Катализ

Глава 12.

В Старом городе, на алее Четырех, есть трехэтажный склад, обтянутый грязно-жёлтым рифлёным металлом. Окна-бойницы его, узкие, тёмные, кое-где забитые кусками фанеры, мрачно глядят на утлую улочку в охряных подпалинах фонарей. Смотрят на струи воды, бегущие по разбитым тротуарам. На разросшиеся кусты триама, наряженные в бусы из сиреневых первоцветов. И, украдкой, с материнской тревогой, - на заброшенные гаражи, запятнанные рыжью огней, – мальчишки по ночам жгут там костры.

А с небесной парусины, низкой и свинцовой, всё лился дождь. Он стучал по железному настилу крыши, всё быстрее и быстрее. Дзвяк... Дзвяк. Дзвяк! И лишь звук этот нарушал мёртвую тишь складского комплекса давно разорённого завода. Пока на крыше не появились двое. Они пришли с разных сторон. Он поднялся по пожарной лестнице и, не скрываясь, прошелся по крыше, подошвами выгибая лязгающий металл. А она… Никто не видел, откуда появилась она.

Она просто возникла у парапета, худая, хрупкая, одетая в брезентовый плащ тёмно-зелёного цвета. Из-под капюшона в беспорядке торчали русые волосы с кончиками, окрашенными в ярко-синий. И тем же цветом светилась Слеза, виднеясь сквозь не застёгнутый воротник.

- Спрячь лучше этот фонарь под куртку, - хмуро посоветовал принц.

Даже с двух метров он ощущал, как веет от кулона и могуществом, и злобой. Создание, запертое в нём, вновь не спало.

«Пакость», - с отвращением сплюнуло Пламя. – «Не вздумай опять её лапать, абсолют. Больше спасать я тебя не буду».

- А её свет никто не видит. Кроме магов, - пожала плечами Юнала. – Хочешь верь, хочешь не верь. Ладно. Ты же не о Слезе потрещать пришёл?

- Показывай, где хата Зиарланда, - без улыбки приказал принц. После видео, присланного «доброжелателем», он ещё больше хотел найти этого безликого. Врачи порой знают толк в ядах. В том числе, и в экзотических. Интуиция подсказывала ему, что версия притянута за уши, но другой у него не было.

- Ты какой-то смурной, - неожиданно сказала Юнала, подойдя, она вгляделась в лицо Вальдариана, вскинув на него свои зелёные глаза. Принц пожалел, что не одел илладан. Но здесь, на крышах, он был вроде и не нужен… А от полукровки свежо и терпко пахло теми самыми духами.

- Так тебе бабки нужны или ты просто поболтать пришла? – резко спросил он, делая шаг назад.

- Бабки нужны...

- Тогда веди.

Юнала отпрянула и, растянув губы в колючей усмешке, бросила:

- Не отставай, лордёныш. И не бзди. Попрём через трущобы. Меня многие ищут… И намерения у них самые недобрые.

- Ну так смени личико… - посоветовал принц, который прекрасно понимал этих искателей и в другой ситуации даже готов был бы оказать им посильную помощь.

- А что, не нравлюсь? – ощерилась полукровка. – Простой такой. Ну точно – детёныш королей. Нет у меня денег на илладан, представь себе.

- Я вроде тебе немало отстегнул.

- А ты не считай! Не твои уже! И на другое они…

- Боюсь даже спрашивать на что. Но, вообще-то, я имел ввиду не илладан. Ты же – безликая, так натяни милую тебе шкурку. Виндаев ты терпеть не можешь, безликих тоже, хоть кто-то тебе нравится?

- Угу. Кирды. Синенькие такие… Твоя подружайка, кстати, тоже ничего. Безмозглая только очень… Вот только ничего не выйдет со шкуркой-то...

- Почему это?

- Я, как ты верно заметил, - полукровка. Рожденная сидкой от папаши в облике сида. Несменная у меня шкурка, увы. А от безликих у меня только обоняние и… проблемы, - задумчиво проговорила Юнала и вдруг, будто разозлённая собственной откровенностью, выпалила: - И вообще – топай молча!

Они долго петляли по узким переулкам, утопающим во мраке. От звука их шагов разбегались крысы, дождь стучал по черепицам хижин, и ноздри щекотала вонь тухлых щей и мертвечины. А потом в щель между домами вдруг ворвался яркий свет, и спутники вышли на площадь. Это была далеко не помпезная площадь Фонтанов, вся в чугунных фонариках и завитушках из золоченного мрамора. Нет. Перед ними лежало бетонное полотно, плотно заставленное фургончиками и вагонами. В круге прожекторного света выстроились вагончики закусочных, окруженные разожжёнными жаровнями. Под навесами чадили чаны с кипящими супами, и дымили мангалы с нанизанными на шампуры кусочками мяса, колбасками и булочками из жучиной муки. А за столиками под тентами, при свете разноцветных лампочек, ужинали гости, они болтали, хохотали и распивали эль, дочиста обскребая ложками тарелочные донца.

