Несвободные

– Давай я тебя подменю. Не мокни.

На него из-под капюшона воззрились синий и зеленый глаза.

– Не волнуйся за меня. Иди в башню, – ответила Рииса.

– Я же как лучше хочу, – насупился юноша в ответ на ее резкость.

Магичка взмахнула руками, ладони засветились синим, и капли дождя перестали падать на солдат, бесшумно стекая по невидимому куполу. Калеб присвистнул, в который раз поражаясь таланту подруги.

– Видишь? Я могу о себе позаботиться, – она передернула плечами, свечение погасло, Дервин вновь ощутил, как холодные струи стекают за шиворот.

Вспышка молнии озарила сосредоточенное лицо магички, через несколько ударов сердца по округе раскатился гром. Запах мокрого камня, переплетенный со свежестью дождя, наполнял ноздри, тело дрожало при каждом дуновении ветра.

– Извини, – вздохнул Калеб. – Не хотел тебя оскорбить.

– Ты тоже извини, – грустно улыбнулась Рииса. – Видимо, я так себя наказываю за то, что распустила сопли в Каюне: на всех срываюсь, мокну под дождем.

Вспышка молнии, грохот. То ли поток воды стал иссякать, то ли Калеб настолько замерз, что уже не чувствовал бьющих по телу холодных капель. В башне нужно будет как следует просушить вещи. Главное, чтобы Джон не полез помогать, а то спалит форму. Доказывай потом, что здоровяк опять не совладал с мощным даром.

– Тебе не за что себя наказывать, – заверил девушку Дервин. – Нам всем в Каюне пришлось тяжело.

– Да, но только я потеряла контроль над собой! – девушка нахмурилась, покачала головой. – Слишком много всего навалилось. Сначала мы потеряли Игнис, Сева и Кори… Эсму и Ирсору… То, что случилось с тобой и Агнием… Потом допросы… по самому больному били. Я оказалась слаба.

Несмотря на боевой опыт и выдающийся дар, Рииса предстала перед Калебом хрупкой и беззащитной. Он не спрашивал, что она забыла в армии, почему визиты к Кайсин выбивали ее из равновесия. Важно лишь то, что после всего случившегося Рииса Класк повзрослела. Дервин ободряюще улыбнулся:

– Ты сильнее, чем думаешь. Когда я сломался, ты меня поддерживала, несмотря на свое горе. Для такого требуется немалая выдержка.

– Я просто… не могла иначе, – девушка отвернулась, растерянно провела ладонью по мокрому зубцу крепостной стены. – Обещаю больше никогда не сдаваться.

Они еще немного побеседовали, после чего Рииса создала вокруг себя незримый купол, останавливающий капли дождя, а Калеб поспешил в башню греться чаем и сушить одежду. Магией воды он владел не достаточно, чтобы выделить влагу из ткани, зато сумел без помощи огненных магов нагреть форму. Какое-то время от нее шел пар, а потом она стала почти сухой. Пока юноша экспериментировал, время бежало галопом. Поспать ему удалось всего три часа, прежде чем встать на дежурство в караул. После прибытия в крепость его начали ставить часовым. Он надеялся, что избавился от статуса чужака. В конце концов, Калеб пережил вместе с отрядом столько, сколько не каждый солдат переживет за всю службу. Если речь идет не о подопечных Бестона, конечно. Им доставалось чуть ли не больше всех, даже не беря в расчет сражения.

Время в дозоре тянулось, как липкая смола. Влажный послегрозовой воздух забивал легкие, осложняя дыхание. Темнота постепенно посерела, в утренних сумерках продрогший солдат разглядел приближающееся с хистрийской стороны войско. Над ним развевались синие штандарты с серебристой георгиной. Внутри Калеба поселилась надежда.

Как только Дервин дал сигнал о приближении солдат, крепость оживилась, стала напоминать разоренный муравейник: действия вроде бы последовательные, но не слаженные, каждый делает что-то свое, со стороны кажется, будто вокруг царит хаос. Дежурство Калеба закончилось аккурат под прибытие подкрепления. Больше сотни людей наводнили крепость. Им дали несколько часов отдыха, во время которых командиры подразделений обсуждали план действий. Калеб не понимал, что там можно столь долго решать. В конечном счете приняли решение бить в лоб, сломить врага количеством. Крепость и лагерь сребанцев разделял пустырь, слева располагался лес, а справа возвышалась скала. Магические отряды должны воспользоваться особенностями местности, чтобы незамеченными приблизиться к врагу с флангов и ударить, в то время как войско отправиться напрямую.

