- -
- 100%
- +
– И не надо делать вид, что не слышишь, – заявляет жена, решительно включая свет в спальне. – Я не поняла, Алексей, а где половина игрушек? Были ещё шары и фонарики! Кукуруза и космонавт! Снегурочка! Ты их кому-то отдал? Алексей, я с тобой разговариваю!
Приложи сейчас к ней спичку, загорится без вопросов – пыхтит от злости, как чайник на плите, лицо красное, руки в боки, слюной брызжет, ещё немного и на визг перейдёт, разбудив соседей! Разъярённая фурия, берсеркер под дозой мухомора, свинья на случке… ой, последнее лишнее, но точно к месту! Ну, а мне что с того?
Нет тех игрушек, потому что они украшают новогоднюю ёлку в квартире Насти. Валюшка им так радовалась, перебирала, хотела оставить себе, но убрали от греха подальше – стекло тонкое, разобьёт, поранится. А на ёлке самое то – прямо привет из детства! Вспомнил, как с родителями радовались, доставая их из чемодана, развешивая гирлянды, дождик, раскладывая вату под ёлочкой. Вот какое отношение ты, дрянь такая, имеешь к этим игрушкам? Но как задать ей сейчас этот вопрос?
Плевать, что я мёртвый и холодный, а нагло молчу, потому что никогда её не любил, не понимал и был совершенно равнодушен к её, полной проблем, жизни. Поэтому поделом мне – одеяло долой, потными ручонками за плечо и развернуть к себе, чтобы в глаза всё высказать ненавистному быдлу. Что не так? Не реагирую? Холодный? Глаза не открываю? И что это значит? Ха-ха-ха, ждём истерики! Ой, а вот это уже странно!
Ожидал крика ужаса, покойника ведь трогала, искажённой гримасами страха мордашки, к пущей моей радости случайного и обильного намокания трусов, но ЭТО как-то выламывается из сценария! Она ведь радуется, она счастлива, будто только что выиграла миллион в лотерею! Стерва!
Ага, опомнилась, осознала, сейчас кинется звонить в полицию, в Скорую, детям… Эй, ты куда? Телефон у тебя в сумочке, а не… Чёрт, как же я не подумал сразу? Пока никто не в курсе моей смерти, самое время проверить квартиру на наличие всего ценного и изъять до прихода прочих наследников, точнее, нахлебников.
Деньги, карты, документы, телефон, записные книжки, в которых вполне могут быть записаны пин-коды от карт. Я ведь мешать не буду, а прочие пока не в курсе, так что самое время снять сливки перед объявлением о моей кончине!
Эх, не так я представлял свою смерть. Ну, как-то я о ней особо и не думал, но порой мысль мелькала, а как оно будет, если… Представлял, пуская скупую слезу под пиво, как почувствую предвестники смерти, окину умудрённым взглядом прожитую жизнь, сяду в кресло за столом в кабинете, чтобы написать завещание.
Всё чин по чину, всем сёстрам по серьгам, всем свиньям по рылу и так далее. Помогу детям, скину сразу деньги на их счета, чтобы не ждали срока вступления в наследство – какие-никакие, а кровиночки, им жить, а мне…
Отпишу дарственную на квартиру, машину и дачу – детям, всё детям, чтобы ни копеечки в жадные загребущие ручонки бывшей жёнушки не попало! Накося выкуси! И так радостно на душе становилось, что тотчас пивасик полировал водочкой, а потом, наутро, с больной головой думал, откуда такие глупые мысли в голову приходят?
Нет уж, сам всё заработал, своим трудом, своим горбом, ишачил на трёх работах, не разгибаясь, вот пусть и они все сами о своём будущем думают, а деньги… всё детям, но чужим, в детдома перечислю, как Юрий Деточкин!
Потом с появлением Настеньки в моей жизни появились варианты, но сами мысли о смерти ушли на задний план. Не срослось. Ни так, ни эдак. Хочешь рассмешить Бога, поделись с ним своими планами на жизнь!
