- -
- 100%
- +
Маша повернулась к Максиму спиной и ушла. Он не стал догонять. Больше они не встречались.
Вскоре к ней пришла Таня и долго уговаривала помириться с Максимом, но Маша осталась непреклонна. Если, бывая в Лебяжьем по делам, замечала его на улице, переходила на другую сторону или вообще сворачивала за угол. Похоже, Максим сильно обиделся, и если замечал Машу, не пытался подойти и поговорить еще раз.
*
В середине мая Максим Широков и еще несколько Машиных одноклассников ушли в армию. Максима провожала Таня. Она была с ним до самого отъезда со сборного пункта, а вечером пришла к Маше.
Маша удивлялась, как Таня могла простить Максима, узнав, что он считает её несерьёзной, и общаться с ним, будто ничего не случилось.
– Почему ты не пришла проводить Максима? – спросила подруга, едва перешагнув порог Машиной комнаты.
– Чтобы он не подумал, что я буду его ждать. К тому же его провожала ты.
– Я провожала его как друг, а не как его девушка, – обиженно поджав губы, сказала подруга.
– А я не его девушка, – холодно ответила Маша.
– Он же тебе нравится.
– Нравился. Это в прошлом.
– Машка, ну как ты не понимаешь! – начала доказывать Таня. – Какому парню захочется, чтобы за его девушкой ухлёстывали другие, пока он в армии? Ну, он и попросил меня... приглядеть за тобой. Ты не должна обижаться на него за это.
– Ну, а я обиделась, – заявила Маша. – С чего вы оба взяли, что за мной кто-то будет ухлёстывать? Моя популярность резко возрастет от перемены места жительства? Или я, переехав в Киров, волшебным образом превращусь в писаную красавицу, от которой глаз не отвести?
– Ой, лучше бы я тебе ничего не рассказывала, – вздохнула Таня. – Я-то думала, тебе будет приятно узнать, как он о тебе беспокоится.
– А тебе было бы очень приятно, если бы к тебе приставили шпиона?
– Но я вовсе не собиралась за тобой шпионить, Маша! Ну чего ты уперлась с этой учёбой? Вон, Ленка же ждёт Володьку дома, никуда не уехала.
– И Максим решил, что я тоже должна сидеть дома, да? Может, он думал, что в городе, да еще на мужском факультете я начну резвиться, как коза в огороде? Естественно, мне это не понравилось.
– Мне тоже не понравилось, когда он решил, что я не смогу его дождаться. Но я его простила. И ты должна простить.
– Ничего я не должна! Ну не могу я полюбить того, кто мне не доверяет!
– Всё равно, Маша, зря ты отказалась от Максима. Он отличный парень, тебе такого больше в жизни не найти.
– Разве я спорю? – усмехнулась Маша. – Но мне нужен не такой.
– А вот ему нужна такая, как ты. Между прочим, когда я его провожала, он только о тебе и говорил, и велел поцеловать тебя за него, – Таня шагнула к Маше и чмокнула в щеку. – Он готов всё забыть, если ты ему напишешь.
– Он готов, а я – нет, – отрезала Маша. – Не буду я ему писать.
– Машка, я тебя не понимаю! – возмутилась Таня. – Ты же от своего счастья отказываешься! И Максим из-за тебя будет несчастлив.
– А чего ты за него так волнуешься? – прищурилась Маша. – Он же тебя бросил!
– Не бросил, а мы просто расстались, – сухо поправила Таня. – И волнуюсь я не за него, а за тебя. Если ты будешь рыться в парнях, как свинья, извини, в апельсиновых корках, так и останешься одна на всю жизнь.
– Это моя проблема, а не твоя.
– А я поняла, почему ты всех парней отшиваешь, – вдруг сказала Таня.
– Почему? – полюбопытствовала Маша.
– Никак не можешь забыть своего Лёшку Морозова.
– Как я могу отшивать парней из-за несуществующего человека? – усмехнулась Маша, понимая, что подруга права. Она влюблена в того, кого сама выдумала.
– Не знаю, но это так, – сказала Таня и добавила: – Знаешь, почему мы начали подозревать, что ты всё сочиняешь про Морозова?
– Потому что шпионили за мной.
– Нет, не поэтому. А потому, что твой парень был слишком идеальным. Слишком. Таких на самом деле не бывает.
– Знаю, – согласилась Маша. – И не собираюсь искать такого, как он. Я просто тоже хочу влюбиться в того, кто полюбит меня.
