Директива: Обнулить! [8]

Он автоматически водил бритвой по давно гладкой щеке, размышляя о том, насколько оправданными на самом деле были риски. Всё ли они учли? Всё ли учёл Про? Действительно ли он рассказал своим протеже обо всех целях, преследуемых сегодняшней демонстрацией, или же нет?

Сам Хирако признавал, что в политике и долгосрочном планировании он был откровенно плох. Ему не нравились интриги, не нравилось быть винтиком в сложной системе, не нравились те правила, которым нужно было подчиняться, чтобы эффективно действовать на кажущемся эфемерным поле битвы.

В политике была хороша Тиранис и её подчинённые, но вот самому контр-адмиралу и магистру крайне редко приходили в голову действенные идеи на этом поприще.

Зато он недурственно справлялся с ролью харизматичной говорящей головы, продолжая приносить пользу в том, в чём разбирался непонаслышке.

– Ты сегодня особенно мрачен. – Голос Альи прозвучал у мужчины прямо за спиной. Тёплые руки обняли его за талию, а изящный подбородок упёрся в плечо. Хирако моргнул, поймав взгляд женщины в зеркале. – Выдохни. Ты уже сделал всё, что мог. Дальше дело за Лордом Про и Тиранис.

– Хотелось бы, но желание контролировать, что возможно, не позволяет. – Хирако невесело усмехнулся. – Беспокоюсь я просто, Алья. Федерация – слишком большой игрок, столь пристальное внимание которого может обернуться для нас крахом.

– Сила не даёт права на всё, что угодно, Хирако. – Женщина крепче прижалась к магистру. – Федерация следит за своей репутацией на галактической арене. И запятнать её им куда проще, чем нам. Они не будут действовать радикально.

– Независимо от средства доставки, снаряд будет сеять разрушения. – Магистр выпрямился, поведя плечами. – Ты, может, и не заметила, но они через Койота дали нам знать о своём интересе. И я не смог отказать, потому как сделать это – значит спровоцировать как раз-таки радикальный ответ в отношении Автономии. Сейчас, когда ставки высоки как никогда, а Альянс опустошает целые миры, даже заступничество лояльного нам Фо`Ганди не помогло бы. У Автономии, Алья, просто нет выбора, пусть это и не очевидно.

– Выбор есть всегда. Просто варианты не всегда устраивают выбирающего.

Хирако хмыкнул:

– Без разницы. Ты же меня всё равно поняла…

Магистр отложил бритву в сторону, развернулся и приобнял Алью, накрыв её губы своими. Всего на секунду, ведь время поджимало и торопило их обоих.

Хрустнув шеей, контр-адмирал и магистр в одном лице отправился одеваться.

О том, что демонстрация всё же состоится, стало известно ещё с прошлого вечера. Тогда Койот передал информацию о составе «делегации», в которую вошёл он сам, ещё двое офицеров армии и флота Федерации, пара специалистов по Эфиру и трое представителей, втиснутых, как понял Хирако, волей Муззика Фо`Ганди: он просто не собирался упускать из-под своего контроля хоть что-то, касающееся Автономии, протянувшей ему руку помощи в трудную минуту.

Со стороны же самого Хирако и его ведомости всё было готово несколько раньше. Аол Мени отобрал десяток самых перспективных одарённых почти сразу, потому как это не составляло особого труда: бюрократия и «вертикаль власти» на Каюрри имели весьма компактную, и оттого эффективную форму. Вопросов касательно места, формы проведения демонстрации и обеспечения безопасности тоже не возникало, ведь на Каюрри уже несколько лет как существовала целая система разобщённых полигонов, используемых для самых разных целей.

Единственным, что было «не так», стала погода: на столицу обрушился ливень.

– Не забудь. – Напутствовала Алья контр-адмирала, впихнув ему в ладонь личный коммуникатор в форме простенького браслета. – А то опять будет не связаться.

– Это было всего один раз! – Впрочем, коммуникатор на руку он всё равно надел. – До встречи. Жду тебя не позже, чем через час после открытия объекта.

– Моя группа там будет даже раньше. Нужно ведь ещё все приготовить и оборудование расставить. – Алья хитро улыбнулась. – Всестороннее освещение – это ли не один из самых эффективных методов сдерживания?..