Что-то не давало покоя Карлосу Бестону. Он много раз поднимался на верхний ярус разглядывал сребанцев в подзорную трубу. Даже если они не заметили приближение армии из-за высокой крепости, вели противники себя на удивление спокойно. Как правильно заметил Дервин, они медленно отступали, будто дразня хистрийцев. Тупоголовые командиры пехтуры не вняли гласу рассудка Карлоса и утвердили план лобового столкновения. Хотя бы магические отряды не задействовали, они сумели скоординировать действия между собой. Несмотря на обеспечение безопасности для своих людей, предчувствие занозой кололо в груди. Он спустился вниз, где три отряда готовились к вылазке отдельно от войска, не уместившегося в небольшом строении. По сути, крепость представляла собой небольшой форт. Раньше он служил смотровой башней защитников границы, а с ее расширением строение забросили, отряжая туда дюжину солдат следить за порядком в местных деревнях. Тихое местечко, куда военные приезжали отдохнуть от кровопролития, стало средоточием проблем.

– Капитан Бестон, мы готовы, – доложил Джон Фирс.

Традиционно в магических отрядах главным после капитана считался маг, который отслужил дольше других. В мирных обстоятельствах в отряде Бестона всем заведовала Мелоди Кернс, которая, несмотря на острый язык, умудрялась найти найти подход к каждому солдату. В боевых условиях ответственность ложилась на близнецов. Игнис погибла, а Агния Карлос отослал к семье, доверив передать несколько писем. Парень слишком раздавлен потерей сестры, капитан не рискнул бы отправлять его в бой. Тем не менее, Агний остался верным человеком, пользы от него, как от курьера, гораздо больше. Ответственное дело поможет парню отвлечься, вспомнить о цели.

Так вышло, что за главного остался Джон Фирс, здоровяк с мощным огненным даром, которым он до сих пор не научился управлять, оттого меч использовал чаще магии. Выбор между ним, робкой, неуверенной в себе Риисой Класк и неуправляемым Калебом Дервином, которому еще вбивать и вбивать элементарные правила службы в армии, оказался, увы, очевиден.

– Отлично, Фирс, – кивнул Карлос, потом добавил громче, чтобы остальные услышали. – Все помнят, как действуем?

– Так точно! – одновременно отозвались десять человек – все, что осталось от его отряда, не считая Мелоди, оставшейся в крепости, чтобы лечить раненых.

– Выступаем через пятнадцать минут.

– Капитан, командование просит вас остаться, – подоспел один из пехотинцев. – Они желают, чтобы вы допрашивали пленных.

– А у нас уже есть пленные? – вскинул брови Бестон.

– Командование желает, чтобы магические отряды обеспечили нас пленными.

Карлос прикрыл глаза, сосчитал до пяти, чтобы не высказать все, что думает о высоких чинах и штабных крысах, затем кивнул:

– Передай им, что будет сделано. По мере возможности.

– Но…

– По мере возможности, я сказал! – рявкнул Бестон. Солдат, втянув голову в плечи, удрал передавать послание.

– Значит, мы сами по себе? И надо еще кого-нибудь захватить? – уточнил Джон. Близнецам бы не пришлось все разжевывать.

– Не лезьте на рожон. Как я уже сказал – по возможности.

Через четверть часа выступили. Крались между кустов и деревьев, спотыкаясь в полумраке. Хотя осень уже утвердилась в своих правах, тут с деревьев еще не облетела листва, накрывая тенью отряд диверсантов. Еще пара часов – и солнце окончательно закатится за горизонт, без того темное от туч небо потемнеет, а в лесу уже невозможно будет что-либо разглядеть. Солдаты не суетились, перемещались тихо, общались знаками. Калеба с мечниками отправили вперед, чтобы он распознал следы магии, если таковые встретятся. Они так и не выяснили, что использовали при засаде лагробские маги, не до того было в Каюне. Калеб с Мелоди решили оставить обсуждение для более благоприятных времен, которые, кажется, не скоро еще настанут.

Бывший раб с замиранием сердца ступал по земле, вглядываясь из транса в холст окружающего пространства. С каждым шагом липкий страх глубже забирался в сердце. Он непрестанно ожидал, что из-за кустов выскочит враг. Знаки Вернона и Малькольма, сообщающие что вокруг все чисто, не прибавляли уверенности.