– Ну, так тебе долго придётся искать, – усмехнулась Таня.
– А я никуда не тороплюсь, – в том же тоне ответила Маша. – И выйти замуж для меня – не самоцель.
– Это сейчас ты так говоришь. А пройдёт лет десять, будет тебе около тридцати, тогда забегаешь, но будет поздно, – пророческим тоном произнесла Таня.
– До тридцати еще целых двенадцать лет, куча времени, – беспечно проговорила Маша.
– Что ж, я тебя предупредила, – сказала Таня и ушла.
Она ушла недовольная и обиженная. Маше оставалось лишь надеяться, что подруга не будет дуться слишком долго.
И всё же стало почему-то грустно. Она почувствовала свое одиночество острее, чем обычно, и снова пожалела, что Лёшка Морозов был создан лишь её фантазией.
Давно наступил вечер, но Маша вышла на улицу и побрела на берег речки, на маленький пляжик, где уже несколько лет лежал ствол упавшего дерева. Маша любила сидеть на нём и мечтать. О том, как вдруг прошуршат по песку легкие шаги, она обернется и увидит Лёшку Морозова. «Привет, Маша. А вот и я», – скажет он, и она радостно ответит: «Привет». Знала, что этого никогда не случится, и всё равно ждала, что свершится чудо, и мечта материализуется. Сегодня ей, как четыре года назад, очень хотелось, чтобы Лёшка вдруг появился. И Маша сидела, затаив дыхание, напрягая слух и нервы, чтобы услышать и почувствовать его присутствие.
Но он, конечно, не появился.
Маша перестала ждать и нервно рассмеялась, а потом горько расплакалась.
ГЛАВА 6. КВАРТИРНЫЙ ВОПРОС
Август 1981 – июль 1982 гг.
Лето пролетело, как один миг, но как самый прекрасный миг в жизни Эллы. Провожая Лёшку в Москву на учебу, она опять заговорила о свадьбе.
– Пройдёт еще год, и мы поженимся. Скорее бы он прошёл! Я так хочу жить в Москве! Кстати, ты поговорил с дядей насчет квартиры?
– Нет.
– Ладно, у тебя еще целый год впереди, успеешь, – беспечно улыбнулась Элла. – Только не тяни слишком долго.
Но Лёшка знал определенно, что не сможет просить об этом дядю.
– Элла, я не буду с ним говорить, – решительно сказал он.
– Не будешь?
– Нет.
– Значит, ты не хочешь, чтобы мы поженились? – она обиженно надула губки.
– Лялечка, милая, очень хочу, но не могу просить дядю пустить на квартиру нас обоих, не могу! Ляля, пойми, мы не имеем права ломать привычное течение жизни дяди и тети. Они живут тихо, спокойно, и я подстраиваюсь под их ритм.
– Я тоже подстроюсь. Мы им мешать не будем. Они нас даже не заметят, так тихо мы будем себя вести!
– А если появится ребёнок?
– Уверяю, они будут безумно рады. Все бездетные люди обожают младенцев. Но можешь не беспокоиться, дети у нас появятся нескоро.
– Это почему? – насторожился Лёшка.
– Тебе сначала надо институт закончить, работу хорошую найти в Москве, – пояснила Элла. – Вот тогда и о детях будем думать.
– Ляля, я не буду ни о чём просить дядю, – твёрдо сказал Лёшка. – Лучше найду квартиру.
– Лёшка, ты что, не знаешь, как трудно найти квартиру в Москве? – воскликнула Элла. – А тут целая трёхкомнатная квартира пропадает! И только потому, что ты не хочешь поговорить с дядей! Даже если ты найдёшь квартиру, знаешь, сколько за неё придётся платить? Никакой твоей стипендии не хватит!
– Но дяде нам тоже придётся платить!
– Он твой родственник, и не будет брать с нас много! Ты сам говорил, что с тебя не берет ни копейки!
– Эллочка, не переживай, я получаю повышенную стипендию. Не сорок, а сто рублей.
– Что твоя повышенная стипендия! – раздражённо махнула рукой Элла. – Сегодня ты её получаешь, а завтра нет. Ты что, не понимаешь, если мы будем жить на съёмной квартире, а не у твоего дяди, мы никогда не получим постоянную прописку в Москве! А дядя твой родственник, он может дать нам постоянную прописку! Надо только его попросить! Он так любит тебя, он тебе не откажет!