Наскоро попрощавшись, Хирако спустился на подземную парковку и, забравшись в салон личного антиграва, позволил автоматике направить многотонную машину к пункту назначения – центральному космопорту, откуда было решено организовать переправку всех участников «мероприятия» на полигон, расположенный в паре сотен километров от столицы.

А за то время, что потребовалось антиграву на пересечение половины разросшегося города, Хирако успел разгрести часть наиболее важных отчётов. Аол Мени сообщил о готовности десяти отобранных кандидатов вместе с парой «запасных» к демонстрации: группу уже доставили на объект. Лидо, контролирующий вопросы безопасности, отчитался о состоянии всевозможных защитных систем, начиная с сенсорных дронов и боевых дроидов, и заканчивая системами ПКО и ПВО.

Хирако отключил терминал, когда антиграв плавно завернул на отведённую для него площадку у главного хаба космопорта. Ливень барабанил по крыше, заливая стёкла сплошными водяными потоками, так что встречающих магистр увидел, лишь выйдя из салона.

Делегация Пространств Федерации не стала укрываться в зале ожидания, предпочтя комфорту свежий воздух и некоторую уникальность обстановки: они собрались под козырьком у главного входа в хаб, спокойно что-то обсуждая с Лордом Про. Тот возвышался над разумными, точно взрослый над детьми, а его массивный силуэт намертво приковывал к себе всё внимание случайных прохожих.

– Лорд Про, контр-адмирал… – Хирако поприветствовал сначала Про, а после и Койота как того, кого знал лично.

– Магистр. – Койт Койот кивнул ему, окинув взглядом утилитарную форму Хирако.

На фоне пусть и лишённого излишеств, но всё же почти парадного мундира Федерации Каюррианец смотрелся куда как выгоднее. Контр-адмирал же выделялся даже среди своих: военные офицеры предпочти прибыть в строгой полевой форме, специалисты по Эфиру были одеты минималистично и «по-граждански», а разумные, отправленные Муззиком Фо`Ганди, предпочли нечто совершенно уникальное, в стиле своих народов… но всё ещё блеклое, по цвету едва отличимое от железобетона.

Лорд Про ограничился кивком, сопровождающимся тихим металлическим шелестом:

– Так как все собрались, я предлагаю проследовать к челноку. Не будем заставлять ценных специалистов, ожидающих нас на месте, ждать.

Когда «киборг» сделал шаг под дождь, в воздухе над ним уже покачивался широкий, напоминающий стальное блюдце дрон. И в момент активации его систем капли воды, не долетая до непосредственно дрона, расходились в стороны, образуя визуально различимую «сухую зону», чем-то напоминающую луч прожектора.

Аналогичные машины пристраивались в двух метрах над головами каждого из разумных в группе, так что все они дошли до трапа комфортабельного шаттла сухими и несколько удивлёнными: именно такая реализация защиты от дождя была для них в новинку. Пусть дроны с аналогичным функционалом и не были редкостью, но работали они отнюдь не бесшумно, и не с таким эффектом.

– Погода подкачала, но вам, я вижу, это нисколько не помешало. – Улыбнулся один из ставленников Фо`Ганди, обращаясь к Лорду Про уже внутри оторвавшегося от земли челнока. – Те дроны – это какая-то новая разработка?

– Творческое переосмысление общеизвестных антигравитационных принципов. – Синтезатор речи Лорда Про внушал, как и всегда. – Находятся на уровне прототипа, готового к серийному производству.

– Если вы планируете развернуть производство таких машин, Лорд Про, то Столп Фо`Ганди с радостью примет участие в этом предприятии. – Чуть поклонившись, мужчина замолчал. Он сделал, что хотел, обозначив отношение своего господина к Автономии и лично её Лорду, а о деталях можно было поговорить и когда-нибудь потом, за закрытыми дверьми.

Шаттл же в это время мчал на юг, оставляя позади столицу. Внизу проплывали покрытые дымкой и нетронутые цивилизацией равнины и холмы: несмотря на то, что Каюрри позиционировалась как некогда аграрная планета, территории вокруг столицы уже не использовались в таком ключе.

