- -
- 100%
- +
– Сказки... – подумал Нейл, воспринимая его улыбку, как подтверждение; и сам в ответ улыбнулся, чтобы дать тому понять, что он понимает шутку: – Сказки, не больше того!
Cценарий их игры начинал постепенно проясняться?.. Про опыт левитации старался пока просто не думать. И одновременно где-то внутри себя знал, насколько мог быть приятен контакт с некоторыми из этих существ! И насколько некоторые из них могли быть враждебны, упрямы, капризны и своенравны! Пробормотал:
– На своем уровне они обладают какого-то типа чувственностью и мышлением?..
Если он это знал, значит, всё-таки участвовал когда-то в игре. Только вышел из нее! Почему?.. Сбежал! По какой причине?
– Однако ты сказал, что эти существа могут быть и опасны? Не все из них наши помощники? – уточнил Нейл.
– Нет, конечно. И этот мир, Пятый Уровень, далеко не рай, Нейл, – ответил тот спокойно. – Земля пронизана энергетическими колодцами, наполненными не одной только позитивной энергией. Закрыть все невозможно, и всё же мы достаточно контролируем Грани. Для нас, как я тебе уже сказал, никакой опасности нет. Но вот для людей... Всегда существует бо́льшая или меньшая опасность, со стороны существ, не имеющих своих тел и неосознанно тяготеющих к материи. Ищущих в ней подпитку своему призрачному существованию!
И таким образом, старик подтвердил ему еще раз существование «людей» и «не людей», элементалий. А кроме того существование «разных миров»! «Ну да... переплетенные цепи земных миров», – подумал Нейл, не испытывая особого удивления. (Он, несомненно, знал игру!)
Куда его вел этот старик... не вполне старик? И не увлеклись ли они слишком всеми этими странными фантазиями! Да и пора бы им было уже куда-то прийти. Где же этот «Сад»? Лес вокруг... А он, Нейл, – если имя его было Нейл! – доверился незнакомцу, возможно безумцу или талантливому гипнотизеру и позволил завести себя в эту глушь.
Не было никакой сьемочной группы, никаких ролевиков, ни даже санатория посреди леса пока не было видно. А тем временем он, Нейл, только что левитировал... Все признаки умственного расстройства налицо!
О чем он думал теперь? Сад... И тем не менее откуда-то он что-то знал о нем. Никем не спланированный, никем не посаженный. Огражденный по большей части естественным барьером: скалы, холмы и лощины, пещеры и потоки, наземные и подземные, – особые места, пронизанные выходом земной энергии... Энергии, направленной и замкнутой в особый Контур!
Слова как бы сами приноравливались, чтобы выразить суть Охранного Барьера: цепь, логическая последовательность... музыкальная секвенция... неопределенность, вибрация, дрожание... туманность, притяжение, влечение... отпечаток мысли... Мысль! Но и своего рода экран, зеркало, грань... Ничто из этого. Всё это! Нейл подумал, что люди, в зависимости от уровня их развития, могли бы считать это место «про́клятым» или «заповедным». Аномальной зоной, в которой их аппаратура необъяснимым образом дает сбои.
– Несведущий человек, – сказал стоявший рядом Ольсмин, выводя его из задумчивости, – прежде всего не справится с реакцией собственной психики. Тот, кто ищет реальную сторону мира, потеряется, как в лабиринте, даже не войдя в Сад, и не заметит ничего помимо собственных виде́ний.
– Да... Вот именно! Помимо своих виде́ний, – подумал Нейл, – пугающих, манящих, морочащих... И уже одного этого, вдобавок к обыкновенной физической реакции дискомфорта, было бы вполне достаточно, чтоб отвадить людей от посещения любого такого места!
– A впрочем, люди и без того забредают сюда достаточно редко, – заметил Ольсмин.
Нейл не сомневался: лес вокруг них был девственный, без троп, посещаемый разве что каким-то редким охотником. И похоже, изобиловал разной непуганой живностью: птицы токовали, на поляне паслось семейство кабанов и косули... Встретившийся им волк, бежавший по каким-то своим делам и приостановившийся поодаль, пристально поглядел в их сторону, чтоб затем повернуться и быстро скрыться в чаще. Мыши, белки... Змея прошуршала в траве. Возможно, в этом лесу были даже медведи. Массивная, горбатая фигура насторожила Нейла, но оказалась всего лишь грудой замшелых камней!