– Гад, сволочь, мразь, ни себе ни людям, – пыхтит Людмила, копаясь в столе и шкафах. – Мог ведь заранее озаботиться, отдать любимой жене всё самое ценное, чтобы я сейчас не дышала пылью и не ломала ногти, нычки твои вскрывая!
Нычки? Откуда? Откуда она о них знает? Я же столько сил потратил, чтобы устроить надёжные тайники. На всякий случай. Вор, милиция, жена… Перекопал весь интернет, сделал всё по уму, сто раз проверил, что никак не выделяются тайники на фоне обоев, шкафа или стола. Сам порой забывал, куда деньги и ценные бумаги спрятал, по часу и более тратил, вспоминая, а она…
Бли-и-и-н, у неё встроенный миноискатель с рентгеном, что ли, в мозгах? Ни одного лишнего движения, строго по плану, тайник за тайником, подходит, нажимает, вводит код, выгребает содержимое! Код! Откуда она коды знает? Ну, глаз острый, как-то видит место нахождения тайника – царапина, грязь на обоях, щель там, где её не должно быть, но код! Он ведь нигде не записан!
– Так и знала, что этот придурок рассуёт все сбережения по нычкам, как белка! Не зря, ой, не зря на камеры потратилась, хотя… пришлось ублажить Ваську-компьютерщика, чтобы он в благодарность по квартире камеры распихал, когда этот ушлёпок в очередную командировку смотался! С другой стороны, Васька хорош в постели, хи-хи… от меня не убыло, а сейчас так столько всего прибыло! Ух! Как знала! Кто молодец? Людочка – молодец! Говорила мне мама, муж у тебя дурак, но работящий, держи его в строгости, а его деньги под присмотром! Спасибо, мамочка, за добрый совет!
Камеры? Так она меня постоянно пасла и всё видела? Вот же стерва! И как я тут с другими бабами кувыркался? Дрянь ненормальная! Убил бы, но что я могу? Я ведь дух бесплотный, меня вон даже к собственному телу не пускают, а тут – живой человек! Хотя… к мёртвому не пускает, а к живому?
Как два пальца об асфальт… в смысле, вошёл и вышел, снова вошёл и ничего не почувствовал, будто пустое место, а не человек из плоти и крови. Что не так делаю? Вспоминай, дурень, потом поздно будет! Так, входим в тело… да, не дёргайся ты, дурында, мне ведь в тебе расположиться нужно строго по профилю, рука в руку, нога в ногу, член… тьфу, опять не тем местом думаю!
Не тело для души главное, а голова! Ищи местечко, цепляйся к нему, выталкивай лишнего, занимай его место и живи себе дальше, в ус не дуя! Ну, баба и что с того? Был мужиком, поживу женщиной – новый опыт, новые отношения, новые ощущения! Ну, где тут что лежит? Где у неё кнопка, Ури?
Ни черта! Ни поклёвки, ни схватывания – но что-то же должно произойти, я читал, они писали, нужен способ активации контакта! Боже, к тебе взываю я, есть ты или нет… чёрт, не самое удачное время спорить о существовании Бога! И чёрта поминать тоже не к месту – на кону твоя жизнь, думай, иди от противного, рассуждай широко, смело, дерзко! Соберись, тряпка, не время распускать нюни!
О. Точно. Нужно собраться. В прямом смысле этого слова – всего себя в точку, всю энергию в кулак, стать сильнее в одном месте, не размазываясь по всему пространству тонким слоем. И как жахнуть её по башке тупой, чтобы красненьким окропило обои! Эх, не могу! Тогда, делай, что можешь – сжимаемся, выдыхаем… хотя, что тут выдыхать?