В самом же салоне элитарного атмосферного транспортника царила напряжённая атмосфера. Представители Пространств Федерации перебрасывались редкими фразами, но в основном молчали, погружённые в свои мысли.

Хирако отчётливо чувствовал на себе их взгляды – изучающие, оценивающие, недоверчивые. Офицеры и специалисты по Эфиру не решались завести разговор, потому как, с одной стороны, говорить было нужно с Лордом Про как с правителем Автономии, а с другой – «прочитать» мимику и настроение «киборга» не представлялось возможным.

А те разумные, которых послал Фо`Ганди, не торопились помогать «товарищам», почти демонстративно наслаждаясь их беспомощной растерянностью. Отчасти изоляционистская политика и редкие появления Лорда Про на людях сыграли свою роль: новоприбывшие просто не знали, как себя вести так, чтобы всё не испортить.

И молчали вплоть до того момента, когда шаттл не пошёл на снижение.

Посреди салона ожил голопроектор, волнами отрисовывающий рельеф местности под брюхом шаттла. Скорее декоративный, нежели функциональный элемент сейчас пришёлся как нельзя кстати: к детализированной голограмме сместились все взгляды, и наблюдаемая органиками картина подтолкнула их к диалогу.

– Если я правильно воспринял масштабы… – Койот кивнул на проектор. – … то ваш полигон больше напоминает второй космопорт, Лорд Про. И на таком удалении от столицы?

– Свободного места никогда не бывает много, контр-адмирал. А способы применить такие площадки, я уверен, найти несложно. – Начиная от аварийных «посадочных площадок» до мест, в которых можно без лишних глаз и рисков проверять технику, вооружение и многое другое прочее.

Всё же, не всё и не всегда необходимо прятать под землёй: иногда просто необходимо бросить «кость» чужакам-наблюдателям.

– Бесспорно, в этом вы правы чуть более, чем полностью, Лорд Про. Итак…

Шаттл едва заметно покачнулся, коснувшись земли. В ту же секунду трап начал опускаться, впуская в салон свежий, насыщенный озоном и запахом луговых трав воздух. Все новоприбывшие разумные повставали со своих мест и покинули борт атмосферного судна, почти сразу влившись в круговорот приветствий и обменов любезностями: их встречали, и не один лишь Аол Мени.

Каюррианских офицеров на полигоне находилось немногим меньше полусотни, плюс несколько десятков технических специалистов со смешанной группой журналистов вдобавок. Последние скучковались в отдалении, настраивая оборудование: стационарные камеры, дроны, ручной «инструмент» – в дело шло всё, потому как эти господа, получив шанс зафиксировать нечто важное хотя бы в масштабах нескольких сотен систем, не желали упустить ни малейшей детали.

Алья уже вовсю руководила своей командой, координируя действия нескольких отдельных съёмочных групп. Хирако, вышедший из шаттла последним, поймал её профессиональный, цепкий и ободряющий взгляд: значит, никаких видимых накладок на полигоне не произошло.

– Лорд Про, магистр Хирако, уважаемые гости. – Аол Мени сосредоточенно поклонился сразу всем, а где-то далеко, за горизонтом, сверкнула молния. Погода, мощь которой Каюррианцы решили оспорить, не собиралась мириться с таким обращением. – Мы готовы к демонстрации. Можем начать по вашей команде.

Несмотря на возраст, Мени удалось сейчас создать образ профессионального, уверенного, ничуть не обеспокоенного важностью мероприятия профессионала.

– Что ж, Аол, благодарю за работу. Но прежде, чем мы начнём, я бы хотел взять слово…

К этому моменту над головами всех важных гостей и высокопоставленных хозяев уже находились защищающие их от непогоды дроны, но контр-адмиралу и магистру всё равно приходилось повышать голос: шум дождя спокойному тону нисколько не способствовал. И всё же, Хирако обладал хорошо поставленной речью, харизмой и умением выступать в самых неожиданных обстоятельствах, что очень даже пригодилось здесь и сейчас.