Теперь лес перед ними был совсем другим: серые стволы извилистых буков принимали разные формы; повсюду были рассыпаны светлые камни и валуны всех размеров, куски скал, и всё это было покрыто зелеными мхами. Как легкое эхо слышался отдаленный шум воды скрытого где-то потока, то нарастающий, то затихающий. «Место, в котором деревья замедляют свой рост...» – вдруг подумал Нейл. Вокруг, и в самом деле, было полно столетних деревьев. Но его мысль была о о неком особо замедленном течении времени. И что ему опять лезло в голову?!
А после недавнего странного опыта «метаморфозы», и сами деревья казались ему уже другими: дремлющие в потоке солнечной радиации, на деле же живущие своей настоящей жизнью где-то там, под землей, во мраке, в царстве корней... Примерно так и человек по большей части живет в мире собственных мыслей и лишь отчасти во внешнем мире, ошибочно считая его своей настоящей жизнью!
Ольсмин сделал ему знак, приглашая снова следовать за ним, и пошел вперед, то наклоняясь под толстыми ветвями, то обходя кусты и скалы. Идя за ним, Нейл лишь раз оглянулся на одно очень старое дерево. Оно было замшелым и всё в наростах; кажется, он уже видел его прежде. Когда-то он уже был здесь. Когда?!
Искореженный временем, крепкий гигант, зеленый от мхов, напоминал ему древнего ящера. Ящер – с высоким гребнем торчащей вверх ветви, – нападающий на взлетающее из его когтистых объятий крылатое существо: всего лишь второе дерево, выросшее из тех же самых корней. С шишковатым наростом «головы» на длинной шее-стволе и раскинутыми крыльями ветвей. Трагическая сцена не бросалась в глаза сразу, а открывалась лишь взгляду внимательного путника, расположенного обернуться, вглядеться и увидеть! Действительно ли мир менялся, стоило повернуться к нему спиной? Действительно ли он, Нейл, уже бывал здесь?..
И еще, у него было очень странное ощущение, что прошло безумное количество времени с тех пор, как он в последний раз шел по этому лесу. А деревья не умерли с тех пор, только стали еще более старыми и могучими гигантами. Место, в котором деревья замедляют свой рост!
Нейл в последний раз на ходу оглянулся на причудливо изогнутый и позелененный мхом корень: «мшистый человечек», задумчиво прилегший на землю, – совершенный человек в миниатюре! Но Ольсмин звал его не задерживаться и идти дальше, а шум воды становился всё более явственным; возможно, где-то в зарослях скрывался водопад. Вслед за стариком Нейл нагнулся, пробираясь под ветвями бузины, и они оба оказались в подобии узкого зеленого коридора. Тропа спускалась куда-то вниз, тесная и извилистая, всё ниже и ниже, пока не кончилась мшистым порталом из двух валунов. И открылась низина в амфитеатре скал, оплетенных корнями растущих по его верхам деревьев. По левую сторону от них шумел водопад.
Здесь ощущение растянувшегося странно времени еще более обострилось. «Низина ничуть не изменилась... Почти не изменилась!» – подумал Нейл. Его не оставляло чувство уже виденного прежде.
Водопад шумел беспрерывно. Низина, по-видимому, отличалось от окружающего леса своим особым микроклиматом. Место сказочное, Нейл был невольно очарован. По дну низины струился довольно широкий ручей в обрамлении плющей и папоротников, фонтанных трав, поднимавшихся над берегами и склонявшихся к прозрачной воде. Поток образовывал каскадики между светлых, темных и замшелых камней. Местами – зеленовато-золотистые заводи, в окружении широких, как блюдца, листьев бузульника с желтыми султанами цветов. И вся низина была сплошным ковром растительности.
Шум, плеск, шелест, журчание и переливы отдавались легким эхом, отражаясь от скал. Пара редкого вида синих бабочек порхали в воздухе, влажном и ароматном... Атмосфера была сонной, казалось время здесь совсем замерло. Всё, окутанное призрачной солнечной дымкой и полное таинственных контрастов света и тени; изумрудный мрак в расщелинах скал и в глубине зарослей.
Нейл не очень понимал, куда и зачем они пришли, но, по-видимому, дальше дороги не было! Пока он не задавал старику никакие вопросы, ждал, что тот скажет сам. У него было такое ощущение, будто эта низина – лишь «театральная декорация», за которой скрывается что-то другое. Однако Нейл не видел пока никакой «двери», ведущей в предполагаемую иную реальность.