Короче, делаем, как при жизни, а там разберёмся! Плотнее, ещё плотнее, поднимаем себя в воздух, наплываем на Людкин мозг… Боже, это мозг? Выгребная яма выглядит привлекательнее и пахнет приятнее! А говорят, призраки не чувствуют запахов! Врут гады! Но, сейчас альтернативы нет, ныряем с головой и будь, что будет!
Такое ощущение, будто толпа небритых ёжиков кинулась обниматься – со всех сторон колет, скребёт, на части рвёт. Держись, Лёха, нам главное – ночь простоять, да день продержаться, чтобы… Чтобы что? Зачем так долго?
Я точно не партизан на допросе в гестапо, мне уже хочется все тайны выложить на блюдечке, лишь бы прекратилась эта пытка! У-у-у-у-у, нет, ф-у-у-х, прочь, долой, должен быть другой способ обмена души! Простой и человечный, а не эта пытка ёжиками с метровыми иголками!
– Боже, как болит голова! Вроде и не пила вчера, а башка трещит, как с похмелья! Неужто этот ирод какого-то порошка в постельное бельё насыпал именно на такой случай? Чтобы я потом с ума сошла, его перебирая в поисках денежек! Вот же гад какой! А с виду ведь и не скажешь, все уверены – приличный человек, а он сволочь! Нужно срочно что-то выпить! Водки или таблетку? Лучше водки, оно как-то к случаю – увидела покойника, испугалась, хлопнула водочки. А таблетка в картинку не вписывается. Однозначно не вписывается. Не похоже, что я расстроилась от такого кошмара. Водка. Однозначно водка!
М-да, что тут скажешь? Очень прошаренная стерва, продуманная, осторожная, каждый свой шаг просчитывает, когда дело касается её денег и имущества. А ведь она искренне считает всё это своим! Муж ведь её? Был, но был ведь её, значит… и всё, что у него есть, принадлежит ей и только ей!
Хотя… водка! От водки она быстро поплывёт, к бабке не ходи, от водки её всегда развозит в самый неподходящий момент! Способность сознания к сопротивлению снижается, и, значит, у меня появляется шанс!
Давай, милая, тяпни грамм сто-двести, а лучше сразу бутылку из горла – радость-то… в смысле, горе-то какое, муж умер… бывший! Как говорится, нет повода не выпить! Пей, милая, я в тебя верю! До дна, до капельки, пей не жалей, тут всё твоё!
Та-а-а-к, самое время совершить налёт, пока стража сознания спит! Концентрируемся, подлетаем, осторожненько, действуем, как с девственницей, входим мало-помалу в святая святых… помойную яму… устраиваемся поудобнее… контакт… есть контакт… сознание расплывается в новом месте… приятное тепло охватывает тело… моё тело… глаза закрываются… мои глаза… мои новые глаза… мысли путаются… теряются… чёрт, что-то идёт не так, как задумывалось… упс – я снова на Дерибасовской! Вылетел из Людкиного сознания, как пробка из шампанского – весь пьяный, в растерзанных чувствах, без малейшего понимания, что теперь делать!
Может, по соседям пройтись? Кто-то ведь сейчас спит, а сон, как говорят ушлые люди, маленькая смерть, открытые ворота для чужого воздействия! Отодвину в сторону спящее сознание, займу чужое тело, чтобы на время стать живым и мобильным. Я ведь не для себя, попользуюсь денёк и верну обратно законному владельцу!
Как быть с документами? Нотариус и покупатель меня не узнают? Где взять деньги, если эта мымра всё выгребла? Курьер тоже мне ничего не отдаст, у него наверняка есть моя фотография. В банке сделают круглые глаза, попроси я снять деньги с чужого депозита. Ну и чёрт с ними, с деньгами, за возможность прожить ещё один день, готов душу дьяволу продать! Или не готов?
Блин, Лёха, не о том думаешь! Единственное оправдание – внезапная смерть, спутавшая все планы, на мозги давит, мешает соображать правильно. Если подумать, Людку мне абсолютно не жалко, а это ведь чужие люди! И бабка надвое сказала, что будет, займи я их тело. Может, я убиваю их сознание и никогда более они не станут прежними? Выходит, если быть честным, это ничуть не лучше разбоя и грабежа!