– Я обращаюсь в первую очередь к нашим партнёрам и союзникам из Пространств Федерации. Сегодня вы не увидите чего-то совершенно невообразимого, потому как демонстрация эта преследует иную задачу. Полагаю, ваши специалисты по изучению Эфира подтвердят, что наибольший интерес для нас сейчас представляет возможность разработки эффективного системного подхода к вопросу. – Хирако улыбнулся, отметив, что его слушают со всем тщанием. – Полагаться не на отдельных уникумов с могущественными силами, а на десятки и сотни разумных, которых можно задействовать в разных местах с полным пониманием того, на что они способны. У Каюррианской Автономии с этим есть ряд определённых успехов, значительных настолько, что мы уже можем подготавливать таких специалистов. Да?..

Хирако взглядом выделил высокого мужчину из тех, кого Федерация отправила сюда в качестве специалиста для оценки прогресса Автономии в овладении Эфиром. Тот кивнул благодарно, поправил сползшие на нос очки и заговорил:

– Я не хочу торопить вас, господин Хирако, просто хочу удостовериться. Можете ли вы перечислить, так скажем, направления овладения Эфиром, которые могут продемонстрировать все ваши подопечные?

– Для демонстрации были выбраны так называемые телекинез, предвидение, восприятие и манипулирование тепловой энергией объектов. – С каждым словом задавший вопрос мужчина деловито кивал, пока не расплылся в предвкушающей, довольной улыбке. – Ещё вопросы?

– Всего один. – Голос подал контр-адмирал Койот, кивнув в сторону представителей СМИ. Те пока находились на удалении, и разговора слышать не могли. – Вы пригласили для освещения мероприятия представителей самых разных «полюсов силы». С какой целью?

– Этот вопрос больше по моей части, контр-адмирал Койот. – Лорд Про выступил вперёд, довернув голову и обведя всех «взглядом» алого визора. – И из уважения к партнёрским и союзническим связям между нашими государствами я отвечу на него честно. Причина – открытость, без которой Каюррианскую Автономию весьма оперативно и не без причин сочтут марионеткой Федерации. Тому будут все основания: наше тесное сотрудничество, ваше существенное присутствие на нашей территории, широкий торговый поток, предоставление для Каюрри товаров, которые в подавляющем большинстве случаев Федерация «чужакам» не предлагает. Орбитальные платформы, боевые корабли, суда общего назначения, оборудование, производственные линии – о том, что у нас есть и откуда оно взялось знаю многие.

Возражений у присутствующих не нашлось, так что «киборг», выдержав небольшую паузу, продолжил:

– Если же говорить конкретно о разношёрстных журналистах… Всё очень просто: они выступают в качестве свидетелей нашей нейтральной позиции. Потому, что Федерация, имей вы контроль над нами, никогда не позволили бы произойти такому «освещению» этой демонстрации. Потому, что среди этих журналистов достаточно представителей ваших политических и торговых оппонентов и конкурентов…

Койот покосился в сторону представителей не самой почитаемой в галактике профессии, которую порой называли «второй снизу» после наидревнейшей.

– Я так понимаю, о том, чтобы этот разговор невозможно было подслушать даже с их оборудованием вы позаботились? – Мужчина задал риторический вопрос, на который, впрочем, получил незамедлительный ответ.

– Частично. – По тону синтезированного голоса Койот понял, что умей Лорд Про улыбаться, именно это выражение оказалось бы на его лице. – Они услышат только то, что должны услышать, не более.

– Похоже, некоторые наши сведения безнадёжно устарели. Но… пусть. Приступим к демонстрации, Лорд?

Палач кивнул, манипулятором подав знак Аолу Мени. Тот моментально связался с кем-то по комлинку, и из-под самого приметного навеса, установленного на полигоне, один за другим начали выходить разумные, преимущественно – люди. Одетые в одинаковые лёгкие комбинезоны, они дополняли внешний вид читающейся в движениях выучкой: в первой «партии» проекта одарённых случайных людей не было.

Они проследовали вперёд, туда, где были установлены «снаряды», манекены и мишени, и наблюдатели последовали за ними. Журналисты остались на своих позициях: они заранее знали, где будет проходить всё «веселье».

– Первый этап демонстрации. Манипуляции тепловой энергией. В качестве «целей» выступают следующие объекты…

Пока Аол Мени монотонным, но звучным голосом описывал характеристики «объектов», перед выстроившимися в ряд лицами к наблюдателям и журналистам одарёнными грузовые дроны опустили прозрачные ёмкости с водой и массивные металлические кубы.