– Сад всё тот же, ты его узнаешь, – проговорил Ольсмин почти торжественно, но как всегда не торопясь что-то обьяснить. Да и существовал ли на самом деле этот Сад, или странный старик всего лишь морочил ему голову? Самопровозглашенный маг и сталкер или безумный отшельник! Завел его в глушь, – из которой теперь будет нелегко выбраться, – чтобы Нейл составил ему компанию в его одиночестве и делирии безумца!
Нейл не заметил, как это получилось, но они стояли уже на песчано-галечной кромке близ мелкого водоема, образованного летящей сверху водой водопада. А он зажмурился и встряхнул головой, осыпаемый парившей вокруг водяной пылью. Звуки струящегося прочь потока словно усилились, и все краски вдруг стали ярче: красноватые, темные мокрые скалы, изумрудная, седая и голубоватая зелень, косматые бороды трав и желтые лишайники, цветные наслоения песка и глины...
– Охранный барьер имеет еще одно любопытное свойство, – добавил Ольсмин. – Не удивляйся, если ты вдруг проэкспериментируешь его на себе.
Он хотел сказать «не бойся»? Их путешествие имело какой-то ритуальный смысл? Вроде инициации! Но даже если где-то в этой лесной глуши помещалась какого-то рода тайная секта неоязычников, пока он и старик были совершенно одни. Нейл снова сильно усомнился во всем. А может, нет никакого старика?!.. И всё это лишь плод его расстроенного воображения! А он, Нейл, лежит сейчас где-то там, в дюнах, под начинающим разогреваться солнцем и бредит. У него жар, и ему чудится в бреду этот прекрасный водопад, и вожделенный освежающий душ летящих сверху брызг. Стоит ему только открыть глаза... нет ни низины, ни водопада!
Насмешливый голос внутри него посоветовал не ждать, а раскрыть поскорее глаза и взглянуть.
Нейл снова забыл, что старик способен читать его мысли. Но нет, тот смотрел отвлеченно куда-то вглубь низины. Следуя за его взглядом, он тоже оглянулся, и сначала не увидел ничего особенного. А потом... зрение прояснилось. Дети?!.. Откуда они здесь взялись!?! Возникшие как из-под земли, дети играли у ручья: пара светловолосых мальчуганов, лет восьми-девяти перепрыгивали по камням, перекликаясь между собой. А он слышал их голоса, но не мог различить слов. Потом к ним присоединилась девочка, тоже взявшаяся как из ниоткуда, и такая же светловолосая, одетая в легкое, светлое платье. Один за другим, они перелетали с камня на камень; их голоса́ отражались от окружавших низину скал и как будто повторялись многократно странным эхом, затихая, где-то в их глубинах.
Водопад, обдавший их в очередной раз облаком водяной пыли, освежил и вернул его к реальности. Что это было?! Дети исчезли, словно их и не было, но прежде он видел их совершенно ясно! Нейл взглянул растерянно на своего спутника, ища у него ответа, а сам подумал отстраненно, удивленно: «Однако, какое знакомое лицо у старика..!»
– Это как случайно задетая в тебе струна, Нейл! Место вызывает в каждом свое. Кого-то это может даже испугать. Но не тебя.
– Бред! – подумал Нейл отчаянно и провел по лицу обеими ладонями, умываясь окропившей его мелкой росой. Посмотрел в сторону водопада и увидел, что справа от беспрерывно шумящей завесы воды был каменный выступ на скале, подобие карниза, метрах в трех над землей, который он до этого не заметил. В то время как Ольсмин продолжал спокойно обьяснять:
– Это место насыщенно сильно земной энергией. Оно, как в зеркале, отражает картины нашей эмоциональной памяти. Ее зеркальные осколки... Ты видел одно, я видел другое, но можно увидеть и что-то общее, прожитое вместе. А человек...
Нейл усмехнулся понимающе. Ну да, человек, случайно проникший в низину, как незваный гость, оглушенный и замороченный, даже не понял бы в чем дело и не понял бы как снова оказался в лесу. Никакой низины! Примерно так. Взглянул... Сетка водяной пыли покрывала белые волосы молодого старика... Но как они оказались на мокром карнизе рядом с водопадом!?..! Темная узкая щель, полная сырого мрака, уходила вглубь скалы. Снизу ее не было видно. У входа месиво из щебня и глины. Кажется, старик намеревался лезть туда, внутрь, в полную тьму. Нейл, уже весь мокрый, первым, без приглашения, заглянул в теснину...
