- -
- 100%
- +
Кайто кратко пересказал.
Машина.
Побои.
Сердечный приступ после встречи.
Гэндзо слушал молча.
Когда Кайто закончил, спросил:
— Юме тогда было двадцать?
— Да.
— После этого?
— Совет прекратил существование. Семь старших домов подписали возврат полномочий прямой линии. Все основные структуры Хиэн перешли под людей Юмы.
Гэндзо посмотрел на пруд.
— Значит, не мальчик.
— Нет.
— Хотя выглядит именно так.
— Скорее как человек, который четыре дня не спал.
— Это тоже талант.
Кайто позволил себе лёгкую улыбку.
— Я выяснил ещё кое-что.
— Говори.
— У Хиэн существует закрытая школа меча.
Гэндзо посмотрел на него.
На этот раз сразу.
— «Tsubame no Hishō».
Кайто чуть приподнял бровь.
— Вы знаете.
— Я старый, Кайто. Не бесполезный.
— Я никогда этого не говорил.
— Ты слишком хорошо воспитан.
Гэндзо постучал тростью по доске мостика.
— Эту школу почти никто не видел со стороны.
— Его отец обучался.
— Разумеется.
— Насчёт Юмы подтверждения нет.
Гэндзо посмотрел на него так, будто ответ был очевиден.
— Он наследник прямой линии.
— Это ещё ничего не гарантирует.
— В Хиэн — гарантирует.
Кайто запомнил.
— Насколько хорош этот стиль?
Гэндзо некоторое время молчал.
— Если слухи хотя бы наполовину правдивы, то достаточно хорош, чтобы умный человек не хотел проверять его на себе.
— Очень конкретно.
— Другой информации у тебя всё равно нет.
— Пока.
— Кайто.
— Да?
— Не лезь в их школу слишком глубоко.
Кайто слегка нахмурился.
— Почему?
— Потому что некоторые традиции великих кланов живут дольше людей именно потому, что посторонние понимают, когда следует остановиться.
— Это просьба?
— Совет.
— Тогда продолжу осторожно.
Гэндзо вздохнул.
— Разумеется.
Несколько секунд они молчали.
Вода под мостиком снова стала спокойной.
Потом Гэндзо спросил:
— Он приблизился к Рэну намеренно?
— Не похоже.
— Насколько?
— Перевод в Сэйран был оформлен до знакомства. Общих контактов до университета не найдено. Первая встреча действительно выглядит случайной.
— Драка.
— Да.
— Он вмешался?
— Да.
— Почему?
— По его словам, ему не понравилось, что Рэна били втроём.
Гэндзо слегка поднял бровь.
— По его словам?
— Я не допрашивал его лично.
— Пока.
— Пока.
Старик снова посмотрел на воду.
— И теперь они друзья.
Кайто помолчал.
— Похоже на то.
— Похоже?
— Рэн назвал его другом.
Гэндзо медленно повернул голову.
— Сам?
— Да.
— Интересно.
— Юма этого не слышал напрямую.
— Ещё интереснее.
Кайто продолжил:
— Они вместе ходили на ужин.
— С Аканэ?
— Да.
— Караоке?
Кайто посмотрел на него.
— Откуда вы…
— Кайто.
Пауза.
— Разумеется.
— Продолжай.
— Теперь Юма ещё и тренируется с Ренном.
Гэндзо замер.
— У кого?
— У Сэя.
Старик прикрыл глаза.
Несколько секунд.
— Конечно.
Кайто не удержался.
— Вы не удивлены?
— Моему сыну дали спортивный зал, чтобы он тренировал моего внука. Через несколько дней он уже подобрал второго наследника великого клана. Нет, Кайто. Это звучит совершенно в духе Сэя.
— Юма сначала просто наблюдал.
— Тайком?
— Почти каждое утро.
Гэндзо тихо рассмеялся.
— А Сэй?
— Знал с самого начала.
— Разумеется.
— Потом вызвал его на спарринг.
Смех исчез.
— И?
— Сэй победил.
— Насколько легко?
— По его словам, сначала недооценил.
Гэндзо посмотрел внимательнее.
— Юма его потеснил?
— Да.
— Без оружия?
— Да.
Старик медленно кивнул.
— Тогда мальчик действительно хорош.
— Сэй тоже заметил, что его дистанция и работа рук больше похожи на привычки человека, который много времени провёл с оружием.
