Студентка двух миров. Тетралогия

Приятно было увидеть рядом со своим имя парня; нет, имя мужчины, подарившего мне незабываемый вечер и цветы, присланные на следующий день после бала. Я много думала о Себастьяне, даже сегодня после пробуждения. Смотрела на сверкающие в утренних лучах солнца цветы у изголовья кровати и представляла блеск его золотых волос. От мыслей о нём мне становилось тепло на душе, но не без оттенка стыда за побег тем вечером. Наконец у меня появится шанс исправить это досадное недоразумение и объяснить всё Себастьяну во время экзамена. Раз уж он выбрал меня себе в пару, то вряд ли сильно сердится на «Золушку», улизнувшую от него на балу. Он обязательно поймёт и простит мне мою застенчивость. В любом случае больше я так не поступлю и проявлю себя как зрелая и решительная девушка. Вот увидит!

Сразу за моим в списке шло имя Кристины, рядом с которым было написано сложное и режущее слух: Кай Ван дер Гравт. Я нисколечко не удивилась, что он выбрал мою подругу себе в партнёры, однако внутри всё равно предательски кольнуло тонкой иглой, смазанной жгучим ядом. Я счастлива, что иду на экзамен с Себастьяном, и искренне рада за Крис, которой, по моим наблюдениям, в напарники достался сильный маг. Вот только в паре с Каем на занятии я показала себя гораздо лучше. Выбери он меня, и высший балл был бы нам обеспечен. Тем не менее он руководствовался не холодным рассудком, принимая это решение, а личными предпочтениями. Хотя, видя его рядом с Кристиной, у меня ни разу не возникало ощущения, что он без ума от моей подруги, однако его действия говорят об обратном. Всё же я плохо такое подмечаю, вот и здесь, должно быть, упустила.

«Плевать. Выбрось Кая из головы, — приказала самой себе. — Лучше порадуйся тому, что сама в паре с Себой. О боже! Я только что назвала его Себой, хотя до этого говорила, что никогда не стану этого делать…».

Из раздумий меня вырвал оглушительный визг за спиной. Обернувшись, позади я увидела Линг с самым что ни на есть растерянным выражением лица и блеском в покрасневших глазах. Вернув свой взор к списку, и ещё раз пробежавшись по нему, я поняла, что единственное недостающее имя как раз таки принадлежало нашей студентке из Китая — Линг Сунь. Когда я снова повернулась к девушке, она уже вовсю заливалась горькими слезами. Мне сразу захотелось её обнять, но я не решалась вторгнуться без разрешения в личные границы расстроенного человека. Вместо меня это сделала Кимберли — соседка Линг по комнате. «Лучше принимать утешения от близкой подруги, чем от знакомой», — заключила про себя, всё ещё не сводя с них глаз.

Я искренне сочувствовала одногруппнице, но помочь ничем не могла — оставалось лишь наблюдать за её горем. Однако очень скоро меня отвлекло перешёптывание сокурсников:

— Да ладно? Правда отчислили? Как в этом тесте можно было хоть на что-то неправильно ответить?

— Она не неправильно ответила, — встряла я, стараясь говорить как можно тише, чтобы мои слова не долетели до ушей Линг, — а то, что на самом деле думала.

Шушуканье прекратилось. Ребята задумались над тем, о чём лично я частенько размышляла. За месяц в Академии я усвоила три непреложных правила. Первое: мы ниже магов по положению — это стоит принимать как факт и ни в коем случае не возмущаться. Второе: всегда быть начеку и готовой к чему угодно в этом необыкновенном мире. И, наконец, третье: мы нужны им только ради наших способностей, которые будут использоваться во благо Верхнего мира. Об этом никогда не следует забывать, иначе от тебя просто избавятся.

Я поняла это намного раньше остальных ребят, успела переварить и принять правила игры. Как бы там ни было, я хочу остаться здесь. Академия Печатей — лучшее, что случалось со мной в жизни. И я желаю, чтобы она и дальше была такой же насыщенной, а не унылым набором одинаковых дней в Среднем мире. Я даже начала называть свой родной мир так же, как маги, потому что моё место среди них, не там.

— Но мы не подписывали бланки, — вдруг сообразил один из парней-сокурсников по имени Диего, вернувшись к теме отчисления Линг. — Тест был анонимный. Как они узнали, кто ошибся?

— Пропуски с нашей кровью, — я быстро нашла ответ на его вопрос, поскольку размышляла уже и над этим. — Они знали каждого, кто заходил в кабинку и ставил галочки на листке бумаги.

— Точно, — протянул парень. — Я об этом не подумал.

Двери круглого холла распахнулись, в помещение вошла мадам Акрот. Её лицо не выражало ничего, кроме привычной невозмутимости и каменного спокойствия, но все мы знали, зачем она здесь.

— Мисс Сунь, идите за мной, — бросила она строго.

Но когда рыдающая девушка громко всхлипнула, даже на сухом лице куратора промелькнуло сочувствие. Женщина бегло добавила:

— У вас есть десять минут, чтобы попрощаться с друзьями. Подожду вас снаружи, — вздохнула она, разворачиваясь обратно к двери. — Нам будет вас не хватать.

