Танцы до того, как проснется город

Глава

ТАНЦЫ ДО ТОГО, КАК ПРОСНЁТСЯ ГОРОД

Виктор гулял с Балалайкой, (кличка собаки очень странная, но Виктор попросил не менять ничего из своего рассказа) хоть это и не турецкая собака и вообще-то девочка. Скорее помесь таксы с метеоритом - непонятно, что за зверь такой. Лето было знойное, воздух словно плавился. Рано утром, когда они выходили из подъезда, прохлада ещё держалась на втором этаже, обвивая перила и словно говоря, что ночь только что ушла, прихватив с собой тьму и всех, кто любит поспать до обеда.

Балалайка, надо сказать, не особо умная. Ну, как тост, упавший маслом вниз, или зонтик, распахнувшийся в комнате. Хвост у неё мотался так, будто она вот-вот взлетит, а лапы тарабанили по асфальту, как будто мелкий барабанщик отбивает дробь. Ну что, Балалайка, - говорил Виктор, хотя она слов не понимала, но на интонацию реагировала отлично, - сегодня у нас разведка. Как обычно. В пять утра. Потому что мы с тобой ребята пунктуальные.

За углом Виктор увидел её.

Окно на втором этаже дома, мимо которого они ходили каждое утро, светилось так ярко, будто там не лампа, а миниатюрное летнее солнце с запахом свежего чая. И в этом свете, как бабочка, порхала Эмма. Эмме было девятнадцать, и у неё были веснушки. Целая россыпь звёзд на носу и щеках, будто кто-то золотой пылью её осыпал от души. Она из тех девушек, что просыпаются в четыре утра не от тоски, а чтобы успеть пожить до начала рабочего дня. Она просыпалась, потягивалась так, что косточки хрустели, как абрикосовые, и шла на кухню.

И там начиналось представление.

Виктор с Балалайкой замирали. Балалайка садилась и тянула нос к запаху чая, который, видимо, доносился до улицы, и смотрела на окно с философским видом. Виктор просто смотрел. Эмма ставила чайник. Потом доставала какую-нибудь безумную кружку с единорогом или вроде того. И тут начиналось. Она плясала. Не просто пила чай, а именно плясала. С кружкой в руке, с веснушками, которые тоже будто пританцовывали, двигаясь в такт музыке, которую слышала только она и, может, Балалайка. Крутилась, выделывала какие-то па, которым позавидовали бы и танцоры, будь они кошками. Иногда, глядя в окно, она ловила взгляд Виктора, и тогда её лицо расплывалось в улыбке, такой широкой, что веснушки на носу собирались в кучку, будто она смеялась над очень смешной шуткой, которую рассказал ей сам рассвет.

Доброе утро, Виктор! – кричала она в окно, зная, что он не услышит. - Я пью чай! А ты гуляешь с собакой! Как классно! Виктор кивал. Собака виляла хвостом. Всё было хорошо.

Балалайка, – говорил Виктор собаке, – сегодня ты особенно тихая. Эмма что-то задумала. Чую, пахнет не только чаем, но и приключениями. Собака, конечно, не понимала, но чихнула, что можно было счесть за согласие. И они шли дальше по улице, которая постепенно просыпалась. Город был по-летнему ленивый, сонный, с кошками на заборах и великами у подъездов. Виктор любил это время, когда люди ещё не совсем люди, а скорее добрые мультяшки, готовые улыбнуться незнакомцу просто так.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.