Гэндзо посмотрел на папку.
— И Рэн ничего не знает.
— Нет.
— Юма?
— О Рэне?
— Да.
— Тоже нет.
Теперь Гэндзо действительно улыбнулся.
Не широко.
Но совершенно искренне.
— Два наследника великих кланов каждое утро бьют друг друга в университетском спортзале и оба считают второго обычным студентом.
— Юма хотя бы знает, что семья Рэна состоятельная.
— Это не одно и то же.
— Согласен.
— Аканэ?
— Не знает о Юме.
— Хорошо.
Кайто посмотрел на него.
— Я так понимаю, пока не рассказываем?
Гэндзо не ответил сразу.
Прошёл с мостика к каменной дорожке.
Кайто пошёл рядом.
— Вопрос не в том, рассказывать ли, — наконец сказал старик.
— А в чём?
— Когда.
— Я бы сказал сейчас.
— Почему?
— Потому что речь идёт о главе Хиэн, который проводит с молодым господином почти каждый день.
— Ты считаешь его угрозой?
Кайто задумался.
— Не знаю.
— Хороший ответ.
— Но не знать — уже проблема.
— Для тебя.
— Для всех нас.
Гэндзо остановился возле старой сосны.
— Что говорит твоя интуиция?
Кайто несколько секунд молчал.
— Он не приближался к Рэну по приказу.
— Это не интуиция. Это вывод.
— Тогда…
Он вспомнил драку.
Юма рядом с Ренном.
Без охраны.
Без имени.
Без людей.
Вспомнил, как северяне почти поклонились ему.
Вспомнил, как Юма тут же сделал вид, что ничего не произошло.
— Думаю, он действительно считает Рэна другом.
Гэндзо посмотрел на него.
— Даже зная, кто он сам?
— Именно поэтому это и странно.
— Нет.
— Нет?
— Если мальчик действительно столько лет жил среди людей, которые видели в нём только главу, страннее было бы не привязаться к человеку, который понятия не имеет, перед кем стоит.
Кайто помолчал.
— Возможно.
— А Рэн?
— Тоже считает его другом.
Гэндзо слегка усмехнулся.
— Тогда ситуация одновременно проще и опаснее.
— Именно.
Они пошли дальше.
Весенний сад был почти неприлично спокойным для разговора о двух великих кланах.
Свет пробивался сквозь молодую листву.
Где-то журчала вода.
Садовник на другой стороне дорожки увидел Гэндзо, поклонился и сразу ушёл в противоположную сторону.
Кайто посмотрел на старика.
— Рэн должен знать.
— Да.
Ответ прозвучал сразу.
Кайто кивнул.
— Я скажу ему.
— Нет.
Кайто остановился.
— Нет?
— Не сегодня.
— Почему?
Гэндзо посмотрел на него.
— Потому что если ты сейчас вызовешь его куда-нибудь отдельно, он сразу поймёт, что произошло что-то серьёзное.
— Это и есть что-то серьёзное.
— Не настолько, чтобы портить мальчику остаток недели.
— Господин Гэндзо.
— Кайто.
В голосе старика появилось лёгкое предупреждение.
Кайто замолчал.
— Ты сам сказал, что не считаешь Юму непосредственной угрозой.
— Я сказал, что не знаю.
— И за последние дни ничего не произошло?
— Нет.
— Тогда один день ничего не изменит.
Кайто посмотрел на папку.
— Что вы предлагаете?
Гэндзо медленно пошёл дальше.
— Когда ты в последний раз видел Аканэ?
— Десятого.
— Я не спрашивал, когда она в последний раз видела тебя.
— Тогда четвёртого.
— Вот именно.
— К чему вы ведёте?
Гэндзо остановился.
Посмотрел на цветущие кусты возле пруда.
— Я обещал девочке показать сад.
Кайто моргнул.
— Сейчас?
— А почему нет?
— Мы обсуждали главу Хиэн.
— И продолжаем.
— Не похоже.
— Ты слишком узко мыслишь.
Кайто снял очки.
Не потому, что собирался драться.
Просто протёр.
— Вы хотите пригласить их сюда.
— Да.
— Обоих.
— Разумеется.
— Аканэ тоже?
Гэндзо посмотрел на него так, словно вопрос был странным.
— Я обещал ей сад.
— Я помню.
— Тогда зачем спрашиваешь?
Кайто снова надел очки.
— Уточняю.
— Плохая привычка.