9. Оставшийся
... Восприятие Нейла раздвоился на две реальности. В одной он и Ольсмин стояли бок о бок на каменном выступе, и вода долетала до них временами. В другой Нейл и старик стояли совсем даже не рядом и не на карнизе, а на двух валунах, почти под самым водопадом! Ощущение обрушивавшейся время от времени ему на плечи воды, вылитой словно из ведра, было ошеломляюще реальным. Она разбивалась о плечи и голову Нейла и обильно стекала по его волосам и одежде. И так они стояли на карнизе и... одновременно под каскадом падающей, летящей воды. Тем временем старик как будто что-то пел: и его шаманическое обертонное пение резонировало с водой или скорее даже воспроизводило шум водопада...
Но нет... Нейл не был вполне уверен, что тот пел. А он сам, тот, что стоял на карнизе, делал усилия, чтобы разглядеть свое собственное лицо как бы во «второй реальности»! И пока ему это не удавалось: то загораживало облако водяной пыли, то заслоняло туманное пятно. В то время как он отлично видел каждую травинку в пучках мокрых трав, пробивавшихся из щелей каменной стены позади «себя второго». Видел себя, одетого в самые обыкновенные штаны и рубашку, и видел фигуру старика, светлую и статную, в его странном одеянии, но никак не мог сфокусироваться на собственном лице. Глаза его как будто уводило в сторону, сводило, косило, и он был вынужден в конце концов отступиться! Зато лицо Ольсмина он видел прекрасно: бледное, благородно удлиненное, с закрытыми глазами; вода временами хлестала его. И ощущал дыхание Ольсмина, ровное и глубокое, ощущал собственное ритмичное дыхание и жесткие удары струй. Руки Нейла были сжаты в подобие замка́ перед грудью. А холод всё больше разогревал его тело, так словно в него вливалась новая энергия, начинавшая постепенно циркулировать в нем.
– Нам нужно туда лезть?.. – Нейл, отшатнулся от расщелины. Ему почему-то не слишком хотелось. И дело было не в одном мраке, и не в сырой глине под ногами!
– Это лишь духи скал, Нейл, – заверил его Ольсмин.
– Ну да... Проявление панпсихизма, выражаясь ненаучно, – пробормотал он. Bсё одушевлено на своем уровне: и камни, и растения, и вода, и все природные явления.
– Если предпочитаешь обьяснить это так! Так или иначе, это сущности, миллионы лет привязанные к Земле. А мы с тобой... Мы свободны от этого мира, – заметил ему старик, едва улыбнувшись. Он уже не в первый раз пытался заразить его своим странным безумным высокомерием. Но Нейл всё еще интуитивно защищался. Словно срабатывал какой-то предохранитель внутри. «Когда этот предохранитель окончательно полетит... – подумал он. – Тогда все!»
– Так значит, мы «сиддхи»? Это инопланетяне своего рода! Или как?.. – констатировал он вопросительно и иронично. «Нейл» – имя или прозвище? Он вел себя как упрямый ребенок?
– Мы... Те, кто мы есть, Нейл, – сказал тот спокойно. – А ты – оставшийся... Пришедший с пришедшими.
Он начал было, возражая:
– Что за странные...
Как вдруг в нем словно распахнулся занавес, и открылось воспоминание. Сотни и сотни миллионов земных лет, как за толщей стекла! Пришедшиe... Оставшийся... Всё еще здесь, живущий в нем! Воспоминание кружило ему голову. Его самого кружило! Руки, сжатые в замок, и одновременно как будто широко раскинутые в стороны... Вода хлестала его по лицу, волосы были мокрыми, а голова запрокинута назад. И всё кружило, кружило вокруг...
С самых ранних детских лет Нейл в своих видениях видел или чувствовал присутствие Оставшегося. И всё же не знал, кем тот был! Иногда он называл это «Началом». Через Оставшегося, он не раз пережил свое личное присутствие на какой-то пустынной первозданной планете. Земля! Нейл не сомневался в этом. Земля, когда жизнь на ней еще только зарождалась.