Они рассчитали время так, чтобы подойти к лагерю чуть позже нападения основной армии, зайти сбоку и поджечь сребанские палатки, распугать лошадей, уничтожить путь к отступлению. Несколько огненных магов из двух отрядов вполне справятся с задачей на своем фланге. Калеб мысленно сочувствовал тем, кому пришлось лезть по скале. С другой стороны, у них при нападении окажется более выгодная позиция.

Издалека послышался боевой клич хистрийской армии. Герсид, крадущийся недалеко от Дервина, недовольно закатил глаза. У элитных мечников магического отряда не в чести было шуметь при нападении, даже если это тактический ход для привлечения внимания. Калеб немного расслабился – сейчас сребанцы, наспех вооружившись, кинутся на пустырь защищать лагерь.

Потянулись мгновения. Вместо ожидаемых звуков боя до ушей молодого мага донеслись истошные крики и призывы о помощи. Мечники переглянулись, Герсид жестом отправил Малькольма выяснить, в чем дело. Джон, заметив их действия, показал отряду остановиться, затаиться до возвращения солдата. Огненный маг уважал ветеранов и не требовал соблюдать субординацию там, где важнее опыт, а не звание.

Малькольм вернулся настолько бледным, что его издалека разглядели в тени деревьев. Он показал всем собраться. Отряд Бестона отреагировал сразу же, второй магический отряд, посланный с ними, приблизился нехотя, морщась от того, что пришлось отступить от плана. На смену мечнику отправили другого наблюдателя.

– Там творится что-то жуткое, – залепетал Малькольм. – Это какая-то странная магия, вроде той, что была у лагробцев тогда в лесу. Растения будто оживают. На поле в траве ловушки, солдаты в них попадают, трава их хватает, а из-под земли вырывается огонь. Я толком не понял ничего. Многие наши пострадали: кому ступни оторвало, кого поджарило… Там жуть творится.

– А сребанцы где? – свирепо сверкнул глазами командующий второго отряда.

– Уж точно не на поле боя, – покачал головой Малькольм.

Крики с пустыря понемногу стихали, отдалялись. У всех, кто застрял в лесу, холодок побежал по телу. То, что предполагалось обычной стычкой на границе, обернулось поражением хистрийской армии, о котором разойдется весть по другим странам. Тогда количество врагов у может прибавиться. Многих сдерживала от нападения уверенность в непобедимости Хистрии.

– Сребанцы добивают тех, кого не смогли вырвать из травяных капканов, – выпалил задыхающийся от бега солдат. Вместо него побежал следить за происходящим следующий.

– А если поджечь к святым всю траву? – разгорячился Джон.

– Ты себя демаскируешь, а нашим все равно не поможешь, – мрачно заметила Ласса.

– А как они их добивают? – нахмурился Вернон.

– Подходят и копьями добивают, – ответил отдышавшийся солдат.

Над двумя дюжинами хистрийцев повисло молчание.

– Они знают расположение ловушек, – тихо высказала общую мысль мечница из второго отряда.

– Каждую ночь они ставили лагерь все дальше, – кивнул Калеб. – Закладывали ловушки и отходили.

Все, как один, посмотрели в сребанскую сторону. Несколько человек нервно сглотнуло. Прибежал солдат с новостями:

– Я точно не уверен, но, кажется, они готовятся к ответной атаке. У них много магов. Часть солдат идет к пустырю, часть – к лесу.

– Собираются атаковать или поставить еще ловушек, – кивнул Вернон. Они с Герсидом переглянулись. – План накрылся. Валить надо.

– Но у нас приказ, – запротестовал чужой командир.

– Засунь его знаешь куда? – огрызнулся Герсид. – Если мы здесь поляжем, войско потеряет половину магической поддержки!

– Мы можем вернуться не с пустыми руками, – подала голос Рииса. Под взглядами сослуживцев она стушевалась, но продолжила. – Те, кто идет полем, точно знают расположение ловушек. Нужно схватить кого-нибудь и удрать в крепость.

– А как мы удерем от кучи солдат, да еще с пленником? – спросили из заднего ряда.

– Маги мы или кто? – девушка прищурила разноцветные глаза и создала в ладони водяной шар.

План родился сразу, времени на обсуждение не оставалось. Уйти подальше от врагов, что перемещаются по лесу, подкараулить солдат, преодолевающих ловушки, под прикрытием магии схватить одного и дать деру. Огненным магам позволили заодно спалить часть леса, чтобы задержать и деморализовать противника. Рииса, единственный «водник», объединилась с ветряным магом из другого отряда, чтобы атаковать ледяными иглами.