— Она помогает мне работать.
— Иногда.
Гэндзо продолжил:
— Пригласи их на субботу.
— В эту?
— Да.
— Обед?
— Пусть приезжают раньше.
— Во сколько?
— К одиннадцати.
— Я передам.
— И Кайто.
— Да?
— Не говори Рэну по телефону, зачем.
— Он будет спрашивать.
— Пусть.
— А если откажется?
Гэндзо остановился.
Медленно повернул голову.
Кайто выдержал взгляд пару секунд.
— Хорошо. Глупый вопрос.
— Очень.
— Аканэ наверняка согласится раньше него.
— Вот поэтому и звони ей.
Кайто приподнял бровь.
— Это манипуляция.
— Конечно.
— Рад, что мы называем вещи своими именами.
— Я прожил достаточно долго, чтобы перестать стесняться эффективных методов.
Кайто слегка улыбнулся.
— А разговор?
— Какой?
— О Юме.
Гэндзо посмотрел на папку в его руках.
— С Ренном поговоришь ты.
— Один?
— Да.
— Аканэ?
— Пока нет.
— Почему?
— Потому что это не её тайна.
Кайто кивнул.
Это было справедливо.
Юма мог быть главой великого клана.
Мог скрывать своё положение.
Но пока он не сделал ничего против Рэна или Аканэ.
Рассказывать о нём всем вокруг только потому, что Кайто сумел раскопать правду, было бы неправильно даже по меркам их мира.
— Когда?
— После сада.
— Очень конкретно.
— Ты найдёшь момент.
— В вашем кабинете?
— В моём.
Кайто посмотрел на него.
— Вы будете присутствовать?
Гэндзо помолчал.
— Нет.
Это удивило.
Кайто не скрывал.
— Почему?
— Потому что Рэн должен услышать это не от меня.
— Из-за Хиэн?
Пауза.
Очень короткая.
Но была.
— Из-за того, что расследовал ты.
Ответ прозвучал спокойно.
Слишком спокойно.
Кайто посмотрел на него чуть дольше.
Гэндзо уже отвернулся.
— Что-то ещё? — спросил старик.
— Да.
— Что?
Кайто открыл папку.
Нашёл фотографию отца Юмы.
Протянул.
— Вы точно знали его достаточно хорошо?
Гэндзо посмотрел на снимок.
Несколько секунд.
Потом вернул.
— Достаточно.
— Это всё?
— На сегодня.
Кайто понял.
Не стена.
Скорее дверь.
Закрытая.
Пока.
Он убрал фотографию обратно.
— Хорошо.
Гэндзо снова пошёл к пруду.
— Кайто.
— Да?
— Не дави на мальчика.
— На Рэна?
— На Юму.
Кайто слегка нахмурился.
— Я с ним ещё даже не разговаривал.
— Именно.
— Вы считаете, что не стоит?
— Считаю, что если глава Хиэн действительно захотел несколько недель побыть обычным студентом, то нет необходимости разрушать ему эту иллюзию раньше времени.
Кайто задумался.
— Даже если он рядом с Ренном?
— Особенно если он рядом с Ренном.
— Почему?
Гэндзо посмотрел на воду.
— Потому что я хочу понять, что он будет делать, пока думает, что за ним никто не наблюдает.
Кайто чуть улыбнулся.
— Вот теперь узнаю вас.
— Наконец-то.
***
В 15:17 Кайто сидел в машине возле поместья.
Папка лежала рядом.
Телефон — в руке.
Он открыл контакт Рэна.
Подумал.
Закрыл.
Открыл Аканэ.
Подумал.
— Манипуляция, — пробормотал он.
Водитель посмотрел в зеркало.
— Синдзё-сан?
— Ничего.
Он нажал вызов.
Ответили через четыре гудка.
— Алло?
Голос Аканэ.
Кайто сразу улыбнулся.
— Добрый день, Тачибана-сан.
Пауза.
— Кайто?
— Рад, что вы меня помните.
— После шести машин сложно забыть.
— Справедливо.
На заднем плане что-то шуршало.
— Я не помешал?
— Немного. Я пытаюсь заставить Рэна не трогать мои выкройки.
Издалека донеслось:
— Я ничего не трогаю!
Аканэ прикрыла микрофон недостаточно хорошо.
— Ты передвинул линейку!
— На два сантиметра!
— Вот именно!
Кайто закрыл глаза.