– Во-первых, никакой он не родственник, – сердито проговорил Лёшка. – Ты забыла, что Павел Кузьмич мне не родной отец? Значит, и дядя не родной. А во-вторых, я не собираюсь всю жизнь жить в Москве.
– Не собираешься? Не собираешься?! – обиженно воскликнула Элла, и в её прелестных глазках блеснули слёзы. – А у меня ты спросил, чего хочу я? Тебе всё равно, да? Ты просто меня не любишь!
Элла повернулась, и хотела убежать, но Лёшка поймал её за руку.
– Лялечка, милая, как ты можешь так говорить? Я люблю тебя, очень люблю!
– Так докажи! Поговори с дядей! Лёшка, я так хочу жить в Москве! Это мечта всей моей жизни!
Элла умоляюще взглянула на Лёшку и всхлипнула. Он не мог видеть её слёз и пообещал:
– Мы будем жить в Москве, Элла. Я сделаю для этого всё, что смогу.
– Лёшка, я так тебя люблю! – воскликнула девушка, кидаясь ему на шею. И слёзы моментально высохли. – Ты самый лучший!.. Послушай, до твоего поезда еще почти час. Давай зайдем в «Рубин», посмотрим обручальные кольца.
Элле, как любой девушке, очень нравились украшения, и она с упоением рассматривала кольца, серьги, цепочки и подвески. Лёшка наблюдал за ней, пытаясь угадать, что ей нравится больше всего, чтобы подарить на свадьбу.
– Ой, Лёлик!.. – восхищённо прошептала Элла, схватив его за руку. – Посмотри, какая прелесть!
«Прелестью» оказалась небольшая золотая подвеска в виде цветка с крохотным камешком в центре. Ничего особенного, чем можно так восхищаться, Лёшка в подвеске не заметил. Красивая, но не шедевр. Зато камешек – настоящий бриллиант. Стоила эта «прелесть» тысячу рублей с лишним – почти годовая Лёшкина повышенная стипендия. Но он твердо решил, что к свадьбе Элла получит свою «прелесть».
– Идём на вокзал, а то опоздаю на поезд, – сказал Лёшка, и Элла с неохотой оторвалась от созерцания драгоценности.
У неё имелись и золотые цепочки, и подвески, серёжки и колечки, но всё это ни в какое сравнение не шло с бриллиантом, даже таким маленьким.
– Как думаешь, Лёлик, мы сможем когда-нибудь позволить себе купить бриллиант? – мечтательно спросила Элла.
– Возможно, – ответил Лёшка. – Когда я стану хорошим инженером, и буду много зарабатывать. Только зачем тебе бриллианты? Ты и так красивая.
– А с бриллиантами стану еще красивее.
До самого отправления поезда Элла молчала, погрузившись в мечты о бриллиантовой подвеске. Лёшка тоже был задумчив, ломая голову над тем, как решить задачи, поставленные перед ним его любимой.
*
Задача с подвеской решалась просто: арифметически. Чтобы собрать нужную сумму, и не протянуть при этом ноги, нужно где-то подрабатывать. Поэтому Лёшка, приехав в Москву, отправился искать работу. Очень скоро нашел место дворника в ближайшем ЖКО – за шестьдесят рублей в месяц.
Другая задача оказалась сложнее. Лёшка попробовал искать квартиру, но вскоре убедился, что Элла права, и квартира им не по карману, даже если он будет по-прежнему учиться и работать. Он пробовал узнать, получит ли комнату в общежитии, если женится, и ему объяснили, что он сможет получить комнату, если жена тоже будет студенткой того же института. К тому же, общежитие не устроит Эллу, так как не даст постоянной прописки.
Круг замкнулся. А Элла в каждом письме спрашивала, поговорил ли Лёшка с дядей. Он уже боялся открывать её письма.
Он стал реже приезжать домой, отчасти из экономии, отчасти потому, что не хотел снова ссориться с Эллой из-за квартирного вопроса. А когда она спрашивала, поговорил ли он с дядей, отвечал:
– Лялечка, милая, я решаю этот вопрос. Не беспокойся, к тому времени, когда мы поженимся, у нас будет жильё в Москве.
*
Получив очередное письмо от Эллы, Лёшка едва не расплакался, потому что так и не нашел выхода из замкнутого круга.
Он сел за стол, решив честно написать, что с квартирой ничего не получается.
«В конце концов, если она меня любит, то будет продолжать любить и без московской прописки», – подумал он.