Для людей, которые впервые работали вместе, они действовали весьма сплоченно. Над лесом поднялся столп черного дыма, к краю пустыря вырвались мечники. Несколько сребанцев успели поднять луки, но тут же повалились, сраженные хистрийскими стрелами. Маги врага ушли в глухую оборону под напором льда и пламени. Никто не успел опомниться, как все закончилось.

Магические отряды бегом добрались до крепости. От докладов у командования вытянулись лица. Бестон, наблюдавший это со стороны, удовлетворенно хмыкнул – предчувствие его не обмануло. Жаль только, времени на допрос маловато. За пару дней он бы разговорил пленного практически без применения насилия, а тут в лучшем случае пара часов есть. Сребанцы остановили наступление – возможно, снова взялись колдовать. Если они решат окружить крепость, все пропало: пусть осадных сооружений пока не видно, имеющихся припасов солдатам даже на пару дней не хватит. Отступить хистрийцы не могут, враг отлично это понимает.

– Еще одно подкрепление запрашивать? – горячился один из командиров.

– Нам больше никого не пришлют. Для этого участка нас и так многовато, отчетов писать уйму придется, – качал головой другой.

Карлос больше не слушал. Он спустился в подвал к связанному пленнику. Посмотрел на него, наклонив голову в бок, заговорил на сребанском:

– У меня мало времени, потому перейду сразу к делу. Ты говоришь, что у вас за магия и как обезвредить ловушки на поле – я тебя не убиваю. Ты молчишь – твои кишки окажутся на полу.

В ответ пленник злобно расхохотался, мотнул головой.

– Тебе что, не дорога жизнь? – Карлос вопросительно изогнул бровь.

Грохот над головой смешался с раскатистым хохотом сребанца. Карлос поморщился, поспешил наверх. Если Фирс по неумению устроил очередной пожар…

– Капитан! – на него налетел Калеб.

– Ты куда несешься? – процедил Бестон.

Молодой маг втянул голову в плечи, опустил взгляд:

– Меня отправили за вами… капитан. Сребанцы обошли крепость…

– Что значит «обошли»?! – прорычал командир отряда и быстрым шагом направился к командованию.

– Капитан, там все плохо! – Калеб еле поспевал, задыхаясь от страха.

Они остановились у перехода в соседнюю башню. На первом этаже устроили госпиталь, где четыре целителя и три медика торопливо штопали солдат, пострадавших при неудачной атаке. В дальней стене зияла дыра, камни осыпались, под завалом лежало три окровавленных тела.

– Интересно, сколько сэкономили на строительстве этой стены, и кто наварился, – пробормотал Бестон.

– Капитан! – к ним подковыляла Мелоди. Вид у нее был затравленный, руки перепачканы в крови. – Надо срочно эвакуировать раненых. Я отправила за вами и за помощью. Нам надо…

– Ложись! – крикнул Бестон, повалив Калеба с Мелоди на пол.

Над ними просвистели стрелы. Послышались испуганные крики, которые быстро оборвались. Капитан опрокинул стол, они втроем спрятались за ним. Калеб выглянул и увидел, как помещение заполняют лучники неприятеля. Пятеро, шестеро… Порядка дюжины солдат противника оказались внутри.

В проход вбежали несколько магов и застыли, увидев врагов. Сребанцы не мешкали – в прибывших полетели стрелы. Калеб рванулся на помощь, но Бестон удержал его за шиворот и приказал магам атаковать врага.

Двое мужчин лежали без движения, Джона ранили в плечо. Рииса по примеру Бестона перевернула стол и махнула остальным, призывая спрятаться. Они атаковали из-за укрытия. Бестон потоком ветра замораживал капли воды Риисы, ледяные иглы обрушились на врага. Джон, морщась от боли, пускал огненные шары размером с голову. Калеб, уступавший остальным в силе и умении, швырял сгустки пламени, многие из которых разбивались о коричневую форму сребанцев. Прямо как в бою с лагробцами.

Дервин замешкался, пораженный догадкой. Чья-то рука дернула его за штанину, он не удержался и рухнул на пол. Закашлявшись, сердито посмотрел на Мелоди.

– Не зевай, птенчик! Ты же не хочешь валяться в крови, как вон те? – она кивнула на подстреленные тела.

– Нужно отступить в соседнюю башню, – поделился Бестон. – Предупредить остальных, что эти твари ждали, пока мы отвлечемся на их лагерь.