Рядом, приодевшись в цветастые гирлянды, работала цирюльня на колёсах. Вход в неё охраняли обнаженные манекены в промокших париках всех цветов, и длиннющие ресницы их, казалось, вонзались в дуги бровей. А с другой стороны, напоив сумрак разноцветьем витрин, тянулись фургоны продуктовых лавок. В пластиковых корзинах мокли овощи, хлеб и фрукты, а под стеклянными крышками, затянутыми куржевиной, громоздилось мясо. Тут была и птица, и рыба, и даже мыши, голенькие, лишенные шкурок, с куцыми обрубками лысых хвостов. Площадь так и сочилась музыкой, громом моторов, ароматами снеди и вонью машинного масла.

А за площадью возвышалась бесформенная гряда, выстроенная из разноцветных грузовых контейнеров. Вся она сверху до низу была прорезана множеством лестниц, сваренных из труб, соструганных из дерева и отлитых из пластика. Тут и там виднелись балкончики, переходы и целые террасы, то залитые светом, то сопрятанные под вуалью тьмы.

- Муравейник, - ахнул принц.

Он не бывал тут раньше, но, конечно, слышал про этот райончик, славный мелким криминалитетом и засильем нелегальных иммигрантов. Торговцы в Пузе шутили, что найти что-то в Муравейнике так же сложно, как не заблудиться в Кишках. «Но», - добавляли они, - «шанс вернуться из Кишок в своей одежде куда как выше.»

- Угу, - согласно ухнула полукровка. – Нам в западное крыло.

Принц вздохнул, глядя на толчею, через которую придётся пробираться к контейнерному небоскрёбу. Он ненавидел толпу. Улучшив момент, он убедился, что связь работает, и он всё ещё в сети. Неподалеку, невидимые, за ними следовали его стражи. После сделки они продолжат следить за Юналой, в надежде, что она приведет их к лагерю безликих. А ещё где-то рядом был Андрин. Принц знал его уже полгода. Всегда улыбчивый, уравновешенный, он был интересным собеседником, хорошим собутыльником и верным спутником в (выражаясь словами Лереи) неподобающих принцу эскападах. Но что творилось в его рыжей голове, Вальдариан до конца не понимал. А аюн был не просто соседом по парте, он был лордом Великого дома и мог с толком распорядиться любой легкомысленно подаренной ему информацией. Потому принц не рассказал ему про слова ишты и не за что не расскажет про видео от анонима. Но сегодня Вальдариан всё же взял его ссобой – аюн не переставал повторять, что это может оказаться ловушкой и надежнее пойти вдвоём. Принц подозревал, что Андрином в первую очередь руководило любопытство, но спорить не стал – в конце концов, в пещерах аюн доказал свою полезность, а если дело обретёт неудобный оборот, он найдёт способ от него вежливо избавиться. И тем более он не стал бы спорить, зная, что Юнала приведёт его в Муравейник. Здесь принцу было неуютно.

- Следи за цацками, лорд, - будто читая его мысли, посоветовала Юнала, рассекая толпу, будто лодочка трясину.

- У меня нет цацок, - отмахнулся Вальдариан, одетый в неприметный серый плащ и дешёвые джинсы. Он не впервые выбирался в Нижний.

- А это что? – полукровка подхватила ладонями его правую руку, на безымянном пальце которой тускло сверкнуло кольцо. Широкая и матовая лента из платины в мелкий рубчик.

- Его можно снять только вместе с пальцем, - сообщил принц, и на кольце на миг проступил белокрылый орёл в лазурной окантовке.

- Тогда - следи за пальцами.

- Всенепременно.

Всё плохое заканчивается, как и всё хорошее. И вот шумная толпа осталась позади, и они вплотную подошли к махине из контейнеров. Наверх, в частоколе железных перил, взбегала лестница.

- Какой ярус? – спросил принц.

- Сейчас заплатишь? – невинно уточнила Юнала.

- Когда придём.

- Тогда топай молча.

Гремели металлом ступени, и вдруг усилившийся дождь стекал за шиворот, а поднявшийся ветер трепал капюшоны плащей. На восьмом ярусе полукровка вдруг остановилась. Перед ними лежала широченная терраса из чугунных решеток, на которую выходила длинная аллея контейнеров. Над дверью каждого, крупно, алой краской, был выписан порядковый номер. Метрах в пятидесяти от них, около одного из контейнеров, собралась целая толпа, ярко светил прожектор, и рядом, взрыхляя воздух ревущими соплами, зависли два шаттла в раскраске городской полиции.

- Обычный вечер в Муравейнике? – пошутил принц.