Ну, получится у меня выжить таким способом, а совесть? Как её потом уговорить, что другого пути не было? Бандит ведь точно также говорит, мол, кушать хотел, ни о чём другом думать не мог, сам себя не осознавал, бац и скамья подсудимых, а жертва уже в морге остывает! Бр-р-р, нет, я так не могу! Помер, так помер, понеслась душа в рай! Но не несётся же, болтается, как нечто в прорубе на потеху честному люду!
Думай, Лёха, думай, твоя судьба в твоих руках! Взывай к ангелам и архангелам об отсрочке! Они такие, они могут чудеса творить! Христос помер, а потом воскрес на третий день после смерти, так что в теории и со мной такое чудо произойти может, потому что мне это очень-очень нужно! Боже, яви чудо своё рабу грешному Алексею! Не себя ради прошу, а в помощь тем, кого люблю!
Чёрт с ними, с потерянными деньгами, нужно хотя бы договор купли-продажи подписать у нотариуса и деньги передать. Как раз сумма с последнего заказа туда и пойдёт, а там… форс-мажор, исполнитель безвременно скончался! Неужто к ментам побежит? Ни в жизнь, потому что знает кошка, чьё мясо съела! А совесть в таких случаях у меня сговорчивая, мог ведь сдать с потрохами, а так просто помер.
Эй, там, наверху, есть желающие заключить сделку? Продам душу! Недорого! За возможность внезапного воскрешения и одного дня на свободе! Ну, почему дьявол покупает человеческие души, исполняя желания человеческие, а Богу они достаются совершенно бесплатно? Богохульство? Ага, ещё какое, но делать-то что-то нужно!
– Так, вроде бы всё собрала? Нет, записи нужно пересмотреть, вдруг он ещё что-то новенькое учудил, а я пропустила? Ни за что себе не прощу, если кому-то мои денежки достанутся! Можно ведь на ускоренной смотреть, а где нужно помедленнее присмотреться! Это я уже видел… это смотрела… опять у него баба – пропустить… нет, посмотрим, прикольно, такого я ещё не видела… а он придумщик… ладно, время дорого, потом после поминок пересмотрю… здесь пусто… ага, а вот это я точно пропустила! Чтоб ты ещё раз сдох, гад такой! Весь маникюр коту под хвост с твоими нычками! Ну, кто в стул деньжищи прячет? Я ведь эти стулья давно выбросить хотела!
М-да, последний рубеж обороны рухнул без боя. Обивка безжалостно сорвана, пакет извлечён, вскрыт и осмотрен! Всё, пуст ты, Лёха, как барабан! Гол, как сокол! Нищ, как последний пропойца! А почему? Потому что нездоровая паранойя в тебе завелась, недоверие к нашей самой лучшей в мире банковской системе, готовой сожрать твои денежки, добытые, в том числе, и не совсем законным путём!
Слишком много вопросов у банкиров возникает, откуда у простого предпринимателя такие доходы при полном отсутствии в отчётности каких бы то ни было серьёзных оборотов? И как им объяснить, что консультации могут очень много стоить, особенно, когда они требуются авторитетным людям, старающимся не раскрывать подробности своих финансов?
Поэтому благодарность таких людей сразу в золото и ценные бумаги, которые совершенно точно не дешевеют усилиями наших доморощенных финансовых гениев, активно загоняющих страну в кризис. Вот и дарственная на мою квартиру, оформленная честь по чести у нотариуса, своего нотариуса, осталось только ФИО и паспортные данные нового владельца вписать. И дураку понятно, чья фамилия там появится через пять минут!