«Здравствуй, моя милая Лялька!» – начал Лёшка писать, но бросил ручку. Проверять таким образом прочность чувств девушки не хотелось. Разве она уже не доказала свою любовь тем, что почти пять лет они вместе?
Так он и сидел, грустно уставившись на чистый лист бумаги перед собой, пока не услышал стук в дверь, после которого в комнату вошла Ольга Петровна.
– Алёша, иди ужинать.
– Спасибо, тётя Оля, не хочу.
– Почему? – Ольга Петровна подошла поближе и взглянула на Лёшку внимательнее. – Ты не заболел, сынок? Ты какой-то бледный, что с тобой?
– Ничего, всё в порядке. Просто устал, – отговорился Лёшка.
– Леша, ты переутомляешься, – озабоченно сказала Ольга Петровна. – Учёба, работа, клуб – это не слишком? У тебя сердце слабое, его надо беречь... Если у тебя затруднения с деньгами, так попросил бы у нас.
– Спасибо, тётя Оля. Я не могу брать у вас деньги. Вы и так кормите меня, и не берёте плату за то, что живу у вас.
– Лёша, о какой плате ты говоришь?! – возмутилась Ольга Петровна. – Ты наш племянник, почти как сын, и мы очень рады, что ты живёшь у нас. А деньги... – Ольга Петровна взяла стул, подсела к Лёшке и доверительно спросила: – Зачем тебе так много? У тебя какие-то проблемы? Неужели кто-то вымогает у тебя деньги?
– Тётя Оля, не беспокойтесь, деньги мне нужны не для этого, – сказал Лёшка.
– Хорошо, допустим. Но всё же... Ты в последнее время стал каким-то грустным, мрачным, не ешь ничего... – она вдруг заметила фото Эллы под стеклом и начатое письмо. – Может, ты с девушкой поссорился?
– Нет, – быстро ответил Лёшка.
– А кто эта девушка?
– Элла... моя невеста... Она живёт в Кирове. Летом мы хотим пожениться.
– А! Теперь поняла, ты хочешь сам накопить денег на свадьбу! – понимающе закивала Ольга Петровна. – А как же учёба?
– Еще не знаю... – замялся Лёшка. – Может, в Киров переведусь... А может... найдём здесь квартиру...
– Алёшенька, что ты говоришь?! Какую квартиру?! – возмутилась Ольга Петровна. – Квартиру он собрался искать! Толя, Толя, иди-ка сюда!
Анатолий Кузьмич вошёл в комнату.
– Что случилось, Оленька?
– Толя, посмотри на него, – указала Ольга Петровна на Лёшку, который сидел, опустив глаза и покраснев до корней волос. – Он собрался жениться!
– Так это же хорошо, – сказал Анатолий Кузьмич. – Что ты раскричалась, Оля?
– Толя, ты не дослушал! Он собирается жениться и искать квартиру!
– Квартиру? – удивился дядя. – А почему вы не хотите жить у нас?
Лёшке казалось, он сгорит от стыда. Ему хотелось бы сейчас оказаться где-нибудь очень далеко от дяди и тети. Они могли подумать, что он нарочно начал этот разговор, а на самом деле это получилось случайно.
– Мы... не хотим стеснять вас, – пробормотал Лёшка.
– А вы нас и не стесните, – сказал Анатолий Кузьмич. – Вон у нас сколько места.
– Но... – начал было Лёшка, но Анатолий Кузьмич не дал ничего сказать:
– Ты думаешь, вы будете нам мешать, приглашая гостей и устраивая вечеринки с танцами? Напрасно. Этот затянутый ряской пруд давно пора хорошенько взбаламутить.
– Алёшенька, значит, мы договорились? – Ольга Петровна обняла Лёшку за плечи и заглянула ему в лицо. – Вы будете жить у нас, только у нас.
– Да... если вы настаиваете, – ответил он, всё еще не поднимая глаз.
– Твоя невеста учится, или работает? – поинтересовалась Ольга Петровна.
– Она заканчивает техникум, будет товароведом.
– Жаль... если бы она училась на медсестру, я бы устроила её к нам в больницу, – сказала Ольга Петровна. – Но это ничего, попрошу подругу, чтобы помогла твоей будущей жене устроиться на работу в магазин... Лёша, ты не представляешь, как нас порадовал!
Лёшка несмело улыбнулся.
– И, знаешь что, Алёша, – добавила Ольга Петровна. – Скоро Первое Мая, пусть твоя невеста приедет к нам на праздники. Пригласи её, нам так хочется с ней познакомиться!