– Они в союзе с Лагробом, – пропыхтел Калеб, пустив очередную порцию огня в нападающих. – У них форма так же не пропускает магию!

– Час от часу не легче, – покачал головой капитан. – Похоже, они с границы лагробской прикатили осадные орудия.

– Так их граница… – озадаченно протянул юноша, вспоминая карты, которые усиленно изучал.

– Не так далеко, как ты думаешь, если идти через болота.

– Капитан, все целители были здесь во время нападения, – обреченно покачала головой Мелоди.

– Значит, теперь вся надежда на тебя, – Карлос жестом привлек внимание подчиненных, прячущихся за другими столами. – Отступаем! Идем в соседнюю башню! Фирс, Класк, прикрываем отход!

– Будет сделано!

Мелоди мягко подтолкнула Калеба. Юноша, дождавшись паузы между вражескими выстрелами, ринулся к спасительному дверному проему, чтобы скрыться за каменной стеной. Бежавший перед ним маг ринулся в соседнюю башню по переходу, а бывший раб остался, ожидая товарищей. Через несколько мучительно долгих минут, когда большинство солдат покинули опасное помещение, в проход ввалилась Рииса, придерживая опирающуюся на нее Мелоди. Та была бледна, как мел, а следом тянулся след из красных капель.

– Калеб, держи ее, – скомандовала Рииса. – Идите к нашим, я прикрою Фирса и Бестона.

– Я без капитана не уйду, – пропыхтела целительница.

– Вот, опирайся на меня. Что с тобой случилось? – дрожащим голосом спросил Дервин, бережно перекидывая ее руку себе на плечо.

– Шальная стрела, птенчик, – кисло улыбнулась Мелоди.

Калеб, глянув ей за спину, увидел стрелу, торчащую справа ниже ребер. Он аккуратно поддержал ее, не обращая внимания на сочащуюся на рукав и перчатку кровь. Рииса, выглянув из-за стены, пустила несколько сгустков водяной магии, после чего в проходе появились Джон и Бестон.

Капитан молча закинул вторую руку Мелоди себе на плечо, а Фирс закрыл тяжелую дверь на засов. Они поторопились по переходу, слушая далеко разносящиеся удары. Скорее всего, дверь сдержит врагов только до прихода их магов.

Оказавшись в безопасной башне, Бестон показал Калебу, где усадить целительницу, а сам направился к командованию, на ходу раздавая указания. Сверху слышались крики и топот ног – солдаты обороняли крепость.

– Мелоди, что мне делать?

Бледная целительница посмотрела на него затуманенным взором.

– Я сомневаюсь, что уже можно что-то сделать, птенчик. Нужно вытащить стрелу и остановить кровь. Только без целителя или толкового медика я долго не протяну. А ни тех, ни других больше не осталось.

– Я справлюсь, Мелоди, просто говори, как мне действовать, – сорвавшимся голосом призвал Калеб. – Нет, не закрывай глаза! Смотри на меня!

– Отстань, птенчик, я хочу спать, – пробормотала целительница.

– Нет-нет-нет! – он дрожащими руками встряхнул девушку, заставив ее разлепить веки.

– Дервин, – послышался позади холодный голос капитана.

– Она не говорит мне, что делать, – прошептал Калеб. – Капитан, я не знаю, как помочь…

– Ты же целитель.

– Но…

– Ты целитель с сильным даром, Дервин. Сделай что-нибудь!

Голос Бестона сорвался. Юноша обернулся, посмотрев снизу вверх на командира отряда. Его кустистые брови нахмурены, глаза расширились, а руки безвольно обвисли. Он пребывал в таком же ужасе, что и Калеб.

– Капитан, – молодой маг облизал губы и четко, с расстановкой произнес: – я не могу исцелять.

– Ты целитель, мать твою! – Бестон схватил юношу за шиворот, подтащил к стулу Мелоди. – Мне плевать, что тебе больно, мерзко или неприятно. В лепешку разбейся, но исцели ее!

– Не надо, капитан, – пролепетала Мелоди, слабо улыбнувшись. – Будьте сдержаннее. Он ведь… ваш подчиненный…

Она затихла, прикрыла глаза. Калеб резким движением вырвался из хватки Бестона, встал позади Мелоди на колени, нырнул в транс. По спине заструился холодный пот. Стрела поразила внутренности целительницы, ее тело изнутри наполнялось кровью, принося слабость, забирая по крохам жизнь. Она права: юноша не справится. Даже сумев вытащить стрелу, он не сможет ее спасти. Здесь поможет только целитель.