- Это – квартира Зея! - полукровка вдруг побледнела.

- Ты уверена?

- Абсолютно, - закивала Юнала и нервно потребовала: - Плати!

- Неа. Я должен убедиться, что ты привела меня в верное место, - не согласился Вальдариан.

- Ну так убедись. Сам же понтовался, что знаешь, когда я вру! Вот и врубай свою хвалённую чуйку. Его это хата, чревом клянусь! А к полицаям я не сунусь!

- Рыльце в пушку? – с сарказмом уточнил принц.

«Хвалённая чуйка», впрочем, действительно утверждала, что девушка не врёт.

- Гони деньги! – взбеленилась Юнала. – Быро!

Украдкой она посматривала на полицейских, виднеющихся вдали. Но в Муравейнике по оценкам городской мэрии постоянно проживало около пяти тысяч жильцов. И стражи порядка не собирались распылять силы, проверяя всех, кто возвращался домой в этот дождливый вечер.

- А то что? – с издёвкой уточнил принц, но всё же коснулся виска, отдавая приказ лотану. Арест Юналы в его планы тоже не входил, хотя и говорить об этом он не собирался.

- Спасибо, - сказала полукровка и добавила с сарказмом: - Приятно было иметь с тобой дело, золотой мальчик. Прощай.

- До встречи, - поправил её принц, в последний раз вдохнул терпкий аромат ее духов и решительно направился к дому Зиарланда.

Подчиняясь его приказу, лотан отправил командиру велларионских стражей сообщение. «Не упустите её!».

Дойти до полицейских принц не успел – по одной из лестниц на ярус поднимался Андрин. А за ним, облаченная в черный джинсовый комбез и короткую ветровку, топала Арджанавага.

- Тебе разве не хватило приключений? – изумился принц, вспоминая какой подавленной и испуганной выглядела кирдоланка в плену у безликих.

- И тебе здравствуй. Я тут прочитала в одной умной книжке, что нужно выходить из зоны комфорта и бросать вызов своим страхам. И вот я здесь. Буду бросать.

- Это – что-то новенькое, - покачал головой Вальдариан.

- Согласись, это лучше мантр про святой Собор? – усмехнулся аюн, зорко всматриваясь в клубящуюся у квартиры Зиарланда толпу. – Дай угадаю, нам туда?

- Угадал. В награду могу уступить тебе право договариваться с полицией.

- Хватит уже шутеек про Собор! – разгневанно топнула ногой Арджанавага.

На контейнере Зиарланда, темно-синем, в узкий рубчик, виднелся номер – сто семьдесят три. Подход к нему закрывала полицейская ограда, опоясанная гололентами запретительных надписей. Вокруг топтались случайные зеваки – патлатый и заспанный кирдоланин, старушка-иштарианка с пиратской повязкой на глазу, рогатые близнецы-нгаулги в кожаных косухах и симпатичная орчиха в коротком платье-свитере и ботфортах на платформе. Чуть в сторонке, что-то раздраженно говоря огненноволосому помощнику, курил серокожий следователь в форменной портупее и кожаном плаще.

- Интересно, что там случилось? – озадачилась кирдоланка.

- Кстати, насчет права договариваться с полицией, - заметил Андрин. – Это же – Киргон.

Следователь, который допрашивал их по поводу вторжения Юналы в академию, как раз выбросил непотушенный бычок и механически поправил на лбу повязку из расшитой золотом мягкой кожи.

- Представьтесь и сдайте ему воровку, - мстительно посоветовала кирдоланка, которая так и не забыла дикую головную боль, с которой она очнулась в каморке полукровки. – И он вам сам проведёт экскурсию.

Принц неопределённо хмыкнул и, подчиняясь наитию, взглянул на контейнер сквозь Плетение.

«Ага!»- шепнуло Пламя.

- Первую часть твоего предложения я, пожалуй, приму, - сказал принц и деловито направился в сторону следователя.

Илладан, скрывающий его облик, мгновенно растаял, а аюн услышал мысленный голос принца:

«Подыграй-ка мне».

- Гляди-ка, авалдан, - шепнул один брат-нгаулг другому, во все глаза пялясь на подходящего принца.

- А зенки-то какие… – пробурчала одноглазая старуха. – Синющие! Колдунские значит!

- Что он творит? – потрясенно шепнула кирдоланка, которая имела ввиду совсем другое.

- Узнаем, - легкомысленно пожал плечами аюн, снял илладан и направился следом.

- А вот этого я знаю, - громогласным шепотом сообщил второй нгаулг: – Ариндор. Из клана этих… светильных магов.

- Не ори, слышь! А то щаз как засветит нам…

- Не спроста колдунов принесло, помяните мои слова, ох не спроста…

- Добрый вечер, - сказал Вальдариан Киргону, привычно игнорируя глазеющую на него толпу.