Я не ожидала от мадам Акрот такого понимания, из-за чего мои глаза вмиг округлились. Похоже, даже она успела прикипеть к нашему потоку, что уже говорить о сблизившихся друг с другом ребятах. Неужели нам придётся потерять ещё кого-то после экзамена?.. Впрочем, пока не до этого, Линг — вот о ком сейчас стоит подумать.

Одногруппница продолжала заливаться слезами, пока её по очереди обнимали другие ребята, а соседка не выпускала её руки ни на секунду, даже когда Линг тянулась к следующему сокурснику, чтобы попрощаться. Я тоже поспешила к ней. И пусть мы не были особо близки, во рту всё равно появился горький привкус утраты. А когда большинство девочек расплакались, не сумев усмирить эмоции, я и сама не сдержалась. На душе повис тяжёлый камень, который могли растопить только слёзы.

Линг ушла вместе с мадам Акрот, и никто её больше не видел.

Мы же вернулись после завтрака обратно в свою комнату, где заметили два чёрных чехла, висящих на дверцах шкафов. Утром их здесь не было — а значит, поместили их сюда уже после нашего ухода. Я с опаской начала исследовать незнакомую вещицу на своей половине спальни. Сняла с вешалки чехол из тонкой непроницаемой ткани, напоминающей по своей структуре то ли шёлк, то ли плёнку, и расстегнула его.

Внутри оказался комплект белоснежной одежды, судя по виду, как раз моего размера. Он включал в себя узкие брюки с высокой посадкой, блузу с воротом-стойкой и длинный плащ-разлетайку с глубоким капюшоном. Снизу на полу также стояла пара белёсых ботинок на шнуровке моего размера. Этот странный набор белой одежды сопровождала записка, вложенная в чехол и выпавшая, когда я прикладывала к телу мантию. Отложив накидку в сторону, я принялась за чтение:

«Дорогая, Полина!

Ассистент — это правая рука лорда-мага. Его лицо на людях и щит в сражении. Ваша задача — быть полезной и опрятной помощницей. Мы проверим вас на оба этих качества. Экзамен начнётся сегодня в шесть вечера по местному времени!».

И приписка внизу:

«Быть в белом и иметь при себе пропуск. Удачи!».

Одновременно дочитав послание, мы с Кристиной переглянулись, после чего в один голос завизжали на всё женское общежитие.

— Нам надо это на себя надеть?! Но почему белое?! — верещала подруга, пересматривая выданную нам форму.

— А мне почём знать?! — на эмоциях выпалила я, тоже разглядывая со всех сторон белоснежную мантию-разлетайку. У неё не было даже рукавов, только плащ, капюшон и завязки на груди.

— Даже ботинки полностью белые! — воскликнула Крис. — Чего они хотят на этот раз?! Ощущение, что нас ведут на жертвоприношение…

— Не нагнетай, — осадила я соседку. — В записке сказано, что ассистент должен быть опрятным. Наверняка это как-то связано с белоснежной одеждой.

— Видимо, тональником сегодня лучше не пользоваться, — подытожила подруга, вызвав у меня неконтролируемый смешок.

«Кто о чём думает», — заключила в уме.

Ждать шести вечера оказалось мучительно сложно, когда знаешь об экзамене с самого утра, а других занятий под рукой нет.

Ребята начали собираться в холле ещё за час до назначенного времени. Ну и нелепо же смотрелась толпа подростков во всём белом — мы действительно напоминали некий культ, замысливший недоброе. Не будь мы сейчас такими взволнованными, шуток на эту тему лилось бы море.

Магов опять поблизости не оказалось, и создавалось ощущение, будто никто из них давненько не появлялся в холле общежития. Зато ещё за полчаса до шести пришла мадам Акрот. Куратор не стала на этот раз разглагольствовать и, пересчитав нас, просто попросила проследовать за ней.

На улице только начинало смеркаться, и было ещё светло, когда нас вывели во двор и повели тропинками подальше от Академии. Тогда я решила, что, может, Кристина не так уж неправа, и нас правда хотят сжечь на костре или принести в жертву какому-нибудь местному божеству. Но очень скоро я узнала дорогу, которой мы шли — это был путь до полигона, где нам с сокурсниками однажды уже довелось побывать, когда Итан предложил это место как идеальное поле для тайной тренировки наших способностей.

У высокого ограждения собралась большая группа людей, растянувшаяся по периметру и состоящая в основном из магов параллельного нам курса и парочки преподавателей, в числе которых были Бастиан Дюваль — учитель предмета «Раскрытие дара» и сэр Герд — наставник по «Управлению Печатью». Я тут же заподозрила, что предстоящий экзамен будет мало походить на письменный тест, поскольку в высоком заборе полигона появилось множество узких дверей, у каждой из которых стоял один из студентов магического факультета. В прошлый мой визит никаких проходов в ограждении не было.

— Разбейтесь на пары! — потребовал сэр Герд.