Так что, Лёха, теперь ты ещё и бомж! Можно с тобой и не церемониться особо! Как там напишут в протоколе? В квартире такой-то по адресу такому-то обнаружен труп гражданина без определённого места жительства! Эх, вот так жил, впахивал, как трактор по бездорожью, а пришла пора помирать, остался и без мотора, и без трактора!
– Алло, алло… это полиция? Ага… тут такое дело… простите, мне сложно говорить… я труп обнаружила… Как где? В своей квартире! Представляете? Бывший муж вломился в квартиру, когда меня не было, напился, улёгся в мою постель и помер! Сейчас приедете? Адрес? Чей адрес? Мой адрес? Автомобилистов… ой, простите, оговорилась, проспект Коммунистов, дом семнадцать, квартира… ой, что-то меня колбасит… такое горе, мне так страшно… ага, сто двадцать седьмая! Жду! Ой, а в Скорую вы сами позвоните? Ага… ага… хорошо!
Ей бы в театре играть, имела бы успех – натурально так плакала, словно убитая горем! Дрянь! Гадина! Забрался в её квартиру! И ведь не подкопаешься, вон как старательно свои данные в дарственную вносит!
А дарственная выписана задним числом, будто она той квартирой уже года три владеет! Сделал неожиданный подарочек жёнушке! Ну, надеюсь, хоть похороны пройдут по первому разряду? Денег у неё теперь много, хоть долю малую может отдать, как дань памяти бывшему, пусть и не любимому мужу? Нет?
– Ой, как вы быстро приехали! Да… вот сюда проходите… простите, я тут немного выпила с горя… Сами видите, что-то искал, всё перевернул алкаш проклятый, а потом свалился, будто так и нужно, в мою кровать! Похороны? По первому разряду? А сколько это будет стоить? А дешевле? Есть что-то ещё дешевле? Кремация, как неопознанного трупа? За всё платит мэрия? Мне подходит! Какой паспорт? Нет никакого паспорта! Откуда у бомжа документы? Он мне никто! Не собираюсь тратиться на похороны какого-то алкаша! В печку его и все дела!
Толпа народу в квартире… в моей бывшей квартире… обувь никто не снимает… натопчут, а я терпеть не могу грязи… следователь… фельдшер… санитары с носилками… этот хмырь из похоронного агентства, которому Людка втихую сунула пятитысячную купюру за выгодную подсказку… нет, я, конечно, думал о смерти, но чтобы вот так… Чтоб я сдох! Хотя с этим уже всё в порядке! Остались формальности.
Как ни хотелось задержаться в квартире и досмотреть весь спектакль до конца, душу неудержимо тянуло к телу, которое тащили по лестнице дюжие санитары. Швырнули в фургон, как мешок картошки, рыкнул двигатель и покатил мой неожиданный катафалк по утренним непроснувшимся улицам Москвы к своему светлому будущему. Реально светлому, если взглянуть в разогретую топку крематория, в которой бушуют языки пламени!
Всё. Кранты надеждам на отсрочку. Нет тела, нет дела, нечего позволять бесполезному теперь муженьку лишний срок небо коптить. Хорошая шутка, только не смешно ни разу. Как раз сейчас и начну коптить то самое небо, вылетая чёрным дымом в трубу. Обидно.
Обидно и страшно, что так и не успел отдать последний долг своим девчонкам. Сейчас поздно переживать о том, что могло бы быть. Прими свою смерть, Лёха, как данность. Оставь прожитое за спиной и смело смотри в будущее, каким бы оно ни было. Пока мыслим, мы существуем. Глупость, конечно, но немного успокаивает.
Жаль, нет услуги сопровождения души к месту последнего пребывания. От психотерапевта я бы не отказался. Или от батюшки, гнусаво поющего молитву над гробом. Вот только нет ни психотерапевта, ни батюшки, ни гроба. Не стоят вкруг могилы плачущие родственники и безутешные клиенты. Не падают на грудь алые гвоздички. Только огонь – очищающий, всепрощающий, неотвратимый.