– Приглашу, – пообещал Лёшка.
Когда дядя и тётя вышли из комнаты, он сразу написал Элле, что «квартирный вопрос» решён, и что дядя и тётя приглашают её в гости на Первомай.
Теперь Лёшка сам удивлялся, почему стеснялся попросить дядю поселиться у них после свадьбы. Они же пришли в полный восторг, Элла снова оказалась права. Правда, Лёшка не хотел всю жизнь жить в Москве, и надеялся, что со временем уговорит Эллу вернуться в Киров. А, скорее всего, она сама поймёт, что нигде им не будет лучше, чем в родном городе.
*
Элла с радостью воспользовалась приглашением и приехала к Лёшке на Первомайские праздники, на два дня. Она была восхищена квартирой – в доме сталинской постройки были высокие потолки, просторные комнаты, прихожая – на велосипеде кататься можно, толстые кирпичные стены и прекрасный вид из окон на историческую часть города.
Элла жалела только об одном: что не может прямо сейчас здесь остаться, потому что надо закончить учебу и отработать обязательную практику. Практика продлится до конца июня, как и у Лёшки – летняя сессия. И Элла предложила:
– Лёш, давай поженимся сразу после твоей сессии, и сразу поедем сюда! Надо столько всего сделать!
Она уже в который раз обвела комнату счастливым взглядом. Ей не терпелось переделать здесь всё по своему вкусу.
– Нет, моя королева, сразу никак не получится, – подумав, ответил Лёшка. – Я почти полгода не был в Кирове, хочу немного пожить дома. И заявление в ЗАГС подают за месяц до свадьбы.
– Ладно, через месяц после твоей сессии, но не позже, – согласилась Элла. – А после свадьбы – сразу сюда. Надо предупредить гостей, чтобы не трудились выбирать подарки, пусть дарят деньги: мы всё купим здесь сами.
– Договорились, – ответил Лёшка, обнимая Эллу.
Весь день первого мая они бродили по Москве. Лёшка показывал Элле скверы, парки, памятники, церкви и соборы. А её просто распирало от гордости, когда на улице к нему обращались с вопросом, как пройти или проехать туда-то или туда-то, и он быстро и точно отвечал.
– Лёшка, ты стал, как настоящий москвич! И я тоже стану москвичкой! Скорее бы... просто не могу дождаться!
Элла ничуть не уставала от суеты и шума большого города. Лёшке порой казалось, что она черпает энергию от толпы. А сегодня особенно много народа из-за праздничной демонстрации.
Они вернулись, когда на улицах зажглись фонари.
Лёшка уступил Элле свою кровать, а сам собрался идти спать в гостиную на диван. Когда он в сотый раз пожелал ей спокойной ночи, и в сотый раз поцеловал, она вдруг сказала:
– Лёлик, а оставайся здесь, со мной. Мы ведь почти муж и жена. Нам хватит места.
Элла лежала в постели. Она подвинулась к самой стене, привстала и протянула Лёшке руки. Одеяло сползло, обнажив плечи и грудь, прикрытые только полупрозрачной комбинацией.
Больше всего на свете ему хотелось сейчас остаться с Эллой, целовать и обнимать её, прижаться к ней всем телом. Она была так обворожительна в полуобнаженном виде, что Лёшка испугался не удержаться от соблазна.
– Нет, милая, не могу, – ответил он, отступая на шаг. – А вдруг тётя или дядя заметят, что меня нет в гостиной? Мы же еще не совсем муж и жена... А я не хотел бы, чтобы они плохо думали обо мне, и особенно о тебе.
– А если бы... если бы их не было дома, ты остался бы?
Лёшка не знал, как он поступил бы в этом случае, но ответил то, что Элла хотела услышать.
– Конечно, моя королева. Спокойной ночи, – в сто первый раз сказал Лёшка и, наконец, ушёл.
Он долго не мог уснуть, думая об Элле. Как же ему хотелось быть сейчас рядом с ней! Как хотелось плюнуть на все приличия, пойти и провести с ней эту ночь! Но он не хотел походить на отца даже самую малость, и твёрдо решил, что позволит себе близость с Эллой только после свадьбы. Лёшка вертелся всю ночь на жёстком диване, но не пошёл к ней.