Серый вскинул взор на принца и, если и удивился, то не подал виду. Ни один мускул не дрогнул на его худом лице, только в фиолетовых глазах мелькнуло сдержанное любопытство.

- Лорд Вальдариан, лорд Андринанд, - флегматично поприветствовал магов он. – Вот уж -действительно неожиданная встреча. Муравейник – не совсем то место, где ожидаешь встретить принца или аюн-авансандара.

- А я думал, полиция Аалдараны всегда готова к неожиданностям, - парировал аюн, а принц сразу перешёл к делу:

- Так сложилось, что нам необходимо осмотреть квартиру за вашей спиной.

- Вот как? И у вас, разумеется, есть мандат горсовета? – следователь наморщил высокий лоб.

- Разумеется, нет. Зато у меня есть предложение, - неторопливо ответил принц.

- У вас? Для меня? – Киргон закурил, усмехнулся: - Я польщён. Излагайте.

Дым папиросы его, завёрнутой в тёмную бумагу, пах ядрёной крепостью и пряными травами.

- Я помогу вам с расследованием, а вы позволите мне осмотреть квартиру.

- А с чего вы взяли, что мне требуется ваша помощь? – изумился Киргон. Уголки рта его приподнялись, обозначив мимолётную улыбку.

- Потому, что в этом контейнере произошло убийство. И совершил его авалдан.

- Нам это известно. Осталось понять, откуда это известно вам, - следователь в упор уставился на принца. От пристального взгляда его сиренево-стеклянистых глаз становилось не по себе.

- В Плетении остаётся след, когда прерывается чья-то жизнь, - объяснил принц. – Как остаётся след и от чар. Вам необходим эксперт по магии, и я предлагаю вам свои услуги. За небольшое одолжение взамен.

- Не интересует, лорд Вальдариан. Мы свяжемся с комиссией по чарам, и они отправят нам мага, - холодно отказался следователь.

- Конечно, отправят, - согласился принц. – Денька через два, когда след успеет остыть. В конце концов, ваш труп в Муравейнике, а не во дворце Четырёх. А я… Я уже здесь.

А аюн меланхолично добавил:

- И если дело их всё-таки заинтересует, то комиссия заберёт его себе. Есть у них такое раздражающее право. И, признайте, - вы не выносите комиссаров. В том числе, и поэтому.

- Я, в принципе, не в восторге от магов. От вас одни проблемы, - огрызнулся Киргон и продолжил задумчиво: – Но, вы угадали, лорд Аландор, комиссаров я не люблю сильнее прочих. Есть ли смысл спрашивать, что вы собираетесь найти в этом контейнере?

- Ваш покойник украл кое-что важное. И это – всё, что мы можем сказать, - сурово соврал принц и добавил для верности заклинание, всегда срабатывающее в Аалдаране: - Это - дело Великих домов.

- У Великих домов обычно есть мандат, - с ухмылкой напомнил следователь.

- Верно. Но прямой путь – обычно самый короткий, господин Киргон, - заметил аюн. – Вы должны это знать.

- Это намёк?

- Это - факт.

- Ладно. Пропустите их. А ты куда собралась, кирда? Жди здесь.

Глава 13.

Контейнер Зиарланда внутри казался больше, чем снаружи. Вдоль стен тянулись полки с книгами и всякой мелочёвкой, справа открыт был навесной столик, заваленный пустыми банками и коробками из-под пиццы, а в дальнем конце синела крохотная кухня. Пожарно-алая лестница вела на второй этаж, и через открытый люк было видно двуспальную кровать, окруженную по периметру голообоями с поникшим осенним лесом.

Тело лежало у самого входа, головой к дверям. Около него суетились двое кирдолан в белых халатах, первый копался в медицинском чемоданчике, а второй что-то скрупулёзно записывал в планшет.

- Свободны, - приказал им Киргон.

- Мы ещё не закончили, - возмутился было один из медиков.

- Закончите позже. Подождите пока снаружи.

Переглянувшись и сердито взглянув на следователя, синекожие медики вышли, и Киргон остался наедине с магами. Недовольно покосился на них, будто спрашивая себя, зачем связался с этими самодовольными мальчишками. Но промолчал и деловито достал из кармана блокнот.

Вальдариан смотрел на лежащего на полу мужчину, на широко открытые оранжевые глаза, в которых навек застыл испуг, на желтушную кожу, на лысый череп со сгущенными каплями подсыхающей слизи. Убитый совсем не был похож на улыбчивого врача, встретившего принца на стоянке под проливным дождем Вендоржеи. Тем не менее, это был именно он. В районе сердца водолазка безликого была прожжена, и сквозь дыру виднелся липкий торс с отпечатанным на нём лазурным кругом, скудно мерцающим в полумраке. След от копья авалдана.