Мне не больно… мне не будет больно… я умер… совсем умер… труп не испытывает боли… мне не страшен огонь… я его не боюсь… Ой, страшно-то как смотреть на собственное голое тело, уложенное на железную каталку! Дюжий работник, не испытывая в отношении меня никакого пиетета, равнодушно дёрнул рычаг, распахивая створки печи, и толкнул тележку, отправляя тело в ревущее пламя!
Нет… не пойду… не хочу видеть, как огонь впивается в кожу, сжигает плоть, как, курчавясь от жара, сгорают волосы, лопаются глаза… не хочу ничего этого видеть и… не могу не видеть, потому что некая сила притягивает меня всё ближе к телу, словно пытаясь сжечь заодно и мою бессмертную душу! Я ведь душа, почему мне так больно?
Не-е-е-е-е-т… не хочу-у-у-у-у… я достоин жить… Боже, дай мне шанс прожить эту жизнь заново… Молиться, нужно молиться, но я не помню ни одной молитвы… Как там? Иже еси на небеси? Съели банку иваси! Пипец! Жизнь прожил, а в голове винегрет из всякой ерунды, не имеющей отношения к Вечности! Боже-е-е-е, хочу-у-у-у жи-и-и-и-ть!
Темнота… мёртвое ничто… ничего не чувствую… нет мыслей… нет желаний… хорошо, что исчезла всепоглощающая боль. Наверное, я сейчас в том самом ином мире, куда попадают души после смерти… пусть будет так, если иного не дано… ничего не хочу… спать… только спать… слабость во всём теле… теперь можно спать… теперь уже не помру… дальше некуда… конечная станция… телу только не очень удобно… но это сейчас не главное…
Не захотели ангелы с архангелами чудо явить? Печально, но придётся с этим смириться, потому что других вариантов высшим судом не предоставлено! Спи спокойно, Лёха, у тебя впереди Вечность!
Только одна мысль свербит, мешая погружению в нирвану. Словно камушек в ботинке, будто комар над ухом, зудит и зудит непонятно зачем и почему. Где-то на краю сознания, точнее, его остатков, растворяющихся в чёрном омуте беспамятства, мельтешит назойливо, словно кондуктор в переполненном автобусе, пытающийся докричаться до пассажира, вошедшего в заднюю дверь. Что не так, чёрт бы тебя побрал?
И снова здравствуйте
Телу? Какому телу? Его же только что на моих глазах сожгли! Но я чувствую именно тело, могу пошевелиться, дёрнуть руками, толкнуться ногами… не могу вдохнуть, но и не испытываю от этого никакого дискомфорта, словно так и надо… не могу закричать, да и не хочу особо… ничего не вижу – темно, тепло, уютно, хотя… поза какая-то вынужденная… скрючился, как в утробе… Зато ничего не напоминает о застарелых болячках!
Толкнулся ногами, стеночки мягко отпружинили. Упёрся руками, ощупал пространство вокруг себя – что-то там есть за этими стеночками, но тоже мягкое. И гулко так молотит какой-то метроном – тук-тук, тук-тук, тук-тук, не раздражая, а принося какое-то спокойствие и умиротворение. Так бы вскочил и пробежал стометровку, тело прямо звенит от живой энергии. Так вот ты какое – царствие Божье?
Как там говорят о стариках? Если проснулся и у тебя ничего не болит, значит, умер! В точку! Чувствую себя, как в детстве, когда знать не знал ни о каких проблемах, любые ранки залеплял подорожником, плюнув на него перед этим, чтобы заразы не подцепить. Возраст вместе с опытом и мудростью принёс боль в суставах и прочие неприятные последствия долгой жизни. Радуйся, Лёха, теперь ты абсолютно здоров!