– … к демонстрации приступить!

Так как «ставкой» Каюррианцев была именно системность, действия одарённых не отличались особым разнообразием. Они очень похоже вытянули руки в сторону ёмкостей, расположенных в пяти метрах, и приступили к тому, что могли зафиксировать только другие разумные, обладающие даром.

И специалисты Федерации им обладали, потому как заметно оживились. Также аналогичные признаки подал «сухопутный» офицер союзников, брови которого приподнялись в удивлении до того, как вода в сосудах начала закипать. А когда исходящая паром начала так же стремительно успокаиваться, прежде чем покрыться ледяной коркой, быстро распространившейся вглубь – он удовлетворённо покивал в такт своим мыслям.

Дальше была продемонстрировала способность всех одарённых нагревать и плавить металл и передвигать предметы на расстоянии: от раскалённых кубов металла избавились сами испытуемые, отбросив их на несколько десятков метров в сторону.

Для следующего этапа дроиды поднесли аналоги развлекательных «турелей», используемых на Каюрри. Эти выглядели более солидно, хоть их начинка и осталась ровно той же самой, переделанной под стрельбу резиновыми мячиками.

– Второй этап демонстрации. Предвидение. Стрельба будет производиться резиновыми снарядами, без угрозы жизни и здоровью испытуемых… – Аол Мени сделал неопределённый жест рукой, и двое его помощников начали подходить к гостям, вручая им простые пульты управления с ограниченным набором кнопок. – Для того, чтобы у вас не было излишних подозрений, эти пульты позволят по вашему собственному желанию вмешиваться в ход демонстрации. Управление интуитивно понятное: красная кнопка – выстрел. Остальной функционал заблокирован…

Хирако, наблюдающий за гостями, мысленно ухмыльнулся.

Не было способа эффективнее обезопасить Каюрри от излишних подозрений, чем в корне пресечь саму возможность их зарождения. «Феномен совершенного машинного разума», как обозначили проблему невозможности «чтения» реальности через Эфир в отношении Про, его Системы и всех производных от оной, не проявлялся, если одним из «триггеров» или «явно задействованных переменных» являлись органики.

Почему это было важно? Потому что экспериментальным путём удалось доказать не только то, что одарённые не могут предсказать действия «совершенной машины», но и имеют возможность ощутить нечто неправильное, просто наблюдая за ходом эксперимента. Аналогия, которой пользовался сам магистр – это бросаемые в воду камни.

Какие-то булькают, и в месте их падения по воде расходятся круги.

А какие-то исчезают безо всяких кругов, и это не могло не вызвать вопросов даже у самых невнимательных людей…

Во всей полноте эксперименты проведены ещё не были, так что Каюррианцы откровенно перестраховывались. Даже с самим Лордом Про пришлось изобретать сложную, откровенно костыльную систему «опосредованного влияния» на его шасси, чтобы просто присутствие «киборга» не ставило под угрозу его тайну.

Естественно, все приготовления проводились в обстановке строжайшей секретности, потому как об истинной природе Лорда Про знали считанные единицы предельно лояльных и, конечно же, всесторонне контролируемых органиков.

А тем временем начался второй этап демонстрации, на всём протяжении которого Каюррианские одарённые демонстрировали одинаково высокую способность к предсказанию даже самых неожиданных «атак». Резиновые снаряды касались их тел, по большей части, тогда, когда испытуемые не успевали уклониться сугубо физически. И это тоже произвело хорошее впечатление на гостей из Федерации, среди которых магистр всё больше внимания уделял именно офицеру-«сухопутнику».

Он явно был одарённым, и при том достаточно талантливым. К своему коллеге из флота обращался не как равный к равному, а скорее как начальник к подчинённому: коротко, отрывисто, без лишних слов и не ожидая встречных вопросов.

Ну и взгляды, которые бросал на этого человека контр-адмирал Койот, тоже многое говорили о статусе «офицера».