Именно потребовал в своей извечно раздражённой манере говорить, будто стараясь поскорее отделаться от сия мероприятия.

В отличие от нас, маги были во всём чёрном. Когда я нашла среди присутствующих Себастьяна и приблизилась к нему, то смогла в полной мере рассмотреть его облик. Высокий блондин с янтарными глазами и острыми скулами облачился в тёмный удлинённый пиджак и такую же чёрную приталенную рубаху с воротом-стойкой и фиолетовой окантовкой по краю. Я заметила маленькие звёзды на его золотых запонках и другие декоративные элементы, отсылающие к Академии Печатей. Наши же белые одеяния не имели никаких отличительных особенностей.

— Я ждал нашей встречи, — сказал парень, предложив мне локоть.

В ответ я приветственно кивнула и взяла его под руку, не произнеся при этом ни звука, чтобы внимательно выслушать слова преподавателей. Благо они задействовали магию Печатей, так что их голоса были слышны всем собравшимся студентам, попарно растянувшимся вдоль ограждения на добрых сто метров.

Я метнула взгляд в сторону, желая рассмотреть другие пары. Слева находились Генри во всём белом и Рейка — полненькая девочка с магического факультета. Тёмная одежда подчёркивала её угрюмое лицо, а удлинённый мундир забавно сидел на круглой фигуре низенькой адептки. Однако Генри выглядел счастливым, и неспроста: поговаривали, что Рейка — отличница и к тому же дружна с ребятами из нашего потока. Именно она одолжила парням настольные игры, и это она привела их в компанию магов. Нам подобное даже не снилось.

Сразу за ними шла пара Итана и Каталины. Я нисколечко не удивилась, что местная язва предпочла заарканить себе самого симпатичного из парней-ассистентов. Но каково будет с ней Итану? Хотя, похоже, одногруппник доволен, ведь злючка рядом с ним ведёт себя как сама невинность.

Студента, который стоял в паре с Окси, я не знала. Видела его пару раз в коридорах общежития, но в целом мы не были знакомы. Понятия не имею, что из себя представляет этот коренастый рыжий парень, чью руку обвила моя щуплая сокурсница. Надеюсь, он достоин её влюблённых глаз. Окси прямо-таки цветёт рядом с ним, так что остаётся только порадоваться за неё. А вот следующей паре радоваться не получалось, ведь её составляли Джекки и Лорус. Угораздило же нашу ясновидящую получить в напарники этого… Не могу даже слов подобрать. Меня раздражает в нём буквально всё, включая аккуратно уложенный хвостик длинных русых волос. Так бы и отрезала! А то он стоит и самодовольно ухмыляется, пока девушка цепляется за его запястье, гордая их партнёрством.

«Ох, Джекки, как же ты ошибаешься», — вздохнула я, переместив взор в другую сторону и заглянув за плечо Себастьяну.

Прямо за ним у соседней от нас двери находилась моя подруга в паре с Каем. Он, как обычно, не выказывал никаких видимых эмоций, которыми пестрила сама Кристина, без какого-либо стеснения пожиравшая взглядом своего спутника. Чёрный ворот сливался с тёмными волосами, бледная кожа контрастировала с мрачным образом, и только вишнёвые глаза горели ярче алого пламени в сосредоточенном прищуре, направленном на преподавателей. Когда кроваво-красный взор внезапно метнулся в мою сторону, я спряталась обратно за плечо Себастьяна, принявшего моё действие за нервозность перед предстоящим экзаменом.

— Не бойся, — улыбнулся он ласково, свободной рукой накрыв мои пальцы, покоившиеся на рукаве его пиджака. — Я рядом.

Мадам Акрот попросила тишины, хотя та и так стояла гробовая. Только шелест листвы проносился над головами, донося до ушей приятные летние ветерки.

— За следующие сутки мы проверим, насколько набранные в этом году ассистенты соответствуют требованиям Академии Печатей. Студенты магического факультета любезно согласились сопровождать вас на данном испытании. Для них это станет дополнительной тренировкой, для вас же — решающим моментом в дальнейшем обучении здесь. Результат будет зависеть не только от того, насколько полезными и находчивыми вы окажетесь, но и какими потрёпанными вернётесь обратно. Обо всех нюансах по завершении экзамена нам поведают сопровождавшие вас маги и белое облачение, которое на вас сейчас надето. То, как сильно вы замараете одежду — напрямую отразится на итоговой оценке. На основании этих двух показателей мы вынесем решение о зачислении каждого из вас на первый курс факультета. У вас есть ровно сутки на прохождение испытания, опоздание станет поводом для автоматического отчисления из Академии, имейте это в виду. Но я искренне верю, что все вы справитесь в срок, и мне ни с кем больше не придётся прощаться. Пожалуйста, используйте свои пропуски, и да начнётся экзамен!

Переведя взволнованное дыхание, я ещё крепче сжала пальцами рукав Себастьяна и одним резким движением вставила стекло в специальное ромбовидное отверстие в узкой двери, как она тут же распахнулась, и в лицо мне ударил ледяной белый свет.