Может, так оно и положено тут, на том свете? Отдельная, пусть и тесная ячейка для каждой души на время принятия решения, куда её грешную отправить – в Рай или в Ад, а, может, на переработку в костную муку. Ха-ха, шути, шути, нет у души костей. Тогда зачем эти ощущения тела, будто я снова живой? Я ведь помню чувства той самой души после собственной смерти – бесплотная, неспособная ни к чему прикоснуться, ни от чего оттолкнуться.
А сейчас, как спортсмен, готов скакать и бегать, биться на ринге или плыть кролем в бассейне. Я чувствую себя именно человеком, а не душой. Но кто я, если не душа? Умер. Тело сожгли. Замены не предоставили. Скорее всего, на том самом свете, куда души собирают после смерти тела. Или у них тут свои физические законы? Где физика, там и химия, так и до секса дойти можно… тантрического. Лёха, побольше уважения к святыням! Не хватало ещё и здесь схватить неуд по поведению!
Проще будь и к тебе потянутся… ангелы с архангелами. В чужой монастырь, как говорится, со своим уставом не ходят. Стерпится, слюбится. Темно и сыро, зато уютненько – стеночки тёплые, мягонькие, так бы и нежился вечно. Хотя не время нежиться – вспоминать нужно список собственных грехов, чтобы чего лишнего не впаяли, как это принято в ментовке. Протокол прочитать, ничего на веру не принимать, лишних бумаг не подписывать!
Чёрт, какая ментовка? Это же ого-го какое место: высшая справедливость, ничего лишнего, и воздастся им по делам их! Думай, Лёха, готовься к худшему, возрадуйся, если ошибся! Значит так, родился, учился, армия, снова учился, женился… вот он самый первый и большой грех… детки народились… и сверху всё это густо намазано пахал-вкалывал-изворачивался-зарабатывал, как не в себя. Ещё помнится…
– Доктор, вы ведь говорили, это надёжное средство! – незнакомый женский голос с нотками близкой истерики врывается в мою медитацию ковшом холодной воды. – Вы говорили, он умрёт и будет выкидыш! А он толкается, как ни в чём не бывало! Вы меня обманули, доктор! Взяли деньги и обманули!
Это что сейчас было? Соседний отсек? У них тут совсем со звукоизоляцией плохо? Хуже, чем в современных панельках, когда каждый вздох соседей слышишь, как свой? Етить-колотить и как тут сосредоточиться на воспоминаниях, погрузиться в себя, вспомнить всё?
– Послушайте, голубушка, не надо так кричать, нас могут услышать! – мужчина говорит негромко, нервничая, явно опасаясь публичного скандала. – Средство надёжное, но иногда, я подчёркиваю, иногда оно даёт сбой! Вы же сами слышали, у плода угасли сердечные тоны! Он умер! То есть таблетка подействовала, но потом…
Упс. Их там двое? Общага какая-то, а не тот свет! Эй, там, нельзя ли потише? Вы тут не одни, если разобраться! Ну, померли и померли, копыта откинули, ласты склеили, отдали Богу душу, так чего теперь лаяться? Раньше нужно было этим заниматься, тут уже словами делу не поможешь! Всё. Финита, блин, комедиа. Без вещей на выход, господа!
– Что потом? Что потом, доктор? У меня не должно быть ребёнка! Вы понимаете, муж скоро вернётся из экспедиции и что я ему скажу? Здравствуй, Федя, тебя не было полтора года и вот тебе подарок? Он меня из дому выставит вместе с этим приплодом! Это позор, меня из партии выгонят, снимут с должности за аморальное поведение! Что хотите, доктор, то и делайте! Деньги вы взяли…
Муж? Какой муж, милая? Как он тебя увидит? Если только твой хладный труп на металлическом столе в морге, вскрытый пьяным патологоанатомом! И гарантированно грохнется в обморок с переходом в инфаркт! Кому ты собираешься что-то предъявлять? Да и кому теперь нужны твои откровения? Забудь и выкинь из головы, подумай о Боге, глупенькая! С того света выдачи нет! Баста, карапузики, кончилися танцы!