– Итак, господа… – Аол Мени обвёл собравшихся взглядом, удостоверившись, что никто не демонстрирует желания высказаться или задать вопрос. – Последняя фаза демонстрации, наименее зрелищная, но не маловажная – это восприятие. Меня попросили уточнить, что под данным определением мы подразумеваем комплекс способностей к получению информации неестественным путём, через Эфир. Например, способность воспринимать окружение с закрытыми глазами и заблокированным слухом. Или способность улавливать поверхностные мысли…

– Кхм-кхм. – «Наземный» офицер Федерации прокашлялся, тут же отведя взгляд. Но на его лице на миг промелькнуло удивление, смешанное с огорчённым недовольством.

– Так как демонстрация эта предполагает неочевидные действия, а так же задействование реквизита и «подопытных», мы предлагаем кому-либо из вас, уважаемые союзники, принять в ней непосредственное участие. Это абсолютно безопасно и совершенно необязательно. – Мени улыбнулся. – Но если желающих не найдётся, вам придётся просто довериться нам во всём, что касается чистоты данного эксперимента.

– Так эксперимент или демонстрация? – Офицер флота Федерации сделал шаг вперёд. – Это, всё же, две большие разницы…

– Это в равной степени и то, и другое… капитан. – Аол Мени без труда по знакам различия определил, кто перед ним стоит. – В принципе всё, что как-либо связано с Эфиром, сейчас является экспериментом. Включая такую демонстрацию.

– Вы в этом весьма сведущи. Но что же от меня потребуется? – Мужчина размял пальцы, почти демонстративно вглядываясь в лица одарённых-Каюррианцев.

– Так как вы уже вышли вперёд, то мы начнём сразу с демонстрации восприятия мыслей. Прошу, встаньте вот сюда…

Офицер уверенно встал на указанное место, оказавшись в своего рода окружении: все десятеро испытуемых стояли вокруг него, оставляя совсем небольшой «проём» с одной из сторон.

– От вас требуется начать размышлять о чём-то неважном и таком, что нельзя предположить, и раскрытие чего вам не навредит. Можете рассказать какую-то историю без деталей, а наши одарённые её дополнят, ориентируясь на то, что удастся добыть из Эфира…

– Позволите? – Один из специалистов Федерации поднял руку, привлекая к себе внимание. – Я хочу уточнить один вопрос. Мы хотим, вернее. Вы не ошиблись, говоря о «добыче из Эфира»?

– Нет, это не ошибка. Мы пока не нашли эффективного способа избежать природного, скажем так, сопротивления разумных, которое препятствует… телепатии, если можно так выразиться. Тем не менее, эхо оформленных мыслей разумных можно считать напрямую из Эфира, с недавних пор пронизывающего всё сущее. Это не секрет, стоит заметить, потому как даже в общегалактической сети уже всплывала информация о таком методе использовании дара…

– Разумных во все времена интересовали чужие помыслы. Нет ничего удивительного в том, что среди большинства одарённых больше всего внимания получила именно «телепатия»… – Хмыкнул второй специалист по Эфиру, убрав руки за спину. – Это действительно не тайна, и я могу добавить, что Федерация в этом направлении двигается тем же путём.

– В каком-то смысле это всё же плюс… – Аол Мени снова улыбнулся как мог добродушно. – Итак. Приступим к последнему этапу демонстрации?..

Возражений не последовало, и в течение следующих десяти минут офицер Федерации, уловив суть, не столько служил наглядным пособием для остальных, подтверждая или опровергая озвучиваемое испытуемыми, сколько откровенно забавлялся, демонстрируя серьёзный уровень контроля над собственными помыслами.

Дошло до того, что ему удалось вынудить половину Каюррианских одарённых обернуться, потому как те глазами офицера «увидели» в Эфире заходящий на цель имперский атмосферный истребитель…

Уже после, во время переговоров в самом сердце Каюрри, Хирако выяснил, что однажды этому мужчине довелось лично лицезреть эту картину, отчего та намертво запеклась в его памяти, а сам образ – время от времени являлся ему в кошмарах.

Сейчас же демонстрация на полигоне подошла к своему завершению, и все собравшиеся, немного «попозировав» для объективов камер и сенсоров, потянулись обратно к челноку. Ничего серьёзного здесь и сейчас обсуждать они не собирались, потому как близость журналистов тому не способствовала.

А когда начался следующий виток столь важных переговоров, декорации вокруг уже были совсем другими…