Один. Он был совершенно один на всей планете, – так по крайней мере он считал, – но ему было хорошо. Он сам этого желал: полного одиночества и свободы. Странным образом Оставшийся не нуждался ни в чем: ни в еде, ни в воде, дышал той атмосферой, что была тогда в наличие на Земле! И ему не требовалась никакая защита от окружающего мира, от проникающих радиаций (что с точки зрения «человека» было бы абсолютно невозможно!). Нейл воспринимал это виде́ние, как фантазию или... Сон? Только очень ясный сон. Он и был визионер своего рода. Кажется, так.
В этом его «сне» он, Оставшийся, обозревал свои владения: вся планета была в его распоряжении. Впрочем, он не нуждался во власти над этим миром, был как бы в отрыве от него. Что его привело сюда? Он, беглец... бежавший от кого-то, от чего-то, а этот первобытный мир лежал на пути его освобождения! Теперь, когда Они ушли, больше не было спешки. Один покой, неописуемый словами, присущий только ему. Пришедшие покинули планету, а он остался и надеялся, что они больше никогда не вернутся! Кто они? Откуда пришли? Нейл не знал. Но Оставшийся знал о них всё: до того, как он оказался на Земле, он жил в их мире, очень далеко отсюда...
В одиночестве тот ни о чем не думал и очень долгое время даже не спрашивал себя, остался ли на планете еще кто-то, кроме него. Возможно, ответ пришел бы намного раньше, если бы он задал себе этот вопрос! Но в нем долгое время преобладал какой-то другой пристальный, медитативный интерес к тому, что его окружало. Интерес к «геологии», породам скал, минералам. К «биологии», новой, незнакомой флоре и фауне, к тому, что зарождалось прямо у его ног, в неглубокой воде.
Были во́ды... большие и маленькие, мелкие и мельчайшие: лагуны, заводи рек, термальные во́ды. Каменные, послеледниковые зандровые пустоши. Планета оттаивала после долгого оледенения! Груды камней, песка, галечника, холмы, сопки... Он взбирался на высоты, чтоб обозреть панораму, но не торопился взлететь, устремиться к горизонту. Погружался в воду, ограждая себя, но и зная где-то внутри, что ничто живое в этом мире не может войти с ним в контакт без его согласия. Однако, он чувствовал это живое вокруг себя!
Плыл... Покой. Что-то связанное с накопленной им древней безмерной усталостью, давно изнурявшей его, давившей своей тяжестью, как чугунная плита.
Иногда Нейл чувствовал себя почти, как Он, Оставшийся... Может быть, он был чем-то болен. Его «болезнь» была рецидивом? Абстрагированный, еще раз всплыло это слово! Он постоянно где-то бродил, блуждал, куда-то ехал... Что с ним происходило? И тут он вспомнил: туннель.
Нейл был за рулем... Туннель, пробитый в горах, бесконечно длинный. Машина буквально летела. И это было похоже на бегство. Куда он направлялся? Боковые ответвления, мрачные и пустынные штольни... Останавливаться, углубляться в них – запрещено. И в туннеле пустынно. Лишь око телекамер, держащее его под контролем. В то время как стены и потолок сначала сливались в черно-желтый пучок размазанных штрихов света, затем стягивались, свертывались, сужаясь в неуловимую конечно-бесконечную точку... Но на этом его видение обрывалось!
– Так значит, я тоже сиддх?.. – он еще раз ухмыльнуться иронично. А Ольсмин, перед тем как скрыться в темном лазе, обернулся с уже вполне серьезным упреком:
– Послушай меня, люди не делают ничего из того, что делаешь ты, Нейл! Человек даже не услышал бы, что мы его звали, а ты слышал.
Ну да... Теперь и ему казалось, что в дюнах он слышал сливавшееся в один длинный звук свое имя: «Н-н-н-н... лллл». И «человек», конечно, не мог бы иметь воспоминания длиною в сотни миллионов земных лет, в этом старик был прав!
Реяли полупрозрачные пузыри в почти кромешном мраке расщелины – «виртуальные матрицы». Иногда вытягивались аморфно и превращались в слабо фосфоресцирующие фигуры. Нейл смотрел вверх: высоко над их головами свет проникал сквозь узкую щель и, возможно, создавал на водяной пыли отражения, плавающие тени, странный голографический эффект.
