Урок французского. Tu es...

Глава I

Иногда история начинается не с события, а с ощущения, что нечто важное уже незримо присутствует, но ты ещё не понял ни его суть, ни последствия.

В тот день в электричке меня не покидало это чувство. Именно с такого тихого и почти неуловимого ощущения порой и начинается целая история, задолго предвещая события, которые еще только предстоит осознать.

Вагон мягко покачивался в такт стуку колёс. Коржик мирно посапывал у меня на коленях, изредка потягиваясь во сне от какого-то своего особенного собачьего счастья, а я смотрела в окно — на проплывающий мимо тягучий пейзаж. В Петербурге стояла золотая осень, самое редкое, прекрасное и драгоценное для этого города время года, время, когда город становится щедрым на краски, тепло и уют.

Деревья разливались бархатным, медовым светом, земля была устлана опавшими листьями, словно янтарём. Дворцовые парки, щедро окрашенные во все оттенки золота, величественно готовились к холодам, а ветер, словно завидуя всему этому тихому великолепию, то и дело трепал кроны деревьев и поднимая опавшую листву закручивал её в причудливом танце. И только небо, тяжелое и густое, как предчувствие, наливаясь серым плотным свинцом, нависало над всем этим великолепием и неизбежно окутывало проносящиеся мимо дома, станции, машины, бездомных собак и редких прохожих, мелькающих как случайные, но почему-то кажущиеся очень важными деталями чужой жизни.

Я сидела глубоко погруженная в свои мысли, наступало время, когда внешняя суета уступала место тихим земным планам и легкой ностальгии по ушедшему лету. Завершение дачного сезона особенная пора. Горожане, как стая перелётных птиц возвращались в свои уютные городские квартиры, а дачные посёлки, недавно еще такие шумные и живые, постепенно затухали, укутываясь в терпеливое ожидание долгой зимы. Природа готовилась к сонному замиранию, и каждый год я наблюдала страстный летний роман дачного поселка и его гостей, а затем неизбежный, полный грусти финал расставания. Это была необходимая пауза бытия, полная скрытого смысла и обещания будущего возрождения.

Всё было правильно, понятно, предсказуемо и именно это держало меня в напряжении, потому что внутри уже несколько дней жило странное ощущение: что это — иллюзия, что всё уже сдвинулось, просто я ещё не вижу — как. Я находилась в центре театра абсурда, мое молчание было лишь маской скрывающей угрозу, а привычная реальность ощущалась как декорация — как уродливая трещина в стене отрицания.

Поезд шёл своим неизменным курсом, и в этом почти равнодушном движении было что-то невыносимо спокойное. Пейзажи сменялись, как выцветшие слайды в старом фильмоскопе, а мои мысли, петляя и переплетаясь, цеплялись одна за другую и упрямо возвращались к одной и той же истории.

К той самой.

К той, которую я не собиралась никому рассказывать, к той, где я стала молчаливым участником, свидетелем, а теперь должна была стать судьей.

Глава II

Я ехала на встречу к своей бывшей коллеге, ставшей мне по-настоящему другом. Это слово вдруг стало очень тяжелым, почти невыносимым и впервые мне было страшно.

Дружба требует правды, а правда может потребовать разрушения.

Я знала, что Вера еще слаба. Что её память возвращается медленно, болезненно, словно поднимается со дна - и с каждым всплывающим воспоминанием ей приходится учиться дышать заново. Полгода комы разорвали её жизнь надвое, вычеркнув воспоминания и оставив вместо них пустоту, в которую еще не успели проникнуть ни боль, ни страх, ни ложные надежды.

Иногда мне казалось, что эта пустота - спасение.

Что, может быть, есть вещи, которые не должны возвращаться. Что есть правда, которой лучше не существовать, если за нее приходится платить чьей-то жизнью - пусть даже уже спасенной.

Но правда существовала.

Она жила во мне - глухо, тяжело, как невыносимо долгий вдох, который невозможно выдохнуть, и с каждым километром становилась все ощутимее. Я пыталась представить как скажу это. Каким голосом? С чего начну? Где остановлюсь, если увижу, что её хрупкий мир рушится на моих глазах. Я перебирала слова, как перебирают осколки, заранее зная: какой бы я ни выбрала, он все равно порежет. И сильнее всего - её.

Но у этой истории не было безопасной формы. Всякое слово в ней было острым, всякая пауза - подозрительной, всякое молчание - уже выбором. И я вдруг ловила себя на том, что уже не слышу звука поезда, а только одну себя, и этот не прекращающийся мучительный вопрос: хватит ли у меня твердости дотянуть до конца пути? И тут же думалось: а что если я разломлю эту правду еще в дороге и она утратит свою губительную силу или напротив в этом-то и будет самая гибель?

И все же есть истории которые невозможно носить в себе бесконечно, не возвращая произошедшее туда, где оно могло бы снова ожить. Они накапливаются — медленно, почти незаметно — как тяжёлый воздух перед грозой. И в какой-то момент начинают давить изнутри. Тогда мы выбираем странный, но почти безупречный способ: говорим с тем, кто появился в нашей жизни случайно — и так же случайно из неё исчезнет. С тем, кто выслушает — и не станет проверять, не будет искать совпадений, не задаст лишних вопросов. С тем, для кого твоя история так и останется историей.

Поезд всё шёл.

Я всё смотрела в окно — рассеянно, почти неподвижно, как смотрят когда мысли ускользают и не желают складываться ни во что определенное. И вдруг мой взгляд остановился. Я не сразу поняла — отчего. Скорее почувствовала.

В вагоне что-то переменилось.

Будто в замкнутое пространство вошёл человек, способный нарушить равновесие — или, напротив, восстановить его.

Я обернулась.

На одной из станций в вагон вошла женщина — пожилая, причудливо одетая. Она тотчас приковала к себе моё внимание. Мне всегда казалось, что по одежде можно угадать человека — не столько даже угадать, сколько выдумать его заново, приписать ему некую тайную историю, которой быть может, и нет. С любопытством принялась я разглядывать свою случайную попутчицу. Она расположилась неподалеку от нас. В ней было что-то особенное — нет? Всё в ней было особенное.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.