Калеб сжался, предвкушая скорую агонию, осмотрел внутренним взором свои энергетические каналы. Черные, уродливые, перекрученные пульсировали между здоровых стихийных. Если удастся хоть немного повлиять, хоть один исправить, возможно, он сможет спасти Мелоди.

Будто раскаленной кочергой ковыряют внутри. Калеб закусил рукав. Невыносимая боль корежит все естество. Он продолжает, дотягивается до канала, прикасается. Терпит, ощущая, будто ковш кипящего масла льется на голову, будто все тело горит, кожа испаряется, мышцы плавятся, кости рассыпаются в пепел. Ради Мелоди. Он не ощущает ничего вокруг, кроме оглушающей, ослепляющей боли, ни одно чувство не работает, повсюду лишь резкая, острая боль. Он должен стараться. Должен спасти Мелоди. Обязан…

– Я не могу, – просипел Калеб.

Он с трудом открыл мокрые глаза и обнаружил под щекой прохладный камень. Он лежал на полу в окружении солдат. Во рту солоноватый привкус крови, которая стекает из носа. Шепот вокруг кажется слишком громким, а Калеб лепечет:

– Я не могу. Не могу ничего сделать.

Он через силу нырнул в транс и с содроганием увидел, что все его усилия не принесли никаких результатов – каналы ничуть не посветлели. Внутри поднялась волна беспомощной ярости. Он так страдал, но ничего не добился, оказался бесполезен тогда, когда Мелоди, его подруга, в нем нуждается.

– Калеб, – Рииса тронула юношу за плечо, он медленно поднял голову.

Бестон стоял на одном колене рядом с Мелоди, держал ее за руку. Она что-то тихо говорила, он молчал с непроницаемым лицом. Ее голос становился все тише, а потом и вовсе затих, рука ослабла, глаза подернулись пеленой. Солдаты вокруг отводили взгляд, неловко отворачивались, шагали куда угодно, лишь бы подальше.

Карлос Бестон еще какое-то время сжимал пухлую маленькую ладонь, потом приложил дрожащие пальцы к шее, проверяя пульс. Нахмурился и закрыл девушке глаза. Калеб почувствовал, как по щекам льются слезы. Он снова потерял того, кем дорожил. Родители, потом бросившая его Ирсора, погибшая в бою Игнис, теперь Мелоди. Все, к чему он тянулся, обращалось в прах.

– Что ж… – нарушил тишину Бестон. От его голоса все оставшиеся рядом солдаты вздрогнули. – Значит, ты не целитель.

Он встал, схватил Калеба за мундир и потащил. Сначала юноша, ошарашенный произошедшим, без сопротивления следовал за капитаном, но когда они подошли к лестнице, уперся:

– Капитан, что вы собираетесь делать? Капитан, не надо…

– Молчи, выродок. Раз ты не можешь никого спасти целительством, я найду другое применение твоим… талантам.

– Капитан, нет! – заскулил Калеб, когда Бестон тряхнул его так, что чуть не скинул с лестницы.

Командир не внял жалобам, закинул его в тесное подвальное помещение. Дервин не удержал равновесия, повалился кулем на пол. Подняв глаза, он увидел последи комнатушки привязанного к стулу военнопленного. Тот щерился, переводя взгляд с юноши на Бестона и обратно.

– Значит так, Дервин, – прорычал капитан. – Мне все равно, каким образом, но ты вытянешь из этого ублюдка все, что он знает, пока крепость не разобрали по камням. Нам надо их победить. Мне плевать, что ты с ним сделаешь. Используй свою клятую магию по назначению.

– Пожалуйста, я не могу, – шмыгнул носом Калеб, не рискуя встать.

– Выполняй приказ, тварь! – закричал Бестон и пнул юношу так, что тот отлетел к стене.

Отдышавшись, молодой маг встал на ноги, отчаянно замотал головой. Капитан прижал его к холодной каменной кладке и прошипел на ухо:

– Дервин, не испытывай судьбу. Ты либо развяжешь ему язык, либо сдохнешь. Прямо здесь. Я не шучу.

Калеб ему поверил. Внутренности сковал леденящий ужас перед командиром. Сегодня Дервин выйдет из подвала только в одном случае. Он перевел испуганный взгляд на пленника, который с интересом наблюдал за происходящим. На негнущихся ногах подошел, снял перчатку и замер, наблюдая, как на ладони заплясали алые искры.