожиданности успела взвизгнуть, тем более что порывом воздуха тотчас задуло свечи. Но на улице ее поджидали всего лишь конюх и пара оседланных лошадей. Потомков тех самых, элитной породы, которую получила ее бабушка-принцесса в приданое. Княжна так обрадовалась, что кинулась обнимать их за морды.
— Элус! Как?! Откуда?!
Конюх, увидев, что девушка сюрприз оценила, горделиво раскраснелся.
— Да как началась в Ясеневом Лесу неразбериха, я под шумок свел сюда Пегаса и трех кобылок. Лунный Камень — он же это… никому не нужен. Тут даже лихой люд не слоняется. Брать-то нечего. Травку в лесу щиплют, хотя я и комбикорма телегу вывез, только он уже того… закончился.
И Элус виновато снова взглянул на княжну, словно хотел убедиться, правильно ли он поступил. На секунду в душе Люсинды кувыркнулось сомнение: все-таки имущество Ясеневого Леса было захвачено много лет назад ее отцом и по идее сейчас должно вернуться законному владельцу. С другой стороны, кони принадлежали Морвэнам задолго до захвата соседнего княжества, а значит, вполне могли оставаться в Лунном Камне и все эти годы.
— Ты молодец, Элус! — искренне и горячо поблагодарила девушка. — Я вот подумала… как ты смотришь, чтобы купить еще коней? Чистопородных верховых, как наши, мы, конечно, вряд ли найдем в продаже, но, может, что-то попроще? Заняться разведением.
Глаза конюха загорелись.
— О, леди, это было бы шикарно! Около замка есть конюшни, я займусь приведением их в порядок! Вот только… где их пасти? На четверых тут зелени хватает, но точно не на табун. А покупать корма, думаю, совсем дорого…
— Я посчитаю, — успокоила его Люсинда, в чьей голове, словно бусины на нитку, стали нанизываться одна идея за другой. — Может, удастся договориться с леди Вестеле пасти в спорной долине за какую-то плату. А ты пока подумай, у кого есть подходящие для наших нужд животные. Выбирать вместе поедем.
От такого доверия Элус, казалось, вот-вот расплачется.
— Да, ваша светлость. Все, что прикажете!
Люсинда торопливо кивнула, зажгла свечи в канделябре от фонаря конюха и юркнула обратно в проход. Элус ей помог, придавил снаружи плиту. Впрочем, с этой стороны запорные бруски пришлось вставлять самостоятельно. Оставить вход без них было бы весьма неосмотрительно. Мало ли кому, кроме конюха, известна эта тайна? А обнаружить кого-либо невзначай у себя в комнате княжна совершенно не желала. Девушка выбилась из сил уже на этом этапе, но делать нечего, пришлось еще подниматься до комнаты.
Княжна, едва живая, заперла потайной ход и кое-как, не думая о расстановке, вернула книги на полки. После этого ее лишь хватило сил помыть руки из кувшина, рухнуть на кровать, не раздеваясь, прямо поверх покрывала и забыться глубоким сном.
Пробуждение наступило оттого, что кто-то настойчиво тарабанил в дверь. Солнце стояло высоко, а ставни были распахнуты настежь — Люсинда про них просто забыла.
— Ваша светлость! Ваша светлость! С вами все в порядке? — тревожно вопрошала горничная в перерывах между стуком.
— Почти, — пролепетала Люсинда, с трудом открывая глаза и, чуть ли не как мешок, сваливаясь с кровати.
Ох… Спать в корсете — убойное «удовольствие». Все кости ломило, вот же ее вчера угораздило!
Княжна дошла до двери и открыла замок. Авралиэль скользнула внутрь и уставилась на подопечную такими полными ужаса глазами, что та и сама напугалась. Наверное, стоит всклокоченная, отекшая, мятая… кошмар!
— Тут зеркала ни одного нет! — словно оправдываясь, пояснила Люсинда.
— В-вы спали не раздеваясь? Почему же не позвали меня? — в шоке, запинаясь, проговорила горничная.
— Я так устала, что отключилась раньше, чем что-либо сделала. А сколько сейчас времени?
— Так десятый час! А вы в одиннадцать с прислугой замковой общаться хотели.
Ой-е-ей! Точно! Люсинда чуть не подпрыгнула на месте.
— Так, быстро мне ванну, свежее платье, уложить волосы… — и она заметалась по комнате.
К счастью, Авралиэль имела отличную выучку, поэтому к одиннадцати часам княжна, сверкающая, как роза в росе, вышла к ожидающей ее прислуге. С собой она несла специально купленный в Аэркарасе большой блокнот в кожаном переплете, в отдельный кармашек которого вставлялись карандаш и ластик. Княжна села во главе традиционного для залов совета стола в форме подковы и осмотрела свой, прямо скажем, крайне скромный штат. Да, Лунный Камень был небольшим замком, комнат пятьдесят, но на все это хозяйство семь человек?! При том что трое из них старики! Немыслимо!
— Давайте знакомиться, — после приветствия с широкой улыбкой проговорила Люсинда, стараясь не показать своей растерянности.
Кажется, только сейчас княжна всерьез осознала масштаб бедствия. Отправить девушку возглавлять Лунный Камень было сродни тому, что предложить поднимать экономику необитаемого острова. Впрочем… ей выделили двести воинов с оплатой от столицы. А это, кроме прочего, и рабочая сила. Надо только придумать, каким образом ее можно использовать…
— Я экономка, — засипела пожилая дама.
Видимо, у нее имелись проблемы с голосом, потому что Люсинде пришлось здорово напрягать слух, чтобы разбирать слова.
— Эти две, — и она указала морщинистой рукой на ближайших к ней женщин в белых длинных фартуках, — работают на кухне. Те две, — и экономка махнула ладонью на сидящих чуть в стороне эльфиек в серо-синих платьях, — горничные. Терен — все мужские дела по хозяйству, ну а Вафу вы вчера видели, но он не пришел, поскольку привратник. Остальных мы давно распустили. В замке же никто не жил.
— А казначей? — удивилась Люсинда.
Должен же быть хоть кто-то в княжестве, ведающий финансами?!
— В замке я справлялась. А в княжестве… ну как-то все и так живут. А еще, поскольку теперь прибыла хозяйка, я прошу у вас отставку. Не в моем возрасте уже всеми командовать и по зданию с проверками бегать.
У княжны даже пятки похолодели. Отставку? А как она со всем этим справится? Ей срочно, срочно нужна была помощь! Хороший управляющий, экономка и еще боги весть кто, сразу и не сообразишь… Но вслух она лишь строго произнесла:
— Я подумаю. А пока… хочу увидеть у себя в кабинете учетные книги за последние годы, карту княжества и план замка. Они же… существуют?
Кажется, концовка фразы вышла жалостливой. Интонация предательски выскочила помимо воли Люсинды. На ее удачу экономка кивнула. На этом пока и разошлись. Княжна подумала, что ей просто необходимо на свежий воздух. В мрачных залах дворца, хотя и тщательно отмытых перед ее приездом, царило нездоровое запустение. Княжне даже показалось, что так себя чувствуют около постели неизлечимо больного.
Девушка выскочила наружу и спешно вдохнула воздух полной грудью. Солнышко светило дружелюбно, редкие облака цеплялись за скальную гряду, по замковому двору то и дело сновали воины. Так! Некогда трусить и хандрить! Надо всех расселить и приниматься за работу. И Люсинда пошла вдоль расставленных палаток в поисках Фингона. Первое задание для его отряда было готово.