При входе в расщелину Ольсмин оттолкнулся обеими руками от мокрых мшистых стен и как будто поплыл: ноги его едва задевали залитый водой каменный пол! Нейл же чуть не поскользнулся, едва не увяз в жидкой глине! Он всерьез попытался следовать примеру старика: оперся руками о мокрые каменные стены прохода, сделал вдох, сосредоточился и расслабился внутри себя. Даже прикрыл глаза – несмотря на полный мрак вокруг – сделал рывок!..
...Звучно срывались капли, а шум водопада стал глухим эхом в глубине ущелья. Беспрерывный, ровный, равнодушный. Вода несущая откуда-то и куда-то свое знание обо всем, что произошло на этой планете. И, может быть, не только на этой! Связанная через свои таинственные коды с особыми во́дами – во́дами космическими. «Гидрино?.. Гипотетическое состояние атомов водорода», – предположил он. Какая-то земная теория всплыла в голове. Он занимался когда-нибудь физикой?..
В каменной теснине отдаленный шум, всплески воды преобразовывались в некие шепоты. Кажется, Нейл занимался не одной только «физикой»! В гипнотической отрешенности он расшифровывал в переливах потока живые голоса. И вспомнил, что когда-то слышал сонные, смутные, едва различимые голоса в кристалликах замерзшей воды. Сейчас он ушел в эти шорохи, шелесты, шёпоты населявших теснину теней... И снова ему вспоминалось что-то, как сон наяву.
Надвигалось колоссальное оледенение. Пришедшие уходили, покидая в спешке свои базы, свои лаборатории. Оставшемуся казалось, что сама его депрессия каким-то образом спровоцировала этот надвигавшийся Великий Холод. В его власти было сделать нечто подобное!?! Он смотрел на чужую ему суету уходящих равнодушно, зная, что скоро наступит полный покой. И надеялся, что никто не способен прочесть это равнодушие в его глазах. Впрочем, они все были заняты лишь одним: торопливым желанием покинуть эту планетарную систему! «Коридор закрывался»...
«Тени», некие экспериментальные образцы, результат их научного поиска, оставались брошенными в невероятной глуши Вселенной, на этой затерянной нежилой планете. «Создатели» бросали их на волю судеб, просто потому что не было бы практической возможности собрать их и запечатать в контейнеры. Акт неосмотрительности? Их совсем не заботила опасность привнести в другой мир что-то ему не свойственное. Впрочем, и сами они были далеко не совершенными и не вечными и имели собственные эгоистические цели, как и мир, из которого они пришли, был достаточно эгоистичным!
Тени... Эфирные матрицы... Информация для построения и развития.
Так или иначе, теням, способным выжить в воде и в огне, ничто не угрожало. Высокие радиации? Да, они могли разрушить те из них, что не успели получить некую «связующие искру»... Однако и не получившие ее успели укрыться на сотни и сотни миллионов лет в глухих ущельях и подземных гротах.
«Что за искра?..» – спросил себя где-то Нейл. Вопрос казался ему печально гнетущим. Нейл не знал, о чем он думает, но это явно имело для него какое-то особенное значение.
– Потенциальные архитектурные формы, – пробормотал он вслух, прислушиваясь к тому, как с шорохом разносится по ущелью его голос. – Они смогли самостоятельно выжить на планете.
– И часть их прогрессировала виртуально, – заметил Ольсмин где-то впереди него. – Я уже сказал тебе: на Земле есть и очень мудрые существа. После конца своего мира они могут стать планетными духами разных степеней и рангов в других планетных системах. То, что они не смогут – покинуть свою Вселенную...
– А сиддхи могут выйти за ее пределы? – спросил Нейл, уже ничуть не удивленный.
10. Странный ресорт в лесу
... Свет в конце ущелья ослепил Нейла. Сияющий светлый туман заволакивал всё вокруг. Не плотный, полупрозрачный, он плыл и рассеивался, клубясь между мшистых зеленых скал. А эти скалы проявлялись в тумане сначала как бледные серые тени, затем как массивные темные фигуры.
Нейл всё еще думал о том, что ему только что привиделось, но постепенно его мысли рассеивались, как эта плывущая дымка. Тропинка перед ними поднималась и петляла вверх и вниз между скалами. И неожиданно путь им преградила... Калитка! Самая обыкновенная банальная калитка с тоненькой аркой сплетенного над ней цветущего вьюнка и даже незапертая, полуприкрытая. Ольсмин слегка толкнул ее, и она открылась с легким скрипом. Сад!.. Нейл не поверил своим глазам. Всё это время, до этого самого момента, он не верил в его существования!