Почему-то это тоже совершенно не удивляло.
— Тачибана-сан.
— Да, простите.
— Господин Гэндзо приглашает вас в поместье в субботу.
Тишина.
Потом:
— Серьёзно?
— Абсолютно.
— Зачем?
— Он обещал показать вам сад.
Пауза стала другой.
Тёплой.
— Он помнит?
— Господин Гэндзо редко забывает обещания.
— Тогда конечно.
Кайто посмотрел в окно.
— К одиннадцати.
— Будем.
Рэн на заднем плане:
— Кто это?
Аканэ:
— Кайто.
Пауза.
— Зачем?
Кайто услышал шаги.
Через секунду голос Рэна стал ближе.
— Дай сюда.
— Эй!
Шорох.
— Кайто.
— Молодой господин.
— Что тебе нужно?
— Лично мне — чтобы вы перестали брать чужие телефоны.
— Зачем дед зовёт нас в поместье?
— Показать Тачибана-сан сад.
— И всё?
Кайто посмотрел на папку рядом.
— Конечно.
Пауза.
— Ты врёшь.
— Это очень неприятное обвинение.
— Ты плохо врёшь мне.
— Не согласен.
— Кайто.
— Молодой господин.
— Что случилось?
Несколько секунд Кайто молчал.
Гэндзо был прав.
Рэн уже почувствовал.
— Ничего, что не может подождать до субботы.
На другом конце стало тихо.
— Значит, что-то случилось.
— Я этого не говорил.
— Но и не сказал, что ничего.
Кайто улыбнулся.
— Вы становитесь наблюдательнее.
— Это не комплимент.
— И всё же.
— Кайто.
— В субботу. К одиннадцати.
— Я тебя ненавижу.
— Вы уже говорили.
— Продолжаю.
— Рад стабильности наших отношений.
Телефон снова перехватила Аканэ.
— Мы приедем.
— Благодарю.
— И я не дам ему пытать вас вопросами до субботы.
Рэн где-то рядом:
— Я всё слышу.
— На это и расчёт.
Кайто усмехнулся.
— До субботы, Тачибана-сан.
— До субботы.
Связь оборвалась.
Он положил телефон рядом с папкой.
Несколько секунд сидел молча.
На обложке не было имени.
Только внутренний номер дела.
Но Кайто уже и без него знал содержание почти наизусть.
Куросаки Юма.
Двадцать два года.
Студент.
Сирота.
Наследник.
Глава.
Человек, которого семь старших домов Хиэн признали без публичного спора после смерти трёх регентов.
Человек, который каждый день сидел рядом с Ренном на занятиях.
Ел с ним.
Дрался рядом.
Теперь тренировался вместе с ним.
И всё это время двое молодых людей не знали друг о друге самого главного.
Кайто поправил очки.
В субботу это изменится.
По крайней мере, для одного из них.
Примечания автора
[1] Хаори — традиционная японская верхняя одежда свободного кроя, напоминающая короткое пальто или жакет и надеваемая поверх кимоно.
[2] Хиэн (飛燕) — буквально «летящая ласточка». В мире романа это название северного великого клана, одного из Четырёх великих кланов Японии.
[3] Tsubame no Hishō (燕飛翔) — «Полёт ласточки». Вымышленная тайная школа владения мечом клана Хиэн. Её техника и методы обучения не раскрываются посторонним и традиционно передаются внутри верхушки клана.
Глава 25. Обещанный сад
18 апреля
В субботу Рэн понял, что Кайто действительно умеет портить настроение на расстоянии.
Причём даже не делая ничего.
Достаточно было одной фразы:
«Ничего, что не может подождать до субботы».
С тех пор прошло меньше двух дней.
Рэн успел несколько раз решить, что не будет об этом думать.
Потом несколько раз подумать.
Потом убедить себя, что если бы произошло что-то действительно опасное, Кайто не стал бы ждать до субботы.
Эта мысль помогала.
Примерно минут на пять.
— Ты опять.
Рэн перевёл взгляд с дороги.
— Что?
Аканэ сидела рядом, повернувшись к нему вполоборота.
Сегодня она выбрала тёмно-зелёную юбку ниже колен, светлую блузу с мягким воротником и короткий бежевый жакет. На шее привычно лежал серебряный кулон с тёмно-зелёным камнем. Длинные медно-рыжие волосы были распущены, только передние пряди убраны назад небольшой заколкой.