Элла тоже долго не спала, ожидая, что Лёшка вернётся. Правда, почти не сомневалась, что его порядочность возьмет верх над страстью. Всё равно, очень хотелось провести эту ночь с ним, её первую ночь в Москве. Пусть это не совсем правильно, но какая разница, когда это случится, до свадьбы или после, если они всё равно скоро поженятся. Пока Элла сидела в добровольном домашнем заточении, она прочла много эротической литературы, которой в изобилии снабжал её Стас. Она никогда особенно не увлекалась чтением, но эти книги прочла с интересом. В них говорилось о физической любви, о которой она почти ничего не знала. А если что и знала из обрывков разговоров, подслушанных у взрослых, это были отрывочные разрозненные сведения, не дававшие полного представления об этом загадочном действе только для двоих. А в книгах, которые приносил Стас, об этом написано так откровенно...
Элла вспоминала красочные описания любовных сцен, и ей безумно хотелось попробовать всё на практике. Кстати, этим сценам добавляло романтики, что любовники в большинстве своём не были женаты.
Когда Элла уснула, увидела сон, как занимается любовью с Лёшкой. А что он так и не пришёл к ней, узнала лишь утром, когда её разбудил ласковый голос Ольги Петровны:
– Эллочка, дочка, просыпайся, пора завтракать.
Лёшкиным дяде и тете Элла очень понравилась. Она внесла весёлую нотку в строгую размеренную жизнь Ольги Петровны, Анатолия Кузьмича и Лёшки. Дядя и тётя сразу стали называть её дочкой, а когда прощались перед отъездом, сказали:
– Дети, вы такая красивая пара, женитесь поскорее.
– Свадьба будет тридцатого июля, – ответила Элла. – И мы вас приглашаем.
– Спасибо, обязательно приедем, – пообещал Анатолий Кузьмич.
– Большое спасибо за то, что позволили жить у вас, – поблагодарила Элла. – Вы не беспокойтесь, мы будем платить за квартиру.
– Ты обижаешь нас, дочка, – ответила Ольга Петровна. – Никаких денег мы с вас брать не будем.
*
Элла приехала домой в прекрасном настроении. Всё складывалось, как нельзя лучше. Квартира в Москве, да еще какая! И абсолютно бесплатно. Элла была на седьмом небе от счастья.
После занятий в техникуме её, как обычно, встретил Стас.
– Не ходи ко мне больше, – сказала Элла и добавила с ноткой гордости в голосе: – Я замуж выхожу.
– За кого? – спросил он, будто сам не догадывался.
– Ну, не за тебя, конечно, – засмеялась она.
– Когда?
– Всё-то тебе надо знать.
– Но не завтра же?
– Не завтра, но очень скоро. Тридцатого июля. Извини, тебя на свадьбу не приглашаю.
– Да я и не мечтал, – обреченно проговорил Стас.
– А после свадьбы мы с Лёшкой сразу уезжаем в Москву, – похвасталась Элла.
– В свадебное путешествие? – уточнил он.
– Нет, – гордо ответила она. – Мы будем там жить.
– В студенческой общаге, что ли? – усмехнулся Стас.
– Фи, какое убожество, – фыркнула Элла. – У нас чудесная квартира в старом районе Москвы. И я постараюсь как можно реже приезжать в этот захолустный Киров. Поэтому давай расстанемся друзьями.
– Но ты же уезжаешь в Москву не завтра?
– И что?
– Значит, в субботу ты еще можешь пойти со мной на танцы? У меня два билета на лучшую дискотеку в городе.
Элла хотела сразу отказаться, но заколебалась. Лёшка почти два месяца будет в Москве. А ей что делать всё это время без него? Опять сидеть дома и читать книги?
«Схожу на дискотеку со Стасом последний раз», – решила Элла и согласилась.
Но и в следующую субботу она не смогла отказать Стасу, и весь май и июнь ходила с ним на танцы в разные Дома Культуры и дискоклубы.
– Учти, Стасик, мы с тобой только друзья, а люблю я Лёшку, и скоро выйду за него замуж, – часто повторяла Элла.
Стас ничего не отвечал, обреченно улыбаясь. Но делал всё, чтобы Элла так к нему привыкла, что уже не могла бы без него обходиться. И правда, она скучала, если Стас почему-либо не приходил, хотя бы пару дней.
«Чтобы содержать семью, Лёшке придётся много работать, – расчетливо думал парень. – Снимать квартиру в Москве очень дорого, поэтому он будет вкалывать всё свободное от учёбы время. Лялька будет скучать дома одна. И тут появлюсь я. Она не устоит».