На коленях лежала маленькая чёрная сумка.
И выражение лица было слишком понимающим.
— Я веду машину, — сказал Рэн.
— Я заметила.
— Тогда что «опять»?
— Вот это.
Она указала пальцем на его лицо.
— Что именно?
— Ты хмуришься.
— Я всегда так выгляжу.
— Нет.
— Аканэ.
— Рэн.
Он вздохнул.
Toyota спокойно шла по дороге за город.
Утро было ясным.
После нескольких прохладных дней наконец стало теплее, и Хосикава постепенно оставалась позади — сначала многоэтажки, потом пригородные дома, затем более редкие постройки, поля и длинные полосы деревьев вдоль дороги.
До поместья оставалось около двадцати минут.
— Он бы сказал, если бы случилось что-то серьёзное, — произнесла Аканэ.
— Кайто?
— Да.
— Нет.
Она посмотрела на него.
— Нет?
— Он бы сказал ровно столько, сколько считает необходимым.
— Это звучит как очень раздражающий человек.
— Потому что так и есть.
Аканэ задумалась.
— Мне он нравится.
Рэн медленно повернул голову.
— Предательство.
— Смотри на дорогу.
— Ты только что призналась, что тебе нравится человек, который иногда называет меня «молодой господин» просто чтобы поиздеваться.
— Именно поэтому.
— Я начинаю сомневаться в твоём вкусе.
— Ты мой парень.
Рэн помолчал.
— Справедливо.
Она улыбнулась.
Несколько секунд в машине было тихо.
Потом Аканэ посмотрела в окно.
— Я всё ещё не верю, что он действительно помнит про сад.
— Дед многое помнит.
— Ты говорил, что он занят постоянно.
— Это не значит, что он забывчивый.
— Я не про это.
Аканэ провела пальцем по цепочке кулона.
— Просто… в тот вечер было столько всего.
Рэн понял.
Шесть машин.
Поместье.
Охрана.
Клан.
Гэндзо.
Правда, которую он тогда всё ещё скрывал.
Для неё тот вечер действительно должен был ощущаться как один длинный поток событий.
— Он тебя запомнил, — сказал Рэн.
— Это хорошо?
— Не уверен.
Она повернулась.
— Курода.
— Шучу.
— Ты сегодня нервный.
— Я за рулём.
— Это не оправдание для плохих шуток.
— Я запомню.
— Нет, не запомнишь.
— Тоже правда.
Аканэ протянула руку и положила ладонь поверх его правой кисти на рычаге коробки передач.
Всего на несколько секунд.
— Всё будет нормально.
Рэн посмотрел на её пальцы.
Потом снова на дорогу.
— Знаю.
— Врёшь.
— Немного.
— Уже лучше.
Она убрала руку.
Рэн улыбнулся.
— Это теперь моя фраза.
— Нет.
— Сэй постоянно так говорит.
— Это у вас семейное.
— Ещё хуже.
***
К воротам поместья они подъехали в 10:53.
На этот раз никаких шести чёрных автомобилей.
Никакого Кайто за рулём.
Никакого ощущения, что их везут на встречу с человеком, который способен одним звонком изменить жизнь нескольких сотен людей.
Просто Toyota.
Рэн.
Аканэ.
И охранник у ворот, который увидел номер машины и почти сразу отступил в сторону.
Створки открылись.
Аканэ выпрямилась.
— Всё равно странно.
— Что?
— Я уже здесь была.
— Один раз.
— Но теперь почему-то ещё страннее.
Рэн медленно проехал внутрь.
Дорога между традиционными зданиями была знакомой.
Каменные стены.
Тёмные крыши.
Небольшие внутренние дворики.
Люди, которые при виде машины сначала смотрели на номера, а потом коротко кланялись.
Аканэ наблюдала через окно.
— Они все знают, кто ты?
— Большинство.
— И меня?
— После прошлого раза, скорее всего.
— Прекрасно.
— Нервничаешь?
— Немного.
— Почему?
Она посмотрела на него.
— Потому что в прошлый раз я приехала сюда, не понимая вообще ничего. Теперь понимаю хотя бы часть.
— И?
— От этого не легче.
Рэн припарковался у главного дома.
Заглушил двигатель.
Повернулся к ней.
— Хочешь уехать?
Аканэ даже не задумалась.
— Нет.
— Тогда пошли.
Она взялась за ручку двери.
Потом остановилась.
— Рэн.
— Что?
— Я могу сегодня называть его дедушкой?
Рэн моргнул.
— Ты спрашиваешь меня?
— А кого ещё?
— Его.
— Очень смешно.
— Я серьёзно.
Аканэ нахмурилась.
— В прошлый раз он сказал, что можно.
— Тогда можно.
— Но это было за ужином.
— И?
— Вдруг это было… ситуативное разрешение.
Рэн несколько секунд смотрел на неё.
— Ситуативный дедушка?
Она покраснела.
— Замолчи.
— Я просто уточняю терминологию.
Аканэ открыла дверь.
— Я пошла.
— Тачибана.
Она повернулась.
Рэн улыбнулся.
— Ему понравится.
Она задержалась на секунду.
Потом тоже улыбнулась.
— Хорошо.
***
Гэндзо ждал их не в доме.
Он стоял возле каменной дорожки, ведущей в глубину сада.
Без сопровождения.
Без Кайто.
Без людей в костюмах.
Сегодня на нём было светло-серое кимоно и тёмный хаори[1]. Тонкая трость касалась камня скорее по привычке, чем из необходимости.
Когда Рэн и Аканэ подошли, старик посмотрел сначала на внука.
Потом на Аканэ.
— Опоздали на три минуты.
Рэн посмотрел на часы.
10:57.
— Мы раньше.
— Значит, я неправильно посчитал.
Рэн остановился.
— Ты только что признал ошибку?
Гэндзо посмотрел на него.
— Нет.
— Но…
— Доброе утро, Аканэ.
Рэн прикрыл глаза.
Аканэ поклонилась.
— Доброе утро… дедушка.
Наступила короткая тишина.
Рэн открыл один глаз.
Гэндзо смотрел на неё.
Лицо оставалось строгим.
Но уголки глаз чуть смягчились.
— Вот так значительно лучше.
Аканэ выдохнула.
— Я боялась, что в прошлый раз неправильно поняла.
— Я редко говорю то, чего не имею в виду.
Рэн кашлянул.
— Очень редко.
Гэндзо медленно повернул голову.
— Ты можешь оставить машину заведённой.
— Зачем?
— Чтобы быстрее уехать.
Аканэ закрыла рот ладонью.
Рэн посмотрел на неё.
— Ты смеёшься?
— Нет.
— Я вижу.
— У меня просто хорошее настроение.
Гэндзо развернулся.
— Идёмте.
Рэн пошёл следом.
— Отлично. Теперь вас двое.
— Привыкай, — сказала Аканэ.
Гэндзо слегка постучал тростью по дорожке.
— Умная девушка.
— Дед.
— Что?
— Ничего.
— Уже лучше.
Рэн остановился.
Аканэ рассмеялась.
— Это заразно.
***
Сад начинался почти сразу за главным домом.
В прошлый раз Аканэ видела его только вечером.
Фонарики.
Тёмная вода.
Отражения света.
Силуэты мостиков и деревьев.
Сейчас всё выглядело иначе.
Гораздо больше.
Территория уходила далеко вглубь поместья.
Каменные дорожки изгибались между соснами, клёнами и низкими кустами. Где-то деревья были подстрижены почти геометрически, а несколькими метрами дальше всё выглядело так, будто человек вообще не вмешивался.
Небольшой ручей пересекал сад.
Через него были переброшены плоские камни.
Дальше виднелся пруд.
На поверхности медленно двигались карпы кои[2].
Аканэ остановилась.
— Красиво.
Гэндзо тоже остановился.
— Это только начало.
Рэн посмотрел на деда.
— Ты сейчас хвастаешься садом?
— Да.
— Не ожидал.
— У тебя слишком узкое представление обо мне.
— Ты глава преступного клана.
— И что?
— Обычно люди с твоей должностью не обсуждают композицию кустов.
— Именно поэтому у тебя нет сада.
Аканэ снова засмеялась.
Рэн покачал головой.
— Я зря приехал.
— Машина рядом.
— Уже предлагал.
Гэндзо пошёл дальше.
Аканэ быстро догнала его.
Рэн остался на полшага позади.
И почти сразу заметил странную вещь.
Гэндзо действительно рассказывал.
Не общими фразами.
Не из вежливости.
Он знал, какие деревья посадили ещё при его отце.
Какие пришлось заменить после сильной зимы.
Почему одна сосна специально наклонена над водой.